Ли Бреккет
Люди талисмана

ГЛАВА 1

   В течение долгих часов холодной марсианской ночи он ни разу не пошевелился и не заговорил. Накануне, еще в сумерках, Эрих Джон Старк принес этого марсианина в разрушенную башню и положил его, завернутого в одеяло, на снег. Из сухого лишайника он развел костер, и с тех пор двое мужчин ждали, затерянные среди огромной равнины, что опоясывала северный полюс Марса.Теперь, перед рассветом, марсианин по имени Камар заговорил:
   — Старк.
   — Да.
   — Я умираю.
   — Да.
   — Я не вижу Кушата.
   — Нет.
   Камар кивнул и снова умолк.
   Подул ледяной северный ветер, но полуразрушенные стены преградили ему путь — мрачные, огромные, похожие на гранитные утесы. Если бы не Камар, Старк не подошел бы к ним и на пушечный выстрел. Что-то в них было не так: здесь ощущалось нечто дьявольское и полузабытое.
   Высокий землянин посмотрел на марсианина. Лицо Камара было очень печально.
   — Человек хочет умереть у себя дома, — коротко бросил он.
   — Мне очень жаль тебя.
   — Хозяин тишины всемогущ, — ответил Камар. — Он не назначает встреч. Нет. Я не для этого вернулся в Северные земли, — черты лица марсианина исказились душевной мукой. — Но я не вижу Кушата.
   Пользуясь высшим марсианским языком почти так же свободно, как и Камар, Старк спокойно ответил:
   — Мне известно, что на душе моего брата лежит груз более тяжелый, чем гнет смерти.
   Подавшись вперед, он положил свою большую ладонь на плечо марсианина.
   — Мой брат отдал свою жизнь за мою. А теперь я, если смогу, возьму его груз на свои плечи.
   Он не желал груза Камара, каким бы он ни был, но марсианин дрался с ним плечом к плечу на юге во время долгой партизанской кампании среди племен у границы Сухих Земель. Он был хорошим человеком и в конце концов принял пулю, предназначенную Старку, сделав это сознательно. Они были друзьями.
   Вот почему Старк принес Камара в этот суровый край, пытаясь добраться до города, где тот родился. Марсианин был чем-то взволнован и боялся умереть раньше, чем они достигнут Кушата. Теперь времени у него не оставалось.
   — На мне грех, Старк, — тихо произнес марсианин. — Я украл священную вещь.
   — Какую вещь? — склонился над ним Старк.
   — Ты пришел извне и тебе ничего неизвестно о Ване Круачо и о талисмане, который он оставил, когда навсегда ушел за Врата Смерти. Я был рожден и взращен в Воровском Квартале за стеной, — Камар отбросил одеяло и сел. Голос его окреп. — Я гордился своим умением, а талисман был вызовом. Он был столь ценным, что со времен Вана Круачо вряд ли кому удалось к нему прикоснуться. Все это происходило в те дни, когда люди еще чувствовали тягу к подобным вещам перед тем, как забыть богов.
   «Берегите Врата Смерти, — сказал он, — это охрана городами всегда храните талисман, ибо может прийти день, когда вам понадобится его сила. Ни один враг не сможет проникнуть в Кушат, пока талисман остается в нем».
   Но я был вором и был тщеславен — я украл талисман.
   Рука Камара двинулась к поношенному поясу, он пытался нащупать выступ на нем, но пальцы плохо повиновались ему.
   — Возьми его, Старк. Нажми здесь, с левой стороны, где выгравирована голова животного.
   Старк взял у Камара пояс и нажал скрытую пружину. Круглая крышка отскочила, и внутри стал виден какой-то предмет, завернутый в лоскут шелка.
   — Мне пришлось уйти из Кушата, — прошептал Камар, — я не мог рассчитывать на возвращение. Но это была не слишком высокая плата за то, что я получил.
   Со смешанным чувством благоговения, гордости и раскаяния он смотрел, как Старк разворачивает лоскут.
   Большую часть сказанного всерьез Старк не воспринял, но все равно ожидал зрелища более внушительного, чем то, что предстало его взору.
   Это был кристалл дюйма четыре в окружности, тщательно обработанный. И все же это был лишь кусочек хрусталя.
   Старк повертел его, нахмурившись. Кристалл был не простым. Он являл собой сплетение многих фасеток, сплетение невероятно сложное. Слишком сложное для того уровня техники, который должен был существовать при Ване Круачо. Старк обнаружил, что кристаллик, если долго на него смотреть, обладает гипнотическим действием.
   — Как им пользоваться? — спросил он у Камара.
   — Мы — как дети. Мы забыли, что в нем заключена большая сила. Ты увидишь, Старк. Некоторые верят, что если бы Кушату угрожала опасность, камень бы вырвал Вана Круачо из Врат Смерти, и он снова возглавил бы нас.
   — Люди редко возвращаются с той стороны Врат Смерти, как бы нужны они ни были, — сухо проговорил Старк. Может, у вас в Кушате эти слова имеют другое значение?
   — Так называется проход, что открывается за Кушатом в темных горах. Город стоит перед ним, как охрана. Ни один человек не помнит, почему. Знают только, что это — великая тайна.
   Во взгляде, устремленном на талисман, смешались гордость и боль.
   — Ты хочешь, чтобы я отнес его в Кушат? — спросил Старк.
   — Да! Да! — воскликнул марсианин. Но потом его взгляд омрачился, и он покачал головой. — Нет. На севере нет дорог для чужих. Со мной ты был бы в безопасности, а один… Нет, Старк. Ты и так подвергался риску. Лучше уходи с Северных Земель, пока еще можно.
   Он снова лег на одеяло, и Старк увидел, что на его запавших висках появились голубоватые тени.
   — Камар, — позвал он марсианина, — Камар, иди в мир. Я отнесу талисман в Кушат.
   Марсианин вздохнул, улыбнулся, а Старк почувствовал радость от того, что пообещал ему это.
   — Наездники Мекха — волки, — внезапно сказал Камар. — Они охотятся в этих ущельях. Будь осторожен.
   Знание Старком географии этой части Марса было довольно смутным, но все-таки ему было известно, что горные долины лежат дальше к северу, между тем местом, где они сейчас находятся, и Кушатом. Камар рассказывал ему о горных войнах, и Старк был полон желания выполнить совет марсианина об осторожности.
   Камар не мог больше говорить, и Старк понял, что ждать ему осталось недолго. Голос ветра напоминал звуки громадного органа. Луна скрылась, и в башне было очень темно, лишь слабо светился снег.
   Старк взглянул на мрачные стены и содрогнулся. В воздухе уже витал запах смерти.
   Отгоняя от себя мрачные мысли, он наклонился к огню и принялся изучать кристалл. Орнамент представлял собой ряд символов. Странный орнамент для короля варваров, жившего на заре развития Марса. Отблески огня играли на внутренних фасетках. Казалось, кристаллик вбирает в себя свет. Потом он запылал белым дьявольским огнем и как будто ожил.
   Старка захлестнула волна непонятного древнего ужаса, он отбросил кристалл прочь. Та часть его души, которая с болью познала путь цивилизации, заставила его сесть и обдумать, что делать с кристаллом, в то время как другая часть жаждала зашвырнуть кристалл в снег как можно дальше.
   Талисман! Обещание давным-давно умершего короля о безопасности города. Кусок кристалла, украшенный легендой и мифической верой, — вот и все, что он собой представляет. Свет костра, смешанный с бредом Камара и приближением смерти, повлияли на его воображение. Всего лишь кусок кристалла…
   И все же он все ярче разгорался в его руке, теплый и живой. Он приковывал к себе внимание и завораживал. Ветер бормотал в каменной впадине, и скоро Старку стало казаться, что он слышит голоса, очень слабые и отдаленные, вкрадчиво и незаметно проникающие в его сознание. Старк вздрогнул, охваченный суеверным страхом, и поднял голову. Он вслушивался и вслушивался в тишину, но смог уловить лишь вой ветра, сухой шорох снега и слабое дыхание Камара.
   Старк посмотрел на кристалл, заставляя себя не отводить взгляд, но при этом он отвернулся от костра, загораживая его от света.
   — Воображение, — сказал он себе. — В подобном месте можно что угодно услышать и увидеть.
   Но кристалл продолжал пылать, как будто теперь, когда свет от костра стал недосягаемым для него, он питался теплом рук человека. Внутреннее свечение фасеток приковывало внимание Старка к темным глубинам, что тянулись где-то вне пространства и, возможно, вне времени.
   Тихие голоса заговорили снова — зовущие звуки из неправдоподобного далека, за миллион миль отсюда, такого далека, что ни одно ухо не должно было слышать их.
   Но Старк слышал. И на этот раз он слушал их достаточно долго, чтобы кое-что о них узнать, а когда это случилось, он закричал и отшвырнул кристалл от себя. Отшвырнул в животном страхе, потому что понял внезапно; откуда бы ни шел этот голос, как бы ни был связан он с Кушатом, принадлежать человеческому существу он не мог.
   Кристалл упал в снег у дверного проема и исчез в нем без звука. Старк поднялся, дрожа всем телом и ругая себя за глупость. Голоса снова исчезли, и он пытался поймать их, убеждая себя при этом, что они были порождением его сверхчувствительности, стремлением найти что-то дьявольское во всем этом… Примитивный абориген был в нем все еще силен. Распознавая в себе эти черты, он часто считал их проклятием и лишь иногда благословением. Обнаженный мальчик, который бегал с Тиком среди острых скал на краю Темной Земли, все еще продолжал трюки с Эрихом Джоном Старком.
   Он стоял неподвижно, вслушиваясь в вой ветра, шелест снега, дыхание Камара.
   Но дыхание Камара замерло.
   Старк приблизился к нему и опустился перед ним на колени, страстно желая взять назад свое обещание, и понимая, что сделать это уже невозможно. Он сложил руки Камара на груди в ритуальном жесте и накрыл его лицо краем плаща.
   Поднявшись, он сделал над Камаром прощальный жест и пошел к тому месту, куда бросил талисман. Встав на колени, Старк принялся разгребать снег, но одно из животных, привязанное к стене с внешней стороны башни, пробудилось и зашипело. Застыв, он услышал ответный крик другого.
   Работая с отчаянной поспешностью, Старк выкопал дыру и почувствовал гладкую поверхность талисмана. Вытащив его, он уложил кристалл в пояс, разыскал фляжку около костра и сделал из нее большой глоток.
   Потом он принялся ждать.
   Они подходили, осторожно ступая, мускулистые горные животные, изящно двигаясь среди обломков и руин. Всадники, высокие мужчины с полными ярости глазами и красновато-коричневыми волосами, не проронили ни звука. На них были кожаные плащи, в руках прямые длинные копья.
   Их силуэты маячили вокруг башни, и их было много. Старк и не подумал доставать пистолет. Еще очень юным он понял разницу между отвагой и идиотизмом.
   Он пошел им навстречу, двигаясь медленно, чтобы ни один из них не метнул в него копье, но и не так, чтобы выказать страх. В знак приветствия он поднял правую руку. Всадники не ответили ему. Они сидели на животных и смотрели на него. Старк понял, что Камар говорил правду.
   Это были наездники Мекха, и они были волками!

ГЛАВА 2

   Старк ждал, пока они устанут от собственного молчания, и наконец один из них требовательно спросил:
   — Из какого ты края?
   — Я зовусь Н’Чака, человек без племени, — ответил Старк.
   Такое имя дали ему его воспитатели — аборигены, подобравшие его, осиротевшего после землетрясения, разрушившего общину, которая была его домом. Люди, которые вырастили его среди яркого света, грома и горьких туманов Тусклого Пояса Меркурия. Это имя казалось Старку его настоящим именем.
   — Чужой, — сказал главарь и улыбнулся. Он указал на тело Камара. — Ты убил его?
   — Он был моим другом. Я вел его домой, чтобы он мог умереть там.
   Двое всадников спешились и осмотрели тело. Потом один из них обратился к главарю:
   — Он был из Кушата, если я только понимаю в племенах, Тхорд! И он не ограблен, — он тут же постарался исправить это упущение. — Чужой, — снова заговорил главарь, — направлялся в Кушат с человеком из Кушата. Что ж, чужестранец, я думаю, ты пойдешь с нами.
   Старк пожал плечами и, поскольку копья были направлены на него, не стал возражать, когда высокий Тхорд отобрал у него все, кроме одежды и пояса.
   Пистолет Старка Тхорд с презрением швырнул в снег.
   Один из людей привел животных Старка и Камара, и землянин взобрался на свое животное, преодолевая его яростное сопротивление, так как оно не любило запаха Старка.
   Они двинулись от защитных стен в неприкрытую ярость ветра.
   Всю оставшуюся ночь, следующие день и ночь они скакали к востоку, останавливаясь только для того, чтобы дать отдохнуть животным и съесть немного вяленого мяса. Старк, ехавший пленником среди них, с полной силой осознавал, что это Северная страна, на полмира удаленная от Марса, космических кораблей и гостей с других планет.
   Будущее так и не коснулось этих диких гор и суровых равнин. Их не коснулось даже настоящее. Прошлое крепко держало их в своих руках.
   Далеко к северу над линией горизонта сверкала над бледным небом глыба полярного льда, а ночью холодный свет отражался в ней цветными сполохами. Ледяной, никогда не утихающий ветер все мел и мел по горным ущельям и равнинам. То здесь, то там поднимался столб или загадочная башня, чья история была неизвестна, а цель появления оставалась загадкой. Люди Мекха ничего не могли рассказать о них Старку, хотя, казалось, стремились избегать их.
   Тхорд ни слова не сказал Старку о том, куда его везут и почему, а Старк не стал интересоваться этим. Это было бы проявлением страха с его стороны. Поскольку ничего другого ему не оставалось, он запасся терпением пойманного животного и ждал. Но временами становилось особенно трудно. Он чувствовал себя очень неуютно в поясе Камара. Он не переставал думать о талисмане и гадал, какая часть странностей кристалла была подсказана его воображением, а какая была на самом деле. Ему сейчас хотелось только одного: быстрее добраться до Кушата и избавиться от этой вещи.
   Он ругал Тхорда и наездников про себя, но яростно.
   В середине второго дня они въехали в ущелье, заметенное снегом. Под ним лежала узкая долина. Посмотрев вниз, Старк обнаружил, что в долине, насколько хватает взгляда, снуют люди и животные, горят костры. Людей было несколько тысяч. Разбившись на группы, они устроили себе лагеря под скалами. Голоса их сливались в прозрачном воздухе в сплошной гул.
   Армия, собирающаяся перед началом оттепели — Старк улыбнулся. Интересно бы встретиться с предводителем всей этой армады.
   Они спустились вниз по узкой каменной гряде. Внезапно ветер утих: путь ему преградили каменные стены равнины. Отряд поехал вдоль лагеря.
   Снег здесь уже подтаял и смешался с землей. Женщин в лагере видно не было, не было и следов той веселой толпы, что обычно следует за армией варваров.
   Здесь были только мужчины, — жители гор и воины-убийцы, у которых не дрогнет рука, не помышляющие ни о чем, кроме битвы.
