Это была не крепость, а чудовищная мясорубка, поджидающая желающих пойти на штурм, чтобы утопить их в собственной крови.
   Тревейн продемонстрировала последние оборонительные комплексы и повернулась к офицерам, сидевшим с каменными лицами. Большинство из них были с ней хорошо знакомы, некоторые были ее друзьями, но сейчас у всех на лицах проступила неприкрытая ненависть. Это была не ее идея, и они видели, как она расстроена, но отнестись к ней иначе они сейчас не могли.
   — Генерал Шагинян поставит перед каждым из вас конкретные задачи, — борясь с дрожью в голосе, сказала Тревейн. — А я только замечу, что у нас есть одно ценное преимущество. Ведь адмирал Ланту прекрасно знаком с этим Центром и с разветвленной сетью секретных подземных туннелей. Эти туннели имеют два назначения. Во-первых, они защищают от радиации после бомбардировки тех, кто направляется в Центр, а во-вторых, Пророк и члены Синода могут по ним оттуда сбежать. После начала штурма мы отправим туда небольшой отборный отряд.
   Офицеры космического десанта молчали, но их мысли были написаны у них на лицах: «Значит, придется к тому же ползать по секретным туннелям! Такое могло прийти в голову только придуркам из ВКФ!»
   — Хотя информация об этих туннелях и содержится в базе данных на борту «Бегущей среди звезд», об их существовании, по соображениям безопасности, не сообщалось почти никому даже в гарнизоне Центра, — продолжала Тревейн. — Внутри их охраняют автоматические противопехотные комплексы, вход в туннели заблокирован компьютерами, защищенными от несанкционированного доступа специальными кодами, но эти коды известны адмиралу Ланту.
   Хотя они содержатся в компьютерах «Бегущей среди звезд», у Синода не могло быть причин менять их, так как помимо кода компьютер проверяет рисунок сетчатки глаз того, кто хочет проникнуть в туннель. Ни один землянин не прошел бы такой проверки, но адмирал Ланту имеет доступ, и фиванцы, не зная, что он перешел на нашу сторону, вряд ли стерли рисунок его сетчатки из этой базы данных. По крайней мере, из других баз данных, обнаруженных на «Бегущей среди звезд», он не удален.
   После проникновения в Центр у нас будет две цели. Полковник Фраймак поведет штурмовой отряд прямо на командный пункт Центра, чтобы ликвидировать находящихся там офицеров, центральные компьютеры и коммуникационную сеть. А вторая группа под командой адмирала Ланту захватит и обезвредит, — Тревейн судорожно вздохнула, — ядерный заряд мощностью в двести мегатонн, заложенный под Центром для его уничтожения в случае крайней необходимости.
   Последовало ледяное молчание. Потом Тревейн с некоторым облегчением заметила в заднем ряду поднятую руку.
   — Разрешите поинтересоваться, коммандер, — неторопливо произнес чей-то голос, — к кому тут можно обратиться по поводу составления завещания?
   Иван Антонов стоял в шлюпочном отсеке «Госентана» и наблюдал за последним разговором генерала Шагиняна с адмиралом первого ранга Ланту и полковником Фраймаком перед их отлетом на десантный транспорт «Черный Принц». На лице генерала, слегка наклонившегося, чтобы лучше слышать низкорослых фиванцев, больше не было недоверия. На нем были написаны скорбь и… зависть. Шагиняну предстояло послать три из четырех своих дивизий на задание, с которого, даже если все пройдет как по маслу, не вернутся очень многие бойцы, а сам он не мог отправиться с ними. Ему предстоит остаться на штабном корабле «Магнус Колорадас» и вместе со своим штабом координировать оттуда сложный отвлекающий маневр. А в бой его десантников поведет генерал Мэннинг.
   Разговор закончился, и Ланту с Фраймаком подошли к Антонову. Они отдали адмиралу честь на фиванский манер, и он в свою очередь приветствовал их. Рядом с ним стоял Ктаар, в выражении лица которого сквозило жестокое разочарование. Оба фиванца отправлялись на задание, хотя и были слишком маленькими для боевого десантного снаряжения. Ктаара же оставили на орбите. Его блестящее умение координировать действия космических истребителей могло пригодиться Шагиняну, если фиванцы умудрились спрятать на планете намного больше истребителей, чем предполагали земляне.
