Аланна окинула его ищущим взглядом больших темных проницательных глаз благодаря крошечному клубку ощущений в глубине сознания, связывающему его с ней. Ранд понял, что она в более спокойном и умиротворенном состоянии, чем когда-либо на его памяти, — всего один ищущий взгляд, а потом она слегка пошевелилась, и Мин прикоснулась к его руке и отошла к ней. Бера и остальные слегка присели, лишь чуть-чуть наклонив головы, и тут из дворца вслед за Рандом потоком хлынули айильцы.
   Появились Нандера в сопровождении двух сотен Дев — они вовсе не собирались позволять «клятвопреступницам» опередить себя, — и мощный Камар, из септа Кривой Пик, из клана Дэрайн, даже более седой, чем Нандера, и на полголовы выше Ранда, вместе с двумя сотнями Сеиа Дун, которые тем более не могли допустить, чтобы их опередили Фар Дарайз Май. Они промчались по обе стороны от него и Айз Седай и взяли двор в кольцо. Бера, похожая на гордую фермерскую жену, и смуглая Аланна, напоминающая прекрасную королеву, обе в шалях с зеленой бахромой, и пухлая Рафела, еще более смуглая, чем завернувшаяся в голубую шаль Аланна, и хладнокровная Фаэлдрин, тоже Зеленая, с бусинками в тонких косичках, и стройная Мерана в серой шали, с таким хмурым лицом, что по сравнению с ней Рафела выглядела олицетворением безмятежности Айз Седай, — все они с беспокойством смотрели на него.
   — Где Кируна и Верин? — требовательно спросил Ранд. — Я вызывал всех.
   — Верно, милорд Дракон, — спокойно ответила Бера. Она еще раз присела в реверансе; не слишком низко, но и это поразило его. — Но мы не нашли Верин, она где-то в айильских палатках. Расспрашивает… — на мгновение Вера утратила спокойствие, — пленниц, пытаясь выяснить, что должно было произойти, доберись они до Тар Валона. — Если бы Ранда доставили в Тар Валон. Бера многое знала и не станет болтать лишнее там, где ее могут услышать. — А Кируна… консультируется с Сорилеей по вопросам протокола. Но я нисколько не сомневаюсь, что она будет счастлива присоединиться к нам, если вы лично вызовете сюда Сорилею. Я могла бы сходить за ней сама, если вы…
   Ранд махнул рукой, обрывая ее. Пяти вполне хватит. Может, Верин и вправду удастся что-нибудь выяснить. Он хотел узнать правду? Вот пусть Верин и потрудится. А Кируна? Вопросы протокола? Хм…
   — Я рад, что у вас налаживаются отношения с Хранительницами Мудрости.
   Бера явно хотела что-то сказать, но тут же решительно сжала губы.
   Аланна тихо разговаривала с Мин, отчего у той на щеках вспыхнули алые пятна, а подбородок вздернулся, хотя, как ни странно, отвечала она вполне спокойно.
   Хотел бы он знать, все ли Мин рассказала ему. В одном он был уверен, и это касалось всех женщин. Даже самая последняя из них хранит в сердце секреты, которыми иногда делится с другими женщинами, но никогда — с мужчиной. Это было единственное, в чем он не сомневался, если говорить о женщинах.
   — Я не собираюсь дожидаться весь день, — раздраженно сказал он. Айз Седай сбились тесной группкой — Бера впереди, остальные на полшага позади нее. Она или Кируна всегда были у них за главную. Так они между собой договорились, он тут ни при чем. Его все это мало волновало, пока они держали свою клятву, и он, возможно, не вмешался бы, если бы не Мин и Аланна. — Начиная с этого момента вы будете получать все распоряжения через Мерану.
   У всех расширились глаза, точно он ударил их. Включая Мерану. Даже Аланна повернула голову. Почему они так перепугались? Правда, после Колодцев Дюмай почти все разговоры с ними велись через Беру или Кируну, но именно Мерану в свое время отправляли в Кэймлин для переговоров.
   — Ты готова, Мин? — И Ранд, не дожидаясь ответа, зашагал через двор.
   Ему приготовили крупного, горячего жеребца, на котором он возвращался от Колодцев Дюмай, седло и высокая задняя лука отделаны золотом, темно-красный чепрак с вышитыми по углам черно-белыми дисками. Сбруя коня, так же как и имя, вполне соответствовали его облику. Тай'дайшар, с Древнего Языка это можно перевести как Великолепный. И конь, и его сбруя под стать своему хозяину — Дракону Возрожденному.
   Когда Ранд уже сидел верхом, Мин натянула перчатки для верховой езды и взобралась на мышастую кобылу, на которой тоже скакала от Колодцев.
   — Сейра — прекрасное животное, — сказала она, потрепав кобылу по круто изогнутой шее. — Хотелось бы, чтобы она была моей. Мне нравится и ее имя.
   Есть такие цветы, их еще называют голубые глазки. Они распускаются в окрестностях Байрлона каждую весну.
   — Она твоя, — сказал Ранд. Кому бы из Айз Седай ни принадлежала эта кобыла, ее не откажутся продать ему. Он заплатил Кируне тысячу крон за Тай'дайшара. Ей не на что жаловаться, лучший кровный тайренский жеребец никогда не стоил даже десятой доли этой суммы. — Что интересного сказала Аланна?
   — Ничего такого, что могло бы заинтересовать тебя, — не задумываясь ответила Мин, однако ее щеки продолжали пылать.
   Он негромко фыркнул и тут же возвысил голос:
   — Лорд Добрэйн, Морской Народ, кажется, уже заждался меня.
   Процессия потянулась мимо толп, собиравшихся по сторонам широких улиц по мере того, как распространялась весть о ее продвижении, люди выглядывали из окон и даже залезали на крыши. Колонну, расчищая путь, возглавляли двадцать конников Добрэйна, тридцать Дев и столько же айильцев из воинского сообщества Черные Глаза, а за ними — барабанщики, издававшие оглушительное «Бум-бум-бум, бумбум!», и трубачи, перемежающие барабанную дробь тушем.
   Крики зевак тонули в барабанной дроби и звуках труб, сливаясь в неясный гул, который с одинаковым успехом мог выражать и ярость, и одобрение. Знамена реяли за спиной Ранда и перед Добрэйном — белое Знамя Дракона и ярко-алое Знамя Света, и айильцы в вуалях рысцой бежали бок о бок со всадниками, чьи вымпелы тоже развевались в воздухе. То там, то здесь кто-нибудь бросал под ноги Ранду цветы. Возможно, они даже не ненавидели его. Возможно, они только боялись. Наверно, так оно и есть.
   — Свита не хуже королевской, — громко, чтобы ее услышали, сказала Мерана.
   — Ну, значит, для Дракона Возрожденного в самый раз, — резко ответил Ранд. — Может, вам лучше держаться позади? И тебе тоже, Мин.
   Кто знает, вдруг на какой-то крыше затаились убийцы? Арбалетные стрелы, предназначенные для него, могут достаться одной из женщин.
   Они чуть отстали от Ранда, шага на три, но почти сразу вновь оказались рядом. Мин стала рассказывать ему, что именно написала ей Берелейн о Морском Народе, об их кораблях, о Джендайском Пророчестве и Корамуре, а Мерана добавила то, что знала об этом пророчестве, хотя и не очень много, чуть больше Мин.
   Ранд слушал вполуха, поглядывая на крыши. Он не удерживал саидин, но чувствовал, что Дашива и двое других позади него делают это. Он не ощущал покалывания на коже, которое означало бы, что кто-то из Айз Седай обнимает Источник, но так и должно быть — он запретил делать это без разрешения.
   Хотя, наверно, можно и отменить этот приказ. Похоже, они держат клятву. А как они могли не сдержать ее? Ведь они — Айз Седай. Здорово получится, если убийца бросится на него с ножом, а сестры в это время будут решать, как лучше послужить ему — спасти его или подчиниться запрету направлять.
   — Что тебя рассмешило? — спросила Мин, подъезжая ближе и с улыбкой глядя на него.
   — Сейчас не до смеха, милорд Дракон, — ядовито заметила Мерана с другой стороны. — Иметь дело с Ата'ан Миэйр, возможно, весьма непросто. Хотя вообще-то любой народ крайне придирчив, когда речь заходит о его пророчествах.
   Высокие городские стены сбегали к самой реке, к пристани с длинными серыми каменными доками. Тут и там стояли причаленные речные корабли, лодки и барки всевозможных видов и размеров, экипажи высыпали на палубы, чтобы не пропустить интересное зрелище. Судно Ранда стояло наготове, дожидаясь его, в одном из доков, приводившие его в порядок работники уже ушли. Баркас — так называлась узкая длинная деревянная щепка без единой мачты, с одним флагштоком на носу, высотой в четыре шага, с фонарем наверху и еще одним на корме. Почти тридцати шагов в длину, с длинным рядом скамеек для гребцов, это судно не способно взять на борт такой груз, как парусник его размеров, зато не зависит от ветра и, имея небольшую осадку, может плыть и днем, и ночью, доставляя хоть и небольшие, но важные и срочные грузы. Баркас выглядел вполне подходящим.
   Капитан принялся часто кланяться, когда Ранд по трапу сошел на палубу.
   Мин держала его за руку, Айз Седай и Аша'маны двигались за ним. Элвер Шаене, в свисавшей до колен желтой длиннополой мурандийской куртке, был худой и узкокостный, под стать своему судну.
   — Такая честь для меня — везти вас, милорд Дракон, — забормотал он, обтирая лысину большим носовым платком. — Честь, это точно. На самом деле честь. Честь.
   Откровенно говоря, этот человек куда охотнее пустил бы на свой корабль живых гадюк. Капитан заморгал, увидев шали Айз Седай и их безвозрастные лица, облизнул губы, взволнованно переводя взгляд с них на Ранда и обратно.
   При виде Аша'манов у него просто отвалилась челюсть. По-видимому, их черная одежда мгновенно оживила в его памяти связанные с ними слухи, и в дальнейшем он старался не смотреть в их сторону. Шаене наблюдал, как Добрэйн вводил на борт знаменосцев, барабанщиков с их барабанами и трубачей, а потом перевел взгляд на выстроившихся на пристани всадников,
   — казалось, он боялся, что и они окажутся у него на борту. Нандера с двенадцатью Девами и Камар с двенадцатью Черными Глазами, все в шуфа на головах, хотя и без вуалей, заставили капитана поспешно отступить — Айз Седай оказались между ним и вновь пришедшими.
   Айильцы сердито поглядывали на капитана, точно готовы были поднять вуали. Однако люди Морского Народа, без сомнения, знают, что означают поднятые вуали, и было бы нелегко убедить их, что никто не собирается на них нападать. У Ранда мелькнула мысль, что, если Шаене продолжит с таким остервенением тереть голову, он лишится последних тонких седых волос.
   Баркас на длинных веслах отвалил от пристани — под барабанную дробь и громкие звуки труб, с развевающимися на носу и корме знаменами. Палубы других кораблей по всей реке были усыпаны людьми, некоторые даже взбирались на снасти. Находившиеся на борту корабля Морского Народа, к которому они направлялись, повели себя точно так же. Одеты они, правда, были не так уныло и однообразно, как на других кораблях, а ярко и многоцветно. «Белопенный» был больше любого другого судна рядом с ним, с двумя высокими, сильно наклоненными назад мачтами. Рей на мачтах установлены под прямым углом, на остальных же кораблях они стояли косо и были даже длиннее самих мачт — чтобы увеличить площадь парусов. Несмотря на все эти отличия, в одном Ранд не сомневался — Атаман Миэйр по сути своей точно такие же люди, как все остальные. Они последуют за ним по доброй воле, или ему придется их заставить; в Пророчествах говорится, что он объединит людей всех стран. «И север он свяжет с востоком, а запад — с югом» — вот что там сказано. И никто не сможет остаться в стороне. Теперь он точно знал это.
   Когда Ранд рассылал свои приказания, сидя в ванне, у него, конечно, не было возможности разъяснить в деталях, как именно он собирается действовать, поднявшись на «Белопенный». Поэтому он сообщил их сейчас, вызвав вполне предсказуемые усмешки Аша'манов, — по правде говоря, усмехались Флинн и Наришма, а Дашива лишь удивленно заморгал — и сердитые взгляды айильцев, что тоже не было для него неожиданностью. Айильцы терпеть не могли играть вторую роль. Добрэйн просто кивнул — ему с самого начала было известно, что сегодня он присутствует здесь исключительно ради пущего эффекта. Чего Ранд не ожидал, так это реакции Айз Седай.
   — Как прикажете, милорд Дракон, — сказала Мерана, как обычно, еле заметно присев.
   Остальные четыре Айз Седай переглянулись, но тоже присели и пробормотали: «Как прикажете». Ни слова протеста, ни одного хмурого или высокомерного взгляда, никаких бесконечных вопросов, зачем надо делать именно так, а не иначе, — довольно того, что таково его желание. Может, пора уже начать доверять им? Или стоит ему отвернуться, как они ухитрятся найти способ обойти свою клятву?
   — Они сдержат свое слово, — внезапно сказала Мин, точно прочтя мысли Ранда. Обхватив обеими руками его руку и притянув к себе, она говорила так тихо, что расслышать мог только он один. — Я видела этих пятерых у тебя в кулаке, — добавила она на случай, если он ее не понял. Речь, по-видимому, шла о ее видениях, но что означал этот образ? Может, вовсе не то, что она имела в виду.
   Однако раздумывать над этим Ранду некогда. Баркас мчался быстро и очень скоро оказался в каких-нибудь двадцати шагах от «Белопенного», который был гораздо выше. Барабаны и трубы смолкли. Ранд направил Силу и создал мост из Воздуха, окаймленного Огнем, соединив палубу баркаса и корабль Морского Народа. Рука об руку с Мин Ранд шагнул на мост, и все, кроме Аша'манов, вытаращили глаза — это выглядело так, будто он стоит в пустоте.
   Он не удивился бы, споткнись Мин пару раз, хотя бы в начале, но она спокойно шла рядом, будто под ее сапогами с зелеными каблуками обыкновенная мостовая.
   — Я доверяю тебе, — негромко произнесла она. И улыбнулась. Отчасти чтобы успокоить его, отчасти, как ему показалось, забавляясь тем, что ей снова удалось прочесть его мысли.
   Интересно, сколь велико было бы ее доверие, если бы она понимала, что мост он сплел на пределе своих возможностей. Еще фут дальше — и плетение распалось бы при первом же шаге на мост. Идти по нему было бы все равно что поднять самого себя с помощью Силы, что невозможно. Даже Отрекшиеся не знали, почему это так, как не знали, почему женщина способна сплести мост длиннее, чем мужчина, даже если она не так сильна, как он. Дело здесь не в весе — любой мост выдерживал любую тяжесть.
   Ранд остановился в воздухе рядом с поручнями «Белопенного». Мерана описывала ему Морской Народ, и все же вид этих людей поразил его. Смуглые женщины в разноцветных рубахах и мешковатых темных штанах. Мужчины с обнаженной грудью и свисающими до колен длинными цветными поясами. У всех множество золотых и серебряных цепочек на шее и кольца в ушах, а у некоторых женщин даже и в носу. Лица их ничего не выражали — почти как у Айз Седай.
