Он отсутствовал неделю.
   Анна и Тедди уже заканчивали на пляже сооружение грандиозного замка из песка. Малыш усердно помогал матери, набивая красное пластмассовое ведерко влажным песком. Увлекшись интересным занятием, Анна забыла обо всем на свете, но неожиданно ее интуиция снова проявила себя, заставив поднять голову — сверху медленно спускался по ступенькам Патрик.
   Сердце женщины подпрыгнуло в груди, а душа наполнилась смешанными чувствами безуспешно подавляемой радости и сильного беспокойства, Патрик, должно быть, только что приехал, потому что он даже не успел сменить деловой костюм на что-нибудь попроще.
   Лицо Патрика также было сосредоточенно, из-за чего беспокойство Анны еще больше усилилось. Ее муж вел себя как человек, принявший какое-то решение.
   — Дядя идет, — напряженно сказал Тедди.
   — Я вижу, — ответила Анна как можно спокойнее, но ей грустно было слышать опасливые интонации в голоске сына. К тому же, несмотря на то, что они находились здесь уже шесть недель, мальчик все еще называл Патрика «дядей», как постороннего человека. — Держи! — Анна передала Тедди пустое ведерко, желая отвлечь внимание малыша от Патрика. — Наполняй его песочком.
   Тедди снова принялся возиться с песком и лопаткой, но уже без прежнего энтузиазма. Появление Патрика испортило игру.
   Его шаги прошуршали по гальке, выстилавшей подступы к пляжу. Анна стиснула зубы и протянула руку, чтобы помочь Тедди, и сделала вид, что приближение мужа ее не волнует. Что все это может означать? Начало конца? Скоро Патрик выдворит меня в Ниццу? Как я того и добивалась, напомнила себе Анна.
   — Анна! — спокойно позвал Патрик. — Мне нужно с тобой поговорить.
   — Пожалуйста, — неопределенно улыбнулась она» стараясь не встречаться глазами с Патриком.
   Впрочем, и он к этому не стремился. Патрик огляделся по сторонам, как будто что-то искал.
   — Можем мы присесть? — спросил он наконец, сделав жест в сторону пластикового столика и стульев, установленных чуть поодаль.
   — Конечно, — отозвалась Анна дружелюбно, по большей части ради спокойствия Тедди, но также для того, чтобы скрыть собственную нервозность.
   Она встала и отряхнула песок с колен и ладоней. Патрик кивнул и пошел к столику. Анна глубоко вздохнула для храбрости и направилась за мужем.
   Тот галантно отодвинул стул и помог ей сесть, затем сел сам.
   — У меня есть предложение.
   Ощутив, как от дурного предчувствия сжимается желудок, Анна посмотрела на сына. Патрик тоже взглянул на малыша.
   — Слушаю, — тихо произнесла Анна.
   — Я хочу, чтобы мы попытались еще раз. Я имею в виду наш брак.

10

   Анна вздрогнула от неожиданности, выдав тем самым свое состояние.
   — Подожди, не говори ничего! Выслушай сначала меня, — быстро произнес Патрик, сочтя реакцию жены отрицательной. — Всю прошедшую неделю я пытался найти выход из создавшейся ситуации. И я понял, что не существует ни одного приемлемого решения, которое помогло бы нам выпутаться из трудного положения, сохранив остатки достоинства. Ты все еще нужна мне, — хрипло признался он. — Я не могу позволить тебе покинуть меня второй раз. Поэтому я готов забыть прошлое и начать нашу совместную жизнь сначала. И прошу тебя сделать то же самое.
   Анна была потрясена до глубины души. Она сидела, затаив дыхание, без единой стоящей мысли в голове. За все время их знакомства Патрик ни разу ни о чем не попросил ее. А сейчас умоляет дать ему второй шанс.
   К горлу Анны подступили слезы. Ей было жаль Патрика, потому что все происходящее в эту минуту было для него неслыханным унижением. В конце концов, он не сделал ничего плохого: лишь поверил тому, что увидел собственными глазами. Но, несмотря на это, продолжал желать жену и хотел получить второй шанс.
