Дженни улыбнулась и, встав из-за стола, в сопровождении Джефа направилась к площадке для танцев. Оркестр заиграл блюз. С минуту они танцевали молча, плавно покачиваясь в объятиях друг друга, потом Джеф, склонившись к ней, прошептал:
   – Ты не сказала мне, что твой опекун – Стив Джейсон.
   Она удивленно взглянула на него.
   – Для тебя это имеет какое-то значение?
   – Нет, конечно, это ничего не меняет, – согласился с ней Джеф. – Но, должен признаться, я был немало удивлен, узнав, что Стив Джейсон выступает в роли опекуна красивой юной девушки. Это все равно что поручить волку стеречь стадо овец.
   Дженни вспыхнула при этих словах.
   – Стив мне как отец или как старший брат, – резко сказала она. – Хотя, наверное, мало на свете отцов, которые заботятся о своих дочерях так, как Стив заботится обо мне.
   – Прости, Дженни, я ни в коем случае не хотел намекать на то, что тебя связывают со Стивом отношения интимного характера, – поспешил уверить ее Джеф. – Да по тебе сразу видно, что ты чистая. Но меня удивляет сам факт, что Стив является опекуном такого соблазнительного создания, как ты, и не ищет сближения с тобой. Ведь всем известно, что Стив Джейсон неравнодушен к женскому полу. Или он слеп и не замечает, как ты красива, или…
   Джеф замолчал, делая вид, что вслушивается в звуки блюза.
   – Или? – переспросила Дженни, чувствуя, что он чего-то не договаривает.
   – Или он просто тянет время, ждет, когда ты станешь совсем взрослой. Наверное, в душе он лелеет надежду, что рано или поздно ты станешь его любовницей.
   Дженни покачала головой.
   – Стив стал моим опекуном, когда мне было одиннадцать лет. Я так и осталась для него ребенком.
   – Но когда-нибудь он заметит, что маленькая девочка уже давно выросла и стала на редкость привлекательной девушкой. Тогда его отцовские чувства могут перерасти в нечто иное… – Джеф небрежно повел плечами. – Ладно, хватит о Стиве Джейсоне – терпеть не могу разговаривать с девушками о других мужчинах. Давай лучше танцевать.
   Дженни нравилось танцевать с ним – Джеф был наделен чувством ритма и был превосходным партнером. Что же касалось самой Дженни, то она умела танцевать все – от вальса до рок-н-ролла. В школе мадам Жюно девушек обучали танцам. А когда эти двое стали танцевать танго, другие пары, залюбовавшись ими, расступились, предоставив в их распоряжение танцплощадку. Она совсем выдохлась, и тогда Джеф отвел ее к столику.
   – Я бы с удовольствием танцевал с тобой еще, но мне пора готовиться к следующему выходу на сцену, – сказал он, вытирая со лба капельки пота. – Могу я позвонить тебе завтра?
   – Конечно, – не колеблясь, ответила Дженни. Чем ближе она узнавала Джефа Броуди, тем больше он нравился ей.
   Джеф скрылся за кулисами, а она посмотрела на площадку для танцев, где Стив и Синтия все еще продолжали танцевать. Заряд хорошего настроения, который она получила от Джефа, куда-то тут же делся, стоило ей только увидеть их в объятиях друг друга. Когда танец закончился, оба сразу же вернулись к столику.
   – Если тебе уже наскучило привлекать к себе всеобщее внимание, то мы можем уйти отсюда, – ледяным тоном проговорил Стив, глядя на нее так, словно она совершила какую-то непростительную оплошность.
   Но разве она нарочно привлекала к себе внимание присутствующих? Дженни даже не знала, что на них с Броуди смотрят – наверное, на них смотрели потому, что оба очень хорошо танцевали и были красивой парой. И что она сделала дурного, танцуя с ним? Дженни не могла понять, почему Стив так сердит.
