Дойдя до последней ступеньки, Даламар предостерегающе поднял руку, и Танис остановился. Перед ними был просторный холл. В холле имелось три двери: одна - в дальнем конце, две другие - по бокам. И только дальняя дверь охранялась. Перед ней стояли два охранника-каганести, вооруженные копьями. Танис взглянул на Даламара.
   - Тебе надо расправиться с левым, - сказал темный эльф, - а я беру на себя правого. Атакуй быстро и тихо. Возможно, в комнате тоже стоят охранники.
   Сначала Танис решил пустить в дело меч, потом передумал. Встав прямо перед ни о чем не подозревающим каганести, Танис сжал кулак, быстро прицелился и что есть силы ударил его в челюсть. Диковатый эльф так никогда и не узнал, кто ударил его. Полуэльф подхватил падающее тело и бесшумно уложил на пол. Повернув голову направо, он увидел осыпанного волшебным песком второго охранника, заснувшего на полу.
   Танис взялся за ручку двери. На его запястье сомкнулись пальцы Даламара.
   - Если то, о чем я догадываюсь, правда, - шепнул темный эльф на ухо Танису, - то любая попытка открыть эту дверь может закончиться смертью. Но не для нас, - добавил он, заметив удивление Таниса. - Мы пройдем коридорами магии.
   Танис нахмурился и замотал головой. Путешествия этими тошнотворными коридорами доконали его. Даламар понимающе улыбнулся.
   - Закрой глаза, - посоветовал темный эльф, - это помогает.
   Крепко взяв Таниса за руку, Даламар быстро произнес несколько слов. Не успел Танис закрыть глаза, как пальцы темного эльфа впились ему в запястье, побуждая открыть глаза. Танис моргнул от яркого света.
   Они попали в большую, залитую солнечным светом комнату. У окна на кушетке сидела женщина. Ее запястья и щиколотки были связаны шелковым шнуром. Она сидела строго и прямо, по-королевски гордо, ее щеки пылали но не от страха, от гнева. Ошеломленный Танис узнал ее - это была Эльхана Звездный Ветер.
   Прямо напротив Эльханы стоял стражник-каганести, вооруженный луком и стрелами. Лук он держал наготове, на тетиве лежала стрела. Наконечник стрелы был нацелен прямо Эльхане в грудь.
   - И они еще изгнали меня! - спокойно произнес Даламар.
   У Таниса не было слов. Он едва ли мог связно думать, не то что говорить. Теперь он понял, как заставили Портиоса отдать солнечный медальон и как заставили Гила принять его. Ужас и оскорбление, оторопь и ярость, стыд за те ужасные слова, которые он сказал сыну, горячей волной накатились на Полуэльфа. Он онемел, как и его рука. Танис застыл, широко открыв глаза в немом изумлении.
   Даламар дотронулся до плеча Полуэльфа, показывая на стоящего спиной к ним воина-каганести. Темный эльф сделал движение сжатым кулаком.
   Танис понимающе кивнул, хотя и не совсем понимал, что Даламар задумал. При первом же звуке стражник выстрелит. И даже если им удастся убить каганести, мертвые пальцы отпустят стрелу и она может угодить в цель.
   Эльхана сидела неподвижно, презрительно глядя в лицо смерти, которая, казалось, звала ее.
   Даламар, не видимый для всех, кроме Таниса, пошел вперед и встал прямо перед каганести. Теперь стрела была нацелена прямо в грудь темного эльфа. Резким движением Даламар схватил лук и выдернул его из рук стражника. Танис, сжав оба кулака, ударил каганести прямо в затылок, и тот осел на пол.
   Эльхана даже не двинулась, не произнесла ни звука. Она в замешательстве смотрела на упавшего стражника. Тому, кто не видел Таниса и Даламара, должно было показаться, что каганести боролся сам с собой и проиграл.
   Танис снял кольцо. Даламар тоже появился перед Эльханой.
   Эльхана недоверчиво смотрела на них обоих.
   - Королева, с тобой все в порядке? - спросил Танис, подходя к ней.
   - Танис Полуэльф? - Эльхана ошеломленно смотрела на него.
   - Да, ваше величество. - Танис прикоснулся к ее руке, доказывая, что он не бестелесный дух, и начал развязывать ее путы. - С тобой все в порядке?
