Уэнди Этерингтон
Пожар страсти

ГЛАВА ПЕРВАЯ

   Лейтенант полиции Уэс Кимбалл втиснул свой пикап между двумя патрульными машинами, составлявшими автопарк блюстителей порядка небольшого городка Бэкстер в штате Джорджия. Рядом примостились две машины пожарной бригады: одна с раздвижной лестницей, вторая с насосом, и «скорая помощь».
   В ста метрах от них из здания склада валил дым.
   При свете почти полной луны он разглядел спасателей, выстроившихся в линию у тротуара. Как тени во мгле они вели битву, победу в которой огонь уже считал своей. Две бригады пожарных держали брандспойты, бьющие водой по покореженным остаткам сожженного здания.
   Жалея, что не может выпить чашечку горячего кофе, Уэс вылез из пикапа и деловито направился к развалинам. На него обрушился отчетливый запах бензина.
   Он остановился, принюхался. Отлично.
   Второй пожар за последнее время, и снова бензин. И опять в здании, принадлежащем видному городскому бизнесмену. Во второй раз его будят среди ночи, чтобы разобраться в происшедшем. Сначала сгорел офис агентства недвижимости. А теперь склад канцтоваров. Уэс был единственным полицейским в городе, расследующим поджоги, и занимался первым пожаром, случившимся несколько дней назад, поэтому предполагал, что звонка от мэра можно ожидать уже к рассвету. Следовательно, остается часа три на то, чтобы нащупать первичную версию. И часа четыре на сон.
   Уэс поежился на свежем октябрьском ветру и подошел к полицейским, стоявшим полукругом около пожарной машины. Да, хорошо начинается четверг.
   – Рановато для тебя, да? – усмехнулся Эрик Норкатт, старый школьный приятель и коллега.
   – Не то слово, – буркнул Уэс.
   Два других офицера из полицейского участка Бэкстера обернулись.
   – Привет, – махнул им рукой Уэс.
   Они молча кивнули в ответ. Уэса их холодность не опечалила, поскольку он был известен в городе не только своими блестящими способностями в раскрытии преступлений, но и тяжелым характером. А ведь каждый раз после стычки с начальством или со старшим братом, шефом пожарной команды, обещал себе, что станет мягче и вежливее. Но обещанием все и заканчивалось.
   – Что скажете о складе? – поинтересовался Уэс.
   – Одни головешки, – отозвался Норкатт. – Как и в прошлый раз.
   Их разговор заглушил страшный треск, а потом грохот. Большая балка рухнула с верхнего этажа и раскололась о землю. Пожарные по-прежнему самоотверженно стояли у тротуара и направляли рукава на тлеющие развалины. Ну конечно, сразу видна выучка братца Бена – копии их героического отца. Уэс давно уже оставил попытки стать похожим на них. И всегда ощущал себя чужаком в собственной семье. И, скорее всего, таковым и останется до конца своих дней.
   Еще раз оглянувшись вокруг, он напрягся, увидев в стороне двух мужчин. Мэр, чью тучную фигуру ни с кем не спутаешь, и Роберт Эдисон, владелец здания, по виду вели острую и нелицеприятную дискуссию.
   – Пожарная команда Бэкстера явилась сорок минут назад, – продолжил Норкатт. – К тому времени уже весь склад был в огне. Ребята боятся, как бы искры не долетели до поля, летом ведь засуха какая была, опасно. Вот теперь и заливают все вокруг, чтобы водой пропиталось.
   – А что говорят? Какие версии? – Уэсу не нужно было расшифровывать вопрос. Все местные жители – будь то служители порядка, пожарные или простые горожане – знали, что первый пожар был квалифицирован начальником пожарной службы округа как поджог. Учитывая то, что в последнее время полиции приходилось разбираться с мелочью, вроде парочки глупых подростков, нанюхавшихся клея, или коровы, пострадавшей от петарды, пожар в агентстве недвижимости стал главной темой всех городских разговоров.
   – Она здесь, – Норкатт многозначительно кивнул в сторону склада. – О чем это тебе говорит?
   Уэс повел плечами, отогнав волну раздражения.
   Похоже, его участие в этом деле на сегодня окончено. Ну и ладно. У него и так достаточно забот. Вот хоть с коровой надо разобраться.
   Она – это капитан пожарной службы Кара Хьюз.
   Пожалуй, лучший следователь по поджогам в штате, хотя с ней лично он никогда не работал. Бен консультировался с ней по телефону после первого пожара и, видимо, вызвал ее, чтобы она официально возглавила расследование. Уэс почти ничего о ней не знал. Говорили, что Кара жесткая, серьезная и всегда действует по закону. И еще что держит под подушкой пружинный нож с лезвием в двенадцать сантиметров.
   Что ж, у нее впереди непростые дни. Весь состав пожарной команды и полицейского участка Бэкстера – а работали там одни мужчины, – без сомнения, не преминет отпустить пару-тройку идиотских комменгариев по поводу участия мисс Хьюз в этом деле. А вот Уэсу было абсолютно все равно, кто ведет расследование поджога. Да хоть зеленый инопланетянин с антеннами на голове, лишь бы профессионал.
   – Это Бен ее вызвал, – задумчиво констатировал он.
   Норкатт сложил руки на своей широкой груди.
   – Мы сами в состоянии справиться.
   Формально поджог проходил по ведомству пожарных.
   – Кто знает.
   – Проклятье, Уэс, на кой черт нам тут эта девица, сующая нос в наши дела?
   – Сомневаюсь, что у нас есть выбор. – Он бросил взгляд на приятеля. – Я слышал, она хороший специалист.
   Норкатт выкатил глаза, что означало: «Да как женщина может быть специалистом в таких вопросах? Что они вообще понимают?»
   – Успокойся, старина. Не думаю, что она попросит тебя носить за ней сумочку.
   Норкатт побагровел. Остальные рассмеялись.
   Решив, что хватит вести пустые разговоры, Уэс подошел поближе к складу, держась в отдалении от пожарных, чтобы не мешать. Сильный запах гари, обуглившейся древесины и бензина витал в воздухе.
   Он повернул за угол склада, намереваясь проверить погрузочные люки, и увидел ее.
   На ней были потертые голубые джинсы, черные ботинки и черный кожаный пиджак. Девушка стояла на коленях на земле в круге света от прожектора, который был, видимо, подключен к альтернативному источнику питания, поскольку электроснабжение сгоревшего здания давно отключили. У нее были темные волосы до плеч, подтянутая фигура и удивительно изящная линия подбородка.
   Она опустила руку и поскребла пальцем что-то на засыпанной пеплом земле. Уэс заметил у нее слева наплечную кобуру. Странно. Он не встречал пожарных, которые имели бы при себе огнестрельное оружие. Зачем оно девушке-следователю? Судя по рукоятке, это был полуавтоматический пистолет.
   Она внезапно подняла голову. Их взгляды встретились. Мисс Хьюз оказалась привлекательной, но не красавицей в обычном понимании – из тех, какие неестественно и бессмысленно улыбаются с обложек глянцевых журналов. Однако Уэс вдруг понял, что не может отвести от нее взгляд. Как будто она заворожила его своими колдовскими сине-зелеными глазами.
   Цвет Карибского моря летним утром, мелькнуло у него в голове. Что еще за романтические мысли, отругал он себя.
   – Вы, надо полагать, Уэс. – У нее оказался чувственный голос.
   – Да. – Уэс наконец нашел в себе силы протянуть ей руку. – Уэс Кимбалл.
   Девушка поднялась и пожала его руку. У нее была теплая и гладкая кожа. Он почти расстроился, когда она убрала пальцы с его ладони.
   – Кара Хьюз. Ваш брат попросил меня взяться за это дело.
   Уэс сунул руки в задние карманы джинсов.
   – Я так и подумал, когда узнал, что вы здесь.
   Ее взгляд скользнул куда-то за его спину.
   – У вас тут прямо приветственный комитет собрался.
   – Дело было нашим, пока его не передали вам.
   В ее удивительных глазах мелькнула тень недовольства.
   – Это было и остается делом пожарной службы.
   Жесткая, серьезная и всегда действует по закону.
   – Мы тут обычно сами разбираемся со своими делами.
   – И вам не нужна какая-то выскочка из Атланты, хозяйничающая на вашей территории?
   Уэс понимающе улыбнулся.
   – Скажем так, на своей территории я в состоянии справиться со всем самостоятельно. Только не говорите мне, что вы не привыкли к некоторому сопротивлению.
   Она скрестила руки на груди.
   – В большинстве случаев люди стараются не вставать у меня на пути.
   – Еще бы! Оно и понятно. – Он кивнул на ее кобуру Ее рука скользнула к пистолету с такой непроизвольностью, которая говорила об отработанности движения.
   – Забыла, что он со мной. Привыкла, знаете ли, брать с собой по ночам.
   – Да, в Атланте, наверное, нужная вещь. А у нас в Бэкстере смотрится нелепо.
   Тем не менее ему это не показалось странным, даже заинтересовало, если не сказать – взволновало.
   Он сам был полицейским и при необходимости мог выстрелить, но к оружию относился спокойно. Не коллекционировал его, не увлекался охотой. Почему же при виде этой девушки, обращающейся с пистолетом с легкостью опытного стрелка, у него внутри разлилась горячая волна желания?
   Хватит отвлекаться, приятель. У тебя сейчас нет времени заводить роман.
   – Полагаю, не стоить объяснять, что вам придется нелегко. Дело все-таки было нашим.
   – А теперь оно мое.
   Кажется, она не самого лучшего мнения о нем.
   Неудивительно. К нему все так относятся.
   Уэс признавал, что временами его убежденность в своей правоте вынуждала его к поспешным действиям или приводила к жестким оценкам. Но с другой стороны, его не покидало ощущение, что от всех людей – особенно от родственников – его отделяет высокая глухая стена. И он никак не мог ее преодолеть.
   Уэс думал, что его порой резкое поведение – всего лишь защитная реакция. Он рано потерял отца и с тех пор изо всех сил старался стать похожим на него, такого безупречного и недосягаемого. Но так и не преуспел в этом.
   – Послушайте, я…
   Ну как объяснить ей, что следовательская работа единственное, что помогало ему ощущать себя нужным и что-то значащим в этом мире? Как объяснить, каково жить в семье, где все чего-то достигли, кроме тебя? Один брат – уважаемый всеми начальник пожарной команды. Зять вызывает у всех доверие, еще даже не раскрыв рта. Сестра – успешная деловая женщина. Второй брат – пожарный и… любимец всех девушек города.
   И только он один ничего из себя не представляет.
   Кара пришла на выручку и избавила его от бессвязных бормотании.
   – Бен имеет полное право привлекать экспертов со стороны, если считает это необходимым.
   – А у вас появится возможность повесить очередной скальп на свой пояс?
   К удивлению Уэса, она ничуть не смутилась от столь грубой аналогии.
   – А то как же. – Девушка широко улыбнулась.
   К собственному изумлению, он улыбнулся в ответ. И ощутил, что очарован ее насмешливым взглядом, красивым изгибом бедер, подчеркнутым обтягивающими джинсами. А она, оказывается, очень даже… ничего.
   Уэс сделал шаг вперед, чувствуя, как учащается пульс. Кара подняла на него глаза, и с ее полураскрытых губ слетело невесомое облачко теплого дыхания. Его окутал аромат гардений – странно, что такая задиристая девушка пользуется такими женственными духами. Он сжал пальцы. Больше всего ему сейчас хотелось дотронуться до нее, пусть даже это стало бы самой большой глупостью в его жизни.
   Несколько бесконечных секунд они стояли так, замерев, в круге яркого света прожектора, вдыхая запах бензина пополам с гарью.
   Именно эта вонь в конце концов и вернула его в реальность.
   – Итак, еще один поджог?
   Девушка моргнула, как будто подпала под те же колдовские чары, что и он.
   – Да тут бензина столько, как будто целый бензовоз разлился.
   – На предыдущем пожаре автоматическая система пожаротушения была сломана. Кран подачи воды вывернут.
   – А вот телефонный кабель системы безопасности не тронули. И когда индикатор дыма сработал, система сама вызвала пожарных. Какая-то странная техника для поджигателя.
   – Думаю, он просто не догадался отрубить и телефонную линию.
   – Значит, провод, ведущий к крану подачи воды, он догадался перерезать, а телефонный и от дымовых индикаторов нет? – уточнила Кара, приподняв брови.
   Этот вопрос не давал Уэсу покоя еще после первого пожара.
   – Склад стоит у леса. Если бы система безопасности не сработала, огонь перекинулся бы на деревья.
   – То есть мы имеем дело с поджигателем, который заботится об окружающей среде?
   – Или который имеет зуб только на владельца склада.
   – А что за птица этот Роберт Эдисон?
   Да ведь он только что видел, как Эдисон беседовал с мэром. Она что же, не разглядела его?
   – Вы с ним не знакомы?
   – Нет.
   «Ты немного потеряла. Он мерзавец и жулик», подумал Уэс, но сдержался и не стал озвучивать свои мысли.
   – А вы, кажется, не принадлежите к числу его поклонников.
   Он изумленно посмотрел на нее.
   – У вас все в глазах можно прочитать. Что странно для полицейского.
   Ее взгляд изучал его. В нем Уэс увидел интерес.
   Ясный. Недвусмысленный.
   От острого желания все внутри у него сжалось.
   Нет, лучше этому притяжению не поддаваться. Кара Хьюз не похожа на девушку, которую можно очаровать парой комплиментов и приглашением в ресторан. Она выглядела самостоятельной, серьезной и вспыльчивой.
   В точности такой, как он сам.
   Интересно, она ощущает какое-то влечение к нему? Или ему просто хочется, чтобы так было? Он, наверное, выглядит полным идиотом. Улыбается ей, смотрит на нее, как восторженный школьник. А руки ноют – так ему хочется дотронуться до нее.
   – Ладно. Не буду вас отвлекать от дел. А мне, пожалуй, уже можно вернуться в постель. – Уэс пошел прочь, чувствуя, что внутри бьется странное ощущение, как будто у него что-то отняли.
   Да она нравится мне. Я совсем не против поработать с ней. Разумеется, при условии, что смогу справиться с желанием наброситься на нее.
   – Вообще-то мне может понадобиться ваша помощь. – Она произнесла эти слова очень тихо, когда Уэс уже отошел на несколько шагов. – Бен сказал, что мне не помешает найти напарника в местной полиции.
   – О, он вздрогнет, когда узнает, что вы выбрали меня.
   Девушка слегка наклонила голову к плечу.
   – Он сам вас предложил.
   «Бен?» – хотел недоверчиво переспросить Уэс.
   Хотя в чем-то они с братом, наверное, неплохо ладили. Даже смогли пережить один странный эпизод прошлой весной, когда Бен женился на женщине, с которой немного встречался Уэс. К сожалению, по большинству вопросов они не находили согласия.
   Сказывалась разность характеров, взглядов на жизнь и темпераментов. Бен ценил консерватизм и профессионализм. А Уэс любил прогресс и не был склонен всегда следовать установленным правилам.
   Конфликт их длился много лет, с тех времен, когда Бену пришлось взять на себя роль главы семьи.
   Когда их отец погиб во время тушения пожара, а мать потеряла всякий интерес к жизни и эмоционально отдалилась от своих детей.
   Раздражение Уэса от того, что брат постоянно командовал им, усугублялось еще и тем, что Бен был не намного его старше. Вот их младший брат Стив, тоже пожарный, никогда ни с кем не ссорился. Все его обожали. Все искали его общества. Ну почему он не может стать таким, как Стив?
   Кара подошла к нему, напоминая, что сейчас ему стоит сосредоточиться на других вопросах.
   – Так что насчет Роберта Эдисона?
   Уэс мотнул головой назад.
   – Да вон он стоит. Беседует с мэром. Расспросите у него сами.
   Девушка покачала головой.
   – С ним я поговорю позднее. А сейчас хочу знать, что вы о нем думаете.
   Предчувствуя, что впоследствии еще пожалеет о своей откровенности, Уэс все равно стал выкладывать:
   – Он носит дорогие костюмы, ездит на роскошной машине, владеет огромной усадьбой на большом холме. Могу поспорить, у него и нижнее белье от самых престижных дизайнеров. Он непрост и неискренен. – Молодой человек умолк и посмотрел на Кару. – Все женщины от него без ума.
   Она округлила глаза.
   – Ух ты! И насколько же он богат?
   – Миллионер.
   – У него крепкий бизнес?
   – Его деньги вложены в различные предприятия.
   – Дурные наклонности?
   Ему очень импонировала ее подозрительность и манера вести разговор.
   – Не знаю ни об одной.
   – Хотите сказать, ни об одной, которую вы могли бы доказать.
   Или даже заподозрить. Но интуиция кричала «мерзавец» всякий раз, когда Эдисон появлялся в его поле зрения. Богатенький мерзавец.
   – А враги у него есть?
   – Этих предостаточно.
   Ее глаза блеснули как у охотника, услышавшего шорох в кустах.
   – Вот как?
   – Он богат. Соответственно многие его ненавидят. Он увольнял работников из своих офисов и с предприятий – вот вам еще недовольные. Он относится к людям так, как будто они все ниже, ничтожнее его. А я… – Уэс умолк. Это уже ее не касается.
   Дела прошлые.
   – Что? Почему у меня такое чувство, будто тут что-то личное?
   Ему следовало догадаться, что от нее так просто не ускользнешь.
   – Просто он мне не нравится.
   – Было бы странно, если бы нравился. Судя по вашему описанию, он неприятный тип.
   Ты позволяешь своим чувствам влиять на свои профессиональные суждения. Шериф, Бен и даже мэр повторяли ему эти слова столько раз, что он уже сбился со счета. Неужели другие так могут: отделять личное от профессионального? Неужели другие полицейские, глядя на насильника, думают: «Он нарушил закон, посягнул на тело женщины, на ее личную безопасность», а не «Подонок! Чтоб ты сгнил в тюрьме!»
   – Да, он неприятный тип, – подтвердил Уэс, встречаясь с ней взглядом.
   – И вокруг полно людей, которые думают так же.
   – Без сомнения.
   – Хмм. – Кара вдруг улыбнулась. И показалась ему еще более привлекательной. – По крайней мере не будет недостатка в подозреваемых.
   – Видимо, да. – Он улыбнулся в ответ.
   Девушка вздохнула. И снова в ее глазах мелькнуло что-то большее, чем просто профессиональный интерес. На этот раз ему почудилась в них вспышка желания.
   – А с вами будет занимательно работать, лейтенант Кимбалл.
   Он сделал шаг ей навстречу.
   – С вами тоже.
   Кара перевела взгляд куда-то за его спину.
   – А почему этот напыщенный попугай в костюме Элвиса Пресли так интересуется пожаром?
   Уэсу даже не нужно было оглядываться, чтобы понять, о ком она спросила.
   – Это наш мэр, мистер Коллинз.
   – Уэс, я уверен, ты будешь готов дать подробные объяснения о последнем происшествии. Ждем тебя на собрании комитета безопасности в моем кабинете в девять утра, – объявил мэр, подойдя к ним. – Мистер Эдисон крайне обеспокоен этой ужасной диверсией.
   Кара пристально посмотрела на него. Ей случалось видеть много странного в своей работе, но тучный мэр в белом полиэстровом костюме парашютиста и больших солнцезащитных очках в золотой оправе, с прилизанными, крашенными в жгуче-черный цвет волосами и с длинными бакенбардами, появившийся на месте пожара в половине третьего ночи, – это была картина не для слабонервных. Сплошной сюрреализм.
   – Разумеется, господин мэр. – Уэс указал рукой на девушку. – Познакомьтесь, это Кара Хьюз, ведущий следователь штата по делам поджогов. Она будет вести расследование.
   Кара метнула мстительный взгляд на него. Пытаешься спихнуть меня вашему придурковатому градоначальнику? Ну я тебе это припомню.
   Мэр уперся руками в бока, отчего плащ, пришитый к его костюму, откинулся назад, открывая широкий пояс, на котором сверкающими на свету стразами были выложены буквы ВПК, что означало «все под контролем». Насчет попугая она не ошиблась.
   Сквозь темные стекла его очков девушка ощутила оценивающий взгляд. Она молчала, пытаясь представить, о чем же он думает, изучая ее. «Кто ты такая?
   Что может заставить женщину заниматься этим? Почему не сидишь дома с детишками или не работаешь учительницей в школе какого-нибудь городка, как порядочная южанка?» Семьи, которые брали ее на воспитание, и попечители не единожды задавались вопросом, все ли с ней в порядке. Кара давно привыкла и относилась к этому спокойно. Всякий раз было любопытно, к какой категории ее отнесут.
   Попугай-мэр предпочел вообще ее не замечать.
   – Бэкстер всегда был оплотом безопасности. Тихой гаванью, гарантировавшей покой нашим жителям в этом безумном мире, – назидательно заметил он Уэсу. – Я не желаю, чтобы завтра все газеты штата кричали о наших пожарах.
   – Он и останется оплотом и гаванью, – заверил его Уэс. В его бездонных голубых глазах полыхало раздражение. Однако мэр его не разглядел.
   Кару же, напротив, заворожила его скрытая эмоциональность.
   Казалось, она разгадала его: ему остро не хватало в этой жизни уважения, успеха и одобрения. Поскольку ей эти чувства были близки, как никому другому, она легко читала их на лицах других. Скорее всего, Уэс не обрадовался бы, если бы узнал, что Кара раскрыла его секрет. Впрочем, она не собиралась сближаться с ним и сообщать об этом. Может быть, она вообще половину напридумала.
   – Вижу, тут все знакомы, – сказал Бен, подходя к ним в полной экипировке пожарного: куртка, брюки, шлем и перчатки. Он мельком взглянул на брата, да и мэру тоже не уделил особого внимания. Наверное, оттого что не мог смотреть на него и говорить с ним, не давясь от смеха.
   – Да, сэр, – ответила Кара. – Но мне не терпится войти в здание.
   – Так идите. Начните с правого крыла. Там вход в офис. Огонь его почти не тронул. Мои люди проверяют устойчивость конструкций в складских помещениях. Они сообщат вам, когда можно будет пройти туда.
   Кара кивнула и вытащила из кармана пиджака архитектурный план здания.
   – Ну и какие первые впечатления? – поинтересовался Бен.
   – Без сомнения, использовался бензин. Как и в прошлый раз, насколько я понимаю. – Девушка бросила взгляд на мэра. Она никогда не выносила скоропалительных решений ни о преступлениях, которые расследовала, ни о людях, с которыми ее сталкивала жизнь. Точно смогу сказать через день или чуть позже.
   Бен кивнул и едва заметно улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами, контрастировавшими с перепачканным сажей лицом.
   – Хорошо. – Он повернулся к мэру. – Мистер Коллинз, полагаю, вы хотели бы, чтобы эти двое приступили к работе. – Бен кивнул в сторону Кары и Уэса.
   – Разумеется. Мы с мистером Эдисоном ждем крепких версий от следствия как можно скорее.
   – Как я поняла, мистер Эдисон уже прибыл на место происшествия, – не то спросила, не то констатировала Кара.
   – Да, он был здесь, но уже уехал. Он весьма занятой человек.
   Интересно, что за неотложные дела отвлекли мистера Эдисона в столь поздний ночной час, спросила себя девушка. Неужели он не понимал, что следователь захочет поговорить с ним, задать вопросы?
   Отчего же не стал дожидаться?
   Мэр повернулся и пошел к машине, бормоча, что такое важное расследование нельзя поручать кому попало, что всякий норовит влезть в чужой монастырь со своим уставом и ему сейчас не хватало только приезжих девиц с их методами. Бен последовал за ним.
   – По-моему, вы принадлежите к разряду аутсайдеров, – философски заметил Уэс.
   – А вы – к разряду бунтарей, – парировала Кара с насмешкой. – Как мне кажется.
   Уэс указал рукой на склад.
   – Пойдемте?
   Она пристально посмотрела на него. Свободная серая рубашка, джинсовая куртка, потертые джинсы. Неистовый, мятежный огонь в глазах. Темная тень отросшей за день щетины вокруг чувственных манящих губ. Растрепанные ветром волосы. Одним словом, проблема с большой буквы. Кара никогда не обращала внимания на мужчин, с которыми работала. Отчего же обратила на него?
   Она тряхнула головой, чтобы отогнать несуразные мысли и заглушить тепло, разлившееся в груди.
   Следует сосредоточиться на расследовании и только на нем. Так будет правильно.
   – Ведите.
   Они преодолели тридцать метров, отделявших их от склада. Девушка постоянно сверялась с планом здания.
   – Контора управляющего где-то здесь, – сообщила она, когда они подошли к двери, которая оказалась совершенно нетронутой огнем. Контора – это громко сказано. Скорее кабинет. Основное пространство здания занимали складские помещения.
   Уэс галантно распахнул дверь.
   – Только после вас, капитан.
   – Дурацкие звания, – проворчала она. – Так и хочется честь отдать.
   Он широко улыбнулся. Девушка вдруг ощутила странное сходство с ним. Как будто он тоже находил все эти условности в поведении людей, состоящих на службе, нелепыми и ненужными.
   – Хммм. Тогда я буду называть вас мисс Хьюз? Уэс помолчал. – Или может быть… Кара?
   Услышав свое имя, так легко слетевшее с его губ, она вдруг вздрогнула. Никогда прежде оно не звучало так необычно, так неожиданно обольстительно.
   По ее телу пробежал разряд тока. Не в состоянии шелохнуться, она только прищурилась.
   – Очень жаль, что приходится помнить о званиях, чтобы оставаться в рамках профессиональных отношений и субординации. – Девушка вернулась к изучению чертежа, не желая показывать, что он взволновал ее.
   – Отдавать честь тоже будем?
   Она снова вскинула взгляд на него. Уэс по-прежнему улыбался. Простодушно, но так обаятельно.
   Кара не смогла представить, чтобы Уэс Кимбалл отдавал кому-то честь. Так что это был риторический вопрос.
   Почему лейтенант флиртует с ней?
   Обычно ей не стоило больших усилий сохранять дистанцию с окружающими. А ему как-то удалось войти в ее личное пространство всего лишь несколькими словами.
   – Честь отдавать не на… – Она запнулась, переступив через порог кабинета. Промокший ковер хлюпал под ее ботинками. На светлом столе, стоявшем прямо у двери, блестели лужицы. Заметки на листках перекидного календаря расплылись и превратились в темные чернильные пятна. Вода еще капала из разбрызгивателей на потолке.