   Они выходили из укрытий и приветствовали Тхорда и его людей, смотрели на незнакомца. Тхорд был доволен тем, что его так встречают и даже покраснел от сознания собственной значимости.
   — У меня нет для вас времени! — крикнул он. Мне надо поговорить с вождем Сиараном!
   Старк следовал за ними с каменным лицом. Время от времени он заставлял свое животное делать кульбит и внутренне смеялся этому.
   Наконец Тхорд спешился и кивком головы предложил Старку сделать то же самое. Объявляя о своем прибытии, он постучал рукоятью сабли по щиту.
   — Вождь Сиаран! Это Тхорд с пленником!
   Голос, монотонный и приглушенный, ответил ему из убежища, расположенного чуть поодаль и отличающегося от других размерами. Возле входа было воткнуто в снег копье, и с него свисало черное полотнище с серебряной полосой, светящейся в темноте. Рядом стоял щит, охраны не было.
   — Входи, Тхорд! — сказал голос.
   Тот отодвинул занавеску и вошел. Старк двинулся за ним. Тусклый свет не проникал в помещение. Кольцо света от пылающего факела. Каменный пол устлан шкурами, такими потертыми, что в некоторых местах меха не было вообще. Из мебели стояли стул и стол, тоже потемневшие от времени и употребления. В одном из дальних углов — куча шкур с накинутым на них ковром.
   На стуле сидел человек.
   В коварном свете факела он казался очень высоким. Его худое тело было облачено в кольчугу, под которой была видна кожаная туника, выкрашенная в тот же черный цвет, что и кольчуга. На коленях человека лежал огромный топор, но руки его держали оружие так, будто это была игрушка, которая ему нравилась.
   Голову и лицо его покрывало приспособление, известное Старку лишь по картинкам. Это была военная маска королей Внутренних Территорий Марса. Сделанная из черной сверкающей стали с прорезями для глаз и рта, она превращала человека в совершенно дьявольское существо.
   На макушке и затылке от нее отходили тонкие витые металлические прутья, похожие на распростертые крылья.
   Внимание Старка было приковано к маске, а не к Тхорду. Из-под маски снова послышался глухой голос:
   — Итак?
   — Мы охотились в ущельях на юге. — сказал Тхорд. — Мы увидели огонь. — и он рассказал о том, как они нашли незнакомца и тело человека из Кушата.
   — Кушат! — тихо сказал Сиаран. — Так, и для чего, незнакомец, ты ехал туда?
   — Меня зовут Эрих Джон Старк. Я землянин с Меркурия. — Он устал от того, что вся эта история затянулась и, кроме того его раздражала маска. — Но почему бы мне не ехать в Кушат? Что, это нарушает какой-то закон? Человек не может проехать туда спокойно и без допроса? Причем здесь люди Мекха? Они не имеют с этим городом ничего общего.
   Тхорд слушал его, затаив дыхание.
   Руки человека застыли на топоре. Это были нежные руки, гладкие и тонкие, они казались слишком хрупкими для топора, который лежал на коленях вождя.
   — Наше дело то, что мы считаем своим делом, Эрих Джон Старк, — голос был странно мягким. — Я задал тебе вопрос: почему ты едешь в Кушат?
   — Потому, — с той же сдержанностью ответил Старк, — что мой друг хотел умереть дома.
   — Странно отправляться за смертью в столь долгий путь, — черная маска подалась вперед, как бы охваченная какой-то мыслью. — Лишь приговоренные или изгнанные оставляют свои города. Почему твой друг ушел из Кушата?
   Внезапно из кучи шкур внизу послышался голос. Голос хриплый и глубокий, отмеченный то ли возрастом, то ли безумием.
   — За все эти годы лишь трое, не считая меня, Отара, покинули Кушат. Один из них утонул во время наводнения, другой попал зимой в движущиеся льды и погиб, а третий остался в живых. Это вор по имени Камар, укравший талисман.
   — Моего друга звали Граши, — ответил Старк.
