- Я… - Тулпан покраснела. Без малого половина жителей Хажа смотрела на нее и ждала ответа. - Я не могу послать людей на смерть.
   "Подумай хорошо, королева. Разведчики могли бы принести пользу, хотя шансы невелики."
   Королева отвернулась от подданных, уткнулась в стену дворца. Алпа уперла руки в бока.
   - Что это вы все смотрите? Думаете, без вас дела не решим?
   - Я мог бы пойти, Тулпан! - стражник Ричи подошел не к королеве, а к смертоносцу. Называть девушку "Ваше Величество" пока не вошло в привычку жителей Хажа. - Иржа, я хочу пойти.
   "Говори с королевой и помни: ее воля - закон."
   - Я тоже пойду! - поселянин Аль встал возле Ричи, а уж после этого от желающих пройти по горной дороге в степь не стало отбоя.
   Пока хажцы кричали и толкались, Иржа обратился напрямую к Тулпан.
   "Позволь им, королева, они этого хотят. Пошли первых двух."
   "Они умрут, Иржа! И Ричи и Аль!"
   "Возможно, мы все умрем очень скоро. Ты бы ведь не побоялась умереть за Хаж? Они тоже."
   "Так и будет, если чивийцы не придут! Стрекозы возьмут нас измором. Зачем это все?" - девушка все так же прижималась к стене, пытаясь остановить льющиеся слезы. - "Может быть, я сама хочу пойти!"
   Это было для смертоносца полной неожиданностью. Короли не ходят в разведку. Вот что значит самка-Повелитель! Ирже даже не приходило в голову отправиться в степь самому, он твердо знал, что нужнее здесь в качестве защитника дворца. Паук быстро передал слова Тулпан Алпе, в детстве девочки любили так общаться.
   - Ты что, совсем рехнулась?! - неподобающе обратилась к королеве подруга. - Тогда и я с тобой, да и вообще все вместе пойдем. Иржа, так не годится. Ты должен командовать.
   "Я рядовой подданный королевы," - стоял на своем паук. Было бы бесчестьем принять не принадлежащую ему власть. - "У Тулпан есть еще воевода, возможно, он даст совет."
   Патер был здесь, в первых рядах. В руке старик держал прихваченную лепешку и нервно откусывал от нее маленькие кусочки. Не все из разговора он слышал, но решил, что действовать надо быстро.
   - Как тебя зовут?! - ткнул воевода пальцем в вызвавшегося поселянина. - Аль? Вот и отлично, поступаешь под команду Ричи. А ты, стражник, помни: если вернешься, то вернешься десятником. Иржа, ты поможешь им спуститься с утеса?
   Паук молча побежал к краю пропасти. Высокий утес нависал над ней так сильно, что свешенная сверху паутина касалась противоположного края. Ричи и Аль, еще не вполне понимая, как все произошло, отправились за ним.
   - Да кто им приказал? - оторвалась наконец от стены Тулпан.
   - Помалкивай, - попросила ее Алпа. - Никто. Сами пошли.
 
   По паутине первым с утеса соскользнул Ричи, придержал нить, чтобы спустился не слишком ловкий Аль. Смертоносец быстро втянул паутину и остался стоять наверху, рассматривая людей.
   - Пошли, что ли? - Аль воровато оглянулся.
   Вся площадка перед ними была заполнена обломками наведенного людьми стрекоз моста, и, похоже, бревнами для следующей постройки.
   - Что встали? Сбросьте это все вниз, пока нет никого! - крикнул через пропасть Патер. - Сами догадаться не можете?
   Пришлось обоим разведчикам на глазах толпы бездельников таскать обломки к пропасти и сбрасывать вниз. Оба вспотели, Аль от смущения сильно покраснел.
   - За поворотом еще поглядите! - потребовал воевода.
   Переглянувшись, хажцы двинулись по дороге. Враги здесь сегодня не появлялись, но вдруг за скалой их лагерь?
   "Я бы чувствовал отсюда," - вторгся в их мысли Иржа. - "Вам надо было выйти ночью, но раз уж так получилось, идите сейчас. Стрекозы, скорее всего, появятся только вечером, вы успеете добраться до рощи и укрыться там. Костер зажигайте только в темноте, но бойтесь людей, они могут оказаться на скалах. Если удастся заполучить пленного, сразу возвращайтесь. Двигайтесь впредь по ночам. В степи сразу идите к реке, там поймайте речника и допросите. Потом убейте."
   Остановившиеся, чтобы выслушать эту речь разведчики переглянулись.
   "Вы можете вернуться," - счел долгом чести добавить смертоносец. - "Королева не приказывала вам."
   - Идем, - приказал поселянину стражник. - Смешно выйдет, если вернемся.
   - Ага… - согласился Аль. - Конечно.
   Они дошагали наконец до поворота и заглянули за скалу. Куча объедков, кострище, скорпион зачем-то роется в костях и хитине. Лазутчики приободрились - скорпион не десяток воинов.
   - Ты стреляй, - сказал стражник, - а я держать буду.
   Хищник услышал шаги человека, недовольно оторвался от изучения отбросов, выставил вперед клешни. Ричи, стараясь не загораживать Алю скорпиона, подошел вплотную и стал бить мечом по толстому острому хитину. Насекомое чуть двигало клешнями, будто фехтуя, и медленно начал поднимать хвост, увенчанный крупным жалом.
   Первая же стрела Аля пробила хитин, глубоко вонзилась в грудь скорпиона. Он закрутился на месте, хлестнул хвостом, но стражник уже отступил.
   - Хороший выстрел! Давай еще раз!
   Но скорпион решил не ждать и побежал по дороге, смешно припадая на левый бок. Аль опустил лук.
   - Пускай впереди нас идет. Свернуть некуда, зато мелочь вроде шант распугает.
   Стражник кивнул, сунул меч в ножны. Они последовали за скорпионом, который, впрочем, скоро скрылся за многочисленными поворотами извивающейся между скал дороги. Если хищник не сдохнет, то до тех пор, пока не найдет местечко, где можно забраться на скалы, будет двигаться перед людьми. Это хорошо, особенно если учесть, что встретив людей, он двинется обратно и предупредит хажцев.
   Весеннее солнце продолжало ярко светить, тени от скал ложились на дорогу четкими, будто нарисованными пятнами. Перед каждым поворотом лазутчики замедляли ход и осторожно выглядывали, готовые чуть что пуститься наутек. Оба не очень хорошо понимали, как так вышло, что они вызвались в разведку. Конечно, королеве следовало помочь, но ведь она и в самом деле ничего не приказала!
   - Ты был хоть раз в степи? - спросил Аль.
   - Нет, - вздохнул Ричи. - Раньше очень хотел туда попасть, а теперь что-то не очень тянет. Но мы вызвались, понимаешь?
   - Понимаю. Надо - так пойдем. Все разузнаем и вернемся, верно?
   - Верно, если только летучки нас не заметят. Что там Иржа говорил? - стражник почесал затылок. - В роще спрятаться до темноты, вот что надо сделать. Давай побыстрее пойдем, а то здесь и не скроешься, если вдруг стрекозы.
   Это Алю понравилось. От природы он был трусоват, и если бы Алпа не посмотрела случайно прямо на него…
   - Ричи, а ты убивал когда-нибудь?
   - Конечно, осенью, например. В парке двоих зарубил, - стражник приукрасил свои подвиги примерно в четыре раза. На самом деле он воткнул меч в уже раненого врага. - Это просто. Ты про речника спрашиваешь, которого потом убить надо?
   - Ну, да. Мы, значит, с ним поговорим… - он прервался, потому что разведчики опять заглянули за скалу, когда дорога вильнула. Скорпион лежал без движения, на боку. - Сдох все-таки. Так вот мы с речником поговорим, а потом убьем? Я никогда так не делал. Это же не скорпион, понимаешь?
   - Речники предали смертоносцев, помогли стрекозам город на Хлое спрятать. Значит, они хуже скорпиона, - внушительно пояснил Ричи. - Не беспокойся, пленного я сам убью. А ты учись! Вот я у Люсьена учился, он мужик что надо. Стражник должен все уметь. Убить в бою каждый может, а ты вот убей, когда он просит не убивать… - Ричи был наделен богатой фантазией и уже видел, как об его меч режет пальцы стоящий на коленях речник. - В общем, не беспокойся.
   - Да я не беспокоюсь, - уверил его Аль. - Только бы до рощи поскорее дойти. И только бы там скорпионов не было, меня в поселке один раз чуть не ужалили. Я отдохнуть сел на пенек, а скорпион оказался совсем рядом, я и не заметил.
   - Шанты хуже, - заспорил стражник. - Маленькие, вредные и очень смелые. Вот шанту если не заметишь, то…
   Ему показалось, будто что-то промелькнуло в небе, скрылось за скалами. Ричи метнулся в сторону, прижался к камню. Через мгновение рядом упал Аль.
   - Летучки?
   - Кто их знает, - стражник вытягивал как мог шею. - Наше дело прятаться, заметят - не уйдем.
   Никто не появился. Лазутчики, пригибаясь и перебегая от валуна к валуну, продолжили путь. Если бы Аль был один, то обязательно бы вернулся, соврал что-нибудь. И пусть Иржа знает правду! Он бы сказал смертоносцу, что просто не смог идти дальше. Неужели Иржа бы выдал поселянина?
   - До рощи два поворота, - сказал стражник, но Аль и сам это прекрасно знал. - Давай-ка бегом, а там отдышимся.
   Аль, более полный, быстро отстал. Ричи не оглядывался, бежал ловко, как и полагается дворцовому стражнику. Поселянин с тоской наблюдал, как его спутник исчез за поворотом, попытался прибавить, и вдруг Ричи показался опять.
   - Она летит! - крикнул он. - Назад!
   Поселянин остановился, хотел что-то сказать, да не успел набрать воздуха - стражник пронесся мимо него. Куда бежать? Надо же прятаться! Аль прыгнул за валун, вжался в щель. Кто-то недовольно заворочался там, но разбираться было уже некогда, стрекоза появилась.
   Они летела очень низко и быстро, настигая стражника. Аль зажмурил глаза, ожидая укуса в ногу, и не увидел, как умер Ричи. Просто раздался вскрик, сразу после него что-то громко треснуло, и когда поселянин посмотрел туда, безголовое тело приятеля уже падало на дорогу. Чуть дальше мгновением спустя заскакала по камням оторванная голова.
   Разведчик посмотрел наконец на своего соседа. Насекомое почти не было видно, из-под валуна торчали только его подергивающиеся ноги и длинные усики, он пыталось вылезти, но упиралось чем-то в сапог поселянина. Замирая от страха, он стал бить тварь ногами, стараясь не шевелиться при этом корпусом.
   По сути, Аль почти и не спрятался. Если бы стрекоза пролетела не так быстро, или если бы сделал большой круг над этим участком дороги… Поселянин опять посмотрел на голову стражника и понял, что делает что-то не то. Если хочешь жить, то все остальные желания, например, убить тварь под камнем, надо отложить.
   Аль выскочил из-за валуна и не оглядываясь помчался по дороге. Не назад, нет, там некуда спрятаться. Надо добраться до рощи! У поворота он остановился, ударившись о скалу, осторожно выглянул. Летучка была здесь, но теперь она поднялась высоко в небо, летела дальше, в сторону степи.
   Поселянин дождался, пока скалы скроют ее окончательно и побежал дальше. Остался только один поворот, только бы она не вернулась! Но уже подбегая к каменной россыпи, за которой должна была показаться роща, Аль услышал характерный стрекот крыльев. Он прыгнул в чахлые, низенькие кусты, даже не думая, кто там может оказаться.
   Летучка опять шла низко надо дорогой, ловко повторяя все ее зигзаги. Она искала его, Аля! Но если разведчик успеет спрятаться в роще, то тварь решит, что стражник был один. Задыхаясь, поселянин подлетел к группе деревьев, разросшихся на невесть откуда взявшемся клочке плодородной земли, и повалился в их тень. Прямо из-под его носа отпрыгнул шанта, замер, вцепившись лапами в ствол, сурово посмотрел на обидчика.
   - Не обижай меня, - попросил Аль. - И я тебя не обижу.
   Паук поверил, не прощаясь убежал вверх, скрылся в листве. Поселянин подтянул ноги, свернулся калачиком и решил ждать темноты не шевелясь. Какая глупая затея - добраться до степи! Стрекозы не такие дуры, чтобы совсем не охранять дорогу. Ночью же одинокого путника и без них найдется кому обглодать.
   Напротив лица Аля росло несколько травинок, они покачивались на ветру, то заслоняя, то открывая дорогу. Вот только что там никого не было - а теперь появились люди! Много, около десятка, а потом еще, еще! Мужчины, хорошо вооружены, лица угрюмые и усталые.
   Беззвучно завывая от страха, Аль на локтях пополз вглубь рощи. Люди стрекоз! Странно только, что идут по земле, поэтому и устали. Как же теперь предупредить осажденных? Да что предупредить - Аль и вернуться-то теперь не сможет!
   Воздух наполнился гудением. Над самым отрядом пролетели несколько стрекоз с подвешенными в сетках людьми, а возле рощи стремительно ушли ввысь. Так и есть, начинается штурм. Но чем может помочь королеве свернувшийся среди деревьев поселянин? Ему бы свою жизнь спасти, или точнее - немного продлить.
   Воины между тем не собирались проходить мимо рощи, передние остановились и стали рассматривать деревья, о чем-то совещаясь. Неужели стрекоза все-таки заметила лазутчика? Аль опять заставил себя двигаться, уполз в самый дальний угол, к скалам, прижался к упавшему, гнилому стволу. Лучше всего было бы через него перебраться, вытянуться там, но люди стрекоз смотрели почти прямо на него.
   Аль заставил себя дышать тише, прислушался. Сначала отрывистые слова никак не складывались в фразы, потом поселянин понемногу начал понимать.
   - Все летучки, Фольш бы их покарал! - ругался богато одетый, седой мужчина. - Если бы я знал, то…
   - Что теперь говорить! - перебил его другой, полный, с румянцем во всю щеку. - Теперь надо побыстрее с этим делом покончить, вот и все.
   - Покончишь, как же! Там смертоносцы, а нас в передовом отряде гонят, да еще и бревна руби! Говорят, перед Хажем пропасть есть, такая, что дна не видать. Вот и будем мост строить, пока их лучники на нас упражняются!
   - Стрекозы прикроют нас, у них тоже лучники, - к ним подошел третий, очень высокий бородач средних лет. Он засучивал рукава, придерживая под мышкой топор. - Десять стволов, сказал Нурель. Раньше начнем, раньше закончим.
   - Ты так говоришь, брат Леман, будто тебя домой после этого отпустят! - зло засмеялся седой.
   Еще немного поругавшись, они взялись наконец за работу. Аль с ужасом смотрел, как другие воины бродят по роще, выбирая стволы подлиннее. Пробежал по земле знакомый шанта, а может быть, его брат-близнец, прыгнул на скалу и умчался вверх. Много дал бы поселянин, чтобы уметь так тихо и стремительно передвигаться!
   Застучали топоры. К Алю так никто и не приблизился, теперь ему оставалось только надеяться, что десятью стволами задача воинов и ограничится. Поселянин настолько успокоился, что даже смог немного подумать. Непохоже, чтобы это были люди стрекоз. Тогда кто? Он присмотрелся повнимательнее. Степняки бывали в Хаже, среди них попадались богачи, хорошо одетые, с ног до головы в оружии. Но таких было мало, а эти - как на подбор. Кто же самый богатый народ поблизости? Конечно, речники.
   Значит, стрекозы позвали на помощь союзников. Вот с такой информацией не стыдно вернуться в Хаж, особенно если удастся прихватить по дороге голову стражника, если ее еще кто-нибудь не укатил в кусты. Аль опять почувствовал себя разведчиком, предвкушая, как в темноте поднимет тревогу, закричит через Кривую пропасть.
   Больше всего поселянин боялся, что речники, свалив деревья, понесут их к Хажу и перекроют дорогу. Однако сделав свою работу, воины разожгли костер и улеглись вокруг него, хором ругая неблагодарных стрекоз. У Аля создалось впечатление, что воинов согнали сюда силой. Наверху то и дело пролетали летучки, лазутчику было не видно их из-за листвы, но люди у костра каждый раз начинали особенно громко ругаться.
   Кто-то из речников успел поохотиться, принес большого зеленого жука. В сумерках запахло жареным мясом и Аль понял, что пора отправляться домой. Он медленно, так медленно как только мог, пополз к дороге. Костер оставался от поселянина по правую руку. Вдруг от него отделились две фигуры.
   - Арье, а не попробовать ли нам удрать? - хажец узнал голос седого.
   - Смеешься? Завтра утром в степи тебя даже слепой увидит.
   - А мы где-нибудь в горах спрячемся.
   - Где-нибудь?! Не смеши меня!
   Они остановились, не дойдя до распластавшегося на земле Аля какого-то шага, начали мочиться. Струя седого несколько раз задела сапог поселянина, издавая характерный звук, но на это не обратили внимания.
   - Все-таки помяни мое слово: всем нам конец, - сказал седой, застегиваясь. - Всем до одного. И если бы было у меня время подумать, то уплыл бы я вверх по Хлое, и никогда бы не вернулся.
   - Ты думаешь, туда стрекозы не прилетят? - невесело усмехнулся Арье. - Нехорошо мне что-то. Сожрали этого жука, а он, может быть, больной…
   - Тошнит?
   - Да не пойму пока… Постою на дороге, пускай вдали от дыма ветерком обдует.
   - Ладно, а потом приходи, у меня в мешке фляга есть. Может, что-нибудь и надумаем.
   Седой вернулся к огню, второй речник вышел из рощи, остановился на самой границе света и тени. Ал вдруг почувствовал непреодолимую ненависть к речникам. Хуже скорпионов! Предали смертоносцев и теперь сами же страдают от стрекоз! Эта ненависть оказалось сильнее страха. Аль встал, старясь не показываться из-за ствола клена, бесшумно вытащил нож. Старый, сильно сточенный, но зато очень острый.
   Вот удивится Алпа, если все получится! А если нет… Ну, тогда можно попробовать просто убежать, речники вряд ли решатся на погоню. Почти убедив себя в собственной безопасности, поселянин шагнул к речнику, приставил к его животу нож.
   - Молчи!
   Арье громко рыгнул и вытаращился на незнакомца. Поселянин ухватил врага за ворот и медленно потащил на себя, уводя в темноту. Слова выскакивали из горла будто бы сами.
   - Не бойся, я тебе помогу. Главное молчи и медленно, медленно иди со мной. Все будет хорошо.
   - Ты кто? - прошептал речник, послушно уходя все дальше от костра.
   Вот уже под ногами камни, они оказались на дороге. Ночь выдалась темная, здесь одетых в кожаные куртки не разглядеть от яркого костра.
   - Я твой друг, - Аль искренне удивлялся своей откуда-то взявшейся смекалке. - Просто идем со мной, - он зашел сзади, приложил лезвие к шее. Эх, если бы жив был Ричи, он бы сейчас скрутил пленника, заткнул ему рот, а поселянин - не стражник, ничего толком не умеет. - Все будет хорошо, тебя никто не обидит.
   - Ты кто? - чуточку громче спросил Арье, пытаясь спиной остановить напирающего хажца.
   - Тихо! - немного нажав на рукоять ножа, Аль сам испугался, почувствовав на пальцах что-то теплое. - Вот видишь, как бывает, когда не слушаются. Я твой друг, и отведу тебя к друзьям.
   - В Хаж? - догадался речник. - Ну и дурак же ты, парень! Летучки перенесли своих людей, у них лагерь дальше по дороге. Ты сейчас меня прямо к ним и отведешь. Знаешь что? Я тебя не выдам, если отпустишь. Я даже тебе расскажу, что будет завтра утром.
   - Если там действительно люди стрекоз, то мы оба не узнаем, что будет завтра, - Аль разозлился. Действительно, если мимо не проходили воины, то это не значит, что их нет на дороге, ведь им помогают стрекозы. - Иди, Арье. В Хаже тебя не обидят, будешь жить не тужить.
   - Отпусти, - попросил речник почти в полный голос. - Меня накажут за то, что я попался, поэтому я тебя не выдам. Разойдемся в стороны, а?
   - Значит, впереди никого нет? - уточнил Аль, заставляя пленного идти все быстрее. - Иначе куда же я пойду?
   - Ох, парень, ты делаешь ошибку! Ведь я ничего не знаю, я речник, такой же враг стрекоз, как и ты!
   - Иди!
   Они свернули за скалу, теперь можно было не бояться, что хохочущие у костра речники услышат голос Арье. Оставалось только уточнить, что ждет впереди.
   - Там в самом деле люди стрекоз? Обидно будет, если их там нет, а я тебя зарежу только потому, что шанта зашуршит. В Хаже тебе бояться нечего.
   - Вот как? - речник как-то странно ссутулился, поселянин и не заметил, когда это произошло.
   Тихий, нежный звон раздался откуда-то снизу. Оружие! Аль, растяпа, забыл отобрать у речника оружие! Будь у пленника кожаные ножны, он даже сумел бы неслышно достать меч. Поселянин искренне рассердился и, отняв нож от шеи пленника, с размаху ударил его рукоятью по макушке.
   Снова раздался звон, теперь куда более громкий - это речник выронил оружие. Схватившись двумя руками за голову, пленник медленно завалился на бок. Аль сунул нож в зубы, как делают стражники когда лезут на скалы, схватил речника за воротник и как мог быстро потащил. До Хажа еще приличное расстояние, хватит ли сил? Арье оказался очень упитанным мужчиной.
   "Аль! Положи его мне на спину и садись сам."
   Речника поселянин удержал, а вот нож от испуга выронил. Иржа темной громадой высился рядом, согнув передние ноги, чтобы удобнее было забраться к нему на спину. Плюнув на верный нож, Аль как мог затолкал на неоседланного смертоносца добычу, лег сверху, прижал к хитину животом.
   "Речников много?"
   - У рощи не очень, но кажется, за поворотом еще есть, я из разговоров понял, - заш
 

Глава четвертая

 
   Пленного Арье смертоносец провел прямо во дворец. Лишних, спавших в залах воинов, Иржа решительно выставил, зато притихшего в углу Аля не тронул. Рядом с пленным кроме них остались только Чалвен, Патер и десятник стражи Ваус. Правда, в приотворенную дверь выглядывали из своей комнаты обе девушки, но предпочитали помалкивать.
   - Не надо меня… - речник не договорил, глядя на смертоносца, потом, будто с трудом ворочая языком, сказал: - Обещайте убить быстро, и я все расскажу.
   - Все? - усомнился Ваус, поигрывая ножом.
   - Все. Терять ведь мне нечего, да и надеяться не на что.
   - Ну, тогда говори, - позволил Патер. - А мы послушаем.
   - Нет, сначала обещайте! - Арье никак не мог отвести взгляд от страшных жвал смертоносца. - Пусть он мне обещает, что я быстро умру!
   "Ты не имеешь права ничего требовать," - сообщил пленнику паук. - "Ты предатель, как и все речники."
   - Нет! - заспорил Арье. - Мы никого не предавали! Стрекозы воевали с городами, а не с рекой!
   - Вы были подданными Повелителей, - напомнил Патер. - Каждое ваше селение было приписано к какому-нибудь городу, вас защищали и позволяли торговать.
   - Чепуха! Мало ли куда нас приписали? На самом деле мы никому никогда не подчинялись, и защищать нас не требовалось!
   - Вот наглец, - осуждающе покачал головой Ваус. - Отказывается. Ну как такому быструю смерть подарить? Давай, Арье, рассказывай, не зли нас больше.
   Речник нахмурился, опустил голову. Торгашеское начало заставляло его даже в безнадежной ситуации пытаться что-нибудь выторговать.
   "Если ты будешь молчать, человек, я пообещаю тебе долгую смерть," - изрек Иржа. - "Если будешь говорить, промолчу. Выбирай."
   - Стрекозы построили город недалеко от моего селения, - сломался речник. - Вы об этом наверняка знаете, потому что Олаф-сотник бывал там. Город как город, никого летучки не трогали…
   - Никого? - возмутился Патер.
   - Нас, нас не трогали, речников. Мы вели торговлю, как и раньше, а потом… Потом стало не с кем торговать. Всю зиму мы гоняли лодки через всю реку, от моря к Великим Озерам. Это невыгодно, так далеко возить, да еще когда все сразу этим занимаются. Но недавно… - Арье вздохнул. - Мы сожалеем, что не помогли смертоносцам в войне со стрекозами. Сожалеем, что позволили им строить свои города на берегах. Недавно летучки со своими слугами прошли по нашим селениям и забрали всех мужчин. Некоторые пытались бежать, эти лодки сожгли люди стрекоз.
   - Сколько это всего людей - все воины из ваших селений? - потребовал уточнить Патер. - Мы горцы, по рекам не шастаем.
   - Примерно… Арье пожал плечами, - Какая вам разница? Много, несколько тысяч. Может быть, десять, если стрекозы взяли и тех, кто живет в нижнем течении. Всем было приказано с оружием идти через степь. Каждый день за нами следили с воздуха, сбежавших убивали, а нам сбрасывали их головы. Вот так мы и пришли.
   - Почему же не сражались?! - возмутился Ваус.
   - Как? Стрекозы наверху, какой может быть бой? Они приносят лучников, те ловко бьют слету. Нас пригнали к горам, и теперь здесь, наверное, уже все. Завтра утром стрекозы погонят речников на штурм Хажа, и выхода у них нет. Приготовлены бревна, вам не остановить такой поток.
   Хажцы переглянулись, потом все посмотрели на смертоносца. Иржа молчал.
   - Ерунда! - высказался воевода Патер. - В прошлый раз, осенью, они тоже здесь были, в парке, а сделать ничего не смогли.
   - Тогда врагов были сотни, теперь - тысячи. Ночью нам их не смять, как это произошло осенью, - грустно покачал головой Ваус. - Прости, воевода, но это слишком много для нас. Даже ночью, даже с помощью Иржи.
   "Слишком много," - повторил восьмилапый.
   - Закроемся во дворце и будем сидеть! - нашелся воевода. - У Чалвена полны подвалы припасов, и вода здесь есть.
   - Вас замуруют, - сказал Арье, про которого вроде бы и забыли. - Я слышал, как хвастались люди стрекоз. Завалят камнями двери, окна, весь дворец, с речниками рук хватит. Вы должны сражаться, если не хотите оказаться в могиле.
   В зале повисло молчание. По всему выходило, что пытать речника действительно незачем, уж очень все просто. Численный перевес, стрекозы с лучниками в воздухе - вот и все, что требовалось для быстрой победы над Хажем.
   - Надо отступать, - сказал вдруг Аль. - Уходить к снегам, к перевалам, там стрекозы не выживут.
   - А мы выживем? - усомнился Чалвен. - Да и при чем тут стрекозы? Речников десять тысяч, это же огромное войско! Без дворца просто перестреляют нас из луков. Может, сдадимся?
   Только Чалвен и мог безнаказанно предлагать такое. Сдаться стрекозам, тем, кто уничтожил всю степь? Отдать им Хаж без чести, без боя?
   - Ну что ты несешь, дети Фольша! - захрипел Патер, закатывая глаза. - Старый дурень, совсем…
   - Не помню, чтобы летучки требовали от нас сдаться, - неожиданно сказала королева и вошла в зал,. - Хватит об этом. Скажи, Иржа, как нам лучше поступить?