– А где самолет? – спросил Ещетупее.
   – Да, меня это тоже очень интересует! – добавил Дебри.
   – Где-где, – пробормотал сэр Эльдорадо. – Наверно, уже в нирване. Где ж ему еще быть-то? Или опять в каком-то аэропорту, пассажиров набирает. Бизнес-то не стоит на месте.
   – А могу я снова увидеть мисс Буркул? – спросил Ещетупее.
   – Обязательно увидишь! – заверил его сэр Эльдорадо.
   – А где? – спросил Ещетупее.
   – На том свете, Дринкенс, на том свете! – донесся из-под воды голос Командора.
   – Сэр Эльдорадо, а почему вы на диване? – спросил Дебри.
   – А почему бы и нет? – переспросил Эльдорадо. – Знаешь, Дебри, я уже однажды с похмелья проснулся под этим диваном, так что я теперь имею полное право быть на диване.
   – Ясно! – сказал Дебри.
   – А мне не ясно, – пробормотала мисс Вракер.
   – Полагаю, я выражу общее мнение, если спрошу, – сказал лейтенант Шериф. – Что нам делать дальше???!!!
   – Значит так, – сказал Эльдорадо. – Видите то направление, откуда восходит солнце?
   – Вижу! – ответил Дебри, посмотрев на восток.
   – А я не вижу! – сказал Ещетупее, посмотрев на запад.
   – Значит так, гребете в том направлении, вот тебе компас, Дебри, чтоб вы не потерялись, – сказал сэр Эльдорадо, бросая Дебри компас. – Если не собьетесь с пути, к вечеру догребете до ближайших островов. Ну, а там действуйте по ситуации.
   – А вы с нами, сэр Эльдорадо? – спросил Тупой.
   – Нет! У меня тут встреча с одним индейским шаманом, немного южнее отсюда, – сказал сэр Эльдорадо. – Так что я поплыл. Пока, чуваки!
   Сэр Эльдорадо скомандовал что-то дивану, и диван рванул с места не хуже моторного катера. Когда сэр Эльдорадо скрылся из виду, Дебри и компания поняли, что ничего другого не остается как грести в сторону, обозначенную на компасе «Восток». Руководил путешествием Джонатан Себастьян Дебри.
   К вечеру Дебри умудрился потерять компас, но Ещетупее вскоре увидел вдалеке остров и закричал: «Земля! Земля!» Так что через пару-тройку часов вся компания приплыла на остров, где в это время снимали телеигру «Последний герой». Увидев обжитые человеком места, Дебри и его команда решили высадиться и стырить все, что возможно.
   Пока участники игры голосовали за «пошел на хер» одного из участников, Дебри, Тупой, Ещетупее, мисс Вракер и лейтенант Шериф съели все их запасы. Это были кокосы, макароны быстрого приготовления и зажаренная акула, которую слопал Ещетупее на пару с лейтенантом Шерифом (мисс Вракер была вегетарианкой, Тупой любил макароны, а Дебри боялся акул, даже жареных). После обеда даже Дебри сообразил, что скоро могут вернуться хозяева данного поселения. Поэтому наши герои поспешили оседлать свои кресла и чемоданы и отчалить на другой конец острова, прихватив с собой несколько одеял, чтобы было, чем укрываться ночью. Также они присвоили те продукты питания, которые не успели съесть.
   Утром «последние герои» обнаружили пропажу одеял и продуктов и почему-то свалили это на Мишу Гребенщикова, который накануне вечером покинул остров, чтобы отъедаться на воле. Одиссея Джона Дебри продолжалась.
 
   Три долгих дня провел Джон Дебри вместе со всей своей компанией на необитаемом острове. Это было даже круче, чем телеигра «Последний герой», так как ни Дебри, ни кто-либо другой из этой компании не умел добывать пропитание в экстремальных условиях. Кажется, что никакой разницы между участниками этой игры из России и Америки нет, однако абсолютно все граждане России так или иначе учились добывать пропитание в экстремальных условиях. Это было в начале 90-х годов двадцатого века. Граждане Америки в отличие от граждан России никогда не попадали в столь экстремальные условия, если не считать Великой Депрессии, Второго Пришествия Годзиллы и отключения электричества во всем Нью-Йорке и его пригородах. Между прочим, к отключению электричества в Нью-Йорке, если верить слухам, не сумел подготовиться даже Дункан Маклауд, а от участия в массовом помешательстве Маклауда спас только незаменимый опыт, полученный им во время жизни в шотландской деревушке около четырехсот лет назад.
   Ну, мы немного отвлеклись от Джона Дебри и его приключений. Хотя об отключении электричества в Нью-Йорке мы наверняка еще когда-нибудь поговорим. Так вот, Джон Дебри во время обитания на необитаемом острове умудрился съесть свой полицейский жетон. Ещетупее сварил свою фуражку в котелке, сделанном из тщательно отмытых морской водой остатков самолетного сортира. Мисс Вракер попыталась вспомнить все опыты лечебного голодания, которым она в свое время подвергалась. На третий день она поняла, что ни один американский метод лечебного голодания не может сравниться с жизнью на необитаемом острове. Лейтенант Шериф, вспомнив свое пребывание в чемодане, снова начал практиковать йогу. А Тупой пошел собирать бананы и кокосы, и тут… наткнулся на съемочную группу «Последнего героя», которая несла торт участникам игры. Оставшиеся в здравом уме члены съемочной группы потом рассказывали, как на них из джунглей набросился дикарь с пистолетом и дубиной. Угрожая дубиной, дикарь в фуражке американского полицейского потребовал съемочную группу отдать торт под угрозой порчи видеокамеры. Съемочная группа без колебаний отдала дикарю торт, а участникам игры «Последний герой» пришлось довольствоваться шоколадками, которые полагались съемочной группе.
   Когда от торта не осталось и следа, Дебри заметил, что с моря к ним приближается диван, на котором, судя по всему, лежал сэр Эльдорадо. Дебри и вся компания с радостью выскочили на берег. От их криков и визгов сэр Эльдорадо проснулся и направил диван к берегу.
   – Привет, чуваки! – сказал он. – Как вы тут?
   – Сэр Эльдорадо, а почему вы такой костлявый? – спросил Дебри. – Мы тут уже друг друга готовы съесть!
   – И зачем только я оставил мисс Буркул в самолете! – воскликнул Ещетупее, вспомнив, что мисс Буркул была очень даже не костлявой.
   – Ну ладно, ладно, вот вам «Макдоналдс»! – сказал Эльдорадо и щелкнул пальцами.
   На берегу появился «Макдоналдс», и Дебри со всей компанией отдали последние деньги за «Биг-Маки» и «Кока-колу». Сэр Эльдорадо тем временем медитировал на пустынном пляже. Когда Дебри и его банда закончили трапезу, само собой, они потребовали от сэра Эльдорадо вернуть их в Америку.
   Сэр Эльдорадо, ясное дело, ничего не пообещал, однако телепортировал всех в Мексику, не объясняя ни причин, ни поводов для такого обращения. Мисс Вракер срочно начала вспоминать испанский язык, а Дебри и лейтенант Шериф начали объяснять Тупому и Ещетупее, что существует испанский язык, хотя ни Дебри, ни Шериф не знали ни слова по-испански.

Дар Орла?

   Целый день ушел у наших героев на обследование территории, на которой они оказались. Мисс Вракер точно установила, что город, по которому они так долго бродили – это не Мехико. Почти никто из жителей маленького мексиканского городка не знал ни слова по-английски. Усталые и недовольные американцы расположились отдохнуть на лавочках в центре города. Солнце клонилось к закату. Откуда же Джону Дебри было знать, что они с мисс Вракер присели как раз на любимую лавочку дона Хуана и Карлоса Кастанеды.
   Итак, мисс Вракер задремала, положив голову на плечо Дебри, да и сам Дебри уже начал подремывать. Неожиданно он услышал какой-то внутренний голос, который говорил, что нечто важное всегда происходит с человеком в последний час дня. Дебри заметил, что сейчас как раз время заката. И тут он обнаружил весьма странную вещь: он умудрился задремать с открытыми глазами. И не только с открытыми глазами, но и с открытым ртом.
   Дебри отметил про себя, что индейцы, проходившие мимо, пялятся на него. Дебри уже хотел было призвать их к порядку, но вспомнил, что недавно съел свой полицейский жетон вместо ланча, поэтому никакой реальной власти он не имел, а тем более, в Мексике. Совершенно неожиданно весь этот бред вытеснился из головы Джона Дебри, и все люди вокруг него превратились в светящиеся яйца. И не смейтесь над этой терминологией, а лучше почитайте «Дар Орла» Карлоса Кастанеды! Мир вокруг Джона Дебри тоже изменился. Теперь он видел, что материя-то на самом деле состоит из энергетических волокон. До сих пор Дебри вообще не задумывался над тем, из чего состоит материя, предпочитая получать зарплату и завтракать в «Макдоналдсе». Да он вообще ни разу не задумывался над тем, что означает слово «материя». Тут в ушах у Дебри зазвучал голос видения, который сильно смахивал на голос сэра Эльдорадо с сильного похмелья.
   – Пустой ум намного лучше ученого ума, – сказал голос. – Дело в том, что ученый ум, да и любой ум вообще, столкнувшись с чем-то непонятным, начинает это интерпретировать с помощью знакомых ему слов и образов. А некоторые вещи нужно просто принимать такими, какие они есть. Ладно, если ты не понял, объясняю проще. Представь, что ум – это стакан. Пустой ум – это пустой стакан, ну, вроде твоих мозгов. А ученый ум – это стакан, скажем, с пивом. И стакан приучен думать, что все, что в него наливают – это пиво. Представь теперь, что стакан с пивом заполнен только до половины, в смысле, до половины заполнен пивом. И в него доливают водку. Стакан приучен думать, что в него наливают только пиво, поэтому, когда в него наливают водку, у него начинается полный SYSTEM TEMPORARILY DOWN. Я и сам не знаю, что эти слова означают, из одного анекдота выписал. Кажется, это значит, что система накрылась. Но стакан, чтобы полностью не накрыться, идет на хитрость. Он придумывает, что водка – это особый, специфический сорт пива. При этом он сам не понимает, чего он городит, но это помогает ему удержаться от полного разрушения системы. Короче говоря, так действует ум. Ну, тот самый ученый ум. А если взять пустой ум… Можно сказать, что его вообще нет. Потому что как может существовать нечто, что является пустым, то есть, не имеет содержания, а само по себе не имеет и формы. Остается только чистое понятие ума, а по понятиям живут исключительно уголовные авторитеты. Ну, а поскольку мы с тобой, Дебри, не уголовные авторитеты, то мы с тобой и чисто без понятия. Одним словом, я лишь хотел сказать, что некоторые вещи нужно просто принимать такими, какие они есть, и даже не пытаться их осмыслить. Только не говори это ученым, иначе они с цепи сорвутся.
   Голос видения, смахивающий на голос сэра Эльдорадо, икнул и замолчал. Дебри продолжал созерцать светящиеся яйца и энергетические волокна. Из одного яйца вылупился Нильс Лэссен и, улыбаясь, ушел в нирвану. Мимо Джона Дебри прошла стройная шеренга индейцев. В одном из индейцев Дебри узнал сэра Эльдорадо без шляпы, маски и черных очков, зато с новой прической, копьем и боевой раскраской. Индейцы встали в ряд и превратились в огненные столбы. Дебри вспомнил, что уже где-то это видел.
   – Каждое существо в итоге своего существования превращается именно в то, чем оно является по своей природе, – сообщил голос видения. – А поскольку большинство энергетических существ в физическом мире могут выглядеть исключительно как огненные столбы, они и превращаются в огненные столбы. Понятно? Нет, мне-то понятно, что тебе непонятно. Ладно, едем дальше.
   Но дальше они не поехали, потому что Дебри, слишком расслабившись, свалился с лавочки и перестал видеть светящиеся яйца. Валяться на земле было не слишком приятно, поэтому Дебри встал. Мисс Вракер спала на лавочке, на соседней лавочке похрапывали Тупой, Ещетупее и лейтенант Шериф. Растолкав мисс Вракер, Дебри начал рассказывать ей, что произошло, но у него не очень-то получилось.
   – Что ты там видел? – переспросила его мисс Вракер. – Какие яйца?
   – Куриные? – оживился лейтенант Шериф.
   – Чьи яйца? – спросил Тупой.
   – А большие? – спросил Ещетупее.
   Дебри не успел ответить, потому что на площади в это время с визгом затормозил старый джип, из которого вылез агент Малдер.
 
   Агент Малдер был весьма удивлен, увидев на магических лавочках Джона Дебри со всей его бандой. Выскочив из машины, агент Малдер услышал, как Дебри говорит что-то вроде:
   – Да обычные яйца, только с людей величиной. Или люди величиной с яйца? И вокруг – свет, а еще эти… поля энергетические. И весь мир, типа, из них состоит.
   Дебри собрался что-то еще сказать, но лейтенант Шериф шепнул на ухо Тупому и мисс Вракер:
   – Перегрелся!
   Мисс Вракер начала успокаивать Дебри:
   – Спокойно, Джон, тебе приснился страшный сон. Ничего, это бывает, особенно после встречи с сэром Эльдорадо, крушения самолета и трехдневной голодовки.
   – Да нет, это не сон был, – вступился за Дебри агент Малдер. – Это видение. Ну, типа глюков, только без травки.
   – А-а! – понимающе протянули Тупой и Ещетупее, после чего закивали.
   Дебри уже вообще ничего не понимал. Заметив агента Малдера, Дебри некоторое время непонимающе смотрел на него, а потом спросил:
   – Агент Малдер, а вы-то здесь откуда?
   – Да, действительно, откуда вы здесь? – спросил лейтенант Шериф.
   – Да меня ЁБР в Мексику послало, – ответил агент Малдер. – Спецзадание – разыскать деревушку, в которой жили Дон Хуан и Карлос Кастанеда. После нахождения деревушки я должен провести там самое тщательное расследование и выяснить, что к чему. Ну, вот я как раз и возвращаюсь из этой деревушки. Надо еще в этом городке немножко поосмотреться. Дон Хуан и Кастанеда ведь и тут жили. А это, судя по всему, их любимые лавочки.
   И агент Малдер показал на лавочку, на которой сидел Дебри. Дебри начал въезжать, почему его глючит, и спросил:
   – А кто такие Дон Хуан и Кастанеда?
   – Да как бы тебе попонятнее объяснить… – пробормотал агент Малдер. – Ну, вот у нас в Штатах в свое время хиппи были, а у них в Мексике – Кастанеда.
   Все понимающе закивали, так как агент Малдер сумел объяснить все так, что поняли даже Тупой и Ещетупее.
   – А вы как вообще тут оказались? – спросил агент Малдер.
   – Ой, у нас куча приключений! – воскликнул Дебри. – Нас послали в командировку в этот… Ирак или Иран. Там мы познакомились с царем Хаммурапи, он выразил желание установить у себя в стране демократию. Мы ему зачитали отрывки из уголовного кодекса. Потом мы встретили сэра Эльдорадо, он нам устроил романтический уик-энд на Вавилонской башне и путешествие на падающем самолете.
   – Слышал про такой, – пробормотал агент Малдер. – Или я это с падающей башней перепутал?
   – Одним словом, мы потом оказались на необитаемом острове, где провели три дня в лечебном голодании, – продолжал Дебри. – Затем появился сэр Эльдорадо, накормил нас гамбургерами и отправил сюда.
   – Да, этот ваш сэр Эльдорадо – весьма примечательная фигура, – пробормотал агент Малдер. – Наш отдел никак не может ничего на него накопать. Данные поступают самые противоречивые. То он якобы получил пятнадцать миллионов долларов за сценарий к последней бразильской мыльной опере, то ли не пятнадцать миллионов, а пять миллионов, и не за мыльную оперу, а за французскую комедию, и не долларов, а евро. То он занимается тем, что устраивает реалити-шоу в России или в Австралии. То, говорят, что сэр Эльдорадо организовал благотворительный концерт памяти Фредди Меркури, на котором пел сам Фредди Меркури…
   Все покосились на мисс Вракер.
   – Да, мой дядя Федя жив и будет жить! – заявила мисс Вракер.
   – А кто ваш дядя? – спросил агент Малдер.
   – Да Фредди Меркури, – ответил Дебри.
   – Правда, он мой двоюродный дядя, – добавила мисс Вракер.
   – Это ничего, – пробормотал агент Малдер. – Я и сам троюродный брат Стинга.
   Проходившие мимо Командор и Дринкенс попросили у агента Малдера автограф.
   Агент Малдер еще не полностью пропил свой аванс, поэтому он и поселил Дебри со всей его компанией в ближайшей гостинице. Дебри никогда не жил ни в России, ни в Мексике, поэтому был весьма удивлен тем, что по полу иногда пробегали тараканы, а вместо кровати в номере стоял гамак (агент Малдер все-таки хоть немного, да сэкономил).
   На следующий день агент Малдер отправился осматривать город, а Дебри со своей компанией от нечего делать решили составить Малдеру компанию. Все шло просто прекрасно. Наши герои дружно фотографировались на фоне местных пейзажей. Но потом Дебри повернул на улочку, ведущую к окраине города. В самом конце улочки был мост, под которым протекала небольшая горная речка. Повинуясь неясному импульсу, все дружно направились к мосту. Подойдя к мосту поближе, Дебри застыл как вкопанный.
   – Мистер Дебри, а почему вы остановились? – спросил Ещетупее.
   – Ты разве не чувствуешь? – спросил Дебри.
   – Нет, – ответил Ещетупее.
   – А вы? – обратился Дебри к остальным.
   – Мне страшно! – пробормотал лейтенант Шериф.
   – Жуткое место, – вздрогнула мисс Вракер.
   – Вообще-то, мост красивый, – сказал Тупой. – Но жутковатый.
   – Ну, давайте пройдем по нему! – предложил Ещетупее и пошел по мосту.
   Агент Малдер заметил, что на соседних улицах нет ни одного человека, но решил не пугать и без того перепуганного насмерть Дебри. Ещетупее шел по мосту, но, дойдя до середины, неожиданно застыл на месте.
   – Ещетупее, что с тобой? – спросил Дебри.
   – Кажется, я в чем-то застрял! – ответил Ещетупее.
   – Ну ладно, пойду его вытаскивать, – сказал Тупой и пошел по мосту.
   – Я с тобой, – сказал Дебри.
   За ними побежали лейтенант Шериф и агент Малдер. Мисс Вракер не имела ни малейшего желания забираться на мост, и Дебри пришлось тащить ее силой. Короче говоря, все они дружно дошли до того места, где стоял Ещетупее.
   – И дальше чего? – спросил Дебри.
   – Тебе еще и дальше надо? – спросил не то голос видения, не то сэр Эльдорадо. – Ну, тогда получи!
   Неожиданно прямо перед носом неподвижно стоящего Ещетупее раскрылись врата.
   – Да ё-мое! – воскликнул агент Малдер. – Это ж место Силы! Я его три года ищу!
   – Мистер Дебри, мне страшно! – сказал Ещетупее.
   – Нет уж, пусть идет Ещетупее, – ухмыльнулся голос видения. – У него, в отличие от всех вас, есть шанс это выдержать, так как у него самый пустой ум, даже пустее, чем у тебя, Дебри!
   – Угу, – кивнул Дебри. – Ещетупее, иди первым.
   – Почему? – спросил Ещетупее.
   – Я – твое прямое начальство и могу тебе приказывать, – ответил Дебри.
   – Ясно, – сказал Ещетупее и вошел во врата.
   – Створки держите! – воскликнул агент Малдер, лихорадочно вспоминавший книги Кастанеды. – И толкайте туда мисс Вракер. Дебри, ты тоже пойдешь, и Тупой пусть идет. Лейтенант Шериф, держите створку справа, а я слева!
   Все начали выполнять указания агента Малдера, так как он был единственным помимо голоса видения, кто знал, что надо делать. Следом за Ещетупее во врата вошел Тупой. Дебри пытался затащить во врата мисс Вракер, но у него это плоховато получалось. В конце концов, Дебри не без помощи агента Малдера и лейтенанта Шерифа удалось затащить во врата мисс Вракер. Дебри понимал, что следующим во врата должен зайти он сам, но ему было жутковато. Джону Дебри помог агент Малдер, давший ему пинок под зад.
   Дебри пролетел сквозь врата и увидел Орла. Рядом стояли Тупой, Ещетупее и мисс Вракер. Все они дружно пялились на Орла, который поедал нечто, похожее на светящиеся яйца. Древние видящие, как и Дебри, подумали, что Орел пожирает души умерших людей, однако совершенно неожиданно рядом с Дебри появились сэр Эльдорадо, Альф, Вавилон Татарский и сирруф, которые поспешили прояснить положение вещей.
   – Слушай, Дебри, мы тут уже многим людям показывали эту картину, да только все интерпретировали ее как-то очень по-разному, – сказал Альф. – И так уж вышло, что именно тебе придется объяснить всем остальным людям, что это такое на самом деле.
   – Да, – кивнул сэр Эльдорадо. – А чтобы ты понял правильно, тебе мы решили русским языком объяснить.
   – Да я ж русского-то не знаю! – воскликнул Дебри.
   – Ну, ё-мое, только соберусь что-нибудь человеку объяснить, так он, оказывается, языками не владеет! – воскликнул сэр Эльдорадо. – Не, ну как с такой ботвой бизнес вести, не понимаю!
   – Не боись, Дебри, я те щас объясню на английском, – сказал Альф. – Только я не владею терминологией, ее Вавилон придумывал. Так что, Вавилон, давай начинай!
   – Начинаю, – сказал Вавилон Татарский. – Мне, правда, сирруф объяснял, так что даже не знаю, правильно ли я понял. Одним словом, Орел питается не душами людей, как вы все думаете. Все эти ваши Орлы или что другое – всего лишь разновидность тофета. Или, наоборот, тофет – это разновидность Орла…
   – А что такое тофет? – спросил Дебри. – Вроде конфет?
   – Нет, это вроде костра, в котором сжигают всякий мусор, наподобие того, как желтые листья осенью сжигают, – ответил сэр Эльдорадо.
   – Одним словом, цитирую, – сказал Вавилон Татарский и начал цитировать. – Человек по своей природе прекрасен и велик. Только он этого не знает. А мусор, который горит в костре и которым питается Орел, это и есть его незнание. Так называемая identity.
   – А что такое identity? – спросил Дебри.
   – Так это ж вроде бы на английском? – спросил Эльдорадо у Альфа.
   Альф кивнул.
   – Identity – это ложная личность, – сказал Вавилон Татарский. – Эльдорадо, объясняй, ты по этой части лучше рубишь.
   – Да, так вот, про ложную личность, – сказал Эльдорадо. – Дебри, с чего ты взял, что ты Джон-Себастьян или как-тебя-там Дебри?
   – Ну, как то есть, с чего? – спросил Дебри. – Мне с детства все говорили, что я… Ну, в смысле, назвали меня так.
   – Кто? – спросил Эльдорадо.
   – Родители, наверно, – ответил Дебри.
   – А зачем? – спросил Эльдорадо.
   Дебри пожал плечами.
   – Ну, подумай, подумай! – сказал Альф.
   – Ну, чтобы меня с другими не путать, – ответил Дебри первое, что пришло на ум.
   – Так значит, имя твое – чистая условность? – спросил сэр Эльдорадо.
   Дебри снова пожал плечами.
   – Объясняю так, чтобы даже до тебя дошло, – сказал Эльдорадо. – Если ты назовешь елку тополем или дубом, елке-то это будет по барабану. А человек, видите ли, более чувствительное существо, чем елка. Так что, назови человека хоть Дебри, хоть Тупой, хоть Ещетупее, хоть агентом Малдером, он-то ведь поверит в то, что он и есть то, чем его назвали!
   – Не фига себе! – присвистнул Дебри. – Так кто же я тогда?
   – А ты подумай, – подсказал сэр Эльдорадо. – Что в тебе еще есть помимо всего того, что внушали тебе окружающие люди, а также радио и телевидение.
   – И DVD-плеер? – спросил Дебри.
   – И DVD-плеер, – кивнул Эльдорадо.
   – Тогда я… – начал было Дебри и осекся. – Пустота?
   – Наконец-то сообразил!!! – восторженно заорали Эльдорадо, Альф и Вавилон Татарский.
   От радости они даже пустились в пляс, а Дебри попытался понять, чего он такого ляпнул.
   – Это верно, Дебри, изначально ты есть кусок пустоты, в которой формируются желания и которая приходит в мир, чтобы удовлетворить эти желания, – сказал Альф. – А дальше судьба этого куска пустоты зависит от того, что ему внушат. А кусок-то ведь очень доверчивый. А знаешь, какое у куска пустоты самое большое желание?
   – Не-а! – ответил Дебри.
   – Кусок пустоты больше всего хочет забыть о том, что он – кусок пустоты! И ощутить всю полноту приятных ощущений, забыв о том, что они ложны, – продолжил сэр Эльдорадо. – А забыть это можно только в физическом мире. Но к несчастью, в физическом мире существуют и неприятные ощущения. Это темные силы слегка постарались, их на этой планете несколько больше, чем надо, – такая уж это планета. И когда кусок пустоты забывает о том, что он кусок пустоты и начинает испытывать неприятные ощущения, забывая, что они ложны, ему становится еще хреновее, чем было в пустоте, и мечтает он только о том, чтобы вернуться обратно. Вот вам и знаменитая цитата Экзюпери «Нет в мире совершенства»! В этом мире, по крайней мере, нет. Ну, иди Дебри, другие миры посмотри.
   – А Орел-то чего ест? – спросил Дебри.
   – Ну как это – чего он ест? – переспросил Альф. – Представляешь, сколько всего к куску пустоты в этой жизни прилипает? А после смерти физического тела кусок пустоты снова должен стать куском пустоты, иначе нельзя. Только вот все то, что к нему прилипло за жизнь, должно же куда-то деться. Ну, и куда же ему деться? Вот Орел и кушает.
   – А ведь Орел не только кушает, но и это… выкладывает, наверно? – спросил Дебри.
   Эльдорадо, Альф и Вавилон Татарский заржали.
   – Слушай-ка, этот вопрос просветленные редко задают! – сказал Эльдорадо, на секунду перестав хохотать. – Но зато попал ты в самое яблочко. Дело в том, что если кусок пустоты в своей жизни полностью осознает, что он – пустота, он просто превращает в пустоту все, что к нему прилипло. Ну, вроде Глиняного Пулемета. Знаешь? А если не осознает, ну, скажем, неопытный кусок пустоты попался, то Орел съедает лишнее – все впечатления этого человека, все его желания и все программы, внушенные ему. И потом, само собой, Орел возвращает все это обратно в мир. А в мире уже места нет для такого количества информации, так как кусков пустоты много, а впечатлений и прочего становится все больше и больше. Отсюда появились кинематограф, видеоигры, Интернет, шоу-бизнес и все такое прочее. И люди продолжают это потреблять, даже сами не понимая, что именно они потребляют. Ну, вот поэтому одна из моих задач в качестве воротилы шоу-бизнеса – хоть немного разбавить этот поток сам понимаешь чего. Потому что, если не добавить в этот поток хоть часть чего-то настоящего, люди рано или поздно просто захлебнутся. Впечатлений-то ведь у них становится все больше, и, таким образом, у Орла скоро заворот кишок случится, образно говоря. И выкладывает он все больше и больше, больше и больше. Ну, должен же хоть кто-то положить этому конец! И ты Дебри, хочешь – не хочешь, а в этом деле нам поможешь.