…А ресницы у него – длинные и пушистые. Такие и должны обрамлять бездонные серые омуты, в которых женщины тонут добровольно, почти не сопротивляясь или уже не имея для этого сил… Лариса на мгновение даже потеряла нить разговора и, чувствуя, что ситуация выходит из-под контроля, отвела взгляд.
   – Можно и к другому дизайнеру обратиться, если этот очень занят, – продолжил Дохновский.
   Но директор запротестовал:
   – Нет-нет! Действуй.
   Последнее замечание относилось к Ларисе.
   Уже возле лестничной площадки директор нагнал девушку:
   – Лескова, подожди!
   Девушка оглянулась и остановилась.
   – Ларочка, это моя личная просьба. Постарайся сделать так, чтобы наш Ловцев взял этот заказ в работу. И с пометкой «срочно». Действуй как угодно, но сделай. Не хотелось бы сесть в лужу, понимаешь? Вадим Дохновский, с которым я тебя познакомил, – родной племянник Дохновского Вадима Юрьевича, вице-президента банка. Того самого, понимаешь? Банк дает нам кредит, о котором мы и мечтать не могли. Неужели мы откажем племяннику вице-президента в такой маленькой услуге, как изготовление сайта? Ты сейчас сходишь к Ловцеву, обработаешь его, а потом уже отведешь к нему Дохновского-младшего. И держи ситуацию под контролем! Вся ответственность – на тебе. Ясно?
   Ларисе ничего не оставалось, как кивнуть.
   Сашка, как обычно, вначале долго ломался, не соглашаясь взять заказ и ссылаясь на загруженность. Потом так же долго смеялся, узнав, что «вице-президент» оказался всего лишь его племянником.
   – Ну зовут их одинаково! И дядю, и племянника! – почему-то оправдывалась Лара, а Саша смеялся еще громче. Но в итоге дал согласие сделать сайт – в обмен на банку кофе.
   Вернувшись к себе, Лариса позвонила директору и сообщила, что Ловцев согласен. Шеф поблагодарил и сообщил, что лично проводит гостя к дизайнерам, чем несколько расстроил девушку. Почему-то ей захотелось самой отвести Вадима Дохновского к Сашке Ловцеву.
   Она в одиночестве сходила на обед и вышла на перекур во двор.
   Дворик был небольшой и ухоженный. И такими же ухоженными были припаркованные здесь машины. Лариса знала все автомобили сотрудников и некоторые – постоянных клиентов. Мысленно она делила машины во дворе на «свои» и «чужие». Сейчас «чужими» среди «своих» были новенькая «Ауди» цвета «синий металлик» и белая «десятка». Машины клиентов. Лариса закурила и, прищурившись, оглядела «гостей». «Десятка» интереса не вызвала, а вот «Ауди» привлекла ее внимание. Лариса была неравнодушна к хорошим машинам и уже давно мечтала о собственном авто. Водить она умела и иногда практиковалась на машине Влада, когда тот бывал в особом расположении духа. Со временем она собиралась накопить на собственную машину. Конечно, не на такую, как эта красавица «Ауди», гораздо скромнее. Возможно, лишь на подержанную «десятку», подобную той, соседствующей с «Ауди»… Лариса не удержалась и обошла кругом красавицу «гостью», борясь с желанием погладить ту по холеному синему боку. А затем, воровато оглядевшись, заглянула в салон машины. Как было бы замечательно погрузиться в удобное кожаное кресло, нажать на педаль и плавно двинуться с места. А потом набрать скорость и полететь по свободному шоссе птицей!
   – Нравится?
   От неожиданности Лариса вздрогнула и резко обернулась. Прямо за ее спиной стоял Дохновский.
   – Нравится… Извините, – от неловкости она залилась краской. Черт ее дернул сунуться к этой «Ауди»!
   – Извиняю, – усмехнулся парень, закуривая.
   – Хорошая машина.
   Он пожал плечами, будто ему все равно, хорошая машина или плохая. Или будто их у него был целый автопарк.
   Лариса неловко потопталась с ноги на ногу, не зная, как поступить дальше – попрощаться и уйти или все же из вежливости завести светскую беседу. И выбрала последнее, поскольку Дохновский неторопливо курил и, чуть прищурившись, рассматривал ее.
   – Поговорили с Ловцевым?
   – С дизайнером? Да, поговорил. Знающий молодой человек, сразу понял, что мне надо, и предложил несколько вариантов. Я даже растерялся от такого выбора! Не знаю, на чем остановиться.
   – Саша поможет определиться. Он хорошо разбирается в своем деле.
   УЛарисы словно камень с плеч свалился. Она волновалась, найдут ли общий язык Ловцев и Дохновский.
   – Я приехал к вашему директору продолжить разговор по поводу кредита, начатый на празднике. И заодно решил узнать, можно ли у вас сделать сайт. Но даже не ожидал, что все устроится так быстро, – сказал Вадим.
   Сигарета дотлела, Лариса отшвырнула окурок за ограду и, чуть поколебавшись, достала из пачки новую. Вадим тут же с готовностью поднес к ее сигарете зажигалку – как вежливо!
   – А… А вам понравилось на празднике? – спросила девушка.
   – Я приехал уже к окончанию. Вместе с дядей и своей коллегой. А вы, помнится, уехали раньше нас.
   Он улыбнулся, и на его щеках вновь обозначились ямочки. Лариса еще больше покраснела от непонятного волнения и удовольствия, что, оказывается, Вадим запомнил ее.
   – За мной заехали, – коротко ответила она и сменила тему: – Саша оставил вам свою визитку?
   – Да. Пару раз мне придется приехать, так что, возможно, мы с вами еще встретимся. – Вадим, щурясь от яркого солнца, посмотрел на Лару.
   – Возможно, – согласилась она и отшвырнула недокуренную сигарету, решив, что пора уходить. Она и так уже слишком задержалась. Да еще это непонятное волнение, которое комом стояло в груди…
   – Рад был познакомиться.
   – Взаимно. До встречи, – улыбнулась Лариса на прощание вежливой служебной улыбкой (нет-нет, ничего личного!) и направилась к входу в здание. За ее спиной хлопнула дверца, и мгновением позже раздался шум заведенного мотора. Не оглянувшись на отъезжающую машину, Лариса вошла в помещение и по гулкому коридору устремилась к своей комнате.
   …Дурацкое волнение. Откуда оно взялось? Ну да, парень – ничего, приятной внешности, но и только, глупо даже предполагать, что он вот так быстро ей понравился… Каблучки звонко стучали по выщербленным плиткам пола, и им в такт, учащенно и громко, билось сердце. Испуганная непонятными ощущениями, Лариса вошла в комнату и, мельком поймав в небольшом настенном зеркале свое отражение, ужаснулась пунцовому цвету щек. «Раскраснелась, как влюбленная дурочка на первом свидании…» Сердясь на себя за разрумянившиеся щеки, выдающие волнение, Лариса пробралась на место и, плюхнувшись на вертящийся стул, с излишним усердием вперилась глазами в открытый на экране договор. Как хорошо, что в комнате никого нет: еще не вернулись с обеда. Иначе пришлось бы отвечать на вопросы, почему у нее щеки такие пунцовые…
   К концу рабочего дня по внутреннему телефону позвонил Сашка и шутливо напомнил про кофе.
   – Принесу, принесу, – заверила Лариса его. – Какой тебе?
   – Да все равно! «Нескафе» какой-нибудь там или «Чибо»… Я не разбираюсь в сортах. Главное, чтобы кофе! Без него срочные сайты не делаются! – намекнул Ловцев на сегодняшнего клиента и хихикнул в трубку: – Между прочим, этот племянничек знаешь какой сайт заказал? Обхохочешься! Когда он изложил свою просьбу, я от удивления чуть со стула не свалился. Какой-то ведьминский! Со всякими там картами Таро, сновидениями и прочей хиромантией. Ну, каково? А ты – «банкир, банкир»… Бабка-гадалка он, а не банкир!
   – Да ну?! – удивленно присвистнула Лариса. Как-то очень не состыковывались банковская должность, синяя «Ауди» и карты Таро. – Может, он не для себя?
   – Ага, для дяди! – весело хохотнул Сашка. – Ладно, заказ принят. Получит твой Дохновский сайт в лучшем виде. А в качестве оплаты пусть погадает мне. На картах Таро!
   Сашка громко загоготал и повесил трубку.
* * *
   Синяя «Ауди» уверенно перестроилась в крайний ряд и свернула на полупустое шоссе. Измученная простоями в пробках и наконец-то попавшая на свободную дорогу, она плавно набрала скорость и полетела легко и стремительно, словно вырвавшаяся на волю птица. Вадим любил быструю езду, и дорога от дома до работы, когда бо€льшую часть времени приходилось простаивать в пробках, казалась ему сплошным мучением. Другое дело – дорога к Инге! Шоссе не так давно расширили, поэтому оно не было так перегружено, как в центре.
   Как же хочется увидеться с ней… Даже не столько хочется, сколько необходимо. Может, она бы поняла, что с ним происходит. Что вдруг пошло не так? Но Инга сегодня уехала. Толком ничего не объяснила, забежала рано утром и сообщила, что уезжает на несколько дней. Чмокнула на прощание в щеку и попросила заглядывать в ее квартиру и кормить золотых рыбок. Может, она что-то и объясняла, да только он со сна ничего не понял? Она что-то говорила, а он стоял в коридоре, щурился на свет и сонно хлопал глазами.
   – Вадим, я тебе потом позвоню, когда окончательно проснешься! Я тороплюсь, – оборвала она свои объяснения, поняв, что он ничего спросонья не понимает. И так же стремительно, как и появилась, убежала, оставив за собой шлейф запаха сладких духов.
   После работы Вадим сразу же поехал к Инге. «Рыбок кормить…» – усмехнулся он и отмел хлипкое оправдание. Не стоит врать самому себе. Он ехал к ее жилью, как раненый – к лечебнице, в надежде получить помощь и покой просто от нахождения в стенах «целильни».
   Да черт возьми, что происходит?! Почему на душе так погано, словно случилось большое горе? Ничего ведь не стряслось. Ну да, был небольшой разлад, ну да, Инги нет в городе – и все. Все! Но какое-то острое желание разрушить все то, что уже имеется, неприятно точит изнутри. Словно его кто-то зовет, манит в пустоту. Бред какой-то… Инга бы посмеялась, сказала, что он заработался, и посоветовала взять отпуск. А может быть, не стала смеяться, просто посидела бы с ним рядом, и все бы прошло. Его любовь к ней переходит разумные границы и, похоже, превратилась в зависимость. Впрочем, так было и раньше, так будет всегда. Между ними особая связь. Интересно, она чувствует сейчас, что ему… нехорошо? Вполне возможно, учитывая ее особые способности.
   До дома Инги оставалось не больше десяти минут, когда на перекрестке образовалась неожиданная пробка. То ли сломался светофор, то ли небольшое ДТП. Вадим досадливо хлопнул ладонью по сигналу – просто так, в сердцах, и «Ауди», тоже протестуя против стояния в пробке, отозвалась длинным гудком.
   – Ничего не поделаешь, придется ждать, – произнес Вадим то ли себе, то ли машине, порылся в бардачке в поисках дисков и сунул в магнитолу первый попавшийся.
   Диск Инги. Она, как ребенок, умудряется заполнять собой все пространство. Ее духи, песни с дисков, забытые вещи постоянно напоминают о том, что она рядом.
   Как зовут эту девушку «с диска»? Инга в последнее время только и говорила, что об этой певице. Лека, кажется. То ли имя, то ли псевдоним. По словам Инги, будущая рок-звезда. Ну что ж, песни и в самом деле неплохие, чем-то цепляют.
   Дальше дорога была свободной, и уже минут через пять Вадим припарковался возле нужного дома. Выйдя из машины, он по привычке задрал вверх голову, надеясь увидеть свет в Ингиных окнах. И тут же одернул себя: ну что он как маленький… Ничего, сейчас он войдет в ее квартиру, заварит себе чаю с какими-то ароматными травами и с чашкой усядется на удобный пуфик в гостиной. И на душе вновь станет легко и светло.
* * *
   Алена, уткнувшись лицом в подушку, тихо плакала. Причина для слез была очень серьезная: за весь день ее парень не позвонил ей. Ни разу! И даже не сбросил ни одной самой малюсенькой эсэмэски. Безобразие! Или трагедия? Вначале Алена склонялась к первому и сердилась. Ну, она покажет ему! Покажет! А потом поняла, что никакое это не безобразие, а самая что ни на есть настоящая трагедия. Неужели он ее не любит? Быть такого не может… Не может, и все тут. Она ведь красивая. Ну и что, что немного взбалмошная, мужчинам и нравятся непредсказуемые девушки, а не постные серые мышки. Правда, мама любит повторять, что женятся-то как раз на домашних скучных мышках, а такую, как Алена, замуж брать побоятся. Мол, капризная и избалованная! Ну, мама так говорит в сердцах, когда сердится, а на самом деле очень любит дочь.
   Наревевшись, Алена вытерла кулаком злые слезы и села на диване. С чего это она решила, будто ее бросают? Не может он ее бросить! С ней так еще не поступали. Она сейчас сама позвонит ему и во всем разберется.
   Алена схватила мобильник и набрала нужный номер. И едва в трубке раздался знакомый голос, как она выплеснула свое негодование:
   – Ты мне не позвонил сегодня!
   – Алена, здравствуй для начала… – голос у него был то ли уставший, то ли недовольный, словно она ему помешала.
   – Ну, здравствуй! Ты мне не позвонил сегодня!
   Тяжелый вздох в трубке.
   – Алена, не веди себя как маленькая девочка. Я забыл телефон дома.
   Ну вот, примерно это она и ожидала услышать! Алена улыбнулась и капризно проныла в трубку:
   – А я волновалась! Мог бы найти, откуда позвонить… Я соскучилась!
   Обычно она никогда не говорила первой мужчине, что соскучилась по нему. Но сейчас ей показалось, что ее слова понравятся ему.
   – Как провела день? – Он словно пропустил ее признание мимо ушей.
   – Обычно. Скучно! Ездила в институт, высидела там целых четыре пары! Чуть от тоски не померла. Представляешь, поставили подряд три лекции! О чем они думают, в этом деканате? Не люблю институт! И зачем меня туда родители запихнули, ума не приложу.
   Он тихо рассмеялся и сказал, как говорил и раньше:
   – Аленка, ты – забавная зверушка.
   От этих слов у нее потеплело на душе. И с какого перепугу она решила, что он бросает ее?! Чушь.
   – Маленькая еще и несмышленая, – продолжил он. – Институт – это хорошее дело. Пригодится в жизни. Ну бросишь ты его – и куда пойдешь? Будешь темная и неученая.
   – Я не люблю экономику! – пожаловалась Алена. – Я хотела стать актрисой или моделью, а папа сказал, что в модели берут одних шалав. Или ими там становятся! И отправил меня в этот гребаный институт.
   – Але-ена, ну как ты выражаешься? Красивая девушка, а знаешь такие некрасивые слова.
   – А ты мне не папочка – учить, – надула она губы.
   – И слава богу! – рассмеялся он.
   – Почему «слава богу»?
   – Потому что тогда мне было бы непозволительно звать тебя на свидания.
   Вот это ей уже нравится!
   – Когда мы увидимся? Завтра? Я хочу завтра!
   – Ладно, давай завтра, – согласился он. – Хочешь, сходим в кино?
   – Нет, в ресторан!
   – М-м-м… Ладно, – устало произнес он, а Алена тут же потребовала:
   – Скажи, что любишь меня!
   – Люблю.
   Этого оказалось достаточно. Счастливо засмеявшись, девушка попрощалась и отключила телефон.
   – Алена!
   В коридоре раздались шаги, и мгновением позже в комнату вошла мама.
   – Ты сделала то, о чем я тебя просила утром? Отправила поздравительную телеграмму бабушке? У нее завтра день рождения.
   – М-м-м, – невнятно промычала Алена.
   – Ясно, – мать поняла все и без слов и укоризненно покачала головой: – Поэтому я и попросила Ларису тоже отправить телеграмму. Знала, что ты, как всегда, забудешь. Как так можно – забыть поздравить бабушку Зою с днем рождения?
   Мама вышла из комнаты, и Алена сердито показала ей вслед язык. Забыла и забыла, с кем не бывает.

VI

   Осенью время тянется бесконечно долго. Это весной и летом дни проносятся со скоростью ветра, а осенью из-за бесконечного конвейера одинаковых серо-тоскливых дней, пропитанных промозглой сыростью, кажется, будто время впадает в спячку. Бабье лето закончилось, и наступил период занудных моросящих дождей. Лариса всей душой искренне ненавидела подобную погоду. Она впадала в грусть и постоянно мерзла. Не спасали даже толстый безразмерный свитер, надетый в офисе вопреки дресс-коду, и кружка горячего чая. И если от унылого настроения можно было избавиться, загрузив себя работой, то от холода скрыться, казалось, негде. Пока не начался отопительный сезон, холодно было и дома, и в офисе.
   К концу сентября работы в агентстве прибавилось, и Лариса стала задерживаться в офисе допоздна. Еще одна причина, по которой она не спешила домой, – Влад. Отношения с ним катастрофически разлаживались. И если раньше зачинщиком ссор выступал он, то теперь Лариса всячески провоцировала его, чтобы громко, от души поскандалить. Ссориться не получалось, поскольку Влад неожиданно стал стараться гасить все конфликты. Удивительно! Они словно поменялись ролями. Она взрывалась, он искал компромиссы и первым делал шаги к примирению. И все бы хорошо, но Ларису такой поворот событий уже не устраивал. Ей хотелось бури и выяснения отношений, чего раньше за ней не наблюдалось. Ее будто подменили. Что произошло, она не могла понять. Но ей стало невыносимо тяжело находиться рядом с Владом, не только морально, но и физически. От мысли, что она сейчас приедет домой, а Влад – там, ждет ее, хотелось выть, а к горлу подступала тошнота. И Лариса стала задерживаться на работе.
   Может, им и в самом деле пора расстаться? И все же она почему-то тянула с разрывом. Несмотря на все то раздражение, которое она испытывала сейчас к Владу, ей было жаль его. Он не хотел разрыва отношений. И, не решаясь проявить инициативу, она оттягивала момент, когда придется поставить точку.
   За эти дни Лариса два или три раза мимолетом виделась на работе с Вадимом Дохновским. Он, как и сказал ей при первой встрече, приезжал по финансовым делам – к директору агентства и по поводу сайта – к Саше Ловцеву. Короткие встречи в коридоре, вежливый обмен приветствиями – и больше ничего. Если не считать того, что после каждой такой встречи Лариса долго и скрупулезно перебирала в памяти мельчайшие подробности вплоть до тех, что и с какой интонацией говорил ей Вадим, как улыбнулся, как поздоровался и как попрощался, вспоминала каждый его жест и взгляд, запах одеколона и цвет галстука. И каждую «подробность», словно драгоценность, мысленно упаковывала в отдельную «коробочку» и убирала в отдельный «ящик» – для лучшей сохранности.
   Ловцев уже не хихикал по поводу «ведьминской хиромантии», а, увлекшись работой, ваял заказанный сайт.
   – Это не «конфетка» будет, а гораздо лучше! Шоколадка, вот! – довольно похвастал Сашка, когда Ларисе все же удалось оторвать его от компьютера и вытащить в курилку.
   Девушке хотелось расспросить приятеля о Дохновском, и она завуалировала свой интерес вопросами о сайте. И тут же об этом пожалела, поскольку Саша с энтузиазмом принялся вываливать технические подробности своей работы.
   – Ловцев, не выражайся! – услышав от приятеля очередное техническое словечко, недовольно поморщилась Лариса.
   – Ты же сама спросила, – недоуменно захлопал голубыми глазами парень.
   – Я спросила лишь, как движется работа, близится ли к концу. Мне шеф наказал стоять у тебя над душой, пока этот сайт не сваяешь.
   – У меня шеф и сам над душой стоит. Между прочим, пока я этот сайт делаю, много чего интересного узнал. «Племянничек» столько разной литературы натащил, что я уже сам, как бабка-гадалка, скоро будущее предсказывать начну. Хоть на картах, хоть на рунах, хоть на звездах. И сны читать научился! Каждое утро, вскочив с постели, анализирую приснившееся – к чему бы это.
   – И что, сбывается? – скептически сморщила нос Лариса.
   – Не-а, – беззаботно ответил Саша и рассмеялся.
   – Не понимаю, зачем Дохновскому этот сайт…
   – А это не ему! Для девушки какой-то.
   – Для девушки?
   Ларисе почему-то неприятно было услышать такое объяснение, хоть она и ожидала нечто подобное. Ну не самому же Дохновскому в самом деле понадобился сайт магии и оккультных наук! И все же, все же… А Сашка, не замечая изменившегося выражения Лариного лица, продолжал вываливать подробности:
   – Да, для девушки. Он приезжал с ней пару раз. А потом она и одна появлялась, говорила, что и как ей сделать. Красивая, черт возьми! Очень красивая! Влюбишься в такую, сам не рад будешь. Потому что такие девушки не из простых. Из высшего света, что ли… Не знаю, как объяснить. Вся такая из себя… Красавица. А не зазнаистая, вот парадокс! Легкая и приятная в общении.
   – Ты увлекся, что ли, ею? – подозрительно покосилась на Сашку Лариса. Слишком мечтательное выражение приняла его физиономия.
   – «Увлекся»! – с какой-то горечью фыркнул парень. – Такой, говорю, простому смертному, как я, увлекаться нельзя! Себе дороже. Ей вон под стать банкиры типа этого племянничка.
   И Саша сокрушенно вздохнул. А у Лары этот разговор оставил неприятный осадок и чувство безнадежной тоски. Себя она тоже относила к простым смертным и не считала себя парой разъезжающим на новеньких «Ауди» банкирам с ямочками на щеках и бездонными серыми глазами.
* * *
   В один из вечеров Влад, желая сделать Ларисе сюрприз, заехал за ней на работу и, раздуваясь от важности, торжественно пригласил в ресторан. Он ожидал, что Лара от радости бросится ему на шею, но она собралась без особого энтузиазма.
   Весь вечер Влад старался развлекать девушку. И даже, хоть и не любил танцевать, заказал романтичную мелодию и пригласил Лару на танец.
   – Влад, что происходит? Ресторан, романтический ужин, музыка, танец… Ты – сама любезность и обходительность… – спросила она.
   – Я тоже хочу знать, что происходит… с нами. Но об этом не сейчас, хорошо? Тебе нравится эта песня?
   – Да, нравится. Влад, и все же, ты за мной будто снова начал ухаживать. Как в первое время после знакомства.
   – Тебе не нравятся мои ухаживания? – насторожился он и обеспокоенно заглянул ей в глаза. – Ты стала от меня отдаляться, а я не хочу тебя потерять!
   «Ты меня уже потерял…» – мелькнула мысль, которая тут же была испуганно задавлена. Неужели и в самом деле так все плохо? Лара почувствовала себя крайне неловко, ведь Влад старался, явно желая ей угодить. Только вот ей от этого только хуже. Лучше бы он вел себя как прежде. Тогда было бы легче с ним… расстаться.
   – Влад, может, вернемся за столик?..
   – Как хочешь, – согласился он, но было заметно, что расстроился.
   Вернувшись на место, Лариса набросилась на принесенное горячее. Есть не хотелось, но тогда пришлось бы разговаривать с Владом, улыбаться ему, делать вид, что ей хорошо, что она довольна вечером.
   – Вкусный шашлык! – нарочито бодрым голосом провозгласила она и полила мясо соусом.
   Влад же в отличие от Лары не притронулся к своей порции. Поставив локти на стол и сцепив пальцы в «замок», он внимательно смотрел на девушку. Она чувствовала его взгляд, от которого ей делалось еще более неловко, но не осмеливалась попросить, чтобы он перестал на нее пялиться.
   – Лариса, может, поговорим? Сегодня и сейчас.
   Она вздрогнула и, отложив вилку, подняла глаза.
   – Давай… Поговорим, – и выжидающе уставилась на него.
   – Лариса, что происходит… между нами? Или, вернее, что происходит с тобой?
   – Между нами, Влад, а не со мной, – поправила она его. – И знаешь, происходило раньше, а сейчас уже ничего не происходит. Мне кажется, что наши отношения изжили себя.
   Шалея от собственной решимости, она выпалила ему все, что уже не первый день занозой сидело у нее в мыслях. Влад, видимо, хоть и ожидал подобного разговора, готов к нему не был. Он удивленно и расстроенно хлопал глазами, и девушка вновь почувствовала себя виноватой. Хотя, черт возьми, в чем она виновата? Это она выступала в роли хранителя очага их отношений, делая все возможное, чтобы он не угас, а Влад принимал ее усилия как должное. Этот ужин – капля в море по сравнению с тем, что раньше делала она и что не делал он. Лариса вдруг почувствовала злость на себя, и от этой злости на душе стало легче, а решимость, робко было проклюнувшаяся на свет, расправила крылья и теперь гордо взирала с высоты орлиного полета. «Молодец! – одобрила бы Майка. – Давно пора!»
   – Да, Влад, изжили, – словно закрепляя печатью все произнесенное, уверенно повторила Лариса и закурила. Чуть сощурившись, она сквозь дым рассматривала ошарашенное лицо Влада. Красивое лицо, которым она любовалась на протяжении полутора лет. И которое теперь не вызывало никаких эмоций.
   – Ларка, мне кажется, ты торопишься с выводами. Еще все можно вернуть! Видишь, я стараюсь…
   – Вижу. Только уже поздно, Влад, мне кажется, я… не испытываю к тебе прежних чувств.
   Эта фраза все же далась нелегко, получилась скомканной и неуверенной, словно Лариса еще сомневалась в том, что ее прежние чувства к Владу иссякли. И он ухватился за эту ее неуверенность.
   – Лара, я понимаю, что доставил тебе, видимо, много неприятных моментов… Но думаю, что нам стоит попробовать начать еще раз. Все же я люблю тебя.
   – Вах, дождалась, – горько усмехнулась она. – Лучше бы ты раньше говорил мне о своих чувствах. Хоть иногда. И еще бы сказал об этом своей бывшей жене, а то она что-то слишком навязчива в последнее время.
   – А-а, вот в чем дело! – обрадованно улыбнулся он, сделав свои выводы. – Ты просто ревнуешь меня к Ленке! А я – то голову сломал, думая, что с тобой происходит. Ну, что она такого наговорила? Не бери в голову ее бред, Лариска, ну ее к черту! Хочешь, прямо сейчас позвоню ей и пошлю к чертовой бабушке? Скажу, что люблю только тебя!
   – Ой, Влад, – досадливо поморщилась Лара. – Я не ревную тебя ни к ней, ни к кому бы то ни было. И это правда. Правда.
   Она сделала паузу, словно набирая в легкие воздуха перед прыжком в воду, и выпалила коронную фразу, которую в последнее время чуть ли не репетировала перед зеркалом:
   – Знаешь, думаю, нам стоит расстаться.
   – Расстаться?! Ну что ты говоришь такое! Лариска, ну что, что произошло?! Объясни мне! – уже всерьез обеспокоился Влад. К такому повороту событий он совсем не был готов. – Ты меня разлюбила? Почему? Когда это произошло? Как? Почему я ничего не заметил?