До'ош, иначе это не призвание; нельзя описать словами любовь, иначе это
никакая не любовь!
До'ош как-то по-новому взглянул на девушку и немного невпопад сказал:
- Знаешь, завтра будет очень плохо, Леа. Плохо всем!
- Знаю, - просто ответила она. - Но это будет завтра.
Мгновения ночными птицами летели над ними. До'ош лежал на спине,
смотря в россыпи звезд над ними, часть которых закрывал бархатно-черный
силуэт девушки; Леа же мягко гладила его грудь и плечи. Это уже не был
массаж, а простые прикосновения ласковых маленьких рук, которые не
давали прокрасться мрачным мыслям, страху и сомнениям. Теплые, понемногу
стающие чуть ли не раскаленными, потоки катились по телу, и это было
невыразимо прекрасно.
- А как зовут твою спутницу? - из темноты послышался голос Леа. До'ош
вздрогнул, удивленный не столько самим вопросом (он где-то в подсознании
почти ждал чего-то подобного), сколько мимолетным уколом сожаления в
сердце.
- Никак не зовут, - вообще-то в Империи редко задавали такие вопросы,
но у служителей Домов Покоя были свои привилегии. - У меня нет спутницы.
- Почему?
- Меня призвал Круг, - пожал плечами До'ош, хоть вряд ли Леа могла
увидеть этот жест. - А потом обязанности в Храме и забота о больных -
это слишком большое бремя ответственности, чтобы я мог пренебречь им.
- Значит, мы в чем-то похожи! Они шли к тебе со своими бедами,
трудностями, вопросами, и ты принимал их, помогал, указывал, по мере
своих сил, верное направление... Их благодарность - лучшая наград,
наравне с сознанием правильности твоего пути и удовольствием от
выполненного дела. Или ты можешь подобрать другие слова?
- Мы делаем то, что должны, - каждое слово Леа задевало какие-то
скрытые струнки в душе До'оша, будя тихую радость, что рядом есть
кто-то, кто понимает тебя даже лучше, чем ты сам. - Наверное, лучше не
скажешь.
- Наверное... - эхом откликнулась девушка. - Но тяжело всегда быть
одному, нести в одиночестве беды и тревоги, с которыми приходят к тебе?
- Я привык, Леа, - снова пожал плечами До'ош. - Ко всему можно
привыкнуть...
Девушка внезапно наклонилась почти вплотную к нему, так что ее
горячее дыхание овеяло лицо килрача.
- К этому нельзя привыкать! - страстным шепотом выдохнула она. -
Никогда!..
Теплые, нежные губы коснулись губ До'оша... и мир замер. Замерла
Вселенная, замер ветер, замерли звезды. Все застыло, окаменело, кроме
соприкоснувшихся губ и яростных ударов двух сердец. Исчезли преграды
плоти, барьеры разума - лишь две чистых, свободных души пылающими
мотыльками рванулись навстречу друг другу, оставляя позади огненный
шлейф. Не нужно было слов, не нужно было чувств - ничего не было нужно,
кроме этого безумного полета, короткого, как вздох, и долгого, как
вечность. Обжигающее пламя встретило равное себе, и вместе они сливались
в исполинский гудящий костер.
Вскрикнула Леа, в исступлении откидываясь назад; рывком поднявшийся
за ней До'ош даже не почувствовал искорок боли в боку. Спираль страсти
охватила их и понесла за собой, отметая все лишнее, все мешающее,
отгораживая их непроницаемым шатром от остального мира. Как умирающий от
жажды в пустыне, они потянулись друг к другу, бессознательно срывая
мешающую одежду; как рвущий цепи раб, они сбросили путы впечатавшегося с
детства контроля, открываясь друг перед другом без остатка.
Сладко застонала Леа, когда До'ош вошел в нее, словно огненный смерч
опускающийся в кипящую купель; следом вскрикнул и сам До'ош, не в силах
выдержать распирающую душу и тело волну наслаждения. Мир колыхался
вместе с ними, вздымаясь и опускаясь рокочущим прибоем, что раскалывает
вековые скалы; безумные вихри разметывали, дробили мысли на безумную
мозаику, которую никто и не пытался собрать.
И стыдливо прятался по закоулкам ветер, и бесстыдно подмигивали
далекие звезды, и заботливая тьма расправляла свой полог над
сплетающимися телами...
Была ночь!

* 10 *

- Круг избрал и призвал вас! Вы откликнулись на его зов. Теперь
войдите в Круг, как равные, и судите сердцем, опираясь на знания и веру!
Круг ждет вас!
Двадцать четыре фигуры в одинаковых серых плащах торжественно
поклонились невероятно мощной фигуре, стоящей у костра. Один за другим
они подходили, очерчивали перед собой круг Хазада и садились у огня.
Вскоре килрачи образовали большой ровный круг вокруг гиганта, на плаще
которого весело играли отблески пламени.
- Ты звал, Взывающий, - мы пришли. Не самые мудрые, не самые старшие,
не самые зоркие - но те, кого избрал Круг, - нараспев заговорила одна из
фигур. - Если бы ты нуждался в решении и совете, подобно твердости
камня, ты позвал бы нас к скалам; если бы алкал ты текучести и
переменчивости воды - мы бы слушали журчанье ручьев; возжелай ты свободы
и легкости мыслей - на вершине горы мы б внимали ветрам...
- Но коль позвал ты нас к пламени, - подхватила вторая фигура, - то
желаешь слов, что возожгут сердца, распалят и направят волю. Говори,
Взывающий, Круг слушает!
- Говори, Взывающий! - нестройным хором протянули остальные, медленно
протягивая правые руки ладонями к костру. - Круг слушает!
Гигант в черном плаще сел на землю, спиной к огню; килрачи опустили
руки и откинули на спины капюшоны.
- Благодарю вас, что вы так быстро откликнулись на мой призыв, -
оставив вычурный тон и витиеватые фразы, просто пробасил Вэракк. - Я
знаю, что нарушил традиции, вот так обратившись к вам, из разных Кланов,
из разных планет, но...
- Оставь, Вэракк, - так тихо, что даже килрачам с их слухом пришлось
напрячься, дабы расслышать его слова, сказал старый килрач; как бы то ни
было, уважением он пользовался огромным, что легко было заметно по
вниманию, с которым его слушали. - Все мы знаем, кто ты, знаем твой
великий ум, знаем про твою долгую службу Внутреннему Кругу Рогга. Никто
не сомневается в твоем праве созвать здесь Внутренний Круг, и не
заставляй меня повторять слова Ушедших про излишнюю скромность. Говори,
чего ты ждешь от нас?
Вэракк сдержанно поклонился старцу, молчаливо признавая его правоту.
- Я жду вашего обращения ко всем, Охтаа. Здесь наши дети, которых
люди держат в плену, - математик проигнорировал гневный шепот, - и то,
что их до сих пор даже не передали нам, вынуждает меня подозревать
худшее. Это вижу не я один, это видят и другие, и среди наших братьев и
сестер разгорается пламя. Я приветствую это пламя, но не могу позволить
ему гореть свободно. В одиночку я бессилен, а посему воззвал к Кругу.
Ваше слово укажет нам путь!
Еще раз поклонившись, он внимательно посмотрел на Охтаа. Мнение
одного из старейших священнослужителей в зоне конфликта, уважаемого
десятками и сотнями тысяч много значило, и не в последнюю очередь для
самого Вэракка. Но старый килрач не сделал ни одного движения, только
перевел взгляд на Рокахха, того самого, который безуспешно пытался
создать лекарство для умирающих в лазарете.
- У нас нет оружия, боеприпасов, обмундирования, - своим скрипучим
голосом начал Рокахх. - И все что мы можем сделать - это умереть,
сражаясь. Не касайся дело детей - я бы сказал нет! Но теперь - я говорю
да! Если в страхе за свою жизнь мы отступим от наших детей, мы
перестанем быть килрачами и станем грязными тварями, недостойными ни
жалости, ни уважения. Круг должен поддержать Вэракка!
Рокахх почтительно кивнул и откинулся назад, сопровождаемый
уважительными взглядами соседей: как правило, он избегал произносить
такие длинные речи.
Выступления остальных были, в общем, такими же, да и Вэракк не
рассчитывал, что хоть один скажет что-либо иное. Захват людьми детей
сделал все разговоры ненужными и пустыми.
Наконец, последний килрач высказался, и взгляды всех обратились к
Охтаа. Все это время священник молчал, сидя подобно каменной статуе, и
лишь глаза жили на бесстрастном лице. Не одна минута миновала, прежде
чем в прерываемой потрескиванием костра зазвучал его голос:
- Дети священны и вы это знаете. В них мы перерождаемся для будущего,
они - наша надежда и наше спасение. Вэракк, - старец наклонился к
гиганту, - ты сознаешь, что просишь?
- Да, Охтаа, - твердо сказал Вэракк. - Я знаю, что прошу у вас, и на
что хочу вести остальных. Мы разрушим силовые барьеры "кольцом душ", а
потом нападем на людей и прорвемся в город. А там мы заставим их
говорить по иному и отдать нам детей!
- И ты готов заплатить цену?
- Да! Ради детей!
Охтаа закашлялся и выпрямился; крохотное пламя догорающего костра
затрепетало за спиной Вэракка, отчего по стенам заметались причудливые
тени, едва видимые в подступающей полутьме.
- Круг выслушал тебя, Взывающий, и принял решение. Круг поддержит
тебя, и наше слово укажет остальным путь. Ты будешь Голосом Круга и
понесешь наше слово, и примешь всю тяжесть и все последствия его. Готов
ли ты принять этой груз?
- Я готов, - наклонил голову Вэракк, словно ему на плечи уже упала
непомерная тяжесть, но когда он поднял взгляд - в нем горели несгибаемое
упорство и решимость. - Я благодарю Круг за мудрость и за помощь.
- Круг слышит тебя, - многоголосым шепотом ответила тьма.

* 11 *
ВОСКРЕСЕНЬЕ
6:03

- Всем кораблям - приготовиться к атаке и активировать главные
орудия!
Нераг сурово смотрел на растущую впереди светло-зеленую планету.
Режим тактического обзора убрал капитанский мостик флагмана, погасил
свечение экранов - еашш-руал, словно творец Вселенной сидел на невидимом
кресле посреди звезд, и лишь розовым светом горели созданные силовыми
полями рабочие пульты под руками килрача.
Только сегодня вместо творения он нес смерть!
Нераг оглянулся на держащую боевой курс армаду, и против воли губы
растянулись в усмешке. Что бы там ни было, он мог гордится своими
воинами: никто не дрогнул, не заколебался, каждый корабль уверенно
сохранял свое место. Чего нельзя было сказать о людях: впереди
беспорядочно метались мерцающие точки крейсеров противника, бестолково
бросаясь к ретрансляционной станции и прыжковым воротам, то начиная
отходить к атмосфере планеты.
- Тоа'аноа Еррах, доложите оперативную обстановку, - негромко сказал
в пространство еашш-руал, не сомневаясь, что его услышат.
- Силы противника состоят из восьми крейсеров среднего класса и
двенадцати легкого; на орбите планеты замечено три защитных станции
класса "Е". Ретрансляционная станция и прыжковые ворота защищены
несколькими турель батареями и звеном легких истребителей. Других
вражеских сил в системе не обнаружено.
- Благодарю вас, тоа'аноа. Открыть гиперсвязь с армадой.
- Каналы гиперсвязи открыты, еашш-руал. Вы можете говорить.
Нераг поднялся с кресла, зная, что сейчас в рубке каждого крейсера,
появляется его голограмма, слов которой с тревогой и нетерпением ждут
все.
- Внимание секторальному флоту Империи, говорит еашш-руал Нераг.
Начинаем операцию: крейсера среднего класса - занять фланги и
приготовиться к охвату противника, тяжелые крейсера - формируйте
атакующий строй. Легкие крейсера - рассредоточиться и приготовиться
встречать вражеские истребители. Седьмое соединение - выдвигайтесь
вперед и ждите приказа атаковать ретрансляционную станцию и прыжковые
ворота. Корабли переднего эшелона - выпускайте космолеты. Задача
истребителям - прикрыть бомбардировщики и встретить первую волну
контратаки; перехватчики - не допускайте к тяжелым кораблям прорвавшиеся
истребители и бомбардировщики противника. И пусть Ушедшие помогут всем
нам сегодня. Это все!
- Боевой приказ принят к исполнению, - прошелестел холодный голос
аналитического компьютера.
Люди бесспорно заметили зловещие приготовления имперского флота, что
оптимизма им совсем не прибавило. Жалкие два десятка крейсеров все
быстрее и быстрее откатывались к атмосфере планеты, одни Ушедшие знают
на что надеясь: исход боя над поселением Джулиана не вызывал сомнения ни
у кого. Впереди на расстоянии пяти планетарных радиусов одиноко
поблескивала ретрансляционная станции и висевшие рядом прыжковые ворота,
возле которых все еще вилось звено истребителей: то ли они хотели
запустить последовательность гиперпрыжка и уматывать из системы, то ли
никак не могли решить, где им лучше умереть.
- Еашш-руал, мы регистрируем сигнал с планеты в гиперпространство
через ретрансляционную станцию.
- Дайте звук и переводите, - скомандовал Нераг, опускаясь обратно в
кресло. Вокруг зашипело, зашуршали помехи эфира, а потом раздался
перепуганный женский голос:
"Всем кораблям и планетам Конфедерации в секторе Ригель. Говорит
поселение Джулиана! Мы атакованы секторальным флотом Империи Килрач!
Здесь более трех дивизий! Мы не в состоянии отразить их атаку, повторяю,
мы в состоянии отразить их атаку; мы продержимся максимум полчаса (Нераг
с сомнением хмыкнул)! Всем кораблям и мирам Конфедерации - просим
помощи, просим помощи! Повторяю, это поселение Джулиана - мы атакованы
флотом Империи Килрач..."
- Достаточно, - проронил еашш-руал; человеческий голос тут же стих. -
Седьмое соединение - уничтожить ретрансляционную станцию и прыжковые
ворота; потом присоединяйтесь к общей атаке. Тоа'аноа Еррах, состояние
флота?
- Флот закончил подготовку к атаке, все корабли заняли предписанную
им позицию. Мы можем атаковать.
- Понятно, тоа'аноа. Еашш-руал Нераг - всему флоту! - повысил голос
килрач. - Начинайте наведение на цель по собственному усмотрению в
рамках отведенной вам боевой задачи. Всем кораблям - вперед!
- Зря вы взяли наших детей, - негромко сказал в наступившей тишине
Нераг, обращаясь к далеким пока еще кораблям людей. - Теперь платите,
друзья мои, платите за все!
Впереди флагман седьмого соединения один за другим выбросил два шара
антиматерии, целясь в прыжковые ворота. Битва в поселении Джулиана
началась!



* 12 *
6:54

Просыпался До'ош с трудом: собственное тело казалось отяжелевшим, а
голова - странно легкой. Рядом беспокойно пошевельнулась во сне Леа,
очевидно побеспокоенная его неосторожным движением. Девушка сонно
поерзала, теснее прижимаясь к нему, но До'ош аккуратно отодвинулся,
чтобы случайно не разбудить ее, и вскочил на ноги.
На улице стояла темень, хоть глаза выколи. Впрочем, килрач интуитивно
чувствовал, что ночь близится к концу, и до восхода солнца остается
совсем немного. Ласковый прохладный ветерок, гулявший над равниной всю
ночь, стих, заметил До'ош, высунув голову в узкую выщербленную бойницу.
