Переведя дух, я снова взялась за папку, уже готовая к неожиданному спецэффекту. Папка была слишком мягкая и легкая, а прикосновения к ней показались до боли знакомыми. Неужели она сделана из человеческой кожи?! А завязочки… вот об этом я постаралась вообще не думать. Ну не все ли равно, из чего сделаны завязочки? Ему уже не поможешь.
   Любой другой, наверное, давно бы все бросил и бежал отсюда без оглядки, но меня все эти навороты только подстегивали. Что же там внутри?
   Вопреки моим ожиданиям никаких долговых расписок в папке не оказалось. Там лежал… тот самый архив Кащеев Бессмертных, которым мне недавно хвастался Васька. То, что это был именно он, я поняла сразу, достаточно было подержать его в руках и увидеть несколько пожелтевших от времени листов с бурыми подтеками в некоторых местах и ощутить исходящее от архива тяжелое магическое излучение. Да и кольцо его сразу признало. Вон как засветилось, когда я до папки дотронулась. Странно, что Васька так наплевательски относится к безопасности такого мощного артефакта, да и просто источника знаний. Я бы на его месте вокруг столько капканов понаставила, что только уши и смогли бы добраться. А он бросил на самом виду. Заходи кто хочет, бери что хочешь… Хотя еще неизвестно, есть ли тут вообще кто-нибудь. Меня в расчет, как показывала практика, не брали. А зря…
   Вопрос, что делать с найденным богатством, передо мной даже не стоял. Я захлопнула крышку ларца и сунула папку за пазуху. Скорее всего, без активизации Камня эти архивы не так много и могут, а вот вернуть их законному владельцу не помешает. Нечего всяким помешанным на всемирном могуществе бездарям над ними чахнуть – слишком много чести. Конечно, по-хорошему их бы надо уничтожить, но… у меня с этим некоторые проблемы обычно возникают. К тому же это все-таки не мое.
   Мышка нерешительно топталась у двери на стреме. И ведь не убегает никуда, зараза такая.
   – Ну и куда нам теперь? – поинтересовалась я у нее.
   Хвостатый кошмарик развернулся, блеснув глазками-бусинками, и ускакал в темноту коридора.
   – Эй! Подожди хотя бы! – возмутилась я. – Если ты здесь каждый камешек и песчинку в лицо знаешь, то я-то тут первый раз. К тому же экскурсия не должна проходить на бегу. Тебе никогда не говорили?
   Но меня нагло проигнорировали. Пришлось ориентироваться на слух, благо под ногами был все тот же камень, и цоканье маленьких коготков по нему было неплохо слышно. И как такой крохотный зверь умудряется издавать подобные звуки? Может, у нее копыта вместо обычных лапок? Я бы не удивилась.
   Меня поразило еще одно странное обстоятельство. Несмотря на то что вокруг не было ни одного факела и мало-мальской щелочки для проникновения света извне, в коридоре царил неприятный пугающий полумрак. Видно было очень плохо, как от единственной свечи в огромной пещере, но все-таки не совсем кромешная тьма. Что именно давало этот свет, я так и не поняла, а на более детальное исследование, мягко говоря, не было времени. Странное и подозрительное тут местечко. Не санаторий и не курорт, это точно.
   Мы куда-то свернули. Причем на всем протяжении больше не попалось ни одной двери. Еще одна непонятная странность. Где же здесь всякие злобные паршивцы прячутся? Не из стен же вылезают, в самом деле? Надеюсь, что останусь в радостном неведении относительного этого вопроса до глубокой старости.
   Коридор неожиданно сделал еще один резкий поворот, и я чуть не впечаталась в противоположную стену. Ну, мышь! Хоть бы пискнула, зараза такая! Или предупреждение не входит в список предоставляемых услуг?
   Сразу за поворотом открывался вход в достаточно ярко освещенный зал, куда я чуть не влетела на полном ходу, но успела в последний момент затормозить и снова спрятаться за угол. Такая предосторожность оказалась не просто не лишней, а прямо-таки спасительной.
   Зал, больше смахивающий на пещеру, имел круглую форму и был обставлен в самых мрачных тонах. Несколько полок с самой зловещей атрибутикой в виде черепов разных размеров, по большей части человеческих, и подозрительных склянок с красной жидкостью (скорее всего органического происхождения), шкаф (правда, запертый) – все из черного дерева. В центре стол из серебристого металла, в предназначении которого сомнений не возникало – жертвенник, даже желобок для слива прилагался. Кресла и скамейки по бокам для просмотра регулярных кровопролитных спектаклей. Да уж… Веселенькое местечко. А самое главное, что очередной спектакль как раз был в самом разгаре. Значит, полночь уже наступила.
   – Ты принес, что я тебя просил? Это же в твоих интересах, – надменно спросил Васька Александра.
   Видок у моего похитителя мало чем отличался от петравских оборванцев, а гонору и надменности на дюжину Кащеев хватит. Как же у меня руки чешутся ему врезать, но являть свое освобожденное сиятельство пока рановато. Мой выход еще не скоро.
   – Я сначала хотел бы увидеть свою невесту, – сдержанно ответил мой жених, не торопясь предъявлять наличие предмета обмена.
   Они стояли по разные стороны стола и являли собой образец королевского высокомерия.
   – Да без проблем, – усмехнулся Васька гаденькой улыбкой и громко хлопнул в ладоши.
   Мы с мышкой от неожиданности даже подпрыгнули. Нас точно сегодня решили довести до сердечного приступа.
   В пещеру через другой вход вошла… я. Честное слово, это была я собственной персоной. Если бы сама не стояла там, где стою, то поверила бы. Я даже ущипнула себя для верности: вдруг мне все это только снится. Нет, не снится.
   Да, Васька же говорил, что какая-то бесовка примет мой облик… Но кто же думал, что настолько натуральный. Неужели я так растрепанно выгляжу? Ужас! Но для данного места самое оно. Даже руки предусмотрительно за спиной связаны. Надо же, и об этом позаботились. Ну ничего, настанет час жестокого разоблачения! К тому же архивы кащеевские у меня. Я Ваське тут устрою разгул нечистой силы в одном лице, он еще пожалеет, что со мной вообще связался!
   Александр тем временем окинул «меня» внимательно-тревожным взглядом и… ничего не заподозрил. Он что, готов принять за меня все, что на меня похоже? Вот ненормальный! Или Васька что-нибудь нахимичил в очередной раз? Кто его знает, этого новоиспеченного черного мага.
   – Алена, с тобой все в порядке? – напряженно спросил мой жених, делая непроизвольный шаг к связанной особе, посмевшей нагло изображать меня.
   – Выкладывай свой Камень, – нетерпеливо подался вперед Васька, заслоняя собой безвольную жертву обмена.
   – Отпусти ее…
   – Камень!
   – Отпусти ее!
   – Не раньше, чем ты отдашь мне Камень!
   Интересно, они долго так препираться будут?
   Но Васька довольно бесцеремонно схватил «меня» за локоть и встряхнул. Настоящая я сильно возмутилась в душе такому непочтительному обращению, но бесовская самозванка вела себя подозрительно тихо. Ее голова как-то безвольно мотнулась из стороны в сторону, взгляд ни на чем не концентрировался. Да я бы давно уже пнула этого негодяя куда следует (ну или куда попала бы в крайнем случае), а эта… Такое впечатление, что она… Точно! Она изображает из себя зачарованную девицу! Вот подлые! Не удивлюсь, если для снятия чар придется ее поцеловать. Через поцелуй жизнь высосать из человека проще всего, он слишком открыт и беззащитен в этот момент. Если искренен, конечно.
   – Что ты с ней сделал? – Голос Александра нехорошо дрогнул.
   – Ничего особенного, – невинно пожал плечами Васька. – Просто обезопасил на время нашей встречи, только и всего. С ней обычно слишком много хлопот, сам знаешь, а нам сейчас не нужны всякие отвлекающие факторы. Потом поцелуешь ее, и все путем. Давай Камень.
   Но Александр медлил. Кажется, у него возникли вполне обоснованные подозрения. Ну наконец-то! А то я уж начала думать, что он совсем из ума от горя выжил.
   Ладно, пока они там разбираются и до настоящих, захватывающих душу событий еще далеко, я займусь кое-чем поважнее. Надеюсь, меня Александр не сильно будет ругать и в угол ненадолго поставит, что я без спроса покопалась его в архиве? Для его же блага стараюсь, между прочим.
   Я устроилась поудобнее на полу и вытащила папку. Не знаю, что именно хотела найти, но ведь должно же быть какое-то заклинание, которое остановит этот леденящий душу беспредел. Если Кащей отдаст этому самозванцу Камень Вечности, да еще и активизирует его сам, то все – баста карапузики, Трехгория снова повернется к остальному миру своей за… ну темной стороной, в общем. Последствия проявятся незамедлительно, и приятного будет мало. Не могли архивы в замке где-нибудь припрятать, туда-то точно никто не проберется, а то чуть ли не на самом виду оставили для массового обозрения. Еще бы музей открыли. Кащей называется! Ну ничего! Я что-нибудь придумаю, вот только найду подходящее заклинание.
   То, что я листаю пособие по самой наичернейшей из всех черных магий, меня нисколько не смущало. Будем давить врага его же оружием. Не совсем его, конечно, но… его же методами.
   Как нарочно, ничего подходящего находиться упорно не желало. Мне попадалось все что угодно: заклинание разрушения, вызов духа безумия, отличие поднятия из могилы одного мертвеца от поднятия целого кладбища, отравление воды. Только все это было не то, совсем не то. Я лихорадочно листала пожелтевшие листы, время катастрофически уходило, мозги постепенно приходили в негодность. Да не может такого быть, чтобы не было ничего оригинального и до безобразия простого. Не верю.
   Я пролистала почти до конца и уже начала откровенно разочаровываться в этом самом архиве, как вдруг мне попалось на глаза подробное описание кольца, которое сейчас украшало мой безымянный палец. Ага! Вот это, наверное, именно то, что я ищу. Я быстренько пробежала текст, сравнила прочитанное с оригиналом, убедившись, что речь идет именно о нем, и погрузилась в более детальное изучение свойств этого таинственного колечка. А оно на самом деле оказалось не таким уж и простым. Как говорил древний кащеевский манускрипт, кольцо передавалось из поколения в поколение в день свадьбы невесте очередного Кащея и служило… магической нерушимой защитой для будущего наследника. Все, что могло причинить вред, кольцо вбирало в себя, оберегая от любого воздействия, как магического, так и физического. Это что же, я сейчас бессмертная, что ли?!
   Медленно закрыв папку, я сунула ее обратно за пазуху и приготовилась составлять план действий по спасению человечества от всякого маниакально настроенного непотребства, но мне помешала не в меру деятельная мышь. Эта хвостатая бестия ухитрилась подобраться ко мне незаметно и вскарабкалась на ногу. Я, конечно, очень благодарна ей за помощь и посильную поддержку (хотя так еще и не поняла, какими корыстными Интересами она руководствуется), но мой страх перед мышами еще не изжил себя, и подсознательная реакция оказалась на максимальной высоте. Звуковой, естественно. Мышка перепугалась не меньше меня и на предельной скорости рванула в зал переговоров. Я с перепугу – тоже. Просто потому, что перестала соображать окончательно. Мыши никогда не стимулировали у меня всплеск повышенной умственной деятельности.
   Я шумно ввалилась в самый разгар какого-то очередного спора. Помешала, конечно, но тут уж ничего не поделаешь. Да и не так я представляла себе свое появление на этом спектакле, совсем не так. И никакого мало-мальски дельного плана, самое обидное.
   Ступора, который охватил Ваську и Александра после моего неожиданного появления, хватило только на то, чтобы я успела подняться.
   – Я смотрю, вы тут без меня меня женили? – выдала я что первое пришло в голову.
   И только тут заметила лежащий на жертвеннике Камень Вечности. Раньше мне не удосужились его показать, но сейчас я ни минуты не сомневалась, что это именно он. От него исходило столько чистой неизрасходованной пугающей Силы, что я даже отвлеклась от основной своей импровизированной роли и уставилась на это потрясающее чудо. Небольшой, испускающий слабый бирюзовый свет, Камень имел идеальную яйцеобразную форму и смотрелся в этом неприятном помещении как-то не очень уместно. Он манил, завораживал, притягивал взгляд. Я и засмотрелась, естественно…
   – Алена?! – опешил Кащей, переводя недоумевающий взгляд с меня настоящей на мою безвольную пока копию, а потом и на шмыгнувшую ему под ноги мышь. Я испуганно попятилась от нерадивого грызуна. Выражение глаз князя постепенно становилось более понимающим и ничего хорошего обманщику не сулило. Меня настоящую признали. Еще бы! Так верещать и шарахаться при виде мыши умею только я!
   – Ах ты тварь поганая!!! – рявкнул Александр, поворачиваясь к негодяю с таким выражением лица, что даже я испугалась.
   Но надо отдать должное моему нерадивому и слишком самоуверенному похитителю: он оправился от потрясения довольно быстро и не стал тратить силы и время на бесполезные теперь уже разговоры. Его грандиозные планы начали покрываться трещинами, и нужно было срочно спасать положение, что он не преминул сделать, запустив в меня одно из самых сильных заклинаний против нечисти. Нечисть от него просто рассыпается в прах, а от живого человека, как правило, не остается даже этого. Да уж, в изобретательности Ваське не откажешь… Практикуется в черной магии направо и налево. Лучше бы чего полезного для общества сделал.
   – Алена, нет!!!
   Защитное заклинание Александра несколько запоздало, а отскочить или защититься сама я уже не успевала, слишком много внимания уделив яйцу. Проверять на себе действие кольца так быстро я еще не была готова. Обидно же столь бесславно погибнуть во цвете лет, когда даже василиск не смог со мной в свое время справиться. Нет, это нечестно.
   Я зажмурилась, готовясь распасться на молекулы, но, как ни странно, мертвой себя не почувствовала, когда заклинание с силой ударило мне в грудь. Странно, я ожидала чего-то особенного, а вместо этого всего лишь распласталась по стенке, к моей несказанной радости, оказавшейся близко за спиной. Приложилась я довольно ощутимо, но больно было только чуть-чуть, камни же все-таки. Интересно, из меня симпатичный коврик получится? И с этими не очень эстетическими мыслями я медленно сползла на пол.

ГЛАВА 21

   Умирала я не часто, поэтому ощущения, сопровождающие этот достаточно сложный процесс, мне были неведомы, но не думаю, что все должно происходить именно так. Где туннель с ярким светом в конце? Куда дели? Где легкость во всем теле и воспарение к потолку с лицезрением своей неподвижной мертвой тушки? Где рыдающие близкие, трясущие мое бездыханное тело? Неужели по мне даже поскорбеть некому? Света нет, туннеля тоже, никто меня не трясет, да и не видно ни черта ко всему прочему. И это называется умерла? Это так и надо, да? Неправильно я как-то умираю, не по-человечески. Даже неинтересно, ни одного подтвержденного научного факта. К тому же спина болит, и пятой точке холодно. В затылке пульсирует что-то. Если бы я была жива, то подумала бы, что назревает хорошая шишка. А ведь она действительно назревает, зараза такая!
   – Сожалею, князь, – услышала я насмешливый голос. – Потерять невесту за несколько дней до свадьбы – это такая трагедия… – И Васька издевательски шмыгнул носом.
   Моя почившая душа просто озверела от такого откровенного и ничем не прикрытого хамства. Что этот напыщенный свинтус себе позволяет? И я приоткрыла глаза.
   – Ты за это заплатишь… – зловеще ответил Александр, и в его руках заискрился уже знакомый огненный меч, готовый разить врагов направо и налево.
   Только сейчас меч был не ярко-красного цвета, а темно-фиолетового, даже почти черного. Он матово блестел в искусственном освещении зала и от этого выглядел особенно впечатляюще. Вообще-то мой жених очень миролюбивый и убивать лишний раз никого не любит, несмотря на свою не совсем приличную наследственность, но сейчас он вряд ли об этом помнит. Васька тоже недолго оставался безоружным, выхватив из ножен мой несчастный меч-кладенец. Далась ему эта волшебная железяка, таскает ее везде с собой как память о скоропостижно скончавшейся бабушке. Сам не умеет ничего, а незаконно присвоенными дарами беззастенчиво пользуется. Гад!
   Васька сделал движение в сторону Камня, но князь оказался на этот раз более расторопным. Он лихо перемахнул через жертвенник, так и не обагрившийся сегодня ничьей кровью, перехватил главный предмет несостоявшегося договора и первым нанес сокрушительный удар.
   – Я тебя уничтожу, тварь!
   – Попробуй!
   Его маниакально настроенный противник паниковать пока, похоже, не собирался и удачно удар отразил. Не знаю, на что Васька теперь надеется, но магической поддержки в моем лице он уже не получит, это точно. А зная Александра, я могла с твердой уверенностью сказать, что уж если он вбил себе что-нибудь в голову, то его ничего не остановит. Сейчас основной задачей настоящего Кащея было убить моего убийцу, чем он и был сильно занят. Меч бился о меч, звенела сталь, во все стороны летели искры, проклятия и пожелания скорейшей кончины.
   – Ты ответишь за все, никчемный ублюдок!
   – Отдай мне Камень, и я пожалую тебе не такую мучительную смерть, как хотел сначала.
   – Теперь ты точно не получишь его!
   – Получу!
   Я наблюдала все это со стороны в каком-то неприятно отрешенном состоянии. Шишка на затылке пульсировала все сильнее, и мне казалось, что она так скоро разрастется до поистине невероятных размеров. Не хотелось бы выглядеть двуглавым чудовищем, пусть даже на собственных похоронах. Надеюсь, мне в гробик положат мягонькую подушечку, а то неудобно будет на жестком лежать, шишка мешать будет.
   Александр с Васькой кружили вокруг жертвенника, не особо заботясь о сохранении целостности окружающей меблировки. На пол полетели черепа, раскатываясь в разные стороны. Один такой, уже лишившийся нижней челюсти, подкатился ко мне и жалобно уставился своими пустыми глазницами. Так и захотелось ободряюще погладить его по гладко отполированной макушке. Все будет хорошо, черепушенька, не бойся.
   Следующим этапом разрушения были стеллажи со склянками, которые с оглушительным звоном рухнули на пол, заливая все алой жидкостью. Вот парадокс – еще никого, кроме меня, не убили, а уже крови по колено.
   – Отдай мне Камень! – зарычал Васька, с трудом уворачиваясь от града ударов, которыми его осыпал Александр. Негодяю удалось обежать жертвенник и оказаться вне досягаемости меча возмездия.
   – Попробуй возьми! – отозвался князь, подкидывая Камень в левой руке.
   Он был предельно сосредоточен и холоден, короткая передышка его не радовала. Мне даже показалось, что ему все равно, что с ним будет дальше. Его глаза… Да я сама прибью Ваську только за то, что он довел моего любимого Кащеюшку до такого состояния холодного отчаяния и мстительного равнодушия! Что этот негодяй себе позволяет?! Кто он вообще такой?! Червяк подземный!
   Все! Теперь я точно разозлилась! А шишка на затылке только подогревает пламя моей плохо уже контролируемой ярости. Сейчас кто-то у меня заработает на орехи. Вот только воскресну… Или я все-таки так еще и не умирала? Ну не могут же трупики так люто ненавидеть и злиться! Значит, я жива! Ура! Колечко показало себя на высоте и не подвело. Зря я в нем сомневалась, артефакты врать не умеют. Все, я воскресаю! Хана самозванцам!
   И надо же было именно в этот момент Александру со всей дури швырнуть яйцо раздора об стену. Я, конечно, понимаю, что ему уже все равно, но нельзя же так.
   – На, получи свой Камень, скотина! – с непередаваемой ненавистью в голосе, рыкнул он.
   – Безумец! – прошептал Васька одними губами, с ужасом наблюдая за последним полетом всех его мечтаний.
   Время, казалось, приостановилось, замедлив все движения и мысли. Васька не сводил обезумевшего взгляда с Камня, постепенно приближающегося к стене. Это был крах всех его низменных надежд, корыстных замыслов, эгоистичных планов. Это был конец всего, и Трехгории в том числе… Только оно мне надо? На Ваську плевать, а вот на моего убитого горем, но несломленного жениха – нет. Мне еще с ним жить и жить, между прочим. Он мне нормальным нужен.
   Еще мгновение, и тысячи магических осколков посыпятся мне на голову. Я подняла руку, чтобы поймать этот чертов светящийся булыжник в магическую сеть, но меня самым подлым образом опередили.
   Вторая «я», воспользовавшись всеобщим переполохом и потерей интереса к ее разоблаченной особе, сразу под шумок уползла под жертвенник и до этого момента сидела там тихо как мышка, не подавая никаких признаков деловой активности. Но тут она проявила чудеса ловкости и прямо-таки молниеносности, сиганув в сторону летящего Камня. Именно это меня и отвлекло. Не каждый день случается встретиться со своим двойником. Естественно, это немного напрягает, даже в такой ответственный момент.
   В общем, эта дрянь успела схватить артефакт на лету раньше и шмякнулась с ним прямо рядом со мной. Надеюсь, она сильно ушиблась? Желательно головой.
   Васька изобразил на лице торжествующую улыбку, но она быстренько дезертировала, уступив место растерянности и некоторой отупелости. Еще бы! Меня-то уже со счетов окончательно сбросили, а тут…
   – А ну дай сюда! – неожиданно для всех рявкнула я, пытаясь отобрать у второй ‹меня» незаконно присвоенную добычу. – Не твое – не хапай!
   Александр тоже не сразу воспринял факт моего незапланированного воскрешения, но моя живая и очень сильно возмущающаяся тушка быстро развеяла все его сомнения. Мертвые так не разговаривают.
   – Алена, держись! – Он рванул ко мне, но Васька нагло преградил ему путь мечом-кладенцом. Быстро же этот гад соображает, когда не надо.
   – Ты еще не выполнил свою часть договора! – совершенно некстати напомнил он.
   – А ты свою даже не собирался выполнять! – не остался в долгу князь, легко парируя сильный выпад. – Поэтому сделка не состоится.
   – Она состоится, только я получу все!
   – А вот это вряд ли!
   Мое воскрешение придало силы обоим. Только Александр теперь боролся за свое воскресшее счастье, а Васька – за нашу скоропостижную смерть. Последнее меня совершенно не устраивало.
   Их мужской бой закипел с новой силой. Александр пытался прорваться ко мне, но Васька быстро его раскусил и всячески препятствовал нашему счастливому воссоединению. Вот дурной! Неужели он еще так и не понял, что проиграл? Баба-яга с Кащеем Бессмертным – это не та сила, с которой можно и нужно бороться.
   Между тем мерзавка вцепилась в Камень Вечности как в свое родное и единственное яйцо и расставаться с ним по первой же вежливой просьбе явно не собиралась. Ну уж нет, дорогуша! Кем бы ты ни была на самом деле – хоть бесом, хоть чертом, да хоть самим святым, пусть и не очень светлым – я с тобой расквитаюсь.
   – А ну отдай мне Камень, уронишь еще! – снова рыкнула я, стукнув бесовку по лбу кулаком, как единственным подручным средством. Ничего более тяжеленького в пределах досягаемости не наблюдалось, даже несчастный бесчелюстной черепок и тот уже куда-то закатился в пылу сражения.
   – Смотри сама не надорвись, – прошипела мой двойник и потянула яйцо на себя. Мой удар не произвел на нее никакого эффекта, только глазки блеснули неприятным красным светом.
   – Не надорвусь, не переживай. – Я уступать не собиралась, несмотря на совсем недавнюю кончину.
   Так мы с ней и перетягивали яйцеобразный артефакт с переменным успехом. Со стороны это смотрелось, наверное, очень оригинально. Ну еще бы. Две совершенно одинаковые девицы, скрипя зубами и сверкая глазюками, вырывали друг у друга яйцо, будто две вороны из-за червяка поцапались. С моей же точки зрения ситуация больше походила на раздвоение личности. Сама с собой дерусь, дожила. Одно дело смотреть на свое отражение в зеркале, полностью повторяющее твои движения, и совсем другое – видеть себя со стороны, когда не знаешь, что от второй себя ожидать. Ничего хорошего, это точно.
   – Алена, уходи! – крикнул мне Александр, зажимая Ваську в угол серией хитроумных ударов. – Черт с ним, с этим Камнем!
   – Ну уж нет! – уперлась как всегда я, пытаясь отцепить пальцы бесовки от яйца. – Чтобы эти паршивцы недоделанные на лаврах почивали? Перебьются!
   – Алена, будь благоразумной!
   – Это не ко мне.
   Он сам хорошо понимает, что говорит? Какое благоразумие, тем более в такой ситуации? Тут окончательно разум бы не потерять. Хотя в моем случае это неактуально, он у меня отродясь не водился.
   Я снова вплотную занялась вопросом конфискации незаконно присвоенного имущества. Бесовка, видимо, уже начала соображать (через столько времени-то!), что моя упертость не знает границ, и резко сменила тактику. Точнее – облик, на свой натуральный. Видимо, моя личина доставляла ей какие-то особые неудобства и мешала проявить свои истинные бесовские возможности. Хотя непонятно, чего удобного можно найти в шерсти вперемешку с чешуей, которой было покрыто ее настоящее тело. Ко всему прочему маникюр не делался несколько лет, а то и с рождения, потому что длине коготков мог позавидовать даже Сенька. Длинные клыки, злобные красные глазки, длинный, совершенно лысый хвост. Премерзкая тварь, надо сказать. А воняет от нее… И эта страхолюдина должна была заменить меня на свадьбе?!
   – Ты бы мылась почаще, что ли, – сморщила я нос, но отступать перед этим «ароматизированным» кошмаром не собиралась, и не таких видали. – Может, тогда и в люди бы выбилась. Хвост обрезать, зубы подпилить, шерсть сбрить, и вполне сойдешь за юродивую. Подавать будут, как королю в день сбора налогов.