   – Ты не должен сердиться на нее, Стив, – манерно проговорила Синтия. – Она ведь очень неопытна и не может знать, что с такими мужчинами, как Джеф Броуди, лучше не завязывать дружбу. Если бы она знала, сколько девушек побывало в его в постели, она бы, конечно, держалась от него подальше.
   – Не вмешивайся, Синтия. Это тебя не касается, – оборвал ее Стив. – Пойдем, Дженни.
   Он чуть ли не силой поднял ее со стула и, взяв под локоть, вывел из ресторана. Синтия последовала за ними. Дженни открыла было рот, собираясь сказать что-нибудь в свою защиту, но Стив только еще крепче сжал ее локоть.
   – Молчи, Дженни. Мы обсудим все, когда останемся одни.
   Дженни еще не видела Стива таким сердитым.
   За эти восемь лет уже случалось, что он сердился на нее за тот либо иной проступок – но он всегда был отходчивым. Стоило ему заметить слезы в ее глазах, и он тут же прижимал ее к себе и просил простить его за то, что был с ней слишком резок. А сейчас он даже не смотрел на нее. Когда они остановились перед лифтом, Стив сказал:
   – Поднимайся наверх, Дженни. Я приду, как только вызову для Синтии такси.
   – Но, Стив, мы ведь собирались ехать ко мне, – запротестовала его белокурая подруга.
   – В другой раз, Синтия. Сегодня вечером у меня есть дела поважнее.
   Поднимаясь в лифте, Дженни вспоминала эту сцену и думала, что ей бы не хотелось оказаться на месте Синтии. Хоть она и побаивалась предстоящего разговора со Стивом, но все-таки в глубине души торжествовала. Ведь если бы она не рассердила его, танцуя с восходящей звездой, Джефом Броуди, он бы наверняка провел остаток вечера и ночь с этой привлекательной блондинкой.
   Войдя в роскошные апартаменты на последнем этаже, Дженни включила свет в холле и прошла в гостиную. Не желая сидеть, как провинившийся ребенок, и ждать, когда ее отчитают за проступок, она поставила на проигрыватель первую попавшуюся под руку пластинку. Но нервы ее были так напряжены, что на этот раз даже музыка не помогла ей расслабиться. Она почти не слышала мягкого мужского голоса, который пел о любви, – ее мысли были заняты другим.
   – По-моему, достаточно музыки на один вечер, – войдя в комнату, Стив первым делом выключил проигрыватель. – Ты приехала сюда только вчера, Дженни, и уже успела спутаться с мужчиной, о любовных похождениях которого пишут все газеты, – продолжал он, остановившись перед вишневым бархатным диваном, на котором она сидела.
   – Мы всего лишь друзья, Стив. Дженни подняла голову и заставила себя посмотреть ему в глаза.
   – Где ты с ним познакомилась?
   – Джеф подошел ко мне, когда я купалась в бассейне. Я даже не знала, кто он такой, пока он сам не сказал мне об этом. Мы немного поболтали, вот и все.
   Стив достал из кармана пиджака сигареты и закурил, громко щелкнув зажигалкой. Его синие глаза потемнели от едва сдерживаемой ярости.
   – Ты приглянулась ему, и он решил сделать тебя своей очередной избранницей. Он собирался повести себя с тобой так же, как с этими сопливыми девчонками, которые сходят по нему с ума. Ты знаешь, сколько девушек у него было?
   – Меня не интересует, Стив, сколько девушек у него было. Но я не схожу по нему с ума, и Броуди прекрасно об этом знает. Между мной и Джефом не может быть ничего, кроме самой обыкновенной дружбы.
   Стив развязал галстук, избавился от пиджака и, расстегнув верхние пуговицы рубашки, сел с другого конца огромного дивана.
   – Такие мужчины, как Джеф Броуди, неспособны на братскую дружбу с привлекательными девушками, – сказал он тоном, не допускающим возражений. – Если он заинтересовался тобой, так это лишь потому, что преследует какие-то цели, весьма определенные цели. Он знает, что ты не относишься к числу его поклонниц, потому и не затащил сразу в свою постель. Но рано или поздно он бы это сделал. – Стив глубоко затянулся сигаретой и раздавил окурок в пепельнице. – Конечно, я не могу укорять тебя за то, что ты обменялась с ним парой фраз, когда вы встретились возле бассейна – в конце концов, ты даже не знала, что он из себя представляет. Но сегодня вечером ты танцевала с ним, позволяла ему обнимать себя, гладить по волосам…
   Стив внезапно умолк и, повернувшись к ней, посмотрел так, словно она совершила какой-то тяжкий грех. Дженни выдержала его взгляд. Когда он снова заговорил, его голос звучал глухо.
   – Сегодня вечером, наблюдая за тобой, я не мог поверить, что ты – та самая девочка, которую я встретил на острове Санта-Флорес.
   – Но я больше не та девочка, Стив, – прервала его Дженни, глядя на него глазами, полными слез. – С тех пор прошло восемь лет, и я уже не ребенок. Мне скоро исполнится двадцать. – Проглотив слезы, она продолжала:
   – Да и как я могла остаться той самой девочкой, если все эти годы жила, как принцесса? А если точнее, жила под стеклянным колпаком – ты защищал меня от внешнего мира, ты отправил меня учиться в частную школу, ты размягчил мою волю своими заботами. Я повзрослела физически – что же касается моего характера, я, напротив, стала беспомощной, как младенец. Я привыкла во всем полагаться на тебя, и теперь мне будет трудно начинать самостоятельную жизнь. Ту девочку, которую ты встретил на острове Санта-Флорес, сильную и независимую, было за что уважать. А теперь я стала слабой и безвольной.
   Стив сделал глубокий вдох и взглянул на Дженни с горькой усмешкой.
   – По-твоему, я – злодей, который испортил тебе жизнь? И все сложилось бы в твоей жизни удачно, если бы ты не встретила меня, не так ли? Но ты, наверное, не помнишь, что восемь лет назад была счастлива, когда узнала, что я стал твоим опекуном.
   Дженни нервно провела рукой по волосам.
   – Ты не правильно меня понял, Стив. Я даже представить себе не могу, что было бы со мной, если бы мы тогда не встретились. И я уже много раз говорила, как я благодарна тебе за все то, что ты для меня сделал, но… Дженни замолчала, подыскивая аргументы. Вспомни, какой я была восемь лет назад. Никто не ограничивал моей свободы, никто не следил за каждым моим шагом, никто не указывал мне, что можно и чего нельзя делать.
   И не найдя нужных слов, она выкрикнула:
   – В конце концов, я ведь не сделала ничего дурного сегодня вечером – я просто отдыхала, танцевала, смеялась…
   – Ты очень наивна, Дженни, если считаешь, что Джефу Броуди нужно от тебя только это: танцевать с тобой и смеяться, – иронически проговорил Стив. – И вообще я задаюсь вопросом, знаешь ли ты, какое значение придают такие мужчины, как он, глаголу «развлекаться»?
   – Такое же, какое придаешь ему ты, – вспылила Дженни. – Кстати, Джеф говорил мне о тебе примерно то же, что ты сейчас сказал мне о нем.
   – Вот как? – Глаза Стива гневно сузились. – Значит, ты обсуждала меня с Броуди?
   Дженни скрестила руки на груди, стараясь унять дрожь, сотрясающую все ее тело.
   – Я не обсуждала тебя с ним, Стив. Просто он сказал, что ты, мягко выражаясь, неравнодушен к женскому полу, вот и все. Впрочем, он не выдал тайны, я и так знала, что у тебя было очень много женщин.
   Стив внимательно посмотрел на нее.
   – Ты это знала, Дженни? – переспросил он. Она кивнула.
   – Знала, и притом давно.
   Он медленно поднялся на ноги и приблизился к ней. Сейчас его движения были плавными, одновременно в них чувствовалась угроза. Он походил на огромного ящера, готового броситься на свою жертву. Дженни невольно отстранилась.