   — Адмирал Ланту! Полковник Фраймак! Желаю удачи! — Антонов крепко пожал их узкие руки с торчащими в другую сторону большими пальцами. Полковник казался напряженным, озабоченным и даже сейчас слегка напуганным кощунственным деянием, которое ему предстояло совершить. Ланту же был совершенно спокоен, но его состояние почему-то насторожило Антонова еще больше, чем волнение Фраймака.
   — Спасибо, господин адмирал! — Ланту заглянул глубоко в глаза Антонову. — Еще раз благодарю вас за то, что вы пошли на такой риск ради спасения моего народа.
   Широкоплечий адмирал неловко пожал плечами, и фиванец не стал продолжать благодарственную речь. Он повернулся было к ожидавшему бортовому катеру, но его остановила покрытая черным мехом рука. От неожиданности Ланту вздрогнул, посмотрел на когтистые пальцы, сжавшие ему запястье, и поднял глаза на Ктаара'Зартана.
   С орионцем не было переводчика. Антонов или Сущевский могли бы выполнить его обязанности, но Ктаар ничего не сказал. Он просто взялся за рукоятку своего дефаргая и вынул зазвеневший клинок из ножен. Свет ламп, освещавших отсек, блеснул на остром как бритва кортике, которым орионец провел себе по запястью. В его шелковистом меху сверкнули алые капли крови, а сам он ловко подбросил кортик, поймал его за самое начало лезвия и протянул фиванцу рукояткой вперед.
   Ланту несколько мгновений колебался, а потом принял оружие. Ктаар отстегнул от пояса ножны и протянул их Ланту. В этот момент фиванский адмирал, который, по мнению Антонова, мог только догадываться о сути этого ритуала, поднял вверх руку и незапятнанной стороной обоюдоострого клинка провел по ней. Теперь оружие было обагрено с одной стороны фиванской, а с другой — орионской кровью. У Ктаара'Зартана при виде поступка Ланту засверкали глаза. Он извлек из сумки на поясе небольшой кусочек шелка и с благоговейным видом вытер клинок, а потом с довольным видом наблюдал за тем, как Ланту вложил его в ножны и прикрепил себе на ремень.
   Антонов подумал, что мало кто из стоявших вокруг понял, что присутствует при формальном отказе от «вилкнармы» — кровной мести, и поразился тому, что сам не испытывает особого удивления. Он просто смотрел, как его брат по крови протянул правую руку Ланту, который сжал ее в своей четырехпалой руке. Фиванец с орионцем обменялись рукопожатием, как настоящие «фаршатоки», и Ктаар отступил в сторону.
   Глаза Ланту сверкали непривычно ярко, и он поглаживал дефаргай у себя на поясе. Потом он выпрямился во весь рост, кивнул провожавшим и проследовал за полковником Фраймаком в катер.

Аз воздам

   Главный маршал Секах стоял в командном пункте Оборонительного центра имени Сен-Жюста и, нахмурившись, смотрел на экран голографического дисплея. Он был верным сыном Церкви, готовым умереть во славу Святой Матери-Земли, но при мысли о том, сколько чужих жизней он унесет с собой в могилу, ему становилось нехорошо.
   «И все же это лучше, чем позволить осквернить святую фиванскую землю! — Он пытался распалить себя. — Мое тело погибнет, но душа будет спасена!»
   Раньше его удивляло долгое бездействие язычников. Они разрушили орбитальные форты уже больше месяца назад, но не предпринимали никаких попыток начать штурм планеты. Неужели они не знают, с какого бока к ней подступиться?! Секах невесело усмехнулся, вспомнив полное отсутствие укреплений в захваченных языческих мирах, а также их тактические Наставления, твердившие, что сражаться надо в открытом космосе, где для этого «достаточно места». Возлюбленный Народ Святой Матери-Земли не убоится вступить в сражение и умереть вместе со своими защитниками! Даже поганые язычники могли бы уже догадаться, что они не сдадутся! Чего же они тянут?! У них хватит дальнобойных ракет, чтобы разнести Фивы оттуда, где им ничто не угрожает. Ведь не считают же они, что Пророк передумает и по их примеру сдастся Хану-Сатане!
   Теперь Секах с содроганием смотрел на перемещающиеся в голографической сфере точки. Судя по всему, язычники решили действовать! Группы их космических кораблей выходят на позиции вне досягаемости фиванских тяжелых ракет, которыми их было бы так славно сейчас засыпать! Секах представил себе, как в этот момент во всех фиванских городах завыли сирены, от которых, впрочем, нет никакого толка.
   — Пригласите Пророка, — негромко приказал он своему адъютанту.
   — Корабли вышли на предварительные позиции, — доложил Сущевский, и Антонов одобрительно кивнул.
   — Свяжите меня с «Магнусом Колорадусом»! — Адмирал невесело усмехнулся, увидев на коммуникационном мониторе Арама Шагиняна: — Флот в вашем распоряжении, генерал.
   — Благодарю вас, господин адмирал! — Шагинян отдал честь и отключил связь. Антонов откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу. Теперь ему оставалось только ждать.
   — К бою готовы!
   Офицер управления огнем корабля ВКФ Земной Федерации «Даулагири» кивнула и посмотрела на хронометр, отсчитывающий последние минуты перед залпом. Сейчас там внизу кому-то мало не покажется! Впрочем, пусть скажут спасибо, что не поступило приказа стереть в порошок всю их проклятую планету!
   Ланту поднял глаза на космического десантника, возвышавшегося над ним в своем боевом снаряжении, и удивленно улыбнулся, увидев веселое лицо Ангуса МакРори:
   — Я не знал, что вы с нами, полковник.
   — А где же мне быть! Мне поручили о вас позаботиться!
   — Будете следить, чтобы я не сбежал?
   — Полковник МакРори, — пояснил стоявший с другой стороны от Ланту майор М'Бото, — командует группой, которая будет сопровождать вас в туннель.
   — Вот как? А почему же мне не сказали об этом раньше?
   — Мы не были уверены, что полковник успеет пройти курс молодого бойца. — Чернокожий майор ослепительно улыбнулся, — Ведь он предпочел перейти в миротворческий корпус из космического десанта до того, как мы стали использовать новое боевое снаряжение…
   Главный маршал Секах сложил руки за спиной, наблюдая за первым залпом язычников. Потом он повернулся к Пророку, вошедшему в сопровождении свиты:
   — Ваше Святейшество! — Секах вытянул руки по швам и преклонил колено. Ему не понравилось странное выражение глаз Пророка, в глубине которых мерцали недобрые огоньки, но маршал тут же отогнал невеселые мысли. Разумеется, даже сам Пророк может немного нервничать в такой момент!
   Главный маршал повернулся к голографическому дисплею и нахмурился. Язычники по-прежнему стараются не причинять значительных разрушений на поверхности планеты! Может, они надеются, что Возлюбленный Народ отчается, отречется от истинной веры и сдастся?! Впрочем, какая разница! Важно то, что они бомбардируют ракетами отдельно стоящие оборонительные центры, расположенные на ледяной шапке Северного полюса. Что ж, пусть будет так! Ведь он, Секах, тоже не желает смерти фиванским женщинам и детям, а северные крепости могут прекрасно за себя постоять.
   Покрытые толстенной броней крышки ракетных шахт открылись и тут же закрылись, а в атмосферу над фиванским Северным полюсом взмыли ракеты-перехватчики мощностью в килотонну каждая. Десятки стратегических ракет землян были сбиты, но часть их поразила цель, и над оборонительными центрами вспыхнули огненные шары. Лед и гранит испарялись. Покрытый ледниками северный континент содрогался от взрывов.
   Взрывные волны валили с ног, но полные мрачной решимости защитники Фив наблюдали за данными на экранах мониторов с растущей надеждой. Они сбили намного больше ракет, чем рассчитывали, а те, что поразили цель, причинили не столь уж значительный ущерб. Мегатонны бетона, гранита и стали, защищавшие фиванские укрепления, раскалялись и плавились, но у язычников, наверное, не было боеголовок, способных проникать глубоко в скальную породу, а наземные взрывы крепостям были не страшны.
   Радиационный фон снаружи также угрожающе рос. Однако язычники использовали только ядерные боеголовки, не прибегая к смертоносному антивеществу.
   Главный маршал Секах изучил доклады из оборонительных центров и злорадно усмехнулся. Полярным крепостям был нанесен определенный ущерб, и даже сравнительно невысокий радиационный фон в их районе грозил крупным радиоактивным заражением атмосферы, но боеприпасы на кораблях язычников истощатся намного раньше, чем на Фивах. Хотя фиванским ракетам и не долететь до кораблей противника, язычникам следует существенно повысить эффективность бомбардировок, если они хотят прорвать такую мощную оборону до того, как у них кончатся ракеты!
   Генерал Арам Шагинян изучал данные на экране монитора, периодически поглядывая на оптический дисплей: адское зрелище льда, превращающегося в облака белого пара. Его лицо было спокойным и решительным. Больше всего он боялся, что кто-нибудь на поверхности Фив проанализирует происходящее и поймет, что Второй флот специально использует не слишком большое количество ракет, чтобы фиванцам было легче их сбивать. Генералу оставалось только надеяться, что противник ничего не заподозрит.
   Он взглянул на хронометр и нажал кнопку коммуникационного устройства.
   — Начинаем второй этап операции, — сказал он.
   — Господин главный маршал! Они меняют позицию!
   Секах что-то буркнул и потер роговой щиток у себя на черепе. Интенсивность огня язычников снизилась. Судя по всему, у них кончились дальнобойные стратегические ракеты, и теперь их корабли, чтобы продолжать обстрел, подходили к планете на расстояние залпа тяжелых ракет. У них прекрасные маскировочные устройства, и, в отличие от оборонительных центров, корабли могут лавировать, уклоняясь от ракет, но он постарается в них попасть. Может, его системы наведения и не такие точные, но зато гораздо больше ракетных установок!
   — Язычники катапультировали истребители! Секах невесело усмехнулся.
   — Что вы намереваетесь предпринять?
   Услышав негромкий голос Пророка, маршал поднял глаза.
   — Космических штурмовиков нам бояться нечего, Ваше Святейшество, — объяснил он. — У них малюсенькие ракеты, и они не могут летать в атмосфере. Язычники просто опасаются, что мы для обороны планеты запаслись истребителями, вот и отправили свои машины патрулировать вокруг кораблей. — Он снова злобно ощерился. — Но против того, что мы для них припасли на самом деле, истребители им не помогут!
   «Черный Принц» катапультировал штурмовые челноки. Ланту вдавило в сиденье, словно большой мягкой рукой. Он инстинктивно застегнул скафандр и подумал, что это, собственно говоря, ни к чему, ведь в случае прямого попадания все находящиеся на борту маленького челнока и пикнуть не успеют.
   Ланту грустно усмехнулся. Что он вообще здесь делает?! Он же адмирал, а не космический десантник! Потом он взглянул в лицо Ангуса МакРори, видневшееся за прозрачной бронепластмассой шлема. Ангус немного нервничал, но выглядел очень решительно, и Ланту почему-то стало от этого легче.
   Иван Антонов с мрачным видом прикидывал, как фиванцы воспримут космические истребители, появившиеся у них на экранах. Уже более тысячи двухсот маленьких космических аппаратов заняли позиции, которые после двухнедельной напряженной работы для них определили Ктаар с Шагиняном. Лишь триста из них действительно были истребителями. Остальные девятьсот представляли собой модифицированные штурмовые челноки с тремя ударными дивизиями космического десанта на борту. Каждый из них теперь оснащен таким же радиомаяком, как и любой истребитель! Антонов очень хотел, чтобы противник увлекся охотой на его корабли и не обратил внимания на слегка необычные данные, которые могли начать выдавать его сканеры…
   Секах был очень удивлен. Оказывается, у язычников уйма истребителей! Где же они были во время штурма Врат Преисподней?! Впрочем, какая разница?! Сейчас есть заботы и поважнее! Первые корабли язычников оказались в пределах досягаемости ракет с оборонительных центров, и главный маршал дал знак своему заместителю.
   Экипажи тяжелых кораблей Второго флота приготовились, увидев, что к ним устремились сотни тяжелых ракет.
   Внешние маскировочные устройства начали формировать ложные энергетические поля, чтобы защитить ими корабли от ракет. Операторы установок противоракетной обороны, несмотря на напряженные, как струны, нервы, с профессиональным спокойствием следили за приближающимися боеголовками. Стартовали ракеты-перехватчики. Группы лазеров и автоматические пушки открыли беглый огонь. В безвоздушном пространстве расцвели огненные шары, а к земным кораблям, которые от поверхности Фив теперь отделяло всего несколько секунд, неслись все новые и новые ракеты.
   «Госентан» вздрогнул. Это первая фиванская ракета прорвалась сквозь его оборонительный огонь. За ней последовала вторая. Потом — третья.
   «И все-таки большинство их ракет сбито, — думал Антонов. — Это лишь жалкие крохи!»
   Щиты его флагмана устояли. «Госентану» не угрожала опасность.
   По крайней мере пока!
   Антонов решительно тряхнул головой и уперся плечами в противоударные зажимы.
   Секах улыбнулся, глядя, как разрушаются первые щиты кораблей противника. Пока язычникам причинен незначительный урон, но если эти глупцы побудут еще немного на таком небольшом расстоянии от планеты…
   — Как вы видите, Ваше Святейшество, — сказал он, — сейчас мы ведем огонь по большому количеству целей. Поэтому на каждый отдельный корабль язычников приходится немного ракет, с которыми их противоракетной обороне несложно справиться. Тем временем мы уточняем цели и вынуждаем противника расходовать ресурсы маскировочных устройств. Еще несколько залпов, и их способность обманывать наши ракеты существенно снизится, а мы, наоборот, станем управлять нашим огнем еще эффективнее. — Маршал злорадно ухмыльнулся. — Тогда наши оборонительные центры внезапно дадут залп из всех ракетных установок по нескольким избранным целям.
   Пророк кивнул и улыбнулся, а Секах повернулся к голографическому дисплею. Истребители язычников расползлись по небу. Теперь они были почти над головой Секаха, и офицер управления огнем Центра имени Сен-Жюста попросил разрешения обстрелять их зенитными ракетами.
   — Потерпите немного, полковник! Они все еще приближаются. Дайте им подойти к верхним слоям атмосферы, а потом открывайте беглый огонь.
   Арам Шагинян снова изучил данные на дисплее и смахнул со лба капельки пота.
   А павианы не дураки! Они вынуждают корабли Второго флота расходовать ресурсы маскировочных устройств. Сейчас до павианов дойдет, что тяжелые корабли землян летят очень низко и их можно сбить! Генералу ужасно хотелось начать высадку и отправить флот подальше от планеты. Он с трудом взял себя в руки. Пока павианы не стреляют зенитными ракетами, его челноки будут спускаться все ниже и ниже, чтобы потерь при высадке было как можно меньше! А если у маскировочных устройств кораблей истощатся ресурсы, прежде чем противник откроет огонь зенитными ракетами, этим кораблям придется обойтись без маскировки!
   Он нажал на кнопку коммуникационного устройства:
   — Генерал Мэннинг?
   — Я! — Голос Шэрон Мэннинг был почти спокоен. Шагинян вспомнил, что его подчиненные любят спорить о том, что должно произойти, чтобы Шэрон сорвалась на крик.
   — Скоро они начнут вас обстреливать, генерал. Прыгайте, как только появятся первые зенитные ракеты!
   — Вот, полюбуйтесь, Ваше Святейшество! — пробормотал Секах.
   Корабль ВКФ Земной Федерации «Анаконда» конвульсивно содрогнулся, когда первый концентрированный залп фиванских ракет прорвал его оборону. Линкор трясло от страшных взрывов, крушивших его щиты, уничтожавших энергетическое поле и рвавших броню и обшивку. Несмотря на задраенные переборки, «Анаконда» начала терять кислород. Удар новых ракет окончательно разрушил щиты и энергетическое поле. Прямым попаданием был уничтожен капитанский мостик. Другая ракета угодила в центральный пост управления огнем, и теперь расчеты противоракетной обороны сами пытались отыскать свои цели, стреляя медленнее, чем раньше.
   Старший помощник капитана, в кормовом резервном посте управления кораблем, вытер кровь со лба и выругался, глядя на экраны мониторов.
   — Код «омега»! — рявкнул он. — Покинуть корабль! Всем покинуть корабль!
   Его офицеры, не вставая с кресел, подобрали под себя ноги, и вокруг них выросли стенки спасательных капсул. Специальными зарядами капсулы катапультировались за пределы корабля, но старший помощник еще несколько секунд не отходил от пульта, повторяя приказ покинуть корабль, пока не убедился, что его услышали все. Он уже собирался катапультироваться, когда мощным взрывом «Анаконду» разнесло на куски.
   На скулах Антонова, наблюдавшего за гибелью «Анаконды», заиграли желваки, но он продолжал сидеть неподвижно.
   Шэрон Мэннинг сохраняла видимость спокойствия, хотя и была поражена тем, как близко к поверхности планеты сумели подлететь ее челноки. Раньше таких самоубийственных маневров не выполняли. К чему военные хитрости, если можно прибегнуть к массированной бомбардировке?!
   Она посмотрела на приборы. Челноки уже почти в атмосфере! Неужели павианы еще ничего не поняли?! Среди ее людей даже новобранцы знают, что космические истребители не входят в атмосферу!
   Стараясь не смотреть на линкоры, гибнущие у нее за спиной, Шэрон сгорала от нетерпения и почти умоляла фиванцев открыть огонь.
   — Ну хорошо, полковник, — сказал Секах, с улыбкой глядя на ерзавшего от нетерпения офицера управления огнем. — Космические штурмовики спустились так близко, что по ним можно стрелять почти в упор. Вряд ли они подлетят еще ближе!
   — Огонь!
   Взорвался еще один линкор. Более мощные маскировочные устройства, установленные на сверхдредноутах, еще работали, но менее крупные линкоры уже остались без электронной защиты.
   — Прикажите линкорам отходить! — сказал Шагинян. Начинать отход было еще рано, но он больше не мог созерцать уничтожение кораблей.
   — Есть! — Дженет Тоомпео передала приказ.
   — Приготовиться к высадке! Вперед! — крикнула генерал Мэннинг, когда взорвалась первая зенитная ракета. За ней летели сотни таких же снарядов. Больше всего досталось настоящим космическим истребителям, прикрывавшим челноки с флангов. Фиванцы выпускали по каждой цели группу ракет, беспощадно лишая жертву возможности уклониться от попадания. Лавируя, пилот мог уйти от первой и даже второй ракеты, оказавшись при этом прямо на пути третьей или четвертой.
   Впрочем, истребители недолго находились под обстрелом. Девятьсот штурмовых челноков, взревев двигателями, устремились не в глубину космоса, а прямо к поверхности планеты. Истребители же Ктаара'Зартана преподнесли фиванцам последний сюрприз. Они выпустили тысячу ракет, которые взорвались не на поверхности планеты, а в верхних слоях ее атмосферы. За одновременным взрывом тысячи мощных боеголовок последовали страшная вспышка плазмы и колоссальный радиационный импульс.
   Под прикрытием этого ослепительного искусственного «солнца» челноки с тремя дивизиями космических десантников на борту устремились к поверхности Фив.
   Главный маршал Секах не верил своим глазам. Что происходит?!
   Его усовершенствованные датчики могли выдержать самые мощные электромагнитные импульсы, но, конечно, не были рассчитаны на такую колоссальную дозу! На несколько роковых мгновений они ослепли, а девятьсот штурмовых челноков на головокружительной скорости ворвались в атмосферу и, воя двигателями, устремились, как обезумевшие метеориты, к острову, возвышавшемуся посреди залитого солнцем моря Хваравк.
   — Черт возьми! Получилось!
   Услышав этот пронзительный вопль, Арам Шагинян невольно заткнул уши, а потом, несмотря на невероятное нервное напряжение, расплылся в улыбке. Шэрон наверняка забыла отключить микрофон, и все наконец услышали, как она умеет визжать!
   Ланту понимал, что в такой момент нелепо заботиться о достойном виде, но все-таки чувствовал себя по-идиотски, сидя на руках у Ангуса. Бронированный скафандр адмирала не был оснащен реактивным двигателем, и в одиночку ему было не высадиться на почву родной планеты.
   У него захватило дух, когда челнок заложил вираж и один из его бортов внезапно распахнулся. Челнок мчался в ореоле раскаленного воздуха, окружавшего его анизотропное силовое поле. Адмирал с благоговейным ужасом посмотрел наружу, потом закрыл глаза, а МакРори прижал его к груди мощными механическими руками и прыгнул.
   Ланту показалось, что ему дали пинок в солнечное сплетение. Несмотря на защитное поле боевого снаряжения Ангуса, адмирала ошпарило раскаленным воздухом, а потом они полетели с высоты десяти тысяч метров.
   — Святая Мать-Земля! Это был отвлекающий маневр! — прошептал Секах, когда у него снова заработали сканеры.
   — Им нужны не крепости на полюсе, а наш Центр!
   Пророк с непонимающим видом уставился на маршала, и Секах схватил его за руку. Он был так ошеломлен, что даже хотел встряхнуть Пророка, но вовремя опомнился. Вместо этого маршал подвел Пророка к экрану и ткнул в него пальцем: