В результате «мятежа» на место убитого Мирбаха был поставлен послом Гельферих. А кем он до того был? Имперским статс-советником по финансам. Это он подписывал все документы на поставку денег Имперским банком через посредников большевикам. Парень был в теме. Через него и попросили, чтоб немцы заняли Петроград. Прост расчет! Германия проиграет войну — и уйдет! А если белые под покровительством Антанты займут Питер — хрен их оттуда выковыряешь! М-да. Немцы отказались.
   Потому Троцкий и приказал Мурманскому Совету хлебом-солью встречать и звать англичан: пусть немцы двинутся им навстречу, оберегая дружественное правление большевиков!
   А в Закавказье этот номер прошел на ура. Пригласили турок. И 31 июля 1918 турецкая армия вышибла из Баку мусаватистов с англичанами, которые за два месяца до этого свергли Бакинскую коммуну и посадили комиссаров за решетку. Турки-то через год все равно ушли, а националы с инглезами получили кукиш, и Закавказье стало красным вновь и оченно надолго. Вот за то революционный социалистический суд Закаспийской Советской Республики 26 комиссаров к смерти-то и приговорил: за измену родине, пригласили врагов для оккупации, чтоб других врагов уничтожить.
   А когда к декабрю 1918 немцы ушли восвояси — красные двинулись на Запад вслед за ними, устанавливать не столько советскую власть, сколько диктатуру РСДРП(б). Вот тогда Англия, уже признавшая Эстонию и Латвию, огнем корабельной артиллерии помолотила по наступающим красным частям, и поставила снаряжение местным армиям, и отодвинули прибалты границы на их места. М-да. Те границы Москва полугодом ранее сама признала и договора подписала… но то было при немецкой силе.
   И радостные белые двинули от Прибалтики брать Питер, и хрен взяли. Потому что вот в русские внутренние распри Англия лезть не хотела, а прибалты белых в гробу видали, поскольку белые открыто декларировали, что вернут всех бывших подданных в лоно «единой и неделимой». Еще не забыли про «Центр русских политиков в Париже»?
   Вот эти дармоеды и идиоты из безопасного далека и задвигали гордую идею неделимости, чем немало способствовали провалу белой идеи.
   Итак, на Севере — Мурманск и Архангельск — был генерал Миллер. От Прибалтики шел, как мог, генерал Юденич. На западе окопался и подбирал под себя что мог Пилсудский, бывший свой брат социалист-революционер, а ныне начальник Польши. На Украине шли свои безумства батьков и Петлюры. С Дона и Кубани — Южный фронт — напирал Деникин с Врангелем и прочими, там был основной очаг действий. А по Уралу и до самого Тихого океана была колчаковская Сибирь.
   Меж этих очагов действия зияли огромные дыры в сотни километров. Ходили поезда и жили посильно люди, мечтая укрыться от этой жуткой напасти и как-то прожить.
   А Туркестан, то бишь вся Русская Средняя Азия, реально отвалился еще летом 1917, и все эти баи, ханы и эмиры в гробу видали разборки проклятых неверных. Русских там было просто очень мало, и Туркестанский фронт зиял вдали меж деникинским и колчаковским, и с ним надо было разбираться в свой черед, потому что для большевиков чужих земель нет.
   Мировая Революция полыхала в головах — и загоралась земля на едином глобусе. Восстание кильских моряков, марши спартаковской партии немецких коммунистов, Баварская красная республика, Венгерская Советская Республика, красные эстонцы и красные латыши, добровольное присоединение Белорусской Советской республики и Литовской Советской республики. Советское Закавказье, Персидская Советская Республика, Монгольская Советская Республика!!! Возникли компартии в Китае и Японии!!! А социалист Муссолини ведет марш рабочих и крестьян на Рим и сегодня-завтра возьмет власть! Дорогие мои, это же было время…
   Что ни колупни — а там тайная замочная скважина под золотой ключик. То президент США Вильсон зовет белых, красных и прочих сесть за стол переговоров на Принцевых островах, и большевики ужасно согласны, а белые полагают — начало 1919 — что завтра вся Россия и так под ними будет. То после ссылки Ленина в Горки в начале сентября 1918 (Свердлов продавил через ЦК решение — лечиться дорогому Ильичу после ранения! И не сметь шоферу возить его в Москву! Пусть с бумагами на даче работает!) — Дзержинский назавтра исчез. Обыскались — нигде нет железного Феликса! И вернулся он, как призрак, в свой кабинет назавтра после окончания Ленинской ссылки, через полтора месяца, уже ноябрь 1918. Феликс Эдмундович, да где же вы были?! Где-где. В Швейцарии… Как, зачем, почему, родина в опасности!!! А у меня жена там лечится, знаете, проведывал ее. Супербоевик «Красные скорпионы», ага.