   — А как же быть с Тедди? — сдавленно прошептала Анна. — Это частичка меня. Если тебе нужна я, значит, ты будешь вынужден принять и его.
   — Я не настолько испорченный человек, — произнес он через мгновение, — чтобы отыгрываться на ребенке.
   Возможно, подумала Анна, но подсознательно ты все равно будешь избегать его.
   — Патрик, ты даже не можешь заставить себя назвать малыша по имени! — возразила она. — Как же…
   — Я стану относиться к нему, как к своему.
   Анна в отчаянии закрыла глаза. Этого слишком мало. Тедди ведь действительно его сын! Если она не может доказать собственную невиновность, то обязана хотя бы попытаться восстановить истину по отношению к ребенку!
   — Если тебе все же нужны веские основания, чтобы ты мог на самом деле считать Тедди своим, я готова согласиться на проведение анализа крови. Это, по крайней мере, не так уж трудно сделать! — решительно произнесла Анна. Патрик внимательно посмотрел на нее. — Таким образом ты хочешь сказать, что согласна начать нашу жизнь заново?
   Анна промолчала. Смогут ли они построить новые отношения, если муж будет постоянно подозревать ее в обмане? Если при малейшей размолвке будет укорять прошлым? Как это было не так давно. Впрочем, тогда и она обвинила мужа в связи с другой женщиной.
   — Пусть прошлое останется в прошлом, — тихо сказала Анна. — Ты должен обещать, что вычеркнешь его из памяти. Патрик кивнул.
   — Я уже подумал об этом, прежде чем идти к тебе.
   Анна прерывисто вздохнула и решила расставить все точки над «i».
   — А как же Дебора?
   — Пусть это тебя не беспокоит.
   Что же это значит? Патрик хочет сказать, что Дебора больше не имеет для него значения или что я не должна спрашивать об этом?
   Но в следующее мгновение Анна отогнала эти мысли. Если она не верит мужу на слово, то не должна ждать доверия и от него.
   — Остается твой отец. — Анна испытующе посмотрела на Патрика.
   — Не стану кривить душой, убеждая тебя, что он будет счастлив узнать о нашем примирении, — пожал плечами тот. — Но отец настолько привязался к ре… — Патрик оборвал себя на полуслове. Анна затаила дыхание. — К Тедди… — с трудом выговорил Патрик, и Анна с облегчением вздохнула. — Возможно, он видит в нем то, чего не замечаю я, — задумчиво продолжил он, переведя взгляд на малыша.
   — Макс говорил с тобой об этом? — озабоченно поинтересовалась Анна.
   — Что-то в этом роде…
   Значит, Макс приступил к осуществлению своей угрозы! Анна поежилась. Старик становится беспощадным, когда дело доходит до соблюдения его личных интересов. Однако он не учел, что сын может до сих пор желать свою жену.
   — Я думаю, отцу будет достаточно знать, что Тедди не исчезнет из его жизни, — продол жил Патрик.
   Словно почувствовав, что речь идет о нем, Тедди поднял головку и посмотрел на Патрика. Анна прикусила губу, наблюдая, как отец и сын оценивающе рассматривают друг друга.
   Потом Тедди выпрямился и медленно направился к Патрику. Анна почувствовала, как тот напрягся. Малыш остановился напротив Патрика, взглянул на мать, словно ища поддержки, а затем протянул «дяде» ладошку, на которой что-то лежало.
   Это была обычная галька. Но обстоятельства, при которых Тедди решил сделать этот подарок, придавали обломку булыжника ценность бриллианта. Это был жест дружбы и доверия. Даже более того — это была проверка решимости Патрика идти до конца в намерении примириться с Анной.
   — Это мне? — глухо спросил Патрик. Тедди молча кивнул. Анна смотрела на обоих во все глаза.
   — Спасибо! — Патрик осторожно взял гальку. — Я буду хранить твой подарок.
   — У дедушки тоже есть такой камушек, — сообщил Тедди. — На ночь он кладет его под подушку.
   — Правда? — с любопытством спросил Патрик. — А зачем?
   — Если дедушка будет держать гальку под подушкой, злые дяди больше не придут за мной, — серьезно пояснил карапуз.
   Анна широко раскрыла глаза от удивления. Она не ожидала, что Макс столь изобретателен. Надо же, таким деликатным способом освободил внука от ненужных страхов!
   — А ты будешь держать гальку под подушкой? — спросил Тедди Патрика.
   — Конечно, буду, — пообещал тот. Затем он порывисто наклонился и легонько погладил малыша по щечке. — Тебя здесь никто не тронет. Обещаю!
   Тедди удовлетворенно кивнул и побежал к своим игрушкам.
   — Ты знала об этом? — спросил Патрик жену,
   — О гальке и о Максе? Нет. — Анна вздохнула. — Нужно не забыть поблагодарить его…
   — Не плачь, — тихо попросил Патрик, заметив, что по щеке Анны скатилась слезинка. — Тедди здесь в полной безопасности. Все страхи уже позади. Со временем он совершенно забудет обо всех неприятностях.
   Но Анна плакала не из-за Тедди, а из-за мужа. Возможно, Патрик не догадывался, но только что он сделал едва ли не самый важный шаг в своей жизни — шаг навстречу сыну.
   — Как ты поступишь с галькой? — спросила Анна.
   — Как обещал, — ответил Патрик, кладя камешек в карман и снова усаживаясь за сто лик. — Возможно, Тедди захочет проверить. Поэтому галька должна находиться под подушкой.
   — Спасибо! — тихо произнесла Анна.
   — За что?
   — За то, что ты уважаешь чувства Тедди.
   Взгляд Патрика потемнел.
   — А я думал, что ты благодаришь меня за предложение начать все сначала. Ты так и не сказала, согласна ли.
   Анна задумалась. Она тоже считала, что второй раз разлучаться будет невыносимо. Но и совместная жизнь может причинить не меньшую боль.
   — У меня есть некоторые условия, — сказала она наконец.
   — Какие? Анна вздохнула.
   — Мне необходимо знать, что ты будешь на моей стороне, независимо от того, права я, по твоему мнению, или нет. — Она посмотрела на мужа. — Это касается моих отношений с Максом, со слугами, с Тедди. Я хочу, чтобы ты гарантировал мне поддержку.
   В глубине золотистых глаз Патрика промелькнуло странное выражение.
   — В прошлом ты не чувствовала подобной поддержки? — тихо спросил он.
   — Нет.
   — Насколько же плохим мужем я был? — покачал головой Патрик.
   — Не плохим, — поправила Анна, — а занятым. С тех пор я сильно изменилась, — продолжила она. — Повзрослела, можно сказать. Я и сама могу постоять за себя. Но ты стержень этого дома, — улыбнулась Анна. — Как ты желаешь, так здесь все и происходит. Поэтому мне нужна твоя поддержка.
   — Я желаю, чтобы ты была моей женой, — улыбнулся в ответ Патрик. — Настоящей же ной.
   — Я тоже хочу этого…
   — Но? — подсказал Патрик, почувствовав недосказанность.
   Но не смотри на меня так, пока я пытаюсь быть практичной, подумала Анна, покраснев и отведя глаза.
   — Этот дом… — запинаясь, произнесла она. — Он идеально подходит для семейной жизни, но… — Анна снова замолчала.
   Патрик потянулся к ней и нежно провел кончиками пальцев по пылающему лицу.
   — Но? — повторил он, поощряя жену.
   — Я нуждаюсь в собственном пространстве, — осторожно пояснила Анна. — Мне нужна личная кухня, где я могла бы при желании что-нибудь приготовить. Я хочу иметь столовую, гостиную и спальни, которые не будут похожи на безликие гостиничные номера. — Анна робко посмотрела на мужа.
   Глаза Патрика потеплели и стали темными.
   — Ты будешь иметь все, что хочешь. Весь этаж, на котором сейчас комнаты для гостей, в твоем распоряжении. Перестраивай его, как считаешь нужным. Когда все будет готово, мы переберемся туда. Желаешь еще чего-нибудь?
   Господи, конечно! Хочу, чтобы ты любил меня, взволнованно подумала Анна. Чтобы подхватил меня на руки, отнес в ближайшую спальню и подарил бы мне всего себя! Это желание было настолько сильным, что Анне пришлось закрыть глаза, чтобы не выдать себя, но лицо ее вспыхнуло сильнее.
   — Я уже и не надеялся снова увидеть, как ты краснеешь, — поддразнил Патрик. — О чем ты подумала, дорогая?
   — Пора кормить Тедди, — пробормотала Анна, порывисто вздохнув и поднимаясь со стула.
   Патрик тоже встал, подошел к жене и обнял ее за талию.
   — Ты думала не об этом. Готов спорить, что тебе захотелось, чтобы мы оказались в постели и чтобы ты шептала все свои очаровательные слова, сводящие меня с ума. — Он передвинул руку выше, туда, где отчаянно билось сердце Анны. — И знаешь, чего я хочу больше всего? — прошептал Патрик прямо ей в ухо. — Чтобы ты улыбалась мне, как прежде. Как будто ты любишь меня больше жизни.
   — Рикки… — Анна повернулась к мужу и обняла его за шею. — Это так и есть!
   Патрик притянул Анну еще ближе к себе и прильнул к ее губам в жарком поцелуе.
   В это время с одной из верхних террас за счастливой парой наблюдал Макс. Он словно высчитывал что-то, не сводя с них глаз. Когда поцелуй закончился, Макс отъехал вглубь террасы, и по его лицу даже хорошо знавший старика человек не догадался бы, о чем он думает.
   — Пойдем! — Патрик повлек Анну к лестнице.
   — Рикки, ты кое-что забыл…
   — Разве? — удивленно взглянул он на жену. — Я знаю, чего я хочу. И я уверен, что ты тоже знаешь, чего хочешь. Что же еще?
   — Тедди, — тихо подсказала Анна. Патрик замер и несколько секунд смущенно рассматривал носки своих туфель. Затем он вздохнул и посмотрел на жену.
   — Первая ошибка, — констатировал он. — Но я исправлюсь!
   Анна отвела взгляд, не зная, сердится ли Патрик или стыдится своей оплошности.
   — Тедди! — позвала она. — Пора возвращаться!
   Захватив ведерко и лопатку, малыш принес их к лестнице и оставил в том месте, где они обычно дожидались своего часа. Затем он подошел к взрослым.
   — Дядя тоже пойдет?
   Анна в отчаянии закрыла на мгновение глаза. Не успели они покинуть пляж, как уже столкнулись с множеством проблем!
   — Что случилось на этот раз? — поинтересовался Патрик.
   — Тедди не должен называть тебя так, — вздохнула Анна.
   — Ты права, — согласился Патрик. Затем он решительно присел на корточки перед Тедди. — Я твой папа. Понимаешь? У тебя есть дедушка, мама и папа. То есть я!
   Тедди немножко подумал, а затем неуверенно кивнул.
   — Хорошо, тогда скажи: папа! — велел Патрик.
   — Папа… — осторожно произнес мальчик, словно пробовал незнакомое слово на вкус.
   — Отлично! — довольно кивнул Патрик. Выпрямившись, он повернулся к Анне. — Если кроме твоей внешности он унаследует еще и твой новый характер, перед ним не устоит ни одна девушка.
   — Я должна расценивать это как комплимент или как критику? — поинтересовалась Анна.
   — И то, и другое, — лукаво усмехнулся Патрик, протягивая ей руку.
   — Я буду держать маму за руку! — хмуро заявил Тедди.
   — Но у мамы две руки. С одной стороны будешь ты, с другой — я!
   — Нет! — протестующе воскликнул мальчик. — Я хочу прыгать!
   Анна рассмеялась. Конечно, Патрик не понимал этого, но у Тедди был такой же упрямый характер, как у него самого.
   — Тедди имеет в виду, что ему нужно одновременно держаться за твою и за мою руку, чтобы прыгать по ступенькам, — поспешила она мужу на выручку. — А значит, ты не сможешь держать за руку меня.
   Через минуту Тедди уже прыгал по ступенькам — одна маленькая ладошка была в руке Анны, другая — в руке Патрика. Никто не произносил ни слова. Они были заняты таким важным делом, что все разговоры исключались. Но Анна не могла удержаться, чтобы время от времени не бросать взгляд на Патрика. Он оказался в совершенно непривычной для себя ситуации. Обычно Патрик редко общался с детьми, и сейчас был как никогда серьезен. И весьма забавен в своей сосредоточенности. На площадке Анна протянула сыну руки.
   — А дальше я понесу тебя, — предложила она. Это был обычный ритуал.
   — Меня понесет дядя.
   Анна поморщилась сразу от двух вещей — от слова «дядя» и от неожиданной просьбы. Ей показалось, что Тедди слишком форсирует события.
   — Папа! — поправил Патрик, беря инициативу в свои руки. Анна была благодарна мужу за это. Сама бы она не решилась напомнить Тедди, как нужно называть Патрика.
   — Ладно, — покладисто согласился малыш. — Папа понесет меня. — Он протянул руки к Патрику.
   Тот взял ребенка на руки.
   — А сейчас мне можно взять маму за руку? — насмешливо спросил Патрик.
   Тедди серьезно кивнул.
   — Прекрасно! — Патрик стиснул пальцы Анны, и ей передалось его внутреннее напряжение.
   Они продолжили движение вверх по лестнице. Медленно, почти испытующе, Тедди крепче обнял Патрика, а потом так же медленно положил голову ему на плечо.
   — Молчи, — тихо произнес Патрик, когда Анна удивленно поднесла пальцы к губам, во все глаза глядя на сына. — Я хорошо понимаю, какая честь мне оказана.
   — Знаю, — шепнула Анна. — И — благодарю!
   Патрик ничего не ответил, лишь сжал руку жены. Мегги уже ждала, чтобы принять малыша, которого нужно было накормить и выкупать, Тедди перешел к гувернантке без возражений, а на лице Патрика проявилось видимое облегчение. Все же общение с ребенком оказалось не таким простым делом!
   Когда Мегги и Тедди удалились, Патрик повернулся к жене.
   — Могу я теперь рассчитывать на твое внимание или купание ребенка имеет приоритет? — спросил он.
   При обычном течении дел так и было бы, но только не сегодня. Сейчас муж был для Анны на первом месте. Им нужно было начинать строить отношения заново,
   — Я вся в твоем распоряжении, — улыбнулась она.
   Патрик только того и ждал. Из неуверенного в себе молодого отца он мгновенно превратился в мужчину, соскучившегося по своей единственной возлюбленной.
   Новый период отношений Анны и Патрика можно было бы определить как взаимное подстраивание. Оба супруга достаточно преуспели в этом, чему немало способствовал отъезд Макса в Швейцарию, где ему предстояла операция на сердце.
   — Это очень опасно? — спросила Анна, когда муж сообщил ей об этом. Он болезненно поморщился.
   — Возможно, операция облегчит отцу несколько следующих месяцев жизни. — Больше он ничего не сказал, но Анна поняла, насколько тяжелым было состояние свекра.
   — Ты поедешь с ним?
   — Нет. Его гордость не потерпит подобных вольностей.
   Ох, уж эта гордость! Анна тяжело вздохнула.
   Когда Макс спустился к машине, которая должна была доставить его в аэропорт, он был потрясен неожиданным поступком Анны, которая наклонилась и быстро прикоснулась губами к его щеке.
   — Я вернусь! — фыркнул Макс, деланно сердито взглянув на невестку. — Не надейся, что ты избавишься от меня сейчас, когда тебе снова удалось околдовать моего сына!
   — Возможно, вы и коварный старик, — улыбнулась Анна, — но я пожелаю вам здоровья!
   После отъезда Макса исчезла и большая часть напряжения. Очевидно, острый язык старика не щадил и Патрика, потому что без отца тот тоже почувствовал себя свободнее.
   Патрик не покидал дома надолго и работал в кабинете на вилле. Связями с иностранными партнерами, похоже, занимался Берт, потому что Анна не видела его еще с Ниццы.
   Анна лелеяла надежду, что почти постоянное присутствие мужа дома свидетельствует о том, насколько важен для него их союз. Они оба бережно поддерживали его, но Патрику приходилось сложнее, потому что он должен был научиться общаться с Тедди. Малыш, впрочем, сам облегчил Патрику задачу. После того, как уехал дедушка, Тедди понадобился новый предмет обожания, и он выбрал Патрика.
   Тот сначала отнесся к этому настороженно, словно опасался привязанности к маленькому человечку, но вскоре Тедди успешно преодолел барьер отчужденности.
   Анна все ждала, когда же Патрик сообщит ей о том, что договорился о проведении анализа крови, но он ни единым словом не упоминал об этом.
 
   Анна с воодушевлением занялась перестройкой отданного в ее распоряжение этажа. Она заставляла мужа вникать в ее планы, требовала, чтобы он высказывал свое мнение. Анна попросила Патрика пройтись с ней по всем комнатам, устроив ему своеобразную экскурсию по будущим владениям. Она страшно сердилась, видя, что муж относится ко всему этому скорее как к развлечению. В бильярдной Анна соблазнила Патрика, аргументируя свое желание заняться любовью тем, что в этой комнате она предполагает устроить супружескую спальню, но помещение следует вначале опробовать.
   — Ну, что скажешь? — поинтересовалась Анна чуть позже, когда они, обессиленные, лежали рядышком на зеленом сукне широкого и жесткого бильярдного стола.
   — Думаю, эта комната подойдет, — с некоторым сомнением произнес Патрик, — но мне кажется, что окончательное решение мы сможем принять лишь опробовав еще несколько помещений.
   — Сексуальный маньяк! — констатировала Анна.
   В последнее время их общение было легким и веселым — конечно, когда они не занимались любовью. Когда же занимались, все происходило горячо и страстно, а временами даже с оттенком лихорадочной поспешности, словно ни Анна, ни Патрик не были уверены, что их импровизированный медовый месяц продлится достаточно долго.
   Операция свекра прошла успешно. Патрик ненадолго слетал к отцу, перед тем как того отправили в реабилитационный центр, где Макс предполагал провести несколько недель.
   Повинуясь внезапному порыву, Анна передала свекру через Патрика гальку.
   — Скажи, что это от Тедди, — смущенно попросила она мужа, — На счастье! От внука Макс скорее согласится принять.
   — Тебе и отцу уже давно пора попытаться найти общий язык, — заметил Патрик, — Может, начнешь первой?
   — Ладно. Я попробую.
   Затеянная Анной перестройка закончилась накануне возвращения Макса. В честь его прибытия Анна устроила праздничный обед, после чего показала свекру обновленные апартаменты. Она проводила Макса в детскую, по обе стороны которой размещались спальни Мегги и ее самой с Патриком. Из этих комнат через внутренние двери можно было попасть к Тедди, не выходя в коридор. Напоследок Анна продемонстрировала Максу еще одну спальню, расположенную у лифта.
   — Это для вас, — тихо сказала она. — На тот случай, если вам захочется быть поближе
   К внуку.
   — Я пока еще не нахожусь на смертном одре, — усмехнулся старик. — Твои хлопоты неуместны.
   — Тогда забудьте, что я упоминала об этой комнате, — пожала плечами Анна.
   — Ну, не горячись… — проворчал Макс. После Швейцарии он изменился, стал более спокойным, не ссорился с Анной, не делал оскорбительных намеков, не насмехался над ней. Его задумчивость порождала в душе Анны опасения, что Макс что-то замышляет. Нечто, способное разрушить с трудом воссозданные Анной и Патриком отношения.
   Патрик начал вывозить жену в свет. Он постепенно вводил ее в общество, словно старался избежать прошлых ошибок. Анна была любезной с приятелями Патрика, впрочем, сейчас она стала уже другим человеком и ее не пугало общение со всеми этими людьми. Анна научилась не давать повода смеяться над собой.
   На приемах она частенько ловила на себе любопытные взгляды. Это и понятно: ведь она отсутствовала в течение трех лет. Но если до приятелей Патрика и дошли слухи о связи Анны с американцем, то никто и никогда не упоминал об этом.
   Со временем Анна даже начала получать удовольствие от общества некоторых знакомых. Чем больше она узнавала этих людей, тем дружелюбнее становилась ее улыбка.
   — Ты потихоньку начинаешь приручать моих друзей, как приручила меня, — довольно заметил однажды Патрик, когда они возвращались домой после одного из приемов. — Скоро они начнут есть из твоих рук.
   — Я предпочитаю, чтобы это делал ты, — шепнула Анна, прижимая ладонь к губам мужа, чтобы тот мог поцеловать ее.
   Между тем Макс все больше и больше сближался с Тедди, проводя с ним почти все свободное время. Иногда он брал малыша с собой, когда отправлялся с визитом к друзьям, у которых тоже были внуки. Вначале Анна волновалась, не видя сына целый день, и боялась, как бы с ним чего не случилось. Но все обходилось без происшествий, и постепенно Анна успокоилась. Они были так близки — внук и дедушка! Даже Патрику не удалось настолько сблизиться с Тедди.
   Впрочем, отец и сын продолжали налаживать отношения. Анна несколько раз заставала такую картину — Тедди, пристроившись рядышком с отцом, серьезно рассказывал ему о каком-то своем детском приключении. Патрик слушал с таким же серьезным выражением лица и смотрел на малыша почти с нежностью.
   Или он притворялся? Анна не знала ответа. Но по крайней мере это было лучше, чем безразличие или неприятие. Ничего, успокаивала себя женщина, рано или поздно все наладится, А потом произошло несчастье.

11

   Анна и Патрик получили приглашение на бал. Макс также удостоил общество своим присутствием. Семья Маллоу прибыла в одном лимузине. По случаю праздника Анна надела длинное черное шелковое платье, волосы уложила на затылке в тяжелый узел. И впервые после трехлетнего перерыва она решила надеть бриллиантовое кольцо, подаренное Патриком перед свадьбой, а также элегантное бриллиантовое колье.
   На бал собрались все сливки общества. Гостей было столько, что Анна почти сразу же потеряла мужа из виду, но зато знала, где находится Макс. Он сидел в своем кресле неподалеку от входа в зал, где было не так многолюдно.
   Когда Анне порядком наскучило торжество, она решила разыскать Патрика и сказать ему, что предпочла бы уже отправиться домой.
   Мужа она обнаружила на одной из террас. Картина, отрывшаяся взору Анны, мгновенно разрушила душевное равновесие, которое ей удалось обрести за несколько прошедших недель.
   Патрик был с женщиной. Она была стройной, высокой, и изящество ее фигуры подчеркивало дорогое платье нежно-голубого цвета. Женщина положила руки на плечи Патрика, а он обнял ее за талию. Они смотрели друг другу в глаза. Просто стояли и смотрели, но Анне этого было достаточно.
   Дебора! Анна почувствовала, как ее душа разрывается на части. А Патрик тем временем нежно улыбнулся Деборе, затем наклонился и поцеловал ее.