Робин вскрикнула: теперь она как следует разглядела высокую темную фигуру, – это был человек! Живой человек среди армии мертвецов!
   – Быстро! – торопила Генна. Робин видела, что человек решительно направляется к ним. Он что-то крепко сжимал в руке – какой-то небольшой предмет, похожий на камень.
   От одного только вида этого человека на Робин накатила волна ужаса, и она застыла на месте, наблюдая, как он приближается. Теперь она уже могла разглядеть лицо этого человека – он усмехался с какой-то демонической радостью.
   Девушка встряхнула головой и вспомнила, что приказала ей Генна. Сделав глубокий вдох, она заставила себя успокоиться и думать о том обличье, которое она должна принять; Робин почувствовала, что падает вперед, и приземлилась на сильные передние лапы. Глухое рычание, в котором звучали страх и гнев, вырвалось из ее груди. Стройное, поджарое тело волка было быстрым и сильным.
   Генна обернулась и убедилась, что Робин выполнила ее команду. Тогда Верховная Друида закрыла глаза и начала сосредотачиваться, но в этот момент на нее напал зомби и она покачнулась. Зомби снова ударил ее и Генна упала.
   Робин с ужасом увидела, что он склоняется над ее наставницей, а несколько других спешат к нему на помощь.
   Волк, продолжая рычать, приготовился к прыжку, но Генна, отчаянно лягнув зомби, повернула голову к своей ученице:
   – Беги, Робин! Беги, пока еще есть шанс!
   По Робин рванулась вперед и сбила зомби на землю. Повинуясь инстинкту хищника, она, даже не чувствуя отвращения, вцепилась зубами в руку мерзкого существа, яростным движением оторвала ее и отбросила в сторону.
   Другие зомби были уже близко, но Робин услышала за спиной рычание и поняла, что Генна уже успела завершить превращение. Повернувшись, Робин подбежала к другому волку, более крупному и немного облезлому, но еще достаточно быстрому.
   Словно два серых призрака, волки промчались мимо неуклюжих существ: но даже когда армия мертвецов осталась далеко позади, они продолжали нестись на север, в сторону заповедной рощи.
   – Кралакс, витуес, торрал!
   Пространство задрожало под действием заклятий Крифона и Синдра. И моментально из покоев Кер Каллидирра Дорик и Крифон перенеслись на многие мили на юг. Крифон перенес себя, а помощь Синдра была необходима Дорик, которая еще не овладела искусством перемещения в пространстве.
   Они оказались в небольшой конюшне. Их появление тут же разбудило убийцу. Рука Разфалло метнулась к кинжалу, но Крифон опередил его.
   – Дотакс, майлакс, хироз! – негромко произнес колдун, подкрепляя свои слова неуловимым жестом. Разфалло успокоился и встал.
   – Рад видеть тебя снова, мой друг, – сказал он.
   – И я тоже, – ответил Крифон. Он сухо улыбнулся, но вовсе не от радости встречи, а от того, что его заклятье так хорошо сработало.
   – А теперь, продолжай спать, – приказал Крифон. – Я скажу потом, что мне от тебя потребуется.
   Он повернулся к Дорик, которая молча стояла рядом с ним. Синдр был далеко. От Алексея он избавился. Крифон протянул руку и отбросил ее капюшон – его сухая улыбка превратилась в широкую усмешку.
   Дорик улыбнулась ему в ответ. Ее черные волосы обрамляли худощавое лицо, а зеленые глаза возбужденно блестели. Она была почти такой же высокой, как Крифон, и очень худой. Большинство мужчин посчитали бы ее непривлекательной, но для колдуна она была самой желанной женщиной на свете – во всяком случае, в данный момент.
   – Моя красавица, теперь ты будешь служить мне – и только мне. Ты получишь невиданную власть – уж я об этом позабочусь!
   Прищурив глаза, Дорик холодно посмотрела на него. С досадой он понял, что действие заклинаний, которыми он приворожил ее, кончилось. Однако, Дорик не казалась недовольной.
   – Пока что ты ничего не можешь мне предложить, – сказала она с легкой насмешкой, – но кто знает, возможно, мои желания не так уж расходятся с твоими.
   Дорик легко скользнула в объятия Крифона, и жар ее тела обжег колдуна, как огонь.
   Их миссия вполне может подождать.
 
   – Это не лучшее место на островах Муншаез, но оно нам нравится, – сказал Хью О'Рорк, обводя рукой долину, раскинувшуюся перед ними.
   – Я не понимаю, – сказал Тристан, – а где же Донкастл?
   – Вон там, – усмехнулся разбойник, показывая на центр долины. Однако Тристан видел лишь густые кроны деревьев да извивающуюся, блестящую ленту реки.
   О'Рорк утверждал, что его город велик и что он находится в самом центре густо поросшей лесом долины. Однако, кроме буйного, пышного леса, ничего нельзя было разглядеть.
   – По правде говоря, многие наши дома находятся на верхушках деревьев,
   – сообщил главарь разбойников.
   – Я никогда раньше не слышал, чтобы кто-то жил на деревьях. Это, наверное, не очень-то удобно? – спросил принц.
   – Ну, это действительно неудобно, когда возвращаешься после ночи, проведенной в таверне, но зато они имеют неоценимые удобства, когда на нас нападают отряды короля.
   – Вы сражались против армии Высокого Короля? – с удивлением спросил Понтсвейн.
   – Конечно! Его легионы заполонили весь лес, но мы хорошо подготовились. Это была не битва, а самая настоящая бойня – для королевского войска! Больше он нас не беспокоил!
   Чего-то недоставало в хвастовстве разбойника, и принц подумал, что он, скорее всего, не говорит всей правды. Он сомневался, что разбойникам пришлось сражаться с регулярной армией Высокого Короля – так, небольшой отряд и все.
   – Легионы, да? – сказал Понтсвейн вслух, повторив сомнения Тристана.
   Хью нахмурился, но потом пожал плечами. Больше он ничего не сказал, и Тристан решил не раздражать его, принц стал внимательно осматривать окрестности – они уже находились поблизости от Донкастла.
   Они ехали по широкой тропе, под зелеными куполами высоких дубов. Вся растительность между деревьями была выкорчевана, и ехать по тропе было очень приятно. Только присмотревшись внимательнее, Тристан заметил, что чуть подальше, по левую и по правую стороны, зеленая стена кустарника скрывала все от постороннего глаза. Всякий, кто хотел попасть в город, должен был преодолеть этот широкий коридор.
   – Река Сванмей, – сказал разбойник, когда они ехали вдоль берега. По воде пошли расходящиеся круги – форель резко вынырнула на поверхность, чтобы схватить зазевавшуюся мошку. Дальше тропа уходила в сторону от реки снова углубляясь в лес.
   – А это Ворота Друидов, – сказал О'Рорк.
   Вдруг среди деревьев Тристан заметил дощатые стены домиков. Из труб, издали похожих на пни, шел дым. Теперь он уже видел множество деревянных домиков, так искусно построенных рядом с могучими стволами дубов, что издалека совершенно невозможно было догадаться, что это не часть дерева.
   Прежде чем Тристан понял это, они уже вошли в город, хотя принца не оставляло ощущение, что они по-прежнему в дремучем лесу. Навстречу им начали попадаться люди, одетые довольно просто. Некоторые из них, посмотрев на путешественников, молча кивали Хью. Женщины и дети встречались редко. Казалось, они находятся в обычном поселении ффолков.
   Подняв глаза вверх, Тристан увидел странные длинные конструкции, идущие от одного дерева к другому, и понял, что это мосты, соединяющие деревья между собой.
   Хью вел их к осиновой роще. Серебристые листья шелестели на легком ветру, а стволы росли так близко друг от друга, что даже подростку было бы непросто пробираться через рощу.
   – Конюшня, – провозгласил Хью, поворачиваясь к принцу.
   Несколько стволов отодвинулись в сторону, слегка напугав путешественников. Только присмотревшись, они поняли, что это своеобразные ворота, хотя и похожи на живые деревья. За ними путники увидели искусно построенную конюшню. Человек, одетый, как и остальные разбойники, в одежду зеленого и коричневого цветов, придержал створку ворот, пока лошадь Хью и шесть черных коней заводили внутрь.
   – Мы должны быть наготове, – заявил О'Рорк. – Нападение может последовать в любой момент.
   – Почему король преследует вас? – спросил принц.
   – Иными словами, тебя интересует, почему я, как разбойник, живу здесь в лесу? – резко сказал О'Рорк. Тристан пожал плечами.
   – Я не всегда был таким. Когда-то я был лордом – лояльным лордом. Мои владения были не столь обширны, но они приносили неплохой доход. Однако, король решил, что моими землями будет гораздо лучше управлять один из его блюдолизов, которого колдун представил ко двору. Он отобрал у меня мои земли, мою семью – все. Мне просто повезло, что я был на охоте и не попал в его сети.
   – Вернувшись, я обнаружил в собственном доме королевских воинов, а меня самого объявили вне закона. Мою сестру увезли в Кер Каллидирр – я даже не знаю, жива ли она сейчас, – и я остался один. Что ж, решил я, раз король объявил меня вне закона – буду жить, как разбойник. Так я оказался здесь.
   – А много лордов король выгнал с собственных земель? – спросил Тристан.
   – Кто знает? – пожал плечами Хью. – Некоторые просто исчезли, другие были убиты ночью. Говорят, что подобное происходит во всех государствах ффолков, не только в Каллидирре.
   – Я тоже… слышал об этом, – сказал принц. Затем он решил быть более откровенным. Возможно, О'Рорк, желая отомстить королю, поможет ему.
   – Это и привело нас в Каллидирр. Мы хотим потребовать объяснений у короля!
   – Вам не удастся этого сделать, – сказал Хью. – Наемные убийцы – не главное оружие короля.
   – Что ты имеешь в виду? – обеспокоенно спросил Полдо.
   – Семеро колдунов поклялись ему в верности. Самый сильный из них, Синдр – волшебник, обладающий огромной властью.
   – Тем не менее, мы намерены попробовать, – сказал принц.
   О'Рорк пристально посмотрел на него сам. Тристан ничего не смог прочитать на непроницаемом лице разбойника.
   – Ну, – сказал Хью О'Рорк весело, – мы посмотрим, что из этого выйдет.
 
   Серые волки мчались почти всю ночь. Наконец, тяжело дыша и прихрамывая, они вышли к реке, что служила границей рощи Верховной Друиды. Усталые, они повалились на траву. Сначала Генна, а потом и Робин снова вернули себе человеческий облик.
   Молодая друида лежала на спине, наслаждаясь отдыхом. Она уже чувствовала себя гораздо лучше, боль в лапах исчезла вместе с волчьим телом.
   – Помни, Робин, нам еще многое нужно сделать, – сказала Генна, быстро вставая на ноги. Она повернулась к девушке:
   – Спасибо тебе! Ты поступила очень смело. И необыкновенно быстро для новичка сменила обличье. Я чувствую, ты сможешь очень многое сделать для Богини, – боюсь, однако, что сейчас нам понадобится вся твоя сила, да и моя тоже. Не знаю только, окажется ли этого достаточно.
   Генна вошла в речку, и Робин последовала за ней. Ей пришлось поторопиться, чтобы поспеть за своей быстрой наставницей.
   – Этот человек, – начала Робин. – Кто он такой? Почему он вместе с мертвыми?
   – Я не знаю, кто он. Судя по его силе, он, должно быть, священник какого-то могущественного и очень злого Бога.
   – Ты считаешь, что это его армия? – Робин с трудом сдержала охватившую ее дрожь.
   – Да, несомненно. Именно его волшебство уничтожило мое огненное кольцо. И сделал он это безо всякого труда.
   – Что же мы можем сделать? – спросила Робин, чувствуя, как ее начинает охватывать паника.
   – Как что? Мы можем сражаться!
   Они выбрались на противоположный берег и не теряя времени углубились в рощу. Робин удивленно вскрикнула, когда увидела под деревом человеческую фигуру, но тут же успокоилась, сообразив, что это просто еще одна друида.
   – Изольда, благодарю тебя, – сказала Генна, крепко обнимая свою старую подругу. – Мне очень нужна твоя помощь.
   – Можешь располагать мною, я явилась сюда, как только мне передали твою просьбу.
   Изольда была могущественной друидой из Винтерглена – рощи у северной границы Долины Мурлок. Она была высокой и суровой, с яркими рыжими волосами, которые выбивались из-под капюшона.
   – Что произошло?
   – Идем, я все расскажу тебе, как только мы окажемся у Лунного Источника. Сколько человек там уже собралось?
   – Наверное, восемь или десять. Я жду тебя здесь уже несколько часов, так что точно не знаю. Древесный эльф сказал мне, что ты ушла на юг.
   Маленькая ласточка промчалась между ними и села на землю. Она быстро превратилась в человека, одетого в простое коричневое одеяние, такое же, как у Изольды.
   – Вейн, пожалуйста пойдем с нами, – сказала Верховная Друида, даже не замедлив шага.
   Робин держалась сзади, она была немного смущена: ведь ей никогда не приходилось участвовать в Совете друидов.
   Генна провела их между высокими каменными аркадами, окружавшими Лунный Источник: там их терпеливо дожидались еще десять друидов. Генна подошла к краю водоема. Молочно-белое сияние священной воды озарило ее, хотя все вокруг было залито ярким утренним солнцем. Все друиды повернулись к источнику, поклонились, и каждый вознес тихую молитву Богине.
   Робин ожидала увидеть торжественный ритуал, выражающий их непреклонную веру, и услышать вдохновенную речь Генны об опасностях, ожидавших всех друидов. К разочарованию девушки, ее наставница торопливо рассказала об армии, приближавшейся к священной роще, подчеркнув серьезность нависшей над всеми угрозы. Пожелав им удачи, Генна разослала друидов к границам рощи, чтобы как можно лучше подготовиться к наступлению врага.
   Робин использовала свою власть над растениями – и вскоре на прогалинах вырос высокий колючий кустарник, а в тех местах, где деревья росли близко друг от друга, она заставила их ветви переплестись. Ньют и Язиликлик летали над рощей, готовые заранее предупредить о приближении врага.
   Наконец, когда вся роща была защищена живой изгородью, Робин вернулась к источнику и узнала, что Генна отослала большую часть животных на север. Только волки, лисицы, барсуки и горностаи – существа, наделенные острыми зубами, – остались, так же как и несколько крепких оленей и старых кабанов, и, конечно, Грант.
   Огромные стаи соколов, сов и Дроздов полетели на юг и стали кружить над вражеской армией. Тем временем прибыли новые друиды, которые молча присоединились к защитникам священной рощи. К вечеру все друиды Долины Мурлок – их оказалось около трех дюжин – собрались в роще Верховной Друиды.
   Когда солнце стало садиться, они – уже совсем недалеко – увидели стаи птиц, кружащих над неприятелем.
   Ночью армия оживших мертвецов подойдет к роще.
 
   Баал поднялся из кипящей лавы, где принимал ванну, наблюдая за драмой, разворачивавшейся в Долине Мурлок. Он был весьма доволен, что Хобарт нашел сердце Казгорота.
   Кислотная слюна с шипением закапала на землю: Баал увидел молодую друиду, окруженную смертью. Когда Хобарт возложит ее на алтарь, кровь этой друиды будет особенно желанной.
   И тогда Баал будет готов избавиться от влияния друидов на островах Муншаез. А ффолки станут поклоняться новым богам, сумевшим победить старых. Возникнет новый Пантеон Богов.
   И Баал будет первым среди них.

ОСКВЕРНЕНИЕ

   – Вот они п-подходят, подходят! – Язиликлик вцепился в свой крошечный лук. – Н-Ньют, проснись! – Он ткнул маленького дракончика в бок.
   – Привет! Что, пришло время перекусить? – Ньют, моргая, поднял голову.
   – Н-нет! Мы должны сказать Генне… Сказать Генне! Они уже б-близко!
   – Подожди! – Ньют с интересом стал вглядываться в предрассветную темноту. Зоркие глаза эльфа ясно видели приближающиеся фигуры, но волшебный дракончик почти ничего не мог разглядеть. Наконец он увидел несколько спотыкающихся существ, упрямо бредущих через лес. Непрерывный хруст сучьев и шуршание раздвигаемых веток говорили о том, что многие идут вслед за ними.
   – У меня есть идея! – сказал он. – Давай за мной! Мы сейчас отлично повеселимся. – Мгновенно исчезнув, Ньют оттолкнулся от высокой ветки, на которой они сидели, и помчался навстречу армии оживших мертвецов.
   – Не надо! Подожди! – прошептал Язиликлик, но дракончик уже был далеко. Крошечные заостренные ушки эльфа от волнения зашевелились, он грустно вздохнул и, решительно замахав крылышками, пустился вдогонку за своим отчаянным приятелем. Вскоре дракончик опустился отдохнуть на широкой ветке, и Язиликлик, дрожа от страха, присел рядом.
   – Н-Ньют, полетели назад! Мы должны сказать… сказать Генне!
   – Смотри! – вскрикнул дракончик.
   В темноте неясно вырисовывался огромный человек. Язиликлик всегда считал всех людей слишком большими и уродливыми существами, но этот казался особенно отталкивающим. С его шеи свисали складки жира, а нос-луковицу украшало несколько здоровенных бородавок.
   – А ну-ка! – Ньют слетел вниз и уселся прямо перед человеком.
   Язиликлик тихонько застонал и схватился за свой лук со стрелами. Он увидел, что человек вдруг замигал, словно опомнившись. Его взгляд скользнул по земле и остановился на Ньюте. Дракончик был невидимым, но этот человек почему-то мог его разглядеть.
   – А теперь заклинание! – закричал волшебный дракончик, пуская в ход иллюзию.
   Земля разверзлась, и из образовавшейся ямы вырвался столб синего пламени. Призрачная рука потянулась к ногам человека, однако тот сделал шаг вперед, прямо в огонь. Его нога ступила на уже твердую землю, а иллюзия сразу потускнела. Не останавливаясь и не замедляя шага, огромный человек прошел сквозь мираж, который постепенно исчез.
   Потом странный человек указал пальцем на раздраженного волшебного дракончика и коротко произнес одно слово. Самое настоящее заклинание, а не какая-нибудь там иллюзия!
   Неожиданно человек выругался и вытащил из плеча крошечную стрелу. Он переломил ее пальцами, как спичку, но стрела на какое-то мгновение отвлекла его, и этого оказалось достаточно, чтобы огненный шар пролетел над головой Ньюта и ударил вместо него в один из скелетов. Волшебный дракончик метнулся вверх, а скелет превратился в кучу обгоревших костей.
   – Ты видел? – пожаловался Ньют. – Он не обратил никакого внимания, даже не замедлил шага! Ну, на этот раз я сделаю такое, что… уп-ф-ф, уп-ф-ф!
   Ньют попытался еще что-то сказать, но Язиликлик крепко-накрепко сжал руками его мордочку. Эльф изо всех сил замахал крылышками и потащил дракончика за собой. Надо ли говорить, что всю обратную дорогу к роще Ньют громогласно возмущался.
   Плотное переплетение зарослей колючего кустарника окружило рощу. Друиды трудились весь день и большую часть ночи. Когда дракончик и эльф принесли известие, что враг совсем близко, приготовления к сражению были уже закончены.
   – Вы, конечно, понимаете, что мы непременно должны найти того священника, – сказала Генна. – Это будет трудно. Я думаю, он постарается держаться сзади, предоставив сражаться своему воинству. Если нам удастся с ним справиться, его армия будет обезглавлена. Только так мы сможем остановить их. Соединим наши голоса в молитве! Богиня будет с нами. Пусть ее могущество даст нам силы в этой битве.
   «И принесет нам победу», – подумала Робин.
   Друиды во главе с Генной стояли вдоль берега реки. Каждый из них должен был охранять определенный участок границы рощи. Генна и Изольда, вместе с медведем Грантом, заняли позицию в центре. Рядом с ними расположились Райнер Гринлиф, чья роща находилась на западном побережье Гвиннета, и Гэдрик Дипглен – старый друид, в чьем ведении были каньоны и скалы на северной границе Долины Мурлок, рядом с владениями северян. Тут же была молодая друида Эйлин Аспенхейт, готовая в любой момент прийти на помощь Верховной Друиде. Остальные друиды, мужчины и женщины, числом почти в три дюжины, растянулись вправо и влево вдоль границы рощи. Каждому друиду помогали животные: волки, кабаны или олени, готовые пожертвовать жизнью ради Богини.
   Робин будет сражаться вместе с Камеринном, Ньютом и Язиликликом. Сначала Генна поставила ее подальше от центра, где сражение не должно было быть особенно ожесточенным, но девушка уговорила свою наставницу изменить решение. Посох матери давал Робин власть над могущественными заклинаниями, которые могли в решительный момент принести победу. И Верховная Друида была вынуждена согласиться с доводами Робин.
   Теперь им оставалось только ждать. Они постараются победить армию оживших мертвецов, используя волшебство Матери-Земли. Когда же волшебство иссякнет, в ход пойдут дубины и острые серпы, а если понадобится – будут сражаться голыми руками. Необходимо было сделать все, чтобы не допустить осквернения Лунного Источника.
 
   В конце концов мальчик рассказал им все. Старый священник оказался слишком упрямым, даже Разфалло со своим опытом ничего не смог с ним поделать. Наконец, он умер, разомкнув уста лишь для вознесения последней молитвы Богине Чантэа.
   Мальчик оказался более сговорчивым, ведь старый священник принял свою страшную смерть у него на глазах. Несколько быстрых, движений ножом у его лица, и мальчик был готов рассказать все, что знал.
   – И куда они направились отсюда? – спросил Крифон.
   – В лес! – воскликнул мальчишка, показывая на север. – У них есть карта Дерналльского леса. Они поехали туда!
   – Давай, еще раз! – с придыханием сказала Дорик, стоявшая рядом с Крифоном; глаза ее возбужденно горели. – Еще раз, ножом!
   Разфалло вопросительно посмотрел на Крифона. Колдун слегка покачал головой, огорченный тем, что ему приходится отказывать Дорик.
   – Ты уже достаточно страдал, сын мой. Скажи нам всю правду, и мы тебя отпустим.
   – Я говорю правду! – зарыдал мальчик. – Мой хозяин помог им: один из них был ранен. Потом он дал им карту и послал по дороге в лес.
   – Как давно это было?
   – Еще и трех дней не прошло. Если вы поторопитесь, вы их догоните! – Мальчик по-прежнему дрожал от ужаса, но в его голосе зазвучала надежда.
   – По какой дороге они поехали?
   – Я не знаю! – закричал мальчик, не в силах отвести глаз от ножа, который Разфалло снова приблизил к его лицу. – Мой хозяин ничего мне не говорил!
   – Прекрасно, – сказал Крифон, поворачиваясь, чтобы осмотреть часовню.
   – Сейчас? – спросила Дорик Маг кивнул и в глубокой задумчивости вышел. Он не слышал отчаянных, слабеющих криков мальчишки, когда Разфалло медленно убивал его. Дорик – Крифон не сомневался – будет сильно возбуждена этим зрелищем, и уже одно это было для него достаточной наградой.
   К тому времени, когда мальчишка был мертв, Крифон уже успел составить план дальнейших действий. Первым делом он приворожит Разфалло, чтобы тот не мог ему помешать.
   Вдруг к нему подбежала Дорик, оторвав колдуна от размышлений, и, безумно сверкая глазами, крепко схватила Крифона за руку. Близость горячего женского тела невероятно возбуждала колдуна. К тому же вид крови приводил Дорик в такое состояние, которое действовало на него самого, как на быка красная тряпка.
   – Стой на страже! – приказал он убийце и увлек Дорик за собой из часовни. Она охотно последовала за колдуном, и как только они отошли так далеко, что Разфалло не мог их увидеть, Дорик сразу бросилась на землю. Их любовь была короткой, но яростной. Они насыщались друг другом, как животные весной. Ее ногти до крови расцарапали ему спину, а его реакция была неистовой и удовлетворяющей, словно вспышка могучего волшебства…
   – Теперь нам пора, – отрывисто сказал он, поправляя одежду.
   – Подожди, – сказала Дорик, лениво потягиваясь, – могу я сделать свое заклинание? – Ее голос был умоляющим, но в нем слышалось скрытое напряжение, которое подсказало Крифону, что не стоит ей отказывать.
   – Ладно, – согласился он, – только быстро.
   Вскрикнув от удовольствия, Дорик повернулась и, подняв палец, указала им в сторону часовни. Разфалло покорно стоял на некотором расстоянии. «Прекрасно, – подумал Крифон, – мое заклинание полностью околдовало его».
   – Пиракс, суррасс, хистар! – вскричала Дорик, произнося слова своего самого сильного заклятия.
   Маленький яркий шарик лениво отделился от кончиков ее пальцев и медленно поплыл в сторону часовни. Глаза Дорик широко раскрылись, а губы исказила кривая усмешка. Шарик влетел в открытую дверь.
   – Байрассилл! – Голос Дорик поднялся до визга.
   Чернота ночи отступила, когда оранжевая вспышка разнесла маленькую часовню. Здание мгновенно напомнило Крифону огромный череп: окна как сверкающие глазницы, а дверь, сорванная с петель, – открытый в беззвучном крике рот.
   Языки огня быстро поглотили крышу и стены. Огненный шар поднялся высоко в воздух, распространяя вокруг жар, от которого глаза Дорик засверкали еще ярче. Ее лицо было искажено отвратительной гримасой удовлетворения. Крифону вдруг стало противно, и он, резко дернув Дорик за руку, повернул ее к себе.
   – Пошли, – прорычал он. Колдунья злобно посмотрела на него. Крифон встретил ее взгляд, втайне желая, чтобы она ответила на его зов, но она отвернулась от него и зашагала в темноту.
 
   Робин смотрела в сторону каменных аркад, невидимых в темноте. Она живо представила себе молочно-белые воды, озаренные светлым присутствием Богини. Мысль об осквернении Лунного Источника наполняла ее ужасов. Беспокойство молодой друиды возросло, когда она взглянула в сторону реки: пенящаяся поверхность воды была видна всего в нескольких местах, остальная же часть погрузилась в темноту. Тяжелые тучи скрывали слабый свет звезд.
   Первым предупреждением был едва слышный шорох сотен огромных птиц, в ожидании сидевших на ветках деревьев. Ястребы, орлы, соколы и совы расправляли крылья, готовые взлететь. Робин заметила, что даже кабаны неестественно притихли.