   – Итак, ты знаешь, что у меня было много женщин, – медленно проговорил он. – И по-твоему, у меня имеется немалый опыт в области интимных отношений, не так ли? Именно поэтому я хорошо могу себе представить, чего хотят от женщин такие мужчины, как Джеф Броуди – ведь я сам принадлежу к той же категории, – Стив криво усмехнулся. – И я мог бы объяснить тебе весьма наглядным образом, как опытный мужчина совращает наивную девушку.
   Опершись обеими руками о спинку дивана, Стив склонился над ней. Его лицо было лишено всякого выражения, только синие глаза сверкали. Дженни почувствовала, как ею овладевает какое-то странное возбуждение, граничащее со страхом.
   – Я не понимаю, о чем ты говоришь, – прошептала она.
   – Сейчас ты это поймешь. Будет лучше, если этот урок преподам тебе я, а не кто-то другой.
   Он взял ее лицо в ладони и запрокинул назад ее голову. Его губы были так близко, что почти касались ее губ. У Дженни перехватило дыхание.
   – Закрой глаза, Дженни, – приказал он.
   Ей ничего не оставалось, как подчиниться – она была вся в его власти. Он стал целовать ее сомкнутые веки быстрыми, легкими поцелуями, похожими на прикосновение крыльев бабочки. Потом его губы скользнули вниз по ее щеке.
   Она устремилась навстречу ему, как цветок к солнцу. Их губы слились в долгом поцелуе, и его язык проник в ее рот. Дженни почувствовала, как все ее тело немеет от этого ни с чем не сравнимого, нового для нее наслаждения. Оторвавшись от ее губ, Стив зарылся лицом в ее волосы.
   – Дотронься до меня, Дженни, – хрипло прошептал он. – Я хочу, чтобы ты ласкала меня.
   Дженни подняла руку и просунула ладонь под его рубашку. Ее пальцы скользнули в робкой ласке по его груди. Удовольствие, которое она испытывала, прикасаясь к нему, удивило ее саму. Когда он тихо застонал, она обвила руками его шею и погрузила пальцы в густые мягкие волосы на его затылке. Он снова нашел ее губы, и все ее существо растворилось в захватывающей радости этого поцелуя.
   – Тебе это нравится, не так ли? – прошептал он, легонько теребя губами мочку ее уха. – Мне тоже это нравится, Дженни.
   Он поднял ее с дивана и крепко прижал к себе. Дженни почувствовала, что он возбужден не меньше, чем она. И все-таки ее глаза расширились от удивления, когда он прошептал:
   – Я хочу тебя – ты это понимаешь?
   Он подхватил девушку на руки и прижался губами к ее шее, потом положил ее на диван. Ласково перебирая пряди ее волос, он целовал ее лицо, ее сомкнутые веки, ее мягкие податливые губы. Потом он просунул руку под ее спину и расстегнул «молнию» на платье. Дженни почувствовала, что сгорает от желания.
   Приподнявшись на локтях, она повела плечами, чтобы избавиться от бретелек. Платье соскользнуло к ее талии.
   Сидя рядом с ней на диване, Стив долго ласкал и целовал ее обнаженную грудь. Он не спешил – казалось, у них впереди была целая вечность. Его пальцы касались ее затвердевших сосков, а Дженни изнемогала от желания, с трудом удерживаясь от того, чтобы не закричать. Ей бы хотелось, чтобы он овладел ею как можно скорее, сейчас, вот в эту минуту – она была не в силах ждать…
   – Я не знал, что ты ответишь на мои ласки с такой готовностью, – прошептал Стив. – Очень жаль, но придется ограничиться лишь этим…
   Она не слышала его слов. Сейчас для нее существовало только прикосновение его пальцев, его губ. Застонав, она изогнула спину, растворяясь по капле в этом невероятном, почти болезненном наслаждении… Именно тогда Стив резко отстранился.
   – Дженни, нам лучше остановиться сейчас, – его голос прозвучал неестественно громко. – Иначе это может зайти слишком далеко.
   Он встал и быстро отошел в противоположный конец комнаты – казалось, спешил уйти подальше от нее, избежать соблазна. Облокотившись о спинку кресла, закурил, не глядя на Дженни. У него дрожали пальцы.
   Только когда Дженни заплакала, закрыв ладонями лицо, он наконец посмотрел на нее.
   – Не плачь, Дженни. Я ничем не обидел тебя – мог бы обидеть, но вовремя удержался. – Помолчав, он добавил каким-то чужим, безразличным тоном:
   – Урок окончен. Теперь ты знаешь, как может повести себя опытный мужчина с неискушенной девушкой – именно это я и хотел тебе показать.
   Отняв ладони от лица, Дженни просунула руки в бретельки платья и дрожащими пальцами застегнула на спине «молнию». Еще никогда в жизни она не чувствовала себя такой опустошенной и разбитой. Минуту назад Стив осыпал ее ласками – а теперь вдруг стал совсем чужим. Конечно, для него все это было лишь игрой, он вовсе не желал ее – ей только казалось, что он ее желает.
   Она сидела на диване, и слезы текли по ее щекам, а ее тело все еще было в томлении от неутоленного желания. Наверное, Стив решил наказать ее за то, что она танцевала весь вечер с этим несчастным Джефом Броуди. Что ж, худшего наказания он бы не смог придумать. Он вознес ее на самую вершину чувственного восторга – а потом бросил в бездну. Как ей теперь выбраться из этой бездны?
   В одно мгновение Стив пересек комнату. Остановившись перед ней, взял ее за плечи и заставил посмотреть на него.
   – Теперь ты поняла, что такую девушку, как ты, очень легко соблазнить? Подумай, Дженни, чем бы это закончилось, если бы сегодня вечером на моем месте оказался другой. Он не стал бы рассуждать о том, что лучше для тебя. Он бы просто удовлетворил свое желание, воспользовался тем, что ты с такой готовностью ответила на его ласки. Ты должна быть осмотрительна и разборчива в выборе знакомых, Дженни. Ты чувственная девушка, и именно в этом заключается опасность для тебя.
   «Да если бы на твоем месте был другой, я бы просто не позволила ласкать себя вот так», – думала Дженни. Но она предпочла промолчать. К чему обнажать свои чувства перед человеком, который неспособен на них ответить?..
   – Я хочу, чтобы ты пообещала мне, что больше не станешь встречаться с этим менестрелем, – сказал Стив. – Теперь ты и сама должна понимать, к чему может привести твоя дружба с ним.
   – И именно для этого ты…
   У нее не хватило сил договорить, но он понял.
   – Да. Я показал лишь, насколько ты уязвима, как легко по неопытности попасться в ловушку.
   – Ты жесток, Стив.
   – Я не хотел быть жестоким, Дженни. Если я обидел тебя, прости. – Его тон немного смягчился. – Но я хочу, чтобы ты дала мне это обещание.
   Дженни молча встала и, пройдя мимо него, направилась к двери в свою комнату.
   – Дженни? – окликнул ее Стив. Она замерла.
   – Я не обязана давать тебе никаких обещаний, – твердо сказала она и скрылась в своей комнате.
   В течение долгой минуты Стив смотрел на дверь, закрывшуюся за ней, потом, проклиная все на свете, направился к бару и налил себе виски. Неутоленное желание смешивалось в нем с ревностью, ему казалось, он сейчас взорвется. Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Нет, так больше не может продолжаться. Он сойдет с ума с этой девчонкой.
   Девчонка! С кем она связалась!
   Глядя на то, как она улыбается этому парню, как танцует с ним, он чувствовал себя чуть ли не стариком. Но даже если Дженни больше не будет встречаться с Броуди, у нее наверняка заведется еще какой-нибудь молодой друг. Заботясь о ее же безопасности, он предостерег ее в отношении Броуди, но он не может запретить ей встречаться со своими сверстниками, заводить новые знакомства. Но когда-нибудь Дженни встретит человека, которого полюбит… При этой мысли все внутри Стива переворачивалось.
   Он залпом осушил стакан и плеснул себе еще виски, но не выпил. Все равно это не поможет ему обрести покой. Сейчас он казнил себя за то, что обошелся так жестоко с Дженни. Еще восемь лет назад он пообещал себе, что будет защищать ее ото всех горестей и невзгод – а сегодня вечером сам причинил ей боль. В его ушах все еще звучал ее плач.
   Присев на подлокотник кресла, Стив закурил. Он вспомнил, как хорошо, как просто они жили все восемь лет. Дженни была ребенком, он – ее старшим братом, ее другом и защитником. А между ними – ничего недосказанного, никаких мыслей или чувств, которые он скрывал. Он хотел лишь одного – заботиться о Дженни, сделать ее жизнь легкой и счастливой. Что же изменилось в их отношениях? Точнее, в его отношении к ней? Как это случилось, что он увидел в ней женщину. Женщину, обладающую столь притягательной силой, что он не мог держать себя в руках, когда она рядом, играть все ту же роль, которую взял на себя восемь лет назад – роль друга и защитника.
   Защитник! Стив горько усмехнулся. Как бы ему не пришлось защищать ее от себя самого!
   Два года назад, когда он возил ее на каникулы в Афины, его впервые посетило новое чувство. Дженни тогда уже исполнилось семнадцать лет и она отнюдь не была угловатым подростком. Именно тогда Стив решил, что должен видеться с Дженни как можно реже. Поэтому вот уже два года он не забирал ее из школы на каникулы, хоть и очень тосковал…
   А вчера она приехала сама, теперь уже совсем взрослая – и еще более желанная. За то время, что они не виделись, Дженни стала настоящей красавицей. И в ней осталась та внутренняя сила, которая поразила его еще восемь лет назад. Дженни говорила, что он избаловал ее своей заботой, сделал неженкой, но она не побоялась уехать из школы, даже не уведомив об этом его. А с тех пор как приехала в Лас-Вегас, вела себя очень своевольно. В глубине души Стив восхищался ее независимым характером – однако боялся, что в один прекрасный день Дженни полностью выйдет из-под его контроля, и он потеряет ее… Какой станет его жизнь, если рядом не будет Дженни?
   Его любовь к этой девочке теперь стала любовью мужчины к женщине. Только Дженни никогда не узнает об этой его любви. Сегодняшний эпизод больше не повторится – пока Дженни здесь, он, как и все эти годы, будет заботиться о ней, защищать ее от таких мужчин, как Джеф Броуди. А через две недели он отошлет ее в Европу, и кто знает, когда они увидятся снова.
   Стив уже знал, как невыносима разлука с Дженни, – но во сто крат хуже, когда она рядом. Всех его сил может не хватить, чтобы побороть его жгучее желание, которое пробуждает в нем она.

4

   В ту ночь Дженни долго не могла уснуть. Уткнувшись лицом в подушку, она плакала, чувствуя себя одинокой, как никогда. Конечно, Стиву она не нужна. Зачем ему наивная, глупенькая девушка, когда вокруг полным-полно опытных, зрелых женщин? На какое-то мгновение она поверила, что он желает ее так же сильно, как она желает его, но это оказалось всего лишь иллюзией. А теперь, когда иллюзия рассеялась, ей стало так горько…
   Чтобы избежать встречи с ним за завтраком, все утро она провела в постели. Ей было бы трудно смотреть Стиву в глаза, вести с ним непринужденную беседу после того, что произошло между ними вчера вечером. Но, когда, приняв душ и одевшись, она наконец вошла в столовую, Стив все еще был там, несмотря на довольно поздний час. Рассеянно помешивая ложечкой кофе, он просматривал деловые бумаги. Он даже не заметил ее появления.
   – Доброе утро, – прошептала Дженни, усаживаясь на свое место.
   – Доброе утро.
   Стив взглянул на Дженни. Ее лицо было бледным, под глазами обозначились темные круги… Не сказав больше ни слова, он снова погрузился в чтение.
   Только когда Майк принес для Дженни кофе и тосты, а затем удалился, Стив отложил папку с бумагами и, откинувшись на спинку стула, внимательно посмотрел на нее.
   – Нам надо поговорить, Дженни. Я специально дождался тебя, чтобы не откладывать этот разговор.
   Она резко вскинула голову.
   – Нам не о чем говорить, Стив.
   – Это не так, Дженни, – мягко сказал он. – Я знаю, ты в обиде на меня за вчерашнее. Я и сам ругаю себя за то, что потерял над собой контроль… Постарайся простить меня, если можешь.
   – Ты ни в чем не виноват передо мной, Стив. Он долго молчал, глядя куда-то поверх ее головы. Вздохнув, продолжал:
   – А еще я хотел сказать тебе, Дженни, что со мной ты в полной безопасности. Не знаю, что мог рассказать тебе обо мне этот Броуди, но я вовсе не из тех мужчин, которые соблазняют невинных девушек. Если бы я даже не был твоим опекуном, я бы все равно никогда не стал соблазнять такую девушку, как ты. Можешь не бояться, вчерашнее больше не повторится.
   Дженни опустила глаза, чтобы он не увидел отчаяния в ее взгляде. Конечно, вчерашнее больше не повторится – по той простой причине, что ему этого не захочется. Стив найдет себе сколько угодно женщин, а она так и останется его маленькой Дженни, чем-то вроде сестренки или дочери. Он ведь сам сказал, что неопытные девушки его не интересуют.
   – Это будет нелегко, Дженни, но мы сохраним наши отношения такими, какими они были все эти восемь лет, – заключил Стив, вставая. – Мне пора идти. Увидимся за ужином.
   Дженни рассеянно кивнула.
   Когда он ушел, она долго сидела неподвижно, глядя в свою чашку и размышляя над его словами. Для нее тоже было очень важно сохранить эту дружбу, возникшую восемь лет назад. Ведь она не может рассчитывать на нечто большее. Со Стивом были связаны все ее самые дорогие воспоминания – порвать отношения с ним было просто немыслимо для нее. Но сможет ли она когда-нибудь забыть о том, что произошло между ними вчера вечером? Ведь теперь, глядя на него, она всегда будет вспоминать о тех минутах близости, о его ласках поцелуях…
   Дженни решительно тряхнула головой. Она должна быть сильной, должна преодолеть это новое чувство, поселившееся в ее теле. Стив не оставил ей выбора: или братская дружба, или вообще ничего. И ей придется принять его условия – иначе она его потеряет. А без Стива ее жизнь станет пустой и бессмысленной.
   Дженни была так погружена в свои мысли, что вздрогнула от неожиданности, услышав голос Майка.
   – Тебя к телефону, Дженни. Пройди в холл, там есть аппарат. Это был Джеф.
   – Я хочу, чтобы ты узнала о том, что случилось со мной по твоей вине, сероглазая красотка, – притворно-жалобным тоном проговорил он. – Мне пришлось оставить свой роскошный люкс, и теперь я занимаю темную каморку над кухней. Кроме всего прочего, сегодня ночью мне не удалось по-человечески поспать.
   Дженни ничего не поняла.
   – Но при чем здесь я? – удивилась она.
   – Ты бросила ключи от моего номера в бассейн.
   – Не говори, что ты не мог войти в свой номер. Насколько мне известно, у портье всегда имеются запасные ключи.
   – Не в том дело. С ключами нет никаких проблем – скорее наоборот, их теперь слишком много.
   – Слишком много? – переспросила Дженни, все еще недоумевая.
   – Одна из тех длинноногих девиц, которые участвовали во вчерашнем шоу, видела, как ты бросила мои ключи в воду, – пояснил Джеф. – Она нырнула и нашла их на дне. Девица оказалась очень предприимчивой и тут же поняла, что может заработать на этом неплохие деньги. Она сделала не меньше дюжины копий и продала их своим подругам, которые, к несчастью, все, как одна, оказались моими поклонницами. Сегодня ночью мой люкс был забит до отказа длинноногими девушками в сверкающих бикини… Дженни расхохоталась.