— Постойте! — не своим голосом завизжала лиса. — Синьор Карабас Барабас, этот ключик тоже не открыл дверь в пещере Верблюжьей скалы! Но мы знаем почему!..
   Карабас ошарашенно уставился на бродяг. Сказанное лисой не укладывалось в его голове. В конце концов он вытащил из кармана кошелек с деньгами.
   — Господин дежурный, — сказал Карабас, бросая кошель полицейскому, — я вношу задаток за этих проходимцев и забираю их с собой.
   Бульдог натренированным движением поймал кошелек.
   — Забир-райте! И чтобы духа их здесь не было!
   …На улице кот и лиса слезно повинились во всем перед Карабасом Барабасом, рассказали ему историю про поддельные ключики и поклялись выкрасть у Буратино настоящий.
   — Как же я могу вам верить, презренные, если вы все время врете! — выходил из себя Карабас.
   — Ну, синьор, поверьте в последний раз, — Алиса уронила слезу на землю. — Мы вам больше пригодимся как союзники…
   Карабас Барабас пристально поглядел на лису.
   — Хорошо, — решился он после тяжелого раздумья, — союзники так союзники. Но если вы опять вздумаете хитрить!..
   — Синьор, — расцвела лиса, — мы будем сама преданность!
   — Сама преданность! — эхом подхватил кот.
   — Ну, смотрите! — Карабас Барабас устрашающе надул щеки. — Моя семихвостая плетка давно не знает работы.
   — Синьор, — деловито сказала Алиса, — я думаю, нужно установить слежку за Буратино: он что-то задумал, а вот что…
   — Отлично! — гаркнул Карабас. — За работу, бездельники!

В пещере Верблюжьей скалы встречаются заклятые враги

   На рассвете следующего дня Буратино разбудил Пьеро.
   — Надо улизнуть из дома, пока все спят, — озабоченно сказал он.
   — А в школу? — спросонок пробормотал Пьеро.
   Буратино едва не потерял дар речи:
   — Клад идет к нам в руки, а он собрался в школу! Ну ты подумай, зачем богатому учиться?
   Пьеро разлепил сонные глаза:
   — Ты что, нашел настоящий ключик?
   — Не нашел, и не надо: тут дело совсем в другом. Собирайся и не забудь свой ранец, а книги выложи. Ранцы нам понадобятся для золота…
   Мальчики так спешили, что даже забыли про Артемона. И только за городом Буратино заметил это.
   — Жаль, — огорчился он. — Артемон — верный товарищ и всегда начеку.
   …Сентябрьское утро выдалось ясным. Было еще не жарко, природа только просыпалась, и в низинках кое-где клубился сиреневый туман. С моря нежно веяло прохладой, кругом царила тишина. Лишь птицы по временам нарушали ее.
   Дядюшка Роу ждал мальчиков неподалеку от харчевни «Трех пескарей». У его ног стоял туго набитый мешок.
   — А что у вас там? — спросил Буратино.
   Дядюшка Роу взвалил на плечи свою ношу.
   — Я никогда не бывал в пещерах, — сказал он, — но кое-что знаю о них из книг. Вот и прихватил самое необходимое, например факелы. А как вы собираетесь идти по темным проходам? На ощупь, что ли? Ведь в пещере темнее, чем в самую темную ночь на земле.
   — Почему? — снова спросил любопытный Буратино.
   — Видишь ли, по ночам звезды или облака хоть немного, но освещают землю, — разъяснял дядюшка Роу. — Под землей же абсолютная темнота. Но это еще полбеды, — продолжал он, — пещеры таят много опасного…
   Пьеро слушал сказочника вполуха и думал о своем: еще вчера он обещал Мальвине не ввязываться в опасные приключения. И вот пожалуйста — удрал из дома и спешит навстречу неизвестности. Да еще вместо школьных занятий…
   И Пьеро раскаянно подвывал:
 
— Я опять не спросясь убежал,
Свое слово опять не сдержал.
А Мальвина проснется в слезах
И воскликнет, печальная: «Ах!»
 
   Буратино от смеха схватился за живот:
   — Зато она не скажет: «Мальчики, быстро мыть руки!»
   — Тебе легко говорить, — стушевался Пьеро, — ты не любишь Мальвину…
   — Ну и ты не люби! — резвился Буратино.
   — Я не могу, — печально ответил Пьеро, — это от меня не зависит…
   Дядюшка Роу добродушно улыбался, не вмешиваясь в этот разговор. Он бодро поднимался по тропке, с наслаждением вдыхая свежий горный воздух, перемешанный с запахами моря. Иногда он оглядывался, словно высматривая кого-то, но кругом по-прежнему было безлюдно и тихо.
   Буратино же вспомнил легенду, услышанную от столяра Джузеппе, и пересказал ее дядюшке Роу.
   — Я слышал эту историю, — ответил тот, — и даже написал сказку с похожим сюжетом.
   — Ну да! — Буратино аж споткнулся. — И ваши герои тоже превращаются в камень от жадности?
   — Нет, они превращаются в камень от того, что в их сердцах слишком мало любви.
   — Это как же? — не понял Буратино. — При чем тут любовь?
   — Очень даже при чем, — серьезно сказал дядюшка Роу, — ведь любовь и жизнь это одно и то же. Чем меньше любви, тем ближе к смерти.
   — Ой, как это верно! — горячо воскликнул Пьеро. — Я всегда это чувствовал!
   Буратино промолчал, ломая голову над словами сказочника.
   Его размышления прервались, когда за очередным поворотом тропинки выросла скала Верблюд.
   Дядюшка Роу в последний раз оглянулся и поспешил к незаметной расщелине вслед за Буратино и Пьеро.
   В пещере сказочник снял со спины свой тяжелый мешок, поставил его на каменный пол и уселся сверху с видом человека, который выполнил свою работу и больше никуда не спешит. Буратино же не терпелось поскорее открыть заветную дверь.
   — Ну, чего же вы? Скорее сюда! — позвал он, вставив золотой ключик в замочную скважину. — Какое слово нужно сказать?
   — Иди сюда, малыш, — ласково позвал дядюшка Роу, — эта дверь не откроется.
   — Что? — голос у Буратино дрогнул. — Почему не откроется?
   — А разве ты забыл, что настоящий ключ с меткой у лисы? Ты же сам рассказывал мне об этом…
   Буратино готов был заплакать от досады.
   — А зачем же мы сюда пришли? — спросил Пьеро.
   — Наберитесь терпения, мои дорогие, — проговорил сказочник. — Скоро в этой пещере соберутся все три ключика. Иначе я бы просто не потащил с собой такую тяжесть.
   — Вы хотите сказать…
   — Да, ребятки, очень скоро здесь появятся Карабас с Дуремаром и кот с лисой.
   Глаза у Пьеро округлились от страха.
   — Бежим отсюда! — он дернул дядюшку Роу за рукав.
   — Не нужно бояться, Пьеро, ничего они нам не сделают.
   Впрочем, бежать все равно уже было поздно: в каменном коридоре гулко зазвучали шаги и голоса. В пещеру ввалился разъяренный Карабас Барабас, за ним прошмыгнула лиса Алиса, возник тощий Дуремар и, сверкая глазищами, показался кот Базилио.
   — Вот они! Это они!!! — закричали все хором, и в этом многоголосье резко прозвучал свист знаменитой семихвостой плетки.
   Буратино отпрянул. Пьеро упал на четвереньки и пополз к спасительной нише в стене. Только дядюшка Роу оставался спокойным.
   — Синьоры… и синьорита! — громко провозгласил он, перекрывая общий шум, и в пещере повисла растерянная тишина.
   — Не понимаю вашего волнения, — невозмутимо продолжал сказочник. — Конечно, это мы. И совершенно естественно, что мы находимся здесь. Золотой ключик по праву принадлежит Буратино, волшебная книга — мне. Не так ли? — и дядюшка Роу обвел всех четверых ясным и твердым взглядом.
   Карабас набычился и, не зная, что ответить, сердито зыркал на лису. Та вытолкнула вперед взъерошенного кота Базилио. Дуремар некстати глупо ухмыльнулся. Дядюшка Роу выдержал паузу.
   — А сейчас, когда вы успокоились, — сказал он, — я должен вам кое-что сообщить. Эту дверь не открыл ни один из трех ключей, потому что я намеренно изменил в книге волшебное слово. Настоящее знаю только я.
   Услышав это, Барабас и его компания застыли, словно каменные статуи Долины привидений. Пьеро вылез из своего убежища и отряхнулся. Буратино победно улыбался во весь рот.
   — А теперь ответьте, почему мы поджидали вас, вместо того, чтобы без помех проникнуть в сокровищницу? — спросил дядюшка Роу.
   Карабас молча хлопал глазами, вопрос был явно не для его мозгов. Кот и лиса не торопились подсказать ему правильный ответ.
   — У вас просто нет настоящего ключика, — брякнул Дуремар и поспешно ретировался за спину Карабаса Барабаса.
   — Правильно, — ответил сказочник, — он у лисы.
   — У меня! — Карабас наконец-то обрел дар речи. — Настоящий ключик у меня!
   — Пусть так, — махнул рукой дядюшка Роу. — Главная причина не в этом.
   — А в чем?!
   — Вы невнимательно читаете, синьоры. А ведь в волшебной книге написано: «несметные богатства», «сколько сможете унести…» Поэтому сокровищ хватит на всех, кто волей судьбы стал причастен к этой тайне, — дядюшка Роу повысил голос, — то есть на всех нас. И незачем тут враждовать и ссориться. Когда откроется эта волшебная дверь, уж поверьте старому сказочнику, нам потребуются общие усилия, помощь и взаимовыручка, чтобы добраться до сокровищ и вернуться назад живыми… Вот поэтому мы и поджидали вас!
   В пещере снова воцарилась тишина, а затем вперед выступила лиса.
   — Я согласна со сказочником, нам надо объединиться! — заявила она.
   — Конечно, объединиться, я — с Алисой, — подхватил кот Базилио.
   — Несметные, говоришь, — процедил сквозь зубы Карабас Барабас. — Ну, тогда другое дело!
   — А я как все, а я как все, — суетливо закивал головой Дуремар.
   Дядюшка Роу встал.
   — Тогда за дело! Все ключи сюда! — распорядился он. — И мою книгу, кстати, тоже!
   Он взял три золотых ключика, свою волшебную книгу и подошел к двери. Вокруг все замерло, и в полнейшей тишине отчетливо прозвучало волшебное слово:
   — Сиборим, сиборим, сиборим!
   Скала дрогнула и загудела. Каменная глыба с нарисованным ключиком на ней медленно поползла в сторону…

Кладоискатели отправляются по пещерным лабиринтам в поисках сокровищ

   Из темного каменного зева потянуло сыростью и холодом. Вход был открыт, однако никто не трогался с места.
   — Вы наверняка представляли себе нечто совсем другое, — улыбнулся дядюшка Роу. — А нам, кажется, предстоят нелегкие испытания… Но это не повод, чтобы отступать. Итак, в путь! Факелы, теплая одежда есть у всех?
   Оказалось, что о факелах и еде позаботился только Карабас Барабас. Об одежде и прочем — никто. Кот с лисой вообще пришли как на прогулку, правда, мешки для золота и драгоценностей взять не позабыли.
   — Мы не замерзнем, — заявила Алиса, — мы с Базилио привычные.
   — Почему бы этим сокровищам не лежать прямо здесь, за дверью? — недовольно проворчал кот.
   Дядюшка Роу достал и зажег два факела, Карабас — один. Вслед за ними путешественники медленно двинулись вперед. Перед ними раскинулся огромный пещерный зал, дальние края которого терялись во тьме. Но там, куда проникал свет, пещера являла поразительные чудеса.
