13. Закрыв глаза, на что придётся.
   14. По зрелом размышлении (весьма сомнительный метод).
* * *
   Проиграть можно без особого труда по всем методам.
   И тут мы возвращаемся к нашей сироте — к одинокому жетону, поставленному на игровой стол.
   Немало лет тому назад я и сама наступила на эти грабли. Я ухватилась за ноль. Играла и играла на этот проклятый ноль, а он все никак не хотел выходить. Я уже ставила по четыре и пять жетонов, иногда даже и по шесть, ускоренной рысью приближаясь к банкротству, когда наконец он вышел. Я облегчённо вздохнула и произнесла самые глупые слова в моей жизни:
   — Ну уж второй раз ноля не будет.
   После чего механически забрала поставленные жетоны.
   И что же? Немедленно во второй раз вышел ноль.
   Не знаю, как меня в этом казино удар не хватил…
   Не сосчитать, сколько раз я видела идентичную картинку, правда, это касалось уже не меня, а других людей. Второй раз совершить подобный идиотизм мне не удалось.
* * *
   Тут я снова позволю себе сделать отступление, вроде бы исторического характера. В Тиволи тоже была рулетка, весьма упрощённая. Не шарик бегал по большому колесу, а по вертикальным столбикам трещал стальной зуб, останавливаясь в конце концов на каком-то номере. Это напоминало мальчишку, бегущего вдоль забора и стучащего палкой по штакетинам, а увидеть такое колесо можно в любое время на экране телевизора в нашей телепрограмме «Большая игра» [4].
   Способ игры путём пережидания я позволила себе описать в книге «Все красное».
   Так было и здесь. Например, четвёрка все не выходила и не выходила, стальной зуб её старательно избегал, зато уж когда вышла, то несколько раз подряд. В Тиволи я приобрела первые крупицы знаний о законе серии.
   Забыла сказать, хотя это, по-моему, и так ясно, что нет запрета играть даже на все сразу.
   Можно поставить сразу и на красное, и на чёрное, хотя это не имеет никакого смысла, на чётное и нечётное, а также на все номера скопом, сколько их там есть. Некоторые так и делают: обставляют все поле, хотя и по-разному, на одни номера ставят один жетон, на другие — половину (то есть ставят на два номера сразу или на сплит), ещё на другие — по восемь, и вообще столько, сколько позволяет регламент А потом выходит номер за полжетона, и в результате они горят, как швед под Полтавой.
   Игра ведётся исключительно жетонами разного цвета, каждый игрок получает свой цвет, и ему легко запомнить, на что он ставил, к тому же не возникает сомнений, кому принадлежит выигрыш.
   Коричневые вон у того господина, и никто под него не подошьется. Обмен наличных на жетоны происходит непосредственно у крупье, не надо бежать в кассу, что великолепно облегчает проигрывание крупных сумм.
   У рулетки я наблюдала сцены настоящих финансовых потрясений.
   Играл как-то один мужчина, причём в страшном ажиотаже, ещё на старые деньги. Выхватывал наличные из кармана и обставлял хотя и не все номера, но зато крупно. Проигрывал он артистически, с каждым оборотом шарика теряя все поставленные жетоны и лишаясь тридцати миллионов. Такая у него была норма, по тридцать миллионов за один раз, я специально подсчитала из простого любопытства. Я на этом столе не играла, просто случайно взглянула, проходя мимо, и задержалась посмотреть, что из этого выйдет.
   Сто восемьдесят миллионов он потерял прямо на моих глазах, и явно было видно, что фортуна его не любит. Полюбила ли она его потом или нет, понятия не имею, потому что мне эта забава наскучила и я пошла дальше, заниматься собственными делами.
   И наоборот. Играла я у стола, довольно скромно, в основном проигрывая, вместе со мной играли, в частности, два японца. Они не придерживались определённых номеров, а ставили на разные по максимальной ставке, и все у них выходило. С каждым оборотом шарика они выигрывали по тридцать пять старых миллионов, как раз наоборот по сравнению с тем неудачником. После первого же проигрыша они прекратили играть и тут же ушли.
   Я лично несколько раз пережила на рулетке настоящее чудо.
   Я всегда ставлю на ноль. Без какой-либо веской причины, просто ставлю, потому что мне так нравится, и все. И шесть раз (я это старательно считаю) повторялась одна и та же ситуация, которая выглядела следующим образом.
   Поиграв какое-то время, я оказалась в проигрыше и одумалась. Возможно, у меня и деньги были, но я решила, что хватит тратить, а может быть, они у меня вообще кончились. Передо мной лежали оставшиеся жетоны в количестве шести штук. Что можно сделать с шестью жетонами? А, пропади они пропадом, я сгребла все и поставила на одинокий ноль.
   И ноль вышел.
   А я завершила игру с выигрышем. Потому как, несколько придя в себя после такого потрясения, взяла часть выплаченного выигрыша денежными жетонами, причём теми, что покрупней, за которые, в общем-то, тоже можно играть, только перед этим нужно совсем с ума свихнуться.
   Эти-то денежные жетоны я и решила сэкономить и, борясь с соблазном, больше к ним не прикасалась. Сама себе удивляюсь.
   И такая необычайная вещь приключилась, со мной в жизни целых шесть раз.
* * *
   Столы для рулетки различаются и с точки зрения выпадающих номеров, если можно так необычно выразиться. Переводя на человеческий язык, на одних ноль выпадает чаще, на других — реже или вообще не выпадает, на одних сыплются четвёрки и семёрки, на других — пятёрки и двойки, и зависит это, по всей вероятности, от крупье. Крупье посылает шарик рукой, а он тоже человек. Как известно, все люди отличаются друг от друга. У каждого свой размах, каждый пускает шарик сильнее или слабее, и тот летит по-разному. Возможно, однако, что существуют и иные, дополнительные причины, из-за которых на одном столе через каждые несколько игр появляется, скажем, 23, а на другом столе этих 23 весь вечер не увидишь. Возможно также, что шарик любит определённые секторы круга.
   Бывает, что пущенный с разной силой шарик упрямо останавливается в одних и тех же местах, например между 17 и 11, и тогда часто выходит 27, или между 12 и 4, и тогда имеются большие шансы выиграть на нуле. Или же шарик капризно выбирает себе каждый раз иные места круга.
   Во всяком случае, разные цифры любят повторяться, здесь — одни, там — другие, игрок же может делать все, что ему сердце подсказывает.
   Не разум, естественно, разум с азартом не имеет ничего общего.
   Мой родной сын играл однажды весь вечер на всех столах одновременно, ставя по одному жетону исключительно на шестёрку. И ни на одном столе ни разу шестёрка не вышла. Миром цифр правят какие-то таинственные законы.
* * *
   Принимая во внимание, что рулетка — игра групповая, её можно использовать самыми разными способами.
   У столов, особенно дешёвых, обычно бывает толчея. Достаточно четырех человек, чтобы они начали мешать друг другу. В «Мариотте» и вообще во всех наших казино работает американская рулетка, которая отличается тем, что действует очень быстро. Если не появится перерыв, связанный с выплатой крупных выигрышей, вы едва успеете поставить на своё, а уж о том, чтобы немного подумать, и речи быть не может. К тому же игроки сами затрудняют себе жизнь, потому что тот, который сидит около ноля, лезет ставить на 35, а тот, что около 35, судорожно держится за двойку. Они сталкиваются над столом руками и головами, а крупье безжалостно объявляет: «Ставки сделаны!» Словом, занятие крайне нервное и утомительное, к тому же при большом стечении народа и сильной толчее часть общества сидит друг у друга на плечах и головах, суёт в ухо локоть, сбрасывает очки и портит причёски. Ужасно!
   Зато подумайте только, какие великолепные возможности открываются для флирта!
   Казино создано отнюдь не для романов, и вовсе не секс там у всех на уме, но всегда может так случиться, что один человек положит глаз на другого. Дама это или джентльмен, абсолютно все равно, та самая толчея и доставание номеров через людские головы и спины дают возможность физического контакта, что иногда чудесно открывает дорогу чувствам. Если это кому-то нравится, пожалуйста, человек, желающий познакомиться или упрочить знакомство, имеет здесь такие возможности, о которых можно только мечтать, хотя ему придётся считаться с тем, что, получив удовольствие, он лишится везения в игре.
* * *
   Рулетка позволяет приобрести и опыт общего характера.
* * *
   А опыт общего характера выглядит следующим образом.
   Или тебе в данный момент везёт, или уж нет.
   Если да, то ты начинаешь выигрывать. Что ни номер, то как раз то, что надо, и так может продолжаться очень долго. Куча жетонов у везучего игрока все растёт и растёт, он все больше получает «кэшем» (это странно звучит, но так и есть. «Пожалуйста, кэшем» [5] — так говорят все), теми самыми денежными жетонами, преимущественно по миллиону штука. (Старому миллиону].
   Сейчас стоимость жетонов дошла до пяти тысяч новыми. Возможно, что, когда эта книга выйдет из печати, они достигнут двадцати или даже ста тысяч.) Человек богатеет и одновременно все больше шалеет, повышает ставки, безумие из него так и прёт, если ему в порядке исключения и удаётся что-то не угадать, он по инерции продолжает обставлять весь стол, а почему нет, у него ведь этого добра ещё сколько угодно, так что он может себе позволить делать все, что хочет.
   Эта инерция его и губит. Светлая полоса кончается, чего ошалевший игрок не замечает.
   Убеждённый, что это временно, что хорошая полоса вернётся, он продолжает играть резко и в потрясающем темпе теряет все, что выиграл.
   После чего вытаскивает из кармана следующие купюры…
   Хуже ещё. Если в такой момент игрок вдруг решит переждать один оборот шарика, почти на сто процентов гарантировано, что как раз тут-то и выйдет его любимый номер, на который он выше всего ставил весь вечер. Тогда уж его точно хватит удар.
   А следовало бы уйти после первого же проигрыша.
   Ну ладно, согласна. Бог троицу любит. Уйти после трех проигрышей.
   Из двух зол лучше уж, если игра начинается с чёрной полосы. Ещё недостаточно разгорячённый азартный игрок, потерпев первые неудачи, будет играть осторожнее и дешевле. У него не идёт и не идёт. В зависимости от количества денег, предназначенных для Молоха, он должен либо прекратить играть — невезучий вечер (или же невезучая ночь, невезучий день, время суток не имеет значения) и отказаться от любимого развлечения, либо последовательно переждать этот период невезения. Или же поменять стол и проверить, как у него пойдёт на другом.
   Дороже всего обойдётся как раз упорное ломание недоброй полосы, которое может затянуться до самой смерти. Однако в конце концов наступает такой момент, когда чёрная полоса кончается и упрямец начинает выигрывать. Он может играть долго, почему бы нет, а если заранее почувствует приход хорошей полосы и поднимет ставку, то сумеет компенсировать первые потери и даже выйти на плюс, но для этого нужно иметь железные нервы и собачий нюх. Обычно же он начинает немного выигрывать и снова впадает в запал, который может его погубить.
   Все зависит от того, обычная ли это чёрная полоса или же ядовитая. Против ядовитой есть только один метод — переждать. Избави боже, не ломать её! Скорее уж человек себе хребет сломает…
   В то время как обычная чёрная полоса живёт в добром согласии с хорошей полосой и они сменяют друг друга. Поэтому если мы предполагаем, что эта чёрная полоса — обычная, то, хотя проигрыши летят друг за другом, — ну и пусть, главное — не терять присутствия духа, прорваться сквозь туман безумия и выбить из себя искорку мысли: поиграть иначе, возможно на корнеры, на сплиты, сменить стол, сменить облюбованные номера, попробовать ставить на не очень любимые и заброшенные числа, однако в любом случае играть по маленькой. И желанный миг придёт. Если умело распорядиться хорошей полосой, то наши доходы увеличатся в мгновение ока, мы окажемся в выигрыше и имеем шанс при этом выигрыше остаться, поскольку первые неудачи на какое-то время научили нас уму-разуму. Теперь безумие охватит нас не сразу, ведь неудачи ещё сидят в памяти, как занозы, и заставляют быть сдержанными, мы уже в состоянии предвидеть конец светлой полосы. Компенсировав потери и выйдя на плюс, мы сможем уговорить себя встать от стола и сделать короткий перерыв.
* * *
   Клинический случай воздействия такой чёрной полосы произошёл лично со мной в Кракове, в отёле «Форум».
   Тамошнее казино ужасно мне понравилось. Я обнаружила там древние фруктовые автоматы, выброшенные из «Гранда», и меня прямо-таки захлестнуло умиление. До следующей встречи у меня оставалось ещё два часа времени. Я бросилась к автомату, и тут вдруг у меня так и попёрла удача. То есть началась счастливая полоса.
   Вскоре я была в очень неплохом выигрыше и продолжала выигрывать, но тут меня оторвали от развлечения те самые люди, с которыми я договорилась встретиться. Ну ладно, я забрала деньги (хочу напомнить, что в казино выигрываются живые деньги), ушла, сделала все, что требовалось, в том числе съела прекрасный ужин, после чего в расстроенных чувствах вернулась в казино.
   Расстройство заключалось в конфликте между знанием и страстью.
   Прерванная счастливая полоса никогда не возвращается. Я это хорошо знала, но мне страшно хотелось ещё поиграть на этом автомате, он мне нравился, поэтому я сама себя убедила, что тут случится какое-то исключение или чудо. К сожалению, чуда не произошло, игру я закончила в проигрыше. А ведь могла поиграть на чем-нибудь другом, никто мне не запрещал.
   В этом все дело. Вынужденно прервать чёрную полосу — сплошная радость. Прервать же добрую…
   Может быть, лучше пойти спать, а игру отложить на завтра.
* * *
   Постороннему человеку, который прервёт нам добрую полосу, мы имеем полное право дать в морду, и любой суд нас оправдает.
* * *
   Жадность губит любого, и это железное правило, из которого не бывает исключений.
* * *
   Отчаяние тоже вредно. Если мы наметим себе какой-то номер и начинаем упорно и крупно на него ставить, а он с ещё большим упорством не выходит — стоит отчаяться. Оставить его в покое или вместо восьми жетонов поставить на него один, или даже полжетона, и не успеем мы оглянуться — пожалуйста! Вот он! И тогда нас тоже хватит удар.
   Но предупреждаю: если мы будем настойчиво за него держаться, он может не выйти ещё хоть неделю.
* * *
   Основой успеха является вдохновение.
   Разумеется, это должно быть порядочное вдохновение. Не такое, которое заставляет нас вдруг покупать акции, едва держащиеся на ногах, садиться в первый попавшийся автобус, который едет в совершенно неведомый район, совсем не туда, куда нам надо, съезжать с незнакомого шоссе в неподходящем месте, ставить на лошадь, которая придёт последней, и так далее, и так далее. Мы имеем в виду настоящее вдохновение.
   Настоящее вдохновение проявляется в едином озарении. Что-то попалось нам на глаза, один какой-то номер, причём мало того, что попался на глаза, он ещё и в душу запал… Мы и подумать ничего не успели, впрочем, и не стоит думать.
   Умом мы в этот номер не верим, нет в нем никакого смысла, и нет у этого числа никаких оснований выпадать, оно нам не нравится, обычно мы на него не играем. Неважно, вдохновение знает лучше. Если мы на этот номер не поставим, немедленно и крупно, потом будем волосы на себе рвать где только можно.
   Вдохновение велит нам поставить на тридцатку, на одиннадцать или на что-то там ещё. Бросить целую стопку жетонов на чёрное. Ждать до последнего момента и поставить на то, что нам приглянулось.
   Настоящее вдохновение проявляется редко, зато выиграть на нем можно больше всего.
   И больше всего потерять…
* * *
   Ослиное упрямство ещё более вредно, чем отчаяние.
   Видно и ежу, что на этом столе выпадает 17 и рядом стоящие цифры, а в качестве альтернативы выходит 23. Даже если бы мы доигрались до смерти, ничего похожего на ноль, 20 или 32 не получили бы. Но ослиное упрямство велит нам ставить на свои номера и терять целое состояние, и мы его действительно потеряем, если не сумеем взять себя в руки.
   Одно дело — последовательность, и совсем другое — ослиное упрямство.
* * *
   Существует точка зрения, якобы все в рулетке зависит от крупье, какой номер он захочет, такой и выбросит. Возможно. Мне не раз приходилось играть за столами, где антипатичный и агрессивный буцефал, конечно не один и тот же, скажем так — несколько разных буцефалов упрекали крупье или крупьершу в преднамеренном злостном выбрасывании номеров, которые им не подходят, горячо требуя от них исправиться. Они были настолько «любезны», что на месте крупье я приложила бы все старания к тому, чтобы даже случайно на их номера ничего не выпало, и не исключено, что те придерживались такого же мнения.
   Однако крупье — тоже человек, а не компьютер. Я не верю в то, что он может идеально попасть на нужный номер своим глупо скачущим шариком, в район номера — это ещё возможно, но отнюдь не в точно рассчитанное место. Чуть соскользнёт у такого крупье палец, малейшее колебание, дрожь — и шарик уже летит куда-то в иное место. Что вовсе не мешает при большом опыте…
   Впрочем, черт их знает, может, они эти шесть нолей подряд выбрасывали специально для моего удовольствия? Чтобы мне было ещё за что играть? Нет такого закона, чтобы меня все не любили!
* * *
   Нужно, однако, признать, что в рулетке случаются абсолютно непонятные вещи. Какое-то время тому назад журнал «Твуй стыль» решил сделать репортаж из казино, воспользовавшись в своих целях услугами автора этой книги. Автор, как уже, наверное, всем ясно, неплохо разбирается в этих бирюльках и без труда мог симулировать игру.
   Симулировать пришлось потому, что фотографии можно было сделать только в моменты, когда казино не работает, перед открытием, чуть ли не на рассвете. Один крупье пришёл пораньше, мы с пани редакторшей получили жетоны, и шарик принялся за дело.
   Я была глубоко убеждена, что мы будем попадать раз за разом, поскольку ничего от этого не получаем. А вышло совсем наоборот. Учитывая полное отсутствие потерь и доходов, крупье было абсолютно все равно, и он бросал как попало, мы обе обложили фишками чуть ли не по полстола и тем не менее не угадали ни одного раза. Ни одна из нас. Фотограф долго примерялся, игра шла активно, и ничего. Ни тени успеха!
   Меня это крайне удивило. Как известно, можно отгадать даже шесть номеров в спортлото, при условии что вы на эти номера вообще не будете ставить. Если игра симулируется, выигрыш должен быть громадным, ибо в этом и проявляется ирония судьбы, а тут полный фиг. Что бы это могло значить?
   Может быть, просто то, что рулетка абсолютно непредсказуема?
* * *
   Вообще-то эмоции утомляют, и даже наш организм требует иногда отдыха. Его может нам предоставить…

Блэк-джек

   Блэк-джек…
   Кто хотя бы раз в жизни не играл в очко?
   Разве что какие-нибудь весьма странные личности, к примеру из тех семей, которые с самого начала увлекались бриджем, что может в какой-то мере служить для них оправданием. Остальным я просто удивляюсь.
   В чем заключается блэк-джек, или 21, или очко, знают все. Тут банкир, а тут мы. Мы получаем карту и, ведомые вдохновением (нам кажется, что разумом, но это иллюзия), объявляем ставку. Банкир тоже получает карту. Мы просим следующую, причём наша цель — набрать сумму очков, близкую к 21.
   Двойка — это два, семёрка — семь, а каждая фигура означает десять очков. Итак, у нас на руках пятёрка, шестёрка, в сумме одиннадцать очков, и мы страшно хотим прикупить десятку, даму или валета, тогда мы наберём 21 очко. А приходит четвёрка. У нас пятнадцать. Господи, что же делать?! Остановиться на пятнадцати?
   Идиотизм, мы можем рассчитывать только на перебор у банкира, то есть на то, что он наберёт в сумме более 21 очка и, естественно, проиграет, а вдруг он наберёт, скажем, 17, и как мы тогда будем выглядеть? Как из половины этой.., как бы лучше сказать.., ну, задницы — форточка.
   Ну что ж, тогда берём ещё одну…
   И — раз: приходит шестёрка, у нас 21!
   Два: приходит девятка, можно сливать воду.
   Три: приходит двойка, и мы снова в мучительных раздумьях.
   Опытные люди, умеющие к тому же быстро считать, могут примерно вычислить, что из играющих шести колод уже вышло, мелочь или крупные, и чего можно в большом приближении ожидать, и в соответствии с этими прогнозами или требуют себе ещё карту, или нет. Люди, разгорячённые игрой, которых подавляющее большинство, поступают по-разному, в зависимости от типа обуревающего их безумия.
   В блэк-джека я поигрываю, когда мне хочется посидеть в казино, отдыхая. В этой игре меня считают полной идиоткой и чем-то вроде наказания Господнего.
   В блэк-джеке можно использовать различные модификации, а также выиграть полусухое шампанское.
   Для шампанского нужно заполучить три семёрки. В первый раз, когда мне пришли эти три семёрки, я была в полном изумлении и потрясении. Во второй раз я уже допускала такую возможность. В третий раз, набрав две, я нагло и бесстыже заявила:
   — Пожалуйста, третью.
   И третья семёрка пришла, чем, между прочим, несказанно меня удивила. В четвёртый раз я начала считать данное явлением обыкновенным и вполне естественным, после чего жизнь быстренько вывела меня из этого заблуждения.
   Поэтому я не настаиваю на шампанском, тем более что полусухого не выношу.
* * *
   Особенностью блэк-джека являются суеверия игроков.
   Существует убеждение, что предыдущий игрок, то есть получающий карты раньше вас, влияет на продолжение игры. Некоторая доля правды в этом имеется. Возьмёт себе этот игрок ещё одну карту и захапает валета, а нам придёт желанная пятёрка. Захапает он, паршивец, пятёрку, и нам достанется идиотский валет, а с ним — перебор. Убить кретина мало! И я даже не очень удивляюсь тому джентльмену, который обозвал. меня в той игре за Рио-де-Жанейро, значит, не видел он возможности отправиться туда на машине самостоятельно, за собственные деньги.
   Мнение, что якобы в игре помогает умение считать карты и помнить, что уже вышло, я лично считаю ошибочным по следующим причинам.
   Во-первых, в тех шести колодах, которыми оперирует крупье, всех карт по 24 штуки. 24 туза, 24 двойки, 24 восьмёрки и так далее. Средний человек может, в конце концов, даже в запале игры заметить и запомнить, положим, шампанские семёрки, кроме них ещё тузы, необходимые для выигрышной комбинации, наконец ещё и дамы или, например, пятёрки, если сложилось некое личное к ним отношение, но все остальное у него скоро потеряется, особенно при быстрой игре. А бесплодные усилия только заставят его нервничать и собьют с толку.
   Во-вторых, в игре принимает участие не полный комплект карт, часть из них остаётся в запасе, называемом специалистами «башмак». Делается это специально, чтобы запутать игроков.
   Даже если бы в нас был компьютер или же мы обладали сверхъестественными способностями, все равно не смогли бы отгадать, что осталось в этом «башмаке». Предположим, в течение всех предыдущих раздач вышла только одна двойка, поэтому мы ожидаем, что в конце будут выходить маленькие карты, так как где-то, черт возьми, эти недостающие двадцать три двойки должны болтаться, а тут — фиг вам: случай распорядился, что все они сидят в «башмаке». И мы можем крупно пролететь.
   В-третьих, допустим, мы в состоянии считать как бешеные, ни один компьютер нам и в подмётки не годится, мы все знаем: не выходили ещё три валета, пять тузов, не хватает четырех пятёрок, трех десяток, трех троек… И что нам дадут эти знания, если мы и так понятия не имеем, что именно нам придёт — недостающая тройка или недостающий валет? То есть опять все в пролёте.
   Из двух зол лучше уж играть как бог на душу положит.
   Я лично была свидетелем, а также жертвой следующих раскладов.
   У меня было 17 очков мелкими, то есть я добралась до этих семнадцати на одних малых картах и впала в сомнение. Дело в том, что 17 — это минимальная сумма очков для банкира; если у него меньше, даже хотя бы 16, он обязан продолжать брать себе, и только если у него ровно 17, он может остановиться. Эти 17 очков выпадают у банкира довольно часто, поэтому мои семнадцать дадут мне в лучшем случае ничью, разве что у банкира выйдет перебор, то есть больше 21 очка. С другой стороны, малых карт вышло уже подряд штук семь, если не больше, поэтому по логике должна наконец появиться крупная карта, которая меня добьёт. Брать?.. Не брать?
   Я не стала брать. Следующей картой оказалась четвёрка. Если бы я её взяла, у меня было бы 21. Я нехорошо о себе подумала, может даже очень нехорошо. Ну а эту игру я, разумеется, проиграла, так как крупье набрал 18, тогда как у меня остались эти проклятые 17 очков.
   И наоборот. Хотя нет, как раз так же. Опять мне шли малые карты, и опять я ждала больших, два полученных туза я разложила на две игры с надеждой, что к каждому мне придёт какая-нибудь фигура или хотя бы восьмёрка или девятка.
   Куда там, пришли двойка и тройка. И я, конечно, опять проиграла.
   «Наоборот» относилось к типу рядом со мной.
   «Одни крупные, — бормотал он себе под нос, — теперь должна прийти маленькая!» У него было 15 очков, он попросил ещё карту и получил… десятку.
   Я собственными глазами видела, как шесть тузов вышли подряд. Видела целую серию и малых, и больших, а также полную мешанину. Блэк-джеки один за другим на том же самом поле, что бы человек ни делал — открывал себе новое поле, закрывал предыдущее, тянул по-глупому или вообще не прикупал. Просто ничего нельзя было поделать, и все.