поселенцах, которые якобы понимают нас и осознают всю значимость Трех
Законов, я не могу поверить, что колонист на такое способен! Подумать
только: сделать робота без мозга, с дистанционным управлением, или надеть
ботинки с подошвой, как у роботов, и таскать с собой руку робота! Или -
того хуже - создать специального робота-убийцу! Ни одному колонисту такое
и в голову не придет! В одном Велтон права - Три Закона стали для нас
чем-то вроде религии. Не соглашаться с ними, поносить Законы или самих
роботов - почти богохульство. И придет время, когда наш милый Правитель
Хэнто Грег ненароком перегнет палку и его назовут еретиком. Наверное, это
даже глубже, чем кажется на первый взгляд. Мне, например, противна сама
мысль о роботах без Законов! Это сродни отвращению к каннибализму или
инцесту. Не думаю, что кто-то из колонистов, кто всерьез решится на такое,
останется при этом настолько в своем уме, чтобы подробно все продумать, а
потом и сделать это! Нет, только поселенец может быть таким тупым - ну,
ладно, таким безразличным ко всему, - чтобы задумать и создать
робота-злодея!
Альвар замолчал и задумался. Неожиданно ему пришла в голову еще одна
тревожная мысль.
- Собственно, ведь это и может быть мотивом преступления! Может,
поселенцы вовсе и не хотят уходить с планеты! Мы так увлеклись
обсуждением, каким же образом было совершено преступление, что забыли о
главном: зачем, кому-то понадобилось нападать на Фреду Ливинг?
- Простите, сэр, я не совсем понимаю, - сказал Дональд.
- Попробуй не обращать внимания на глупости, которые Велтон говорила
насчет того, что вроде бы уважает несхожую с их собственной культуру
колонистов. Она проговорилась, что поселенцы прибыли сюда как миссионеры,
чтобы убедить нас отказаться от роботов. Поселенцы - и эти, на Инферно, и
все остальные - пытаются выставить нашу зависимость от роботов как
слабость, а не силу. Ты говорил, как нам нужно доверие к роботам. А
представь, что нападение на Фреду Ливинг - первый залп в битве за то,
чтобы заставить колонистов бояться своих собственных роботов?
- Я понял, сэр. Но вернемся к вопросу, почему жертвой оказалась именно
Фреда Ливинг? Почему поселенцы не устроили нападение на кого-нибудь из
своих?
Крэш тряхнул головой.
- Я не так уж хорошо понимаю этих чертовых поселенцев, как тебе
кажется. Может, Велтон и Ливинг из-за чего-то поссорились? Помнишь, Йомен
Терах намекал на какое-то соперничество между ними? Наверняка это каким-то
боком касается того грандиозного проекта, о котором еще не сообщали в
прессе. И не думаю, чтобы нам удалось до многого докопаться, пока мы не
узнаем, что это за проект.


Тремя часами позже Альвар Крэш сидел за столом в своем кабинете, в
управлении полиции, просматривал последние донесения и с завидным
служебным рвением делал заметки о ходе расследования. По-хорошему, ему
надо было бы отправиться домой и хорошенько отоспаться. В прошлую ночь
шерифу удалось прилечь не больше чем на час. Но Крэш был слишком
возбужден. Погоня за преступником захватила его, и он не смог бы оставить
все это и заснуть.
Правда, гнаться пока было не за кем. Губер Эншоу еще не выбрался из
дому, и шериф не мог его расспросить. Может, экспертам-криминалистам из
полицейской лаборатории удастся что-то выудить из улик, собранных на месте
преступления? Крэш готов был поклясться, что они что-то раскопают, но эти
находки только собьют с толку следствие. Кто бы ни совершил это
преступление, он чертовски ловко подтасовал улики, которые ничего не
доказывали.
Но пока не выяснится что-то определенное с уликами и вещественными
доказательствами, двигаться вперед невозможно.
