Мои боссы сообщили мне, что я могу завтра начать собирать свою команду и готовить подробный план работы. К собственно отбору кандидатов я должен приступить через три дня, уже с укомплектованной командой.

– Подождите, а как же контракт? – я вдруг спохватился. – Я не могу так просто ни себя кинуть в пропасть, ни людей напрягать!

– Ах, да, я совсем забыл, – соврал Кондор. Я бы на его месте картинно хлопнул себя по лбу. – Вот вам кредитка. Это на начальный этап работы. Отсюда и стройте свои бюджеты. Зарплаты и тому подобное. Как начнется основной этап, получите новую.

Кредитка была действительно на мое имя. К ней прилагался пакет с паролями, доступом к счету через сеть и прочие подробности. Пока я сосредоточенно изучал содержимое пакета, боссы, сказав «пока», исчезли.

Добраться до счета через сеть оказалось проще простого. А они не врали. Купить империю, допустим, я не смогу. Но то, что я могу купить за эти деньги, не менее впечатляюще! Интересная мысль. Ну и контора меня наняла.

– Ася? Это я. Тут такие дела! У нас квартира новая! – короткие гудки прервали мой монолог. Ну и ладно.

Глава восьмая

Лежа в громадной постели под звездным небом, отделенным только невидимой стеклянной крышей пентхауза, я размышлял, на грани сна и бодрствования, о странностях бытия. Какими далекими представлялись мне мои странные ощущения последних дней. Наверное, мое восприятие стало подводить меня в какой-то момент. А мои сомнения относительно выбранного мной дела и смысла моей работы? Возможно, так и надо было – пройти через множество неудач, через измены и подлость и прийти к главному делу своей жизни. Все суета. Я на пороге потрясающей работы. Что там говорил этот Гамбург? Не прав он был! Мое дело правое и не надо жалеть об оставленных идеалах юности! Я понимал, что теперь моя жизнь пойдёт по-другому. Вот только, что с Асей? Несмотря на напряженный день сон так и не шел. Уже казавшееся уходом в небытие оцепенение откатывалось и мозг опять заполняли мысли. Радостные и тревожные. Непривычное место настораживало где-то в подсознании. Далекие звуки громадного здания, чужие шорохи заставляли напрягаться. Но потом сон победил.


На мое приглашение Сай отозвался с удовольствием и прибыл в мой новый офис уже к одиннадцати утра.

– Да, впечатляет… Это ты так на своих бизнес-тренинг-втюхиваниях заработал? – не очень вежливо начал он, войдя в ещё необустроенный кабинет.

– Ну, не совсем так, может, я тебя должен за это благодарить.

– Впечатляет фингал твой. Я тут явно ни при чем. А вот такой офис и все кругом – скорее тревожит.

– Так вот, благодарить я тебя должен как раз не за морду лица, – я попытался улыбнуться и это получилась. Видимо, мазь помогает.

– Это ты к чему? – удивился Сай. При этом он не переставал вертеть головой, изучая модерновое помещение.

– Ты ведь честно сказал заказчикам, что идея в основном моя? – посвятил я его в то, что мне стало самому известно вчера.

– А, вот оно что! – на лице Сая отразилось, мягко говоря, сожаление. – То-то они наобещали с три короба и пропали. А я уже думал тебя привлекать. А оно вот как.

– Не надо расстраиваться. Какая разница, главное, что заказ совершенно невероятный, – я действительно не видел проблемы в том, кому именно предложили это дело.

– Что же в итоге предлагают? Мне так ничего точно и не сформулировали.

– Да, как раз то, что мы и предполагали. Отобрать молодежь, помочь каждому развить навыки лидерства. И организовать поддержку на высшем уровне. Создать новую политическую элиту. Ту, которая придет к власти через несколько лет и изменит облик страны! В общем – грандиозная пиаровская кампания.

– А кто заказчик? – тихо спросил Сай. – Вернее кто – я видел, а вот какие цели они преследуют? Оппозиция?

– Ну, во-первых, какое мне дело? При таких деньгах вопросы не задают. Во-вторых – ведь мы будем этих пацанов пестовать! Мы определим их цели и парадигму!

– Что-то ты какой-то беспринципный стал, – посетовал Сай. – Ты что, и с этими дегенератами миллиардерами-оппозиционерами стал бы работать? Они же обманут.

– Что значит стал бы? Кого у нас интересует что-либо, кроме денег? Твой успех и твои принципы, вернее их правильность, определяются твоим состоянием, а не эфемерными идеями! – меня он разозлил. – И они ни слова не говорили о присоединении к оппозиционерам.

– Ну, начнем с того, что идея и вправду – эфемерная. А насчёт ценностей… Ты ведь совсем другим был. А вдруг твои заказчики – бандиты и хотят страну бандитской сделать. Хотя нет, это уже сделано. Может они баптисты и масоны какие-то? Нельзя быть беспринципным! – Сай спорил, но как-то вяло. К вялости располагало глубокое и мягкое кресло белой кожи, в котором Сай устроился с большим удовольствием.

– Ну, масоны тоже люди. А в теорию заговора я особо не верю. Скорее всего, действительно, кто-то решился привести к власти честных, образованных людей. Не зависящих от капитала бандитов и всяких прочих бизнес-кругов.

Сай, откинувшись в кресле, громко хохотал. Очень заразительно.

– Ну ты идеалист! Тебе твоя идиотская работа совсем реальность на вымышленный мир заменила! Ну ладно, попробовать стоит, тем более, что идея достаточно безумная. Кроме того, с этого поезда всегда можно соскочить. Давай перейдем к более неприятному. А что они собираются платить? – Сай, отсмеявшись, перешел к делу.

– Платить буду уже я. Уполномочен. – важно сказал я. Несмотря на ёрничанье Сая. – Ты сколько получал на своей работе?

– Что значит получал? Я ещё получаю! Много. Не важно сколько. Но много. – Сай явно врал. Много получать в Академии не может никто.

– Ну хорошо. Можешь не говорить. Я предлагаю в десять раз больше! – приятно произвести впечатление.

– Во сколько? – на лице Сая проступил скепсис.

Не желая проверять, с чем связан скепсис – то ли с неверием в мои финансовые полномочия, то ли с малостью предложенного, я сразу сказал:

– Ладно, в сто раз больше.

– Подожди, ты ведь не знаешь, сколько я получал? Вдруг я много получал? – Сай, по-моему, не совсем понимал происходящее.

– Ладно! Вот тебе чек подписанный, впиши в него сумму на первые три месяца и получи в банке. В любом случае будешь сам виноват, если мало.

На том и порешили. Сай, казалось, мне уже совсем не верил. Не люблю решать финансовые вопросы.


Конец разговора увенчался прибытием Кондора.

– Очень рад, что вы привлекли господина Сая к работе. Академический подход будет как нельзя кстати для решения поставленной задачи. Как вы собираетесь обустраивать дело? Я имею в виду все, не связанное напрямую с нашей целью? – начал сходу визитер. Он вошел в кабинет без стука, явно демонстрируя своё особое положение. Однако, до тех пор, пока я ему не предложил, не сел в свободное кресло. Псих?

– Вы имеете в виду, кто у нас будет зам. по организационной работе? Как в старые времена начальник административно-хозяйственной части? Так надо найти офис-менеджера нормального, сейчас таких пачками готовят в Университете менеджмента, – мне это не казалось проблемой.

– У вас есть кандидатуры? Ведь перед вами огромный фронт работ. Один лагерь обустроить чего стоит! – Кондор говорил достаточно веско.

– Можно дать объявление и завтра сюда будет очередь! Проведем конкурс, – вмешался вовремя Сай.

Вовремя – в том смысле, что я как-то не мог понять, что такие простые решение требуют объяснения.

– Ну да, – только и произнес я.

– Очень хорошая мысль! – удовлетворенно сказал Кондор. – Но я бы хотел посмотреть на отобранных кандидатов. Ведь решать многие дела придется непосредственно с нами. Тут уж и наши пожелания важны.

Я особенно не возражал, тем более, что хотел держаться подальше от всякой рутины.

– Может у вас есть кандидатура? – предположил я.

– Нет, ни в коем случае, мы не хотим никого навязывать, – Кондор даже состроил подобающее выражение лица. Наверное, он хотел изобразить гордую невинность. Получилось страшновато.

Для меня не составило особого труда немедленно позвонить в газету, дать формальное объявление. И еще нужно позвонить знакомым в Университет менеджмента – бросить клич. Действо назначили на послезавтра.

– А теперь я бы хотел поговорить о главном – об отборе кандидатов в нашу группу. Я имею в виду – в группу будущей элиты, – вдруг взял быка за рога Сай.

– Нет, что вы, это полностью в вашем ведении. Вы должны разработать принципы отбора, а также процедуру отбора и все этому сопутствующее. Надеюсь, через три дня получить план работы, – Кондор, произнеся тираду, засобирался. – Извините, дела.


– Слушай, он что, всегда так будет приходить, вваливаться без стука, и давать тривиальные указания? – тихо, как бы боясь, что его услышат, проговорил Сай.

– А фиг его знает. Меня больше беспокоит, что он ни разу не улыбнулся. И руки холодные, как у сушеной жабы. Вдруг больной и помрет? – на самом деле меня ничто из этого не беспокоило.

После ухода Кондора мы засели с Саем за бумаги – разрабатывать стратегию отбора, методы пиара и все то, что должно сопровождать такой, мягко говоря, грандиозный проект.

Глава девятая

Интересное вокруг делается. Не успел я положить трубку телефона после звонка в газету, как запиликал мой сотовый. Тот самый знакомый из Университета менеджмента, которому я собирался позвонить, предлагал свои услуги. Нет, как так получается? Почему я никогда не узнаю новости одновременно с их появлением? В общем – послезавтра в одиннадцать утра меня ждут великие испытания. Отбирать офис менеджера. Хотя, почему я должен это хлебать? Пора привыкать к статус кво. И брать быка за рога самому.

После десятиминутного разговора по телефону я получил нового сотрудника! Костникова я не видел и не слышал уйму лет. Его отчислили со второго курса. Причем совершенно непонятно было, почему этот умный, собранный и образованный парень никак не мог сдать сессию. Выяснилось, что в итоге он все-таки окончил университет, работал непонятно кем, непонятно где и с радостью отозвался на мое предложение. Вот его я и запрягу на связи с общественностью! Костников явился через полчаса, вдаваться в подробности проекта не стал, очень серьезно воспринял свои обязанности – обеспечить подбор сотрудников среднего звена и в дальнейшем заняться более сложными задачам. На том и порешили.

Я, наверное, наивный человек. Да, Костников взял на себя всю организацию дурацкого конкурса, но на меня навалились десятки звонков. От старых и неизвестных знакомых, от больших шоуменов и маленьких депутатов. Всем надо было устроить ко мне свою, а некоторым и своего. Да, видать, слухи ползут впереди событий. Но всему есть конец и через несколько дней, занятых в основном дискуссиями с Саем о том, как же мы осуществим наше безумное начинание, Костников отрапортовал, что офис-менеджер найден и сейчас будет представлен нам. Кроме того, он поведал, что во время процедуры отбора присутствовал Саймон и полностью согласился с выбором.

– А вот и наш новый офис менеджер! – жизнерадостно сообщил он.

– Саля, – представилась женщина лет тридцати. Она была строго одета, без явных признаков косметики и производила очень приятное впечатление. Костников, похоже, нашел нетривиальный выход.

– Очень рад. Вы уже представляете себе в общих чертах, чем занимается наша организация? – я встал навстречу Сале.

– В общих чертах мне объяснил господин Костников. Детали не существенны. Я ведь не вашим делом буду заниматься, а своим. Давайте сразу обсудим круг моих обязанностей.

– Вы давно работаете в этой области? – меня удивила спокойная уверенность Сали. – Я имею в виду, достаточен ли у вас опыт ведения дел?

– Уже пять лет, – Саля говорила без комплексов, свойственных женщинам в разговоре с малознакомыми начальниками, – после увольнения из рядов.

Я от удивления даже не спросил, из рядов чего.

– Скажите, – я полистал её дело в тоненькой папке, – вы отказались от предыдущей работы, а там ведь неплохо платили, и вы давно там работали. Почему?

– Я хочу участвовать в вашем проекте. Считайте, что я к вам пришла по идейным соображениям, – спокойно ответила Саля. Саля сразу взяла быка за рога не по-женски крепкой хваткой.

Надо сказать, что с этого момента все заботы, связанные с рутиной, отпали сами собой. А забот начало прибавляться. Первый шаг, который мы должны были сделать – поднять волну в прессе о нашей программе. Это оказалось до смешного просто! Сначала появилась наша статья – не та, из «Пионерской правды». В новой мы провозгласили цели нашей организации – создание элиты следующего десятилетия. В миг на нашу публикацию появилась сотня других – половина нас хвалила, половина проклинала. Потом стали выступать политики. Те, которые помоложе – ругали, те, у которых подрастали дети – осторожно хвалили. Оппозиция сделала вид, что нас не замечает. Потом к нам пришли люди из органов.

Глава десятая

День подходил к концу. Один из череды последних, напряженных и полных встреч, разговоров, контрактов и прочего, рабочих дней.

– Господин Майер, к вам ещё посетитель, – позвонила из маленькой приемной Саля. – Только что пришел.

– Что-то важное? – я не имел желания принимать всех неожиданно появляющихся ходоков. Кепку жалко.

Дожидаться ответа не пришлось. Дверь распахнул мужчина с мускулистым лицом.

– Майор Заступко, – энергично представился он. И помахал перед моим носом маленькой книжечкой в сафьяновом переплете.

– Вы из пожарной охраны? – предположил я. – Так мы все уладили с вашим высшим начальством…Там был кто-то в ранге генерала, не припомню фамилию.

Обычно пожарники отличались особой наглостью, норовили проникнуть в офис по любому поводу. Но ограничивались мелкими взятками.

– Нет, что вы! – возразил гость. – Я следователь по сложным делам Министерства Органов.

А, понятно, госбезопасность. Что же, она и не должна была пропустить это все мимо себя.

– Да-да, конечно! Чем могу служить? – я удержался, чтобы не расплыться в услужливой улыбке.

– Вы с кем из компетентных служб согласовывали свой проект? – очень строго спросил майор, тихонько продвигаясь к креслу.

– А разве я был обязан делать это? У нас обычная бизнес-компания, мы никаких секретов страны не касаемся, – я старался разговаривать с ним, как с умалишенным. Жестко, не давая ему возможности развить мысль. Хотя, в общих чертах, уже было понятно, что все так просто не пройдет.

– Не надо прикидываться глупее, чем вы есть на самом деле! – вдруг неожиданно резко произнес майор и даже вскочил с кресла, в которое он только что втиснулся без спросу. – Вы тут про новые власти страны рассуждаете играючи и думаете, это не надо согласовывать?

– А что, надо? – он меня раздражал. – У нас что, каждый кандидат на выборах хоть в думу, хоть в дворники, испрашивает вашего разрешения?

– Вы, что, товарищ Майер, не понимаете политическую ситуацию момента??? – ну, понесло родимого. – Земля под угрозой внешних факторов, оппозиция рвется к власти, наше отечество уже на грани, а вы тут себе? Как можно делать что-либо, направленное на системные изменения в обществе и не согласовывать? Вы себе что???

Тут что-то щемяще-знакомое вспомнилось мне… Дела далеких студенческих лет… Страна была еще не империя, а республика, но также, как и во все времена, страдала от угрозы. Мы, девчата-пацаны, приехали в стройотряд в Бесарабию. Целый состав. Нас встречало местное комсомольское начальство. Особенно встречал молодой битюг в униформе. Это была самодельная униформа. Она напоминала наши стройотрядовские робы, но была пошита в ателье и из дорогого материала. Выглядела комично. Так вот – слово в слово он говорил то же самое. Про то, что сбор помидоров в этом году требует повышенной идеологической ответственности в силу политической ситуации момента. Про бойцов переднего фронта (а как выглядит задний?) и прочее, прочее, прочее… И чтобы не вздумали вино пить.

– Скажите, господин За… извините, забыл как вас дальше, вы в Бессарабии студентами не командовали? – задал я ядовитый вопрос.

– Я никогда никем не командовал. Но на комсомольской работе в Тирасполе был, – почему-то гордо ответил тот.

Вот почему мне знакомы эти командные нотки… Но раз за столько лет этот перец поднялся от комсомольского вожака лишь до майора, то, видать, он не очень в фаворе.

– Скажите пожалуйста, майор, какими конкретно инструкциями и регламентирующими документами вы руководствуетесь в данный момент? – пора его выпроваживать. – Я хотел бы понимать, в какой степени ваш визит официален.

– Шо? – не понял майор.

– Я говорю, ты сам сюда поперся, медаль заработать решил, или тебя послал начальник? – прорвало меня. – Мне тут только майоров из Органов не хватало. Которые себе приключений ищут.

– Вы что себе…? – вспух посетитель. – Да как ты смеешь с представителем!?

– Коньяк будешь? – неожиданно спросил я. Неожиданно для себя.

– На службе??? Да как вы сме…? – покраснел майор. – Наливай.

С коньяком дело пошло попроще. Майор, после второй, стал рассказывать, что вообще ему совершенно наплевать на то, кто будет у власти, просто им, сотрудникам Органов среднего звена, положено предлагать новые дела для оперативной разработки. По итогам такой деятельности премия растет, и, глядишь, до пенсии еще звездочку кинут. Но вот последнее время стало совсем плохо. Все наводки для новых дел стали поступать свыше. То про то, что планета остывает и, мол, надо население готовить к пониманию важности процессов. Вот фильм новый – «Чужой против своего» – обязали смотреть и объяснять народу, что, мол, Чужой – хороший, только его плохо тут принимали. Опять же, наученные горьким опытом Антарктиды, органы должны приложить все усилия для несоздания новых социальных формаций и стран. Типа – нет сепаратизму. А вот коньяк откуда? А… Я тоже с тех пор бессарабский люблю… Помнишь? «Сюрпризный» КВВК? Ну да, Копанку помню… Потом там такое завертелось… Как националисты от Тирасполя перли… Да, там, именно на спуске… Да, моих ребят там человек пятнадцать полегло. Тогда и уехал… и все по новой начал. Ну, в госадминистрацию взяли, а потом по профилю… Только вот продвинулся не сильно. Ну ты что, не понимаешь, что все только и пялятся на твой проект! Там же бабок немеряно, обещаешь страну превратить в рай, ничего не боишься! Нет, обещаешь! Как откуда? Ну, пишут ведь. Да, ну пойми ты, мне положено всякое такое отслеживать. Да на фиг их всех. Слушай, Майер, если тебе надо будет, звони! Да я за тебя горой! Слушай, а вот ты сам, как думаешь, комета грозит? Ну как, какая??? Пишут, мол, может прилететь и у нас нет средств бороться. Ну как, у кого, у Земли. Да не отвечаю я за всю Землю! У нас инструктаж был… По поводу внешних факторов восторженность мыслей недопустима. Слушай, у нас даже есть отдел, там ребята пишут программы для радиотескелопов. Радиотескелетов. Нет, слушай, у тебя коньяк отличный. Р а д и о т е л е с к о п о в! О! Чтобы, мол, типа не искали фигню всякую в небе, а посылали сигналы о помощи! И одновременно метеориты искали! Представляешь! Хрен нам кто поможет! Только хуже сделают. Еще эти, которые уже год орут, что они народного президента выберут. Ага, оппозиция, наци вонючие. Да не бери ты дурного! Я пришел и ушел. Никто тебя не тронет больше! Ты же мужик нормальный! Главное, никакой ксенофобии. Все живые – человек человеку люпу сьест. Нет, там как-то не так. Слушай, только не ври, я тебя спрошу, но меня за такой вопрос уволить могут. Это я так, уважаю тебя, поэтому спрошу! Вот спрошу, а ты потом вспомни. Ну, про меня вспомни потом. Типа. я всегда знал. Да, уважаю! Наливай. Ну, о чем это я… А, вот… Её правда, эти, с тарелки спасли? Ну как, кого? Бабку твою! Как, какую? Анастасию! И ещё было, в ориентировках. Типа какой-то твой древний предок выжил при пожаре в Москве в 1812 году неподобающим образом. Вот только не надо мне говорить, что ты не правнук Николая! Какого-какого! Второго! Слушай, Майер, я хоть человек простой, но слухи слушаю! Неужели непонятно, что ты под себя весь этот проект готовишь. Ну да, ну да… Я понимаю. Не можешь сказать. Да, буду конечно… На пошосок… Кто меня отвезет? Нет у меня по штату машины… Ну, подбрось… На Суповку… Ну да, нормальный район. Только от центра далеко. Слушай, а давай на дачу ко мне! Завтра! Ага, звони. Ну, будь, да?

Утром болела голова и ничего этого я уже не помнил.

Глава одиннадцатая

Кондор пришел в офис совсем неожиданно. Впрочем, он всегда так приходил. Мы с Саем ожесточенно спорили о последней кандидатуре – Ариане. Она ничем не выделялась на опросах и тестах, но странным образом притягивала внимание Сая. Он доказывал, что именно в таких личностях скрыто потенциальное лидерство и умение сплотить коллектив. Я иронизировал, Сай обижался. В общем, ничего важного. Дело набирало обороты и временами двигалось уже почти без нашего участия.

– Доброе утро, – отвлек нас Кондор, – вот, знакомьтесь, это Танильга.

Кондор отступил чуть в сторону. За его спиной пряталась хрупкая девочка. Я бы не дал ей больше пятнадцати. Хотя, почему хрупкая? Это, наверное, не хрупкость. Это просто так всегда выглядит неискушенность. Смешной пушок на переносице.

– Это…? – мой вопрос не нашел продолжения.

– Да, это моя дочь. Она практикуется сейчас в информатике, и я был бы рад, если бы вы позволили ей поработать с вами, – Кондор улыбнулся своей обычной постной улыбкой.

– Ну, вы знаете, у нас серьезные компьютеры, кстати, вам же спасибо, – Сай не обрадовался такому вмешательству. Кому охота сопли за пацанками вытирать? – У нас совсем нет игр в системе. И ребенок может пораниться мышкой. Или о коврик порезаться.

Сай, конечно, нахал.

– Нет-нет, не беспокойтесь! – Кондор энергично запротестовал, – она не интересуется играми. Танильга разбирается в компьютерах.

– Да? Ну, пусть посмотрит. Если что-то поймет в системе, то, конечно, мы не будем ей мешать, – Сай не давал мне открыть рот.

– Не обращайте на него внимания, – улыбнулся я Танильге, – Сегодня не его день. Конечно, мы будем рады, если вы поработаете с нами. И всегда будем рады помочь. У вас практика в школе?

– Нет, мне просто интересно, – голос у Танильги был почти взрослый. Мелодичный и уверенный. – Я ни в коем случае не буду обузой. Я привыкла работать сама. И если господин…

– Сай, – представился Женя.

– Да, если господин Сай позволит, я с удовольствием посмотрю на вашу систему.

– Ну-ну, – Сай, согласившись с очередной глупостью, повернулся ко мне лицом и, не разжимая губ, прошипел, – памперсы ей купи.

– Спасибо. Мне не нужно, – то ли на пододвинутое к ней кресло, то ли на иронию Сая ответила Танильга.

Судя по тому, что она все-таки устроилась в кресле, это было сказано в адрес Сая. Но тот уже вышел.

– Ну, как у вас дела? – Кондор счел необходимым переключить меня на более серьезные вопросы.

– Да, вроде все по плану. Команда есть. Что творится в прессе, вы уже видели. Надо сказать, что журналюги слопали наживку вместе с удилищем. Мы даже и не провоцируем уже ничего. Вот посмотрите – последняя «Правда». Биография будущего президента Империи. Так и назвали. С другой стороны, взяток предложили на сумму, уже большую, чем мы затратили. Угрозы усиливаются.

– На счет угроз не беспокойтесь. Служба безопасности нашей организации все отслеживает, – сказал Кондор. Как-то холодно сообщил. Так, наверное, директор птицефабрики сообщает о проданных тушках птицы.

– Извините, можно вопросик? – наш производственный диалог прервала Танильга, – у вас тут с системой непорядок.

– Ой, извините, – я почувствовал себя неудобно, – Сай как всегда, провокатор. Он же не сказал вам логин и пароль для входа.

– Да, это ерунда. Такие вещи ломаются без труда, – Танильга, как мне показалось, горделиво тряхнула кудряшками, – у вас тут совсем плохо база данных стоит. Вы набрали гору ссылок, дикие меги, а поиск делаете по деревьям старым пакетом СИ-Три, это уже не актуально.

Надо сказать, что такие слова в устах милой девочки, да еще с инфантильной маской бесчувственности, звучали, мягко говоря, странно.

– Как же вы прикажете нам поиск организовывать? Да и нет у нас на это особых сил. Мы не этим в основном заняты, – а что я ещё мог сказать?

– Танильга вам может во многом помочь, – Кондор, казалось, был уверен в своей протеже, – она очень хорошо разбирается в информатике.

– Вундеркинд? – я, наверное, зря сказал такое в присутствии девочки.

– Нет, она никогда не была вундеркиндом, но была прилежна и настойчива, – Кондор не стеснялся.

– И чем вы можете помочь? – я переключился на девочку.

– Мне очень нравится ассоциативный поиск, но ваша операционная система не позволяет пользоваться стандартными пакетами. Если вы позволите, я могу написать сама поддержку поиска.

Я хотел сказать какую-то гадость и уже было открыл рот. И закрыл его. На меня смотрела девочка. Её лицо ещё хранило детскую припухлость. На меня смотрели внимательные глаза. Еще хранящие какую-то детскую доверчивость и простоту. Бездонные глаза, хранившие в себе вселенную. И хранившие в себе спокойствие вселенной. И всю её мудрость. И всю её боль. Безмолвно, ни единой ноткой, она, казалось, хотела что-то сказать мне. Или спросить. Если бы я ещё знал, что.

– Да, конечно, работайте… Только не проводите много времени у монитора. Это может повредить детским глазам.

– Да, я знаю… Это может повредить детским глазам. А я буду осторожна, – тихо проговорила Танильга.

– Пусть поработает. Ей практика в таких необычных условиях поможет, – Кондор откланялся и пообещал, что дочку позже заберет машина.