Вместо него с севера дул мощный холодный ветер, то смиряя свою прыть, то
с яростным воем устремляясь вперед; где-то внизу в темноте отчаянно
скрипели под его порывами ветви деревьев.
"Погода что ли меняется? - нахмурился килрач, еще дальше высовываясь
из бойницы. - Да нет, на небе ни облачка, все звезды видны, хотя..."
Вдали, там, где днем были бы видны встающие на горизонте горы,
небосвод исчезал под плотной черной полосой, которая выделалась даже в
кромешной тьме ночи. Ее неровный фронт на глазах накатывался на них,
подминая под себя звезды, гася их блеск и неудержимо несясь дальше.
И естественно, До'ош не знал, что около полночи два мощных циклона,
словно ведомые невидимой рукой, неожиданно изменили маршрут своего
движения, и величаво двинулись на неожиданное рандеву, один точно на
восток, другой на юго-запад. И не знал он, что стремительно
заволакивающие небосклон тучи были первыми вестниками неумолимо
приближающегося буйства стихий.
Вдоволь насмотревшись, До'ош собирался уже вернуться к Леа, как вдруг
случайно посмотрел вверх. Там, прямо над головой, где небо было еще
чистым, равнодушно плыли десятки искорок, которые к звездам не имели ни
малейшего отношения. И вот среди них появилась яркая белая вспышка,
потом другая, третья... До'ош сбился на втором десятке, а вспышки не
прекращались, расползаясь по еще видимому небосводу все шире и шире,
отмечая места, где могучие гиперприводы крейсеров разрывали ткань
реальности.
Секторальный флот Конфедерации, базирующийся на Аполлоне-2, уходил в
гиперпространство.

* 13 *
7:57

Смятение расходилось точно круги на воде, лишая людей способности
трезво думать. Молниеносный удар килрачской армады застал всех врасплох:
и руководство колонией, и командование секторального флота Конфедерации,
и простых обывателей Аполлона-2. Военное командование тщательно
поддерживало уверенность, что ближе десяти световых лет от Аполлона-2
килрачи не сунуться, так что теперь оказалось в полной растерянности.
Ханнуан Соло с угрюмым лицом сидел на стуле в своем кабинете в
штаб-квартире службы безопасности Аполлона-2. Горячее кофе обжигало
горло, редкие черные капли пачкали документы на столе, но старший
лейтенант намеренно игнорировал все это. Премерзкое состояние духа, в
котором он находился после памятного разговора с полковником Арбитманом,
никак не желало оставить его, а случившееся за последние часы в
поселении Джулиана и вызванный этим хаос, лишь усиливали скопившуюся
раздражительность.
С тех пор, как секторальный флот Конфедерации в полном составе рванул
к поселению Джулиана, созывая на подмогу все силы из соседних систем,
ситуацию в городе можно было охарактеризовать кратким и емким словом:
бардак. Все паниковали, метались взад-вперед, никто не понимал, какого
лешего килрачи забыли в поселении Джулиана, да еще двинули туда такие
силы - для захвата системы вполне хватило бы одной дивизии, но уж никак
не трех. Да и собственно, килрачам вообще не было нужды ее захватывать:
любой мало-мальски разбирающийся в ситуации на фронтах человек с первого
взгляда понял бы, что удержать они ее не смогут ни при каких раскладах.
Еще пару часов, и против них будут собраны вдвое превосходящие силы с
парочкой боевых баз, так что с военной точки зрения все это было чистой
воды глупостью. С военной...
На столе загудел заваленный бумагами интерком. Старший лейтенант
позволил ему погудеть секунд тридцать, прежде чем ответил на вызов.
- Сэр, - это был его один из его помощников, отряженный с утра
следить за камерами наблюдения и тепловыми датчиками в лагерях. -
Разрешите доложить: в лагерях наблюдается непонятная активность
килрачей. Мы ничего пока не можем понять, но они до предела возбуждены и
беспорядочно снуют взад-вперед. Сэр, даю руку на отсечения, эти твари
что-то задумали!
- Каково состояние заградительного барьера в лагерях?
- Полный порядок, сэр, колебаний поля нет, энергоподача на
стандартном уровне.
- Охрана докладывала про что-то необычное?
- Нет, сэр. Пока нет.
Соло устало помассировал раскалывающиеся виски: еще этого не хватало.
Хоть и не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться - килрачи
не будут спокойно сидеть, когда рядом держат взаперти их детей (Соло не
настолько был наивен, чтобы верить, будто килрачи ничего не знают).
- Спасибо, капрал. Это все?
- Нет, сэр. С метеостанции сообщили, что оба циклона увеличили
скорость. Шторм начнется между десятью и одиннадцатью часами утра, а в
полную мощь представление разыграется где-то к обеду.
- Хорошо, капрал. Продолжайте наблюдение.
"Веселый будет денек!" - подумал старший лейтенант службы
безопасности Аполлона-2 Ханнуан Соло и рассеяно пригладил свои черные
волосы с сединой на висках.

* 14 *
8:49

Тишина...
Так тихо, что каждый вздох гулким эхом отдается в пустой каюте; так
тихо, что кажется, будто слышен ритмичный пульс бесконечного космоса и
слабое потрескивание брони...
Тишина... И два любящих сердца, сжимающихся в предчувствие
надвигающейся беды...
- Ты был прав!
- И привел всех на смерть!
- Этого не знает никто...
- Знаю я! Я слишком долго служу еашш-руалом, чтобы не видеть правды!
Голограмма Кэры сделала несколько шагов и остановилась за спиной
бессильно поникшего на кровати Нерага (на своем корабле Кэра,
естественно, видела такую же голограмму мужа: не та была ситуация, чтобы
капитаны крейсеров могли позволить себе летать друг к другу).
Нераг ожесточенно тер лицо ладонями. После блистательного захвата
контроля над пространством вокруг поселения Джулиана (как и
предполагалось, сопротивление людей продолжалось чуть меньше двадцати
минут), он безвылазно сидел в своей каюте, в отчаянии прикидывая
варианты, просчитывая комбинации - и все равно приходя к одному
результату: ответный удар людей уничтожит флот Империи!
Кэра с нежностью и тревогой посмотрела на мужа. Она тоже не первый
год командовала соединением и не первый год служила вместе с Нерагом,
чтобы не распознать угрожающих признаков: еашш-руала неотвратимо
засасывал липкий, удушающий страх за пришедших с ним. И этого нельзя
было допустить ни в коем случае: когда прибудут люди, когда нужно будет
вести переговоры насчет детей - в эти минуты он должен быть как никогда
силен и уверен в себе.
- Нераг! - руки фантома коснулись плеча килрача: естественно, это не
было настоящим прикосновением, но определенную иллюзию живой руки
силовое поле создавало. - Ты не можешь себя винить: мы сами сделали
выбор, и мы хорошо знали, на что идем. И даже если мы погибнем, но
спасутся дети - оно того стоит! - с яростной уверенностью прошептала ему
в ухо Кэра, словно пытаясь передать часть этой уверенности. - Ты должен
держаться, любимый! Сейчас ты нужен нам всем!
Нераг медленно поднял взгляд на жену. И в этом взгляде была
благодарность, была любовь, было восхищение ее мужеством... В нем не
было лишь надежды.
- Ты должна была послушаться меня, Кэра, - тоскливо прошептал он. -
Тебе нужно было лететь к Аполлону-2...
- И кто бы поддержал тебя тут? - резко оборвала его она. - Кому ты
можешь еще так довериться? Кто знает тебя так, как я? И...
Заунывный гулкий удар прервал ее. Сигнал тревоги, приказ всем
немедленно явиться на боевые посты, объявление боеготовности первого
уровня - и они оба прекрасно понимали, что означает этот сигнал.
В пространстве поселения Джулиана появились боевые корабли
Конфедерации.
- Еашш-руал Нераг, на расстоянии двадцати восьми планетарных радиусов
из гиперпространства вышел секторальный флот Конфедерации, - из
интеркома раздался четкий голос Ерраха. - На данный момент замечено две
дивизии противника, но сенсоры регистрируют приближение нового отряда.
Флот Империи приведен в состояние полной боевой готовности.
Килрачи в молчании выслушали сообщение, затем еашш-руал коротко
распорядился следить за вражескими кораблями и выпускать истребители.
Голограмма Кэры отодвинулась от мужа и внимательно посмотрела ему в
лицо:
- Иди, Нераг, - ты должен быть там! И чтобы не случилось, помни:
ничто не изменит того, что было между нами. Мы всегда будем вместе!
- "И на свету, и во тьме..." - слабо улыбнулся Нераг, вспоминая слова
клятвы, завершавшей ритуальную часть свадебной церемонии, за несколько
мгновений перед тем, как лучи лазера прожгли их ладони.
- "И в боли, и в радости!" - откликнулась Кэра, голограмма которой
меркла; тоже самое происходило и на ее корабле с фигурой Нерага. - "И
сейчас, и всегда...". Я люблю тебя, Нераг!
- Я люблю тебя, Кэра! - выкрикнул тающей в алом свете своей каюте
голограмме килрач, вытирая выступившие на глазах слезы. И уже тише:
- Спасибо тебе... спасибо, любимая.
- Флот Конфедерации ложится на боевой курс, - холодно сообщил
аналитический компьютер через корабельную сеть. - Общий интервал
безопасности - восемь минут сорок одна секунда. Интервал безопасности
для высшего командования - три минуты двенадцать секунд.
Схватив накидку, Нераг бросился вон из каюты. Командный мостик был
всего уровнем выше, так что уже через полторы минуты он быстрым шагом
вошел в сердце управления всей армадой, на ходу приказывая: "тактический
режим управления".
Стены растаяли, спрятались за опустившимся серым туманом. Туман
закрыл собою все, потом сначала словно осветился изнутри, затем потемнел
и стал прозрачным. Но вместо командного мостика, вокруг был космос,
поселение Джулиана, окружившие его непроницаемой сетью крейсера Империи
и маленькие точки светло-салатового цвета - секторальный флот людей.
- Есть новые данные по флоту противника? - усаживаясь в кресло,
поинтересовался Нераг; рядом немедля из ниоткуда появились рабочие
пульты и аналитические мониторы.
- На данный момент, в систему прибыло почти три дивизии и две боевых
базы высшего класса, еашш-руал. Противник двигается к нам на
максимальной скорости, формируя атакующий строй. Попыток выйти на связь
не было.
- Открыть канал гиперсвязи, транслировать сигнал по всем диапазонам;
задействовать трансляторы.
- Гиперсвязь установлена, еашш-руал. Можно начинать передачу.
Нераг усмехнулся, хоть мысли его были далеко не веселыми.
"Исторический момент, однако, - первый официальный контакт между людьми
и Империей!"
- Говорит еашш-руал Империи Килрач в секторе Ригель Нераг. Я
обращаюсь к секторальному флоту Конфедерации, что приближается к
поселению Джулиана. Мы полностью контролируем орбитальное пространство
планеты, наши корабли на позициях чистого удара. Я требую, чтобы вы
немедленно застопорили двигатели. В противном случае, я отдам приказ о
полномасштабной планетарной бомбардировке!
Он замолчал и в эфире воцарила напряженная тишина. Не трудно было
понять, что происходит сейчас на кораблях Конфедерации: вне всяких
ожиданий килрачи добровольно вышли на связь, чего не было с самого
начала войны, да еще и пригрозили планетарной бомбардировкой.
- Говорит командующий ударной группировкой, - зашуршал в динамиках