Нашлись бы люди, которые смогли бы посмотреть правде в глаза. Но много
было бы и таких, кто не сумел бы. И таких, боюсь, оказалось бы подавляющее
большинство.
- А что им оставалось бы делать? - спросил Крэш.
- Нет, постойте! Подумайте сами хотя бы минуту - подумайте, и тогда не
я, а вы скажете мне, что они стали бы делать!
Альвар Крэш еще раз посмотрел на висевший перед ним образ застывшего
безжизненного мира. Что они стали бы делать? Как бы они на это
отреагировали? Закоренелые приверженцы старых традиций, которые вздыхают о
днях былой славы, Железноголовые, менее радикально настроенные люди вроде
него самого, которые тем не менее во всех неприятностях видят происки
подлых поселенцев. Люди, которых вполне устраивает мир, в котором они
живут, здесь и сейчас, такой, как есть, - этим людям не по нраву любые
изменения. Что бы они сделали?
Наконец он сказал:
- Они не поверили бы. Начались бы демонстрации протеста, требования о
смещении вас с должности. Кое-кто спешно взялся бы за расчеты, чтобы
доказать, что вы ошиблись и все по-прежнему прекрасно. Вас объявили бы
шпионом поселенцев - даже сейчас многие так и думают. Так или иначе, вас
сместили бы с поста Правителя.
Грег печально улыбнулся.
- Вы слишком хорошо о них думаете. Я немного дал бы за свою жизнь,
какое там кресло Правителя! Хотя не знаю, что хуже. По большому счету, это
неважно. Все люди когда-нибудь умирают. Но планеты не могут, не должны
умирать! Во всяком случае, не после нескольких столетий жизни! - Грег
задумчиво прошелся по кабинету. - Может, это звучит немного театрально,
но, если меня сместят с поста и новый Правитель станет уверять, что все
прекрасно, планета будет обречена! Может, я сумасшедший или какой-то
маньяк, но я убежден, что это - правда!
- Но как вы можете не сообщить людям о таком состоянии экологии? -
спросил Альвар.
- Что ж, люди, конечно, должны об этом знать. - Грег снова подошел к
шерифу. - Я не думал, что вы решите, будто я держу все это в тайне! Да это
и невозможно. Любая попытка сохранить тайну тут же безнадежно провалится.
Точно так же, как попытки донести до людей всю правду. Сейчас люди
понимают, что с экологией у нас не все ладится и необходимо срочно
обновить, наладить систему регуляции климата. Они даже не в состоянии
понять, почему для этой работы нам пришлось пригласить на Инферно
чужаков-поселенцев.
Грег медленно ходил по кабинету из угла в угол.
- Нужно какое-то время, чтобы они научились смотреть в лицо опасности,
принимать действительность такой, как она есть. Если все пойдет как надо,
я сумею убедить народ, и люди признают: надо что-то делать с климатом, а
не терять время на разговоры. Мы должны представить людям продуманную,
определенную линию поведения, чтобы они поняли и приняли неизбежность
грядущих перемен. И мы сможем это сделать, я уверен. Но надо очень
тщательно взвесить каждый шаг. Сейчас ситуация очень сложная, можно
сказать, почти взрывоопасная. Люди больше настроены спорить, чем мыслить
здраво. Но экологическую программу надо запускать в действие уже сейчас,
пока еще есть надежда на успех, на выживание. И нам придется использовать
самые лучшие, самые мощные и быстрые приспособления, какие только могут
быть.
Правитель подошел вплотную к Альвару, глядя на него напряженно и
внимательно.
- Другими словами, единственная возможность не допустить гибели Инферно
- положиться на поселенцев. Иначе планета умрет всего через какую-нибудь
сотню лет. Не могу не заметить, что поселенцы согласились помочь нам с
определенными условиями, которые я не мог не принять. Об одном из этих
условий сегодня ночью все узнают. Но наш политический союз с поселенцами
держится буквально на честном слове. И если это дело с нападением робота
не будет быстро и аккуратно закрыто, на Инферно произойдет политический
взрыв. И не знаю, какую форму он примет. Если станет известно, что робот
причастен к преступлению или поселенцы подозреваются в подрывной
деятельности против роботов, будет очень трудно, если вообще возможно,
удержать моих противников от изгнания поселенцев с планеты. Если такое
случится, поселенцы просто умоют руки и уйдут. Но без их помощи Инферно
обречена! А после этого последнего выступления Железноголовых поселенцы, я
уверен, сами ищут повода для того, чтобы уйти. Мы не должны допустить,
чтобы у них такой повод появился!
Правитель еще раз прошелся по комнате, краем плеча зацепив кошмарную
голограмму мертвого мира. Приблизился к шерифу и склонился над ним,
опершись руками о подлокотники кресла. Лицо Грега было так близко, что
Альвар ощущал на своей щеке его дыхание.
- Раскройте это дело, шериф. Как можно быстрее. И без всяких скандалов.
Последние слова Грег прошептал, в глазах его промелькнула тень страха.
Потом он добавил, уже спокойнее:
- Если вы этого не сделаете, вы подтолкнете планету к гибели.



    11



Старший полицейский Тензо Мэлдор откинулся поудобнее в кресле и лениво
повернул голову к Мирте Люшер, младшему полицейскому, которая сидела за
штурвалом аэрокара. Они бесшумно мчались над городом в предрассветном
мраке. "Типичный новобранец, - раздумывал Мэлдор, - до чертиков
добросовестна, следует каждому пункту инструкций, просто умилительно, как
она дрожит над своей работой!" Она даже по имени его стала звать только
после специального приказа, а то все "старший полицейский" да "старший
полицейский"! Девочка в восторге от всех этих служебных мелочей и просто
обожает делать все _правильно_.
Как раз поэтому ей всегда хотелось самой поводить машину, что как
нельзя больше устраивало Мэлдора. Сам он переболел этим много лет назад.
Роботам нельзя было доверить управление полицейскими аэрокарами, потому
что патрули полиции несли в себе потенциальную опасность для людей -
никогда не знаешь, что может стрястись на дежурстве! Поэтому полицейские
вынуждены брать на себя часть обычных обязанностей роботов и пилотировать
эти чертовы кары сами - вместо того чтобы, как все люди, посадить за
штурвал робота.
Весь комизм положения был в том, что колонисты никогда особенно не
утруждали себя автоматизацией управления машинами - все равно за рулем
обычно сидел робот. Поэтому много чего приходилось делать буквально
вручную, и управлять полетом было гораздо сложнее, чем следовало бы. Это
требовало от пилота настоящего искусства. На первых порах Мэлдору хотелось
даже, чтобы полицию оснастили аэрокарами поселенцев. Пару раз ему
приходилось видеть их машины изнутри, а однажды даже летать на такой - во
время одной из заварушек в Сеттлертауне. Эти чертовы штуки двигались едва
ли не сами собой, почти безо всяких усилий пилота - человека или робота.
Автопилот в них был гораздо совершеннее, чем в аэрокарах колонистов.
Так нет, начальство уперто цеплялось за родной хлам! А потому такое
рвение Люшер было как нельзя кстати, особенно в эту рань. Чертов Крэш! С
чего ему взбрело в голову поднимать оперативные группы? Мэлдор с
удовольствием валялся бы сейчас дома, в уютной постельке, и смотрел
десятый сон, вместо того чтобы неизвестно ради чего носиться над унылой
пустыней.
Ну что ж. Может, им повезет и попадется что-нибудь стоящее?
Мэлдор пропустил последний скандал с Железноголовыми. И теперь ему
хотелось немного поразвлечься, пощекотать нервы.


Близился рассвет.
Калибан всю ночь изучал город. Он исследовал множество самых разных
улиц и бульваров, сейчас пустынных. Какой-то частью сознания он понимал,
что гулять вот так по городу опасно. Калибану казалось, что те люди,
которые пытались его убить, - кто бы они ни были, - снова начнут за ним
охотиться. И еще он пришел к выводу, что от остальных людей тоже не
приходится ждать ничего хорошего.
Калибан сознавал, что лучше всего сейчас скрыться, исчезнуть, чтобы
никто не сумел до него добраться. Но он не мог заставить себя это сделать.
Понемногу Калибан начинал понимать, что ищет что-то, ищет, сам не зная
что. Предмет, мысль, какие-то сведения, которых нет в его блоке памяти.
Ответ!
Но наступало утро. Ночные роботы - рабочие, строители - уступили место
дневным. На улицах показались личные слуги, посланцы, водители аэрокаров.
И вместе с ними стали появляться люди. С наступлением дня центр города
снова стал оживленным, сюда возвращалось все больше и больше людей.
До сих пор никто из них не обращал на Калибана никакого внимания. Но
люди... Они опасны! Нужно спрятаться. Только где? Калибан не имел ни
малейшего представления, каким должно быть безопасное убежище.
И снова ему почудилось то самое странное ощущение, как будто кто-то
нашептывал ему, о чем сейчас стоит подумать. Каким-то образом он понял,
что для робота опасения за свою жизнь почему-то неестественны - по крайней
мере, они не должны выступать на первый план. Это была еще одна подсказка
того ореола чувств, который витал над его блоком памяти. Может, Калибан -
первый из себе подобных, кому приходится спасаться бегством?
Но где же спрятаться - и как?! В той части города, которую он уже
обследовал, или там, где он еще не бывал?
Калибан миновал еще один перекресток и остановился неподалеку от дверей
какого-то магазина. Он взвешивал свои возможности. Сравнив результаты
ночных прогулок с данными блока памяти, Калибан понял, что большая часть
города ему все равно незнакома. Он побывал в центральных районах, прошел
по всем главным улицам. Но не было нужды изучать город систематически,
подробно, квартал за кварталом, улицу за улицей. Тогда не было. Но и этого
осмотра хватило, чтобы понять, что сведения по географии Аида в его блоке
памяти не очень точные и далеко не всегда правильные и полные. Город очень
изменился с тех пор, когда создавалась эта карта. И прошлой ночью Калибан
сам видел, как меняется город прямо у него на глазах. На его карте не
хватало целых зданий, которые появились в городе, и, наоборот, на карте
было много такого, чего на самом деле сейчас не существовало. Этой карте
вряд ли можно доверять.
Значит, прятаться надо в той части города, которую он уже видел. Жаль,
что он так плохо присматривался! Где же можно...
- Эй ты! Помоги моему роботу донести сумки до аэрокара!
Калибан от неожиданности даже немного растерялся. Обернувшись на голос,
он увидел мужчину необъемных размеров, выходившего вместе с личным роботом
из магазина. Робот тащил тяжеленную груду пакетов, за которой его почти не
было видно.
- Давай-давай! Все роботы из этого чертова магазина разосланы с
поручениями, и будь я проклят, если соглашусь, как дурак, их тут
дожидаться!
Калибан не двинулся с места. Прошлая ночь научила его, как опасно слепо
подчиняться приказам. И опасность в данном случае представляли как раз
люди.
- Да что с тобой такое?! - взорвался толстяк. - У тебя что, особое
распоряжение хозяина не двигаться с места и ожидать его здесь? Твой хозяин
что, приказал тебе стоять тут столбом и никому не помогать, будь он
проклят?
- Нет, - ответил Калибан.
- Так помоги моему роботу! Это приказ!
Но Калибан уже знал, что подделываться под остальных бессмысленно и
опасно. А вдруг этот человек прикажет сесть в его аэрокар и увезет черт
знает куда, в такое место, которого нет на внутренней карте? Может, он
собирает роботов, чтобы поразвлечься, разбирая их на части, как та женщина
прошлой ночью?
Калибан не хотел встревать в это дело. Надо поскорее уйти отсюда и
спрятаться получше, чтобы люди до него не добрались!
Он развернулся к человеку спиной и пошел прочь.
- Эй, ты! А ну, вернись!
Но ночной урок накрепко запомнился Калибану. Он сделал вид, что не
слышит толстяка, и пошел себе дальше. Неожиданно его схватили за руку.
Толстяк догнал Калибана и теперь пытался удержать силой. Калибан рывком
освободил руку. Человек попытался было схватить его снова, но Калибан
увернулся. Оставалось только убежать от назойливого толстяка. Тут,
конечно, очень много непонятного, но одно Калибан знал точно - здесь
оставаться ему больше нельзя.
Поэтому он отступил на проезжую часть и, не оборачиваясь, побежал прочь
по улице.
Центор Поллихэн с открытым от изумления ртом смотрел вслед убегавшему
роботу. Поллихэн был крайне удивлен и не менее сильно встревожен. Робот не
подчинился прямому приказанию, да еще и высвободился, грубо отшвырнув его
руки! Да это ведь равноценно преступлению, злонамеренному преступлению
против человека! Дрожащими руками, не вполне понимая, что собирается
делать, Поллихэн достал свой карманный телефон и набрал код экстренного
вызова полиции.
Он поднес трубку к уху. Не прошло и секунды, как откликнулся дежурный
полицейский робот:
- Полиция слушает! Сообщите, пожалуйста, причину вызова!
Голос у дежурного был мягкий, спокойный и почти не отличался от
человеческого. Поллихэн даже немного успокоился и смог логично мыслить,
для чего, собственно, голос робота-полицейского и был так отрегулирован.
- Я хочу сообщить о злостном преступлении робота! Робот, большой
красный робот, отказался выполнять мое приказание и грубо отшвырнул меня,
когда я попытался его задержать! Он убежал!
- Сообщение принято. Сэр, скажите, пожалуйста, где вы сейчас находитесь
и в каком направлении движется этот робот?
- Ах да, конечно, сейчас посмотрю. - Поллихэн задумался ненадолго и
огляделся по сторонам, пытаясь рассуждать спокойно, не волноваться.
Наконец он сказал: - На север. Он побежал на север, в сторону бульвара
Авроры!
- Это в направлении Дворца Правителя? - переспросил робот-дежурный.
Поллихэн глянул вдоль улицы и увидел в отдалении башни Дворца.
- Да-да, туда! - Видимо, дежурный сверился по карте города, сравнив
место, с которого звонил Центор, и названный ориентир. Чертовски разумно
держать в полиции роботов, которые быстро могут все проверить!
- Благодарю за сообщение, сэр! На место происшествия уже направлена
дежурная группа быстрого реагирования. Всего хорошего, сэр!
Связь прервалась. Центор Поллихэн захлопнул крышку телефона и сунул его
обратно в карман с приятным чувством выполненного гражданского долга. Он
велел своему роботу, по-прежнему безропотно тащившему кучу пакетов, самому
отнести и погрузить все в аэрокар. Других роботов на помощь он решил не
звать.
Через несколько минут вещи были погружены, и робот повел аэрокар к
дому. И тут Поллихэну внезапно пришло в голову, что полицейские как будто
ждали его звонка! Почему они так быстро поверили его безумному сообщению и
даже ничуть не удивились? Почему дежурный не попытался перепроверить его
слова, походившие на бред сумасшедшего?
И Центор с леденящим душу ужасом осознал, что скорее всего
робот-дежурный _ожидал_ услышать о роботе-преступнике! Центор Поллихэн не
хотел даже догадываться, что это могло значить! Нет-нет, надо поскорее
избавиться от этих ужасных мыслей! Ему по вкусу спокойная, тихая жизнь.
Хватит того, что он решился обратиться в полицию, что само по себе
неприятно.


- Срочный вызов! - Слова слетели с губ старшего полицейского Мэлдора
чуть ли не раньше, чем на панели вспыхнула сигнальная лампочка. "Годы
тренировок! - подумал он походя. - Приучаешься действовать, и действовать
так, как надо, даже если еще не уверен, что в самом деле что-то
стряслось". Не отвлекая младшего полицейского Люшер от управления
аэрокаром, Тензо пробежал глазами текст сообщения, выискивая ориентиры, к
которым надо лететь. Не стоит загружать девочку ненужными подробностями,
пока она за рулем.
- Что там, Тензо?
- Робот-преступник, направляется на север, к Авроре, из района между
Авророй и Солярией. - Мэлдор сверил направление и расстояние: - Курс ноль
сорок пять!
Но аэрокар уже закладывал вираж, разворачиваясь к северу. Мирта сама
успела просчитать курс. Мэлдор не мог не признать, что его напарница -
прекрасный пилот. Всегда знает, над какой частью города они находятся и
как попасть куда нужно.
- Черт побери, Мэлдор, что еще за робот-преступник? Значит, эти дрянные
сплетни - правда?!
- Знаешь, слухи ходят не только среди полицейских, - мрачно отозвался
Мэлдор. - Если об этом узнали гражданские, они здорово обделались от
страха, и я, между прочим, их не виню. Народу теперь на каждом углу может
что угодно померещиться!
- Чудненько! Правда, нам от этого не легче. Готовься, через десять
секунд будем над целью!


Центор Поллихэн не мог поверить в то, что случилось. Он встретился - и
даже разговаривал - с сумасшедшим роботом! Ему удалось наконец найти
объяснение этому кошмарному случаю. Почти подсознательно Центор уже
прокручивал в уме, как и когда сообщит новость своим знакомым,
естественно, чуточку преувеличив собственную смелость и проницательность.
Правда, сейчас, наверное, звонить им не стоит. Он еще не избавился от
некоторой досадной нервозности. Это, конечно, из-за звонка в полицию.
Может, для кого-нибудь позвонить в полицию - все равно что высморкаться.
Но Центор Поллихэн в жизни не совершал более смелых поступков, а потому
безо всякого стеснения смаковал свой невиданный подвиг.
"Но пора возвращаться к действительности", - немного неохотно напомнил
себе Центор. Пора приказать роботу лететь домой, пора успокоиться,
вернуться к тихой, привычной, нормальной жизни. Он уже представлял
размеренный, утонченный обеденный ритуал, всегда с одним и тем же меню, с
одной и той же сервировкой стола, всегда в одно и то же время. Его роботы
знали, насколько важны для хозяина такие приятные мелочи. И робот-пилот
наверняка уже связывался с домашней прислугой и напомнил ей о следующем
пункте в распорядке дня. Роботы проследят, чтобы до конца дня все шло еще
размеренней и благообразней, чем всегда. И воспоминания о том, что Центору
сегодня довелось пережить, выветрятся сами собой.
Несмотря ни на что, у него есть теперь что порассказать приятелям.
"Центор схватился с сумасшедшим роботом!" Он представлял, какой поднимется
шум среди людей его круга после такой вот истории! На несколько секунд
Центор полностью отрешился от действительности, погрузившись в мир своего
воображения. Он представлял, как будет об этом рассказывать, каким ужасным
и невероятно опасным был робот и как ловко с ним разделался бесстрашный
Центор... Думать об этом было чертовски приятно, и Центор почти совсем
успокоился. Он попробовал сочинить продолжение, представить, что могло
произойти с этим сумасшедшим роботом.
Но тут в его мечты вмешалась действительность. Мимо молнией пронесся
небесно-голубой аэрокар и стремительно пошел на посадку. Центор с открытым
от удивления ртом проследил за ним взглядом. Полицейский аэрокар! А вон -
еще один, и еще, и еще! Они летели со всех сторон и, почти не снижая
скорости, резко заваливались на правое крыло и ныряли вниз. Один или два
скользнули даже под самой машиной Центора, нарушая все мыслимые правила
безопасности движения!
Внезапно до Поллихэна дошло, что его собственный аэрокар неторопливо
летит прямо на север, к бульвару Авроры - как раз туда, куда побежал
ужасный робот! Центор глянул вниз через лобовое стекло, и внутри у него
похолодело. Здесь собралось целых четыре патрульные машины - две уже
приземлились, остальные выделывали в воздухе такие пируэты, что страшно
смотреть! И Центору даже показалось, что он заметил краем глаза красного
робота, который все еще быстро бежал на север.
Аэрокар Поллихэна задрожал и накренился, захваченный вихрями, которые
подняли полицейские кары. Поллихэн ничуть не был похож на любителя острых
ощущений. От этой тряски мгновенно развеялось все любопытство и мечты о
грядущем удовольствии. Ему больше не хотелось и думать ни о какой полиции,
ни о каком роботе.
- Поворачивай! Поворачивай, идиот! - закричал он срывающимся голосом. -
Поворачивай и гони отсюда подальше!
Голос Центора так дрожал, что робот без слов понял значимость приказа.
Он мгновенно заложил крутой вираж, от чего машина буквально встала на
крыло, и рванул с максимальной скоростью вниз. Аэрокар скользнул между
двумя высокими башнями, с ревом промчался почти над самой улицей,
перепугав прохожих. Центор изо всех сил впился скрюченными пальцами в
подлокотники кресла и весь покрылся холодным потом. Наконец машина немного
сбросила скорость и чуть задрала нос, набирая более благоразумную высоту.
Поллихэн сидел ни жив ни мертв, сердце бешено колотилось, дыхание
срывалось. А аэрокар неспешно летел в сторону дома.
Все, с него хватит! Это уже слишком! Если все так называемые острые
ощущение таковы, то Центор Поллихэн наощущался за сегодня на всю
оставшуюся жизнь! Жизнь должна быть спокойной, размеренной, разумной! И
все должно оставаться таким, как есть, - уравновешенным, тихим, надежным.
Непокорные роботы? Сумасшедшие лихачи-полицейские? Этому кошмарному хаосу
не место в его жизни! С этим надо что-то делать.
Подобные мысли неожиданно взбодрили Центора. Он понял, что ужасная
неопределенность и хаос никуда не денутся только оттого, что ему, Центору
Поллихэну, это не по нраву. Что же предпринять? Написать жалобу Правителю?
Собрать всех здравомыслящих людей, которые хотят всего лишь, чтобы их
оставили в покое и не мешали жить, как они привыкли? Сколотить из самых
спокойных и мирных граждан Инферно разбойную группировку вроде этих
кошмарных Железноголовых? И настоятельно потребовать, чтобы прекратились
эти безобразия и жизнь вернулась в нормальное русло?
Но тут его буквально прошибла еще одна ужасная мысль. А если
предположить, если только предположить, что вот это-то и есть на самом
деле норма? И тихая безмятежная жизнь, которой столь долго наслаждались
граждане Инферно - только отклонение от естественного порядка?! Что, если
прямо сейчас это искажение будет исправлено и на мир обрушится
возмутительная суета настоящей жизни?
Что, если нет ничего "нормального" в том, что так хочется вернуть?
Центор Поллихэн содрогнулся от страха, предчувствуя, что это только
цветочки и будущее может оказаться еще ужаснее.
- Отвези меня домой, - скомандовал он пилоту. - Я хочу домой, там
безопасно!


Калибан бежал по улице и вдруг услышал над головой пронзительный вой.
Так завывать могли только турбины аэрокаров, на большой скорости идущих на
посадку. Колеса машины коснулись мостовой, заскрипели тормоза. Калибан
понял, что приземлилось уже несколько машин. Остальные наверняка сядут
где-то впереди. Тут он их увидел - действительно, впереди прямо на дорогу
приземлялись голубые машины.
"За мной, - подумал Калибан. - Это все за мной! Я чем-то ужасно их
пугаю, хотя никак не пойму чем. Поэтому они постараются уничтожить меня!
Если получится". Калибан знал это совершенно определенно, ни о каких
догадках и подозрениях не было и речи.
Калибан уже научился быстро оценивать ситуацию по отдельным признакам,
хотя какая-то часть его мозга была занята только мыслями о бегстве. Он как
раз сейчас подумал мельком, как интересно организованы его мыслительные
процессы. Однако это не отвлекло его от главного - лихорадочного поиска
путей к спасению. Калибан резко остановился и повернул вправо, на тенистую
аллею. Аэрокары уже приземлились и не станут взлетать, чтобы снова
преградить ему путь. Три, четыре, пять - всего было шесть машин. Но от них
так просто не отделаться. Раз уж полицейские выслали за ним такую мощную
бригаду, значит, будут преследовать до последнего. Но куда же бежать? Где
можно укрыться? Вопрос стал более чем существенным, когда аллея внезапно
уперлась в глухую стену.
Калибан огляделся и заметил дверь в здании, которое ограждало аллею с
северной стороны, и еще одну - в южной стене. Он толкнул одну дверь - она
легко открылась. Калибан уже хотел было пройти внутрь, как вдруг ему в
голову пришла одна мысль. Он подскочил к южной двери и толкнул ее - дверь
оказалась надежно запертой. Тогда Калибан сильным рывком распахнул ее,
буквально сорвав с петель. А сам скользнул в северную дверь и аккуратно
прикрыл ее за собой.
"Наверное, это старый примитивный трюк, - подумал он. - Но они не
ожидают, что робот может применить какую-нибудь хитрую уловку, как бы
проста она ни была. Они меня недооценивают - это ясно как день. Придется
сделать ставку на это".
И Калибан пошел в глубь здания, выискивая путь к спасению.


Тензо был уверен, что их машина отреагировала на вызов первой. Но
радости от этого пока было мало. По меньшей мере еще три или даже четыре
аэрокара были с самого начала в более выгодной позиции. Два удалось
обойти, но впереди, перед самым носом, по-прежнему маячила машина
Джекдола. Этого обставить никак не получится, как ни хотелось бы самим
арестовать этого робота! Проклятие, вот же он! Бежит прямо по середине
дороги! Они его поймали! Нет, черт возьми, еще нет! Чертов робот внезапно
остановился и повернул в боковую аллею. Аэрокар Джекдола открыл тормозные
люверсы и резко нырнул вниз, пошел на скоростную посадку. Мирта дернула
рычаги, задирая нос их кара, чтобы проскочить вихрь, поднявшийся за
машиной Джекдола. Получилось! Мирта - прекрасный пилот, но такие выкрутасы
- это уже слишком! Проклятие! Как он не подумал, что красный ублюдок
пустится на такую хитрость? Конечно, нормальный робот и не подумал бы
скрываться, но нормальные роботы от полиции не бегают. В инструкции
предупреждали, что от этого робота надо ждать "нестандартного поведения".
И вот теперь они выбыли из игры! Они проскочили удобную позицию, и теперь