   На какое-то мгновение путникам показалось, что они уже окружены бесчисленными сверкающими сокровищами, и все ошеломленно закрутили головами. Прямо с потолка пещеры свисали огромные, завораживающие взгляд сосульки сталактитов, а с пола навстречу им поднимались еще более причудливые сталагмиты. Они как бы тянулись друг к другу, и некоторые счастливо соединялись в вечном поцелуе, образуя величественный сталагнат — пещерный столб от пола до потолка.
   Тишину нарушила Алиса:
   — Удивительно! — очарованно выдохнула она. — Никогда бы не подумала, что под землей может быть так красиво!
   Карабас Барабас поднял свой факел над головой и помахал им. По пещере побежали фантастические тени, заиграли цвета — от бордового до нежно-сиреневого. Буратино это напомнило феерическое театральное представление.
   — Вот это да! — он протянул руку. — Дайте и мне, я тоже хочу так!
   — Я тебе что, играюсь тут? — рыкнул на него Карабас. — Я смотрю, куда идти дальше.
   Сказочник вручил один факел лисе Алисе, и кот сразу придвинулся к своей подружке.
   Осторожно ступая, кладоискатели принялись осматривать огромную каменную залу. Вскоре они обнаружили несколько проходов, ведущих куда-то вниз в разных направлениях.
   — Перед нами подземный лабиринт, — объявил дядюшка Роу, — это обычное дело в пещерах. Нам следует разбиться хотя бы на три группы — так мы быстрее отыщем клад. Но хочу предупредить: здесь очень просто заблудиться и остаться навсегда…
   — Как это навсегда? — струхнул кот Базилио. — Я не хочу здесь оставаться!..
   Не взглянув на него, сказочник продолжал:
   — У меня есть три мотка бечевки, поэтому я и говорю о трех группах. Бечевка не позволит потерять дорогу назад. Как видите, она тонкая, будьте осторожны, и, разумеется, не бесконечная. Если веревка кончится, возвращайтесь назад, ищите другую дорогу.
   Голос дядюшки Роу под пещерными сводами звучал гулко и сурово:
   — А если по какой-то причине вы станете продвигаться без веревки, используйте правило левой руки: всякий раз выбирайте крайний левый проход. А возвращаясь — крайний правый. Так вы не рискуете заблудиться.
   — Алиса, — зашептал кот, — ты что-нибудь поняла?
   Та шикнула на него:
   — Не мешай! Тут дают очень дельные советы. Естественно, не для дураков.
   В другое время Базилио наверняка обиделся бы, но сейчас ему было не до этого.
   — А что делать тому, кто найдет сокровища? — пискляво спросил Дуремар.
   — Нашедшие сокровища вернутся сюда и здесь будут ждать остальных, — ответил дядюшка Роу. — А чтобы не потерять дорогу к кладу, каждый возьмет с собой еще кусочек мела, об этом я позаботился. Мелом легко обозначить нужный путь. Все ясно?
   Наступила тишина: каждый в молчании обдумывал услышанное. И только капли воды, срываясь откуда-то сверху, звонко пели, ударяясь о камни подземелья:
   — Дзинь-дзинь-дзинь, — словно звоночек, который торопил и напоминал: пора, пора спешить…
   — Как будем делиться? — заговорил Карабас Барабас.
   — Я пойду с дядюшкой Роу! — отчеканил Буратино. — Пьеро с нами.
   — А я с вами, синьор Карабас, — поспешил сделать заявку Дуремар.
   Сказочник повернулся к лисе с котом:
   — Ну что ж, все правильно. Третью группу образуете вы, милейшие. С факелами обращаться умеете?
   Алиса фыркнула.
   — В своей бродячей жизни мы легко учимся всему. Справимся и с факелом, верно, Базилио? — повернулась она к коту. Тот молча поежился.
   Тем временем дядюшка Роу уже раздавал кому одежду, кому факелы и веревку… Затем он тщательно проверил готовность каждой группы и закрепил концы всех трех бечевок, прибегнув к помощи толстого сталагмита.
   — Все! — сказал он на прощание. — Каждому — счастливого пути!
   Карабас Барабас, подхватив свою бороду, первым устремился в темный проход. За ним потрусил Дуремар. Алиса тронула лапой оцепеневшего кота:
   — Базилио, очнись, нам пора!
   — Я хочу нести факел! — заявил Буратино.
   — Что ж, неси, — согласился дядюшка Роу. — Только не забывай, что деревянному человечку нужно быть вдвойне осторожным с огнем.
   …Через минуту огромный пещерный зал вновь погрузился в кромешную мглу и тишину. Только срывающиеся капли воды продолжали свою бесконечную песню. Но вот в этой тишине снова послышался гул, чем-то напоминающий отдаленный обвал в горах, — это закрывался вход в сокровищницу. Впрочем, кладоискатели его уже не слышали…

Карабас Барабас уходит в зеленый туман

   Карабас Барабас держал факел высоко над головой и тяжелой поступью продвигался вперед. Проход то суживался, то раздавался вширь и в высоту, вилял направо и налево, явно чувствовались то подъем, то спуск. При этом постоянно попадались разветвления, и тогда Карабас принимал решения, приводившие в беспокойство семенившего за ним Дуремара: он выбирал то левый проход, то правый. Бечевка на их катушке все разматывалась и разматывалась, а сокровищ не было и в помине.
   — Послушайте, синьор Карабас, — решился заговорить Дуремар, — а если мы найдем клад, что будем делать?
   — Что-что… Возьмем, сколько нужно, и вернемся назад.
   — Ну а путь-то мелом помечать станем? — допытывался продавец пиявок.
   — А как же, — удивился вопросу Карабас. Он остановился и пристально взглянул в бегающие глазки Дуремара. — Это почему ты так спросил?
   — Но ведь можно пометить так… хе-хе, что будет понятно только вам да мне… — и Дуремар затрясся от беззвучного смеха.
   Карабас Барабас поднес факел прямо к сморщенному лицу продавца пиявок.
   — Хитер… — медленно проговорил он, рассматривая это лицо так, словно видел его впервые. — Хочешь все заграбастать сам? Сколько же тебе нужно денег, болотная гнилушка, а?
   — Что вы, синьор!.. — извивался Дуремар под страшным взглядом Карабаса. — Я думал только о вас!.. О вашем благополучии… Ну зачем, скажите на милость, богатство этим безродным бродягам коту и лисе? У кукольных мальчишек денег и без того куры не клюют… А сказочник… пускай лучше сочиняет свои сказки!..
   По заросшему лицу Карабаса Барабаса прошла судорога, и он оттолкнул Дуремара от себя.
   — Эх ты, мелкая слякотная душонка! И зачем только я опять связался с тобой!.. За жалкий сольдо ты продашь меня еще охотнее, чем остальных. Ну и поделом мне, старому дураку…
   Продавец пиявок понял, что допустил оплошность, и не знал, как ему вернуть расположение Карабаса. «Я мелкая душонка, а ты, значит, благородный герой», — думал он, злобно взглядывая на своего патрона.
   Однако Дуремар быстро сообразил, что свои истинные чувства ему лучше держать при себе. Он ссутулился и опять одел привычную маску угодливости и подобострастия.
   — Ох, синьор, зачем мне вообще деньги!.. — осторожно проговорил он, крадучись за Карабасом Барабасом по узкому коридору. — Мне и нужно-то в этой жизни совсем немного: крыша над головой в дождливый день да кусок свинины со стаканчиком вина на ужин… А вся моя радость — в услужении вам…
   Вдруг он осекся: в боковом проходе что-то мерцало. Карабас из-за света факела не заметил слабого сияния и прошел мимо.
   — Синьор, синьор! — в волнении закричал Дуремар. — Там что-то светится!
   Карабас поспешно вернулся, отвел в сторону факел. Теперь и он увидел, как из прохода, на который указывал Дуремар, лился странный, похожий на лунный свет.
   — Гм-м, — промычал доктор кукольных наук, — там что-то есть…
   — Сокровища, это сокровища! — затрепетал продавец пиявок. — Скорее туда!
   И он первым кинулся в проход. Карабас последовал за ним. Скоро они оказались в пещере, которая освещалась бледным и рассеянным, чуть зеленоватым светом. Он исходил от туманной дымки, скрывающей дальнюю стену.
   — Зеленый туман, — остановился Карабас Барабас, — светящийся зеленый туман.
   Он потушил не нужный здесь факел, положил его и прочие вещи на каменный пол и стал приближаться к мерцающему облаку. Бечевку он автоматически продолжал тянуть за собой.
   Подойдя вплотную, Карабас зачем-то принюхался, а затем сунул в туман руку и тут же резко отдернул ее. Внимательно следивший за ним Дуремар вздрогнул. Но Карабас Барабас, видимо, не пострадал: он помедлил, словно прислушивался к чему-то, а затем сделал большой шаг вперед… и пропал из глаз. Из фосфорического облака тумана торчала только натянутая бечевка, которую Карабас так и не выпустил из рук.
   — Синьор! — крикнул Дуремар. — Где вы, синьор?
   Ответом ему была мертвая тишина, и эта тишина давила на Дуремара сильнее, чем вся каменная толща над его головой. Ему сделалось трудно дышать.
   — Эй! — еще громче закричал продавец пиявок. — Карабас, отзовитесь!
   Дуремар подбежал к стене тумана и прислушался, но не уловил ни звука. Он схватил бечевку и потянул на себя. Бечевка не подавалась: она словно приросла к чему-то в этой колдовской зеленой дымке. В отчаянье Дуремар схватил попавшийся под руку камень и запустил им в облако. Камень легко ушел в туман, но звука падения не произвел.
   Дуремар покрылся липким потом. С трудом соображая, что делает, он, как и Карабас, сунул руку в призрачное облако.
   — Иди сюда-а-а… — не то послышалось, не то померещилось Дуремару. Он судорожно отдернул руку и не помня себя рванулся назад. Случайно он споткнулся о вещи Карабаса и растянулся на каменном полу. Сознание покинуло его.
   Когда Дуремар пришел в себя, в пещере было по-прежнему тихо. Зловещий зеленый туман неотрывно следил за Дуремаром. Неестественно натянутая бечева напоминала о разыгравшейся здесь трагедии.
   Холодная тяжелая капля упала Дуремару на щеку и обожгла ужасом.
   — А-а-а!.. — закричал он…

Кот и лиса едва не погибают под обвалом

   — Алиса, — окликнул лису кот Базилио, — а ты уверена, что мы не заблудимся?
   — Поаккуратней разматывай бечевку да смотри не порви, вот и не заблудимся, — отозвалась Алиса, старательно освещая себе дорогу.
   Базилио мог бы обойтись и без факела, он и так хорошо видел в темноте. Продвигаясь за лисой, кот о чем-то усиленно размышлял.
   — Алиса, — снова не вытерпел он, — а если не мы отыщем клад?
   Лиса остановилась.
   — Дурак! — тявкнула она. — Тебе же ясно сказали: сокровища несметные! Их даже семерым не унести… Неужто кто-то станет при этом шельмовать? Какой резон?
   — Резон есть, — муркнул кот. — За сокровищами можно не раз вернуться, ведь ни гора, ни пещера никуда не денутся. А волшебное слово мы знаем…
   — А ключик? Ключика-то у нас больше нет!..
   — Вот черт! — выругался Базилио. — Я и забыл, что ключик у проклятого сказочника!.. Если они найдут клад, мы запросто можем остаться ни с чем…
   — Базилио! — теряя терпение, прикрикнула на него лиса. — Не все же умеют подличать так, как ты! И вообще помолчи.
   Кот уязвленно умолк, но ненадолго.
   — Алиса, — затянул он через минуту, — почему ты всегда выбираешь самый плохой проход? Ну зачем нам лезть в эту щель, когда рядом просторный тоннель?
   — Чтобы не заблудиться! — бросила лиса.
   — Я ничего не понимаю, — захныкал Базилио. — Я с тобой пропаду!..
   Алиса окончательно вышла из себя.
   — Ах ты безмозглая животина! — накинулась она на кота. — Ты что, не слышал про правило левой руки?! Я все время выбираю крайний левый проход! Тогда, даже если наша веревка порвется, мы сможем выбраться назад! Это подстраховка, понятно?
