- Очень даже удобные, - призналась Тереска и взглянула на подругу. Сказать ему?
   Шпулька, нахмурив брови, разглядывала Робина.
   - Он мне кажется подозрительным, - заявила она. - Всего не договаривает. Не знаю, стоит ли ему сообщать.
   - Если подозрительный, почему же ты тогда при нем в этом признаешься?
   - Потому что он производит хорошее впечатление. Человек вроде порядочный, вызывает доверие...
   - Вызываю доверие и кажусь подозрительным, - вмешался в этот обмен мнениями Робин. - Похоже, я чрезвычайно сложная натура. Так и возгордиться
   недолго. Вам, случайно, не кажется, что во всем этом есть некоторое противоречие?
   - Может быть, и есть, но придется уж тебе смириться. Такое у меня впечатление - и точка! Откуда оно берется, не знаю, некогда было пока задуматься.
   - Зато я знаю, - категорически заявила Тереска. - Потому что он все делает тайком. Почему он от нас скрывал и только зря пугал - вместо того чтобы с самого начала толком все объяснить?
   - Я вообще не собирался ничего объяснять. Сами знаете, такие вещи быстро становятся всем известны. А как я мог быть уверен, что вы не проболтаетесь? Тогда бы целые толпы кинулись искать мелинит. Мало, что ли, таких мальчишек, для которых взрывчатка - предел мечтаний?
   - А сейчас ты уже не боишься, что мы проговоримся?
   - Хотелось бы надеяться. А кроме того, у меня не было другого выхода. Я и так успел в последний момент. Вы эту коптильню так здорово устроили, что взрывом бы тебе уж точно голову снесло. Пришлось вмешаться. А потом вы обе так на меня насели, что, попробуй я промолчать, вы бы меня разорвали в мелкие клочья!
   Все дружно расхохотались. Действительно, если бы Робин попытался уйти от ответа и улизнуть, девчонки гнались бы за ним по всему лесу.
   - Больше я об этом никому говорить не намерен, - добавил Робин, наклоняясь и поправляя вывалившуюся из костра головешку. - И если новость разойдется, буду знать точно, что проболталась одна из вас.
   Тереска аж подскочила от возмущения и резко повернулась к Шпульке.
   - Нет! Я этого не вынесу! Может, все-таки скажем ему?
   Шпулька обиженно кивнула. Молодой человек вопросительно смотрел на подружек.
   - Не только мы знаем и не только ты, - набрав в грудь воздуху, торжественно начала Тереска. - А карта та нашлась. Мы ее видели. Вернее, я видела!
   - Где видела?! - воскликнул Робин. - И откуда ты знаешь, что это именно та карта?
   Уже не раздумывая, Тереска рассказала ему все, что с ними случилось с самого начала путешествия. Шпулька время от времени подтверждала ее слова энергичными кивками и уточняла некоторые подробности...
   В озере резко плеснула рыба, а может, птица. Тереска кончила свое повествование и задумчиво уставилась на огонь. Шпулька шлепнула комара на руке и вздохнула.
   - Тут неподалеку должен быть дом лесника, - сказала она. - Разве бывает такое имя: Пафнутий? Я вам категорически заявляю, что с меня хватит разговоров об аристократе, памятниках старины и взрывчатке. Надо все это как-то переварить и прийти в себя. Сейчас меня интересуют более практические вещи.
   Робин с чувством явного облегчения поддержал перемену темы.
   - Лесничего и впрямь зовут Пафнутий. Вы его знаете?
   - Нам его одни знакомые порекомендовали.
   - Вот и хорошо. Завтра будет гроза, дождь может и затянуться, не мешает иметь на всякий случай какое-нибудь убежище понадежнее. Хотя гроза на озере замечательное зрелище. Вы грозы не боитесь?
   Девчонки как ио команде пожали плечами. Грозы бояться, подумаешь...
   - Жаль, что мы не поставили удочку на угря! - вздохнула Шпулька. - Тот был такой вкусный!
   - Еще не поздно. Они клюют до рассвета. Хотя здесь вероятность поймать меньше. Угри любят проточные озера. Но попробовать можно.
   Слегка затуманившийся месяц стоял в нёбе, заливая весь лес и озеро серебристой дымкой. Тереска чувствовала, как ее сердце все больше переполняет радость, спокойная и огромная и, разумеется, ничем не обоснованная.
   Было уже очень поздно, когда Робин с явной неохотой поднялся.
   - Вам уже давно пора спать, - сказал он, и голос его был полон раскаяния. - Я и так себя ругаю, задержал вас до глубокой ночи. Очень прошу, не разводите больше огонь на камнях, чтобы я мог пожить спокойно. Наверняка еще увидимся...
   - Как это? - вырвалось у Терески.
   Молодой человек взглянул на нее, улыбнулся и вдруг подумал, что ведь это, наверное, именно то, о чем он мечтал. Встретить эту девушку на озерах, видеть прозрачные зеленые глаза и солнечные блики на воде... Без нее здесь было бы пусто. Придется, правда, чуть-чуть подождать, пока она подрастет. А почему бы и нет?..
   Раскаленный зной лился на землю, когда во второй половине дня девчонки свернули лагерь и отправились на поиски лесника. Нелегко было отыскать его домик. Наконец они обнаружили широкую полосу вырубленного тростника, которая открывала доступ к берегу. У небольших мостков покачивалась лодка. От озера во двор вела короткая, хорошо утоптанная тропинка. Две собаки отнеслись ко вновь прибывшим с полнейшим равнодушием.
   Пафнутий Салер оказался очень приятным и добродушным человеком. Фамилия пана Хабровича, отца Яночки, помогла. Переговоры прошли в сердечной и дружественной атмосфере. Правда, пани Салерова - особа намного выше и в два раза толще мужа - проявила было поначалу некоторую настороженность, но, услышав о палатке, немного подобрела. А когда поняла, что Тереска со Шпулькой собираются кормиться сами и вовсе не ожидают от хозяйки трехразового питания, прониклась горячей симпатией к таким самостоятельным девчонкам.
   Хозяин охотно разрешил разбить палатку в лесу, неподалеку от его дома. Собаки не кусаются, привыкли к гостям и даже лаять перестали. Место для костра пусть сами выберут, а он потом придет и проверит, все ли в порядке.
   На этот раз Тереска со Шпулькой ставили палатку с особой тщательностью, внимательно следя, чтобы она не оказалась под высоким деревом или в яме. Пан Салер навестил их во время работы, похвалил выбранное место и дал несколько полезных советов
   - Ну, а в крайнем случае приходите к нам, - любезно пригласил он. - И так гости будут, человеком больше - человеком меньше, уже все равно Эта гроза ненадолго. Скоро распогодится. До новолуния еще одна будет, а потом, в новолуние - опять ясно.
   Солнце еще светило, но уже затягивалось дымкой. Небо на востоке было по-прежнему чистым, зато на западе посинело, а вдалеке время от времени глухо погромыхивало. Тереска вышла на берег озера.
   - Полчаса у нас еще есть, - сообщила она, изучив обстановку. - Вижу деревню. Слушай, а может, сплаваем за молоком?
   - Думаешь, успеем? - с сомнением спросила Шпулька.
   - Попробуем. Последняя возможность. Ветра не будет, пока туча не найдет. А кроме того, отсюда лес заслоняет, если и промокнем, то не сильно.
   - А дрова?
   - Того, что я запасла, хватит. Это уж моя забота.
   До деревни и в самом деле добрались за десять минут. Берег здесь был выше, лес отступал, и девчонки смогли вдоволь полюбоваться западной стороной неба. Оттуда шла огромная, мрачная, синяя туча, надвигавшаяся уже на самое солнце.
   - Вот это да! - восторженно воскликнула Тереска. - Будет настоящая буря!
   Ссылка на хозяев лесничества чрезвычайно облегчила и ускорила покупки. Туча росла быстрее, чем ожидали. На обратном пути подружки гребли, как на гонках.
   - Эй, смотри, кто-то приплыл, - сказала Шпулька. У мостков стояла большая моторная лодка и крутились какие-то люди, разгружавшие вещи.
   - Была речь о гостях, - вспомнила Тереска. - Видно, тоже от грозы прячутся.
   Шпулька пригляделась повнимательнее.
   - Ой, да это, кажется, наши знакомые! Стшалковские! Их лодка. На Снярдвы собирались, помнишь? Точно, они!
   - Давай поторапливайся. Надо байдарку перевернуть и какими-нибудь ветками прикрыть. Может быть град. Ты права, это они.
   Супруги Стшалковские, путешествующие по озерам как Бог на душу положит, без всякого плана и маршрута, решили, что в их возрасте лучше уж не рисковать и переждать грозу у какого-нибудь знакомого лесника. Таких знакомых на Мазурах у них было множество, но дом пана Салера оказался ближе всех и опять же у самого берега. Очередная встреча с девчонками супругов очень обрадовала, так как они беспокоились, все ли у юных туристок в порядке. Взаимные приветствия пришлось сократить до минимума, поскольку гроза стремительно надвигалась, солнце уже скрылось за тучей, поднялся ветер.
   - Вы серьезно хотите остаться в палатке? - встревоженно спрашивала пани Стшалковская. - Будет холодно и сыро, насморк гарантирован. Перебирайтесь-ка лучше в дом - в тесноте, да не в обиде.
   - Переберемся уж совсем в крайнем случае, а пока мы хотели бы спрятаться в палатке. Не волнуйтесь, мы закаленные.
   - Тогда прячьтесь скорее, - крикнул пан Стшал-ковский, сражаясь с брезентом, прикрывавшим лодку. - Сейчас ливанет! Эй, Казик, помоги девушкам!
   Тереска со Шпулькой, отложив в сторону покупки, с трудом переворачивали байдарку вверх дном. Ветер закрутил и понес мусор и песок, сыпанул в глаза пылью. Со стороны дома к подружкам подбежал человек, которого пан Стшалковский назвал Казиком.
   - Газгешите, - закричал он. - Я с этой стогоны, а вы вдвоем - с той!..
   - Представься! - заорал пан Стшалковский, стараясь перекричать шум ветра. - Это наш хороший приятель, Казимеж Копшиц, искусствовед. К нему следует обращаться "пан доцент"!
   - Не валяй дугака. Не обгащайте, пожалуйста, внимания. Давайте тепегь пегевегнем. Вам не очень тяжело?
   Тереска со Шпулькой застыли в полной прострации. Корма байдарки выскользнула у них из рук. Обе не в состоянии были даже пошевелиться, не то что тяжести поднимать. В тот момент, когда ветер поднял пыль, они машинально зажмурились, а открыв глаза, с ужасом увидели спешившего им на помощь аристократа!
   - Надо пгиподнять и пегевегнуть в воздухе,- объяснял кошмарный тип. Бегитесь вместе...
   Тереска опомнилась первой и пхнула подругу локтем.
   - Шевелись! - зашипела она. - Не подавай виду! Перевернем - и ходу!
   Шпулька отчаянным рывком приподняла свой конец лодки, одновременно ее переворачивая. Аристократ осторожно отпустил нос байдарки на траву. Тереска уже тащила какие-то ветки, стараясь во что бы то ни стало поворачиваться к помощнику спиной.
   - Большое спасибо! - крикнула она через плечо. - Пусть так и останется, уже дождь начинается!
   Шпулька, схватив сумку с продуктами, нервной рысью затрусила в сторону палатки. Рокот, постепенно нарастающий на западе, раскатился по небу глухим громом. Тереска кинулась вслед за подругой.
   Сверкнула молния. Шпулька машинально начала считать и дошла до пятнадцати, пока загремел гром. По листьям зашумел ливень. Кругом потемнело, и только краешек неба на востоке еще голубел.
   - Ну, успели-таки! - с удовлетворением констатировала. Тереска, вытягиваясь на матраце в палатке. - Все в порядке, а как гроза переберется через озеро, будет на что посмотреть!
   Шпулька, перестав наконец бояться, что в тесноте заваленной вещами палатки передавит все яйца, вытянула ноги, улеглась поудобнее и выглянула наружу.
   - Ну и что ты обо всем этом думаешь? - осторожно спросила она.
   - Правильно я говорила, что фамилия у него настоящая. Похоже, он нас не узнал. Искусствовед, слышала? Искусствовед, а роется под камнями. Вряд ли стоит его сейчас опасаться. Пожалуй, мы маху дали, что не втерлись в дом. Может, удалось бы взглянуть на ту карту?
   - Наверняка он ее носит с собой. А если уж тебе так хочется подглядеть, то лучше проследить, где он будет копать и что же все-таки найдет.
   - Отличная мысль!
   - Видимо, не зря слухи ходят о каких-то древностях. Интересно, честный это человек или ворюга?
   - Надо проверить, - решила Тереска. - Действовать будем скрытно. И постараемся узнать, обнаружит аристократ что-нибудь или нет, украдет или отдаст в музей?
   Дождь перестал, и на западе ненадолго блеснуло солнце. Тереска выбралась наружу, прихватив с собой лопатку.
   - Из-за всех этих разговоров такую грозу проморгали! - недовольно заявила Шпулька, вылезая следом. - Я даже о молниях забыла!
   - Не расстраивайся, вон следующая туча идет. Ночью гроза куда эффектней! Давай скорее ужин разогреем, потом поздно будет. И обсудим план действий...
   Пани Стшалковская не утерпела и прибежала посмотреть, как у них дела. Девчонки охотно приняли приглашение выпить в доме кофе со сливками после ужина, так как на оперативном совещании приняли решение следить за искусствоведом-аристократом, ознакомившись предварительно с планировкой дома. На обратном пути пани Стшалковская ломала голову, кому эти подруги так хотят понравиться, ибо обе дружно заявили, что перед визитом должны переодеться и сделать прическу.
   Тереска со Шпулькой тем временем старательно занимались изменением своей внешности. Обе собрали волосы наверх и завязали узлом на затылке, надеясь, что это будет выглядеть совсем иначе, чем свисающие на лицо лохмы. А именно в таком виде и лицезрел их аристократ в тот памятный вечер, когда напугал подружек впервые. И все же этого им показалось мало.
   - Надо что-нибудь в волосы воткнуть, - предложила Тереска. - Выглядеть, конечно, будет дико, ну и пусть. Решат, что у нынешней молодежи такая мода.
   Следуя этим рекомендациям, Шпулька украсила себя мокрыми листьями папоротника, закрывавшими ей один глаз, а Тереска завязала яркий бант из пояса от пижамы, концы которого свисали на уши. Едва успели принарядиться до следующего дождя.
   Аристократ со своим длинным носом и выгоревшими бровями не подавал виду, что узнал девчонок. Пан Салер с большим интересом весь вечер рассматривал их оригинальные украшения. В ходе приятной беседы за столом удалось получить ценную информацию.
   Все гости, как оказалось, были помещены наверху, а окно комнаты аристократа выходило как раз на их палатку. Вход в дом был только один, но зато в подвале существовало аж три окна, в которые с трудом, но можно было при желании протиснуться. На чердаке тоже были окошки, а совсем рядом с домом рос огромный раскидистый дуб.
   - Сплошное расстройство, - суммировала наблюдения Тереска, когда подружки в темноте возвращались к своей палатке. - Из дома можно выбраться как угодно! Ума не приложу, как за ним уследить!
   - Придется караулить.
   - В такой дождь?!
   Обе даже не задумывались над вопросом, чего ради ночью и в грозу ученому-искусствоведу понадобится выйти из дому. Наоборот, девчонкам казалось, что именно такие обстоятельства самые что ни на есть подходящие для всякой таинственной и подозрительной деятельности. Столь же однозначным им показался и способ, которым аристократ должен выбраться наружу: разумеется, через окно.
   Окна дома едва просматривались через ветки деревьев и кустов, но все-таки можно было разобрать, где светятся - наверху или внизу. У аристократа пока было темно. Тереска со Шпулькой устроились в палатке поудобнее, наблюдая по очереди то за грозой, то за домом. Молнии, действительно, гораздо более эффектные, чем днем, время от времени заливали окрестности призрачным светом.
   - И обрати внимание, за все время не проронил на эту тему ни словечка, оживленно говорила Тереска. - Уже одно это достаточно подозрительно. Если ты весь свой отпуск угробил на такое дело, невозможно о нем не упомянуть. А беседовали о чем угодно...
   - А как Стшалковские начали говорить, что найдут свое грибное место по большой куче камней у самого берега, тут же тему сменил, - вставила Шпулька. Понес какую-то чушь о рыжиках в горах.
   - Наверняка знал, что кучи уже нет, сам ведь ее и разворотил.
   - И даже не вякнул, что был на Добском озере, притворился, будто все время сшивается в этих краях.
   - По всему выходит - он собирается эти вещи украсть...
   - Тихо! - вдруг прошептала Шпулька. - Свет зажег!
   - Почему тихо? - недовольно спросила Тереска. - Уж услышать-то он нас никак не может, что бы он там ни зажег.
   - Я хотела сказать - смотри...
   Внизу тоже засветилось окошко. Вокруг же было абсолютно темно, дождь монотонно шуршал и, похоже, ослабевал, зато над головой прогремел очередной раскат грома.
   - Вот сволочь, - зевнула Шпулька. - Специально ничего не делает, чтобы нас доконать!
   - Спать хочешь?
   - Еще как. Если бы не гром, давно бы уснула.
   Все вокруг то озарялось на мгновение ослепительным светом, то погружалось во мрак. В небе полыхали извилистые молнии, а за ними с нарастающим гулом следовал гром. Тереска подумала, что жалко было бы проспать такое зрелище.
   Снова одна за другой ярко сверкнули две молнии и высветили все детали окружающего пейзажа. Шпулька тихо вскрикнула, вскочила и тут же плюхнулась на свой матрац.
   - Ты что? - забеспокоилась Тереска. - Не дергайся так, еще глаз мне выколешь.
   Шпулька, разволновавшись, попыталась было объясниться жестами, махнула рукой и угодила подруге в ухо.
   - Вылезает! Я его видела, когда сверкнуло!
   - Спятил он, что ли? Внизу ведь свет горит, его увидят!
   - Так все же сидят в гостиной с другой стороны, а в кухне - никого...
   Снова полыхнуло. Теперь и Тереска увидела сквозь ветки человеческую фигуру на стене прямо под окном аристократа. Она сорвалась с места, выпутывая ноги из одеяла.
   - Скорее, он сейчас слезет! Но Шпулька ее остановила:
   - Погоди. Что-то тут не так. Он не слезает, а залезает! Раньше он был ниже.
   Прежде чем Тереска успела возразить, снова сверкнуло, и она убедилась, что подруга права. Темная фигура теперь четко вырисовывалась на фоне окна наверху.
   - Что все это значит? - удивилась Тереска. - Совсем сдурел? Вышел из дома, а теперь лезет к себе через окно?
   Шпулька рефлекторно чуть отодвинулась.
   - Похоже, мы с самого начала угадали: он сумасшедший. Лазает по стенам, как обезьяна, да еще в грозу. Видно, атмосферные разряды вызывают у него приступы...
   - Не болтай ерунду! Просто ему это зачем-то нужно. Делает вид, что вышел на улицу, а сам потихоньку возвращается к себе... Но ведь он был в комнате, свет-то горел!
   - Мог свет оставить и сидеть внизу. А теперь притворяется, что его там нет.
   - Перед кем?
   - Перед теми, кто внизу. Пошел во двор, и в комнате его нет. А теперь залез и подкарауливает того, кто придет, думая, что наверху пусто.
   Очередная молния продемонстрировала отсутствие каких-либо изменений в окне второго этажа и на стене. Богатое воображение Терески тут же услужливо подсунуло ей несколько возможных вариантов развития событий в комнате наверху в основном, с кровавой развязкой. Она не успела поделиться своими соображениями со Шпулькой, главным образом потому, что не знала, какому варианту отдать предпочтение. В ожидании следующей вспышки девчонки застыли на четвереньках, вглядываясь в темноту.
   По-видимому, в грозе наступил небольшой антракт. Золотые зигзаги посверкивали вдалеке, не позволяя разглядеть дом. Наконец блеснуло над ними, и в мертвенном свете девчонки увидели темную фигуру, теперь явно спускавшуюся вниз.
   - Ходу! - возбужденно скомандовала Тереска. - Бери фонарь! Посмотрим, что он будет делать!
   Дождь почти прекратился. Подружки поспешно натянули на ноги резиновые сапоги и осторожно направились к дому, успев заметить во время очередной вспышки, что фигура уже на земле. Девчонки продрались через кусты, шум деревьев и гром успешно заглушали все звуки.
   Две следующие молнии позволили им разглядеть среди деревьев удалявшуюся человеческую фигуру. Спотыкаясь и натыкаясь на бесчисленные преграды, девчонки буквально на ощупь устремились следом.
   - Вот будет здорово, если он обернется как раз во время очередной вспышки! - заметила Тереска спустя некоторое время.
   - Будет еще веселее, если вообще перестанет сверкать, - мрачно ответила Шпулька. - Ты хоть запомни, куда мы идем!
   Зловредные тучи удалялись. Молнии полыхали все реже. Следовать за аристократом удавалось только потому, что он зажег фонарик. Объект наблюдения и преследователи все больше углублялись в лес, сначала по какой-то тропинке, а затем напрямик.
   - О Господи! Мы же заблудимся! Здесь настоящий лес! - ныла Шпулька. - И куда этот подлец поперся в такую погоду?!
   Подружкам все труднее было поспевать за аристократом, слабый огонек фонарика которого то и дело терялся в темноте. По тропинке девчонки двигались еще куда ни шло, в лесу же пришлось пробираться чуть ли не на четвереньках.
   В конце концов огонек пропал совсем.
   Тереска со Шпулькой остановились, совершенно сбитые с толку. Темный, мокрый и таинственный лес окружил их со всех сторон. Обе абсолютно ничего не видели и только чувствовали присутствие друг друга по учащенному дыханию. Гроза прошла. Приглушенное погромыхивание еще доносилось издалека, но дождь перестал. Девчонки не имели ни малейшего понятия, куда их занесло.
   - Он, конечно, чокнутый, - вдруг неожиданно разумно заявила Шпулька. - Но это семечки по сравнению с нами. Надо было окончательно тронуться, чтобы ночью забрести в такое место...
   - Заткнись! - зашипела на нее Тереска. - Откуда ты знаешь, что он ушел? Может, вернулся и нас подстерегает! Надо притаиться и подождать!
   Подождали. Шпульке показалось - года два. Тереска оценила это время в пятнадцать минут. На самом деле прошло четыре минуты.
   Кроны деревьев шумели на ветру, с листьев на землю шлепались тяжелые капли, что-то шуршало, потрескивало и поскрипывало. Было жутковато. Окажись каждая из них в подобной ситуации в одиночестве, со страху бы померли, но присутствие подруги немного ободряло.
   - Сейчас нас может спасти только спокойствие, - мужественно заявила Тереска. - Летели мы за ним галопом, и теперь, наверное, мы довольно далеко от дома. Нужно возвращаться.
   - И ты знаешь, в какую сторону идти?
   - Понятия не имею. Но если выйдем к озеру, тогда сориентируемся.
   - А где озеро, знаешь?
   - Нет. Но если двинем на север или восток, обязательно в него уткнемся. Вернее, насколько я помню карту, или выйдем из леса, или упремся в озеро. И то и другое годится.
   - А где восток, знаешь?
   Тереска рассердилась: ну как можно быть такой непонятливой!
   - Там, куда ветер дует, ясное дело, гроза же шла с запада. И не нервируй меня, дай сообразить. Посвети, уже можно. Этого кретина давно черти унесли.
   В жутких потемках свет фонарика казался необыкновенно ярким. Луч его выхватывал из тьмы стволы деревьев, кусты, траву, папоротник и огромное количество ягод.
   - Во всяком случае, голодная смерть нам не грозит, - проворчала Тереска и посветила вверх.
   Верхушки деревьев мотались во все стороны и очень мешали установить направление ветра. Девочка повела лучом вокруг и исследовала ствол сосны, чтобы определить, с какой стороны растет мох. Проклятый мох был везде. Это вывело Тереску из себя, но она храбро решила не сдаваться, а уж тем более не бояться.
   - Мы в обычном польском лесу, а не в какой-нибудь амазонской сельве, сердито сказала она.
   Диких зверей здесь нет, лес не такой уж большой, и надо быть полными идиотками, чтобы не выбраться отсюда.
   - Да, а кабаны здесь есть, - слабо возразила Шпулька. - Я слышала - если секача зацепить, он бывает очень опасен.
   - А ты не цепляй. В случае чего обойди его стороной и можешь с ним даже не заговаривать. Не свети в одну точку, посмотри вокруг, нет ли где поляны, может, там разберемся, что с этим ветром. По небу тоже не поймешь - сплошные тучи.
   - Похоже, мы как раз на поляне. Здесь лес вроде пореже. И дует.
   - Был бы огонь, по дыму бы определили... Погоди, у меня же спички есть! Надо что-нибудь поджечь!
   - Только, пожалуйста, не весь лес.
   Все вокруг было настолько мокрым, что Тереска извела полкоробка, прежде чем ей удалось поджечь кучку сосновых игл. Ветер рвал дым во все стороны с незначительным преобладанием одной. Пришлось сделать вывод, что там и есть восток.
   - Тогда север - налево, - сделала Тереска следующий вывод. - Запомни, нам надо будет придерживаться этого направления.
   - Туда, где орешник, - уточнила Шпулька, посветив налево и упершись в большой куст. - Север - на орешнике. Запомню на всю жизнь. А что дальше?
   - Как что? Пошли.
   При свете фонарика чуть легче было продираться сквозь лес. Девчонки отчаянно пытались не потерять направления, но уже через несколько минут поняли, что это дело гиблое. Приближалась новая гроза, глухое ворчание становилось все сильнее, над головой снова засверкали молнии. Тереска немного сникла, Шпулька же даже не скрывала своего отчаяния.
   Неизвестно, где и в каком количестве застал бы их рассвет, если бы Тереска не провалилась в какую-то яму. Она съехала по склону, под ногами что-то захлюпало, и, посветив вниз, девочка радостно воскликнула:
   - Смотри! Здесь речка!
   На это сообщение Шпулька отреагировала очень вяло.
   - Ну и что, что речка? - едва простонала она. - Мы же не в пустыне, на кой черт тебе вода? Слишком сухо, что ли?!
   - Балда! Речка ведь течет в озеро. Надо просто идти вдоль берега - и мы дома! Это та самая, где я рыбу ловила. Посвети же, а то никак не пойму, куда она течет.
   - Надо щепочку бросить...
   Поход глубокой ночью через лес по течению речки оказался для Терески со Шпулькой самым тяжелым за всю их предыдущую бродячую жизнь. Трудно было представить себе что-либо более непролазное, чем берега этого ручья. Они густо заросли крапивой и лопухами, колючим кустарником и тесными колониями маленьких сосенок, завалены были упавшими стволами и какими-то корягами. Распаренные и мокрые, едва дыша и падая с ног от усталости, девчонки упрямо и отчаянно продирались все дальше. Шпулька перестала обращать внимание на загадочные звуки, перестала бояться разъяренных кабанов, влезла в конце концов в ручей и пошла по воде.