Сюя взглянул на часы. Дневные занятия уже начались. Значит, он проспал!
   Быстро выйдя из садика, Сюя трусцой побежал к зданию школы. Сегодня... сегодня был... на бегу сверившись с часами, Сюя увидел, что сегодня четверг.
   Первым уроком в четверг была литература. Сюя почувствовал облегчение. Он очень любил литературу, этот предмет хорошо ему давался. Плюс к тому учительница, госпожа Кадзуко Окадзаки, относилась к нему с симпатией. А значит, все, что от него потребуется, это с виноватым видом поклониться.
   Литература. Любимый предмет. Оценки. Госпожа Окадзаки.
   Сюе действительно нравилась литература. Пусть даже в рассказах и очерках, напечатанных в учебниках были лозунги во славу Республики или другие идеологические штучки, Сюя умел находить и там слова, которые любил. Слова для него были так же важны, как музыка. Потому что в роке важны тексты.
   Кстати, о словах... лучшая ученица по литературе, Норико Накагава, писала прекрасные стихи. По сравнению с теми текстами для песен, которые удавалось выдавить из себя Сюе, те слова, что подбирала Норико, были гораздо более выразительными и блестящими... они могли быть с одной стороны нежными, а с другой — резкими и сильными... Сюя даже думал, что лирика Норико отражает природу девочек в целом. Конечно, Ёситоки Кунинобу был в Норико, влюблен, но Сюю больше всего поражала именно эта ее сторона...
   И тут Сюя понял, как же важно для него, что Ёситоки на самом деле жив. Сознавая страшную нелепость этого испытания, он готов был плакать от радости, труся к зданию школы.
   «Как глупо, — думал Сюя. — Просто поверить не могу, что мне приснилось, как Ёситоки умрет. И кстати — почему я в конце концов оказался вместе с Норико?.. Эй, погоди, и с каких это пор я перестал звать ее Норико-сан? Какая бесцеремонность... — подумал он. — Неужели то, что мы были в этом сне связаны, означает, что я испытываю к ней еще какие-то чувства кроме восхищения ее поэзией? Как скверно, ведь это значит, что мне придется в итоге столкнуться с Ёситоки. Просто беда...»
   И все же эта праздная мысль заставила Сюю ухмыльнуться.
   Наконец Сюя вошел в здание школы, теперь притихшее, поскольку все ученики были на занятиях. Он побежал вверх по лестнице. Третий класс "Б" находился на третьем этаже. Сюя легко перепрыгивал сразу через две-три ступеньки.
   Ненадолго остановившись у двери, Сюя попытался придумать какое-то оправдание для госпожи Окадзаки. Итак, он почувствовал тошноту... да и голова закружилась. Тогда Сюя решил прилечь и отдохнуть. Поверит ли госпожа Окадзаки такому объяснению, учитывая, что у него отменное здоровье? Ёситоки может подчеркнуто пожать плечами, а кто-то вроде Ютаки Сэто обязательно скажет: «Ручаюсь, ты просто спал». Синдзи Ми-мура засмеется, а Хироки Сугимура сложит руки на груди и изобразит на лице легкую улыбку. Норико тоже улыбнется, когда Сюя примется ожесточенно скрести у себя в затылке. «Ладно, — подумал он, — с этим я и войду, хотя поставлю себя в неловкое положение».
   Сюя взялся за ручку двери, напустил на себя самый что ни на есть виноватый вид и аккуратно отодвинул дверь в сторону.
   Стоило только Сюе поднять голову из формального поклона, как в нос ему ударила жуткая вонь.
   Он быстро оглядел класс и изо всех сил толкнул дверь, и она отъехала в сторону.
   Первое, что Сюя заметил, — это что у кафедры кто-то лежит.
   Госпожа Окадзаки...
   Нет, это была не госпожа Окадзаки. Это был их классный руководитель, господин Хаясида. И... и...
   ...у него не было головы. На том месте, где должна быть голова, он увидел лужу крови. Рядом с этой лужей лежала половина оправы очков господина Хаясиды.
   Сюя с трудом оторвал глаза от трупа классного руководителя и осмотрел остальную часть класса.
   Столы и стулья были расставлены как обычно.
   Странным было то, что все одноклассники валялись на своих столах. И еще...
   Пол был буквально залит кровью. Сильный запах распространялся по классу.
   Какое-то мгновение постояв в неподвижности, Сюя протянул руку к Маюми Тэндо — и вдруг понял, что у нее в спине торчит серебристая стрела вроде антенны. Кончик этой стрелы выходил из живота Маюми. Кровь капала ей на юбку и дальше на пол.
   Тогда Сюя двинулся вперед и потряс тело Кадзуси Нииды. Голова Кадзуси резко запрокинулась, открывая его лицо.
   По спине у Сюи тут же побежали ледяные мурашки. На месте глаз у Кадзуси были теперь две темно-красные дыры. Кровь и какая-то липкая жидкость вроде яичного белка сочились оттуда... А еще... еще ему в рот был воткнут какой-то предмет, похожий на буравчик с толстой ручкой.
   Вскрикнув, Сюя подбежал к стулу Ёситоки Кунинобу. В спине его друга было три дыры. Когда Сюя приподнял Ёситоки, голова его свесилась ему на плечо.
   — Ёситоки!.. — воскликнул Сюя и лихорадочно огляделся.
   Все либо горбились на стульях, либо валялись на полу.
   Горло Мэгуми Это было перерезано, напоминая спелый арбуз. Из затылка Ёдзи Курамото торчал серп. Голова Сакуры Огавы лопнула как перезревший фрукт. От головы Ёсими Яхаги осталась лишь половина. Солидный топорик торчал из расколотой напополам головы Тацумити Оки, отчего она походила на две половинки арахиса. Живот Кёити Мотобути напоминал мусорный бачок на сосисочной фабрике. Лицо Тадакацу Хатагами было совсем смято и заляпано кровью. Из уголка разинутого рта на распухшем, почти черном лице Хироно Симидзу торчал язык величиной с крупного морского слизняка. Тело Синдзи Мимуры, Третьего, было буквально изрешечено пулями.
   В общем... все они были мертвы.
   Однако внимание Сюи привлекло кое-что еще. Сёго Кавада — тот необщительный переведенный ученик с плохой репутацией. У него были глубокие колотые раны по всей груди. Его открытые глаза смотрели вниз, на пол... но глаза эти уже ничего не видели.
   Наконец Сюя сделал глубокий вздох и взглянул на стул Норико Накагавы. Ее место было как раз за стулом Ёситоки, и казалось, он бы уже давно мог ее заметить. Однако невесть почему стулья с трупами его одноклассников словно бы медленно кружились. И Сюя с трудом сумел разыскать Норико.
   Она сидела развалясь на своем стуле.
   Сюя тут же подбежал к Норико и поднял ее.
   БУММ. Голова девочки отвалилась, с глухим стуком упала на пол и закатилась в лужу крови... а потом посмотрела на Сюю. Причем в глазах Норико застыло возмущение. «Я думала, ты спасешь меня, Сюя, — словно бы говорила она. — Но ты меня не спас. И я все-таки умерла. Но я все равно очень тебя любила. По-настоящему».
   Не в силах отвести глаз от лица Норико, Сюя схватился за голову и раскрыл рот. Ему показалось, он сейчас сойдет с ума.
   Но внезапно Сюя заметил что-то белое.
   Стоило ему только физически осознать, что его тело на самом деле находится в горизонтальном положении, как он наконец понял, что это потолок. С левой стороны от него висела лампа дневного света.
   Кто-то нежно коснулся его груди.
   Тут Сюя вдруг понял, что он тяжело дышит. Глаза его пробежались от ладони к локтю, от локтя к плечу и наконец различили фигуру с косичками в матроске и плиссированной юбке — старосту девочек класса Юкиэ Уцуми (ученицу номер 2). Юкиэ тепло ему улыбалась.
   — Наконец-то ты пришел в себя, — сказала она. — Какая радость!
   Осталось 14 учеников

59

   Сюя попытался встать, но страшная боль разошлась по всему телу, и он упал на спину. Тут Сюя понял, что лежит на мягкой постели со свежими простынями.
   Юкиэ снова нежно коснулась груди Сюи, затем подтянула пуховое одеяло к самому его подбородку.
   — Не трать зря силы. У тебя скверная рана... Похоже, тебе снился кошмарный сон. Как ты себя чувствуешь?
   Сюя не мог связно ответить на этот вопрос и стал пока осматривать маленькую комнатушку. Она была оклеена дешевыми типовыми обоями, за спиной у Юкиэ стояла еще одна кровать, но больше Сюя ничего такого особенного не разглядел. Похоже, над головой у Сюи находилось окно, через которое просачивался слабый свет, освещая помещение. Но все-таки... где же он все-таки был?
   — Не понимаю, — сказал Сюя и вдруг сообразил, что может говорить. — Не помню, чтобы я со старостой класса в гостиницу вписывался.
   Он все еще не вполне пришел в себя, но Юкиэ облегченно вздохнула. Затем ее полные губы разошлись в улыбке, и девочка весело хихикнула.
   — Можно и так сказать. И все же мне теперь настолько легче, когда все с тобой хорошо. — Глядя на Сюю, Юкиэ добавила: — Ты довольно долго был без сознания. Так-так... — она взглянула на часы, — всего примерно тринадцать часов.
   «Тринадцать часов? — подумал Сюя. — Тринадцать часов. Тринадцать часов тому назад я был...»
   Глаза его широко раскрылись. А воспоминания и настоящее кое-как склеились воедино. Теперь Сюя полностью пришел в себя.
   Но ему необходимо было кое-что выяснить. Причем прямо сейчас.
   — А как там Норико, Норико Накагава? И Сёго Кавада?
   Задав вопрос, Сюя затаил дыхание, гадая: «Живы ли они еще?»
   Юкиэ окинула его странным взглядом.
   — Думаю, Норико... — сказала она, — и Сёго еще живы. Мы только что выслушали полуденное объявление, и их имена упомянуты не были.
   Сюя глубоко вздохнул. «Значит, Норико и Сёго сумели спастись, — подумал он. — Кадзуо преследовал меня, а их потерял из вида. Кадзуо был...»
   Тут Сюя взглянул на Юкиэ.
   — Кадзуо. Это Кадзуо! — В голосе его была слышна паника. — Где мы? Ты тут одна? Мы должны быть осторожны!
   Юкиэ нежно тронула правую руку Сюи, высунувшуюся из-под одеяла.
   — Успокойся. — Затем она спросила: — Это Кадзуо с тобой сделал?
   Сюя кивнул.
   — Он как раз на нас и напал. Кадзуо точно играет в игру.
   — Надо же... — Юкиэ кивнула и продолжила: — Ничего, мы здесь в безопасности. Нас тут шестеро, не считая тебя. Все остальные стоят на вахте, так что не волнуйся. Все они мои близкие подруги.
   Сюя удивленно поднял брови.
   — Шестеро? Кто?
   — Юка Накагава. — Юкиэ упомянула веселую девочку, однофамилицу Норико. Затем она продолжила: — Еще Сатоми Нода и Тисато Мацуи. Харука Танидзава. И Юко Сакаки.
   Сюя провел языком по пересохшим губам. Заметив выражение его лица, Юкиэ спросила:
   — Что такое? Ты не можешь им доверять? Которой? Всем сразу?
   — Да нет... — Сюя покачал головой. — Раз они твои подруги, я всем им доверяю.
   «Но как смогли шесть девочек, все добрые подруги, собраться вместе?» — подумал он.
   Юкиэ улыбнулась и сжала его ладонь.
   — Вот и хорошо. Рада слышать это от тебя, Сюя.
   Сюя тоже улыбнулся, но лишь на мгновение. Ему необходимо было узнать кое-что еще. Он уже пропустил три объявления — полуночное, в 6 утра и полуденное.
   — Кто... кто еще погиб? — спросил Сюя. — Я... я хочу сказать, в полночь, в шесть утра и в полдень было три объявления, верно? Кто-нибудь еще умер?
   Юкиэ сжала губы. Затем взяла какую-то бумагу с соседнего бокового столика. Оказалось — это карта и список учеников. Сюя понял, что это та самая карта, которую он держал в кармане школьного пиджака.
   Просмотрев список, Юки сказала:
   — Хироно Симидзу. А потом Кэйта Иидзима, Тосинори Ода, Ютака Сэто, Юитиро Такигути, Тадакацу Хатагами и Синдзи Мимура.
   Сюя онемел. Конечно, игра шла своим чередом, но его потрясло, что в живых осталось чуть больше дюжины учеников. Он же был в одной команде с Тадакацу Хатагами. Но что его просто убило, так это...
   — Синдзи...
   Синдзи Мимура, Третий, погиб. В это трудно было поверить. Сюя думал, что если кто-то и уцелеет, так это Синдзи.
   Юкиэ молча кивнула.
   В то же самое время Сюя был поражен тем, что все-таки реагирует недостаточно эмоционально. По-видимому, он уже ко всему привык. Да, наверняка именно так. Но тут он вспомнил совершенно особенную улыбку Синдзи, а затем то серьезное выражение лица, которое было у Синдзи, когда он делал ему знак успокоиться, когда они еще были в здании школы.
   «Никогда нам больше не увидеть потрясающую игру звездного Третьего», — подумал Сюя и почувствовал скорбь.
   — Когда было объявлено имя Синдзи?
   — Утром, — ответила Юкиэ. — Кэйта Иидзима и Ютака Сэто тоже попали в утреннее сообщение. Они могли быть вместе. Они были такими добрыми друзьями.
   — Понимаю...
   В полночь Синдзи был все еще жив. И, как сказала Юкиэ, он мог держаться вместе с Ютакой Сэто и Кэйтой Иидзимой.
   — Прошлой ночью произошел невероятный взрыв, — добавила Юкиэ. — И еще было очень много выстрелов. Должно быть, тогда все и случилось.
   — Взрыв?
   Сюя вспомнил ручную гранату, брошенную в них Кадзуо.
   — А это не было... вообще-то, Кадзуо бросил в нас ручную гранату. Возможно, именно это вы и услышали.
   Юкиэ подняла брови.
   — Значит... тогда взорвалась ручная граната. Вскоре после одиннадцати, верно? Нет, тот взрыв, о котором я говорю, на самом деле произошел уже после того, как тебя сюда принесли. И был гораздо громче того, что случился в одиннадцать. Та девочка, которая в тот момент стояла на страже, сказала, что весь центр острова озарился пламенем.
   Сюя сжал губы, но затем вспомнил, что все еще не спросил о том, где они находятся.
   Однако прежде чем он об этом спросил, Юкиэ вручила ему карту и список учеников.
   — Вот, возьми. Это твое. Я сделала отметки на твоей карте.
   Разложив карту, Сюя тут же заметил, что там стало больше запретных зон.
   — Вот место, где мы разговаривали о роке.
   То место находилось в секторе В=3, который был перечеркнут карандашом наряду с несколькими другими секторами. Небольшая приписка: «23-е, 11 утра» — означала, что этот сектор стал запретным сегодня утром в одиннадцать, когда Сюя еще спал.
   Сюя стиснул зубы. Норико и Сёго там уже не было — мысли его окончательно прояснялись, — если только они не погибли за время, прошедшее от полудня до нынешнего часа. Конечно, они все еще были живы... но тут Сюя вспомнил, что он видел Сёго и Норико мертвыми, как и Ёситоки и Синдзи, в своем сне. И мурашки побежали у него по спине.
   Но в любом случае они должны были остаться в живых. Проклятье, теперь ему оставалось только и верить, что с ними все хорошо. Но как он, черт побери, сможет их найти?
   Сюя положил карту себе на грудь. В таких обстоятельствах он не мог себе позволить тратить время на лишние раздумья. Самое главное — это информация. А раз он был здесь не один, мог найтись способ.
   Сюя взглянул на Юкиэ.
   — А где мы все-таки? И как я оказался в этой постели?
   Юкиэ взглянула в сторону окна.
   — Это маяк, — ответила она.
   — Маяк?
   — Ну да. На северо-восточной оконечности острова. Он отмечен на карте. Мы с самого начала игры здесь находимся.
   Сюя снова взглянул на карту. Как и сказала Юкиэ, маяк находился в секторе В=10, выдаваясь вперед на северо-востоке. Запретных зон поблизости почти не было.
   — А теперь, Сюя, про вчерашнюю ночь. Передней частью маяка является утес, и как раз с этого утеса ты упал. Девочка, которая в тот раз стояла на страже, нашла тебя... и принесла сюда. Ты был очень сильно изранен. Весь покрыт кровью. Я думала, ты умрешь.
   Сюя наконец заметил, что обнажен по пояс, а пульсирующее болью левое плечо замотано повязкой. (Проанализировав свои ощущения, он решил, что пуля раздробила ему левую лопатку и по-прежнему там сидит.) Еще Сюя чувствовал жжение над самым ошейником, куда также была наложена повязка (впоследствии, однако, выяснилось, что эта рана просто царапина). У него также была рана над левым локтем. (Хотя пуля, скорее всего, прошла навылет, она задела то ли кость, то ли сухожилие, и на этом участке рука онемела.) И еще левый бок. (Пуля пробила его, но, похоже, никаких жизненно важных органов не задела.) Неловко двигая невредимой правой рукой, Сюя приподнял одеяло и убедился, что он весь в повязках.
   Тогда он натянул одеяло и спросил:
   — Значит, вы меня лечили?
   — Да, — кивнула Юкиэ. — Мы нашли аптечку скорой помощи в маяке. И немного заштопали твои раны. Конечно, не слишком классная работа, потому что мы толком не знали, как это делается, и могли использовать только нитку с иголкой из швейного набора. Кажется, пуля у тебя в плече... так там и осталась. Очень многого мы сделать не смогли. Я подумала, что на самом деле тебе требовалось переливание крови. Ты буквально истекал кровью.
   — Спасибо вам большое.
   — Не за что, — по-доброму улыбнулась Юкиэ. — Никогда бы не поверила, что буду вынуждена вот так парня трогать! Ведь мне тебя даже раздеть пришлось!
   Сюя прыснул. Да, хотя Юкиэ была и умна, и тактична, она порой могла говорить такие вот смелые вещи. Все верно, эта девочка была именно такой. Сюя познакомился с ней в один из дождливых дней в физкультурном зале начальной школы. Он пришел туда, чтобы ознакомиться с местом, отведенным для занятий Лиги юниоров по бейсболу и женскому волейболу. И Сюя потом сказал Ёситоки: «Есть еще Уцуми, та, что в волейбольной команде. Она очень славная. В моем вкусе. Знаешь, такая общительная».
   Конечно, в данный момент Сюе не следовало предаваться воспоминаниям. Юкиэ предложила ему попить, и он одобрительно присвистнул. Вообще-то, Сюя очень хотел пить, а чашка уже стояла на столике.
   «Вот это да, вот так староста, — подумал Сюя. — В один прекрасный день ты станешь замечательной женой, нет, просто чудесной женщиной. Но честно говоря, ты уже сейчас чудесная женщина».
   Сюя взял чашку, приподнял голову и попил. Рана у него на шее болела, когда он глотал, и поэтому Сюя морщился. Но он выпил всю чашку, до конца.
   — Может, я слишком многого прошу, — сказал Сюя, возвращая Юкиэ чашку, — но думаю, мне следует как можно больше пить. И еще... нет ли у вас какого-нибудь болеутоляющего? Чего угодно. Оно мне поможет.
   Юкиэ кивнула:
   — Конечно. Я сейчас принесу.
   Сюя вытер губы.
   — Поразительно, — сказал он, помедлив, — что твои подруги меня приняли. Ведь я мог оказаться врагом.
   Юкиэ помотала головой.
   — Мы просто не могли позволить кому-то из одноклассников умереть. А кроме того... — Тут она заглянула Сюе в глаза и игриво улыбнулась. — Это был не просто какой-то одноклассник. Это был ты, Сюя. Я в нашей группе главная, а потому я заставила всех согласиться.
   Означало ли это, что... что Юкиэ тоже заметила в Сюе нечто особенное еще во время их знакомства в физкультурном зале начальной школы?
   Сюя стал выяснять дальше:
   — Но отсюда следует... что не все сильно этого желали. Я так и знал.
   — В общем, да. Учитывая все обстоятельства. — Юкиэ опустила глаза. — Пойми их правильно. Все очень взволнованы.
   — Ага, — кивнул Сюя. — Я понимаю.
   — Но я их убедила. — Юкиэ подняла глаза и снова улыбнулась. — Так что ты должен быть мне благодарен.
   Сюя стал благодарно кивать — и вдруг заметил, что Юкиэ, которая только что улыбалась, теперь почему-то готова была залиться слезами.
   Взглянув на него, девочка сказала:
   — Знаешь, Сюя, я страшно волновалась. Я думала, ты умрешь.
   Захваченный врасплох таким проявлением чувств, Сюя молча на нее смотрел.
   — Я просто не знала, что мне делать, если ты умрешь, — продолжила Юкиэ.
   В голосе ее теперь слышались рыдания.
   — ...Понимаешь, о чем я говорю? Теперь ты видишь, почему я любой ценой должна была тебя спасти?
   Сюя посмотрел в полные слез глаза Юкиэ и медленно кивнул. «Просто поверить не могу, насколько я популярен», — подумал он.
   Конечно... все это могло быть психологической реакцией на ситуацию на острове. При таких условиях они, вероятнее всего, должны были умереть. (Нет, согласно правилам, они совершенно определенно должны были умереть. Сюя еще никогда не слышал, чтобы кто-то, кроме победителя, выжил в этой дьявольской Программе.) И теперь, когда уцелевших становилось все меньше и меньше, могло получиться так, что парень, который просто немного тебе нравился после разговора в углу физкультурного зала начальной школы, превращался в человека, за которого ты бы с радостью умерла.
   Хотя нет — все наверняка обстояло иначе. Юкиэ никогда не смогла бы противостоять своим подругам, если бы Сюя по-настоящему ее не интересовал. Да и как иначе она могла бы так ему доверять?
   — Я понимаю, — сказал Сюя. — Спасибо.
   Ладонью правой руки Юкиэ вытерла слезы.
   — Скажи мне одну вещь, — продолжила она. — Ты спросил про Норико и Сёго. И сказал «мы». Значит, ты был с ними?
   Сюя кивнул.
   Юкиэ хмуро сдвинула брови.
   — Про Норико я понимаю... но не говори мне, что ты действительно был в одной компании с Сёго.
   Сюя понял, на что она намекает.
   — Сёго совсем не плохой парень, — сказал Сюя. — Он меня спас. Мы с Норико выжили благодаря ему. Уверен, что сейчас Сёго защищает Норико... Да, послушай. Есть кое-что гораздо более важное, — с энтузиазмом продолжил он. — Совсем забыл. Знаешь, Юкиэ, мы можем спастись.
   — Спастись?
   Сюя энергично кивнул.
   — Сёго собирается нас спасти. Он знает выход отсюда.
   Глаза Юкиэ широко распахнулись.
   — Правда? В самом деле? И какой?
   Тут Сюя внезапно умолк. Ведь Сёго сказал ему, что до самого конца не сможет об этом рассказать.
   И, если вдуматься... Сюя не мог предъявить никаких доказательств. Он доверял Сёго, но сомневался, что сумеет убедить Юкиэ, которая не знала Сёго так хорошо. Как сам Сёго постоянно ему напоминал, Юкиэ может заподозрить, что Сёго просто использует Сюю и остальных.
   Тогда Сюя решил объяснить ей все с самого начала.
   Он рассказал Юкиэ о том, как на него сразу же после выхода из школы напал Ёсио Акамацу, как он с тех пор оставался с Норико, как он сражался с Тацумити Оки, и как, когда Кёити Мотобути стал в него целиться, Сёго его спас, и как они с тех пор боролись за жизнь вместе. Сюя рассказал Юкиэ о плане спасения, о том, как у Норико начался жар и как они перебрались в медпункт. Ну да, а потом насчет Хироки Сугимуры. И как Хироки сообщил им, что Мицуко Сома опасна. А потом как во время перехода из медпункта на них напал Кадзуо Кирияма.
   — Значит, с Тацумити... — После того как Сюя закончил, Юкиэ почему-то вытащила на свет прежде всего Тацумити Оки. — Значит, это была случайность?
   — Ну да. Все вышло так, как я описал, — ответил Сюя и хмуро сдвинул брови, глядя на девочку. — А что такое?
   Юкиэ покачала головой.
   — Ничего, — сказала она и тут же сменила тему. — Извини, что я так откровенна, но я не могу вот так с бухты-барахты поверить Сёго. В смысле, что отсюда можно спастись.
   Сюя не понимал, почему Юкиэ спросила про Тацумити, но подумал, что это может быть связано с чем-то важным. Кроме того, его не удивляло скептическое отношение Юкиэ к Сёго.
   — Я тебя понимаю. И все же я думаю, что мы можем доверять Сёго. Это сложно объяснить, но поверь — он правда хороший парень. — Сюя нетерпеливо махнул неповрежденной правой рукой. — Если бы ты с ним пообщалась, ты бы поняла.
   Юкиэ в задумчивости прижала пальцы правой ладони к губам.
   — Хорошо, — сказала она. — Получается, нам в любом случае следует его выслушать. Если уж на то пошло, вряд ли у нас есть еще какой-то выход.
   Сюя внимательно на нее посмотрел.
   — А ты что планировала сделать?
   Юкиэ пожала плечами.
   — Ничего я не планировала. Мне казалось, все безнадежно. Мы с девочками просто обсуждали, не лучше ли нам попытаться сбежать или еще на какое-то время остаться здесь. Но так ни к какому решению и не пришли.
   Тут Сюя понял, что забыл спросить кое о чем еще.
   — Как же вы собрались здесь вместе? Все шестеро?
   — Ах, да, — кивнула Юкиэ. — Я еще не рассказала. Я просто вернулась к школе и всех созвала.
   Сюя удивился.
   — Когда?
   — Должно быть, это произошло сразу же после того, как вы с Норико убежали. На самом деле я увидела, как убегает Кадзуси Ниида... вообще-то, я хотела вернуться вовремя, чтобы встретиться с тобой, но увидела я только Кадзуси... и еще те два трупа прямо у выхода из школы.
   Сюя удивленно поднял брови.
   — Ёсио тогда был только без сознания, да?
   Юкиэ покачала головой.
   — Мне не удалось посмотреть повнимательнее... но в тот момент он определенно казался мертвым. Из его шеи... торчала стрела...
   — Значит, Кадзуси...
   Юкиэ кивнула.
   — Думаю, да.
   — А ты не боялась, что другие будут как Ёсио? — спросил затем Сюя.
   — Конечно, эта мысль приходила мне в голову, но я просто не могла придумать другого варианта, кроме как образовать группу. Тогда я прошла некоторое расстояние по лесу. Я прикинула, что если я там спрячусь, меня не будет видно. Если бы меня заметили, вышло бы очень скверно.
   Сюя был глубоко тронут. Да, он должен был заботиться о раненой Норико, и все-таки он махнул рукой на всех остальных. Хироки Сугимура сказал, что он ждал Такако Тигусу, но он все-таки был парнем, а кроме того, занимался боевыми искусствами.
   — Ну и ну, староста. Ты меня поражаешь.
   Юкиэ улыбнулась:
   — Норико ты по имени называешь, а я для тебя просто «староста», да?
   Сюя даже не знал, что сказать.
   — Ну, я просто...
   — Не волнуйся, все хорошо.
   Улыбка промелькнула на лице Юкиэ.
   — Затем вышла Юка Накагава... — продолжила она, — и я ее позвала.
   — И тебе удалось прямо там ее убедить? Пойми меня правильно — я очень высоко ценю твою репутацию, но...
   — Ну да, — кивнула Юкиэ. — Кроме того, я вернулась не одна. Сначала я была страшно потрясена, но я просто должна была вернуться. И по пути назад мне сказочно повезло — я нашла Харуку. Ты же знаешь, мы с Харукой лучшие подруги.
   Сюя кивнул. Юкиэ и Харука Танидзава вместе играли в волейбольной команде.
   — Я поговорила с Харукой. Когда я ей сказала, что мы должны вернуться, она сперва заартачилась, но потом согласилась — в конце концов, у нас было оружие. У меня в рюкзаке нашелся пистолет. Когда Юка Накагава услышала, что мы обе ее зовем, она решилась нам довериться.