Подобные группы организовывали в тех районах внутри русских княжеств, которые были свободны от юрисдикции русских князей и находились под непосредственным господством хана. Такие группы на западе Руси назывались « люди сотные», « ордынцы» и « люди копанные».На востоке Руси подобные же категории назывались « люди численные», или « числяки» (то есть, люди, относившиеся к числовым делениям), « ордынцы»и « делюи»(люди, обязанные исполнять особую службу). 737Свидетельство о восточнорусских группах такого типа скудны. Сведения о Западной Руси в границах Великого княжества Литовского более разнообразны, но не всегда ясны. Лишь о соответствующих группах в Галиче, в границах Польского королевства, мы имеем в нашем распоряжении достаточно документальных свидетельств, чтобы понять внутреннюю структуру группы и функции сотников и ордынцев. Однако, доступные документы об этих землях относятся к послемонгольскому периоду (конец XIV и XV века). Хотя группы, о которых идет речь, все еще существовали в то время, их статус мог некоторым образом видоизмениться в новых политических условиях.
   Начнем разговор с сотных людей – согласно галицким документам, каждый член сотни был навсегда прикреплен к сотской общине. Если он хотел покинуть общину, он должен был найти себе замену – человека, который взял бы на себя его обязанности;. эту замену должны были утвердить сотские власти. Во главе сотни стоял сотский. Сотня делилась на десятки, каждую из них возглавлял десятский. Главной обязанностью сотных людей было обрабатывать землю. При польском режиме королевский уполномоченный (капитан, capitanens), располагавшийся в ближайшем замке, имел полномочия выделять участки земли сотным людям. При монголах сама община под надзором сотского, должно быть, занималась распределением земельных участков. Сотня владела скотом, выделяя быков и других животных каждому члену общины в соответствии с его потребностями. При польском правлении урожай с земель сотни шел в закрома ближайшего замка. В монгольский период продукция, скорее всего, использовалась для потребностей отрядов баскака в примыкающих районах и для рекрутированных там воинов. В конце XV века галицкие сотные общины концентрировались возле замка Санок. Как сотни, так и десятки упоминаются во многих документах Великого княжества Литовского; однако не всегда представляется возможным определить, какие из них относятся к той самой категории, о которой мы сейчас ведем речь. Видимо, в отличие от Галича, не все сотные люди в Великом княжестве Литовском обрабатывали землю. Некоторые держали пчел; иные, вероятно, выполняли обязанности другого характера для ближайшего великокняжеского замка.
   Числяки в Восточной Руси представляются группой, подобной галицким сотным людям, и так же, как и те, упоминаются в наших источниках лишь по окончании ханского господства над ними. Впервые мы обнаруживаем их в завещании великого князя Ивана I, которое было написано около 1339 г. Разделяя свои владения среди сыновей, Иван Калита наставлял их держать числяков под совместным контролем. 738Подобные же пункты появляются в завещаниях и межкняжеских договорах преемников Ивана Калиты. В большинстве из них утверждается, что земли, на которых расселены числяки, не должны продаваться. Очевидно, что числяки считались группой, подчиненной московскому княжескому клану в целом, а не какому-либо отдельному князю. Мы можем сказать, что они находились под великокняжеской властью. Вероятно, первоначально они подчинялись непосредственно хану, а затем район, где они жили, был дарован ханом великому князю Ивану I. Поскольку, как мы знаем, хан имел право освобождать отдельные районы из-под власти русских князей и подчинять их своей собственной администрации, он несомненно имел право и возвращать какие-либо из этих районов русской администрации, если на то была его воля. Статус числяков от этого не изменялся, но продукты их труда поступали уже в Великое княжество Московское, а не к хану.