   - Да, все нормально, - произнесла Эльхана. Она поспешно поднялась. - Пойдем со мной, нельзя терять ни минуты. Мы должны остановить Рашаса...
   Она замолчала, увидев выражение лица Таниса.
   - Слишком поздно, ваше величество, - спокойно сказал Полуэльф. Когда я уходил из Башни, Гилтас давал обет. А перед этим постановили, что вы с Портиосом будете изгнаны.
   - Изгнаны, - повторила Эльхана.
   Кровь отлила от ее щек, как будто жизнь оставляла ее. Ее взгляд бессознательно устремился на Даламара, который олицетворением ее грядущей судьбы стоял перед ней. Эльфийка содрогнулась и, отведя взгляд, закрыла лицо руками.
   Губы Даламара скривились:
   - Ты не имеешь права отворачиваться от меня, госпожа. Во всяком случае не сейчас.
   Эльхана вздрогнула и затряслась, закрыла рукой рот и бессильно откинулась на кушетке.
   - Даламар, - резко начал Танис.
   - Да, Полуэльф, - тихо сказала Эльхана, - он прав.
   Она подняла голову, и черные волосы в беспорядке разметались вокруг прекрасного лица. Эльхана протянула Даламару руку.
   - Пожалуйста, прости меня, Даламар. Ты говоришь правду. Теперь я такая же, как и ты. Ты спас мне жизнь. Прими мои извинения и благодарность.
   Рука Даламара не появилась из складок черной мантии. На его лице застыло холодное презрение, замороженное горькими воспоминаниями.
   Эльхана не произнесла ни слова. Ее рука медленно опустилась. Даламар вздохнул, и этот вздох был похож на ветерок, шевелящий листья осин. Черная мантия шевельнулась, и пальцы Даламара легонько коснулись пальцев Эльханы, как будто боялись причинить им вред.
   - Ты не права, Эльхана Звездный Ветер, - спокойно сказал он. - Они могут изгнать тебя из родной страны, назвать темным эльфом, но ты никогда не станешь такой, как я. Я нарушил закон. И я сделал это умышленно. И опять повторил бы это. Так что у них были все основания для того, чтобы изгнать меня.
   Даламар умолк, но не выпускал пальцев Эльханы из своей руки, смотрел на нее внимательно, говорил честно:
   - Я предвижу, впереди тебя ждут темные дни, королева. Если тебе или твоему ребенку когда-нибудь потребуются помощь или утешение и ты не побоишься обратиться ко мне, я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе.
   Эльхана безмолвно смотрела на него. Потом улыбнулась бледными губами.
   - Спасибо на добром слове. Я очень тебе признательна. И я не думаю, что побоюсь.
   - Дават! Где ты? - послышался снизу гневный голос. - Почему ты не на посту? Эй, где вы все?
   - Рашас, - сказал Танис. - Возможно, с ним его рабы-каганести.
   Даламар кивнул.
   - Я ожидал этого. Он должен был догадаться, что мы придем сюда. Мы сумеем постоять за себя, - хмуро сказал темный эльф, глядя на Таниса. Будем сражаться с ними...
   - Нет! Сражения не будет! - Эльхана схватила ладонь Таниса, лежащую на рукояти меча. - Если прольется кровь, мира никогда не будет!
   Танис застыл в нерешительности, наполовину достав меч из ножен. Было слышно, как в нижней комнате Рашас отдавал приказания своим стражникам, рассылал их по всему дому.
   - Больше я не королева и не имею права приказывать. Но тем не менее я прошу вас...
   Танис был расстроен и зол. Он хотел сражаться и не нуждался в другом выходе.
   - И ты просишь об этом после всего того, что они с тобой сделали? Ты просто кротко позволишь им изгнать тебя?
   - Если альтернатива этому убийство моего народа, то да! воскликнула Эльхана.
   - Решай же, Танис! - сказал Даламар. Шаги слышались совсем близко.
   - Слишком поздно, - проговорил Танис, убирая меч обратно в ножны. - Ты знаешь это, Эльхана. Слишком поздно.
   Она попыталась что-то сказать, но вместо слов с ее губ слетел вздох. Ее рука соскользнула с руки Таниса.
   - В таком случае, - сказал Даламар, - я убираюсь отсюда. Пойдешь со мной, Полуэльф?
   Танис покачал головой.
   Темный эльф хлопнул его по плечу:
   - Прощай, королева Эльхана. Да помогут тебе боги. И не забудь то, что я тебе сказал.
   Он почтительно склонился перед ней, произнес заклинание и исчез.
   Эльхана задумчиво смотрела на то место, где только что стоял Даламар.
   - Что происходит в этом мире? - пробормотала она. - Меня предали мои друзья... оказывают помощь враги...
   - Время зла, - горько отозвался Танис. - Возвращается ночь.
   На его глазах серебристая луна светила через грозовые тучи, светила долго и освещала тропу, а потом ушла, поглощенная тьмой.
   Дверь распахнулась от сильного удара, и в комнату вбежали стражники-каганести. Двое схватили Таниса с двух сторон, третий отобрал у него меч, четвертый приставил к горлу нож. Двое других бросились было схватить Эльхану.
   - Предатели! Вы посмеете коснуться меня? - воскликнула она. - Я ваша королева до тех пор, пока не пересеку границу эльфийского королевства!
   Каганести были обескуражены ее гневной речью и неуверенно переглядывались.
   - Оставьте ее, она не причинит никому вреда, - приказал Рашас. Он стоял в дверях. - Доведите ведьму до границы Абанасинии. Постановлением Талас-Энтии она изгоняется из нашего королевства.
   Эльхана надменно прошла мимо Рашаса, не глядя на него, как будто его не существовало. Каганести шли следом за ней.
   - Ты не можешь выслать ее в Абанасинию одну, беззащитную, - зло запротестовал Танис.
   - Я и не собираюсь высылать ее одну, - улыбаясь ответил Рашас. Ты, получеловек, пойдешь вместе с ней. - Он оглядел комнату, и его взгляд помрачнел. - Был ли этот человек один?
   - Да, сенатор, - ответил один из каганести. - Должно быть, злой колдун сбежал.
   Рашас перевел свой взгляд на Таниса.
   - Ты устроил заговор вместе с преступным колдуном, известным под именем Даламар Темный, и пытался сорвать церемонию коронации законнорожденного Беседующего-с-Солнцами. Таким образом, ты, Танис Полуэльф, навечно изгоняешься из Квалинести. Таков закон. Будешь ли ты оспаривать его?
   - Я могу с этим поспорить, - сказал Танис на Общем Языке, который стражники не понимали. Я могу сказать, что в этой комнате находится еще кто-то, кто состоит в заговоре с Даламаром Темным. Я могу сказать Талас-Энтии, что Гилтас дал обет по принуждению, а не по собственной воле. Я могу сказать, что ты бросил Портиоса в тюрьму, а его жену держишь заложницей. Да, я могу все это рассказать. Но я не буду, да, сенатор?
   - Да, получеловек, не будешь, - сказал Рашас тоже на языке людей. Он как бы не произносил, а выплевывал слова, будто они оставляли неприятный привкус у него во рту. - Нашему новому Беседующему будет весьма прискорбно встретить здесь безвременную и трагическую смерть.
   - Я хочу увидеть Гилтаса. - Танис перешел на эльфийский язык. Черт возьми, он все-таки мой сын!
   - Судя по имени, ты имеешь в виду нашего нового Беседующего-с-Солнцами, и позволь мне напомнить тебе, получеловек, что по эльфийскому закону у Беседующего нет ни отца, ни матери, ни других семейных связей. Его семья - это все эльфы. Все настоящие эльфы.
   Танис шагнул к Рашасу. Перед сенатором мгновенно вырос высоченный Диковатый эльф и заслонил хозяина своей мощной грудью.
   - Сейчас наш новый Беседующий проходит обряд посвящения, - холодно процедил Рашас. - В его жизни это важнейшее событие. Надеюсь, ты не хочешь омрачить его своим присутствием?
   В Танисе шла борьба. Его сердце разрывалось от невыносимой мысли, что он останется без Гила и даже не сможет сказать сыну, что понял, как гордится им. Вместе с тем Танис знал, что Рашас прав. Присутствие отца-полукровки может только повредить Гилу, еще более усложнить его и без того нелегкую долю.
   Танис печально опустил голову. Побежденный Полуэльф горько пожал плечами.
   - Провести его до границы, - приказал Рашас.
   Танис смиренно пошел по направлению к двери. Поравнявшись с Рашасом, Танис стремительно повернулся к нему, качнулся вперед, и его кулак с молниеносной скоростью вылетел вперед и, к счастью, попал в цель.
   Сенатор отлетел назад, с треском разворотив декоративное дерево.
   Стражник поднял меч.
   - Оставь его, - бросил Рашас, потирая челюсть. Из уголка рта сенатора бежала струйка крови. - Нынче слуги зла сражаются с праведниками. И я не доставлю им удовольствия наслаждаться моим гневом.
   Сенатор выплюнул выбитый зуб.
   Танис, проведя рукой по ушибленным костяшкам кулака, шагнул за дверь.
   Он хотел сделать это уже более двухсот лет.
   Глава 14
   Грифоны отказывались отвечать на призывы эльфов Квалинести, и это тоже доставило Танису злорадное удовольствие, хотя из-за этого и пришлось идти до границы пешком. Но граница была не так уж и далеко. По пути Танис предавался своим невеселым думам.
   Мысли так и роились в его голове, и Танис не замечал ничего вокруг. Он осознал, что находится на границе, только тогда, когда капитан-квалинести приказал своим людям остановиться.
   - Вот твой меч, господин, - капитан вежливо подал Танису меч. Эта тропа ведет в Гавань, в Соласвон - вон та. Если на развилке ты пойдешь налево, то...
   - Я знаю эту тропу, - сказал Танис. Давным-давно, во время войны, он вместе с друзьями шел этой тропой в Квалинести.
   Танис вложил в ножны меч.
   - Советую тебе держаться подальше от Заморочного леса, - вежливо добавил капитан.
   Удивленный Танис внимательно посмотрел на капитана. Одобряет ли он все происходящее? Или недоволен? Капитан был молод, но большинство солдат эльфийской армии были молоды. Что же солдаты думают обо всем этом? Будут ли поддерживать Талас-Энтию?.. В голове Таниса роилось все больше вопросов.
   Он бы о стольком хотел спросить капитана, но никак не мог придумать, как же задать вопрос. К тому же их разговор был бы услышан другим солдатом, а своими вопросами Танис мог повредить капитану. Так что Танис ограничился тем, что промямлил какие-то неловкие слова благодарности.
   Капитан серьезно отсалютовал ему и замер, ожидая, пока Танис пересечет невидимую линию, отделяющую эльфов от всего остального мира.
   Танис прошел шесть шагов вниз по тропе, шесть самых долгих и трудных шагов в своей жизни. Шесть шагов, и он вышел за пределы Квалинести. Хотя ярко светило солнце, в глазах Полуэльфа стояли слезы и кромешная тьма. Он слышал, как капитан скомандовал своим солдатам идти назад, и солдаты тронулись в обратный путь.
   Танис вытер глаза и нос, огляделся вокруг и вспомнил, что должен был встретить здесь Эльхану Звездный Ветер.
   Но ее нигде не было видно.
   - Эй! - гневно крикнул Танис, в два прыжка возвращаясь к границе. - Где госпожа Эльхана?..
   Из-за деревьев с тонким протяжным свистом вылетела стрела и упала у ног Таниса. Пролети она на волосок правее, в ноге Полуэльфа красовалось бы оперенное древко. Полуэльф всмотрелся в деревья, но не смог обнаружить эльфийских стрелков. Он знал, что следующая стрела пронзит его грудь.
   - Капитан! - проревел Танис. - Так вот как эльфы держат слово? Мне обещали...
   - Дружище, - окликнул его мягкий голос из-за плеча.
   Сердце Таниса замерло. Он мгновенно обернулся и увидел Даламара, стоящего рядом.
   - Я думал... Пора бы мне привыкнуть к твоим безумным появлениям, сказал Танис.
   Темный эльф улыбнулся:
   - На самом деле я не пользовался магией. Я жду тебя у этой тропы уже целый час. Но ты так громко кричишь, что не слышишь, когда тебя зовут, Даламар взглянул на ветви осин. - Пойдем-ка отсюда, а то из меня получается неплохая мишень. Не то чтобы их тщедушное оружие могло повредить мне, просто я ненавижу терять энергию.
   - Я отвечу на твои вопросы, - добавил Даламар, заметив хмурый взгляд Таниса. - Нам многое надо обсудить.
   Танис бросил в сторону эльфов прощальный мрачный взгляд и пошел вслед за Даламаром к огромным дубам на опушке Заморочного леса, ставшего скорее легендой" чем реальностью. В тени было прохладно. На поляне Даламар расстелил белую скатерть, на ней были и вино, и хлеб, и сыр. Танис спустился на землю, отпил вина, но пищу не тронул. Он не спускал глаз с тропы.
   - Я предложил леди Эльхане подкрепиться перед дорогой, - сказал Даламар, следуя своей раздражающей привычке отвечать на мысли Таниса. Темный эльф удобно устроился на подушечке, лежащей на траве.
   - Так она ушла? - Танис вскочил на ноги. - Одна?
   - Нет, дружище, не одна. Присядь, пожалуйста, а то мне приходится напрягать шею, чтобы смотреть на тебя. У леди есть защитник, который проведет ее до места назначения. Самара побили, и он потерял много крови, но от этого стал выносливее и сильнее.
   Танис озадаченно смотрел на темного эльфа.
   - Воину и магу из Сильванести принадлежала та кровь, которую мы видели на ковре в доме Рашаса, - объяснил Даламар. - Самар пытался помочь бежать Эльхане и твоему сыну. В Квалинести воина бросили в тюрьму, обвинив в шпионаже, и собирались казнить. Я его вытащил прямо из-под носа Белой Мантии, присланной сопровождать его. - Темный эльф отпил вина. Очень приятно.
   - Куда они пошли? - спросил Танис, вглядываясь в деревья у тропы, которая могла привести Эльхану только в тюрьму.
   - В Сильванести, - ответил Даламар.
   - Это же сумасшествие! - вскинулся Танис. - Неужели она не понимает...
   - Все она понимает, дружище. И я думаю, мы будем сопровождать ее. Именно поэтому я и ждал тебя здесь. Хорошенько подумай, перед тем как отказаться. Ведь Рашасу придется столкнуться с восстанием. Он знает, что кое-кто из его собственного народа может выступить против него. И он боится. А моя Темная Владычица очень любит тех, кто боится, Танис. Ее когти глубоко вонзаются в них, и она никогда не отпускает свою жертву.
   - Что такое ты говоришь?
   - Только это. Портиос - живая угроза Рашасу, ведь изгнание не остановит его.
   - Но ему не позволят жить, ему уготована смерть.
   - Точно. Быть может, мы уже опоздали, - небрежно бросил Даламар, пожимая плечами.
   - Ты все время говоришь "мы", но сам-то ты не можешь идти в Сильванести. Даже с твоим могуществом тебе едва ли удастся справиться со всеми эльфами, владеющими магией. А они убьют тебя не раздумывая.
   - Да, мой народ не ждет меня с распростертыми объятиями, - хитро улыбнулся Даламар. - Но он не может запретить мне войти в Сильванести. Видишь ли, дружище, мне было даровано разрешение посетить этот край. В целях службы.
   - Ты забываешь о Портиосе! - Танис внезапно разозлился на хладнокровие темного эльфа. - Что с этим будем делать?
   Даламар косо посмотрел на Таниса.
   - Славный вопрос. В этой игре мы пока что напарники, Танис. - Он опять пожал плечами. - Ну что, Танис Полуэльф? Я щелкну пальцами, и мы окажемся у тебя дома. Конечно, ты хочешь поговорить с женой. Расскажи Лоране, что произошло. Ей тоже надо пойти с нами. Может, ей удастся объяснить своему чопорному братцу, что к чему.
   Домой... Танис вздохнул. Он очень хотел оказаться дома, спрятаться там от всего этого и... и что? Что дальше?
   - Когда Эльхана придет в Сильванести, - медленно начал Танис, горько размышляя, - эльфы ее народа прознают об оскорблении, нанесенном их королеве народом Квалинести. За этим последует кровопролитие, и на этот раз Эльхана не сможет остановить его. Когда-то, очень-очень давно, эльфы сражались друг с другом. Ты говоришь о начале новой войны между родичами?
   Даламар равнодушно пожал плечами:
   - Ты отстал от времени, Танис. Война уже началась.
