Я пожал плечами. Картина того, что произошло не более часа назад, запечатлелась у меня в памяти довольно ярко. Нет, никакого креста у дона Франсиско не было. Во всяком случае, тогда, когда я вытаскивал его из воды. А вот раньше... Я припомнил тот момент, когда впервые посмотрел в сторону пожилого пловца. Тогда мы с Ленкой устроили "морской бой" и плескались водой. Он плыл метрах в пятнадцати-двадцати от нас, из воды была видна голова и часть шеи. С этого расстояния креста я не видел, а вот какую-то темную полоску на шее вроде бы наблюдал. Это могла быть, конечно, и просто складка кожи, но могла быть тесемочка или цепочка, на которой висел крест. - Может быть, он соскользнул у него с шеи? - предположил я. - Этого не могло быть, сеньор, - по-прежнему глядя прямо мне в глаза, сказала Анита. - Цепочка была замкнута в узкое кольцо вокруг шеи, а крест был припаян к одному из ее звеньев. Ее можно было только сорвать... Теперь я понял, что заподозрен в похищении креста. - Крест был золотой? - спросил я, хотя уже догадывался, что подводного пловца вряд ли нацелили бы на похищение безделушки, цена которой в любой части земного шара никак не могла перевалить за сотню долларов. Тем не менее, если я не содрал крест с убиенного - в себе мне как-то не хотелось сомневаться, - то сделать это мог только тот самый сеньор, мистер или компаньеро, который провернул в доне Франсиско сквозную дыру. - Нет, - неохотно ответила Анита. - Это был не золотой крест... - Но очень ценный чем-то другим, верно? - очень вовремя встряла Хавронья. Видимо, в ее головешке прокрутилась та же логическая цепь, что и у меня. Муж и жена - одна сатана. - Во всяком случае, сеньора, для дона Франсиско он очень много значил. Анита испуганно сверкнула глазками, сообразив, что слишком уж много наговорила, причем таким типам, которые могут нести прямую ответственность за то, что дон Хименес в данный момент пребывал на пути в морг. Простите, сеньоры, мне надо работать. С этими словами она заторопилась прочь. Мы с Ленкой отправились к себе в номер. - Пошли под душ, - потребовала Хрюшка, - соль надо смыть. А то у меня уже кожа чешется. Я подчинился. Мне показалось было, что Хавронье захотелось отметить наше прибытие на Хайди чем-нибудь эротическим, хотя настроения на это дело у меня не имелось. На самом деле Хрюшке хотелось кое-что обсудить, и она рассчитывала, что лучше всего это сделать в душевой. - Мне кажется, что нас могут подслушать, - прошептала она мне на ухо под шум умеренно теплой водички, хлещущей из душа. - Могут, - кивнул я, - даже здесь. Если тут стоит хорошая аппаратура, то никакой шум не поможет. Очистят звук речи в два счета. Правда, навряд ли кто-то нами интересуется. - После сегодняшней истории заинтересуются. Сейчас эта девочка Анита, возможно, звонит в полицию. Ты, кстати, не думал, что нас захотели подставить? - Леночка, подставить можно было вдвое проще. Мы просто оказались случайными свидетелями. Мало ли что мог значить этот крестик! Какой-нибудь пароль, шифр, ключ... А может, боевой пловец просто получил приказ принести доказательство того, что Хименес убит. Нам нечего соваться во все это - целее будем. У нас тут своих дел полно. Тоже, кстати, не шибко безопасных. - Может, действительно сменим отель? Это не будет выглядеть странно. Я уверена, что завтра или даже сегодня к вечеру половина постояльцев отсюда удерет. Ведь этот Фелипе Морено тебя однажды видел. Ты учти, содержание твоих мозгов мне очень хорошо известно. - Тут у меня одна мыслишка проскочила. Раз ты в моих мозгах хорошо разбираешься, то скажи, какая. - Сразу скажу: дурная твоя мыслишка. Ты сделаешь вид, что собираешься уезжать, и потребуешь от Морено вернуть предоплату за не прожитые здесь дни. А когда он начнет умолять тебя остаться, переведешь разговор на убийство и постараешься вытянуть из вот этого(?) пузана все, что он знает о Хименесе. Верно, чарик? - В общих чертах... - ответил я, хотя Хавронья была права на все сто. - Вот именно, что "в общих". Только что распинался, что не хочешь лезть в это дело, а на самом деле уже готов. Причем, что самое неприятное, не зная толком, на кой черт тебе это нужно. Конечно, ты можешь что-то нюхом чуять - Волчище все-таки! - но никакой логики во всем твоем поведении не просматривается. - Вумная, как вутка! - похвалил я Ленку не без мелкой издевки. Во-первых, мадам Хрюша, я в это дело не суюсь, а хочу получить вполне безобидную информацию. Например, не был ли покойный связан с темными делами и не произрастает ли на этом островишке какая-нибудь крутая мафия, от которой надо застраховаться. А во-вторых, следует приглядеться к сеньору Морено - нет ли у него выходов на эту контору. - И ты думаешь, что этот экс-мэр все тебе так и выложит? - Выложит. Если он убедится, что мы с ним были знакомы раньше. - Ну, ты еще дурнее, чем я думала! - хмыкнула Ленка. - Собираешься шантажировать его? Или блефовать? - Блефовать. Он не крутой, его на пушку взять элементарно. - Ой, не просчитайся! По-моему, ты его давно не видел. За десять лет люди иногда здорово меняются. Да и вообще, одно дело - разговаривать, когда у тебя автомат под мышкой, а другое - когда ни шиша нет. Одно только самохвальство и самомнение. Это в Москве тебя кое-кто побаивается. А тут ты нуль без палочки. Уразумей! "Почувствуйте разницу!" Логичные животные, эти хрюшки. Аж противно! Конечно, Морено может и наплести всякой чуши, навешать мне лапши на уши, а проверить я не смогу это раз. Во-вторых, он запросто может выдернуть откуда-нибудь "магнум" и разнести мне башку в порядке "самообороны" - хотя бы просто от испуга. В-третьих, он может вежливенько все выслушать, а потом вывести на меня "террористов" - наследников Хорхе дель Браво. Или, того хуже, какой-нибудь местный "эскадрон смерти", подчищающий с острова остатки коммунистов. Прихлопнуть могут и здешние мафиозники, если у Морено есть "крыша". Трудно жить без пистолета, когда у соседа автомат! Да, барские замашки пора кончать. Тут нет ни кубика Рубика, ни даже Варана. - По-моему, пора нам и поужинать, - сказала Ленка, обтираясь полотенцем. Мы ведь последний раз в самолете кушали. - В номер будем заказывать или посмотрим на здешнюю харчевню? - А что дороже? - По идее, если в номер. Чаевые опять давать придется. - Ну, тогда пошли в харчевню. Некоторое время Хрюшка прикидывала, чего напялить, но потом решила, что вечерний туалет ей все одно не подобрать, и поперлась в "харчевню", то есть в ресторан, в легких светлых брючках и более или менее не затертой блузке. Меня она заставила надеть длинные штаны и рубашку-гуайанаберу. К нашей радости, тут не было английских обычаев переодеваться к обеду в строгий костюм с галстуком. В бикини, правда, никто за стол не садился, но шорты и бермуды были в порядке вещей. Как и обещалось, кормили "шведским столом", то есть бери что хочешь, а что не хочешь - оставь другим. Спиртное можно было заказывать отдельно. Общая атмосфера отдавала хреновостью. Народ, уже вошедший в курс дела по поводу кончины дона Франсиско, выглядел оттраханным в извращенной форме. Само собой, что никакой музыки не было, никто не ржал и даже не хихикал. Разговаривали все вполголоса. Даже дите семейства Коллинзов вело себя тихо и скромно лопало мороженое, не пытаясь пищать. Ближе всех к нам заседали мистер и миссис Смит. Они тихонько переругивались, но это было хорошо слышно. - Папочка, успокойся. Нечего психовать, - уговаривала деваха. - Ну, убили этого старого чико. Мыто при чем?! Какие-то счеты. У латинос подобное в порядке вещей. У тебя ведь с ним никаких дел не было, вы даже не знакомы были. Все, что мы видели с берега, - это то, как мистер Хименес пустил пузыри, и то, как его вытащил тот парень, который сидит за соседним столом. - Это немало, - проворчал ее хахаль. - Не забудь, что полиция уже сняла с нас показания. И, что самое неприятное, нам пришлось раскрыть инкогнито. - Да какая разница? - беспечно хмыкнула девица. - Ты думаешь, что полицейские тут же помчатся в газеты сообщать о том, что будущий сенатор Дэрк инкогнито прилетел на Хайди с любовницей? - После этой истории с Бетти Мэллори писаки ко мне неравнодушны... Я в это время с увлечением лопал, а потому слушал вполуха. Но когда прозвучала фамилия Дэрк, у меня в черепушке словно бы прозвенел будильник или зуммер. Впечатление было, будто команда пришла извне, чего давненько не случалось. Еще внимательнее я стал слушать после того, как "мистер Смит", он же кандидат в сенаторы мистер Дэрк, не без раздражения помянул Бетти Мэллори, без вести пропавшую с дочерью Вик после своего репортерского "наезда" на Дэрка. Все это было, так сказать, "по делу". В смысле - имело отношение к фонду О'Брайенов. Статью Бетти Мэллори насчет Дэрка, которая предположительно заставила журналистку исчезнуть, я читал и перечитывал раза три-четыре. Нельзя сказать, что Дэрка там уж очень крепко обложили. Бетти всего-навсего расколола одну из потаскух, которые изредка приглашались на ночные сейшены, проводившиеся на какой-то вилле, записанной на подставное лицо, но фактически купленной Дэрком. Там регулярно "отрывались" достаточно заметные товарищи из тамошнего аппарата и деловых кругов. Все это был народ семейный и с репутацией добропорядочных христиан. Бетти сумела пролезть на эту тусовку под видом съемной шлюхи. Этих шлюх отгружал Дэрку некий сутенер, гарантировавший собственной шкурой качество, безопасность и неболтливость своего товара. Как Бетти прошла контрольные тесты (если таковые были), в статье скромно умалчивалось, но мне лично казалось, что сутенера она слегка подмазала. Опять же неясно, использовалась ли Бетти на сейшене по прямому назначению или только выполняла свой журналистский долг, но факт тот, что она отщелкала массу интересных сценок, которые можно было тащить в "Плэйбой", "Андрей" или даже в "Еще". Поскольку родная газета миссис Мэллори слыла изданием достаточно аскетическим, то стыдливо приклеила на места стыковок рисованные фиговые листочки. Однако рожи заклеивать не стала. Самого Дэрка в совсем уж порнушном виде Бетти не сфотографировала, но зато в объектив ее угодили штук пять известных мафиозников, плавающих с Дэрком в одном бассейне. На другом фото Дэрк с девицей, восседающей у него на коленях, приятельски беседовал с каким-то восточным человеком. Этот гражданин оказался эмиссаром иранского аятоллы, который под видом частной поездки в гости к родичам интересовался возможностью приобретения военной техники. Справедливости ради надо сказать, что фотки были не шибко качественные. Во всяком случае, запомнить по ним, как выглядит Дэрк, я не сумел, а потому не смог сразу распознать его в "мистере Смите". Тем не менее, если Бетти исчезла, то скорее всего факты, приведенные в статье, "соответствовали действительности". Хотя вроде бы потом были опровержения, обвинения в фотомонтаже, даже судебный иск за клевету. Но потом Бетти и Вик Мэллори испарились как дым, и все стало тихо. Нет человека - нет проблемы. Меня, конечно, немного удивило, что Дэрк решил гульнуть на Хайди и приехал, как говорится, "один и без охраны". Судя по его связям, жизнь у него должна быть весьма напряженной и небезопасной. Да и вообще, такому тузу пора бы обзавестись и здесь парой вилл, а не шляться по отелям для среднего класса. Хотя, конечно, любовь зла. Если ему уж очень приспичило побалдеть с очередной цыпочкой, вообразив себя двадцатилетним студентом на каникулах, то он вполне мог на это решиться. Как-то по аналогии я задумался и над тем, почему весьма уважаемый дон Франсиско Хименес тоже очутился здесь "один и без охраны". Судя по обстоятельствам кончины, у него тоже были серьезные проблемы с личной безопасностью. А раз так, то ему вовсе не следовало купаться без телохранителей. Между тем "чета Смит" явно обостряла свой диалог. - Если тебе здесь нравится, - прошипел Дэрк, - можешь оставаться. Я улетаю завтра в любом случае. Эта романтика мне срезала пять лет жизни. - Чуть-чуть побыл настоящим парнем и испугался? - нагловатенько прищурив глазик, съязвила девица. - Испугал! Да катись, пожалуйста, ради Бога, кто тебя держит? Или ты думаешь, что я тут с голоду помру? В то, что она не помрет с голоду, я лично поверил сразу. Более того, я думаю, что она даже подзаработала бы здесь. При остром дефиците натуральных блондинок, который здесь наблюдался, к ней выстроилась бы такая очередь, как при Горбачеве за водкой. Но вот мандраж недоделанного сенатора меня заинтересовал. Оплатив номер вперед за двадцать дней, он вроде бы намечал надолго отключиться от рутинных забот и политической борьбы. Очень может быть, что и удрал он по-тихому, никого не предупредив. Такие случаи с большими людьми иногда случаются. Конечно, безвременная кончина дона Хименеса могла на него произвести негативное впечатление чисто по линии эмоций. Примерно тот же возраст, возможно, те же жизненные проблемы. Но мне отчего-то отчетливо представилось, будто дело посложнее. А что, если Дэрк просто имитировал побег "на волю, в пампасы"? Может быть, эта белокурая лахудрочка вовсе не главная причина его пребывания на Хайди, а так, прикрытие? Репутация бабника у Дэрка, вероятно, уже устоялась, о ней знают и его приближенные, и те спецслужбы, которые его, возможно, отслеживают по миру. Ну, подумаешь, решил кутнуть маленько под старость - обычное дело. А на самом деле ему не романтика была нужна, а серьезное, может быть, очень серьезное дело. Например, провести с доном Хименесом кое-какие переговоры или... Тут я вспомнил о пропавшем крестике. Сам же несколько минут назад говорил Хрюшке, что это может быть пароль, шифр, ключ... А что, если Дэрк должен был получить от Хименеса ключ от того самого сейфа, абонированного хрен знает в каком банке и содержащего в себе тайны суперфонда О'Брайенов? - Волчара, - позвала Ленка, - ты чего? Мозгами ворочаешь, да? - Угу, - ответил я, делая вид, что занят только едой. - Это хорошо, когда есть чем ворочать. Только не утомись. Погуляем после ужина? - Угу, - подтвердил я. В это самое время Дэрк, сердито сопя, встал из-за столика, оставив свою блондиночку, и направился к выходу. Та скорчила издевательскую рожицу и пошла к стойке бара. - Скандал в благородном семействе, - прокомментировала Хрюшка. - Ты сыт, зубастый? - Так точно. - Тогда кончай жрать, пойдем делать моцион. А то ты уже на чужих девочек пялиться начал. Это неспортивно. МАЛЕНЬКИЕ НЕПРИЯТНОСТИ ФЕЛИПЕ МОРЕНО Прогулка наша протекала примерно так, как и можно было предположить. Чебаковой хотелось поболтать о серьезном, но прохлада, ветерок, ароматы местной флоры действовали расслабляюще, умиротворяюще, и Хрюшка начала настраиваться на исполнение своего интернационального супружеского долга. Парк был террасный, то есть располагался ярусами, на которые надо было подниматься по лестницам, похожим на ту, что вела к пляжу, или по полого обтекающим обрывчики дорожкам вроде горных серпантинов. На каждом ярусе имелось по бассейну с фонтанами и фонтанчиками, а в одном месте был даже устроен небольшой водопад высотой в пять метров, по которому вода с шумом и брызгами низвергалась из верхнего бассейна в искусственную речку и неслась по ее бетонированному руслу в нижний бассейн. Мы шли по аккуратным аллеям, проложенным среди тропической зелени, мимо тех спортивных площадок, которые просматривались из наших окон. Изредка попадались лавочки, беседочки, где сидели бабушки и дедушки в шортах и панамках, похожих на те, что мне (Брауну, конечно) доводилось носить в Анголе и Родезии. Вообще по мере удаления от отеля народу убывало. Молодежи не наблюдалось. Видимо, она уже покатила в Сан-Исидро или в центр Лос-Панчоса на дискотеки и в другие культпросветучреждения. Постепенно мы заползли в самый дальний от моря конец парка - это была уже не то четвертая, не то пятая терраса. Сюда мы влезли по довольно крутой зигзагообразной лесенке и очутились на полукруглой площадке, обнесенной балюстрадой. Отсюда открывался шикарный вид на океан, лагуну, парк и сам отель. - Красота!.. - в очередной раз восхитилась Елена. - Чудо! Эти самые слова я слышал от нее за время прогулки раз сто или полтораста. С каждым разом произносились они со все большим возбуждением и придыханием, отчего мне стало яснее ясного: Хрюшке занадобилось потолочь лягушек... Этот прикол появился в нашем семейном обиходе еще в давние времена медового месяца, а он проходил у нас в то время, когда Колька и Катька уже усердно ворочались в утробе Хрюшки. Тогда же лекари определили, что Ленка заряжена дуплетом. Будущая мама, помнится, очень беспокоилась, что детей двое, а живот слишком маленький. "Да что ж там, лягушата, что ли?" - вздыхала она. Тем не менее, даже когда живот разросся до приличных размеров, желание потрахаться у нее было достаточно устойчивым. Вот тогда-то я и спросил по неграмотности: "А я твоих лягушек не растолчу?" Так у нас утвердилось кодовое название этого общеизвестного действия, хотя "лягушата" давно уже выросли в бегающее, дерущееся, ревущее и орущее мелкое хулиганье, а в Хрюшкином пузе с тех пор никто больше не прописывался. Полюбовавшись с балюстрады красотами тропического заката, мы направились дальше. Тут, на этой террасе, кроме нас, вообще никого не было. Аллея здесь была только одна, кольцевая, которая начиналась и заканчивалась на балюстраде у лестницы. - Волчара-а... А мы тут одни-и... - пропела Ленка - Пошли в номер, - предложил я. - А я хочу здесь, на природе... - Мало чего ты хочешь! Это в Сочах можно на каждой лавочке, и ничего не будет, а тут как сдерут штраф за оскорбление общественной нравственности мало не покажется... - Да что ты говоришь! Думаешь, полицейский под кустом сидит и специально ждет... - Между прочим, если ты на травку рассчитываешь, так в ней змеюки могут быть. Слышала про жарараку? Цап - и нету. Это я очень вовремя вспомнил, и Хрюшка немного поостыла. Но тут справа от аллеи показалось какое-то белое строение, просвечивавшее сквозь зелень. От аллеи к нему вела узкая гравийная тропка, поперек которой была протянута цепь с табличкой, на которой было написано по-английски и по-испански: "Закрыто. Гиды по парку работают с 10 до 18 часов. Извините!" - Ну, пошли обратно, - сказал я. - В кроватку, на свежие простынки... - Ладно, - согласилась Хавронья, - только давай дойдем до этого домика. - На фига? Там же закрыто... Никто тебе лекцию по дендрологии не прочтет. Разве что оплатишь сверхурочные... - Ну дойдем... Какая тебе разница, еще двадцать метров пройти? - Да мне-то никакой, а вот тебе-то это зачем? - Может, там туалет есть... - Не дотерпишь, что ли? Сбегай в кустики... - Сам напугал змеями... Боюсь. Пришлось идти и переступать через цепь. Строение было одноэтажной, довольно аккуратной хибаркой, стоявшей посреди асфальтированной площадки. Фасадом хибарка смотрела в противоположную от аллеи сторону, а потому мы с Ленкой вышли на зады этого учреждения и, пройдя мимо глухой торцевой стены, свернули за угол. За углом обнаружился вход с чем-то вроде крылечка, естественно, запертый. Ленка с тоской во взоре оглядела двор, но никаких выносных санитарно-технических сооружений здесь предусмотрено не было. Двор был обнесен бетонным забором с крепкими стальными воротами. За воротами просматривалась асфальтовая дорога. - Ну, довольна твоя душенька? - спросил я у Хрюшки. - Здесь пописаешь или бегом в отель побежим? Наверное, если б подобная же нужда застала Чебакову в родном поселке, она бы без колебаний нашла место для ее исправления. Хоть прямо посреди пустого двора. Но тут, в загранке, стеснялась. - А вон, окошко не закрыто, - сказала она, хватаясь за раму. Действительно, окно открылось, и прежде, чем я успел сообразить, Хавронья, уцепившись за подоконник, прытко вползла внутрь. Затем она высунула мордочку из окна и сказала: - Залезай! Тут никого нет! - Вот еще! - проворчал я. - Ты, между прочим, уже преступление совершила, бестолковщина! Проникла в частное владение без разрешения собственника. Это уже статья, правда, не знаю какая по-здешнему, но по-нашему - чистая 136-я "Нарушение неприкосновенности жилища". Ищи сортир, делай дела и вылазь поскорее! - Я одна боюсь... - проныла Ленка. Мне очень не хотелось, но пришлось. Я понимал, что Хрюшка не только из-за мелкой нужды залезла в офис дендрологов. По опыту знал, что если уж ей захотелось предаться страстям в необычной обстановке, то она выпросит обязательно. А раз так, то лучше уж здесь, чем где-нибудь в парке под кустом, где и впрямь на жарараку можно нарваться. Я влез в окно и опустил за собой раму. Хрен его знает, может, тут какие-нибудь сторожа ходят. Увидят незакрытое окно, будет нам на орехи... В офисе гидов-дендрологов было довольно уютно и прибрано. Там, куда мы залезли, видимо, была приемная, стоял стол с телефоном и компьютером, три мягких кожаных кресла, на стене висел план парка с обозначением посадок, яркий календарь на темы тропической флоры. Дальше была незапертая дверь в комнату, где отдыхали, ожидая своей очереди вести экскурсию, гиды-дендрологи. Судя по рекламному буклету, лежавшему на столе в приемной, парк отеля "Каса бланка де Лос-Панчос" посещался не только постояльцами, но и платными экскурсиями из других гостиниц. В комнате отдыха был телевизор, видак, журнальный столик и пара диванчиков. Еще одна незапертая дверь вела из комнаты отдыха в отсеки, где располагались туалет и душ. Правда, вентилятор и кондиционер, уходя с работы, специалисты по садово-парковому хозяйству вырубили, а потому в помещении чуть-чуть ощущалась влажная духота. Но туалет работал, и Ленка исчезла за его дверью. Нельзя сказать, что я уж очень сильно переживал из-за нарушения неприкосновенности офиса. Дома я не такие нарушения законности допускал, и ничего, до сих пор числился по разряду несудимых. Правда, не было особой уверенности в том, что здесь, на Хайди, волосатая лапа Чудо-юда меня отовсюду вытащит и от всего прикроет, но и риска настоящего в нашей затее не было. Мы ж не воровать залезли, дверей не ломали, сейфы не вскрывали. Тем более что сейфов здесь не было. Если и хранили в офисе денежки, поступавшие от экскурсантов, то где-то за запертой опечатанной дверью, слева от входа в приемную. Там, наверное, и решетки на окнах, и сигнализация - все как положено. Но нам туда не надо. Нам бы на диванчик в комнате отдыха... Никто сюда до утра не заглянет. А мы здесь и не станем до утра сидеть. Нам десяти минут хватит... Когда Ленка вышла и, умильно щурясь, положила мне на плечи ладошки, я уже на нее не сердился. Напротив, я благословлял Хавронью Премудрую за ее пакостную выдумку. Поглаживая мягкие габариты законной супруги в незнакомом интерьере, я испытывал возбуждение не меньшее, чем с совершенно новой дамой. Видать, и Хрюшка была в кондиции. Я уже распахнул было ее блузку, но тут... Обломы, как и некоторые другие ситуации, подкрадываются незаметно. То ли мои уши слишком внимательно слушали сопение разохотившейся Ленки, то ли эхо в горных джунглях меня поднадуло - черт его знает! Важно другое. Урчание подкатившего к воротам автомобиля я не успел услышать загодя. Во всяком случае, в момент, когда еще можно было успеть выбраться из окна и драпануть в парк, я мотора не почуял. Зато теперь хорошо слышал, как лязгают замки открываемых ворот. - Ой! - пискнула Хрюшка, торопливо застегиваясь. - Ой, Димка! Что будет! - Да ни хрена не будет... - попытался я успокоить ее. - Отстегнем пару сотен гринов этим лесникам - и все в ажуре. - Стыдно... - созналось гнусное животное, и мне его даже жалко стало. - Другой раз не потянет на романтику, - сказал я, дав Хрюшке несильного шлепка. - Ладно, пока не найдут, высовываться не будем. Не пыхти и сиди тихо. У меня была надежда, что дендрологи просто решили проверить, все ли в порядке на территории и не пытается ли кто-нибудь вывезти из парка некий образец уникальной тропической флоры. А раз так, то они и в офис заходить не станут. Однако голоса, донесшиеся со двора, заставили меня усомниться в благополучном исходе дела. Первый голос, который я услышал, был гнусно сиплый... и очень знакомый: - Заезжай, каррамба! А ты, мерин, поворачивайся, не стой как беременная ослица... - Сеньор Бернардо, - это был голос Фелипе Морено, весьма испуганный и даже заикающийся, - я просто ищу ключи от офиса. - Живее ищи! Где ж я мог слышать этого сипатого? И тут - вспомнилось! Ночная вахта с Марселой на палубе стоящей на якоре яхты "Дороти", этот самый сиплый голосище с моторки, в которой приплыли "морские койоты"... Бернардо Сифилитик! Какие люди! Но, к сожалению, с охраной. Из машины выскочили минимум еще трое - это я определил по шлепкам подметок об асфальт после того, как машина вкатила в ворота, а затем залязгали открываемые двери автомобиля. - Нашел ключи, боров? - спросил Сифилитик. Послышался звук пинка по чему-то мягкому, скорее всего по заднице сеньора Морено. - Шевелись, если хочешь пожить подольше! В прошлый раз, то есть лет десять назад, Бернардо получил от Ричарда Брауна две пули в задницу (по данным сеньоры Соледад), но вряд ли разглядел лицо того, кто их послал. Кроме того, один из парней Сифилитика получил пулю в башку и рассказать о том, как выглядит тот, кто вышиб ему мозги, естественно, был не в состоянии. Но вот голос Брауна, то есть мой голос, Бернардо мог запомнить неплохо. Да и среди его ребят могли найтись памятливые. Впрочем, они ведь приехали сюда отнюдь не для обмена опытом по лесопарковому делу. Даже если "койоты" меня не признают, живые свидетели им без надобности. Наиболее неприятно было то, что для серьезного разговора с "койотами" я был просто-напросто не в форме. Судя по легкому бряцанию антабок, кто-то из них имел при себе автомат, а уж о револьверах можно было не беспокоиться. У меня же никаких стволов при себе не было, а ждать, пока я добегу до аэропорта и слетаю в Москву за "Макаровым", эти ребята не станут. Забрякали ключи, отпирающие дверь. В это самое время Хрюшка совершенно неожиданно проявила здравую инициативу. То есть в тот момент она мне показалась наивной, но тем не менее сыграла положительную роль.