   Галицкие ордынцы, как и сотные люди, были организованы в общины. Термин «орда» (по-монгольски – орду), как мы знаем 739, обозначает лагерь или ставку хана или кого-либо из членов императорской семьи, а также – командира большого военного соединения. Орда в данном случае получила свое название, потому что как группа должна была выполнять определенные службы для ставки ближайшего военачальника. В более узком смысле, каждая деревенская община такого типа также называлась ордой. Люди, не принадлежавшие к орде, могли присоединиться к ней, если принимали на себя все обязанности и обязательства ордынца (т.е. члена орды). Человек, однажды вступивший в орду, должен был служить там на протяжении всей жизни, и сыновья его – тоже. Таким образом, крепостное состояние каждого члена орды было постоянным и наследуемым. В источниках упоминается две категории должностных лиц орды: тивуныи ватаманы.Первый термин – это пережиток киевского периода (тиун), когда он употреблялся в значении либо княжеского управляющего, либо судьи 740. Ордынский тивун, вероятно, был судьей. Ватаман был предводителем местной ордынской единицы. По видимости, как тивуны, так и ватаманы избирались народом.
   В XV и начале XVI века галицкие ордынцы жили в пяти деревнях галицкого округа и в десяти деревнях львовского округа. Они должны были предоставлять запряженные повозки для перевозки грузов по требованию князя; постоянно держать смену лошадей в ближайшем замке, чтобы облегчать продвижение повозок; перевозить княжескую почту на расстояние в десять миль; предоставлять четырех всадников 741для любого похода, в котором принимает участие князь или комендант княжеского замка и местное дворянство; пасти и охранять княжеский скот, когда это требовалось. 742
   Согласно документам Великого княжества Литовского, обязанности «слуг ордынских», как обычно называли там ордынцев, носили самый разный характер. Одни из них должны были следить за плотинами на водяных мельницах; другие обеспечивать повозками княжеских посланников и курьеров; третьи – сопровождать в качестве охранников посольства к татарским ханам и являться верхом в полном вооружении.
   Службы, исполнение которых требовалось от ордынцев в Московии, видимо, были подобны тем, что выполнялись ордынцами и «слугами ордынскими» на западе Руси. В московских документах ордынцы впервые упоминаются в договоре между великим князем Дмитрием Московским и его двоюродным братом князем Владимиром Серпуховским (приблизительно, 1367 г.) 743. Согласно этому договору, ордынцы должны были исполнять те же службы, что и во времена отцов обоих князей, подписавших документ, что относиться к периоду правления Ивана II (1353-1359 гг.). Скорее всего, именно в то время район, где проживала группа ордынцев, перешел из-под власти хана к московскому великому князю. Иное (менее правдоподобное) объяснение могло бы состоять в том, что эта группа была образована Иваном II по монгольскому образцу. В договоре между Василием I и Владимиром Серпуховским (1390 г.) появляется пункт, запрещающий кому-либо покупать земли ордынцев, который отражает тот факт, что они, как и числяки, принадлежали великому князю.
   Давайте теперь рассмотрим статус капанных и делюев. В Галиче в послемонгольский период каланных трудно было отличить от сотных людей. При монголах они, должно быть, составляли отдельную группу. Две эти группы держались порознь в Великом княжестве Литовском даже в послемонгольский период. В галицких документах каланные определяются как « несвободные люди» (homines illiberi), а также как « королевские люди»(homines regales). Производное слово «каланство» обозначает рабство. Хотя и прикрепленные к княжеским владениям, каланные не являлись рабами. Они могли обращаться в суд и выступать в качестве свидетелей; имели право владеть собственностью. По всей видимости, они были потомками русских, взятых монголами в плен в ранние времена, которых хан обратил в рабов, чтобы они выполняли для него разнообразные службы. Возможно также, что некоторые из этих пленников были выкуплены королем Польши или великим князем литовским и должны были работать на них, чтобы компенсировать расходы. Представляется, что позднее в Галиче большинство каланных присоединилось к ордынской общине. В Великом княжестве Литовском каланные, или, по крайней мере, некоторые из них, обрабатывали землю на угодьях великого князя.
   Происхождение делюев, видимо, такое же, что и у каланных. По моему мнению, термин «делюй» происходит от персидского слова del, которое обозначает «середина, центр». Согласно монгольским правилам распределения военной добычи, большая часть военнопленных сохранялась для правящего хана, как для верховного главнокомандующего. Эта часть по-персидски называлась delia-i buzurg (большая середина). 744Хан имел право обращаться с этими пленниками по своему усмотрению. Вероятно, многие из них становились рабами хана и расселялись на земельных участках или должны были исполнять службы определенного характера. Как уже упоминалось 745, ханы других улусов, таких как Джинкши, например, также получали свою долю русских пленников, и некоторых из них привозили в Китай. В московских источниках делюи с ордынцами впервые появляются в вышеупомянутом договоре между великим князем Дмитрием Московским и князем Владимиром Серпуховским. Значит, происхождение этой группы можно отнести ко времени правления Ивана II. Возможно, район, заселенный делюями, был к тому времени дарован ханом великому князю Московскому. Однако, не исключено, что эта группа была образована русскими великими князьями из русских пленников, относившихся к группе delia, которых они выкупили. Выкупленные получили земли для обработки. Статус делюев и их земель был аналогичен статусу ордынцев.
IV
   Монгольская система управления функционировала в том виде, в котором первоначально была установлена, на протяжении примерно столетия. Она прекратила свое существование в Галиче в 1349 г., когда эту страну захватила Польша; к 1363 г. большинство других западнорусских (украинских и белорусских) земель признало господство великого князя литовского и также было потеряно для монголов. Монгольское правление в Восточной Руси продолжалось еще на протяжении столетия. Однако его характер изменился после реформы налоговой системы в начале XIV века. Впоследствии, как мы увидим 746, после периода неурядиц в Золотой Орде в 1360-х и 1370-х гг. монгольский контроль стал значительно слабее, исключая краткий период реставрации при Тохта-мыше (1382-1395 гг.).
   Следует вспомнить, что некоторые русские князья в конце XIII века и все русские князья в начале XIV века имели привилегию – и обязанность – собирать дань и другие налоги 747. В связи с этим баскаки были отозваны, а мелкие сборщики налогов теперь назначались самими русскими князьями. Каждый русский великий князь после сбора денег должен был иметь дело с особым монгольским высокопоставленным чиновником (даругой высшего ранга), который подсчитывал количество собранного и принимал деньги для сокровищницы хана. Эти даруги, однако, проживали в Сарае, а не на Руси. Такой даруга, ответственный за Великое княжество Московское («московский даруга»), упоминается в Симеоновской летописи под датой 1432 г. 748Скорее всего, существовал тверской, нижегородский и рязанский даруги 749. Общая сумма, которую каждый великий князь должен был выплатить хану, называлась «выходом». Это слово представляется русским переводом арабского термина kharaj. Первоначальным значением этого арабского слова было «дань» в общем смысле; позднее оно стало обозначать более узкое понятие – «налог на земельную собственность» 750.
   Большую часть выхода составляли деньги от дани. Что касается других налогов, то тамгу продолжали собирать, но вырученная от нее сумма обычно оставалась в сокровищнице великого князя. После 1360 г., очевидно, только один хан, Тохтамыш, мог собирать тамгу. 751Ям также регулярно не выплачивался ханам. Поплужное смешалось с данью, которая постепенно стала начисляться, исходя из количества сох. Согласно В.Н. Татищеву, сумма дани определялась на основании количества сох еще в 1273 г. 752, но это не подтверждают известные нам летописи и документы. Утверждение Татищева, хотя по сути и резонное, видимо, неверно датировано. Согласно летописям, в 1384 г. дань собиралась из расчета половины рубля с деревни. 753Эта единица измерения, должно быть, соотносилась с одной сохой. В своем письме от 1409 г. Василию I эмир Едигей говорил, что, по его сведениям, великий князь московский собрал по одному рублю с каждых двух сох. 754В своем завещании, написанном в 1423 г., великий князь Василий I советовал собирать дань в соответствии с количеством людей и их платежеспособностью («по людям и по силе»). 755Завещание Василия II (написанное в 1461 или в начале 1462 г.) содержит более точную формулу: «по сохам и по людям». 756
   Из разрешения, данного городом Новгородом великому князю Василию II собирать «черный бор» на торжокской земле (около 1456 г.), мы узнаем, что один плуг считался, как две сохи. Соха, с которой мы уже сталкивались в значении «легкий плуг», определяется как «две лошади и одна половина лошади». 757И снова, в Никоновской летописи: « Три обжи составляют одну соху. Обжа представляет собой следующее: один человек пашет на одной лошади. А когда человек пашет на трех лошадях с помощью двух работников, это – одна соха. 758Кроме того, как указано в новгородском документе, четыре человека без лошадей также составляли одну соху. Единицей налогообложения для несельскохозяйственных работ тоже служила соха. Согласно тому же самому документу, дубильная бочка, рыболовная сеть, кузница приравнивались к одной сохе; большой чан, или црен, использовавшийся для выпаривания в производстве соли, считался двумя сохами.
   Все это относиться к новгородской сохе. В Москве XVI и XVII веков термин соха применялся по отношению к значительно большей единице. Однако представляется, что в XV веке московская соха была единицей таких же размеров, что и новгородская. 759Следовательно, для сельскохозяйственных районов три человека, видимо, во всяком случае считались минимальным числом, составляющим каждую соху. Трое мужчин, соответственно с их семьями и иждивенцами, могли составлять группу примерно в двадцать человек. Это примерно соответствовало большой усадьбе семейной общины («большой семье»).
   В наших источниках не упоминается годовое количество выхода. Платежи значительно уменьшились во время неурядиц в Золотой Орде в 1360-1370-е гг. Тохтамыш восстановил первоначальные нормы налогов, но после его падения выход не выплачивался регулярно. Невыплаченный баланс оставался в казне русских князей, главным образом, в сокровищнице великого князя московского. Мы обнаруживаем некоторые цифры, имеющие отношение к выходу, в княжеских завещаниях и межкняжеских договорах, но эти цифры предназначались для подсчета доли каждого из князей в платежах, и не отражают общей суммы выхода. В своем завещании, написанном в апреле или мае 1389 г., великий князь Дмитрий Донской устанавливал квоту дани, которую должен был собирать каждый из пяти сыновей с удела, по тысяче рублей за выход. 760В договоре Дмитрия с двоюродным братом, князем Владимиром Серпуховским (март 1389 г.), доля последнего определена в пять тысяч рублей за выход. 761Эта цифра повторяется в договоре между Василием I и Владимиром Серпуховским (1390 г.). 762В еще одном соглашении между этими же князьями (1401 или 1402 г.) в качестве основы для межкняжеских расчетов взята сумма в семь тысяч рублей. 763В завещании князя Владимира Серпуховского, написанном также в 1401 или 1402 г., снова упоминается цифра – пять тысяч рублей. 764В завещании князя Юрия Звенигородского и Галицкого (1433 г.) значится сумма – семь тысяч рублей. 765Очевидно, что ни одна из этих цифр не покрывает полностью сумму выхода.
   Единственный возможный способ определить общую сумму выхода, хотя бы приблизительно, – это учесть нормы налогов, установленные Тохтамышем в 1384 г. В то время дань собиралась по норме: одна полтина с хозяйства, то есть – с сохи, или примерно с двадцати человек. 766С точки зрения численного деления населения, установленного монголами, соху можно было бы приравнять к одной десятой десятка. В тьме была 1 000 десятков, что соотносится, по меньшей мере, с 10 000 хозяйств (или сох). Во всяком случае, половина рубля с сохи означала бы сбор пяти тысяч серебряных рублей с тьмы. 767Эту цифру можно считать квотой, требуемой с каждой тьмы. 768Если в действительности собиралось больше, излишек поступал в казну великого князя; если меньше, то великий князь должен был восполнить недостачу из излишков с других тем, или же из своего собственного кармана. Считая, что Великое княжество Владимирское состояло из 17 тем (при Тохтамыше), мы приходим к цифре в 85 000 серебряных рублей, как общей сумме дани, выплачивавшейся Великим княжеством Владимирским в 1384 г.Если и другие восточнорусские великие княжества платили по той же норме, то Рязань должна была выплачивать 10 000 рублей, а Нижний Новгород и Тверь – по 25 000 рублей. Общая цифра для Восточной Руси, исключая Новгород Великий, равнялась бы тогда 145 000 рублей. К этому следовало бы еще добавить налоговый сбор с тамги.
   Количество, выплачивавшееся Новгородом Великим, определить на том же основании трудно, поскольку Новгород находился вне системы тем. Главным источником ханского дохода с Новгорода, вероятно была тамга (в те периоды, когда ее платили), а не дань. Что же касается дани, я склонен думать, что на основные новгородские земли была наложена дань, как на пять тем. Поскольку новгородцам самим было предоставлено право собирать налоги, они вполне могли счесть для себя более удобным приравнять каждую волость одной тьме. Конечно, возможно и то, что организация так называемых пятин 769в Новгороде приняла окончательную форму в монгольский период в соединении с принятой тогда системой налогообложения.

Глава ІV. РАСПАД ЗОЛОТОЙ ОРДЫ И ВОЗРОЖДЕНИЕ РУСИ

1. Две Руси

 
Карта 3. Реки Московского региона (до создания Волго-Московского канала)
 
I
   В первой половине четырнадцатого века Золотая Орда достигла вершины своего расцвета. Однако после смерти хана Бердибека (1359 год) в Орде начался затяжной политический кризис, который продолжался около двадцати лет, серьезно отражаясь на авторитете ханов и ослабляя их власть над зависимыми народами, включая Русь. Русские воспользовались благоприятной ситуацией и попытались отстоять свою независимость. На западе, под предводительством великого князя литовского, они отвоевали значительную часть территории, первоначально оккупированную монголами, и даже, на определенное время, вышли к берегам Черного моря.
   Образование в тот период двух сильных государств: Великого княжества Литовского, контролирующего ресурсы Западной Руси, и Великого княжества Московского (номинально Владимирского), управляющего большой и постоянно увеличивающейся частью Восточной Руси, – факт первостепенного значения в русской истории. Оно привело к разделению русских земель между Литвой и Московией. В конце концов, вследствие унии Литвы с Польшей, между Москвой и Польшей развился продолжительный конфликт. Политический раздел усугублялся социальными и культурными переменами и внес огромный вклад в постепенное разделение первоначально единой русской нации на три народа – великороссов (в настоящее время называемых просто русскими) на востоке, малороссов (украинцев) и белорусов на западе. Долгое время, однако, народы каждой из этих трех ветвей продолжали называть себя просто русскими.
   Политическое разделение Западной и Восточной Руси частично являлось следствием неспособности монгольских ханов обеспечить русским на западе надлежащую защиту от посягательств Польши и Литвы. Пока Западная и Восточная Русь находились под контролем хана, обе были частями одного политического образования, Золотой Орды. Но после падения Ногая золотоордынские ханы стали уделять меньше внимания положению в своих западных русских провинциях, чем контролю над Восточной Русью. Тогда как Узбек счел необходимым защитить Галицию от нападения польского короля Казимира Великого в 1340 году, его преемник Джанибек оказался не в состоянии отразить вторую атаку Казимира на Галицию в 1349 году, а только помог литовскому князю Любарту выбить поляков из Волыни. Любарт, однако, хотя формально и был вассалом хана, фактически представлял интересы растущего литовского государства и потенциально являлся врагом монголов. Таким образом, мы можем сказать, что власть монголов над Западной Русью начала ослабевать в 1349 году. Вскоре после начала усобиц в Золотой Орде великий князь Ольгерд Литовский предпринял против монголов успешную кампанию с целью установления контроля над Киевом и Подольской землей. Сопротивление ему было слабым, в 1363 году он разбил силы трех монгольских князей у Синих Вод вблизи устья Буга и вышел к берегам Черного моря 770.
   Несмотря на то, что преемники Ольгерда в конце концов утеряли выход к Черному морю, они сохранили за собой Киев и Подольскую землю, хотя после смерти Ольгерда его сын, князь Владимир Киевский, вынужден был признать ханский сюзеренитет и выплачивать ему дань. В любом случае, большая часть Западной Руси была освобождена от монголов, чье владычество над ней теперь сменилось владычеством Литвы и Польши. Монгольскому сюзеренитету над Восточной Русью суждено было продолжаться еще около ста лет, что само по себе являлось фактором углубления различий в историческом развитии Восточной (или Великой) и Западной (Малой и Белой) Руси.
   Что же касается этих названий, то Малая Русь (позже использовалось в форме МалоРусь), судя по всему, появилось в конце тринадцатого или начале четырнадцатого века. Когда в 1303 константинопольский патриарх по настоянию короля Юрия I согласился учредить в Галиче митрополичью кафедру, новый прелат получил титул Митрополита Малой Руси (по-гречески – ????? ?????, по-латыни – Russia Minor) 771. Кроме Галича ему подчинялись следующие епархии: Владимир-Волынский, Холм, Перемышль, Луцк и Туров. Таким образом, Малой Русью в то время называли Галицкую, Волынскую и Туровскую земли. То, что название было связано не только с церковными делами, но получило также и политическое значение, ясно из указа Юрия II (1335 год), в котором он именует себя «князем Малой Руси» (Dux Russiae Minoris) 772.
   Происхождение названия «Белая Русь» (позже Белоруссия; на польском Biala Rus) неопределено 773. Было бы весьма заманчиво усмотреть в нем древние сарматские корни. Как мы знаем, сармато-славянское племя, поселившееся в Галиции в раннем Средневековье, в девятом столетии называли Белыми хорватами, что, согласно китайской системе цветов, значит – Западные хорваты. Возможно какое-либо другое западное сарматское племя несколько раньше вышло к верховьям Днепра. Напомним, что одна из ветвей аланской группы сарматов была известна как аорсы (белые) или аланорсы (белые аланы) 774. Однако не существует убедительных свидетельств, подтверждающих гипотезу сарматского происхождения названия Белая Русь. К тому же его необходимо рассматривать вместе с «Черной Русью» (Rus Czarna), район под этим названием был занят литовцами на начальной стадии формирования Великого княжества Литовского 775. Эти два названия, судя по всему, составляли ономастическую пару и поэтому должны анализироваться вместе. Возможность объяснения терминов в свете их религиозных основ рассматривается в фольклористике, по крайней мере для Белой Руси. Высказывается предположение, что название «Белая Русь» было связано с культом Белбога (Белого Бога), гипотетического языческого божества славян 776. Сейчас в славянских мифологиях иногда упоминается также Чернобог (Черный Бог); используя подход, применяемый к Белой Руси, мы должны бы считать Черную Русь сферой культа Черного Бога. Однако достоверность существования Белбога и Чернобога находится под сомнением.
   По другому подходу предлагается интерпретировать названия через славянскую терминологию социальных отношений. Указывается, что славянское слово «белый» имеет значение «свободный» (относительно собственности – «необлагаемый налогом»), а слово «черный» – «несвободный» («облагаемый налогом») 777. С этой точки зрения Черная Русь называлась бы так из-за своего раннего подчинения Литве, в отличие от свободной Белой Руси. Эта теория представляется малоубедительной, поскольку Белая Русь, как мы знаем, тоже была завоевана литовцами, лишь немного позднее Черной. Согласно другому толкованию, Черная и Белая Русь получили свои названия по цвету одежд жителей, что кажется самым простым объяснением, но, пожалуй, слишком ненадежным. Кроме того, различие в цвете одежды могло иметь какое-то исторически обусловленное значение.