   Танис знал, что так оно и есть, и он видел это так же отчетливо, как предвидел путь Гилтаса. Только теперь вместо Солинари, освещающей путь юноше, он видел его освещенным отблесками огня, обагренным кровью.
   Начнется война... И он выступит против собственного сына.
   Танис закрыл глаза. Перед ним было лицо Гила. Такого юного, столь отчаянно старающегося быть смелым, мудрым...
   - Отец? Ты?
   Какое-то время Танис думал, что этот голос звучит у него в голове, что его мысли о сыне воплотились в живой облик. Но слова повторились громче, с горькой радостью и тоской:
   - Отец!
   На тропе, как раз на границе Квалинести, стоял Гилтас. Чародейка в белой мантии ревниво таилась рядом с ним. Она была совсем не рада увидеть Таниса. Скорее всего она и не ожидала встретить его здесь. Рука чародейки твердо сжала руку Гила, желая увести юношу прочь.
   Танис вскочил на ноги. Предостережением был шелест осиновых листьев.
   - Танис! - окликнул его Даламар. - Осторожно!
   Танис не обратил внимания на Даламара, проигнорировал чародейку, плюнул на эльфов, затаившихся в деревьях вместе со своими луками и меткими стрелами. Танис бросился к сыну.
   Гилтас вырвался от чародейки, но она опять схватила его за руку, на этот раз крепче. Гнев залил лицо Гила, и он судорожно сглотнул. Танис видел, что Гил задохнулся от гнева, и узнавал в сыне себя. Гил что-то сказал тихим, умиротворяющим голосом.
   Чародейка с недовольным видом убрала руку и отошла прочь. Танис переступил невидимую границу и сжал сына в объятиях.
   - Отец, - прерывающимся от волнения голосом сказал Гилтас, - я думал, ты уже ушел. Я хотел поговорить с тобой, но они не пускали меня...
   - Знаю, сын. Знаю. - Танис крепче прижал к себе сына. - Я все понимаю. - Танис положил руки на плечи Гила и прямо смотрел в лицо сына. - Я все понимаю.
   Лицо Гила потемнело:
   - Королева Эльхана в безопасности? Рашас уверял меня, что ей ничего не грозит, но я хотел побывать здесь, чтобы увидеть собственными глазами...
   - Она в безопасности, - спокойно сказал Танис. Он посмотрел на чародейку, стоящую в стороне. Ее мрачный взгляд скользил с ее питомца к темному эльфу, стоявшему в тени. - С королевой ушел Самар, и с ним она в безопасности, впрочем, ты и сам знаешь это.
   - Самар! - Лицо Гила просияло. - Так ты спас его! Я так рад! Они хотели заставить меня подписать приказ о его казни, но я бы никогда этого не сделал. Не знаю, как, - юное лицо Гила ожесточилось, - но они никогда не добились бы от меня этого.
   Танис взглянул на чародейку. Даламар сможет остановить ее. Но сможет ли он в то же время остановить стрелков? Ведь они будут защищать жизнь их нового Беседующего...
   - Гил, - сказал Танис на Общем Языке, - ты дал обет вопреки собственной воле, тебя вынудили сделать это. Значит, ты можешь уйти вместе с нами. Даламар поможет...
   Гилтас склонил голову. Танису сразу стало ясно, каков будет ответ. На губах его сына играла задумчивая улыбка.
   - Я дал слово чародейке, отец. Когда я нашел тебя здесь, я пообещал вернуться вместе с ней обратно, если она даст разрешение попрощаться с тобой.
   Его голос оборвался. Он на мгновение замолчал, борясь с собой, потом спокойно продолжил:
   - Отец, я слышал, как ты однажды говорил лорду Гунтару, что ты никогда бы не стал участвовать в Войне Копья по собственной воле. Просто так сложились обстоятельства. И именно поэтому люди редко называют тебя героем. Ты поступил так, как поступил бы на твоем месте каждый здравомыслящий человек.
   Танис вздохнул. Воспоминания, в основном тяжкие, нахлынули на него. И отец крепче прижал к себе сына. В этот момент Танис понял, что ему придется отпустить сына вопреки своей воле.
   - Отец, - серьезно сказал Гил. - Я не хочу обманывать сам себя. Знаю, что я не слишком-то в состоянии переменить все к лучшему, и знаю, что Рашас хочет использовать меня в своих корыстных целях. На данный момент я не вижу способа остановить его. Но ты помнишь, что сказал дядя Тас, когда рассказывал историю о спасении овражного гнома от красного дракона? "Именно незначительное важно". Если бы я мог бороться с Рашасом хоть чуть-чуть, отец...
   Мы растим наших детей для того, чтобы они уходили от нас. Не зная этого, Танис именно так и поступал. И сейчас он видел это, видел в лице своего мальчика - нет, мужчины, - стоящего перед ним.
   Танис чувствовал, что должен гордиться этим... Он и гордился. Но гордость была слишком маленьким утешением перед сознанием того, что он теряет сына.
   Нетерпение белой чародейки все возрастало. Она отстегнула от пояса серебряный жезл, украшенный драгоценными камнями.
   Заметив это, Даламар негромко окликнул Таниса:
   - Танис, дружище, если тебе понадобится моя помощь, то я здесь.
   Танис обнял сына в последний раз. Воспользовавшись их близостью, он прошептал:
   - Теперь ты Беседующий, Гилтас. Не забывай об этом. И не позволяй Рашасу и его приспешникам забывать об этом. Сражайся с ними. В этой борьбе ты будешь не одинок. Видел молодых эльфов, покинувших сегодня собрание? Расположи их к себе и склони на свою сторону. Вначале они не поверят тебе, ведь они думают, что ты - пешка Рашаса. Но ты должен убедить их в обратном, а это непростое дело. Но я знаю, ты добьешься успеха. Я горжусь тобой, сын мой. Горжусь тем, что ты сделал сегодня.
   - Спасибо, отец.
   Последнее объятие, последний взгляд, последняя ободряющая улыбка.
   - Скажи маме... что я люблю ее, - мягко проговорил Гил.
   Он судорожно сглотнул. Затем отвернулся и пошел прочь от отца, чтобы предстать перед белой чародейкой. Она произнесла заклинание, и оба исчезли.
   Не оглядываясь назад, Танис пересек границу. Слезы слепили его. Но Полуэльф высоко держал голову, как и должен гордый отец, чей сын только что стал Правителем целого народа.
   Он так и держал свою голову высоко и гордо, пока не опустилась ночь, тьма. Пока Танис не вернулся домой. Пока ему не пришлось сказать Лоране, что она, быть может, никогда не увидит своего любимого сына...
   - Итак, - сказал Даламар, стоящий в тени дубов, - тебе так и не удалось уговорить Гилтаса отправиться с тобой?
   - Я и не уговаривал его, - резко ответил Танис. - Он дал слово чести, что вернется назад.
   Какое-то время Даламар внимательно смотрел на друга, потом сказал:
   - Дал им слово...
   Темный эльф покачал головой и вздохнул:
   - Как я уже сказал, сын Таниса Полуэльфа - тот, кого Такхизис хотела видеть на эльфийском троне. Но ее Темное Величество совсем не желала таких глобальных изменений. Она очень печалится о том, что мы потерпели неудачу.
   Танис подумал, что эти новости должны были бы утешить его.
   По слову Даламара исчезли и скатерть, и подушечка, и вино, и хлеб, и сыр. Руки темного эльфа скользнули в складки черной мантии.
   - Ну что, дружище, ты решился на что-нибудь? Куда пойдешь?
   - Я знаю, что должен делать, - произнес Танис. - Я не могу позволить Рашасу погубить Портиоса. И когда Портиос окажется на свободе, надо остановить его и не дать погубить Рашаса и остальных квалинести хотя кое-кто из них этого и заслуживает.
   Он вышел на тропу, ведущую обратно в Квалинести. Танис смотрел на дом своего детства, где В солнечном свете трепетали листья осин.
   - Столькому я хотел научить тебя, Гилтас, - тихо произнес Танис, столько хотел рассказать...
   Даламар положил руку Танису на плечо:
   - Ты мог бы и не говорить вслух, друг, я думаю, что твой сын слышит тебя.
   Танис отвернулся от осин Квалинести и всмотрелся в темноту. Он возвращался в дом, который вне зависимости от количества народа, собравшегося там, теперь всегда будет пуст.
   - Пойдем, - сказал он.