Юрий Стукалин
Сила шаманов. Боевая и лечебная магия индейцев Дикого Запада

   «Каждая часть нашей религии имеет свою Силу и свои цели. Каждый народ живет по своим принципам. Нельзя смешивать эти принципы, потому что они сбалансированы. Нарушение этого баланса непочтительно и очень опасно. И потому запрещено… Многому надо учиться, и обучение это очень трудное. Вот почему среди нас мало настоящих шаманов, лишь несколько избранных являются ими. Для человека, не знающего, как сохраняется этот баланс, прикидываться шаманом очень, очень опасно. Это проявление большого неуважения к Силам, и оно может причинить непоправимый вред любому человеку и тем, кого он якобы учит, а также природе и всему окружающему. Это чрезвычайно опасно».
Мэттью Кинг, индеец сиу

   © Стукалин Ю.В., 2014
   © ООО «Издательство «Яуза», 2014
   © ООО «Издательство «Эксмо», 2014

Предисловие
Шаманизм вчера и сегодня: мифы и реалии

   Несмотря на наличие огромного количества англоязычной литературы об индейском шаманизме, человек, начинающий углубленно изучать этот вопрос, непременно сталкивается с проблемой достоверности большинства источников. Основная часть работ, изданных в США со второй половины XX века по сегодняшний день, не только рассчитана на вкусы среднего обывателя, целью которого является приобретение «тайных знаний» быстро и легко, но и не имеет ничего общего ни с духовной традицией американских индейцев, ни с такими ее аспектами, как шаманизм и обладание сверхъестественными Силами. Несколько лет назад на ежегодном собрании NAE (Старейшин Коренных Американцев) лидеры ряда индейских племен приняли резолюцию, в которой осудили эту тенденцию: «В последние двадцать лет мы видим рождение новой индустрии в США. Это прибыльное предприятие, известное как «Спиритуализм американских индейцев», началось с многочисленных литературных мистификаций, предпринятых такими людьми неиндейского происхождения, как Карлос Кастанеда, Джэй Маркс (Джэмейк Хайвотер) и Линн Эндрюс». Относительно работ Карлоса Кастанеды профессор Вайн Делория-младший, индеец сиу, очень точно отразил мнение многих исследователей, отметив, что они «имеют гораздо больше общего с «путешествиями» после приема ЛСД, чем с индейской культурой». Помимо белых мистификаторов, существует большое разнообразие индейских авторов, таких как Сан Биэр (Солнечный Медведь)[1], Воллес Черный Лось и другие, но и их сочинения являют собой не более чем смесь идей, почерпнутых из восточных культур и астрологии, поверхностно приправленную индейской атрибутикой. Сегодня можно купить даже «индейские гадательные карты», астрологические прогнозы «индейских шаманов» и прочие… изобретения современного бизнеса.
   Неудивительно, что в последние годы появилось огромное количество «белых шаманов», которых сами индейцы называют «пластиковыми шаманами» или «шэйм-менами»[2]. Сегодня в газетах и на интернетовских сайтах можно найти огромное количество объявлений, в которых псевдошаманы не только от Аляски до Огненной Земли, но и в таких далеких от американского континента городах, как Москва и Санкт-Петербург, предлагают за месяц, а иногда и всего за одну неделю раскрыть всем желающим свои секреты и сделать их «настоящими шаманами». И у их учеников не возникает вопросов о том, как можно получить за столь короткий срок знания, на овладение которыми у настоящих шаманов порой уходили многие годы.
   Стал бы разумный человек, заинтересовавшийся христианством, буддизмом или иудаизмом, платить тому, кто предложил бы после обучения на двухнедельном семинаре сделать его епископом, ламой или раввином? Едва ли. Но желающих стать за пару недель настоящими шаманами год от года становится все больше и больше. Отношение к ним самих индейцев великолепно выражено в словах индианки из племени нискуолли Дженнет Макклауд: «Неожиданно появилось огромное количество беспринципных идиотов, бегающих вокруг и утверждающих, что они — шаманы и научат вас церемониям баксов за пятьдесят. Это не просто плохо, это непристойно… Эти люди появляются в резервациях якобы потерянными и утратившими надежду, поистине жалкими, и какой-нибудь добрый старец может сжалиться над ними. И чем эти люди отплатят за его великодушие? Через пятнадцать минут общения с духовным лидером они считают себя «сертифицированными» шаманами и «несут слово истинное»… за деньги. Некоторые из них даже объявляют себя «официальными духовными представителями» различных индейских народов. Я говорю о таких людях, как Дхьяни Иваху[3] и Линн Эндрюс. Это отвратительно… Среди нас есть и индейцы, поступающие так же. У нас есть Солнечный Медведь, Воллес Черный Лось и другие, готовые продать родную мать, если появится возможность быстро получить деньги… Они продажные воры, и сами знают об этом. А потому на наших традиционных встречах и собраниях вы никогда не увидите ни Солнечного Медведя, ни ему подобных».
   И все же, несмотря на многочисленные попытки делать бизнес на духовной культуре коренных американцев, серьезные исследования индейского шаманизма начали проводиться этнологами и историками еще в конце XIX века и продолжаются до сих пор. Эти работы, однако, как правило остаются незамеченными легкомысленными искателями «тайных шаманских знаний».
 
   Шаман в церемониальном облачении, Северо-Западное побережье
 
   Изменение образа жизни индейцев, влияние цивилизации и жесткая политика правительства США в конце XIX века приводили к вынужденному отказу от многих традиционных воззрений и преданию их забвению. Тем не менее некоторым исследователям удалось убедить стариков-традиционалистов рассказать о методах краснокожих шаманов. «Старики-индейцы, знающие их, скоро покинут наш мир, — убеждал Джеймс Волкер одного из выдающихся шаманов сиу в марте 1914 года. — А поскольку молодые индейцы не знают их, они будут утеряны навсегда. Я хочу записать их, чтобы они были сохранены и в будущем ваша молодежь смогла прочесть их»[4].
   Получить достоверную информацию о шаманских и колдовских практиках американских индейцев в прошлом было невероятно сложно, такое же положение дел остается и сегодня. И причина того кроется не только в закрытости их сообществ. Во-первых, индейцы до сих пор не любят говорить о сверхъестественных Силах с белыми людьми, не желая подвергаться насмешкам и обвинениям в неоправданных суевериях. Во-вторых, эти знания являются тайными и священными, и распространение их среди непосвященных грозит наказанием со стороны Высших Сил. Изабель Келли, в 1926–1927 годах проводившая исследования среди северных пайютов, писала: «К несчастью, шаманы придерживаются мнения, что в случае разглашения информации их ожидает серьезная болезнь и смерть, а потому нет ничего удивительного, что индейцы малоразговорчивы»[5]. Кроме того, как еще в конце XIX века очень верно отметил Джордж Гриннел[6]: «Нет предметов более сложных в изучении, чем те, что связаны с абстрактными верованиями других людей. Даже от соотечественников нелегко получить ясную информацию относительно их религиозных воззрений и того, что мы называем суеверием. И если такова ситуация с цивилизованными людьми, на чьем языке мы говорим и чье образование и жизненный опыт схожи с нашими, то насколько сложнее понять верования чуждой расы, говорящей на незнакомом языке и совершенно отличных традиций, воспитания и взглядов»[7].
   И все же антропологам и этнологам иногда удавалось не только получить от индейцев необходимую информацию о шаманизме, но и принять участие в подобных церемониях, результатом чего стали серьезные научные публикации. Но и в этом случае многим исследователям сперва предстояло заслужить доверие шаманов, а зачастую и стать одним из них. Так, например, Джеймс Волкер, прежде чем получить знания о шаманских ритуалах и религиозных воззрениях индейцев сиу, прошел долгий путь и был посвящен в ряды вичаша-вакан[8]. Таким же образом бесценную информацию среди индейцев зуньи смог собрать Фрэнк Кашинг. Но и в этом случае часть знаний оставалась «личной собственностью» шаманов. Старики сиу так говорили Джеймсу Волкеру в 1896 году: «Мы расскажем тебе о церемониях, как если бы ты был сиу, который хотел бы принять в них участие. Но мы умолчим о тех их частях, которые шаманы выполняют тайно». Старик сиу Джордж Сабля объяснил причину такой скрытности следующим образом: «Я могу рассказать тебе о церемониях обычных людей и воинов, но я боюсь говорить тебе о церемониях шаманов». Маленькая Рана, шаман сиу, вторил ему: «Я могу рассказать тебе о Бизоне (его духе), но не могу говорить о Ветре (его духе), потому что он составляет мою шаманскую тайну»[9]. Раскрытие тайны, по поверьям индейцев, влекло за собой немедленное наказание со стороны Высших Сил, вплоть до скоропостижной смерти.
   Помимо опасения навлечь на себя гнев Высших Сил, нежелание коренных американцев делиться с чужаками священными для них знаниями имеет под собой и другое веское, но весьма банальное основание — насмешки и обвинения в первобытной дикости. И действительно, многие индейские верования, существующие и сегодня, кажутся человеку западной культуры суеверным абсурдом, но не стоит забывать, что понятие «суеверие», как и многие религиозные воззрения, можно определить как «то, во что верит твой народ, но не верит мой». Индейцам кажется не менее забавным, когда белый человек опасается быть тринадцатым, начинать путешествие в пятницу, шарахается от перебегающих дорогу черных кошек, вешает над дверью подкову на счастье и т. п. Белый человек, получивший великолепное образование, смеется над глупыми обрядами людей другой культуры, но при этом полностью или частично придерживается религиозной веры, которую также невозможно объяснить с позиции современной науки.
   Многие люди западной культуры во все времена относились к шаманским практикам как к бреду суеверных дикарей, скептически отзываясь об их возможностях лечить людей и других необъяснимых способностях. Среди причин такого отношения основными были две.
   1. Жесткое противостояние шаманов многочисленным христианским миссионерам.
   2. Случаи смерти пациентов, подвергавшихся лечению шаманами.
   Относительно первой причины едва ли стоит что-либо говорить, поскольку история хранит множество примеров, когда христианская религия насаждалась крестом и мечом. По поводу второй причины достаточно задаться рядом вопросов: всегда ли, несмотря на новейшее оборудование, современные врачи правильно диагностируют заболевания, всегда ли помогает предписанное ими лечение и со всеми ли недугами справляется современная медицина? Думаю, ответы на эти вопросы будут одинаковы у всех читателей. Но разве это ставит под сомнение возможности западной медицины? Тогда возникает другой вопрос. Насколько правомочно ставить под сомнение эффективность ряда аборигенных практик лечения тела и духа, если люди веками обращались к ним за помощью? Как сказал один индеец из племени ото: «Индейский доктор (шаман) мало отличается от белого доктора. Он платит, чтобы получить знания, за которые позднее будут платить ему. Если он плохой доктор (шаман) и не может лечить, никто не обратится к нему»[10]. Интересно отметить, что даже среди закоренелых скептиков находились люди, сообщавшие о странных излечениях шаманами тяжело больных и раненых индейцев, от которых отказывались высокообразованные белокожие доктора. Кроме того, во многих случаях шаманы были весьма успешны в лечении не только своих соплеменников, но и белых людей, а в ряде районов американского континента первые белые переселенцы зачастую полностью зависели только от индейских шаманов вплоть до середины XIX века. Также среди белого населения того времени большой популярностью пользовались так называемые «индейские доктора» — белые люди, получившие свои знания от краснокожих шаманов. Многие травы, использовавшиеся индейцами, сегодня входят в число лекарственных средств западной медицины, а некоторые болезни, лечение которых не поддавалось методам западной медицины, успешно лечились индейскими шаманами. К таковым, например, относится цинга, которая еще в XVII веке приписывалась европейскими докторами «влиянию дурного воздуха», тогда как краснокожие уже использовали для ее лечения средства животного и растительного происхождения, на поверку оказавшиеся чрезвычайно богатыми витамином С.
 
   Церемония Горных Духов апачей
 
   К сожалению, многие шаманские знания были утеряны, когда правительство США в конце XIX века запретило индейцам практиковать свои религиозные церемонии, а многие исследователи отбрасывали подобную информацию как никчемный мусор. Примером может послужить Джеймс Муни[11], один из величайших этнологов США конца XIX — начала XX века, который в 1891 году провел исследование ряда лекарственных растений, используемых шаманами племени чероки. В качестве эталона медицинской мысли того времени он взял официальный справочник «Фармакопея Соединенных Штатов Америки»[12]. Согласно «Фармакопее», пять растений использовались шаманами верно, двенадцать были бесполезны и три сомнительны. Муни писал: «Полученные результаты, без сомнения, удивят тех, кто считает, что индеец обязательно должен быть хорошим доктором и что шаман с его теориями духов колдунов и мстительных животных знает о свойствах растений и лечении болезней больше, чем получивший образование ботаник или врач… Абсурдно полагать, что дикарь, умственное развитие которого сродни развитию ребенка, может достичь в какой-либо отрасли науки большего, чем цивилизованный человек — плод долгих лет интеллектуального роста». Одним из растений, признанных «Фармакопеей» и Джеймсом Муни бесполезными для лечения болезней, был… широко применяемый в современной медицине женьшень. В то время как шаманы чероков и многих других племен использовали его для лечения головных болей, колик, женских болезней и прочих недомоганий, в «Фармакопее» указывалось: «Незаурядные медицинские достоинства, приписываемые в прошлом женьшеню, существуют лишь в воображении китайцев. Женьшень не более чем успокоительное средство и в нашей стране в качестве лекарства не используется»[13]. Полагаю, что комментарии здесь излишни.
   Люди западной культуры, смеющиеся над амулетами и фетишами дикарей, сами до сих пор в не меньшей степени полагаются на иконы, крестики, мощи святых, носят маленькие мешочки, в которых держат отпечатанные на бумаге молитвы и т. п. В 1700 году, когда борьба христиан за заблудшие души дикарей была в самом разгаре, иезуитский миссионер Жак Гравье сообщал, что обнаружил великолепное средство от лихорадки. Он обещал Богу в течение девяти дней читать молитвы в честь преподобного Франсуа Региса, мощи которого он имел, и результат превзошел все ожидания. «Небольшой кусочек шляпы Отца Региса, — писал он, — переданный мне одним из его слуг, являет собой наиболее надежное средство из известных мне для лечения всех типов лихорадки»[14]. Любой историк может подтвердить, что подобных «научных» изысканий продвинутых представителей белой расы в прежние времена было множество. Да и сегодня люди западной культуры нередко прибегают к помощи церкви для решения проблем тела и духа, не говоря уже о разного рода магах и экстрасенсах, основная часть которых является обыкновенными мошенниками, бессовестно наживающимися на человеческом горе.
   Если человек западной культуры проводит четкую грань между реальным и сверхъестественным, то для индейца такой грани не существует. Оба мира настолько переплетены друг с другом, что одно легко может переходить в другое и Силы невидимого мира могут влиять на людей мира видимого, что и составляет основу шаманских практик. При этом, однако, важно понимать, что шаманизм никогда не был отдельной религией того или иного племени, а являлся лишь неотъемлемой частью религиозных воззрений, которых придерживались представители этих народов. Во многих племенах, таких как навахо, апачи[15] и оджибвеи, во время проведения ритуалов шаман излагал мифы о первотворении или деяниях легендарных героев, и больной как бы сливался с мифологическими персонажами, получая от них Силу, побеждающую болезнь сверхъестественным образом. Либо он мог пересказывать свой личный духовный опыт общения со сверхъестественным миром. Кроме того, шаманские практики всегда представляли собой эзотерические знания, доступные лишь небольшому числу одаренных людей. Даже в случае с навахо и западными апачами, где Силу можно было получить не через прямой контакт со сверхъестественными Силами в трансовых состояниях, а обучившись определенным церемониям, человек для этого должен был обладать поистине феноменальной памятью.
   Многие годы среди этнологов и религиоведов велись споры относительно возможности применения термина «шаманизм» к тем или иным практикам, используемым различными народами Азии, Америки и Африки. Термин этот пришел через русский язык от тунгусского слова «шаман» и первое время применялся только в отношении сибирских практик, в которых важное внимание уделялось состоянию транса. В отличие от сибирского шаманизма многие практики североамериканских индейцев не требовали впадения в транс и путешествия в мир духов, а ограничивались призывом духов во время проведения церемоний. Но практики американских индейцев не только охватывают весь спектр методов северных шаманов, но и имеют в своем арсенале другие, не свойственные им методики.
 
   Церемония Пляски Солнца у черноногих. Худ. Ф. Ремингтон
 
   Кроме того, у многих народов Америки почти каждый человек имел духа-покровителя, охранявшего и предостерегавшего его мистическим образом, а в некоторых обществах считалось, что отсутствие покровительства духов делало человека практически беззащитным перед лицом разного рода опасностей реальных и сверхъестественных. Например, у племен Великих равнин каждый мужчина по меньшей мере один раз в жизни проходил через церемонию «поиска видений», сопряженную с длительным постом и самоистязанием, во время которой он молился, призывая сверхъестественных существ стать его духами-покровителями, а потому грань между шаманом и обычным человеком у этих народов была очень призрачной, а порой стиралась полностью. Но существовала своеобразная иерархия духов — помимо того, что они могли наделить страждущего Силами разного рода, одни из них были сильнее, другие слабее. А потому не каждый получивший помощь свыше становился шаманом. Пользуясь словами американского исследователя Гая Купера, можно вывести следующее определение для индейского шамана: «Мы можем отличить шамана по наличию большего числа и/или Силе его духов-покровителей… Обычно это была сущность духа и связанная с ним Сила, что отличала шамана от других людей»[16]. В дальнейшем, несомненно, требовались подтверждение шаманом обладания мощной Силой и его общественное признание. Индейскому шаману в отличие от сибирского не было нужды совершать во время проведения ритуалов путешествие в мир духов. В большинстве практик с помощью песен, молитв и пожертвований он призывал духа-покровителя явиться к нему на помощь, и тот информировал его о причинах болезни и способах ее лечения или решал другие задачи. По словам апачей, дух «работал через него (шамана)». При этом было очень важно, чтобы шаман правильно и последовательно выполнял соответствующие ритуалы, иначе он мог разозлить духа-покровителя, что в лучшем случае приводило к бесполезности его работы, а в худшем — к смерти больного или самого шамана.
   В настоящее время термин «шаманизм» применяют по отношению к особой религиозной форме, которую отличает наличие определенной характеристики, каковой является первичный «призыв» к действию со стороны сверхъестественных Сил во время транса или видения, в котором человек совершает путешествие в жилище этих Сил, где они наделяют его «тайными знаниями», меняющими его статус в обществе и дающими ему право исполнять функции шамана. Явившиеся сверхъестественные существа становились духами-покровителями шамана, и Сила, передаваемая ими человеку, могла использоваться для решения всевозможных проблем, а также обеспечивала его защитой от разного рода напастей. Но, получая Силу, человек соглашался следовать определенным правилам и соблюдать жесткие табу, нарушение которых могло стать причиной его скоропостижной смерти. Характерными чертами шаманских практик являются:
   1. Использование музыкальных инструментов — бубен, трещотка, свисток.
   2. Песнопения и молитвы, в которых принимают участие все присутствующие.
   3. Аудиовизуальные эффекты — вспышки света, искры, голоса птиц и животных, чревовещание.
   4. Необъяснимые с позиции обычного человека проявления Силы — всевозможные «магические представления», во время которых шаман изымает из тела больного различные предметы, мгновенно убирает следы свежих ранений, за короткое время выращивает плодоносящие растения и т. п.
   Шаман во все времена имел большое значение в индейском сообществе. Индейцы убеждены, что человек является не властелином вселенной, а лишь ее составной частью. Силы, окружающие его, могут влиять на дела людей, и пока все пребывает в гармонии, они не беспокоят их. Потому жизненно важный для сообщества контакт со сверхъестественными Силами, достигаемый посредством специальных техник, всегда был центральной идеей шаманизма. Индейцы полагали, что человеку постоянно — от рождения до смерти — требуется сверхъестественная помощь, иначе ни один человек не может в одиночку рассчитывать на успех в жизни. Другие люди не способны помочь ему в сложных жизненных ситуациях — только Высшие Силы, и связующим звеном между миром людей и миром духов, как правило, становился шаман.
   К помощи шамана прибегали для лечения болезней и травм, предсказания погоды и воздействия на нее, предсказания будущего, военной, охотничьей и любовной магии, поиска потерянных людей и вещей, убийства или травмирования врага на расстоянии, а также создания предпосылок для общего блага племени. Однако Сила шамана могла быть использована им и с антисоциальными целями, когда он прибегал к колдовству. В этом случае для лечения последствий колдовства приглашали другого шамана, который сражался со злым шаманом на сверхъестественном уровне. Уважаемого шамана также могли приглашать для решения различных споров. Индейский шаман действует как посредник между миром людей и миром духов, но в отличие от северного шаманизма способы получения сверхъестественной Силы индейскими шаманами могли быть иными. Так, если у племен Великих равнин и чирикауа апачей, как и у народов Севера, для получения сверхъестественных Сил требовался личный контакт с Высшими Силами во время видений или трансовых состояний, то навахо и в некоторой степени западные апачи получали их посредством обучения у шаманов. Но, независимо от того, каким образом шаман получил свои знания, личный опыт общения с миром духов был обязательным условием. На сегодняшний день принято считать шаманизмом только практики, используемые азиатскими и американскими аборигенами.