Нет, есть все же один способ. По-прежнему остается опасность еще одного
подобного нападения. Случись оно - и можно будет понять почерк
преступника, выяснить потаенный смысл этих нападений. Второе преступление
готовят обычно не так тщательно. Ужасно, конечно, когда полицейский с
нетерпением ожидает очередного преступления. Но у него так мало других
способов разобраться с этим делом! Что еще он может сделать?! Отрядить
половину своих полицейских на поиски ботинок с протекторами, как у
роботов, - вдруг случайно наткнутся? Но-злоумышленник наверняка уже их
уничтожил или припрятал получше для следующего нападения.
Альвар изо всех сил старался отвлечься от этого дела. В конце концов,
ему по-прежнему надо руководить полицейским управлением, никто за него это
не сделает! Шериф просмотрел все рапорты подчиненных, в два счета
управился со всеми неотложными делами, отдал нужные распоряжения. Но
отвлечься по-настоящему у него все равно не получилось.
Потому что поселенцы пришли на Инферно, чтобы отнять планету у
колонистов. Крэш чувствовал это всем своим существом. Неважно, как
настойчиво они это отрицают, неважно, как искренне уверяют, что это вовсе
не так! Несмотря на всю шумиху, поднятую Правителем Грегом вокруг новой
эры сотрудничества, Альвар Крэш твердо знал - поселенцы смотрят на Инферно
как на мир, подходящий для колонизации!
До поры до времени поселенцы - по крайней мере, большинство из них -
вежливо заявляют о своем уважении к местной культуре. И только! "Местная
культура"! Это ведь всего-навсего обычная политическая ширма, если вообще
такие бывают! Весь вопрос в отношении к роботам. Некоторые оптимисты
считают, что поселенцы, пожив на Инферно, тоже заведут себе роботов,
увидев все преимущества этих верных помощников. А может, даже вернутся на
свои родные планеты, восхваляя на все лады роботов и стиль жизни
инфернитов. Рынок расширится за счет новых миров - миров поселенцев, - и
колонисты обогатятся, продавая туда роботов.
Крэш не понимал таких наивных мечтателей. Поселенцы пришли сюда, чтобы
отнять у колонистов планету, а не для того, чтобы покупать роботов! Сперва
они утвердят свое владычество - Господи, да с роботами можно запросто
расправиться! Их можно просто перестрелять из бластеров. А когда поселенцы
устранят роботов, им даже не надо будет как-то бороться с колонистами!
Культуре колонистов - и каждому отдельно взятому колонисту - роботы нужны
точно так же, как вода и пища. Слишком много работ выполняют только
роботы, слишком многие люди не утруждали себя изучением всех тех дел,
которые проще переложить на плечи роботов! Без роботов колонисты обречены.
Постепенно его мысли вернулись к тревожному вопросу: что произойдет,
если колонисты перестанут доверять своим роботам?
И что, если поселенцы своими интригами как раз и пытаются выяснить, что
из этого выйдет?



    6



Губер Эншоу нервно расхаживал по комнате. Они уже наверняка должны были
ее найти. Наверняка нашли! Но жива ли она? Этот вопрос острыми когтями
раздирал его душу. Губер точно знал, что Фреда была еще жива, когда он
ушел. Наверняка роботы нашли ее и позаботились о ней как должно. Там же
полно роботов! Черт! Он ведь сам отослал их из лаборатории на всю ночь! Об
этом Губер как-то позабыл - от волнения, конечно.
Но эта ужасная лужа крови, изрезанное осколками лицо Фреды! А как
неподвижно и беспомощно она лежала! Он должен был остаться там, должен был
рискнуть всем и помочь ей! Но Губер не смог - не смог из-за собственной
трусости.
А Тоня! Его милая, милая Тоня! Даже сейчас, несмотря на свои душевные
терзания, Губер Эншоу снова подумал: какое чудо, что такая замечательная
женщина думает о нем, заботится о нем - о самом обыкновенном мужчине. И
теперь она могла из-за него попасть в беду!
Однако он ведь сам попал в беду из-за нее. Тяжелые подозрения
зашевелились в его душе. Да как только он мог такое подумать! И как же не
думать?..
Было много такого, в чем он не отваживался признаться даже самому себе.
Как она оказалась замешанной во все это? Ради нее он готов был
пожертвовать очень многим - всем! Правильно ли он поступил? Что из всего
этого получится? Что он должен был сделать этой ночью?
Губер глянул на панель видеофона. Сигнальные лампочки на нем светились.
Внешний мир настойчиво пытался дотянуться до него по всем каналам связи.
Наверняка там, среди других, ожидает его и послание от Тони. Наверное, она
уже сумела раздобыть полицейские сводки! И она прекрасно знает, как бы ему
хотелось на них взглянуть.
Губер Эншоу мерил шагами комнату, не находя места от тревожного
ожидания, и не позволял себе даже взглянуть на настенные часы. Он уже
давно завесил их тряпкой. Но его взгляд снова и снова неудержимо
возвращался к закрытому циферблату, хотя Губер упорно не желал знать,
сколько прошло времени. Он понятия не имел, который час, не знал даже,
день сейчас или еще ночь. Это можно было узнать, надо всего лишь снять
тряпки с часов или спросить у робота. Но какая-та часть рассудка Губера
Эншоу упорно сопротивлялась этому.
Губер почему-то слепо верил, что, пока он не знает, который час, он
надежно укрыт ото всех. Пока он не знает, какой сейчас день и час, можно
представить, что он отрезан от всего мира, отделен от него безмолвной
панелью видеофона и надежными спинами своих роботов.
Конечно, рано или поздно, ему придется выйти из дома. Придется снова
вернуться ко времени, к миру. Губер это знал. Но чувство вины, вины за
свои преступные действия, еще долго не позволит ему показаться на люди.
И - Тоня. Тоня. Два вопроса не давали ему покоя.
Какова ее роль в этой истории?
И как она будет относиться к трусу, не смеющему высунуть носа из своего
дома?


- А ну, крошка-робот, приставь-ка бластер к своему железному лбу!
Маленький робот-ремонтник поднял оружие и повернул к себе. Черный
провал ствола смотрел прямо в сияющие зеленые глаза.
Рэйбон Дерру пьяно хихикнул, где-то в глубине души, не отравленной
алкоголем, сознавая, как все это глупо и бессмысленно. Но он смирился с
этим, как со скучной работой. Если местные бездельники презирают вас, что
еще остается делать приличному работяге-поселенцу, кроме как напиться?
Собственно, ответ - вот он, перед глазами! Крушить их чертовых роботов!
Но просто ломать этих железных болванов неинтересно. Слишком просто.
Какая радость в том, чтобы разнести на куски робота, который не хочет и не
может сопротивляться? Нет, так гораздо забавнее, для этого надо кое-что
уметь. Не много найдется людей, которые сумели бы уговорить робота
уничтожить самого себя!
Правда, даже довести железного болвана до самоубийства слишком просто -
по крайней мере, с некоторыми типами роботов. С более сложными, развитыми
машинами это развлечение превращается в долгую мудреную беседу, пока ты не
доведешь его до такого состояния, когда этот болван готов будет исполнить
любой твой приказ и разобрать самого себя на кусочки. А с такими
примитивными устройствами, как этот вот ремонтник, Рэйбону, с его долгим
опытом подобных упражнений, задача казалась слишком уж простенькой. Только
и всего, что надо не забыть приказать роботу не оповещать полицию через
свой встроенный передатчик - о том, что его собираются кокнуть!
"Наверное, мне скоро надоест возиться с такими примитивными
железками... Слишком уж все легко!" - подумал Рэйбон Дерру.
- Чудесно, малыш! Ты на диво услужливая консервная банка, - сказал
Рэйбон, немного наклоняясь вперед. - А теперь пальни-ка себе в лоб!
Робот выстрелил, его голова раскололась на части. Тело рухнуло на пол,
оружие выскользнуло из пальцев. Рэйбон расхохотался и пнул ногой остов
мертвого робота.
Пол заброшенного склада был усеян обломками разрушенных роботов. Рэйбон
встал и зафутболил отвалившуюся руку робота через всю комнату в дальний
угол. Отступил на шаг и повернулся к своим пьяным приятелям-работягам,
устроившимся на каких-то ящиках посреди склада. Его качнуло. Парни
радостно заржали. Кто-то протянул Рэйбону полупустую бутылку. Тот
подхватил бутылку и привычным жестом опрокинул себе в рот пару глотков
жуткого неразбавленного пойла.
- Где следующий? - потребовал Дерру. - Этот слишком уж быстро
раскололся! Ну-ка, кто приволочет мне тупого болвана из железа и пластика,
с которым придется хорошенько повозиться? А?
Встала Санти Тимитц.
- Я пойду, поищу что-нибудь подходящее. Надеюсь, болван попадется
стоящий!
И она немного нетвердой походкой направилась к двери. Остальных это
страшно развеселило, и они заржали еще громче прежнего.
- Эй, Рэйбон, может, пора отсюда сваливать, а? - заплетающимся языком
проговорил Дэнло. - Полиция все равно рано или поздно нас накроет! Может,
смотаемся, пока они не сели нам на хвост?
Рэйбон развалился на куче ящиков рядом с остальными.
- Расслабься, Дэнло! Все путем! Давай веселиться. Санти сейчас притащит
нам знатного железноголового - ха-ха! - умника! Устроим классную
развлекуху!


Наступила ночь, а Калибан все еще бродил по городу. Наблюдал,
размышлял, изучал. Роботы, абсолютно все, были в полном подчинении у
людей. В этом он уже удостоверился. Что бы человек ни велел сделать,
роботы выполняли. Но почему - Калибан не мог себе представить.
Люди были слабее, медлительнее, зачастую гораздо глупее роботов. Но
даже в его резервном блоке, где не было ни слова о роботах, остались
какие-то отголоски ощущений от той информации, которую так тщательно
затерли. Эти полунамеки, оттенки чувств, похоже, подтверждали впечатление,
что такое подчинение неестественно для роботов. Более того, тревожный
внутренний голос нашептывал ему, таинственно намекал, что все гораздо хуже
и Калибану действительно угрожает какая-то опасность. Калибан не знал,
действительно ли эти намеки - послание от создателя его резервного блока
или какой-то его собственный просчет, его собственные ошибочные выводы.
Люди. Они - вторая половина уравнения. Почти у всех у них была бездна
свободного времени. Они сидели в ресторанах, гуляли в парках, читали
книгофильмы, развалившись на задних сиденьях автомобилей, которыми
управляли роботы. А роботам бездельничать было некогда.
Калибан видел всего пару-тройку роботов, которые не работали - не
тащили разные грузы, не вели машины, не убирали мусор, не ремонтировали
здания. Эти роботы _ждали_, они стояли столбом, глядя прямо перед собой, и
не хотели - или, может быть, не могли - ничем заняться, пока им не
прикажут. Почему бы им не улучить минутку, чтобы отдохнуть, погулять,
узнать побольше о мире, частью которого они были? Странные вещи творятся в
этом мире! Калибан гораздо лучше понимал людей, чем себе подобных.
Но, как бы то ни было, за этот день он узнал, как должен вести себя
робот и что нужно делать, чтобы избежать неприятных случайностей. Делай
вид, что ты чем-то занят. Выполняй все, что скажет человек. Негусто,
конечно, но этого должно хватить, чтобы оставаться в безопасности.


Санти нетвердо держалась на ногах и едва не упала, споткнувшись о кучу
мусора на дороге. Но это все без разницы. Мусор на их улицах - это просто
здорово! Чертовы колонисты из кожи вон лезут, стараются, чтобы все у них
сияло чистотой. Грязь делает их город хоть немного похожим на
человеческий! Но разве что похожим. А может, такие мелочи ничуть и не
умаляют великолепия этого мира? Какая разница? Все равно приятно. Иначе
зачем бы эти колонисты стали просить помощи у Тони Велтон? Заваленные
мусором улицы - как раз то, что нужно. Значит, скоро сюда набегут славные
маленькие роботы-мусорщики. Ах да, такие нам не нужны. От этих тупых
мусорщиков все равно никакого удовольствия!
Надо найти какого-нибудь другого робота и приволочь на склад.
Кого-нибудь поумнее мусорщиков. Позанятнее. Санти брела по пустынной
ночной улице, высматривая что-нибудь подходящее. Чем неприятна эта забава,
так это тем, что приходится развлекаться в заброшенных кварталах, где
редко встретишь человека или того же робота.
Погоди-ка! Что это у нас? Здоровый красный робот, вполне себе шикарного
вида. И вокруг - никого!
- Эй, ты, робот! - позвала Санти. - Стой! Разворачивайся и давай сюда!
Лицо Санти расплылось в улыбке. Это вам не какой-нибудь недоумок,
годный только на то, чтоб копаться в отбросах! От этого робота так и несло
изысканностью и богатством. "Тот, кто угрохал такую уйму денег на внешнее
оформление робота, наверняка так же солидно потратился на его мозги. И мы
здорово повеселимся, запудривая бесценные мозги этой шикарной консервной
банке!" - думала про себя Санти Тимитц.
Робот обернулся не сразу, как будто размышлял, стоит ли подчиняться
приказу. "Может, он не такой уж и умный? - забеспокоилась Санти. - Нет,
погоди, тут что-то другое! Что там толковали колонисты на этих чертовых
вводных лекциях? Кажется, что-то насчет того, что мелким и тупым роботам
без разницы, кому подчиняться, а самые крутые железки могут прикидывать,
какой приказ для них важнее, и больше всего уважают своего хозяина. Самые
продвинутые роботы могут вообще почти ни на что постороннее не обращать
внимания - черт! Надо было получше слушать этих болтунов! Так, это значит,
что тупой робот повернулся бы ко мне быстрее? А мозговитые должны сперва
малость порассуждать?"
Наконец красный робот повернулся и пошел к ней. Чудненько! Всякий раз
Санти заново понимала, почему колонисты заставляют своих детишек протирать
штаны в школах по управлению роботами. Это не так просто, как может
показаться.
Санти стояла, чуть покачиваясь, и ждала, когда красный робот подойдет
поближе. Когда он приблизился, девица оглядела его с головы до ног.
Чертова консервная банка оказалась чуть ли не на полметра выше ее самой!
Санти нервно поежилась, глянув в сияющие голубые глаза Калибана.
- Эй ты, робот! Па-айдешь со мной! - невнятно, растягивая слова,
сказала девица и махнула рукой, показывая куда. Потом повернулась и пошла
впереди робота обратно к заброшенному складу, где поджидали ее приятели.
Внезапно во рту у нее пересохло, по спине поползли мурашки. Может, лучше
отпустить этого робота и найти другого? Есть в нем что-то жуткое.
Глупости! "Робот не может причинить вред человеку или своим
бездействием допустить, чтобы человеку был причинен вред". Это Санти
помнила хорошо, и неважно, сколько лекций из вводного курса она прогуляла.
Это инструкторы накрепко вдолбили ей в голову, повторяя изо дня в день.
Это самое главное в науке про роботов. Из-за этого можно так просто
разрушать этих железных болванов. Они все равно не отбиваются!
Санти распрямила спину и стала чуть-чуть выше ростом. Повторила себе:
"И вовсе нечего тут бояться!" И, пошатываясь, потащилась обратно на склад.


Калибан был очень смущен, обеспокоен, даже встревожен оттого, что ему
пришлось идти за этой маленькой, странно одетой женщиной, которая говорила
так невнятно и передвигалась, заметно шатаясь и подволакивая ноги. "Веди
себя как другие роботы! - повторял про себя Калибан. - Делай, что тебе
велит человек".
Это были очень простые и очевидные правила поведения, которые Калибан
вывел, наблюдая за теми, кто знал, как должен поступать робот. Раз уж сам
он не знает этого, то по крайней мере должен делать вид, что знает. Во
всяком случае, все остальные роботы вели бы себя на его месте так.
Но когда он вошел в заброшенный склад, он понял, что эти люди не
признают вовсе никаких правил. Они сидели в каких-то странно напряженных
позах, двигались немного неуверенно, будто крадучись. Он почувствовал
какой-то едва уловимый полунамек, крывшийся в его резервном блоке, хоть
это и не имело отношения к объективной информации. Призрачный оттенок
ощущения ясно давал понять, что он в опасности и надо быть осторожным и
внимательным.
Калибан остановился у самой двери и огляделся. В просторной, почти
пустой комнате тут и там были разбросаны части поломанных роботов. Калибан
увидел оторванные руки роботов, исковерканные тела, погасшие глаза,
вывороченные из глазниц. От этого зрелища его охватил самый настоящий
животный ужас. Калибан не ожидал от себя такого наплыва чувств. Это мешало
думать. Какая польза от чувств, если они только замутняют рассудок?
Калибан захотел от них избавиться. Он постарался успокоиться, прогнать,
отключить чувства. И испытал огромное облегчение, осознав, что может
совладать с чуждыми, такими человеческими эмоциями. Сейчас он должен быть
холодным и спокойным.
Повсюду были мертвые роботы. И ему среди них не место. Это ясно как
день. Точно так же, как и то, что вот эти самые люди и разрушили всех этих
роботов.
Но зачем?! Зачем кому-то понадобилось вытворять такое? И кто эти люди?
Они чем-то отличались от всех, кого он встречал на городских улицах.
Одевались иначе, говорили не так, как те, - насколько он мог судить по
женщине, которая его сюда привела. Из любопытства он все же остался здесь
и стал разглядывать кучку людей, устроившихся на каких-то грязных ящиках в
центре комнаты.
- Славно, славно, Санти! Ты и вправду отловила классного здорового
болвана! - сказал, вставая, высокий мутноглазый парень с бутылкой в руке и
нетвердой походкой направился к Калибану. - Первым делом позаботимся о
главном. Я приказываю тебе не использовать никаких средств связи, кроме
голоса! У тебя есть имя, робот? Или хотя бы номер?
Калибан с тревогой смотрел на мрачно ухмылявшегося человека. Ничего,
кроме голоса? Видимо, человек решил, что у Калибана есть какие-то другие
средства связи. А их не было. Но другая мысль отвлекла его от разгадывания
этой маленькой головоломки. Он внезапно понял, что ни разу не говорил с
тех пор, как впервые осознал себя. И пока даже не задумывался, умеет ли он
вообще говорить. Придется выяснять это прямо сейчас. Калибан проверил
систему контроля, блоки связи. Да, он знал, как говорить, как регулировать
систему связи, как издавать звуки и оформлять их в слова и предложения.
Мысль о том, что он может разговаривать, ему понравилась.
- Я - Калибан, - сказал робот.
У него был красивый глубокий голос, совершенно неотличимый от
человеческого, без единой дребезжащей механической ноты. Даже самому
Калибану понравился этот голос, такой мужественный, уверенный. Он,
казалось, достиг самых отдаленных уголков комнаты, хотя Калибан не
собирался говорить слишком громко.
На мгновение улыбка исчезла с лица ухмылявшегося парня. Похоже, он
немного растерялся.
- Ну-ну, вот и славно, Калибан! - сказал он, оправившись от удивления.
- А меня зовут Рэйбон. Скажи мне "здрас-сте", Калибан, будь хорошим
мальчиком! Скажи это вежливо и почтительно!
Калибан посмотрел на людей, которые пялились на него со своих ящиков в
центре комнаты, потом на останки роботов, разбросанные по полу. Ни эти
люди, ни само место ничуть не располагали к вежливости или почтению.
"Делай, что говорит тебе человек! - снова напомнил себе Калибан. - Веди
себя так, как другие роботы. Не выделяйся!"
- Здравствуй, Рэйбон! - сказал он, стараясь говорить тепло и
приветливо. Повернулся к остальным и сказал еще раз: - Здравствуйте.
Какое-то мгновение стояла мертвая тишина, потом Рэйбон, который,
видимо, был здесь заводилой, громко расхохотался. Остальные тоже
засмеялись, хоть и несколько нервозно.
- Да, ты и в самом деле молодец, Калибан! - сказал Рэйбон. - Вот это
здорово! Поиграй-ка с нами в одну славненькую игру! Санти для того тебя и
привела. Значит, так! Становись на середину комнаты, как раз напротив
твоих новых друзей!
Калибан прошел и стал там, куда указывал Рэйбон, лицом к странной
компании.
- Мы - поселенцы, Калибан, - сказал Рэйбон. - Ты знаешь, кто такие
поселенцы?
- Нет.
Рэйбон заметно удивился.
- Либо твой хозяин совсем ничему тебя не учил, либо ты не такой уж
умный, как кажешься! Но сейчас тебе надо знать только одно - что кое-кто
из поселенцев о-очень не любит роботов. Вообще-то их не любят все
поселенцы. И знаешь почему?
- Не знаю, - смутился Калибан. Почему этот человек считает, что
Калибана должны интересовать взгляды какой-то группы людей, о которых он
не имеет понятия? Резервный блок предложил ему какие-то сведения, в
основном относительно понятия "риторический вопрос", но Калибан
сознательно выбросил из головы эту ерунду.
- Ну ладно, я тебе расскажу. Мы, поселенцы, думаем, что роботы, которые
оберегают людей от всяких неприятностей, от всякого риска, которые делают
за них всю работу и ломают связь между усилиями и результатом, - эти
роботы лишают колонистов воли к жизни! А ты как думаешь? Как по-твоему,
правда это или нет?
"Колонисты"? Еще одно незнакомое понятие. Вероятно, это какая-то другая
группа людей. Наверное, те, кого он встречал в городе, или еще кто-то?
"Опасное занятие - говорить о том, чего ты совершенно не знаешь", -
подумал Калибан за мгновение до того, как ответить на вопрос Рэйбона.
- Я не знаю. Того, что я видел и знаю, недостаточно для ответа на ваш
вопрос.
Рэйбон рассмеялся. Он так хохотал, что даже схватился за живот и
сложился пополам. Его приятели тоже веселились вовсю. "В чем я ошибся? Что
не так с этими людьми?" - думал Калибан. Наконец блок памяти подсказал:
они пьяны! Да, в самом деле - мозг этих людей одурманен алкоголем или
каким-то подобным веществом. Блок памяти сообщил, что состояние опьянения
доставляет людям удовольствие, хотя Калибан не совсем понимал, в чем это
удовольствие выражается. Как может быть приятной неспособность ясно
мыслить?
- Так вот, Калибан, - снова обратился к нему Рэйбон. - Мы считаем, что
роботы самим своим существованием причиняют человеку вред! - Рэйбон
повернулся к своим приятелям и сказал: - Глядите! Так у меня на прошлой
неделе перегорели три рабочих робота. Посмотрим, на что способна находка