   — Понятно, — смиренно ответил Базилио. — Но все-таки давай пойдем по широкому тоннелю.
   — Иди куда хочешь, идиот! — взорвалась Алиса. — Мне даже твоей веревки не нужно!
   — А мне твоего дурацкого факела! — обозлился кот. — Я и так хорошо вижу!
   — Вот и скатертью дорога!
   — Вот и хорошо!
   И неразлучные прежде приятели разбежались в разные стороны.
   «У меня веревка, — успокаивал себя кот, переваливаясь по выбранному им просторному коридору, — я не потеряюсь». Но, несмотря на это, ему было страшно. Привыкнув всегда следовать за Алисой, Базилио почувствовал себя совершенно беспомощным и беззащитным перед опасностями подземелья. Он уже горько жалел о своем опрометчивом поступке, но не знал, что ему делать: бежать назад или просто заорать во всю глотку…
   Однако ему повезло: первой закричала Алиса.
   «Ага!» — обрадовался Базилио и большими прыжками помчался на ее крик.
   — Давно бы так! — запыхавшись, сказал он своей подружке. — Что, страшно стало без меня?
   Лиса посмотрела на его перекошенную морду и от души расхохоталась, а отсмеявшись, осветила факелом каменный пол.
   — Смотри!
   По полу тянулась бечевка, точь-в-точь такая же, какая была у них.
   — Получается, что наши пути с кем-то пересеклись, — проговорила Алиса. Кот хищно оскалился:
   — Давай перегрызем им шнур, и черт с ними! Нам больше достанется!
   — Ты что, совсем рехнулся?! А если нам кто… перегрызет?
   Кот упрямо гнул свое:
   — Мы все равно выберемся с этой твоей подстраховкой. А они пускай пропадают. Тебе что, жалко их?
   — А если они найдут сокровища, — в упор спросила лиса, — что тогда?
   — А то!.. — ощерился кот. — Если найдут, все равно нас обманут. А тут мы их…
   Алиса молчала и по-прежнему пристально смотрела на Базилио. Тот не мог понять, что заключалось в этом немигающем взгляде, но ему сделалось неуютно. Базилио решил, что лиса просто боится.
   — Трусиха, — сказал он, — а я вот возьму и перегрызу…
   Но в этот момент в горе что-то загудело, задрожало, и сверху посыпался песок, а затем покатились камни.
   Кот и лиса шарахнулись в сторону какого-то низкого прохода и поползли на брюхе, бросив и факел, и бечевку, и мешки. За их спиной грохотало и ухало, каменный свод угрожающе трещал над головами.
   — Это обвал! — проскулила Алиса. — Быстрее, Базилио, быстрее, если шкура тебе дорога…
   На их счастье, проход расширился, и кот с лисой, вскочив на лапы, отчаянно побежали вперед. Они остановились только тогда, когда все кругом затихло.
   — Фу-у, спаслись, — перевел дыхание кот.
   — Это еще неизвестно, — озабоченно проронила лиса. — Ясно одно, что путь назад нам закрыт. Как и тем, другим, что прошли где-то рядом… Думаю, это Карабас с Дуремаром.
   — Почему? — спросил Базилио, и лишь после этого до него дошел смысл сказанного Алисой. Кот почувствовал, как от страха у него холодеют и отнимаются лапы.
   — Да потому что мы невезучие: и ты, и я, и Дуремар, и Карабас… А сокровища достанутся Буратино…
   — Что ты несешь, что несешь?! — благим матом заорал Базилио. — Я не хочу! Ты же говорила, что выведешь!..
   — Дурак! — холодно усмехнулась Алиса. — Как я тебя выведу? Сзади обвал. У нас одна дорога — вперед. Вот только куда она приведет?..

Буратино, Пьеро и дядюшка Роу оказываются в плену у подземного озера

   Последними тронулись в путь Буратино, Пьеро и дядюшка Роу. Сказочник посетовал было, что мальчики одеты слишком легко, но Буратино прыснул: