Заниматься уроками по четыре с половиной часа в день! К репетитору по-английскому и математике!
   Если по физике не вытянешь на четверку, никакого видеомагнитофона!
   И каждый вечер изволь убирать кухню - да, да, за всех, хватит быть паразитом!
   На тебя гнули горб! И мыть ванну и туалет, и убирать говно за своим котом!»
   Труженица, честный и добрый человек, Е. В. в обращении с сыном, увы, как и многие, принадлежала к разряду невменяемых Автомам: обвиняющая, безудержная, непоследовательная, невникающая…
   Результаты не заставили себя долго ждать - восьмой класс сын не окончил, перешел в разряд неуправляемых.
   Для «психологического воздействия» Е. В. привела Колю к Д.С., но ее стопроцентная некритичность к самой себе мало что позволила сделать…
   Вышеприведенный монолог (текст, повторявшийся с незначительными изменениями почти ежедневно) был разыгран в лицах, переигран по разным вариантам возможного приближения к положительной цели, проанализирован, резюмирован.
   Вот кое-что из сухого остатка.
   - Автомамы и Автопапы - это родители, обращающиеся со своими детьми неосознанно, рефлекторно, по стереотипам - автоматически действующим программам, без таких излишеств, как вчувствование, игра, логическое мышление, интуиция, творческое воображение, предвидение последствий пли даже просто элементарная обратная связь. Кнопочная запрограммированность не дает им возможности менять свое поведение в зависимости от его результатов. Они всегда правы. Ошибки не замечаются.
   Цели (побудить, например, ребенка учить уроки, закончить школу, быть аккуратным, порядочным, трудолюбивым и т.д.) либо не достигаются, либо достигаются непомерной ценой (утрата ребенком воли - превращение в Авторебенка, утрата уверенности и достоинства, утрата здоровья и душевного, и физического), либо достигаются со знаком наоборот (отвращение к учебе, труду, культуре, духовности и к самой жизни, бегство в компьюху, шизу, наркоту)…
   Из-за постоянного рассогласования желаемого и действительного (превратить ребенка в Авторебенка не так-то просто, о нет!) Автомамы и Автопапы пребывают в основном в состоянии недовольства, раздражения и злости.
   Щедро награждая ребенка отрицательными определениями, черными характеристиками, всячески внушают ему, что он плох, ни к чему стоящему не способен, что не достоин любви и жизни, что зря родился…
   «Меры воздействия» сводятся в основном к настояниям и приказаниям, попрекам, ругани и угрозам, то есть наказаниям психическим, а при большой злобности и физическим. Сама жизнь ребенка таких родителей становится сплошным наказанием и бегством от наказания…
   Автомамы и Автопапы неосознанно переносят (проецируют) на ребенка свое собственное недовольство жизнью и самими собой, свой неутоленный, давно зашкаленный голод по человечности, доверию и любви, свое духовное запустение… Те, которым так и не удается выйти на уровень хотя бы элементарной самокритичности, с годами превращаются в заплесневелых, психологически слабоумных мамонтов-папонтов, в идиотических автобабушек-автодедушек. Плодят следующие поколения автородителей - мамуасов и папуасов…
 

Несколько реплик из обсуждения

   Василий. Автородители - мастера создавать события, против которых борются. Когда мне бабушка говорила: не лезь туда-то (на шкаф, на лестницу, на велосипед) - упадешь, разобьешься - так я и лез, и падал обязательно, и разбивал себе что-нибудь, вырос, в конце концов, физическим трусом. В пятнадцать мама:
   «Опять явишься в двенадцать ночи? После полдесятого домой не приходи!»
   И не приходил. Результат: венболезнь в шестнадцать, алкоголизм в восемнадцать…
   Антуан. А я еще лет в восемь-девять сообразил, что мои родители- автоматы, пытающиеся мной управлять по модели «Кнут-Пряник» в соотношении приблизительно 6:1. Все надеялся, что когда-нибудь можно будет с ними общаться просто по-человечески, не получая оценок и указаний. К двенадцати потерял надежду.
   Развил методы встречного управления: стал виртуозом вранья, симуляции, понтов, халтуры и охмурежа.
   Все душевные силы уходили на эту игру в непоймайки, весь смысл жизни свелся, так сказать, к имиджу, не отличал уже в себе настоящее от показушного, тайно себя ненавидел и презирал за это…
   И все верил, что вот стану взрослым и независимым, и будут у меня свои дети, и все будет не так, все только искренне, полюбовно и понимаючи…
   А вот шиш, ни фига подобного. Стал папашей и с ужасом обнаруживаю, что автомат-родитель сидит и во мне, двигает моим мозгом, руками и языком. То и дело ругаю и луплю сына - чтобы не безобразничал, чтобы не мешал, чтобы учился, чтобы не лез не в свои дела, чтобы не был собой, короче…
   Иногда вяло и натужно хвалю, иногда дарю подкупающие подарки и вижу: раскусывает, понимает - зачем… Ничего более вразумительного не могу придумать.
   Играть с ним - с души воротит, больше десяти минут не выдерживаю, да и ему скучно - чувствует, что мне это не интересно…
   Угрожаю дочке всеми ужасами, чтобы не вредничала, не ныла и не хамила, напрочь не выношу и не понимаю ее истерик, завожусь жутко…
   В общем, оказывается, и я есмь Автомат Автоматович Автоматов, и жена моя Автомать Автоматьевна…
   Кронид. А куда же деться от длинного ряда предков, от психологической преемственности, от социальной наследственности?…
   От конфликта между требованиями безжалостного Рынка Жизни и требованиями детского тела и детской души, которые никто не умеет и не хочет понять, которые и сам-то ребенок не умеет высказать?…
   Автомат, осознавший, что он автомат, и товар, осознавший, что он не товар, знаете как называется?…
   Бэлла. Человеком. Но такие бомбежки, которую я сейчас кусочком изображу, человеческое в нас вытравляют:
   «Я же тебе показала! Вот так завязывай шнурок!. Тьфу! Да что же ты… Да не так! Откуда у тебя руки растут?. Пусти, дай я сама! Бестолочь!»
   «Опять согнулась, как крючок! Выпрямись, сколько раз говорить!»
   «Ты что, последнюю извилину потеряла? Тут черным по белому: первая бригада экскаваторщиков вырыла за двадцать два дня столько кубометров грунта, сколько вторая вырыла за три недели. Одна за два дня, а другая за три ночи, понятно?» - «Не-а». - «Потому что думать не хочешь. Тупица! Дебилка!»
   Вот по такой методике моя любимая, моя бедная мамочка воспитывала свою автодочку, верней, антидочку. Не знаю, это ли причина, или я сама такой родилась - но во мне, сколько помню себя, всегда срабатывал жесткий рефлекс Немогунадо: если чего-то надо, то я этого не могу - какое-то насильственное сопротивление необходимости, полное торможение… И стойкое убеждение, оно во мне и сейчас, что жизнь - это наказание, которое надо зачем-то перетерпеть…
   Антуан. Если надо, как терпишь? И что за «зачем-то»?
   Лиза. И как при всем том умудрилась получить высшее образование и ученую степень?
   Бэлла. Назло себе. Живу просто назло себе. Ярко выраженная мазохистка…
   Роман (в роли Черного Критика). Ну, если так, то Бетховен, которого отец учил музыке по вышеописанной методике: бил, истязал, цепью приковывал к фортепиано, - Бетховен, наверное, был супермазохистом, оттого кстати же и оглох. Я лично двумя руками за кнут, кнут и кнут. Только кнут превращает обезьяну в человека! - Кто «за»? Кто «против»?…
   Вот одна из самых обычных, самых нелепых и трагичных ошибок. Ругая ребенка (и взрослого!), то есть более чем решительно и убежденно утверждая, что он (она):
   лентяй,
   трус,
   бестолочь,
   идиот,
   подлец, -
   мы это внушаем.
   Ребенок верит этому. Ведь говорят затем, чтобы поверил, разве не так?… Слова для ребенка значат лишь то, что значат. Всякое утверждение воспринимается однозначно: никакого переносного смысла. Взрослая игра «Понимай наоборот» усваивается не сразу, а подсознанием никогда не усваивается.
   Оценивая - внушаем самооценку
   Если говорить:
   ничего из тебя никогда не выйдет!
   Ты совершенно неисправим!
   Самый настоящий предатель!
   Тебе одна дорога (в тюрьму, под забор, на панель, в больницу, к чертовой матери), -
   то так оно и окажется…
   Ведь это внушение, самое что ни на есть настоящее внушение. Оно создает образ будущего, оно действует и спустя годы, даже напрочь забытое:
   ты меня не любишь,
   ты нарочно меня изводишь,
   ты хочешь, чтобы я сошла с ума,
   ты хочешь моей смерти.
   Если такое повторить раз, другой, третий - то… Ребенок такому не хочет верить, но может поверить!…
   Душа его легка и упруго подвижна, душа жизнерадостна!… Но уже посеяны семена внутреннего разлада.
   Уже надломленность в самой хрупкой основе - в ощущении своего достоинства, своего права жить, права быть самим собой…
   «Да ведь как с гуся вода, как об стенку горох! Забывает через секунду! И опять за свое!…»
   Так видит ребенка тупое псевдовоспитательское остервенение. Так толкает его в отчуждение, озлобление, разврат, воровство, наркоту, криминал, во тьму…
   Если ребенок не воспринимает твои слова, если и угрозы твои, и ругань пропускает мимо ушей, если не действуют и наказания значит, что ребенок из последних сил
   защищает свою самооценку
   Грубит в ответ, делает назло, издевается?
   защищает самооценку
   Обещает исправиться, а продолжает?…
   защищается и беззащитен
   А для защиты лишь две возможности. Либо поверить, принять навязанный образ, войти в него и жить в нем… Либо - не принять, не поверить. Бороться!…
   Как?…
   Как угодно, только не так, как этого хочется нам.
   Пойдет на все, чтобы доказать не нам, что все-таки стоит жизни на этом свете. В лучшем случае при внешней благополучности сохранит на всю жизнь неуверенность, внутреннюю ущербность. А в худшем…
   Бэлла. Вот вариант для случая Е. В. (Показывает.)
   Мама приходит с работы, дома бардак, попахивает табаком и еще чем-то, взгляд сына-восьмиклассника виновато-наглый, за уроки явно не брался, ждет выволочки, готовится отбиваться… Мама, сбивая его ожидания, весело улыбаясь, как ни в чем не бывало здоровается. - Привет.
   Сын, слегка оторопело. - Привет…
   Мама, переодевшись, поставив чай, внимательно оглядывает квартиру и проникновенно заглядывает сыну в глаза… Сын взгляд отводит. Мама выдерживает паузу молчания полторы минуты… Потом говорит спокойно, слегка иронично. - Слушай, это ты наконец прибил крючок в ванной? Ну спасибо, по высшему разряду. (Закрыться можно, открыть нельзя…) Насчет починки стула я уже не сомневаюсь. А когда успел научить кота говорить? Сегодня утром он произнес: «Мало мя-я-аса». А потом пожаловался, что никто опять за ним не убрал… (Задумчиво рассматривая след на ковре.) Скажи Виктору, пусть заглянет, когда я дома… Нет, не об этом, не волнуйся. Кое-какие сведения о психологии девочек, для него лично важные. Ну и тебе можно поприсутствовать, так и быть. Поговорим, кстати, распланируем взрослую жизнь…
   А насчет магнитофона пока подумаем…
 
Зарубка на носу
 
Ценные указания в области наказания
 
   Не вреди здоровью
   Ни физическому, ни психическому. Более того, по идее наказание должно быть полезным, не так ли? Никто не спорит. Однако забывают подумать…
   Лучше недожать, чем пережать
   Если колеблешься, сомневаешься, наказывать или не наказывать - не наказывай! Даже если уже знаешь, что слишком мягок, доверчив и нерешителен. Попробуй иначе…
   За один раз - одно
   Даже если проступков совершено сразу множество, наказание может быть суровым, но только одно, за все сразу, а не поодиночке за каждый. Салат из наказаний - блюдо не для детской души!
   Не за счет любви
   Что бы ни случилось, не лишай ребенка заслуженной похвалы и награды. Никогда не отнимай подаренного тобой или кем бы то ни было - никогда! - подарки и награды священны. Даже если набезобразничал хуже некуда, если поднял на тебя руку, но сегодня же помог больному, защитил слабого…
   Не мешай ребенку быть разным!!!
   Не казни вдогонку
   Чересчур последовательные воспитатели ругают и наказывают детей за проступки, обнаруженные спустя месяц, а то и год (что-то испортил, стащил, напакостил), забывая, что даже в суровых взрослых законах принимается во внимание срок давности правонарушения. Напомни со словами прощения - или лучше совсем оставь!…
   Есть риск внушить маленькому негодяю мысль о возможной безнаказанности? Конечно.
   Но этот риск не так страшен, как риск недоверия и задержки душевного развития. Запоздалые наказания внушают ребенку его прежнее состояние, держат его в прошлом и не дают стать другим. Не зацикливайся!
   Наказан - прощен
   Инцидент исчерпан. Страница перевернута. Как ни в чем не бывало. О старых грехах ни слова. Не мешай начинать жизнь сначала!
   Без унижения
   Что бы ни было, какая бы ни была вина, наказание не должно восприниматься ребенком как торжество твоей силы над его слабостью, как унижение. Если ребенок считает, что наказание несправедливо, оно подействует только в обратную сторону!
   Соблюдай неприкосновенность личности
   Выражая неодобрение, не определяй человека, не прикасайся к личности. Не изрекай диагноз. Определяй только поступки, конкретные действия. Не «ты плохой», а «ты сделал плохо». Не «ты жестокий», а «ты поступил жестоко». Не предатель и не подлец, а лишь поступил, повел себя…
   «Не судите, да не судимы будете»
   Есть разница в подходах воспитателя и судьи.
   Если судья обязан быть беспристрастным и в этой беспристрастности беспощадным, то воспитатель не ошибется, намеренно приписав ребенку побуждения лучшие, чем на самом деле. Украл - твердо глядя в глаза, утверждаем, что взял по глупости, что он и сам хочет, чтобы этого больше не повторялось. Солгал из трусости или ради выгоды - обнаружив обман, объясняем его поведение недоверием к самому себе. Уверены, что ему хочется быть правдивым, внушаем это. И вероятность успеха растет!…
 

Зачем Герострат поджег храм

почему ребенок напрашивается на наказание
 
   Вот еще почему иногда провоцируется наказание: ребенку нужно доказательство, что он уже прощен, что грех ему отпущен. Совершившееся наказание и есть это доказательство. Некоторые дети ищут поводов быть наказанными, ведут себя откровенно вызывающе - к этому толкает их чувство вины. Когда-то, может быть, сгоряча пожелал нашей смерти, обманул или подсмотрел запретное, стыдное, ревновал…
   Той же природы и искуснейшие провокации на наказания несправедливые и несоразмерные. Маленький психолог хорошо нас изучил, знает, за какой нерв задеть побольнее. Перейдя меру гнева, даем ему аванс внутренней правоты, который он может потратить самым неожиданным образом.
   Злит и злится, делает все назло, а в то же время иногда такая неудержимая нежность… «Ты меня любишь?… А почему не играешь со мной?…» Иной больше поверит данному сгоряча шлепку, чем поцелую.
   Только равнодушие не дает никаких шансов. Только из скуки нет дороги к любви. И вот почему многие, и дети и взрослые, безотчетно пользуются методом Герострата: «Ты ко мне равнодушен, я тебе не интересен? Добро же, я заставлю тебя хотя бы ненавидеть меня!»
   При дефиците любви становится наказанием сама жизнь, и тогда наказание ищется как последний шанс на любовь.
 
Зарубка на носу
 
Несмотря ни на что
 
   Зачем, как вы думаете, приходят пациенты в психотерапевтический кабинет? Чтобы лечиться от заиканий, бессонниц, депрессий, от импотенции, неврозов, психозов, комплексов? Да, но вот главное: все они приходят за тем, чтобы снова узнать, что они дети и что, НЕСМОТРЯ НИ НА ЧТО, они хорошие дети, и несмотря ни на что, жить можно, и жить хорошо. Вот и все. Так просто. И это главное.
   И вот в этом простом и главном нуждается каждый день ребенок. Этого простого и главного ждет от нас каждый день, как от Бога. И посему, несмотря ни на что, примем заповедь:
   Каждый день с ребенком начинай радостью, заканчивай миром!
 

Наряды вне очереди

    Воспитательница:
    - Вовочка, кем ты будешь, когда вырастешь?
    - Неплеменно алхитектолом: выстлою себе дом без углов…
    - Почему же без углов?
    - Надоело очень!…
   Стояние в спецуглу, отсидка в спецкресле?… Совершение какого-либо ритуала - скажем, троекратное пролезание на четвереньках под столом, заодно и полезное упражнение?… Но только не уроки, не чтение! Не работа! Ни подмести, ни вынести ведро, ни вымыть туалет в наказание - ни в коем случае! Эти «наряды вне очереди» способны лишь привить отвращение к труду, а в больших дозах - и к жизни.
   Вынужденное безделье - тяжкое наказание!
 

Чрезвычайщина

    Маленькая девочка показывает на голову Ленина, стоящую на постаменте:
    - Папа, а за что дяде голову оторвали?
   Садистская жестокость: зверски избил слабого, издевается над беспомощным. Шаг до преступления…
   Вековечная народная практика знает для подобных случаев только один рецепт: как можно раньше и как можно больнее. Отвадить. Суровая и бесхитростная патриархальная мудрость. Рецепт этот всегда действовал довольно надежно… В некотором проценте. Кто подпадает под этот процент, потом с горькой благодарностью вспоминает ту давнюю острастку, повернувшую с края пропасти. Кто не подпадает…
   Мы не знаем, каков этот процент и как получаются неисправимые. И неисправимые ли или только зачисленные в эту категорию неисправимостью исправляющих.
   Может показаться странным, что иногда суровое наказание за небольшую провинность воспринимается как справедливое, а какая-нибудь мелкая репрессия (не пустили в кино, заставили чистить картошку) оказывается особо обидной. А дело в том, что сама степень наказания обладает внушающим действием: раз наказали так, значит, есть за что, значит, виноват…
   Но так, по мере наказания, воспринимает свою вину, быть может, щенок… И такого человеку мы не желаем.
   Есть дети, против природы которых бессильно и самое искусное воспитание, и самое правильное лечение. Болезнь ли это, результат ли каких-то ошибок или отрыжка генетического прошлого, атавизм - в большинстве случаев непонятно. В любом случае вопрос не закрыт. Остается надежда. Он человек.
 

Обратный удар, или душа пустовать на может

о народных способах излечения начинающихся наркоманий
 
Рассказывает потомственный мастер-кузнец Иван Николаевич Мельников, доживший до 99 лет (по моей давней записи).
 
   …Я вишь как вижу - если порок, привык вредный, значит, образуется только, в зародке еще его отшибить можно, отвадить наказанием резким, и чтоб понятно было щенку, что как пить дать и завсегда накажут…
   А если присобачился, пристрастился, - хоть наказывай, хоть казни - толку нет: хуже изгадится, обманывать-воровать пойдет…
   Тут вишь как - либо отрезать, как пуп, и пусть катится по своей дорожке, либо по-хитрому от наоборота идти, подначить - до ручки чтобы дошел, привык чтобы сам его наказал, как от наковальни обратный удар.
   Меня-то вишь как батяня от курева отучал: поймал первый раз с папироской - связал, ремнем выдрал как Сидорова козла, сидеть на заднице дня четыре не мог.
   Да задница-то непонятливой оказалась, потому как пристрял уже к табаку-то. Приятели все однолетки туда же - а я что ж, хуже других? И еще пуще, тайком…
   Второй раз поймал с пачкой крепких турецких, деньги на них я хитростью выманил, помню…
   Ну, думаю, все, поминай как звали, батяня у меня был суров… А он в угол кузницы сажает меня - и смотрит долго в глаза, молчит…
   Потом спрашивает спокойно: «У тебя пачка эта одна или есть еще?» - «Еще, признаюсь, две припасены». - «Где?» - «Под лестницей на чердаке». - «Ну неси сюда. Вместе покурим». - Я изумился: батяня мой только к вину тяготение питал - в зимние месяцы в запой ударялся, но к куреву имел отвращение - дядю-дымилу, так звал свояка, с самокруткой и к дому не подпускал… А тут вдруг вишь как. Несу…
   Он - строго мне: «Ну садись, начинай. Закуривай первую». И огня мне - из горна, из калильни прямо… У меня поджилки дрожат, курить страшно… «А ты, бать?» - вынимаю папироску ему. «А я подожду, пока ты накуришься. Все три пачки выдымишь, мне напоследок дашь. Я и твоим дымом сыт буду… Дыми, дыми, все подряд дыми…» Тут я догадываюсь, что мучить он меня собирается.
   «Бать, - говорю, - я уже не хочу. Я курить больше не буду». - «Э, врешь, меня уже не обманешь. Дыми. Ну-у?!…» И ремень сымает…
   Одну выкурил. Батя: «Вторую давай». За второй третью, четвертую, пятую… На полпачке уже голова задурнела, в глазах рябь пошла, дрожь в ноги бросилась… А батяня не отступает: «Кури! Дыми!…» Пачка кончилась - началась вторая. У меня кашель уже как из колодца, себя не чую, давлюсь, где-то к концу второй пачки стошнило, а батяня ремнем меня обиходил и в блевотину носом ткнул: «Ну-ну, давай! Ешь табак свой! Курить нравится, да? Удовольствие получаешь? Ну получай! От удовольствия помирай! Ну!! Дыми!!!»
   Как сознание потерял, не понял. Но помню точно: еще недели две животом болел - и башкой, и задницей, всем чем можно… К куреву с того раза не то что не прикасался - и помянуть не мог без тошнотины, а от дыма чужого просто зверь и сейчас делаюсь…
   Спасибо потом батяне сто раз говорил, и при жизни его и после… Старшого своего я, лет уж двадцать пять миновало, таким же хитростным кандыбобером от пьянки отвадил. Заставил пить до потери сознания при мне. Отрубался - а я его подымал, растирал, бил-лупил и опять вливал, не угробил чуть, зато сразу вылечил, на все время жизни…
   …Л ему еще и ружье купил, чтобы охотой его заморочить, чтобы порока место занять. Я вишь как вижу - у человека душа пустовать не может, она как земля: не огород растет, так сорняк…
   Внимание! О предупреждении и лечении наркомании смотри также главу 12.
 
Зарубка на носу
 
Дальнейшие указания в области наказания
 
   Наказывать и ругать ребенка НЕЛЬЗЯ:
   - когда болен, недомогает или еще не оправился после болезни
   - когда ест
   - после и перед сном
   - во время игры
   - во время учебы, работы
   - сразу после физической и/или душевной травмы (падение, драка, плохая отметка, любая неудача, пусть даже в этой неудаче виноват только он сам)
   - когда не справляется: со страхом, с невнимательностью, ленью, раздражительностью, с любым недостатком; когда проявляет неспособность, бестолковость, неловкость - короче, во всех случаях, когда что-либо не получается
   - когда внутренние мотивы проступка, самого пустякового или самого страшного, нам непонятны
   - когда сами мы не в себе; когда устали, огорчены или раздражены по каким-то своим причинам…
 

Наказания без наказания

Как же тогда наказывать, чтоб на пользу?
 
   Косвенное неодобрение
   Учитель музыки - Сашеньке:
   - Предупреждаю, если ты не будешь вести себя как следует, я сказку твоим родителям, что у тебя есть талант.
   Очень сильный, тонкий и разнообразный метод.
   Один из вариантов, часто употребляющихся стихийно, - простое игнорирование. Не высказывать никаких оценок - поставить нуль.
   Не пережимать: одно дело не замечать поведения, другое - не замечать человека. Не играть в молчанки и угадайки, не демонстрировать своего плохого настроения в связи с чем-то, о чем ребенок должен сам догадаться. Это непосильно и для психики взрослого.
   Рассказать о ком-то, кто поступил так же скверно, как наш ребенок, ему или кому-либо в его присутствии (см. «Рикошет»). Маленькому можно в виде сказки. При этом допустимо и некоторое утрирование, чтобы все было ясно, а если к тому же смешно, еще лучше. Даже если не подаст вида - дойдет, хорошие шансы.
   Рассказать к случаю о каком-то своем прошлом поступке, о котором теперь сожалеем, объяснив почему. Один из лучших методов для всех возрастов. Но требует ума с обеих сторон. С исповедями не спешить.
   Ироническая похвала
   Крутил чашку, докрутился, разбил. «Молодец, из чайника пить удобнее. И чайник тоже бей, будем пить из ведра». Экономнее и сильнее, чем: «Ну сколько же раз говорить тебе!… Что ж ты делаешь, такой-сякой! Всю посуду перебил!… Пора уже…» Осторожно с похвалами в адрес других! Это тоже косвенное неодобрение…
   Осторожно с насмешкой
   Учитель говорит школьнику:
   - Завтра пусть придет в школу твой дедушка!
   - Вы хотите сказать - отец?
   - Нет, дедушка. Я хочу показать ему, какие грубые ошибки делает его сын в твоих домашних заданиях.
   Острое оружие. Применимо только к детям и взрослым с развитым чувством юмора, то есть только к тем, кто способен ответить тем же.
   При обостренном самолюбии можно применять в качестве стимулятора только в гомеопатических дозах и только наедине. Закон неприкосновенности в полной силе. Лучше недошутить, чем перешутить.
   Мягкое подтрунивание, веселая ирония как постоянный фон отношений - прекрасно для всех характеров и возрастов, надежный контакт. Этот стиль стоит освоить, не боясь и некоторой эксцентричности.
   Бояться только однообразия.
   Вместе с тем опасаться двойственности. Ругаем страшными словами, а в интонациях, а в глазах: «Ты же знаешь, как я тебя обожаю, свинью единственную, ты же знаешь, что в конце концов я тебе все позволю…» Одна рука гладит, другая бьет…
   Сколько драгоценных минут и часов, сколько жизней отравляются стерегущей угрозой…
   Не естественно ли, что те, для кого это наказание непосильно, вырабатывают защиту, имеющую вид душевной тупости, глухоты к любым чувствам?…