   Пояс Камара висел на нем тяжелым грузом, а железная коробка огнем жгла кожу. Теперь он начал испытывать страх.
   Не обращая внимания на Старка, снова заговорил вождь:
   — Это был священный талисман Кушата. Город без него подобен человеку без души.
   «Как завеса Таним для Картага», — подумал Старк, вспоминая судьбу города после того, как завеса была украдена.
   — Знать боялась собственного народа, — сказал вождь, — она не осмелилась сказать ему, что талисман исчез, но нам известно об этом.
   — И вы нападете на Кушат? — спросил Старк. — Нападете до оттепели, когда вас меньше всего ожидают?
   — У тебя острый ум, незнакомец. Да, но даже в этом случае Великую Стену нелегко будет преодолеть. Если бы я пришел туда с талисманом Вана Круача в руке…
   Он не закончил фразы и повернулся к Тхорду.
   — Что ты нашел, когда обыскал тело мертвого человека?
   — Ничего особенного, вождь. Несколько монет и нож. Все едва стоило того, чтобы брать.
   — А ты, Эрих Джон Старк? Что взял с тела ты?
   — Ничего, — твердо ответил Старк.
   — Тхорд, — обратился к варвару вождь. — Обыщи его.
   Улыбаясь, Тхорд приблизился к Старку и распахнул на нем куртку.
   Землянин устремился вперед с поразительной быстротой. Ребром широкой ладони он ударил Тхорда по шее и прежде, чем его колени успели подогнуться, ухитрился схватить Тхорда за руки. Потом он мягко опустил тело варвара на пол.
   Старк выпрямился. Глаза его сверкали.
   — Этот человек уже один раз обобрал меня. Хватит!
   Он слышал топот людей Тхорда. Трое пытались одновременно проникнуть в помещение, и в руках одного было копье. Старк вышиб его из рук нападающего, перехватил копье и некоторое время молча работал Люди талисмана толстым концом оружия, не слыша никаких других звуков, кроме стука дерева о кость. Очистив дверной проем, он с презрением швырнул копье вслед полумертвым варварам.
   — А теперь, — сказал он вождю, — может, мы поговорим как мужчины?
   Человек в маске рассмеялся, и смех его казался смехом человека, получившего искреннее удовольствие. Он под прикрытием маски изучал лицо Старка, потом перевел взгляд на мрачного Тхорда, поднимавшегося с пола.
   — Уходи, — сказал ему вождь. — Мы будем разговаривать с незнакомцем.
   Тхорд вытащил саблю, он был полон желания пустить ее в ход.
   — Но, вождь… это небезопасно…
   — Моя черная подруга позаботится обо мне, — сказал Сиаран, похлопав по лежащему на коленях топору. — Я сделаю это лучше, чем ты. Уходи!
   Тхорд вышел.
   Человек в броне молчал, повернув маску к Старку, смотревшему на нее не отрываясь и тоже молчавшему. В это время узел тряпья у стены медленно выпрямился и превратился в высокого старика с косматыми волосами и бородой, сквозь которые просвечивали кости, туго обтянутые желтой кожей. Глаза его, похожие на точки огня, горели, подогреваемые внутренним пламенем.
   Он приблизился и клубком свернулся у ног Сиарана, наблюдая за землянином. Человек в броне подался вперед.
   — Я скажу тебе кое-что, Эрих Джон Старк. Я — незаконнорожденный, но в жилах моих течет королевская кровь. Я вынужден был добывать себе имя и положение собственными руками, но я подниму их высоко, и имя мое прогремит по всей Северной Земле. Я возьму Кушат. Тот, кто овладеет Кушатом, овладеет властью и богатством, что лежит за Вратами Смерти.
   Сиаран помолчал, как бы погрузившись в мечты, потом добавил:
   — Ван Круачо вышел из ниоткуда и сделал себя полубогом. Я поступлю также.
   Старик издал кудахтающий звук:
   — Я сказал им в Кушате, я сказал им, что пришла пора подняться и вернуть свою силу. Когда у них еще был талисман, они легко могли это сделать. Сейчас город умирает, и я сказал им, что есть шанс выжить, но они были полны презрения. Они только посмеялись и заковали меня! Теперь они будут смеяться по-другому. Ха! Как они будут смеяться!
   А Скаран сказал:
   — Теперь город оголен, и я возьму его. С талисманом или без него, выйду за Врата Смерти, и тогда посмотрим, что там может быть.
   Он снова замолчал, устремив на Старка взгляд из-под черной каски.
   — Поедем со мной, — бросил он. — достань талисман, если ты действительно способен это сделать, и стань моей защитой. Никому другому я не предлагал такой чести, — Почему ты выбрал меня? — медленно спросил Старк.
   — Мы одной крови, Старк, хотя ты и чужеземец.
   Холодные глаза Старка сузились.
   — А что скажут на это твои красные волки? Что скажет Отар? Взгляни на него, он и так уже окаменел от ревности и со страхом ждет моего согласия.
   — Не думаю, чтобы ты их боялся.
   — Наоборот. Я человек благоразумный и настолько, что не заключаю ни одной сделки ни с одним человеком, пока я не загляну ему в глаза. Сними свой шлем, Сиаран. Потом, возможно, мы и поговорим.
   — Нет, — прошептал вождь. — Этого я никогда не смогу сделать.
   Отар поднялся в полный рост, и Старк впервые ощутил, какая сила кроется в теле этого старика.
   — Ты хочешь посмотреть в лицо уничтожению? — загремел его голос. — Ты просишь смерти? Неужели ни думаешь, что если лицо скрыто под маской, то этому нет причины, и ты можешь требовать убрать ее?
   Он оглянулся.
   — Мой господин, — сказал он, — завтра к нам подойдет последний клан, и мы сможем выступить, как было задумано, но я считаю, что этот человек лжет. Он может знать, где талисман! Отдай его Тхорду на оставшееся время!
   Слепая черная маска была неподвижна, но Старку показалось, что из-за нее послышался вздох.
   — Потом…
   — Тхорд! — воскликнул вождь и поднял топор.

ГЛАВА 3

   Пламя костра высоко поднималось в защищенной от ветра долине. Вокруг сгрудились воины. Дикие наездники горных долин Мекха походили на волков, что дрожа пожирают глазами умирающую добычу. Взгляд их был хищным, зубы время от времени оскаливались в молчаливой усмешке.
   — Он силен, — шептали они друг другу.
   — Он наверняка переживет эту ночь.
   На выступе скалы сидел Сиаран, завернувшись в черный плащ. Свой топор он держал в руках. Рядом на снегу скорчился Отар.
   Возле них в землю был воткнут ряд длинных копий, скрепленных между собой так, что образовали подобие эшафота, в центре которого висел человек. Высокий человек с железными мускулами, очень тонкий. Его широкие плечи заполняли пространство между копьями. Это был Эрих Джон Старк, землянин, прибывший с Меркурия.
   Его уже немилосердно отхлестали плетями. Повиснув между рядами копий, он дышал тяжело, с хрипом, снег под ним был запятнан кровью.
   Тхорд держал в руках плеть. Он сбросил свой плащ, и тело его, несмотря на холод, блестело от пота. Варвар бил свою жертву, вкладывая в это занятие всю душу. Длинный бич пел в его руках. Тхорд гордился своим умением.
   За все время экзекуции Старк даже не вскрикнул. Теперь Тхорд отступил. Вытирая со лба пот, он посмотрел на вождя. Черная маска кивнула ему.
   Тхорд отбросил бич. Он подошел к высокому темноволосому человеку и схватил его за волосы, приподняв голову.
   — Старк! — крикнул он, яростно дергая голову жертвы. — Чужеземец!