   Среди всех заметно выделялись четыре женщины. Босоногие, как и все тут, они были в ярких шелках, а двое, увешанные ожерельями и серьгами больше остальных, с цепочками, тянувшимися к уху от кольца в носу, отягощенными множеством золотых медальонов, носили одежду, расшитую золотом. У каждой на груди висела на цепочке небольшая ажурная золотая коробочка. Они молча сгрудились, глядя на Ранда. Он заговорил, обращаясь к ним:
   — Я — Дракон Возрожденный. Я — Корамур.
   Общий вздох пронесся по палубе. Все четыре женщины, однако, сохраняли полное спокойствие.
   — Я — Харине дин Тогара Два Ветра, Госпожа Волн клана Шодейн, представилась та, у которой были самые большие серьги и в каждом ухе по пять маленьких, но толстых золотых колец, статная женщина с полными губами, в красном парчовом одеянии. Ее черные прямые волосы были прошиты серебряными нитями, от уголков глаз разбегались тонкие морщинки. Держалась она с достоинством, производившим большое впечатление. — Я говорю от имени Госпожи Кораблей. Если Свету угодно, Корамур может подняться на борт.
   Непонятно почему, но, произнеся эти слова, прозвучавшие как разрешение, она вздрогнула, как и остальные трое. Ранд вместе с Мин шагнул на палубу.
   Он позволил мосту исчезнуть и отпустил саидин, но тут же почувствовал, что на прежнем месте возник новый мост. И почти сразу Аша'маны и Айз Седай оказались рядом с ним. Сестры держались так же спокойно, как Мин, если не считать того, что одна-две из них принялись без особой необходимости разглаживать юбки. Им все еще было нелегко находиться рядом с Аша'манами, хотя они и делали вид, что все в порядке.
   Четыре женщины Морского Народа бросили всего лишь один взгляд на Айз Седай и зашептались, склонившись друг к другу. Больше всех говорили Харине и молодая хорошенькая женщина в зеленой парче с восемью серьгами в ушах, двое других, в простых шелковых одеяниях, лишь время от времени вставляли замечания.
   Мерана деликатно откашлялась и, прикрыв рот рукой, чтобы не было заметно, негромко сказала:
   — Я слышала, как она обратилась к тебе. Атаман Миэйр, насколько мне известно, любят и умеют торговаться, и, мне кажется, они расценивают как ошибку то, что она назвала вас Корамуром.
   Кивнув, Ранд сверху вниз взглянул на Мин. Девушка искоса смотрела на женщин Морского Народа, но, заметив его взгляд, покачала головой, давая понять, что не видит, чем можно помочь.
   Харине повернулась к Ранду так спокойно, будто никакого торопливого обсуждения и не было.
   — Это — Шалон дин Тогара Утренний Прилив, Ищущая Ветер клана Шодейн, сказала она с легким поклоном в сторону молодой женщины в зеленой парче.
   — А это — Дерах дин Селаан Бурная Волна, Госпожа Парусов «Белопенного».
   Услышав свое имя, женщины слегка кланялись и касались пальцами губ.
   Дерах, красивая женщина средних лет, одетая в простой голубой шелк, тоже носила в ушах восемь серег, но серьги, кольцо в носу и цепочка, соединявшая их, были тоньше, чем у Харине и Шалон.
   — Приветствую вас на моем корабле, — сказала Дерах, — и да пребудет с вами милость Света, пока вы не покинете палубы. — Она слегка наклонила голову в сторону четвертой женщины, в желтом шелке. — Это — Тавал дин Чанай Девять Чаек, Ищущая Ветер «Белопенного».
   В ушах Тавал покачивалось всего по три кольца, такие же тонкие, как у Госпожи Парусов. Она выглядела моложе Шалон, не старше самого Ранда.
   Харине снова взяла все в свои руки, указав на корму:
   — Поговорим в моей каюте, если не возражаете. Это небольшое судно. Ранд ал'Тор, и моя каюта невелика. Если тебе угодно пройти туда одному, все мои люди, оставшиеся здесь, станут порукой твоей безопасности.
   Так. От Корамура к просто Ранду ал'Тору. Похоже, она взяла бы назад свои первые слова, будь это возможно.
   Ранд был готов открыть рот и согласиться — все, что угодно, лишь бы поскорее покончить с этим. Харине уже двинулась с места, приглашая Ранда за собой. Остальные женщины последовали за ней, но в этот момент Мерана снова слегка откашлялась.
   — Ищущие Ветер умеют направлять, — торопливо пробормотала она, прикрыв рот ладонью. — Возьми с собой двух сестер, или они сочтут, что имеют перед вами преимущество.
   Ранд нахмурился. Преимущество? Он — Дракон Возрожденный, в конце концов. И к тому же…
   — Я с благодарностью принимаю приглашение, Госпожа Волн, но мы с Мин неразлучны. — Он похлопал Мин по лежащей на его локте руке, давая понять, что он и не собирался отправляться без нее, и Харине кивнула. Тавал уже распахнула дверь, Дерах еле заметно поклонилась и жестом пригласила следовать за собой. — И Дашива, конечно.
   Тот вздрогнул, услышав свое имя, будто спал. Но он, по крайней мере, в отличие от Флинна и Наришмы, не таращился во все глаза по сторонам. Те смотрели главным образом на женщин. В книгах рассказывалось о пленительной красоте и грации женщин Морского Народа, и, насколько видел Ранд, это соответствовало действительности. Они двигались грациозно, почти танцуя и плавно покачиваясь при ходьбе, но он привел сюда мужчин не для того, чтобы строить глазки.
   — Очнитесь! — строго сказал он им. Наришма залился краской и резко выпрямился, прижав кулак к груди. Флинн отсалютовал, но оба, казалось, очнулись. По какой-то причине Мин взглянула на Ранда снизу вверх с еле заметной кривой улыбкой.
   Харине кивнула в сторону каюты — с легким нетерпением. От стоявших вокруг членов экипажа отделился мужчина в мешковатых зеленых шелковых штанах. За пояс у него были засунуты меч с рукояткой из резной кости и кинжал. Мужчина был почти совсем сед, и в каждом ухе у него висело по пять небольших толстых колец. Харине еще более нетерпеливо махнула рукой, явно приказывая седому удалиться.
   — Как будет угодно, Ранд ал'Тор, — сказала она.
   — И конечно, — добавил Ранд будто в раздумье, — мне нужны Мерана и Рафела.
   Он не мог объяснить, почему назвал Рафелу, может потому, что пухлая тайренка была единственной не Зеленой сестрой, не считая Мераны, но, к его удивлению, Мерана одобрительно улыбнулась. Остальные — и Бера, и Фаэлд» рин, и Аланна — лишь кивнули.
   Харине же явно была не в восторге. Она не сумела сдержаться и поджала губы.
   — Как будет угодно, — промолвила она совсем не таким довольным тоном, как раньше.
   Оказавшись внутри расположенной на корме каюты, где все, кроме нескольких стянутых латунными скобами сундуков, намертво крепилось к палубе или к переборкам. Ранд удивился, почему эта женщина хотела привести его именно сюда. Вдобавок, стоять здесь он мог только пригнувшись, даже там, где над головой не нависали потолочные балки — или как их там называют на кораблях? Он прочел несколько книг о кораблях, но ни в одной не встречал упоминания ни о чем подобном. Кресло, которое ему предложили, стояло в футе от узкого стола и тоже не сдвигалось с места, а когда Мин показала ему, как откинуть подлокотник в сторону, и он сел, колени уперлись в тыльную сторону столешницы. Здесь было всего восемь кресел. Харине уселась в дальнем конце, спиной к окнам с красными ставнями. Ищущая Ветер слева от нее. Госпожа Парусов справа, Товал — рядом. Дальше расположились Мерана и Рафела, а Мин слева от Ранда. Дашива, которому не досталось кресла, встал возле двери, ему даже не пришлось пригибаться, хотя потолочная балка почти касалась его головы. Молодая женщина в ярко-голубой рубашке, с одной тонкой серьгой в каждом ухе, принесла чай в чашках из толстого фаянса, очень черный и горький.
   — Давайте побыстрее покончим с этим, — раздраженно произнес Ранд, как только женщина с подносом вышла. Он поставил чашку, сделав всего один глоток. Он не мог вытянуть ноги. С некоторых пор малейшее неудобство просто выводило его из себя. В его сознании тут же вспыхнули воспоминания о том, как он, согнувшись пополам, сидел в сундуке, и ему потребовалась вся сила воли, чтобы сдержаться. — Тирская Твердыня пала, и айильцы перевалили через Стену Дракона. Ваше Джендайское Пророчество исполнилось. Я — Корамур.
   Харине улыбнулась поверх своей чашки — холодной улыбкой женщины, которую все происходящее отнюдь не забавляло.
   — Может, и так, если Свету угодно, но…
   — Это так, — резко сказал Ранд, не обращая внимания на предостерегающий взгляд Мераны. Она легонько пнула его под столом ногой. Он проигнорировал и это. С каждым мгновением стены каюты, казалось, надвигались все ближе. — Что вас смущает. Госпожа Волн? Может, вы не верите, что Айз Седай служат мне?
   Рафела, Мерана! — Ранд резко взмахнул рукой.
   Он хотел, чтобы они лишь подошли к нему, показав, что слушаются его. Но они поставили чашки, грациозно поднялись, плавно заскользили по деревянному настилу и, оказавшись рядом… опустились на колени. Каждая обеими руками взяла его руку и прижалась губами к ее тыльной стороне, к тому месту, где поблескивала золотая голова спускающегося с предплечья Дракона. Ранд был так потрясен, что едва сумел скрыть это и не отвести взгляда от Харине. На ее лицо легла сумрачная тень.
   — Айз Седай служат мне. И Морской Народ тоже будет служить мне. — Ранд знаком велел сестрам вернуться на свои места. Странно, но они выглядели так, будто это их удивило. — Именно так сказано в Джендайском Пророчестве.
   Морской Народ будет служить Корамуру. А я и есть Корамур.
   — Да, но для этого нам необходимо заключить Сделку. — Последнее слово прозвучало явно подчеркнуто. — Джендайское Пророчество гласит, что вы приведете нас к славе и все моря мира будут принадлежать нам. Если мы будем служить вам, то и вы должны сделать кое-что для нас. Если я не оговорю как следует условия Сделки, Неста велит раздеть меня догола и подвесить за ноги на мачте, а потом созовет Первых Двенадцать клана Шодейн, чтобы они назвали имя новой Госпожи Волн.
   По мере того как Харине говорила, на ее лице возникло и с каждым мгновением проступало все отчетливее выражение всепоглощающего ужаса, а черные глаза распахивались все шире и шире, будто она сама удивлялась своим словам. Ищущая Ветер испуганно посмотрела на нее, а Дерах и Тавал изо всех сил пытались скрыть изумление и страх, напряженно уставившись в стол.
   И неожиданно Ранд все понял. Та'верен. Ему уже приходилось сталкиваться с этим. Иногда совершенно неожиданно случалось то, чего меньше всего можно было ожидать, и только потому, что он находился рядом, но он никогда не знал, когда именно это произойдет. Устроив ноги поудобнее, он перегнулся через стол:
   — Атаман Миэйр будут служить мне, Харине. Так предначертано.
   — Да, мы будем служить вам, но… — Харине привстала в кресле, разлив свой чай. — Что вы делаете со мной, Айз Седай? — закричала она, дрожа. — Так не заключают сделки!
   — Мы ничего не делаем, — холодно ответила Мерана. И заставила себя, не поморщившись, отпить глоток чая.
   — Вы находитесь в присутствии Дракона Возрожденного, — добавила Рафела.
   — Корамура, как ваше пророчество называет его, которому вы должны служить.