Проснувшись как-то утром, Тося обнаружил в кармане всего десять рублей.
   — Вот все, что осталось, — сообщил он удивленной Верочке.
   Через несколько минут в номер постучался Алик. Он сказал, что Вася уже пару дней как уехал, и денег у него самого нет вовсе.
   — Не беда. Дома деньги есть. А сейчас мы займем триста у Ромы и спокойно доедем до Одессы с нашими девчонками, — говорил Алик.
   Они заехали к Роме, но его не оказалось дома, А поезд отправлялся через час. И вдруг они повстречали девушку, которая отмечала в ресторане встречу Нового года с одним из Роминых друзей. Узнав об их проблемах, она предложила восемьдесят рублей, так как больше у нее не было.
   — Ну что ж, спасибо на этом, — поблагодарили ее приятели, пообещав выслать долг сразу по приезде.
   На автовокзале стояла группка частников, которая ловила клиента. Двое молодых парней, одетых в длинные модные дубленки и высокие норковые шапки, в сопровождении двух красивых девушек в шубах из дорогого меха остановились в поисках такси. Выяснив, что тем нужно до Симферополя, один частник сказал:
   — Восемьдесят рублей.
   — Хорошо, — согласились те и сели в машину.
   — Я смогу ему заплатить лишь пятнадцать рублей, — говорил Тося Алику, когда машину остановили на перевале работники ГАИ.
   — Значит, столько и давай, — отвечал тот.
   Попрощавшись с таксистом, они направились в кассовый зал, где удалось договориться с женщиной в закрытой кассе о приобретении четырехместного купе до Одессы.
   — Мы вас отблагодарим, мамочка, — уверял ее Алик.
   — Погуляйте пять минут, — отвечала та.
   — А сколько стоит билет?
   И когда выяснилось, что стоит он 16 рублей, Тося сказал:
   — Отблагодарить придется одним рублем.
   Когда зашли в поезд, вспомнили, что нужно платить за постель. К счастью, в карманах у Эллочки нашлась пара рублей. За постель проводник получил два рубля и узнал, что четверым молодым людям, оказывается, вполне достаточно двух постелей. Проводника очень удивили девушки с большими бриллиантами и в дорогих шубах, которые утвердительно кивали.
   Через месяц он расстался с Верочкой. А когда позвонил через год, то узнал, что она вышла замуж. Его расстроило это известие, и он забыл о ней навсегда.
 

НА ТЕЛЕЦВЕТЫ

   Тося снимал трехкомнатную квартиру на Варшавском шоссе возле универмага «Прага». При этом он платил сто пятьдесят рублей в месяц. Жил он в ней с девушкой по имени Лера, которую привез из Краснодара. Квартира эта была очень уютной, располагала к отдыху и развлечениям, поэтому в ней всегда было много гостей. Среди последних были и старые друзья, и новые знакомые, а также ее посещали московские путанки.
   И вот однажды, в разгар веселья, раздался звонок в дверь и вошел запыхавшийся Леша. Он сказал, что есть потрясающие новости. Нужно срочно все обмозговать. Они уединились на кухне, и Тося приготовился внимательно слушать. Информация была следующей.
   Леша узнал от своего товарища, который только что приехал из Душанбе, что в одном из овощных магазинов города работает директор, у которого есть миллион рублей. При этом он ведет скромный образ жизни. Пока не все об этом знают, Леша предлагал каким-нибудь образом забрать у директора этот миллион.
   — Да, но каким образом ты собираешься это сделать? — недоумевал Тося. И тут же сам предложил: — Давай уберем его на телецветы.
   Они целую неделю собирали участников предстоящего спектакля. В итоге набралось пять человек. На роль главного героя они взяли Толика Хуберта. Это был зрелый седовласый мужчина пятидесяти лет. Всю свою жизнь он посвятил аферам и сидению в тюрьме. Вид у Хуберта был солидный. Язык умело подвешенный. А ум не оставлял желать лучшего.
   Толик, в свою очередь, взял с собой женщину с ребенком — милой девочкой десяти лет. Также к ним присоединились Гриша Рябой и Вася-Игорь. Таким составом выехали в Душанбе.
   Там они сняли трехкомнатную меблированную квартиру в самом центре города. В этой квартире поселился Хуберт с женщиной и ребенком. Вторую квартиру они сняли через два квартала. Там остановились все остальные. Она была менее уютной, менее шикарной и гораздо дешевле.
   Итак, началась трудовая жизнь.
   Хуберт познакомился с директором магазина, придя к нему в кабинет и заказав пару ящиков каких-то экзотических фруктов. При этом он показывал большие суммы денег и вообще был очень щедр, давая возможность директору погреть руки на заказе.
   — Засухарившийся миллионер пообещал через пару дней все достать, — весело рассказывал Хуберт Тосе.
   В назначенный день Толик пришел, и вот тут началась настоящая дружба. Хуберт восхищался умением директора работать, тем, что тот в такой короткий срок достал все необходимое, а главное — качество товара было на высоте. И он пригласил директора скоротать вечер в одном из центральных ресторанов. Тот принял приглашение с радостью, тем более что Хуберт брал на себя все расходы.
   Через некоторое время они стали дружить семьями, ходить вместе в театры, кино. Их дети также имели много общего. Они с удовольствием играли подаренными игрушками и поглощали сладости, которыми завалил их добрый Хуберт.
   Они ходили друг к другу в гости. Жены о чем-то сплетничали и обменивались кулинарными рецептами. Друзья, пользуясь их отсутствием, делились своими похождениями с женщинами. Так дружба шла и набирала обороты.
   А в это время Вася познакомился с продавщицей этого же магазина. Как-то раз он зашел туда, небритый, усталый, и сказал, что он работает дальнобойщиком. А сейчас, проезжая через Душанбе, машина поломалась, и очень нужны деньги на ремонт, а так как он везет очень дефицитные радиодетали, решил какую-то незначительную их часть продать. Вася попросил продавщицу помочь ему в этом и выставить их на витрине, где лежали дыни, капуста, морковь.
   — Детали дорогие, — говорил он, — а я продаю их за полцены. Да и делать вам ничего не придется. Положите детали — да и все. Кто знает, возьмет, а кто не знает — ну что ж… а сами можете никому и не предлагать.
   Продавец поддалась на его уговоры и взяла несколько радиодеталей, которые Вася называл телецветами. Она выкладывала их на прилавке, когда зашел Тося под руку с Лерочкой. Пока та выбирала дыню, он «случайно» заметил детали и спросил:
   — Что это такое? Так походит на телецветы.
   Продавец, достав из кармана клочок бумаги, на которой было написано «телецветы», заметила:
   — Это они и есть.
   Тося, сетуя на то, что не захватил с собой достаточное количество денег на покупку всех деталей, купил всего несколько штук и спросил:
   — Сколько всего у вас таких деталей? Я только съезжу домой за деньгами и куплю все.
   Через пятнадцать минут после ухода Тоси в магазин зашел Леша, который также купил несколько деталей. Затем Гриша забрал все остальные.
   Когда Вася пришел, чтобы забрать свои детали, продавец с радостью и гордостью вручила ему деньги.
   Хуберт с директором все дружили и дружили. Толик не скрывал, что он миллионер, и при любой возможности всячески показывал это. Он разбрасывал деньги налево и направо. А настоящий миллионер скрывал, что у него есть миллион, все время плача, что денег не хватает, жена просит и сын растет.
   В один прекрасный день Хуберт пришел к директору несколько выпивший, очень нервный и раздражительный. Тот никогда таким не видел своего друга. Он пытался узнать причину. Толик долго колебался, но в конце концов поддался на уговоры и, поверив заверениям в дружбе и искренности, рассказал директору:
   — Деньги, и очень крупные, я наживаю на том, что покупаю радиодетали, которые только недавно изобрели на одном секретном заводе. Эти детали я переправляю в Киев. Таким образом очень большие деньги поднимаю на этом. Но сейчас получился сбой. Поставщики подвели, а покупатели требуют и хотят налезть на меня неустойкой за то, что в срок не смог обеспечить их товаром.
   В расстроенных чувствах он достал из кармана бутылку коньяка и предложил своему товарищу выпить с ним. Он очень подробно описал внешний вид деталей и несколько раз повторил их название.
   Они расстались. Но у директора перед глазами все время была их последняя встреча. Рассказ Хуберта произвел на него сильное впечатление.
   В своем магазине он заметил, как Вася передает продавщице какие-то детали. Он вызвал женщину к себе и узнал, что та давно поддерживает с Васей контакт. И как только тот появляется в городе, каждый раз приносит радиодетали, которые называются телецветами и имеют большой спрос. Директор долго рассматривал детали и несколько раз переспрашивал название. Затем собрал все и отвез Хуберту.
   Тот очень удивился, обрадовался, похвалил его и высказал уверенность, что у того наверняка очень значительные связи, так как детали именно те. Он достал деньги, заплатил и сказал:
   — Узнай, о какой партии может идти речь. А вообще-то сколько будет — столько и куплю.
   Миллионер помчался в магазин. Сказал продавцу, что, как только появится Вася, чтобы немедленно зашел к нему.
   Вася не заставил себя долго ждать. Всего у него оказалось деталей на десять тысяч рублей, которые он и отдал директору. Тот отнес их Хуберту и получил двадцать две тысячи рублей.
   «Неплохая арифметика, — думал директор. — За пятнадцать минут двенадцать тысяч. Это тебе не копейки к концу дня». И он был счастлив.
   Дождавшись Васю, он стал его упрашивать, чтобы тот продал ему деталей побольше. Вася говорил, что деталей нет, но в следующий раз он постарается привезти. Директор пытался заинтересовать Васю. Обещал заплатить ему дороже. Но тот твердо стоял на своем:
   — Постараюсь привезти в следующий раз.
   Когда друзья собрались все вместе, Хуберт сказал:
   — Этому жлобу необходимо сделать двойной пропуль.
   И Вася продал директору деталей на двадцать тысяч рублей. Тот отнес их Толику и нажил двадцать четыре тысячи. Ему очень понравилась такая работа.
   Директор овощного магазина купил деталей на один миллион рублей и тут же отправился сообщить радостную весть по знакомому адресу. Но в квартире, куда он долго звонил и стучал, не открывали дверь. От соседей он узнал, что здесь никогда не жили мужчина, женщина и ребенок подобного описания.
   Впоследствии Тося много раз прибегал к похожей работе. Они впятером разъезжали по всему Союзу. Один из них, заросший, усталый, ходил по рынку, предлагая колхозникам положить детали на прилавок. При этом детали покупались самые разные и самые дешевые и названия у них всегда были разные.
   Так они разъезжали, меняя город за городом. Но потом появилась новая работа, которая вытеснила предыдущую.
 

ВСЕ УЧТЕНО МОГУЧИМ УРАГАНОМ

   Как-то, обедая в «Красном», Тося встретил Пупсика. Они не виделись последние полтора года, хотя раньше их пути часто пересекались не только в Одессе, но и в других городах страны. Встречи эти приносили радость и хороший доход обоим. Сейчас Пупсик был в подавленном настроении и жаловался на то, что оброс долгами, из которых не знает, как выпутаться.
   — Последнее время неприятности и неудачи всюду идут за мной, наступая на пятки, — говорил Пупсик, осушив последнюю рюмку коньяка. — Козлячья масть прет во всем. Не знаю, как ее перебить.
   — Забудь о своих неприятностях. Выбрось их из головы. Настройся на другую волну. Вспомни, как легко и просто мы наживали крупные суммы. Вспомни и поверь в удачу, поверь в себя. И все пойдет как по маслу, — пытался Тося приободрить друга. — Внутренний настрой и уверенность часто подсказывают исход делу.
   — Все это так, Тося. Но сам я не могу настроиться. Вот если бы ты согласился съездить со мною поработать. Рядом с тобой я бы обрел былую удачу и уверенность.
   — Нет проблем, Володя. Можем выезжать хоть завтра. Твоя машина на ходу? Выдержит пробег, скажем, в пять тысяч километров?
   — Машина-то выдержит. Но ты меня озадачил таким расстоянием. Не в Петропавловск ли мы собрались? — удивился Пупсик.
   — В «Атласе автомобильных дорог» возле названий некоторых городов нанесен черный якорек. Это портовые города. В каждом из них имеется боновый магазин — Торгсин называется. Я предлагаю тебе: выберем наиболее крупные из этих городов и наиболее удобные территориально и посетим их с целью хлопнуть тамошних скупщиков фантиков под названием «боны». Спекули, как правило, стоят под этими магазинами в ожидании купить как можно больше этого дерьма у приезжих поморцев или у членов их семей.
   — А где мы возьмем боны на засвет? — поинтересовался Пупсик.
   — Доверься мне. По приезде в такой город мы разобьем понты. Ты будешь искать барыг, чтобы продать боны, а я — чтобы купить. А дальше будем действовать сообразно ситуации.
   — Не пойму, как мы свяжем купца и продавца? — недоумевал Пупсик.
   — Мы поедем? Или тебе дороже получить полное разъяснение в этом кабаке?
   — Тося, поедем, когда скажешь. Машина готова к маршпробегу в десять тысяч, даже в пятнадцать тысяч километров.
   На следующий день друзья выехали лишь под вечер. И тщательно разработанный маршрут, который начинался с Херсона, пришлось изменить, так как ночью все гостиницы этого города были закрыты. Поэтому они решили начать с города Жданова (Мариуполь), куда добрались ранним утром.
   Боновый магазин «Альбатрос» находился в тупике небольшого проулка, напротив гастронома, недалеко от 37-го районного отделения милиции. Работники отделения часто наезжали с облавами на скупщиков, что привело последних в состояние крайней издерганности и запутанности. И они скрывались в полупустом гастрономе, стоя за большими сводчатыми окнами, чем оживляли скудную витрину этого гастронома.
   Тося, подойдя к «Альбатросу», остановился в растерянности, не найдя ни одного скупщика у входа в магазин. Он закурил и стал озираться по сторонам. Не зная, что предпринять, он достал из кармана толстую пачку денег и начал их пересчитывать, соображая, как разыскать скупщиков. Но тут, как по мановению волшебной палочки, его обступили неизвестно откуда взявшиеся спекулянты. Поборов удивление, он объяснил, что срочно хотел бы приобрести двести бон. Когда скупщики узнали, что он готов платить по четырнадцать рублей за одну бону, они пообещали подвезти нужное количество к гостинице «Спартак», где «остановился» богатый покупатель. Чтобы собрать нужную сумму, спекулянтам понадобилось время, и они условились на семнадцать часов. И Тося отправился к себе в номер отдохнуть и дождаться Пупсика.
   Появившийся Пупсик с гордостью объявил, что ему удалось найти покупателя на сто пятьдесят бон по девять рублей за одну бону, встреча с которым была назначена на четырнадцать часов у той же гостиницы.
   — Отлично, — сказал Тося, — часик отдохнем и тогда подумаем, как мы сварим эту кашу.
   Отдохнув и подумав, Тося сказал:
   — Мне не дает покоя твой вопрос о том, как связать купца и продавца? А давай рискнем и попробуем.
   Сразу же после этого решения Пупсик отправился к «Альбатросу». Подойдя к швейцару, он предложил тому пятьдесят рублей за восемь обложек от боновых книжек, объяснив, что хочет похвастать перед друзьями, разбросав эти обложки по палубе корабля. «Вот, дескать, сколько пришлось потратить на жену и тещу». Так как обложки ценности не представляли и валялись возле урны в магазине, швейцар с радостью подобрал пять штук и еще четыре взял у кассира и вручил Пупсику.
   В четырнадцать часов Пупсик встретился с покупателем и передоговорился на семнадцать пятнадцать, объяснив, что его друг, у которого боны, раньше не успевает.
   — Всего привезут продавать двести бон. Из них сто пятьдесят — вам, — говорил Пупсик, — а пятьдесят вы отдадите мне после того, как расстанемся с продавцом. Недостающие деньги мы добавим. Но если продавец узнает, что часть бонов приобретается вами, он не станет продавать, так как опасается незнакомых и малознакомых людей.
   Тот заверил, что будет себя вести как старый добрый товарищ Пупсика.
   В шестнадцать сорок пять Тося стоял у входа в гостиницу «Спартак». Трое продавцов также приехали раньше назначенного времени.
   — Я предлагаю застраховаться от всяких неожиданностей, которые могут произойти на улице, — сказал Тося после отпущенного им комплимента о пунктуальности и серьезности спекулянтов. — Так как сумма немалая, хочу всех пригласить в ресторан, где, сидя за столом в спокойной обстановке за чашкой кофе, мы сможем совершить обмен.
   Они уселись за столик у окна. Тося заказал коньяк и кофе, после чего сообщил, что сейчас подойдет брат с деньгами. Он поставил на стол барсетку, из которой извлек сигареты и зажигалку. Заметив Пупсика, подающего условный знак, он извинился и вышел из-за стола встретить брата.
   Когда Пупсик познакомил его у входа с покупателем, Тося сказал:
   — Мы пойдем покупать боны, а ты погуляй в фойе, там и так много народу.
   Пупсик остался у входа, а Тося с новым знакомым под руку направился к столу, где скупщики нервно крутили головами.
   — Все в порядке. Познакомьтесь, это мой брат, Сеня… Итак, Сеня, ты должен был привезти одну тысячу триста пятьдесят рублей, — обратился Тося к «брату».
   — Так я и сделал. — Сеня достал из кармана деньги. Тося извлек из барсетки пачку сторублевок. Отсчитав одну тысячу четыреста рублей, он достал из — кармана еще пятьдесят рублей, положил на стол.
   — Прошу пересчитать.
   Спекулянты пересчитали Тосины деньги и недоуменно смотрели на «брата». Тот нервно крутил в руке принесенные деньги, не решаясь их отдавать, не видя бон. Понимая его сомнения, один из скупщиков достал и положил на стол восемь белых книжек по двадцать пять бон в каждой. «Брат» протянул деньги скупщику и хотел взять книжки, но Тося его остановил, сказав:
   — Чтобы не было путаницы, сначала закончим с рублями.
   Когда деньги были посчитаны и собраны в одну пачку, скупщик положил их на стол. Понимая, что толстая пачка денег привлекает внимание посетителей ресторана, потянулся, чтобы их убрать. Тогда Тося предложил:
   — Раз с деньгами все в порядке, положите их в мою сумочку. Я сейчас ее освобожу.
   Он достал из барсетки записную книжку и подвинул «брату».
   — Передай.
   Когда тот взялся, чтобы передать барсетку, Тося добавил:
   — Посмотри, все ли я из нее забрал.
   Сеня убедился, что сумка пуста, передал ее спекулянту. Тот заглянул в барсетку и положил в нее деньги.
   — Когда с деньгами все выяснено, перейдем к чекам, — сказал Тося, отодвигая барсетку на центр стола.
   Один из скупщиков протянул ему книжки. Но Тося их передал «брату». Пока тот их рассматривал и проверял — все ли книжки содержат по двадцать пять чеков, Тося пытался выяснить у скупщиков:
   — С какой целью боны засунули в эти обложки? И вообще как давно это произошло? И какова судьба тех старых чеков, которые шли без этих оберток?
   Спекулянты принялись рассказывать и объяснять причины и сроки введения новых боновых книжек. В это время Тося доставал под столом из носков восемь обложек с вклеенными в них журнальными листами и устанавливал их у себя под коленкой. Когда «брат» закончил осмотр и пересчет бон, он сказал:
   — Вроде все в порядке.
   — Давай-ка я посмотрю, — сказал Тося. — Впервые вижу такие боны. Они точно настоящие? — И он взял все восемь книжек, сложил их перед собой в одну колоду и добавил: — Я знаю, что должна быть серия «Д».
   — Наоборот, не «Д», а «А», — наперебой заголосили скупщики. — «Д» — это старые чеки, и сейчас они не действительны.
   — Так что, здесь серия «А»? — Тося открыл верхнюю книжку и, увидев серию, тут же ее закрыл. — Я знаю, что именно эта серия не имеет действия на сегодняшний день.
   Спекулянты принялись уверять, что он перепутал и это самые что ни на есть настоящие боны. Тося предложил проконсультироваться у нейтрального человека, например, у официанта. Все принялись разыскивать взглядами официанта, когда в зал влетел разгоряченный Пупсик. Подбежав к столу, он выпалил скороговоркой:
   — Только что подъехали трое мусоров из горотдела. Те, что брали тебя и Яшу за валюту. Сейчас они будут здесь. Скорее спрячься на кухне.
   После такого сообщения все собравшиеся за столом оцепенели.
   — Убери боны со стола, — добавил Пупсик.
   Тося нервно сунул все восемь книжек под стол, но так неловко, что они рассыпались по полу. Спекулянты бросились под стол собирать книжки, которые тут же исчезали в их карманах. Побледневший «брат» потянулся к барсетке. Тося опередил его, встав. Взял сумочку и поставил ее перед «братом».
   — Бери все деньги и дождись меня. Я тебе верю. Как только уедет милиция, позови. Я буду на кухне.
   «Брат» трясущимися руками достал деньги из барсетки и, не смотря, засунул за пазуху. Тося, забрав сумочку, исчез за перегородкой, отделяющей зал от кухни. Пупсик последовал за ним. Они пронеслись, подобно урагану, по небольшой кухне к черному ходу.
   Вот они в машине мчат вдоль моря. Тося разложил на коленях восемь боновых книжек.
   — Я и вправду впервые держу их в руках, — сказал Тося, пролистывая одну из них.
   — Налюбуешься потом, — проговорил Пупсик, нервно вдавливая педаль газа в пол. — А сейчас спрячь в барсетке. Надо быстро линять из этого города.
   Тося открыл отделение в барсетке, которое крепко держала липучка, достал из него деньги:
   — Сначала я отделю свои деньги от денег «брата». Наверное, как только я скрылся на кухне, он тут же рванул из того кабака и сейчас бежит где-нибудь впереди нас. Он ведь думает, что на свои 1350 он поднял 1450, больше, чем 100 процентов.
   — Да, здорово получилось, — засмеялся Пупсик. — Но почему ты не перетянул книжки резинкой? Когда я увидел их рассыпанными по полу, то подумал, что мы сладились. Что, если один из барыг захотел бы открыть свою книжку?
   — Во-первых, ты уже можешь сбросить газ. Никакой заявы, а тем более погони не будет, так как барыги еще меньше хотят видеть ментов, чем мы. Во-вторых, ни один барыга не мог открыть подобранную под столом книжку по причинам: а) все произошло на его глазах, и он был уверен, что это именно те книжки, что лежали на столе; б) боясь появления мусоров в кабаке, они отупели прямо на глазах, и, наконец, в) они не могли ее открыть, потому как я все их проклеил точками клея по середине каждого листа. Так что: все учтено могучим ураганом! Веди машину спокойнее, потому что я собираюсь вздремнуть.
   В Одессу они вернулись спустя две недели. За это время друзья исколесили множество городов. Но ни в одном из них подобную аферу не проделывали, так как Тося считал: «Нет необходимости сводить лохов вместе. Имея боновую натуру, проще всего вставлять терпиле элементарную „куклу“.
 

ЗВОНОК „ИГРАЕТ НА СКРИПКЕ“

   В Москве возле ЦУМа в полуподвальном помещении находилась камера хранения, в которой любили собираться фарцовщики для игры в карты. Среди них был один крупный спекулянт по прозвищу Звонок. Получил он его, потому как первоначальный капитал нажил на звонках с мелодией, которые были выпущены в Ереване. Он ездил в Армению, скупал звонки и быстро распродавал в Москве.
   Теперь это был степенный, солидный мужчина с наметившимся животом. Он был очень осторожен и к новым знакомым относился с недоверием.
   Когда Тося узнал от Леши о Звонке, он попросил Лешу подыграть ему в придуманном спектакле.
   Однажды Леша спустился в камеру хранения к Звонку и сказал:
   — Я знаю, вы здесь любите играть в деберц. Я покажу тебе, как ты сможешь все время выигрывать у своих партнеров.
   Звонок знал Лешу как играющего с именем и потому спросил:
   — Леша, какой смысл открывать то, что приносит тебе хлеб?
   — Ты прав, Звонок. Мне очень тяжело это делать. Но дело в том, что сейчас очень нужны деньги. Вот и решился на это. Из всех, кому я мог бы продать этот трюк, ты — самый достойный. Если ты заплатишь мне полторы тысячи рублей, я научу тебя, как „играть на скрипке в деберц“.
   Звонок задумался. Затем молча достал полторы тысячи и положил перед Лешей.
   Леша показал ему, как изготовить „скрипку“ и как она работает.
   Смысл „скрипки“ таков. В колоде легко находятся нужные, заранее приготовленные девять карт. Они вытаскиваются легким движением двух пальцев вдоль колоды. Партнер, потасовав карты, кладет их на стол и дает снять. Тогда „скрипач“ легким движением двух пальцев вытаскивает из колоды девять карт и кладет их сверху. Партнер раздает. Из девяти положенных сверху карт „скрипачу“ приходят шесть. Таким образом можно легко выиграть, так как известны еще три карты партнера.
   Счастливый Звонок поблагодарил Лешу, купил в ЦУМе несколько колод карт и поехал к себе домой делать „скрипку“.
   Прошло несколько дней. Звонок успешно выигрывал большие суммы денег у своих коллег.
   Однажды в камеру хранения спустился аккуратный молодой человек в дорогом костюме и с золотым „роллексом“. Он сдавал в камеру хранения ручную кладь и, когда заметил, что играют в карты, заинтересовался игрой.
   Звонок, поглядывая на „Роллекс“, сказал, что играют они в деберц. И так как молодой человек плохо знал правила, он показал ему эту игру. А затем предложил сыграть под интерес.
   У парня не оказалось денег. Тогда он забрал сумку из камеры хранения, извлек из нее икону и сказал:
   — Эта икона очень дорогая, предлагаю разыграть ее из пяти раз.
   Звонок достал колоду со „скрипкой“, поставил напротив иконы пятьсот рублей, и началась игра. Все пять партий выиграл Звонок. Молодой парень встал, отдал икону, поблагодарил за игру. Звонок сказал: