Июль 1945 г.
   (Цит. по: Медведев Ж. "Лить воду на мельницу жебраков... Лысенко и Сталин. К 50-летию печально известной сессии ВАСХНИЛ 1948 года". Литературная газета, №29, 1998 г.)
   ОБ АКАДЕМИКЕ Л. ЛАНДАУ
   ИЗ ДОКЛАДНОЙ ЗАПИСКИ КГБ
   ОБ АКАДЕМИКЕ Л. ЛАНДАУ
   ЦК КПСС
   товарищу Кириллину В.А (лично)
   По Вашей просьбе направляю справку по материалам на академика Ландау Л.Д.
   Председатель КГБ Серов
   "В 1939 году Ландау Л.Д. арестовывался НКВД за участие в антисоветской группе, но был освобожден как видный ученый. Ландау является весьма крупным ученым с мировым именем, способным к новым открытиям в области теоретической физики. По своим политическим взглядам на протяжении многих лет он представляет собой определенно антисоветски настроенного человека, враждебно относящегося ко всей советской действительности и пребывающего, по его выражению, в роли "ученого раба".
   В этом отношении КГБ располагает сообщениями многих агентов из его окружения и данными оперативной техники. Так, положение советской науки Ландау определяет следующим образом: "У нас наука окончательно проституирована и в большей степени, чем за границей. Там все-таки есть какая-то свобода у ученых... Подлость - преимущество не только ученых, но и критиков, литераторов, журналистов. Это проститутки и ничтожества. Им платят и поэтому они делают, что прикажут".
   В другой беседе он говорил: "Науку у нас не понимают и не любят, что, впрочем, и неудивительно, так как ею руководят слесари, плотники, столяры. Нет простора научной индивидуальности. Направления в науке диктуются сверху. Патриотическая линия приносит вред, так как мы еще больше отрываемся от передовых ученых Запада".
   Один из агентов по поводу Ландау сказал: "Ландау считает, что США самая благотворительная страна". Как-то он прочел в газетах, что какой-то американский ученый выразил желание переехать в СССР. "Ну и дурак,- сказал Ландау.- Как бы я хотел с ним поменяться!"
   Ландау систематически отрицает приоритет русской и советской науки во многих областях. Его отношение к отечественной науке характеризуется следующими словами: "Я интернационалист, хотя меня и называют космополитом. Я не разделяю науку на советскую и зарубежную. Мне совершенно безразлично, кто сделал то или иное открытие, поэтому я не участвую в утрированном подчеркивании приоритета советской науки".
   В октябре 1953 года, по донесению агентуры, Ландау допускал клеветнические высказывания в адрес руководителей партии и правительства по поводу разоблачения Берии.
   В связи с событиями в Венгрии Ландау высказывал следующие мысли: "Венгерская революция - очень хорошее, отраднейшее явление, народ там сражается за свободу". Он отождествлял мятежников с венгерским народом, с рабочим классом. Он говорил: "Венгерский народ восстал против своих поработителей, то есть против небольшой клики, в основном против нашей. То, что они сейчас проявили, заслуживает заимствования. Вот перед Венгрией я готов встать на колени. Наши решили забрызгать там себя кровью. Нашей страной управляют преступники, а Кадар - социал-предатель".
   В разговоре на квартире о Венгрии на вопрос собеседника, что "если бы Ленин встал, у него бы волосы встали от этих дел", Ландау ответил: "У Ленина тоже рыльце в пуху. Вспомни кронштадтское восстание. Ведь рабочие Петрограда и матросы Кронштадта восстали. У них были самые демократические требования, а они получили пули. В октябре 1917 года власть перешла в руки партийного аппарата".
   Ландау совершенно не привязан к семье, а привязанность к сыну не есть глубокая привязанность отца. Он мало с ним общается, больше думает о своих любовницах, чем о сыне. Обстоятельства, в которых Ландау живет в последние 20 лет, и окружение, которое он себе создал, укрепили в нем характерные черты индивидуалиста и сознание непогрешимости.
   Ландау подавляющее время находится дома, регулярно слушает передачи зарубежного радио и, принимая у себя многочисленных посетителей, передает им антисоветские материалы загранрадио. Основные темы разговоров его и его окружения - антисоветские темы высказывания зарубежного радио и циничные обсуждения отношений с различными женщинами.
   Через агентуру и технику установлено, что Ландау считает себя свободомыслящим человеком. Так, он неоднократно заявлял: "Я свободомыслящий человек, а они (другие академики) - холуи". Касаясь членов правительства, говорил: "Ну как этому верить? Кому, палачам верить? Палачи они, гнусные палачи! В крови буквально по пояс. То, что сделали венгры, считаю величайшим достижением, они первыми нанесли потрясающий удар по идее в наше время". Ландау считает, что со времени Октябрьской революции у нас сформировалось фашистское государство. "Идея коммунистической партии - это идея послушания начальству".
   "Я считаю,- говорил Ландау,- наша система, как я ее знаю с 37 года, совершенно определенно есть фашистская система. Она такой и осталась и измениться так просто не может. Поэтому вопрос стоит о двух вещах: во-первых, о том, в какой степени внутри этой фашистской системы могут наступить улучшения, и, во-вторых, я считаю, что эта система будет все время расшатываться".
   "Я считаю, что пока эта система существует, питать надежды, что она приведет к чему-то приличному, это даже смешно. И я на это не рассчитываю. То, что Ленин был первый фашист,- это ясно. Наша система - это диктатура класса чиновников, класса бюрократов. Я отвергаю, что наша система социалистическая, потому что средства производства принадлежат никак не народу, а бюрократии".
   По сообщению одного из агентов, являющегося приближенным Ландау, он считает, что успех демократии будет одержан только тогда, когда класс бюрократии будет низвергнут. "Подумайте сами, сейчас сложилась обстановка возможности революции в стране, она произойдет, это не абсурд. Создалось положение, которое долго продолжаться не может",- и высказал предположение, каким путем может быть ликвидирована система. Так, в 1956 году Ландау заявлял: "Сейчас ясно, что совершится переворот, это реально при такой мизерной популярности правительства в народе и его ненависти к правящему классу. Если наша система мирным способом не может рухнуть, то 3-я мировая со всеми ее ужасами неизбежна. Так что вопрос о мирной ликвидации нашей системы есть вопрос судьбы человечества по существу".
   Как зафиксировано оперативной техникой, Ландау постоянно высказывает мысли о ликвидации советской системы. Так, в 1956 году он заявил: "Я считаю так: если наша система ликвидируется без войны - неважно, революционно или эволюционно - то войны вообще не будет. Сейчас у нас нет подходящих лиц для совершения переворота. Это очень легкое дело, абсолютно легкое".
   В личной жизни Ландау нечистоплотен, чужд советской морали. Имея семью, он сожительствует со многими женщинами, периодически меняя их. Поощрительно относится к аналогичному поведению своей жены: читает ей письма своих любовниц, обсуждает ее интимные связи".
   1-й спецотдел КГБ СССР, 20 января 1957 г.
   (Цит. по: "Новое время", №50, 1998 г.)