Хэн обшарил сокровищницу и покои Тероензы, обнаружив кое-какие остатки спайса и кроме них – всхлипывающего Ганара Тоса. Хэн холодно посмотрел на старого гуманоида.
   – Тебе повезло, – сказал он. – Мотай отсюда, Тос. Это здание взлетит на воздух через пятнадцать минут.
   Дряхлый зизианец поспешно заковылял из комнаты, напоминая насекомое. Хэн презрительно фыркнул и продолжил обыск.
 
***
 
   Вынося мешок мелких трофеев к "Соколу", Хэн поискал глазами Чубакку. "Поторапливайся, коврик," – подумал он.
   Хэн забрался в корабль, чтобы разогреть двигатели, и услышал рев Чуи, требующего, чтобы Хэн вышел и посмотрел на его находку!
   У Хэна подскочило сердце.
   Ящик глиттерстима!
   Он выпрыгнул из корабля и остановился в недоумении. Чубакка стоял, окруженный горсткой большеглазых детей, оборванных, тощих и напуганных. Младшего он держал на руках. Остальным восьмерым было от четырех до двенадцати лет.
   Хэн уставился на них.
   – Что? Откуда они здесь?
   Чубакка объяснил, что, когда он обыскивал брошенные здания, то услышал всхлипы где-то в глубине бараков. Вероятно, это дети паломников, забытые своими полоумными родителями после налета.
   Все дети были человеческой расы, и Хэн догадался, что они кореллиане. Он застонал в голос.
   – Чуй! Я сказал тебе найти какие-нибудь ценности!
   Чубакка возмущенно заявил, что дети и есть ценность.
   – Только если мы продадим эту мелочь в рабство, – прорычал Хэн.
   Чуй обнажил зубы и зарычал в ответ. Хэн поднял руки.
   – Да пошутил я, пошутил! Ты же знаешь, я никогда не занимаюсь рабами! Но что мы будем с ними делать?
   Чубакка заметил, что до взрыва зданий осталось меньше пяти минут, и это не лучшее время для обсуждения планов.
   Хэн нахмурился.
   – Ладно, народ. Давайте на борт. Давайте, бегом. Думаю, у нас найдутся кое-какие дополнительные припасы…
   Через две минуты "Сокол" взмыл в воздух, и Хэн сделал круг над колонией. Одно за другим здания расцветали огненными шарами. Через несколько часов от них не останется ничего, кроме разрушенных обгорелых останков, которые вскоре поглотят джунгли…
 
***
 
   Дурга, господин Бесадии, не веря глазам, смотрел на ночную сторону Илезии сквозь иллюминатор своей яхты. Ослепительные вспышки были различимы даже из космоса. Вокруг бывших колоний полыхали обширные лесные пожары, разносимые постоянными ветрами.
   Там были выжившие, Дурга знал это. Сдавшиеся солдаты Отряда Нова… старик Ганар Тос. Они связались с Дургой через портативные коммуникаторы, которые им удалось найти. К моменту, когда яхта хатта достигла орбиты, эфир оглашался их воплями о помощи. Но фабрики и склады… от них не осталось ничего, кроме пылающих руин.
   Исчезло все… Дурга не мог в это поверить. За одну ночь, за несколько часов…
   Исчезло. Все исчезло.
   Дурга медленно вздохнул и подумал о звонке, полученном лишь несколько минут назад от принца Ксизора. Приятный ободряющий звонок, напомнивший Дурге, что он в любом случае обязан заплатить "Черному солнцу", но в свете этого происшествия, Ксизор был бы рад обсудить новые условия оплаты. Глава "Черного солнца" дал понять, что с удовольствием помог бы Бесадии восстановить илезианские предприятия.
   "Нет, – подумал Дурга. – Только не еще раз…" Во-первых, повстанцы забрали тысячи паломников, и разведка Ксизора сообщала, что им, по всей видимости, удалось найти "лекарство" для лечения зависимости от Возрадования. При таком количестве паломников, которые теперь расскажут правду об Илезии, новые желающие едва ли найдутся.
   И т'ланда Тиль, которого Зиер нанял на должность верховного жреца, бросил один перепуганный взгляд на планету и наотрез отказался принимать хоть малейшее участие в этом мероприятии.
   "Нет, – подумал Дурга. – В следующий раз я пойду другим путем".
   И он, конечно же, будет, этот следующий раз. Он найдет новый способ сделать Бесадии богаче, чем когда-либо. И если ему, Дурге, придется быть в услужении у принца Ксизора – что ж, тогда он поднимется на вершину "Черного солнца".
   Сначала он станет виго. А потом… может быть, бросит вызов самому Ксизору. Или даже Императору. Дурга знал свои способности и счел, что управлять имперским космосом может не хуже других…
   Дурга взглянул на сувенир этого кошмарного дня. Длинный окровавленный рог. Наконец-то, Арук отомщен, подумал он. Да упокоится он с миром…
   Господин хаттов включил внутреннюю связь, и пилот немедленно отозвался.
   – Забрать войска наемников, – приказал Дурга. – Далее курс на Нал Хутту. Здесь делать больше нечего. Отправляемся домой.
   – Да, Ваше превосходительство, – ответил пилот.
   Дурга откинулся на спинку сиденья и вздохнул. Взяв в руки рог Тероензы, он задумчиво погладил его и начал строить планы на будущее…
 
***
 
   Хэн Соло и Чубакка продолжали спорить о дальнейшей судьбе кореллианских сирот, когда спустя шесть часов, при выходе из гиперпространства, система связи оповестила их о вызове.
   Чуй настаивал, что они должны отвезти детей на Кореллию, где о них сможет позаботиться семья. Хэн возражал, что это будет тратой топлива и времени.
   – Высади их в космопорту любого цивилизованного мира, и кто-нибудь о них позаботится, – сказал он.
   Чубакка ответил, что, будучи сам отцом, он считает, что единственный путь – это доставить детей на Кореллию.
   Хэн сверкнул глазами на вуки и включил связь, чтобы принять сообщение. Над приборной панелью возникло изображение Джаббы Хатта.
   – Хэн, мой мальчик!
   – Здорово, Джабба, – сказал Хэн. – Чего тебе?
   Джабба слегка нахмурился от неприветливости кореллианина, но тут же забыл о этом – Хэн, я поздравляю тебя! Рейд прошел блестяще! Я очень рад!
   – Потрясающе, – мрачно сказал Хэн. – Ты ради этого делал межзвездный вызов?
   – О… Нет, Хэн, – Джабба рассмеялся. – У меня есть груз спайса, и я хочу, чтобы ты забрал его от Морута Дола на Кесселе. Доставь мне его на Татуин немедленно, хорошо? Сделка заключена, спайс оплачен.
   – Хорошо, Джабба, – сказал Хэн. – Моя обычная доля?
   – Конечно, конечно, – прогрохотал Джабба. – И, возможно, хорошая надбавка, если быстро доставишь.
   – Уже лечу, Джабба.
   – Чудесно, мой мальчик, – Джабба задумчиво оглядел кореллианина. – И, Хэн… отдохни немного после этого. Ты выглядишь довольно потрепанным, позволь тебе сказать.
   – Верно, Джабба, – сказал Хэн. – Так и сделаю.
   Он завершил соединение и нахмурился.
   – Дожили. Кучка ноющих детей, и я должен тащить их с собой на Лугу. Может быть, мне стоит задуматься о том, чтобы покончить с контрабандным бизнесом, Чуй.
   Единственным комментарием Чубакки было заявление, что пока они будут на Кесселе, нужно будет найти молоко траладона и хлеб для сэндвичей.
   Хэн ответил громким стоном…
 
***
 
   Двенадцать часов спустя, с грузом спайса, тщательно спрятанным в секретных подпалубных отсеках, "Сокол" снялся с поверхности Кесселя. Предоставив Чуй раздать детям еду, Хэн направил корабль к Мау, постоянно сверяясь с курсом. Внезапно на панели управления замигал сигнал, сказавший ему о том, что прямо на него идет таможенный корабль Империи!
   – Чуй! Быстро сюда! – крикнул он, прибавляя скорость.
   Через секунду вуки был в кокпите.
   – Пристегни этих чертовых детей! – рявкнул Хэн. – И двигай сюда! У нас два имперца на хвосте, это будет крупная гонка!
   Хэн помчал "Сокол" быстрее, чем когда они летали наперегонки с Саллой. Когда Чубакка вернулся в кресло второго пилота, Хэн вдруг услышал позади какой-то сдавленный писк и, обернувшись, увидел мальчика, огромными глазами таращившегося на Мау.
   – Что ты забыл здесь? – резко бросил Хэн.
   Только сопливого мальца здесь не хватало!
   – Смотрю, – сказал мальчишка.
   – И тебе не страшно? – проворчал Хэн, бросая "Сокол" в сторону, чтобы избежать выброса ионизированного газа от одного из кластеров черных дыр. Имперский корабль выстрелил в них, но сильно промахнулся.
   Всю жизнь мечтал! Сейчас подстрелят вместе с этой ребятней!
   – Нет, сэр! – пропищал малыш. – Это здорово! А вы можете лететь еще быстрее?
   – Рад, что тебе нравится, – пробормотал Хэн. – Уж я – то постараюсь…
   Он прибавил ходу, проносясь мимо первого из кластеров черной дыры. От скорости все вокруг растягивалось и размывалось, словно они были в гиперпространстве. Хэн еще ни разу так не разгонял "Сокол".
   – Держись! – крикнул он, когда их едва не затянуло в гравиколодец черной дыры.
   – Держусь! – эхом отозвался мальчишка.
   Хэн разразился гомерическим хохотом.
   – Нравится, а? Смотри, как я уделаю это имперское корыто!
   – Вперед! – крикнул мальчик. – Быстрее, капитан Соло!
   – Как тебя звать, парень? – спросил Хэн, обходя последний изгиб жутких колодцев Мау в такой близости, что двигатели протестующе взвыли.
   – Крисе Птеска, господин.
   – И тебе нравится быстро летать, да?
   – Да!
   – Хорошо…
   Хэн направился в Бездну, несясь молнией и чудом избегая встречные астероиды.
   Он понял, что оторвался от имперцев. Таможенные корабли были теперь едва различимы…
   Если бы уйти еще немного дальше…
   На лбу выступил пот и катился вниз, щипля глаза, но Хэн не сбавлял хода. Имперский корабль был уже далеко позади. Хэн маневрировал среди астероидов, приближаясь к краю Бездны.
   – Отлично, – пробормотал он. – Теперь только смыться отсюда и перейти на световую…
   Чуй внезапно взвыл и начал возбужденно тыкать в панель. Хэн глянул на приборы и громко застонал.
   – Вот черт! Три имперца по периметру Бездны! Как специально дожидаются! Там еще и крейсер!
   Мысли Хэна лихорадочно метались.
   – Чуй, нам не удрать от них, – сказал Хэн. – И оружия у них больше. Но мы оторвались от того парня на хвосте, по крайней мере на время. Думаю, если мы пролетим еще немного, то доберемся до Бездны и можем сбросить там груз – как ты сделал в тот раз с полковником Квиртом. После того как они обыщут "Сокол" и успокоятся, мы вернемся и заберем его. Что скажешь?
   Чубакка был полностью согласен.
   – Хорошо, принимай управление. Мы должны сделать это очень быстро, – сказал Хэн. – Вот координаты.
   Предоставив вуки следовать выбранным курсом, Хэн поспешил в коридор с секретными отделениями. Крисе бежал по пятам.
   – Дети, помогите мне тут, – сказал Хэн, вытаскивая мотки проводов. Несколько детей собрались и встали, глядя на него.
   – Как вас зовут? – спросил Хэн.
   – Катэя, сэр, – сказала девочка лет двенадцати-тринадцати с длинной светлой косой. – Я помогу.
   – Я Тим, – ответил ребенок помладше.
   – Я Аэрон, – сказал темноволосый мальчик. – Я тоже помогу!
   – Хорошо, – проворчал Хэн, поднимая палубный настил. – Помогите мне отнести эти бочки в правый шлюз, и мы свяжем их вместе.
   Через две минуты спайс был готов к сбросу. Хэн выгнал детей из шлюза и плотно закрыл его за собой. Пренебрегая стандартными процедурами разгерметизации и используя ручное управление, он широко распахнул внешние двери, выбрасывая бочки со спайсом в пустоту.
   – Чуй! – крикнул он. – Готово! Запомни эти координаты!
   Если повезет, Хэн сможет отследить перемещение спайса и найти его снова после непродолжительного поиска. Сами бочки были сделаны из сплава, который на достаточно близком расстоянии могли засечь сенсоры.
   Это было лучшее, что он мог сделать в такой ситуации.
   Хэн бросился обратно в кокпит и стремительно провел корабль таким курсом, чтобы вылететь из Бездны примерно там, где они и ожидали его. На выходе из Бездны имперский таможенный корабль начал преследование. Хэн посмотрел на Чубакку.
   – Это было близко.
   Раздался сигнал, и Хэн активировал связь.
   – Неопознанное судно, готовьтесь к досмотру, – произнес резкий голос, и в тот же момент Хэн почувствовал захват притягивающего луча. – Это имперский легкий крейсер "Эксперт". Не оказывайте сопротивления, и мы не причиним вам вреда.
   Вокруг Хэна столпились дети.
   – Ребята, я разберусь с ними – сказал он.
   Через мгновения после пристыковки, имперцы уже были в шлюзе "Сокола" и требовали их впустить. Хэн вздохнул и направился к ним вместе с вереницей детей.
   Во главе вооруженной до зубов команды проверяющих стоял сам имперский капитан.
   – Капитан Тиерт Капукот, – представился лысеющий человек с надменным выражением лица и взглянул на Хэна как на что-то нелицеприятное. – Капитан Соло, вы подозреваетесь в перевозе контрабандного спайса с Кесселя. Я уполномочен обыскать ваш корабль.
   Хэн махнул рукой внутрь корабля.
   – Ищите, – сказал он. – Мне нечего прятать.
   Капукот хмыкнул и умудрился посмотреть на Хэна сверху вниз – при том, что был на несколько сантиметров ниже кореллианина.
   Капитан отдал приказ проверяющим пройти на корабль.
   – Обыщите каждый миллиметр, – приказал он. – Мне нужен этот спайс.
   Хэн пожал плечами и отошел в сторону.
   Имперцы искали… искали еще… и искали снова. Хэн и Чубакка поморщились, услышав грохот из центрального и кормового отсеков.
   – Эй! – запротестовал Хэн. – Я простой честный торговец! Я имперский подданный, и незачем устраивать погром на моем корабле!
   – Честный торговец, – усмехнулся Капукот, – Если ты не вез спайс, то что же ты делал?
   Хэн быстро подумал.
   – Я… э… Я вез этих детей на Кореллию, – сказал он. – Видите ли, на планете работорговцев была большая спасательная операция, и… э… эти дети оказались брошены. И я забрал их с собой.
   Капитан злобно уставился на Хэна.
   – Кореллия – там, – ледяным тоном сказал он, указывая назад.
   Хэн пожал плечами.
   – Мне нужно было остановиться и купить еды. Правда, дети?
   – Да! – пропищал малыш Тим. – Мы были голодные! Капитан Соло спас нас!
   – Капитан Соло рисковал своей жизнью ради нас, – сказала Катэя, отбрасывая назад длинную косу. – Он – герой.
   – Он спас нас, – сказал Аэрон. – Мы чуть не взорвались.
   Маленький Крисе подошел и взял Хэна за руку, запрокинув голову на имперского капитана.
   – Капитан Соло – лучший пилот во всей Галактике. Он уделает любое имперское ко…
   Хэну удалось как раз вовремя закрыть парнишке рот ладонью.
   – Кхм, – он усмехнулся. – Ох уж эти дети. Говорят, что в голову взбредет. Вы ведь семейный человек, капитан?
   Капукот даже не подумал улыбнуться. Наконец, досмотрщики вернулись, весьма раздосадованные.
   – Сэр, мы ничего не нашли, – сказал один из них. – Мы провели тщательный поиск, капитан.
   Тиерт Капукот покраснел. Он постоял, подбирая слова, потом встретился с пристальным взглядом Хэна.
   – Прекрасно, – сказал он. – Наш отважный герой капитан Соло утверждает, что вез этих детей на Кореллию. Такой благородный акт заслуживает имперского эскорта. Следуйте на Кореллию, капитан. Мы сопроводим вас туда.
   Хэн открыл было рот, но передумал говорить и с усилием кивнул.
   – Конечно. Идемте.
   Путь до своей родины отнял у него большую часть дня. Хэн бесился из-за того, что не может забрать спайс. Он знал, что если с ним что-то случится, Джабба с него три шкуры спустит. Бизнес есть бизнес, и милость хаттам была неведома…
   Добравшись до Кореллии, он выяснил, что имперцы уже растрезвонили о его прибытии, и их ждала толпа репортеров. Хэна и Чубакку осыпали поздравлениями, прославляя, как героев, и только тот факт, что Хэн уже имел кореллианскую алую ленту, удержал благодарное правительство от награждения его еще одной.
   Хэн был в панике, ему хотелось вернуться в Бездну к выброшенному грузу. Наконец, он смог попрощаться с детьми, которые, он вынужден был признать, оказались очень хорошими, и отправиться обратно, как свободный гражданин.
   Кореллианин, выжимая всю возможную скорость, помчался к Бездне и координатам, в которых он сбросил груз чистого глиттерстима. Следующие четыре часа он провел, обходя внешний край астероидного поля, все больше и больше выходя из себя.
   – Он должен быть здесь! – воскликнул он, обращаясь к Чуй.
   Но его там не было.
   Хэн поискал еще два часа, подключив дополнительные системы сенсоров центрального отсека в помощь тем, что были на кокпите. Внезапно его прервал рев Чубакки.
   – Иду! – крикнул он, бросаясь к кокпиту. Чубакка указывал на сенсоры, на которых светились две точки, быстро приближающиеся к ним. Хэн посмотрел идентификаторы корабля и крепко выругался, хлопнув рукой по лбу.
   – Что за черт! Еще имперцы! Только этого не хватало! Ну почему все мне?
   Он плюхнулся на место пилота и развернул корабль, направляя его обратно в Бездну. Чубакка вопросительно заревел, желая знать, почему они убегают, если у них все равно нет спайса.
   – Ты что, не понимаешь? – зарычал Хэн, увеличивая скорость, пока астероиды вокруг них не начали расплываться. – Они, должно быть, нашли наш спайс, и знают, что мы ищем! Ты же видел, что Капукот нам не поверил… это его рук дело! Эти каракатицы арестуют нас по подозрению в контрабанде и конфискуют "Сокол"! Мы никогда не сможем вернуть его!
   Он сделал крутой поворот, избегая астероида размером с имперский разрушитель.
   – Кроме того… добавил он, – я не хочу, чтобы они снова разносили корабль при обыске. Мы только что прибрали беспорядок, который устроили Капукот и его ребята.
   Хэн и Чуй помчали через Мау обратно к Бездне. За ними шли два имперских таможенных корабля, преследуя их с непреклонной решительностью.
   Хэн в безумном темпе колдовал над управлением, проскакивая и уворачиваясь от многочисленных объектов астероидного поля. В полном ужасе от действий напарника, Чуи громко рычал.
   – Заткнись, мохнатый! – закричал Хэн. – Мне нужно сосредоточиться!
   Вопли Чуби перешли в стоны… или уже молитвы. Хэн был слишком занят, чтобы прислушиваться.
   Они приближались к краю Бездны, направляясь прямо в Мау.
   – Чуй, мне придется содрать донную броню с "Сокола" и надеяться, что эти имперцы не захотят иметь дело с черными дырами, – напряженно сказал Хэн. – Эти жестянки не сдаются!
   Чубакка отчаянно взвыл.
   – Мне ничего не остается! "Сокол" им не получить!
   Два имперских корабля следовали за контрабандистом, словно приклеенные притягивающими лучами. Руки Хэна и Чуй лихорадочно летали над приборной панелью "Сокола", отлаживая курс, скорость, вектора, щиты…
   В отчаянии Хэн швырнул "Сокол" к черной дыре ближе, чем когда-либо отважится любое разумное создание. Только бешеная скорость корабля могла спасти их.
   "Сокол Тысячелетия" проскочил так близко к черным дырам Мау, что только его ужасающая быстрота спасла их от засасывания внутрь. Диски дыр расширялись и сужались, словно зрачки, следящие за стремительным полетом "Сокола", обходящего опасные гравиколодпы. Имперские корабли мчались за ним на максимальной скорости.
   Хэн заложил немыслимый вираж, развернулся и рванул к краю Мау. По показаниям приборов Хэн увидел, что меньший из двух преследователей не смог повторить его маневр – с короткой, едва заметной вспышкой корабль исчез в глубинах черной дыры.
   – Вот вам! – яростно сказал он. – Вы меня не возьмете! Ни сегодня, ни потом!
   Последний имперский корабль уже отставал… и "Сокол" был практически за пределами Мау.
   – Да, Чуй! Мы сделали это!
   Вуки торжествующе взревел.
   Хэн промчался мимо Кесселя, и внезапно череда гравиколодцев закончилась. Хэн тут же склонился над навикомпьютером и через секунду крикнул:
   – Курс проложен! Чуй, запускай!
   Мгновение спустя они были в гиперпространстве. Хэн откинулся на спинку сиденья.
   – Это было близко, – хрипло пробормотал он.
   Чубакка согласился.
   Тут Хэн что-то заметил.
   – Эй, Чуй. Глянь! – он ткнул в панель. – Мы поставили рекорд!
   Чуй грустно прокомментировал, что их рекорд стоил ему больших нервов. Хэн сузил глаза.
   – Слушай, странно это, – сказал он. – Он показывает, что мы сократили пройденное расстояние, а не просто время. Меньше двенадцати парсеков!
   Чуй скептически прорычал и постучал по счетчику, сообщив, что скорее уж прибор замкнуло от безумной манеры пилотирования Хэна.
   Хэн начал возражать, но замолк, когда Чубакка не выдержал и гавкнул на него.
   – Хорошо, хорошо, я слишком устал, чтобы спорить, – сказал он, поднимая руки.
   "Но я действительно сделал это меньше, чем за двенадцать парсеков,.." – упрямо подумал он.
   Но сейчас перед ним стояли более серьезные темы для размышления, чем рекорды скорости и расстояния. Что он теперь скажет Джаббе?

16. ТОПРАВА И МОС АЙСЛИ

   Хэн взглянул на мутное изображение дворецкого Джаббы Хатта – иссеченного шрамами кореллианина Бидло Кверва. За Квервом виднелись песочного цвета стены татуинскои резиденции хатта.
   – Слушай, Кверв, – сказал Хэн. – Дай мне поговорить с твоим боссом.
   Бандит-кореллианин имел угольно-черные волосы с выделяющейся белой прядью и подвижные зеленые глаза. Кверв состроил гнусную улыбочку.
   – Надо же, это Соло, – сказал он. – Джабба ждал тебя. Где тебя носило, Соло?
   – Где надо, – отрезал Хэн. Он не любил подобных игр. – Были проблемы с имперцами.
   – Как нехорошо, – сказал Кверв. – Посмотрим, смогу ли я уговорить Джаббу побеседовать с тобой. Когда я его видел в последний раз, он был весьма не в духе из-за твоей задержки. У него есть кое-какие планы на этот спайс.
   Хэн наградил изображение собеседника каменным взором.
   – Давай, пропускай меня, Кверв, и хватит твоих шуток.
   – Ха, а кто сказал, что я шучу, Соло?
   Изображение кореллианина потонуло в помехах, и Хэн на секунду решил, что тот отключился. Он протянул руку, чтобы отсоединиться самому, но помехи внезапно исчезли, а на их месте возникло голоизображение расплывшегося тела Джаббы.
   – Джабба! – с одновременным страхом и облегчением выпалил Хэн. – Послушай… у меня тут проблема небольшая.
   Джабба выглядел недовольным. Он курил кальян с каким-то коричневым веществом, и его зрачки были расширены от наркотика.
   Вот угораздило, подумал Хэн. Явиться к нему, когда он под спайсом…
   – Здравствуй, Джабба, – сказал он. – Это я, Хэн.
   Джабба несколько раз моргнул, и ему, наконец, удалось сфокусировать зрение.
   – Хэн! – пророкотал глава Десилийка. – Где ты пропадал? Я ждал тебя на прошлой неделе!
   – Собственно, об этом я и хотел поговорить, Джабба, – сказал Хэн. – Слушай… это не моя вина…
   Джабба непонимающе моргнул.
   – Хэн, мальчик мой… о чем ты говоришь? Где мой груз глиттерстима?
   Кореллианин сглотнул.
   – Ах да, груз… Джабба, знаешь… они, похоже, устроили для меня западню! Имперцы подкараулили меня, и они…
   – Мой спайс у официальной таможни? – проревел Джабба так громко и внезапно, что Хэн непроизвольно отшатнулся. – Как ты мог, Соло?
   – Нет! Нет-нет, Джабба! – крикнул Хэн. – Он им не достался! Честное слово, у них ничего на тебя нет, ничего! Но… чтобы таможенники не нашли его, мне пришлось его сбросить. Я отметил его, но они не дали мне уйти сразу. А когда я вернулся за ним… он пропал, Джабба.
   – Мой спайс пропал, – печально сказал Джабба зловеще тихим голосом.
   – Да, но… Послушай, Джабба, не волнуйся. Я заглажу свою вину, обещаю. Мы с Чуи все отработаем, мы выплатим тебе его стоимость, не волнуйся. Ты же знаешь, мы все сделаем. Сказать честно, Джабба, у меня такое чувство, что кто-то это подстроил, знаешь? Кто еще кроме тебя и Морута Дола знает, что я был на Кесселе?
   Джабба оставил вопрос без внимания. Часто моргая, он несколько раз затянулся из кальяна. Потом протянул руку, выхватил червяка из наполненной жидкостью сферы и отправил извивающееся существо в рот.
   – Хэн… Хэн, мой мальчик, ты знаешь, я люблю тебя, как сына, – сказал он медленно и недобро. – Но бизнес есть бизнес, и ты нарушил мое главное правило. Я не могу сделать для тебя исключение только потому, что хорошо к тебе отношусь. Этот груз обошелся мне в двенадцать тысяч четыреста кредиток. Верни мне спайс или деньги в течение десяти дней или приготовься к последствиям.
   Хэн облизнул губы.
   – Десять дней… но, Джабба…
   Соединение резко прервалось. Хэн изможденно упал в пилотское кресло. Что мне делать?
 
***
 
   Шесть дней спустя, безуспешно пытаясь вытрясти деньги со своих должников, Хэн вернулся на Нар Шаддаа. Он всегда терпеть не мог этого, но теперь ему придется занять денег у друзей.
   Оказалось, что кто-то вовлеченный в ту историю – какой-то имперский офицер или солдат – очевидно, разболтал о том, что произошло. Его собратья-контрабандисты глядели на него со смесью восхищения и сочувствия.
   Восхищения – потому что он установил новый рекорд для Кессельской Дуги, а сочувствия – оттого что новости были всем известны – Джабба был недоволен, крайне недоволен своим бывшим любимцем.
   Шуга где-то носило, и Хэн мог только выругаться, узнав, что мастера-техника не было на планете. И Шуг мог бы ему помочь, хотя это нанесло бы серьезный урон его средствам.
   Хэн пытался наскрести хотя бы пару тысяч кредиток по старой дружбе. Но новости о происшедшем на Илезии уже растеклись всюду, и некоторые при виде Хэна просто отворачивались.
   Наконец, Хэн отправился к Ландо. Не хотелось ему этого делать, но других вариантов не оставалось.
   Он постучал, из-за двери послышался сонный голос.
   – Кто это?
   – Ландо, это я, – отозвался он. – Хэн.
   Послышались шаги, затем дверь резко распахнулась, и прежде, чем Хэн смог вымолвить хоть слово, с его челюстью поздоровался стремительный кулак Ландо. Пролетев по коридору, кореллианин ударился о стену и сполз вниз.
   Потирая челюсть и пытаясь прогнать пляшущие перед глазами пятна, Хэн собрался заговорить. Ландо навис над ним.