   Вот в этом огненном кольце, в этой крепчайшей эссенции абсурда, жестокости и героизма и происходило величайшее действо во всей Мировой Истории.
КРОНШТАДТСКОЕ ВОССТАНИЕ И НЭП
   К марту 1921 года Гражданская война была в принципе закончена. Независимость Польши и Прибалтики зафиксирована. Закавказье советизировано. Белые разбиты и изгнаны везде. На Дальнем Востоке — последние шевеления. С Белоруссией и Украиной — одна страна.
   А нет мира под березами. На тамбовщине идет широчайшая партизанская война — с кем? — со своими крестьянами: «антоновщина». И тут! — в Кронштадте восстают балтийские моряки, краса и гордость революции! И требуют: кончать эту страшную диктатуру, вернуть советам роль свободных органов самоуправления, перестать грабить крестьян и помыкать народом. В таком духе.
   Да не в моряках дело. Страшнее другое. Началось это с широких рабочих выступлений в Петрограде! Не хотят больше пролетарии этого военного коммунизма, этого террора, всех благ по скупым карточкам и полного же бесправия и беспредела власти. Свобод хотят!
   Нехорошее сочетание. Крестьяне, рабочие в рабочем сердце страны, и вооруженные силы в колыбели.
   Первое. Верхушка большевиков лучше всех в мире знает, как легко можно сделать переворот, если есть вооруженная кучка и опора на активную часть низовых масс во всех слоях. Положение реально неустойчивое. Армия велика, да, террором страх наведен, да, — но страна истощена, экономика разрушена, сельское хозяйство в полном упадке. А если вдруг возникнет демократическое правительство, проклятый Запад может снова прислать миротворцев и гнать повстанцам оружие, снаряжение и пищу. А матрос, крестьянин, рабочий, это тебе не демократические интеллигенты. Бить будут жестоко и давить свои цели без долгих речей.
   Второе. Так может, мы все-таки совсем не то делаем?… Ну, Мировая революция пока не прошла. Но реально — свой же народ ну никак не хочет принимать эту политику в ее реальном воплощении.
   И Ленин продавливает НЭП. В эти самые дни. Сразу после этих самых событий. Преодолевая сопротивление большой части ЦК. Ленин не знает сомнений в себе. Ленину всегда ведома истина, и он пойдет один против всех — если возможна победа. А если невозможна — будет лавировать в союзе со всеми краткими попутчиками по очереди, пока не спихнет их за борт на очередных поворотах — и все равно зигзагами достигнет своего.
   Отмена сплошной распределительно-карточной системы. Отмена полной монополии на торговлю. Можно продавать плоды труда своего. Все, сделанное тобой и оставшееся после уплаты налога — твоя священная собственность. Сей, жни, продавай, богатей, твое дело. Открывай свою лавочку или мастерскую. Плати налог, плати зарплату не ниже определенной законом своим работягам — и производи, и наживайся.
   За год воспряла страна из голой нищеты!
   Все-таки крестьяне, рабочие, эсеры с анархистами, демократы с интеллектуалами — хоть частично, да выиграли Гражданскую войну у ортодоксальных большевиков. Ну не смогли жить, как рабы-солдаты в одной огромной казарме. Ну отвоевали себе часть тех прав, за которые боролись — и которые у них так ловко, так демагогически, так жестоко отбирали: отбирали право людей жить так, как они хотят по своему разумению.
   Гражданская война закончилась известным компромиссом. Большевики сделали тоже шаг-другой навстречу оппонентам, пойдя на часть их условий.
   И тогда Гражданская война кончилась.
   Потому что рука оставалась тверда, и дух беспощаден.
ПОЧЕМУ БОЛЬШЕВИКИ ВЫИГРАЛИ ГРАЖДАНСКУЮ ВОЙНУ?
   Ведь их было поначалу так мало, они были так невлиятельны.
   Первое. Про них. Они были гениальные политики. Они ошибались, пороли ерунду, проявляли наивность и безграмотность в экономике и политике. Но. Они ничего не боялись и не знали никаких ограничений. Была величайшая мечта в истории человечества, которая пахла ошеломительной реальностью: Мировая Революция. Вечное счастье для всех трудящихся, обездоленных тысячелетиями.
   В безграничном стремлении к величайшей и благородной справедливости они стали самыми страшными преступниками в истории. Моря крови воспринимались как необходимая дань счастью. Их панически боялись после террора.
   Они сумели заставить работать на себя кадровое офицерство, мобилизовать в армию крестьянство. Они продавали любые национальные ценности. Только выжить и победить.
   В практической политике они были абсолютно беспринципны, абсолютно всеядны и прагматичны. Принцип был один: победа. А там разберемся.
   Революция и диктатура позволяли брать подходящих людей с самого низа и возносить их на любые высшие должности, минуя все промежуточные ступени карьеры. Энергия молодых талантов шла в дело, а не в карьеру. И — они не боялись подсидок и конкурентов: в любой миг безо всякого суда можно расстрелять кого угодно.
   И за три года войны вышли наверх плеяды и созвездия талантов. Не надо смеяться над их малой образованностью и туповатостью. Они проявили свой талант в главном: в умении выполнять нужную задачу при самых трудных условиях. Через 20 лет многие из них были раболепными идиотами. Но на тот момент — это были отборные кадры: кузнецы победы.
   И. Большевики мгновенно и сплеча разрубали все гордиевы узлы момента. Вопросы земли и заводов, свободы печати и торговли, международных союзов и партийных расколов — решались мигом, и выполнялись те решения под страхом расстрела в кратчайшие сроки, которые без расстрела были бы нереальны. Тупы? — но старались!!!
   Это все — второе, третье и четвертое.
   Последнее. Вспомните названия той эпохи. «Ревком», «Реввоенсовет», «командарм», «нарком». Зря смеялись над «революционным новоязом», хотя идиотские аббревиатуры по любому поводу бывали безусловно нелепы. Да главные были круты и звучны! А в языке стихийно отражается энергетика носителей этого языка — народа, социальной группы.
   Объективно — большевики привели Россию к большему могуществу, чем это сделал кто бы то ни было другой. Могущество — есть объективная цель государства как системы. Но… это уже за пределами данной книги… Большевики — были орудием и олицетворением объективного хода истории.
   А что СССР рухнул? Всё в мире рушится, пройдя пик своего могущества…
   Теперь про белых. Благородных рыцарей движения за все святое. Про их союзников интеллигентов и демократов разных мастей.
   Первое. Хорошую вещь Учредительным собранием не назовут. Что-то в этом словосочетании от зала с рядами канцелярских стульев, от лысин с очками, от бухгалтерских лиц и учительского тона, от воды с мухами в графине, тухлом на выцветшем зеленом столе президиума. Упадок энергетики всегда отражен в вербальном отражении предмета.
   Второе. У них не хватило сочетания ума с решимостью признать независимость отпавших национальных регионов — как сделали большевики. В результате борьбы «за единую и неделимую» белые получили врагов в лице всех националов. А красные часто — друзей.
   Третье. У белых не хватило сочетания ума с решимостью определить главные для народа проблемы: землю — делим меж крестьян? Они это откладывали до своей победы и решения Учредительного собрания.
   Так на фиг они были народу нужны?
   Четвертое. Генералы соперничали между собой в славе и положении — кто более начальник, за кем будет больше заслуг. В результате сорокалетние таланты, которые у большевиков бы победно командовали фронтами или всеми Вооруженными силами — Слащев, Врангель, Каппель — гнобились ревнивым начальством. А перескочить их голову было нельзя: субординация, дисциплина, честь мундира. Они воевали — в определенных для них и ограниченных рамках, а стратегией ведали бездарности вроде Деникина, который устраивал окружение своей мягкостью, или истерики вроде Колчака, который хотел категоричностью возместить недостаток организационных способностей.
   Пятое. Они профукали все возможности для переговоров с большевиками. Антанта их просто носом тыкала: ребята, договаривайтесь, хватит убивать друг друга. Фиг. Ниже достоинства.
   Шестое. Они не сумели привести воедино всех врагов большевизма — всех демократов, конституционалистов, народных вождей, тянущих в разные стороны.
   Седьмое. Они не сумели договориться даже с казачеством — ярой и самой боеспособной силой Гражданской войны. Им требовалось лишь признать независимость ряда областей Казачьего войска, их государственность. И вместе воевать против большевиков, грабящих земледельца и разрушающих традиционный уклад жизни, святыни веры. Нене, единая и неделимая! И казаки вертали в сторону. То воевали бок о бок с белыми, то уходили домой, то расслаивались на белых и красных казаков.
   Восьмое. И цели у них не было. Они хотели «сделать все, как было раньше». А потом — собрать Учредительное собрание, и оно решит справедливую и законную жизнь.
   Увы. Российская Империя распалась в стадии дегенерации. В этой стадии посредственности олицетворяют собой сущность отмирающего социума.
   Они не могли не проиграть. Выигрыш определяется не военными целями, а политической стратегией. Политическая стратегия белых — образованных, воспитанных, патриотичных и умных людей! — их политическая стратегия была стратегией малограмотных недоумков. Поистине многознание уму не научает. Да вообще у них не было никакой стратегии — а клочковатое сопротивление на местах.
   Мощному позитиву и мощному террору красных белые не противопоставили ни того, ни другого. Ага — тонно выпить-закусить в дорогом изящном ресторане средь заснеженного бульвара родной столицы. Романсы. Цветы эмиграции. Официант, еще горчицы.
   …Когда же наконец мы, наследники и тех и других, примирим между собой их память. Все хотели как лучше…
   Эта книга имеет много недостатков. Она написана по одной-единственной причине. Очень хотелось такую книгу прочитать. Но ее не существовало. Объемной объективной литературы о Великой Гражданской войне у нас не было. Пусть каждый сделает что может.
   В нашей памяти, в нашей культуре, в нашем главном — она не избывается никогда — Великая Гражданская война.

ЧАСТЬ I
ПОДЖИГАЕМАЯ РОССИЯ

Глава 1. Кто чего хотел?

ОКТЯБРИСТЫ
   Временный комитет Государственной думы сформировали в основном либералы и либералы-консерваторы: октябристы и кадеты. Кто они?
   После опубликования царского Манифеста 17 октября 1905 года часть правых деятелей земского движения решили, что конституция в России уже есть. «Союз 17 Октября» объединил ту часть буржуазии и специалистов, которые смогли найти себе достойное место в Российской империи.
   Октябристами были профессора Л.Н. Бенуа и Ф.Н. Плевако, предприниматели Э.Л. Нобель, братья В.П. и П.П. Рябушинские, придворный ювелир К.Г. Фаберже, общественные деятели граф П.А. Гейден и князь Н.С. Волконский.
   Выступая за ограничение монархии, октябристы категорически протестовали против введения в России парламентского строя. Пусть будет некое «народное представительство» — но чтобы и власть монарха сохранялась, чтобы ни один закон не мог быть принят без санкции царя.
   Стоило Николаю II отречься от престола — и эта партия потеряла всякое самостоятельное значение.
КАДЕТЫ
   Партия конституционалистов-демократов (кадеты) создана в октябре 1905 года. Эта партия аккумулировала в себе огромную часть интеллектуальной элиты Российской Империи. Списки членов кадетской партии читаются как своего рода «звездный бюллетень»: сплошь ведущие ученые, адвокаты, земские и общественные деятели. В.И. Вернадский, П.Б. Струве, С.Н. Булгаков, Н.А. Бердяев, М.М. Винавер, Н.М. Милюков, А.А. Мануйлов… Долго перечислять.
   Кадеты отстаивали модель демократического государства, в котором последовательно осуществляются все основные права и свободы, реализуются ценности, которые М. Горбачев называл «общечеловеческими». Левые кадеты были сторонниками республики. Большинство хотели бы сохранить монархию, но сделать ее конституционной — по типу английской или норвежской.
   Они были сторонниками разрушения крестьянской общины, создания частного крестьянского хозяйства и допускали раздел помещичьих земель, на которых сами помещики не вели собственного хозяйства.
   В рабочем законодательстве они стояли за широкие социальные гарантии, подробно прописанное трудовое законодательство.
   Конечно же, кадеты выступали за полную свободу предпринимательства, за отмену всех мелочных ограничений. И за немедленное равенство всех народов России, конечно.
   В марте-апреле 1917 года число кадетов перевалило за 100 тысяч человек. Временный комитет Государственной думы взял власть после отречения Николая II, а затем его брата, Михаила Александровича. В формировании первого кабинета Временного правительства кадеты приняли самое ключевое участие. Важнейшие требования кадетов вошли в программу работы Временного правительства. П.Н. Милюков, А.И. Шингарев, А.А. Мануйлов стали министрами Временного правительства. Правящая партия? Если бы…
   До событий февраля 1917 года кадеты казались грозными потрясателями основ самодержавия. В руках кадетов была пресса, да и большие связи за рубежом.
   После Февральской революции кадеты окончательно стали недостаточно радикальными, малорешительными, недостаточно активными. Их стремление примирять все противоречия путем переговоров, нежелание применять силу стали казаться признаком слабости и чуть ли не глупости. Партия стремительно утрачивала достигнутое, и на выборах в Учредительное собрание собрала всего 5 % голосов.
СОЦИАЛИСТЫ-РЕВОЛЮЦИОНЕРЫ («ЭСЕРЫ»)
   Партия социалистов-революционеров возникла в 1901–1902 годах путем слияния нескольких организаций народников. Самые страшные террористы, эсеры считали главной революционной силой то крестьянство, то «народ в целом», но крестьянство у них как-то всегда оказывалось «главнее» и значительнее городского мещанства и рабочих.
   Боевая Организация провела ряд исключительно дерзких и очень успешных террористических актов. В 1902 году СВ. Балмашев убил министра внутренних дел Д.С. Сипягина. В 1904 году Е.С. Сазонов — министра внутренних дел В.К. Плеве. В 1905 году И.П. Каляев убил генерал-губернатора Москвы, великого князя Сергея Александровича (дядю царя Николая II).
   В наказание за расправу с восставшими крестьянами тяжело ранен харьковский губернатор князь И.М. Оболенский. Убит уфимский губернатор Н.М. Богданович — за «бойню» рабочих в городе Златоусте.
   До 1905 года — всего 6 терактов (правда — каких!), а вот в годы Первой русской революции 1905–1907 годов эсеры провели уже 200 терактов! И организовывали так называемый «аграрный террор» — поджоги усадеб, захват помещичьего имущества, самовольная порубка лесов и так далее.
   По их мнению, развитие русского капитализма вообще дело не очень важное, потому что в России капитализм есть не везде. И вообще чем его меньше, тем лучше. Главное — поднять общее восстание народа, в первую очередь крестьянства.
   Эсеры требовали «социализации» земли — то есть передачи ее крестьянским общинам, установления демократической республики, политических свобод, созыва Учредительного собрания, установления 8-часового рабочего дня. Распад крестьянской общины они считали злом.
   В 1917 году эсеров стало около миллиона человек, объединившихся в 436 организаций. Они очень популярны и в деревне, и в рядах провинциальной интеллигенции (6070 % провинциальной интеллигенции крестьяне во второмтретьем поколении).
СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТЫ
   Социал-демократия в России зародилась в среде народников и долго существовала в виде не связанных между собой кружков и союзов. В 1898 году в Минске прошел Первый съезд Российской социал-демократической рабочей партии (РСДРП). На съезде присутствовало… 6 человек.
   Народники не любили капитализма и считали, что Россия может прийти к коммунизму, минуя капитализм. Социал-демократы дали себе труд заметить, что капитализм можно любить или там не любить, а он уже существует. Россия все больше становится капиталистической страной, и все тут!
   Если так, логично взять за основу «идеологию промышленного пролетариата», марксизм. По Карлу Марксу, все человечество проходит одни и те же этапы развития: рабовладельческий строй, феодальный, капиталистический. В каждом строе есть свои два главных класса: эксплуататоры и эксплуатируемые. В рабовладельческом строе это рабы и рабовладельцы. При феодализме это крестьяне и помещики. При капитализме это рабочие и буржуазия-капиталисты.
   Идеология коммунистов имела кучу преимуществ по сравнению с идеологией народников. Она была рациональнее, более передовой, то есть ориентировалась на развитие человечества, на его движение вперед. Она лучше объясняла, что же происходит во всем мире и в России. Идеология народников в лучшем случае нейтрально смотрела на кумир XIX века — технический и общественный прогресс.
   Коммунисты же сами поклонялись кумиру прогресса, и их пропаганда оказывалась гораздо интереснее эсеровской для образованных, активных, современных.
   Идеология марксизма делала РСДРП партией более интернациональной, чем очень уж национальные эсеры.
   Не случайно на сборищах II Интернационала марксисты как бы представляли все социалистическое движение России, а эсеры оказывались в роли то ли «младших братьев», то ли эдаких экзотических существ. Сами эсеры на такое положение вещей сильно обижались, но факт остается фактом: для европейских социалистов эсдеки были родные, а эсеры в лучшем случае двоюродные.
   Впрочем, рано совершился раскол РСДРП на социалдемократов европейского типа и на нечто специфическое для России. В 1903 году, на Втором съезде РСДРП, возник спор вокруг того, кто же может стать членом партии? В.И. Ленин и его сторонники считали — «членом партии является всякий, признающий программу и поддерживающий партию как материальными средствами, так и личным участием в одной из партийных организаций». Без личного участия — ты не член РСДРП!
   А вот Ю.О. Мартов и его сторонники полагали — можно и не участвовать лично в работе партийных ячеек, но быть членом РСДРП! Мартов отстаивает классическую схему членства в партии — по убеждениям. Ленин настаивает на совсем другом понимании партии: не как объединения по убеждениям, а как духовного ордена или, если менее возвышенно, то как шайки, сплоченной общим делом.
   К концу съезда сторонники Ленина имели большинство, и стали называться большевиками. Сторонники Мартова, соответственно, меньшевиками.
   Большевики и меньшевики строили разные партии и по разному принципу, но в главном были единомышленниками: марксисты, они хотели произвести социалистическую революцию, уничтожить классы, ввести бестоварное хозяйство, при котором не будет денег, а будет натуральный обмен.
   Начало XX века — это эпоха, когда в Европу пришло множество социальных гарантий. Шестьдесят лет европейская социал-демократия боролась за права рабочих — и победила! 1901–1904 годы во всей Европе ограничивался рабочий день, появлялись и росли пенсии по старости, появились листки нетрудоспособности, а для женщин — декретные отпуска (чуть позже — и оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком). Европейцы стали жить еще лучше, гарантированнее, спокойнее, надежнее.
   В России 1917 года одни социал-демократы — меньшевики — собираются, беседуют, кого-то в чем-то убеждают…
   А другие — большевики — сплачивают людей в мощную боевую организацию, склепанную железной дисциплиной.
   Те и другие — социал-демократы, но настолько разные, что с 1903 года пути разошлись сразу и бесповоротно.
   По определению Плеханова, меньшевики и большевики были всего лишь «враждующие между собой братья». Не очень разбираясь в тонкостях идеологии, рядовые члены РСДРП неоднократно требовали «убрать фракции» — то есть объединиться. В годы Первой русской революции 1905–1907 годов РСДРП объединилась… Но после опять сразу же распалась.
   Во время Первой мировой войны меньшевики поддержали свое правительство, — в точности, как европейские социал-демократы. Вот большевики всячески желали своему правительству поражения и вели антивоенную агитацию. К февралю 1917 года меньшевиков было порядка 100 тысяч человек, большевиков — не более 40 тысяч.
   Между февралем и октябрем 1917 года произошло удивительное — большевики стремительно выросли и численно, и по своему значению. А меньшевики резко пошли вниз и фактически сошли с политической сцены. На выборах в Учредительное собрание в конце 1917 года меньшевики набрали 23 % голосов. Больше половины этих голосов дало Закавказье, в Грузии меньшевики стали правящей партией.