Человек выругался и перелетел через техасца вниз головой.
   Ларри вскочил на ноги. Незнакомец тоже. Ларри различил его силуэт на фоне окна и бросился на него. Удар плечом пришелся незнакомцу в грудь. Оба они упали на кровать, и Ларри схватил его за горло. Человек ударил Ларри коленом в живот. У техасца перехватило дыхание. Незнакомец яростно вывернулся и освободился из рук Ларри. Он вскочил с кровати, но Ларри успел схватить его за плечо. Раздался треск рвущейся ткани, и человек снова вырвался.
   Он ударил Ларри кулаком в лицо и сбил его с ног. Потеряв своего противника в темноте, техасец бросился к кровати, куда он так неосторожно бросил свой кольт несколько минут назад.
   Рявкнул сорок пятый калибр. Пуля вошла в матрац совсем рядом с Ларри. Он перекатился через кровать и нырнул в узкое пространство между кроватью и стеной, успев прихватить с собой револьвер.
   Снова звякнули шпоры. Ларри выглянул и успел заметить темную фигуру, метнувшуюся в дверном проеме. Оставив свое убежище, Бреннан осторожно подкрался к двери и выглянул наружу. Коридор был пуст.
   Снизу доносились возбужденные голоса. Посередине коридора медленно приоткрылась дверь одной из комнат, и оттуда высунулось чье-то заспанное усатое лицо. Техасец закрыл за собой дверь, торопливо обшарил карманы убитого и вытащил длинный белый конверт.
   Было слишком темно, чтобы прочитать его и узнать, что все это значит. Но, без сомнения, человек, лежащий у его ног, был убит из-за этого письма, и Джеф Хэлидей охотно заплатил бы за него.
   Ларри выпрямился, услышав топот ног в коридоре. Он вернулся к кровати, сунул кольт в кобуру, а письмо в карман своего пальто.
   Потом сел и стал ждать.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

   Из коридора доносился шум, кто-то кричал: «Где стреляли?» Где-то открылась дверь, и сразу несколько голосов стали наперебой задавать вопросы. Топот ног приблизился к двери Бреннана. Кто-то заглянул в комнату и крикнул:
   — Эй! Вы слышали выстрел? Ларри не ответил. Человек, по-видимому, изрядно подвыпивший, шагнул в комнату.
   — Эй! Проснитесь!
   Он споткнулся о лежащее тело и упал на четвереньки.
   — Черт побери! — пробурчал он, с трудом поднимаясь. — Олбрайт!
   Он подошел к двери и закричал в коридор:
   — Эй! Олбрайт! Тут покойник!
   Сапоги в коридоре затопали к комнате Бреннана. Еще кто-то споткнулся о труп и выругался. Вспыхнула спичка. Огонь осветил жесткое лошадиное лицо, уставившееся на Ларри. Зажгли лампу. Ее желтый свет озарил десяток мужчин, столпившихся в комнате и дверях.
   Ларри надел сапоги.
   — Похоже, у меня ночь приема гостей, — сказал он. Оглядев собравшихся, он добавил, обращаясь к человеку, который зажег спичку. — Я вижу, вы помощник шерифа. Так вот, я не знаю этого человека и не знаю, что здесь произошло.
   Помощник шерифа сурово взглянул на него и опустился на колени рядом с убитым.
   — Бейтс! — удивленно воскликнул он. — Это старина Виски Бейтс.
   — Да, и убит ножом в спину, — добавил один из наблюдателей. Он враждебно взглянул на Ларри. — Я этого пьяницу никогда не любил, но даже Бейтс заслуживал лучшей участи.
   — Ножом? — спросил кто-то. — А что за выстрел мы слышали?
   Помощник шерифа молчал. Он встал, подошел к кровати и вытащил из кобуры кольт Ларри. Олбрайт был долговязый тип с непроницаемым выражением лица и соломенными волосами. Между плотно сжатыми губами у него торчал погасший окурок сигары.
   Какой-то остроумец заметил однажды, что Бен Олбрайт может за милю учуять дымок из печи, даже если у него под носом будет торчать его вечная сигара.
   Он осмотрел барабан кольта и понюхал дуло. Потом сунул револьвер обратно и бесстрастно посмотрел на техасца.
   — Ну ладно, — выцедил он углом рта. — Так что же случилось?
   — Не знаю, — ответил Ларри.
   Помощник шерифа нахмурился. Он вернулся к Бейтсу и посмотрел на него сверху вниз. На спине убитого была длинная рана, вокруг которой запеклась кровь. Он немного постоял, разглядывая тело, потом спросил техасца:
   — Когда вы пришли в гостиницу? Ларри заметил ночного портье, маячившего где-то у двери.
   — Около одиннадцати, — ответил он. — Поднялся сюда и сразу уснул. Проснулся от выстрела, а потом вы пришли.
   Он не собирался рассказывать о своей стычке с человеком, который преследовал Бейтса. Здесь, в Дугласе, происходило что-то, чего он не понимал; и он хотел сначала разобраться что к чему, а пока лучше помалкивать.
   Помощник шерифа хмыкнул.
   — А вам не кажется странным, что Бейтс почему-то выбрал именно вашу комнату, чтобы отдать концы?
   Уже в дверях, держа убитого под мышки, он остановился и оглянулся на Бреннана.
   — Утром я еще с вами потолкую, — резко сказал он. — Не пытайтесь сбежать этой ночью.
   Шаги и голоса, постепенно удаляясь, затихли. Ларри закрыл дверь. Потом остановился посреди комнаты и задумался.
   Он оказался втянутым в какую-то историю, хотя сам еще не знал в какую. И эта неясность раздражала и беспокоила его. Он подошел к столу, на который бросил свое пальто, и достал из кармана конверт.
   Вместо обратного адреса на конверте стоял штамп Тихоокеанской железнодорожной компании. Письмо было адресовано Марку Карсонсу, Первый Национальный банк, Дуглас, штат Колорадо.
   Бреннан достал письмо и прочел:
   «Дорогой Марк! Ваши предположения оказались верными. Дорога пройдет через долину Тимберлейк. В скором времени прибудут специалисты для разведки трассы. Все подробности я сообщу Вам позже. С уважением, Л. Дж. Джекобсон».
   Ларри сунул письмо обратно в карман и свернул сигарету. Он все еще не знал, что за ситуация здесь сложилась, за исключением того, что Тихоокеанская компания будет прокладывать здесь дорогу, и что кто-то преследовал Бейтса, чтобы заполучить это письмо. И что Хэлидей готов был за него заплатить.
   В конце концов он пожал плечами, подошел к двери и подпер ручку спинкой стула. Он страшно устал, а кто-нибудь мог попытаться снова ворваться к нему. У него не было никакого желания очутиться под утро у Сэма Сократа. Потом Ларри подошел к окну и открыл его. Рама поднималась с трудом и сильно скрипела. В комнату ворвался дождь. Ларри закрыл окно, задернул занавески.
   Если кто-то попытается проникнуть через окно, сделать это бесшумно не удастся.
   Сигарета обожгла ему пальцы. Он швырнул ее на пол и затоптал. Ему ничего не оставалось, как послать телеграмму Барстоу и ждать ответа.
   Когда Ларри проснулся, дождь за окном сменился холодной изморосью. Серый свет пасмурного утра пробивался из-за задернутых занавесок. Комната казалась холодной и мрачной. Ларри вспомнил все события вчерашнего вечера и ночи и вновь почувствовал, как в нем поднимается раздражение.
   Он встал, нашел за шкафом жестяной ковш с водой. Налил воды в таз и умылся. На крючке за дверью он обнаружил полотенце, вытерся и оглядел себя в зеркало.
   Густые черные волосы уже сильно отросли, подбородок покрыт жесткой щетиной. Широкое лицо с высокими скулами, жесткое, не расположенное к смеху без повода, но морщинки в уголках серо-голубых глаз свидетельствуют, что чувство юмора ему не чуждо. Техасец был довольно крупным человеком, весил двести фунтов при росте шесть футов и один дюйм. Большую часть времени он проводил в седле, поэтому держался прямо и не казался тяжелым, несмотря на значительный вес.
   Ему было двадцать семь лет. С четырнадцати он был предоставлен самому себе и повидал много городов по обе стороны мексиканской границы. Он достаточно уже побродяжничал по белу свету и начал уставать от этого.
   Ларри думал, что это его последний перегон, и мысль об этом радовала его. Пусть Барстоу обходится без него. Ему хотелось начать спокойную оседлую жизнь.
   Он бросил полотенце на крючок и провел рукой по подбородку. Надо побриться, яичница с беконом тоже будет не лишней.
   Ларри спустился вниз. Там оказался уже другой портье. Он был старше и сидел, задрав ноги на конторку. Он с любопытством посмотрел на техасца и произнес:
   — Доброе утро, мистер Бреннан.
   Ларри кивнул. Он уловил чудесный запах жареного бекона и свернул в обеденный зал.
   За столиками сидело несколько человек. Чувствуя на себе их любопытные взгляды, он занял место у окна.
   Немолодая женщина приняла у него заказ. В ожидании он принялся лениво разглядывать в окно грязную улицу.
   В воздухе висела пелена мелкого дождя. Фасады домов казались унылыми и неряшливыми. Возле салуна напротив стояло несколько лошадей, уткнувшись мордами в перила веранды и переминаясь в густой глубокой. грязи. Проехал крытый фургон, запряженный шестеркой, направляясь, по-видимому, на север, к золотым приискам.
   Сейчас Дуглас был простым захолустным городком, который жил за счет владельцев ранчо в долине да проезжих ковбоев, перегонявших стада по дороге вдоль реки. Но Ларри знал, что произойдет здесь, когда жители узнают, что Тихоокеанская компания собирается прокладывать по этим местам железную дорогу. Разгорится жестокая борьба за землю, появится масса предпринимателей разного рода, расцветет игорный бизнес, и множество мошенников с удовольствием примутся выкачивать деньги из простаков.
   Ларри уже видел раньше такие города у железной дороги и с удовлетворением подумал, что его не будет здесь, когда лихорадка поразит Дуглас. Он свернул сигарету и курил, пока официантка не принесла ему солидную порцию жареного картофеля и яичницу с беконом.
   Он уже заканчивал есть, когда его внимание привлек разговор двух мужчин, сидевших за столиком неподалеку от него.
   — … Олбрайт ничего не станет делать, пока не вернется шериф Мак-Вэйл. Но тюрьма для Мастерса слишком мягкое наказание. Вэли говорит, что, скорее всего, именно Боб прикончил собственного дядю, и я ему верю. Вздернуть бы его, да и дело с концом.
   — Не хотел бы я быть на месте Мак-Вэйла, — сказал Другой. — Элисон нанял целую банду головорезов, после того как Боб пообещал пристрелить его. Ребята из «Пикового Туза» ищут неприятностей. А что думают в «Косом Н» никто не знает, особенно сейчас, когда Джеф умер. Теперь Мастерсы стали хозяевами, и… — он бросил взгляд на Ларри и понизил голос.
   Ларри закончил свой завтрак и закурил еще одну сигарету. Его раздражение понемногу проходило. Ясно, что у кого-то будут неприятности: подслушанная им беседа доказывала это. Но он не собирался ни во что вмешиваться.
   Нужно послать телеграмму Барстоу и держаться от всего этого подальше, пока не придет ответ. Нужно еще съездить в лагерь и рассказать обо всем ребятам. Он встал, расплатился в кассе и вышел из гостиницы. На другой стороне улицы, рядом с салуном, он заметил парикмахерскую.
   Возле двери стоял красно-белый столб, какие обычно стоят у парикмахерских, на витрине крупными белыми буквами было написано «Тони». Когда Ларри вошел, со стула только что поднялся очередной клиент. Техасец повесил пальто на крюк и поправил ремень кобуры.
   — Одну минуту, сеньор, — сказал Тони, — сейчас я вами займусь. Садитесь, пожалуйста.
   Он пересчитывал деньги в коробке из-под сигар. Ларри видел его в большом зеркале. Маленький, круглый, со смуглой кожей и большими черными усами, концы которых были закручены вверх, почти до самых ушей.
   Снаружи послышались тяжелые шаги, и кто-то вошел в парикмахерскую. Ларри заметил в зеркале высокого темнолицего человека в тот момент, когда Тони подошел к нему.
   — Побрить, — сказал Ларри. — И подравняйте волосы заодно.
   — Не спешите, мистер, — ледяным тоном сказал вошедший, — Сейчас моя очередь.
   Ларри повернул голову. Он увидел здоровенного человека с темным индейским лицом. Всем своим видом он показывал, что не привык, чтобы ему перечили. На нем было длинное дорогое серое пальто модного покроя. Под пальто на поясе угадывалась кобура.
   Человек, видимо, искал ссоры. Он снял пальто, повесил его рядом с пальто Ларри и решительно направился к стулу, на котором сидел техасец. Рукоятка длинноствольного кольта сорок пятого калибра плотно прилегала к его пестрой жилетке.
   — Побрить и подстричь, Тони, — сказал он. У него был на редкость неприятный гнусавый голос. — Чужак может и подождать.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

   Ларри продолжал сидеть. Тони побледнел, потоптался на месте и пробормотал:
   — Да, мистер Треллис, сейчас ваша очередь.
   Он взглянул на Бреннана и беспомощно развел руками.
   — Черта с два! — сказал Ларри. — Там, откуда я приехал, любой ждет своей очереди!
   Ник Треллис остановился. Его черные глаза изучающе впились в техасца. Потом он шагнул вперед и схватил Ларри за рубашку.
   — Вот я и говорю, что сейчас моя очередь!
   Оно дернул Ларри, стараясь сбросить его со стула. Техасец вскочил и вырвал ворот из руки Ника.
   Треллис искал неприятностей, и он их нашел. Он отступил назад, пытаясь вытащить свой кольт, но техасец двинул его кулаком в живот. От этого удара у Ника перехватило дыхание, и драка кончилась, не успев начаться. Ник согнулся пополам. Ларри нырнул под него, выпрямился, и Ник повис у него на плече, словно мешок овса. Подбежав к окну, техасец метнул свою ношу через стекло на улицу.
   Ник приземлился на тротуаре среди осколков стекла. Его большое тело тяжело откатилось к краю тротуара и замерло неподвижно.
   Звук разбитого стекла привлек внимание людей. Ларри стоял около голой витрины, хмуро наблюдая, как вокруг Треллиса собирается толпа.
   Он ловил на себе удивленные взгляды собравшихся.
   Кто-то сказал:
   — Надо отнести его к доктору Стилвеллу, а то он кровью изойдет.
   Ларри отошел вглубь парикмахерской и сел на стул.
   — Насчет витрины не беспокойся, Тони, — сказал он. — Я заплачу.
   Тони так и стоял возле стула, оцепенев. При звуке голоса Ларри он вышел из транса и энергично закивал головой.
   — Да, да, сеньор! Один момент! Его руки дрожали, когда он взбивал пену и намыливал лицо Ларри. Техасец прислушался к голосам на улице.
   — Да я сам все видел! Он выкинул Ника через окно, как мешок.
   — Ник его прикончит. Если он только вовремя не уберется из города.
   — А кто он такой, черт возьми? — спросил кто-то. — Один из новых ребят Элисона?
   — Не, — ответил первый голос. — Те бы не стали ссориться с Ником…
   Голоса умолкли, и наступила тишина. Послышались тяжелые шаги, кто-то поднялся по ступенькам и остановился на пороге.
   Тони, который в этот момент брил левую щеку Ларри, замер с поднятой вверх бритвой, неуверенно глядя в сторону двери.
   — Что это за странная привычка у вас, Бреннан, вечно ввязываться в драки, особенно если учесть, что вы приехали только вчера вечером?
   Ларри уже слышал этот голос раньше. Он повернул голову.
   У двери, прислонившись к шкафу, набитому салфетками и кувшинами, стоял помощник шерифа Олбрайт. На его лице было то же самое суровое выражение, что и минувшей ночью, изо рта торчал все тот же окурок сигары, но теперь он смотрел на Ларри с подозрением.
   — Я вижу, вы любите читать книгу постояльцев «Эльдорадо», — заметил Ларри, откидываясь на спинку стула.
   — Да, — согласился Олбрайт. — Вошло в привычку. — Он передвинул свою сигару в другой угол рта. — Люблю навести кое-какие справки.
   — По-моему, вы слишком серьезно относитесь к своей работе, — сказал Ларри. — Не перетрудитесь.
   Олбрайт хмыкнул, перевел взгляд на разбитую витрину и покачал головой.
   — Ник Треллис — один из самых видных жителей Дугласа. Не очень-то вежливо выбрасывать его из окна парикмахерской. Это может быть опасно.
   — Судя по всему, у вас под шляпой есть какая-то мысль, — сказал Ларри. — Валяйте, выкладывайте, а я послушаю. Тони, продолжай.
   — Конечно, я расскажу все, что знаю, даже скажу, что я думаю обо всем этом. Начнем с того, что вы приехали в город вчера вечером, около десяти на чалом жеребце с треугольным клеймом. Такого клейма не знают в наших краях. В конюшне «Тимберлейк» вы встретили Элисона, потом расспрашивали о человеке по имени Хэлидей. Потом направились в «Эльдорадо».
   Возле конторы Сэма Сократа вы повстречались с Бобом Мастерсом и его сестрой, — продолжал помощник шерифа. — Вы немного повздорили с Мастерсами. Затем вы сняли комнату в «Эльдорадо». Это оказалась та самая комната, в которой убили Джефа Хэлидея. Часа через два в гостинице услышали выстрел. Я был в это время в баре внизу. Когда мы поднялись наверх, мы нашли в вашей комнате мертвого Бейтса.
   Он замолчал. Тони тем временем закончил брить Бреннана. Помощник шерифа выглянул на улицу через разбитое окно. На тротуаре поблескивали осколки стекла. Несколько любопытных, топтавшихся у парикмахерской, поспешили убраться под суровым взглядом Олбрайта.
   Ларри выпрямился на стуле.
   — Я рассказал вам об этом все, что знал, — сказал он.
   — Нет, — ответил Олбрайт. Он задумчиво пожевал свой окурок. — Не все, Бреннан. Я знаю, что Бейтса ударили ножом еще до того, как он попал к вам в комнату. Кто-то шел за ним, и стрелял он в вас, Бреннан.
   Ларри пренебрежительно махнул рукой.
   — Это все ваши догадки.
   — Я никогда не строю догадок, — ответил Олбрайт. — Я был в вашей комнате сегодня, искал вас. А нашел след от пули в вашей кровати.
   — Ну, ладно, — согласился Ларри, — значит кто-то преследовал Бейтса и выстрелил в меня. Но промахнулся» Помощник шерифа слегка улыбнулся.
   — Да. Вам повезло.
   Его глаза вдруг сузились, голос стал жестким.
   — Вы не сказали, зачем приехали в Дуглас, Бреннан, но я и это знаю. Вы техасец, судя по записи в книге. А Хэлидей ожидал помощи из Техаса. Теперь Хэлидей умер. Что вы собираетесь делать?
   Ларри в упор посмотрел на Олбрайта.
   — Ничего, — коротко ответил он. — Буду ждать указаний из Техаса.
   Олбрайт неторопливо двинулся к выходу, на пороге он вдруг остановился и обернулся.
   — Должен вас предупредить, что разъезжать по долине Тимберлейк небезопасно. Скажите вашим людям, чтобы они никуда не лезли, Бреннан!
   — Это что, приказ? Представитель закона кивнул:
   — Да. Здесь и так полно всяких головорезов, не хватало еще банды диких техасцев. А вам лично, Бреннан, я советую ни во что не вмешиваться здесь, в городе.
   — Я не имею привычки искать себе неприятностей, — холодно сказал техасец.
   — Этого не достаточно! — резко бросил помощник шерифа. — Я вам сказал: ни во что не вмешивайтесь! Он отшвырнул ногой осколок стекла и вышел.
   Тони закончил трудиться над прической техасца и обмахнул кисточкой его шею и плечи. Ларри поднялся и расплатился с ним.
   — Мучас грациас, сеньор, — сказал Тони. Он с сожалением посмотрел на свою разбитую витрину, но промолчал.
   — Прости, Тони, чуть не забыл, — сказал Ларри. Он достал из кармана несколько банкнот и вручил цирюльнику.
   — Этого хватит? Глаза Тони заблестели.
   — Да, сеньор, даже с избытком… Ларри остановил поток благодарностей, готовый сорваться с уст цирюльника.
   — Кто этот человек, которого я выбросил?
   — Пик? — Тони развел руками так, будто ему казалось странным, что кто-то может не знать Ника Треллиса. — Ник работает в казино Чарли Элисона.
   Ларри задумался. Он почувствовал, что Ник затеял ссору неспроста. За этим что-то кроется. Он пришел сюда с намерением устроить драку с ним, Бреннаном. Зачем? Ларри никогда раньше не видел Ника. По-видимому, его послал кто-то, кто был заинтересован в том, чтобы заставить техасца либо убраться из города, либо убить его.
   Эта мысль обеспокоила Ларри. Ему не понравилось, как Олбрайт разговаривал с ним, особенно его замечание о том, что разъезжать по долине Тимберлейк небезопасно.
   — Ну, что ж, на этот раз Ник сыграл неточно, — сказал он, беря пальто.
   В парикмахерскую вошел какой-то человек и остановился в дверях, разглядывая разбитую витрину.
   — Доброе утро, мистер Карсонс, — сказал Тони. Услышав имя вошедшего, Ларри обернулся. Он сразу вспомнил, кому было адресовано письмо, которое он нашел в кармане Бейтса.
   Карсонс был высокий, стройный человек с выправкой кавалерийского офицера, похожий на полковника армии южан. Он сказал:
   — Привет, Тони. Похоже, у тебя тут развернулись боевые действия?
   Тони усердно протирал сиденье стула.
   — Да, мистер Карсонс, — он многозначительно взглянул на Бреннана.
   Карсонс повесил дорогой серый стетсон на крюк и с интересом оглядел техасца.
   — Так это вы тот самый джентльмен, который повздорил с Ником? -спросил он.
   Ларри надел пальто. От него не укрылись ни южный акцент, ни высокомерные интонации в голосе Карсонса.
   Ему было лет пятьдесят с небольшим. Он был хорошо и со вкусом одет. На длинном худом лице выделялся крупный орлиный нос. Длинные волосы с проседью зачесаны за уши, а усы и бородка аккуратно подстрижены. В шелковом галстуке блестела золотая булавка.
   — Слухи быстро распространяются в вашем городе, — заметил Ларри. — Да, я тот самый и есть.
   Услужливый Тони кинулся помогать Карсонсу снять пальто, и тот милостиво позволил ему сделать это.
   — Эта стычка осложнит вашу жизнь, сэр, — сказал он. — Ник не из тех, кто прощает обиды.
   — Тем хуже для Ника, — холодно ответил Ларри. На губах Карсонса мелькнула улыбка.
   — У вас в Дугласе какое-то дело?
   — Еще не знаю.
   — Ищете работу?
   Ларри подумал: «Интересно, куда он клонит», и ответил:
   — Не совсем.
   Карсонс ослабил узел своего галстука.
   — Я — Марк Карсонс, — с достоинством произнес он. Видно было, что он важная птица в здешних краях, и ему хотелось, чтобы все об этом знали, в том числе и приезжие.
   — Зайдите ко мне в банк, — небрежно бросил он. — Такой человек как вы, мне подойдет.
   Ларри посмотрел на него безо всякого интереса.
   — Для чего?
   — Вы производите впечатление человека сильного и решительного, — ответил Карсонс. — Именно такой человек нужен нам в Гражданском комитете. Это городская организация, которая следит за соблюдением закона, — пояснил он. — В последнее время в городе наблюдаются вспышки насилия. Дугласу необходим городской маршал, который сможет поддерживать порядок.
   — А что, шериф не справляется? Карсонс пожал плечами.
   — У Мак-Вэйла и Олбрайта и так много дел по всему округу, особенно сейчас, когда началась эта междоусобица между владельцами ранчо в долине. Нам нужен человек, чьей обязанностью будет поддержание порядка в самом городе.
   Он помолчал, потом, видимо, ему в голову пришла какая-то мысль.
   — А вы случайно не работаете на ранчо «Пиковый Туз»?
   — Нет, — ответил Ларри. — Я здесь просто проездом.
   Карсонс сел на стул и расположился поудобней.
   — Обдумайте мое предложение. Ларри взял свою шляпу и небрежно надвинул ее на левый глаз,
   — Обдумаю, — пообещал он и вышел из парикмахерской.

ГЛАВА ПЯТАЯ

   Дождь прекратился. Ветер разогнал серые тучи над городом, но унылые мокрые фасады не радовали глаз.
   Ларри отправился на телеграф. На углу Лоудстон-авеню он остановился и, окинув взглядом улицу, заметил неподалеку нужную ему вывеску.
   Но тут его внимание привлекла девушка, стоявшая на противоположном углу. Она держала перед собой корзину, наполненную продуктами. Ларри не видел ее лица, только изящную соломенную шляпку. Она неуверенно ступила на доски, которые кто-то положил поперек грязной улицы, и осторожно двинулась на ту сторону, где стоял техасец.
   Тут Ларри заметил повозку, которая с бешеной скоростью неслась по Лоудстон-авеню. Какой-то сумасшедший мальчишка погонял лошадей, стоя в повозке, и вопил, словно индеец.
   Девушка услышала грохот повозки и крики мальчишки и остановилась. Корзина мешала ей. Мальчишка, увидев, что она остановилась, стал отчаянно натягивать вожжи. Ему удалось отвернуть немного в сторону, как вдруг девушка бегом бросилась через дорогу.
   Ларри рванулся к ней. Она все еще прижимала к груди свою корзину и не видела его. Они столкнулись, и девушка с размаху села на доски, прежде чем он успел ее подхватить. Из корзины посыпались в грязь свертки и баночки.
   Ларри дернул к себе девушку как раз вовремя. Повозка промчалась мимо, обдав их обоих грязью. Бледный как полотно мальчишка умчался, ни разу не обернувшись.
   — Чертов недоумок, — проворчал Ларри, но спохватился и наклонился к девушке. Она сидела на грязных досках, совершенно ошеломленная, не вполне осознавая, что произошло. Шляпка сдвинулась ей на глаза, а на коленях, словно букет, лежал пучок красной моркови.
   — Извините, что мне пришлось действовать так грубо, — сказал Ларри. — Позвольте, я вам помогу.
   Он помог ей подняться на ноги. Девушка поправила шляпку, оглядела свое платье, заляпанное грязью, и воскликнула:
   — О! Какой ужас! Но могло быть и хуже…
   — Ничего, одежду можно почистить, — сказал Ларри. — Я никак не ожидал, что вы побежите. — Ларри улыбнулся. — Разрешите, я провожу вас домой?
   Девушка была молода, не старше восемнадцати лет. Свежесть юности и печаль зрелой женщины странным образом перемешивались в ней, и от этого она казалась грустной и застенчивой. Она была небольшого роста, тоненькая, со светлыми волосами. Ее можно было назвать красивой, и она была бы еще более привлекательной, если бы в ее голубых глазах светилось побольше молодого задора.
   — Я… э… да, спасибо, мистер…
   — Бреннан, — подсказал Ларри. — Ларри Бреннан. Она улыбнулась, на ее щеках появились ямочки.
   — Меня зовут Вэнити Карсонс, — сказала она. — Мой отец — Марк Карсонс.
   Она быстро отвернулась, будто сказала слишком много, и стала собирать разбросанные покупки. Ларри принялся помогать ей, набивая свои карманы какими-то баночками и овощами. Когда они наконец-то оказались на тротуаре, Ларри сказал: