– Да, – ответил Лорен. – Но не все. Один из вас останется у роботов и доставит Маклеоду добытые сведения, если остальные погибнут или попадут в плен.
   – И такое может случиться? – спросил Фратчи. Ему ответила Лори Карей:
   – Может или не может – не важно. Нужно ко всему быть готовым. Если королевский полк находится в Таре, они не встретят нас с распростертыми объятиями. Для них мы – враги, которых следует нейтрализовать. Убить или взять в плен. Лично я сдаваться не собираюсь, не хочу умирать под пытками.
   Оба лейтенанта слушали капитана с предельным вниманием. То, что вначале казалось им легкой прогулкой, начинало превращаться в смертельно опасную операцию. Но страха в их глазах не было.
   – Ладно, ребята, – сказал Лорен. – На этой радостной ноте мы и закончим наше очередное совещание. А теперь – всем спать. Как только наши летуны совершат свой обычный вечерний моцион, мы снова двинемся. Проверьте запасы воды, остаться без нее в середине перехода – последнее дело.
   – Вы совсем ничего не едите, полковник, – сказал Кателли, подозрительно рассматривая прищуренными глазами Малвани. – Вам что-нибудь не нравится?
   – Просто я не гододна, – резко ответила она, бросая на стол салфетку.
   Тщательно пережевывая кусок фаршированной рыбы, маршал Брэдфорд оглядел лицо Малвани.
   – Что там поделывает наш старый добрый друг Маклеод? – спросил он, пытаясь отвлечь ее от мрачных мыслей. Все, что происходило у крепости, маршалу было отлично известно.
   – Полковник Маклеод надолго застрял в крепости, – нехотя начала говорить Малвани. – Мне неизвестно, что происходит внутри ее, но скорее всего, он еще не обнаружил наши войска и блуждает по тоннелям.
   Кателли сделал большой глоток вина и удовлетворенно захихикал.
   – Пока наш добрый друг денно и нощно ломится в открытую дверь, мы уже приступили к ремонту наших роботов, – самодовольно проскрипел он.
   Малвани с ненавистью посмотрела на своего теперешнего союзника и отвернулась. В последнее время ей все труднее становилось сдерживать свое негодование.
   – Ну что же, – произнес маршал, поднимая бокал, – все идет по плану. Правда, с небольшими отклонениями. Полковник Морроу передал, что в Таре кое-кто из Горцев оказывает нам сопротивление, и даже намекнул на некую организацию. Это простительно, еще не все жители столицы знают о зверском убийстве консула Бернса. А пока войска Морроу патрулируют улицы, восстанавливая мир и спокойствие.
   – Вы ничего не знаете о Стрелках Стирлинг? – взволнованно спросила Малвани.
   – Знаю, – охотно ответил маршал. – Подлетают и уже отправили в Форт сообщение о скором приземлении. Наши парни из ИННА, занявшие его, отправили ответ. Соответствующим кодом. Они у меня башковитые, эти парни из ИННА, быстро смогли раскрыть и все коды, и спецсигналы. Однако взятие Форта досталось нам дорогой ценой, – проговорил маршал. – Да вы не волнуйтесь так, полковник Малвани. Ничего не случится ни с Кошкой Стирлинг, ни с ее Стрелками. Разумеется, если они сдадутся. Есть известия и о других полках Горцев, стоящих на Нортвинде. Согласно донесениям разведки, они покинули места своей дислокации и направляются к нам в гости. С их стороны это неразумно: пока они доберутся до столицы, с полковником Маклеодом будет покончено.
   – Вы плохо выглядите, полковник. Не понимаю, почему вы вдруг загрустили, – произнес Кателли. – Не всякому военачальнику доводится делать историю. В такое великое время все должны испытывать духовный подъем.
   – Какую историю? – недоуменно спросила Малвани.
   – Да посмотрите вокруг! Неужели вы не видите, что происходит с миром? Вся Внутренняя Сфера охвачена пламенем войны. Великие армии идут на смертный бой. Происходят события, которые перевернут жизнь Нортвинда. Восстановлена вековая связь Горцев с законным правительством Федеративного Содружества. Я поражен вашей невнимательностью. Вы своими действиями изменили лицо планеты. От вас зависит будущее всего вашего народа. Восхитительная роль – вершить будущее!
   Малвани покачала головой. Это был единственный жест, отдаленно напоминающий неповиновение, который она могла себе позволить.
   – Да нет, сэр, вы заблуждаетесь. Ничего вы не вершите. Все, что здесь происходит, – дело чести. Моей и полковника Маклеода. Будущая битва уничтожит одного из нас, но только так можно спасти весь народ. Горцы должны жить и оставаться едины. Речь идет не о будущем, а о настоящем, о сохранении нации.
   – Вы говорите так, словно здесь собрались не хозяева судьбы планеты, а простые зрители, – недовольно проговорил маршал. – Нет, полковник. Мы – участники событий. Если хотите, избавители. Мы лишаем возможности капелланского шпиона и провокатора Лорена Жаффрея ввергнуть ваш народ в пропасть. Федеративное Содружество не потерпит независимости Нортвинда, – взвизгнул Брэдфорд. – Мы не позволим никому разрушать основы нашей страны. И не думайте, что вы останетесь в стороне, ничего подобного. В борьбу с бунтовщиком Маклеодом вы не меньше нас вложили сил и энергии. Но это и прекрасно, – успокаиваясь, сказал он. – Значит, вы тоже участница великих событий, часть нашего великого целого. Гордитесь: вы внесли свой вклад в дело сохранения великой империи, которая со временем станет центром новой Звездной Лиги! – с пафосом воскликнул героический маршал, выпучив маленькие свиные глазки. Схватив дрожащей рукой графин, он налил себе еще вина. – Маклеод и его прихвостень Лорен Жаффрей забыли законы войны, полковник Малвани. Но вас я прошу никогда не забывать того, кто является вашим властелином и повелителем. Мне бы очень не хотелось узнать, что ваша верность Виктору Дэвиону поколеблена, – прошипел он с плохо скрытой угрозой и посмотрел на Частити. Щеки ее залились краской. Немного помолчав, Брэдфорд выдал очередной словесный залп: – Мы с вами солдаты и не имеем права обсуждать приказы. Да и не наше это дело, не правда ли, полковник? Куда нас пошлют и что заставят делать – это забота нашего командира. И каков бы ни был приказ, как бы он нам ни нравился, мы выполним его. Покорность! Вот в чем состоит честь воина!
   «В полку Маклеода все было иначе, – горько размышляла Малвани. – Там я знала все. Здесь же я похожа на статиста – что прикажут, то и делаю. Какие при этом преследуются цели, мне не говорят, не считают нужным. Если у Горцев я была членом большой семьи, здесь я всего лишь часть механизма. Господи, как же мне все опротивело! Как хочется снова в полк к Маклеоду», – подумала Малвани и испугалась своих крамольных мыслей. Она встала из-за стола и направилась к выходу. Кателли проводил ее пристальным злым взглядом.
   – Эта мамзель начинает действовать мне на нервы, – произнес он, когда дверь за Малвани закрылась. – В конце операции она может доставить нам много беспокойства.
   Маршал задумчиво покрутил в руке бокал.
   – Не волнуйтесь, полковник, – сказал он. – Полковник Морроу захватил Форт. Коды и сигналы нам известны. Кошка Стирлинг идет прямо к нам в руки, в космопорт Колер, где мы ее давно поджидаем. Собственно говоря, все, что Малвани могла сообщить нам ценного, она сообщила. Практической пользы от нее я, признаться, больше не вижу.
   – Тогда что? – Глаза Кателли блеснули. Маршал сделал большой глоток вина, посмотрел на бокал и допил остатки.
   – Когда от полков Стирлинг и Маклеода останутся одни воспоминания, наступит решающий момент. Если у Малвани есть голова на плечах, она признает действительность такой, какова она есть, если же нет, то… – Маршал швырнул бокал на поднос. С тихим звоном посыпались на пол осколки. Маршал не любил говорить то, что и так было понятно. Он всегда старался быть немного таинственным. К этому его обязывало высокое положение.

XXX

   Парк Мира, Тара, Нортвинд
   Маршрут Драконов
   Федеративное Содружество
   11 октября 3057 г.
 
   Было еще не очень поздно, но захваченный дэвионовцами город выглядел холодной каменной пустыней. Порой Лорену казалось, что некогда гостеприимная столица Нортвинда необитаема. Пробираясь со своим маленьким отрядом вдоль стен домов, он ужасался происшедшим в Таре переменам. Всего несколько дней назад это был залитый солнцем или разноцветными вечерними огнями город с шумными улицами и толпами приветливых смеющихся жителей. Теперь же он больше напоминал кладбище, страшное в своем безмолвии.
   Проплывающие по небу облака закрыли луну, и воцарившаяся тьма усилила сходство с могильником. Начал накрапывать мелкий, противный дождь. Воины быстро пересекли улицу и остановились возле последнего дома – дальше перед ними расстилалась мгла парка. Лейтенанта Фратчи Лорен оставил возле роботов, в случае гибели отряда он должен был доставить собранные сведения полковнику Маклеоду. Молодой лейтенант протестовал, горячился, но Лорен благодаря своей сообразительности и красноречию убедил Фратчи остаться. Он с таким жаром описал молодому воину ответственность его миссии и опасности, которым он подвергается, оставаясь один, что тот в конце концов согласился. Идти приходилось очень медленно, капитан Карей каждые пять минут записывала все, что они видели. В конце разведки все сообщения будут отправлены Фратчи с помощью микроволнового передатчика. Такое короткое сообщение не только невозможно поймать, но даже и заметить. К тому моменту, когда воины подошли к парку, сведений уже собралось немало. Первым гнетущую тишину нарушил Фаллер.
   – Как в подземелье, – прошептал он. – Даже не верится, что это город. Не поздно ведь, а на улицах никого не видно. Ни пешеходов, ни машин. Где все?
   – Забились в свои дома или ушли, – ответила Лори Карей. – Ты посмотри, в окнах даже света нет. Похоже, что в городе действует комендантский час. Да, жителям Тары не позавидуешь. Значит, Третий королевский полк вошел в город.
   Лорен кивнул. Сам он уже об этом давно догадался, решение подсказал ему все тот же накопленный с годами опыт профессионального разведчика, Смертника-Коммандос. Например, он заметил протянутые через улицы провода с датчиками, регистрирующими малейшее движение. Карей не обратила на них никакого внимания, но Лорен знал, что подобные устройства устанавливаются на случай массовых волнений. Увидев их, Лорен уже не выпускал из рук электронного бинокля, ему было хорошо известно, что оккупационные войска используют и такие вещи, которые невооруженным глазом разглядеть невозможно. Если бы не электронный бинокль, Лорену никогда бы не увидеть сирены-ловушки. Он еще раз приложил к глазам бинокль и осмотрел небольшое открытое пространство перед парком.
   – Пошли, – шепотом скомандовал Лорен, и воины, сгибаясь, метнулись в сторону густо растущих кустов. Едва они успели спрятаться, как мертвую тишину улицы прорезал металлический звук. Мерное клацанье приближалось. Воины приподняли головы и увидели, как со стороны бульвара показался легкий разведывательный робот. Затормозив, он с минуту постоял, вероятно прощупывая местность, затем повернулся и зашагал в другую сторону. Несмотря на относительно небольшой рост, робот подавлял своей внушительностью. Лорен передал Карей лазерную камеру – он успел сделать несколько фотографий робота, пока тот находился у самого парка. «Теперь хотя бы известно, что один из дэвионовских роботов прогуливается по улицам города. А может быть, и не один».
   В подтверждение догадки Лорена из глубины парка послышался такой же лязг.
   – Ты знаешь, – вполголоса произнес Фаллер. – Никогда не думал, что человек чувствует себя таким беззащитным перед роботом.
   – Лори, передай Фратчи, что Третий королевский полк занял Тару. В качестве доказательства пошлем фотографии. И укажи, что город патрулируется роботами. Наши координаты тоже сообщи, – прошептал Лорен.
   – Пойдем в Форт, Лорен, – предложил Фаллер. – Если они разбили лагерь, то только там.
   – Слишком рискованно, Джейк. Мы только приблизимся к нему, перелезать через стену не будем. – Лорен посмотрел на хронометр, затем достал портативную карту Тары. «Фаллер такой же, как и все они. Он считает Тару своим домом и переживает за жителей. Ничего удивительного, только мне следует запомнить это. Оккупацию своей планеты они считают надругательством над своими святынями и честью. Наверно, полковник Маклеод доверил мне возглавить разведку именно потому, что я способен более хладнокровно смотреть на происходящее». Именно хладнокровие позволило Лорену тщательней, чем любой Горец, проводить разведку. Подводить полковника или скрывать от него увиденное Лорен не собирался, хотя для успешного выполнения задания, порученного ему канцлером, это следовало бы сделать. Ведь чем слабее будут Горцы перед прилетом на Нортвинд Смертников-Коммандос, тем лучше.
   – Время у нас на исходе, – прошептал Лорен. – Сейчас выбираемся из парка и идем к космопорту. За мной! – скомандовал он и, вскочив, помчался через дорогу. Карей и Фаллер быстро, но тихо бежали чуть позади него.
   Здесь, в парке, в памяти Лорена внезапно всплыла та прогулка с Маклеодом и покушение. От нахлынувших воспоминаний заныла давно зажившая рана. Не обращая внимания на боль, Лорен обогнул небольшой холм и побежал в тень раскидистых деревьев. «Где-то тут я должен был умереть, – мелькнула мысль. – Второго такого раза здесь не будет. – Лорен окинул взглядом ряды аккуратно подстриженных кустов. – В прошлый раз я недооценивал противника. Подобной ошибки я больше не повторю».
   Воины остановились перевести дух в тени раскидистых деревьев. Через минуту, когда они собрались сделать очередной рывок, вдруг послышался топот бегущих ног. На слух Жаффрей определил, что бежали несколько человек. Топот приближался. Лорен вытащил свой игольчатый пистолет.
   – Ложись, – скомандовал он и повалился в густую высокую траву. «Проклятье! Так хорошо все шло, и на тебе! Ладно, будем прорываться». Он посмотрел на Карей, она уже приготовилась стрелять из своего лазерного карабина, самого мощного оружия в отряде. Слева Фаллер легко вытащил из кобуры лазерный пистолет с потертой рукояткой и поцарапанным стволом. Лейтенант уверял, что этому оружию больше четырехсот лет. Еще его предки успешно им пользовались. Лорен взглянул на тускло мерцающую сталь и подумал, что Фаллер, вероятно, не врет. Громадный, местами побитый пистолет больше походил на экспонат из исторического музея.
   Первым, спотыкаясь и широко размахивая короткими руками, бежал невысокий полный мужчина. Лорен уже слышал его частое, прерывистое дыхание. Еще немного, и он бы налетел на разведчиков. Вдруг бегущий захрипел, видимо, силы покинули его, и он рухнул в траву. К нему подбежали двое других, и Лорен увидел в их руках оружие.
   – Вставай! – крикнул один из них, но как только лежащий попытался подняться, один из преследователей ударил его прикладом в голову. Раздался стон. Этого и добивались преследователи. Они хотели вызвать боль и покорность. Лорен пригляделся и в свете фонарей увидел эполеты и высокие ботинки.
   – Тихо! Это дэвионовцы, – еле слышно прошептал он, сразу узнав ненавистную форму. – Без моего приказа не стрелять!
   – Эй, придурок! – крикнул один из них, высокий и худой. – Ты собираешься вставать или нет? Дэнни, – позвал он в темноту. – Мы поймали этого преступника. – Он поднял вверх руку с зажатой в ней игольчатой винтовкой.
   – Вставай, вставай. – Второй дэвионовец ударил лежащего кованым ботинком. – Хватит прохлаждаться! – крикнул он и повернул лежащего на спину.
   Лорен пригляделся, и глаза его зло сузились. На мокрой траве парка почти без сознания лежал отставной майор вооруженных сил Горцев, а ныне владелец ресторана господин Планкет. Тот самый добродушный и хитроватый Планкет, который так ошарашил Лорена своими выводами относительно Малвани и ее чувств. Его окровавленное лицо было искажено гримасой боли. Издав стон, он вдруг раскрыл глаза и с невыразимой ненавистью посмотрел на дэвионовцев. Лорен уткнулся лицом в траву и заскрипел зубами от злобы. «Если он будет сопротивляться, эти скоты убьют его. Если он будет покорным, они поступят с ним не лучше».
   – Послушай, ты! – Коротышка наклонился над Планкетом. – Ты своим кухонным ножом ранил одного из наших офицеров. Вставай и идем с нами, ты арестован!
   – Жаль, что я не убил его! – прохрипел Планкет. – И никуда я с вами не пойду! Это моя планета. Здесь мой дом, и я имею право защищать его от завоевателей. Вы вторглись на нашу землю, и мы будем убивать вас. Умереть, защищая свой дом, я не боюсь. И будь я проклят, если вы заставите меня провести остаток дней в каземате.
   Один из дэвионовцев ткнул Планкета в голову стволом игольчатой винтовки:
   – Слушай, старик. Мы не причиним тебе зла, если ты бросишь оружие.
   Первым желанием Лорена было немедленно выстрелить. Только невероятным усилием воли он заставил себя опустить пистолет. «Черт подери, я оказался прав. Если у этого трактирщика и впрямь есть оружие, ему конец. Ну, что будешь делать? Вмешаешься? Тогда поставишь под удар все задание. А стоит ли этот упрямец того, чтобы из-за него рисковать не только теми, кто сейчас находится рядом с тобой? Весь полк Маклеода окажется под угрозой, да и Смертники-Коммандос – тоже. По правде говоря, чем хуже положение Горцев, тем сложнее тебе будет выполнить свою миссию», – убеждал себя Лорен.
   – Господин Йорк! – крикнул один из дэвионовцев. – У этого типа в руках оружие, и он не хочет отдавать его.
   Из темноты вышел третий оккупант, в руках у него была винтовка. Вскинув ее, он издевательским тоном произнес:
   – Проинформируйте этого господина, что если он немедленно не сдаст оружие, мы будем вынуждены принять ответные действия, сопряженные с риском для его жизни.
   «Даже если он доживет до суда, его неизбежно приговорят к смерти. Он не заслуживает такого позорного конца. Его вообще никто не заслуживает, разве что Кателли. Никогда не думал, что мне придется так долго думать, кого спасать – одного человека или целый полк. Все ведь так просто. Да нет, оказывается, сложно. Так что же делать? Оставить его умирать? Горцы так не поступают?» Лорен посмотрел на Карей и Фаллера, их побледневшие лица были напряжены. Лорен чувствовал, что боятся они только одного – услышать приказ «Не стрелять!» и увидеть смерть своего товарища.
   «Нельзя рисковать всей операцией ради одного человека. Пусть он умрет, – подумал Лорен. – Это простая логика. Еще мой дед учил меня не слушать своих эмоций, а подчинять свои действия логике. Тогда что же, выходит, я должен спокойно смотреть, как эти ублюдки будут хладнокровно убивать беззащитного человека? »
   Внезапно Лорен почувствовал, что не сможет жить спокойно с сознанием того, что дал негодяям убить человека, чья вина состояла всего лишь в том, что он любил свою родину. «Да, поступок абсолютно нелогичный», – устало подумал Лорен. Краем глаза он видел, что и Фаллер, и Карей пристально следят за ним. Он молча кивнул, продолжая ругать себя за нерациональность мышления, снял пистолет с предохранителя и, прошептав: «Беру левого», прицелился в долговязого, тощего дэвионовца.
   – Стрелять по моему сигналу, – шепнул он.
   – Я не сдамся, – послышался хрип Планкета. – Не вам, скоты, брать меня в плен.
   – Говорю в последний раз! – рявкнул долговязый. – Или ты бросаешь нож, или мы тебя пристрелим.
   – Приготовились, – шепнул Лорен. Планкет сел и неожиданно засмеялся:
   – Ох, и много же вам будет чести, дэвионовские псы, если вы убьете старика. Медали, наверное, дадут. А? Скоты! – Он нагнулся вперед и закрыл лицо руками. – Об одном жалею, что не могу убить вас.
   Средний из дэвионовцев, кого остальные называли Йорком, нервно произнес:
   – Хватит, старая вешалка. Я не собираюсь торчать тут с тобой до утра. Ты ранил нашего офицера, и этого мне достаточно. Если через три секунды ты не отбросишь в сторону нож, я стреляю! – Он вскинул винтовку.
   – Делаем только один выстрел, иначе мы погибли, – прошептал Лорен. В тот же момент Планкет выхватил из кармана вибронож и метнул его в долговязого. Лезвие мягко вошло ему в ногу, дэвионовец вскрикнул и выронил винтовку. Планкет метнулся к ней, схватил ее за ствол и приготовился действовать как палкой. Опешившие вначале дэвионовцы пришли в себя, затем отскочили и начали прицеливаться.
   – Огонь! – шепнул Лорен и, прицелившись в раненого офицера, мягко нажал на спуск. Бесшумный пистолет выпустил яркий луч, и Йорк схватился за грудь. Выстрел, произведенный почти в упор, отбросил его на несколько метров. Раздался звук падающего тела. Офицер был мертв. Карей выпустила из своего карабина очередь по второму дэвионовцу. Тот упал как подкошенный, так, вероятно, и не поняв, что с ним произошло. Третьего оккупанта Фаллер убил выстрелом в лоб. Умирая, дэвионовец все-таки успел пронзительно крикнуть. Точнее, это был даже не крик, а какое-то жалкое всхлипывание, звук которого не вышел за красивые витые ворота парка.
   В два прыжка Лорен преодолел расстояние, отделяющее его от Планкета. Старик успел перехватить винтовку и направил ее на своего спасителя.
   – Стой, кто идет! – громко прошептал он. – Назови себя!
   – Майор Жаффрей, – удивленный внезапной переменой в голосе Планкета, отозвался Лорен.
   Увидев его, отставной майор широко улыбнулся.
   – Какого же черта вы раньше не стреляли? – спросил он.
   Пока Лори и Фаллер осматривали близлежащие поляны в поисках дэвионовцев, Лорен поставил Планкета на ноги.
   – Откуда вы знаете, что мы были здесь? – спросил он старика. – Вы нас видели?
   – Ничего я не видел, – ответил тот. – Я просто знал, что не должен умереть такой позорной смертью и не умру. Как видишь, я оказался прав. Да, – Планкет положил руки на плечи Лорена, – но долго нам оставаться здесь нельзя. Их штаб-квартира практически в двух шагах отсюда. – Махнув рукой, Лорен подозвал Карей и Фаллера. – Я никогда не ошибаюсь, господин Жаффрей, – вдруг произнес Планкет, и на глазах у него заблестели слезы. – Как только я вас увидел, я сразу догадался, что, несмотря на свою форму, в душе вы все равно Горец.
   – Давайте выбираться, – произнес Лорен, и вся группа, пригибаясь и стараясь держаться в тени деревьев, побежала из парка.

XXXI

   Тара, Нортвинд,
   Маршрут Драконов
   Федеративное Содружество
   11 октября 3057 г.
 
   Незапертый вход в подвал показался Лорену неожиданным и желанным укрытием. Он бросился к спасительному подземелью с такой же радостью, с какой матрос тонущего корабля кидается к обломку мачты. Поддерживая Планкета под руки, воины спустились по скользкой лестнице, не забыв предусмотрительно закрыть за собой дверь. «Нам здорово повезло, – думал Лорен, приникая к окну и осматривая по-прежнему пустынную улицу. – По всем законам мы должны были быть убитыми».
   – Вы не ранены? – спросил Фаллер старого воина.
   – Да нет, что ты! – отмахнулся тот. – Они смогли повредить только протез. А здорово вы им дали! – Он засмеялся. – Боюсь, мне больше не доведется увидеть их в моем ресторане, – произнес Планкет, показывая, что уже полностью пришел в себя. – Слушайте, вы, должно быть, одно из подразделений сил спасения? Хорошо, мы вас давно ждем, – торопливо заговорил он.
   Лорен сел рядом с ним:
   – Не хотелось бы вас разочаровывать,»но вы ошибаетесь. Мы просто разведчики, пришли узнать, что тут у вас происходит.
   – Так вы ничего не знаете? – удивился Планкет.
   – Нет, – покачал головой Лорен. – Нас лишили связи.
   Планкет недоверчиво посмотрел на Карей и Фаллера.
   – Вот оно как, – задумчиво проговорил он. – Тогда слушайте. Несколько дней назад кто-то убил планетарного консула, этого дурака Бернса. Дэвионовские собаки уверяют всех, что это сделали Горцы. Скотина Лепета говорит, что на месте убийства нашел пистолет с эмблемой полка Маклеода. Есть и какие-то свидетели, но никто их и в глаза не видел. Многие считали, что дэвионовцы придумали этот трюк, только не знали для чего. Пока мы тут шумели, приземлились эти змеи. – Планкет намекал на Третий королевский полк, в эмблеме которого была змея. – Эх, ребята, будь здесь Маклеод, он бы дал им жару. А что мы? Разве мы могли защитить себя? Чем? – Планкет ненадолго замолчал. – Первым делом дэвионовцы заняли Форт и космопорт. Они похватали наших офицеров, большинство посадили под домашний арест, а тех, кто сильно сопротивлялся, отвезли в тюрьму.
   – Что с нашими семьями? – перебила его Карей.
   – Семьи Горцев из полка Маклеода тоже находятся под домашним арестом. Я слышал, что многие протестовали против дэвионовцев, устраивали демонстрации. Некоторых из них убили, но точно не знаю.
   – А что, собственно, произошло с консулом? Как он погиб? – спросил Лорен.
   – Лепета говорит, что в здание консульства проникли несколько Горцев и убили его. Кое-кто из сотрудников консульства даже видел их, но никто из Горцев этому не верит. А пистолет при желании всегда можно украсть.
   – Ну а что, если это сделал кто-нибудь из Горцев? – спросил Лорен.
   Планкет повернул к нему возмущенное лицо.
   – Я и мысли такой не допускаю. Что вы, майор! – Он покачал головой. – Этого не может быть. Никому из Горцев это не нужно. Мы, конечно, выбрали представителей и направили их к Лепете, чтобы решить все, но, как только они вступили на территорию консульства, их тут же арестовали, заявив, что они – террористы. Теперь дэвионовцы везде говорят, что Горцы Нортвинда – банда наемных убийц, с которыми нужно бороться, а мы не можем ничего доказать.