– Что?
   Люк взял ее за руку.
   – Мара, мне жаль. Вода уже поднялась выше уровня тоннеля. Теперь она заполняет подвал с канделябрами, через который мы пришли.
   Мара потрясение уставилась на него – она и не подозревала, что вода прибывает настолько быстро.
   – Ладно, – она заставила себя говорить спокойно. И рассуждать тоже. – Ситх с ним, с подвалом. Если мы сможем добраться до лестницы, мы просто вскарабкаемся повыше, правда?
   Люк непроизвольно дернул щекой.
   – Ты не понимаешь, – тихо сказал он. – Вода уже выше уровня тоннеля. Что означает, что придется проплыть всю сотню метров тоннеля плюс, возможно, весь подвал – под водой, без воздуха.
   – А если погрузиться в гибернационный транс, – предложила Мара. – Как ты, когда спасался с базы пиратов?
   Люк покачал головой.
   – Раз подвал уже заполнился – или почти заполнился – водой, в тоннеле уже нет течения, которое могло бы вынести нас отсюда достаточно быстро.
   Ну да, а в трансе, конечно, грести несподручно. Мара отбросила с лица мокрую прядь волос и попыталась спокойно поискать решение.
   Р2Д2 встревоженно пискнул.
   – Вижу, – сказал ему Люк.
   – Что видишь? – спросила Мара.
   – Уровень воды снова начал подниматься, – неохотно объяснил Люк. – Значит, подвал уже полон. А единственные отверстия, через которые вода может вытекать оттуда, – это те, что мы проделали, чтобы войти.
   Мара сглотнула.
   – Они… небольшие.
   – Они слишком маленькие, чтобы через них могло утечь все это, – кивнул Люк. – Боюсь…
   Он умолк. Мара посмотрела вниз. Мутная вода уже закрыла брешь в стене, но продолжала прибывать – это было хорошо видно по легкой ряби на поверхности.
   – Когда ты только прилетел, – нарушила молчание Мара, – я сказала, что ты можешь возвращаться на Корускант, а мы с Ком Жа сами справимся. Ты тогда ответил – нет, ты должен быть здесь, и просил не спрашивать, почему.
   Скайуокер тяжело вздохнул.
   – У меня было видение на Тиерфоне, – тихо сказал он. – Задолго до того, как я узнал, что ты пропала. Я видел тебя. Ты лежала на воде, вокруг были скалы. И ты выглядела, словно…
   – Мертвая?
   Люк снова вздохнул.
   – Да.
   Некоторое время они просто сидели рядом. Тишину нарушал лишь плеск прибывающей воды.
   – Ну, наверное, так тому и быть, – сказала наконец Мара. – Остается утешаться лишь тем, что на это я обрекла себя сама.
   – Еще рано сдаваться, – сказал Люк, но ей не удалось уловить ни малейшего признака надежды в его словах. – Должен быть какой-то способ выпутаться.
   – Обидно… – Мара посмотрела ему в лицо, стараясь заметить, запомнить, запечатлеть в памяти каждую черточку. – Знаешь, я тебе не рассказывала – после того приключения у базы пиратов Фон сказала мне, что из нас с тобой вышла бы отличная команда. Она была права. Мы и вправду хорошо работали вместе.
   – Мы и вправду хорошо работаем вместе, – поправил ее Люк, почти испуганно заглядывая ей в глаза. – Когда мы сражались с часовыми там, внизу… что-то случилось со мной. С нами. Сила объединила нас так глубоко. Мы словно стали единым существом. Это было… это было… что-то очень особенное, – неловко закончил он.
   Несмотря на отчаянное положение, Мара с трудом сдержала улыбку – с такой комичной серьезностью Люк выдал эту тираду.
   – Да ну? – насмешливо переспросила она. – И насколько особенное?
   Скайуокер смутился.
   – Ну да. Могла бы и помочь сказать…
   – Да брось, – с притворной укоризной отмахнулась она. – Когда это я тебе помогала, а?
   – Не слишком часто, – признал Люк.
   Он напрягся. Сосредоточился. Вздохнул. Потом нерешительно, словно впервые, взял Мару за руку. И совершил над собой последнее усилие.
   – Мара… ты выйдешь за меня замуж?
   – Хочешь сказать – если выберемся отсюда живыми?
   Люк покачал головой.
   – Как бы там ни было.
   В других обстоятельствах она, пожалуй, заставила бы его чуток помучиться. Но сейчас извечные дамские глупые игры смыло волной.
   – Да, – просто сказала Мара. – Выйду.

40

   Турболазерный луч по касательной задел транспаристиловый блистер капитанского мостика, оставив на нем глубокую борозду. Словно знамение, мрачно подумала Лейя, шагая мимо внешнего кольца мониторов к пульту управления кораблем. Знамение ее грядущей гибели. То, что она собиралась сделать, почти наверняка будет означать конец ее политической карьеры. Может быть, ее сошлют в исправительную колонию. Может быть, этот поступок будет стоить ей жизни.
   Но все это было не важно. Потому что в опасности была жизнь Хэна.
   Лейя остановилась за спиной ишори-навигатора и заглянула ему через плечо. Индикаторы и переключатели панели управления, разумеется, были подписаны на языке ишори, но сама панель, производства верфей Куата, была стандартной и знакомой. Лейя набрала побольше воздуха и при помощи Великой силы толкнула вперед рычаг управления субсветовым двигателем.
   Первым заметил неправильное поведение корабля навигатор. Он что-то проворчал и потянул рычаг обратно в исходное положение. Лейя опять толкнула ручку управления вперед, добавляя тяги, и развернула крейсер на курс, который должен был вывести их к пламенеющей вдалеке комете.
   Навигатор заворчал громче и снова потянул рычаг. Вот только на этот раз управление отказалось подчиняться ишори. Лейя крепко удерживала рычаг в хватке Силы. Навигатор пришел в глубокое недоумение и некоторое время безуспешно пытался вникнуть в смысл происходящего. Лейя воспользовалась паузой и добавила еще тяги. Бедняга-навигатор сдался и решил обратиться за разъяснениями к начальству. Он повернулся в крутящемся кресле к капитану Ав'муру…
   И только тут заметил, что у него за спиной маячит посторонний член Верховного Совета с лазерным мечом на поясе.
   – Что вы тут делаете?! – завопил он, разворачиваясь к ней вместе с креслом, чтобы удобнее было возмущаться. – Охрана!
   Лейя обернулась. Двое солдат-ишори с бластерами наизготовку поспешно шагали к ней. Она призвала Силу, вырвала у них оружие и с размаху швырнула его на палубу, чем привела бластеры в негодность, а солдат – в замешательство.
   Происходящее привлекло внимание ужасно занятого капитана Ав'муру – он подскочил в капитанском кресле и принялся размахивать конечностями.
   – Советник! Что вы делаете?!
   Лейя решила не отвечать. Все равно не поверят. Вместо этого она снова занялась управлением. Крейсер прибавил ходу.
   Скудные запасы самообладания навигатора приказали долго жить.
   – Не-е-ет!!! – заверещал он и прыгнул на Лейю, норовя вцепиться ей в горло.
   Хороший был прыжок, но цели не достиг – Лейя подхватила прыгуна Силой и запустила его в затяжной полет через весь мостик. Навигатор приземлился у дальней стены и решил, что с него пока хватит.
   – Охрана! – закричал Ав'муру, налюбовавшись на полет навигатора. – Все сюда!
   Пока охрана спешила к месту событий, Лейя улучила мгновение, чтобы еще немного поколдовать над управлением и снова увеличить скорость крейсера. По нервам ударил внутренний сигнал тревоги, она едва успела обернуться и выхватить меч – двое солдат на дальнем конце капитанского мостика уже вскинули бластеры. Парализующие разряды рассыпались о сияющий клинок. Принцесса снова вырвала у солдат оружие, на этот раз бластеры, подчиняясь ее воле, метнулись к ней, напоролись на клинок лазерного меча и упали на пол четырьмя аккуратными половинками.
   – Да прекратите же, наконец! – зарычал капитан Ав'муру, осторожно, по шажочку, приближаясь к разбушевавшемуся советнику.
   При этом он еще пытался делать вид, что идет с достоинством.
   – Иначе я буду вынужден заявить, что Конфедерация ишори отныне в состоянии войны с Новой Республикой!
   – Всей системе угрожает ужасная опасность, – громко и внятно сказала Лейя. – Вы отказались предпринять шаги, чтобы противостоять этой угрозе. Мне придется сделать это за вас.
   – Ваши действия приведут к войне между Иштом и Корускантом! – выкрикнул капитан, по-прежнему подбираясь к ней. – Немедленно прекратите попытки захватить управление.
   Краем глаза Лейя заметила, как на мостике объявился Гаврисом и рысью пустился вдогонку капитану. Теперь у нее оставался единственный козырь.
   – Не стоит впутывать Новую Республику! – сказала она. – Я подаю в отставку с поста члена Верховного Совета, сенатора и президента. Теперь я всего лишь частное лицо.
   – Тогда вы лишили себя и дипломатической неприкосновенности! – злорадно рявкнул Ав'муру.
   Гаврисом догнал и на полкорпуса обогнал капитана. Лейя догадалась, что президент задумал добраться до нее первым, чтобы свести к минимуму политический ущерб, который она только что нанесла Новой Республике.
   – Вы на борту военного корабля ишори, – продолжал Ав'муру. – Наказание за бунт на военном корабле ишори – смерть!
   У Лейи сперло дыхание. Вот оно, обреченно подумала она. Капитан произнес «бунт на корабле», это автоматически подводит ее под юрисдикцию военных законов ишори. Если она не отступится, прежде чем Ав'муру доберется до нее, у него не останется иного выбора, кроме как обрушить на нее всю мощь корабля.
   Смогут ли ишори остановить ее? Может, и нет. И уж конечно, Лейя сумеет продержаться до того момента, когда корабль достигнет кометы. Но какой ценой? Хоть она и сможет какое-то время сдерживать их, в конце концов дойдет до кровопролития. И если ее действия приведут к гибели солдат ишори, пусть даже от рикошетов их собственных выстрелов, она будет обречена. По ишорским законам военного времени за это полагается смертная казнь. И ради блага Новой Республики ей придется подчиниться.
   Ав'муру и Гаврисом были уже почти рядом…
   И тут, к изумлению Лейи, Гаврисом засеменил чуть быстрее, окончательно обогнал капитана и… намертво перекрыл тому проход между консолями.
   – Не думаю, капитан, – совершенно спокойно сказал он. – Я объявляю этот корабль реквизированным ввиду чрезвычайных обстоятельств для нужд Новой Республики.
   – Так, значит, это предательство со стороны самого президента Новой Республики?! – возопил Ав'муру, пытаясь протолкаться к Лейе.
   – Измена тут ни при чем, – Гаврисом казался абсолютно невозмутимым и стоял, как скала.
   Ишори пыхтел и отдувался, но просочиться мимо президента не мог.
   – Если только вы сами не нарушите закон, оказав сопротивление реквизиции корабля по официальному запросу Новой Республики согласно параграфу 45, часть 2 «Конвенции о взаимопомощи».
   Ав'муру эта новость так ошеломила, что он даже перестал бодать президента.
   – Чушь!!! – завопил он во всю мощь своих легких. – Какая еще официальная реквизиция?!!
   – В «Конвенции» процедура реквизиции описана достаточно расплывчато, – ни мало не смутившись, проинформировал его Гаврисом. – Это было сделано намеренно, поскольку сама природа сей процедуры требует определенной гибкости, – плавным, величавым жестом крыла он указал на Лейю. – В данном конкретном случае, процедура реквизиции началась с того, что советник Лейя Органа Соло…
   – Она больше не советник!!! Сама сказала!!!
   – Верховный – советник – Лейя – Органа – Соло, – повторил президент, напирая на каждое слово, – направила этот корабль к потенциальному источнику опасности.
   Ав'муру злобно посмотрел на Гаврисома, потом, не менее злобно, – на Лейю, потом снова на Гаврисома.
   – Не думаете же вы, что Конфедерация признает правоту этого смехотворного заявления! – прорычал он.
   – Признает Конфедерация мое требование или не признает, обсуждать пока рано, – невозмутимо ответил Гаври-сом. – К великому сожалению, помехи, наведенные диамалами, не оставили вам возможности связаться с вашим правительством в целях консультации, – он тряхнул гривой. – Придется вам самому принимать решение, капитан. Исходя из требований закона, моего положения президента Новой Республики и заверений рыцаря-джедая, что вашему кораблю угрожает крайне серьезная опасность.
   Ав'муру весь трясся от переживаний, без конца переводя взгляд с Лейи на Гаврисома, с Гаврисома – на обзорный иллюминатор. Лейя тоже украдкой покосилась на транспарис-тиловую стену, чтобы убедиться, что они и впрямь приближаются к комете.
   – Рулевой? – выкрикнул в пространство Ав'муру.
   Отброшенный Лейей навигатор перестал прикидываться обморочным, поднялся на ноги и отряхнул помятую форменку.
   – Да, капитан.
   – Вернитесь на пост, – приказал Ав'муру, постепенно успокаиваясь. – Продолжайте двигаться курсом, проложенным рыцарем-джедаем Органой Соло, – он помолчал. – Самый полный вперед.
   – Есть, капитан, – навигатор робко протиснулся мимо посторонившегося калибопа, опасливо поглядывая на Лейю, и занял свое место. – Есть держаться текущего курса, самый полный вперед.
   – Пойдемте, советник, – сказал Гаврисом, галантно уступая Лейе дорогу. – Не будем им мешать.
   Вместе они вернулись к кольцу мониторов.
   – Спасибо, – тихо сказала Лейя.
   – Я просто выполняю мои обязанности, – ответил Гаврисом. – Поговаривают, что калибопы долго говорят, да быстро делают, – он величественно распушил гриву. – Хотя порой, прежде чем переходить к делу, надо договориться.
   – Да, – прошептала Лейя.
   Комета за обзорным иллюминатором быстро приближалась, и принцесса не могла отвести от нее глаз. Ей оставалось только надеяться, что они перешли от слов к делу не слишком поздно.
   * * *
   – Мы держим обоих, – доложил оператор установки захвата. – Два фрахтовика, ИТ-1300 и «боевик II», оба кореллианской постройки.
   – Отлично, – отозвался Налгол, который все никак не мог отойти от неожиданного и необъяснимого крушения столь тщательно выверенного расписания.
   Он уже пообещал себе, что после того, как все будет кончено, наземную диверсионную группу ждет несколько весьма неприятных часов.
   А тем временем «Тиранник» был готов выполнить все, что необходимо, и в первую очередь – приветить шпионов.
   – Подведите их ближе, лейтенант. Удостоверьтесь, что они не смогут взломать захват.
   – Не сумеют, сэр, – уверенно пообещал оператор. Рядом почудилось движение.
   – Посылали за мной, сэр? – раздался голос шефа разведки.
   – Список, о котором я вас спрашивал, – отрывисто произнес Налгол, – Где он?
   – Предварительный уже составлен, – суетливо ответил Ойссан. – Мы считали, что у нас будет больше времени.
   – Ну так его у вас нет совсем, – процедил капитан. Он доходил до последней точки кипения: сначала наземная группа, теперь собственная разведка…
   – Возвращайтесь к работе. У вас есть час-два, прежде чем сражение докатится до того момента, когда мы вступим в него.
   – Слушаюсь, сэр, – Ойссан, кажется, обиделся. – Хотите, чтобы мой персонал допросил пленных?
   – Каких пленных?
   – А разве… – Ойссан барахтался в мыслях. – Н-ну, экипажи фрахтовиков… нет?..
   Налгол отрицательно качнул головой.
   – Сегодня я не в настроении брать пленных.
   – Но вы же сказали…
   – Я сказал подвести их поближе, и все, – раздраженно оборвал разведчика Налгол. – Не хочу, чтобы вне «плаща» плавали какие-нибудь обломки. Еще заметит кто-нибудь.
   Он оглянулся на иллюминатор. ИТ-1300 бился, словно рыба-катун на невидимой леске луча захвата. Он все еще надеялся убежать, хотя его напарник затих и не рыпался.
   – Еще одна-две минуты, – добавил капитан, – и о них можно будет забыть. Навсегда.
   * * *
   – Вон там! – выкрикнул Ландо, бросившись к иллюминатору «Прилежного ума». – Что я вам говорил? Ишори признали, что опасность существует, и направляются к комете!
   – Они попросту удирают. Пытаются спасти свои шкуры, – холодно возразил сенатор Миатамия. – Или рассчитывают, что большая свобода маневра в открытом космосе даст им преимущество в обороне.
   – Что ж, прекрасно, – сказал Ландо. – В любом случае вы не позволите им уйти.
   – Диамала не ищет мести, – сказал сенатор. – Мы сделали свое дело, помешали их нападению на Ботавуи.
   – Но как же угроза, о которой я вам твержу?! – взорвался Ландо. – Мы же побились об заклад, помните?
   – Если угроза действительно существует, ишори, несомненно, обнаружат ее в самое ближайшее время, – монотонно пробубнил Миатамия. – Нет причин подвергать корабль Диамалы опасности.
   Ландо оставалось только беспомощно смотреть вслед удаляющемуся крейсеру. Лейе все-таки удалось заставить «Превосходство» отправиться к комете, какой бы зловещий сюрприз имперцев ни поджидал их там.
   Но если за ниточки дергает Траун, сюрприз, вероятнее всего, окажется из разряда запоминающихся. Почти наверняка не по зубам одному-единственному кораблю ишори…
   – Ясно, – Калриссиан старался говорить безразличным тоном, словно ему совершенно все равно. – Думаю, ишори просто в восторге, что так легко от вас ушли.
   – Какое значение имеет, что думают ишори? – риторически вопросил Миатамия.
   – Да никакого, – пожал плечами Ландо. – Я просто подумал, что если они действительно хотят развязать настоящую драку, им потребуется подкрепление. А поскольку сейчас они за пределами радиуса действия ваших постановщиков помех, ничто им не помешает.
   Уши Миатамии принялись вращаться.
   – Они, без сомнения, не станут этого делать.
   – Почему нет? – легкомысленно спросил Ландо. – Не забывайте, они считают, что весь народ ботанов должен заплатить за уничтожение Каамаса. Я бы на их месте решил, что околопланетное пространство Ботавуи – самое подходящее место, чтобы выяснить свои отношения с Диамалой, – он кивком указал на планету в иллюминаторе. – Особенно сейчас, когда сектор планетарного щита над Ботавуи отключен. Любые обломки, которые упадут на поверхность, сыграют только им же на руку.
   Миатамия уже тарахтел в интерком на родном языке. Ландо, затаив дыхание, принялся смотреть в иллюминатор. Вдруг справа и слева вынырнули еще два корабля Диамалы и устремились вдогонку «Превосходству». В следующую секунду чуть дрогнули переборки, и «Прилежный ум» присоединился к преследованию.
   – Мы не дадим им выйти на связь, пока не восстановят щит над Древ'старном, – сообщил Миатамия, присоединившись к Калриссиану у иллюминатора. – Но как только щит заработает, ишори будут вольны покинуть пространство Ботавуи, когда им будет угодно.
   – Неплохо, – одобрил Ландо. – Вы бросили на это только три корабля?
   Миатамия долго смотрел на комету, прежде чем ответить.
   – Я предложил капитану созвать все корабли Диамалы.
   – Просто на всякий случай, правильно я понимаю?
   Уши сенатора дрогнули.
   – Как я уже говорил вам некогда, иногда случается непредвиденное, – сказал он. – Диамала считает, что даже непредвиденное следует предусмотреть.
   * * *
   – Держитесь! – сквозь зубы прошипел Хэн, резво бросая «Сокол» из стороны в сторону.
   Без толку. Луч захвата цепко удерживал их. Дотянувшись до пульта управления оружием, Соло сместил прицел счетверенок, которые поставил на непрерывный огонь по «звездному разрушителю». От стрельбы тоже не было никакого проку.
   – Стабилизатор левого борта опять барахлит, – сообщил Элегос, изучая дисплеи панели состояния. – Если будете продолжать в том же духе, он может не выдержать.
   С языка Хэна чуть не сорвалась пара крепких слов. Да, может, полетят стабилизаторы. Может, накроются несколько секций субсветового двигателя, или расплавятся счетверенки, или даже не выдержит корпус.
   Но у него не было выбора – он старался вырваться любой ценой, даже высосав все запасы прочности «Сокола». Укрытый экраном невидимости, «звездный разрушитель» ждал здесь своего часа, чтобы выскочить из засады. А засевшие в засаде имперцы ни за что не отпустят тех, кто может их раскрыть.
   Но Элегос, похоже, пока не понимал, насколько серьезно они влипли.
   – Возможно, нам стоит попробовать сдаться, – предложил каамаси.
   – Да? И зачем? – буркнул Хэн, не оставляя попыток вырваться.
   – Чтобы избежать гибели, конечно, – сказал Элегос. – Кроме того, Кариб и его группа, судя по всему, уже приняли подобное решение.
   – Что значит – приняли?
   Хэн поднял глаза на иллюминатор. Последнее время ему было как-то не до того, чтобы отслеживать перемещения фрахтовика «боевик II».
   – Я хочу сказать, что они не пытаются сопротивляться действию луча захвата, – пояснил Элегос, любезно показав Хэну местонахождение корабля Кариба.
   Он был прав. Потрепанный фрахтовик был от них по правому борту и значительно ближе к темной громаде «разрушителя», чем «Сокол». И не делал никаких попыток вырваться.
   Бред какой-то. Уж Кариб-то куда лучше Хэна понимал, что пленных тут не берут. Может, они все уже мертвы? Или его недавний переход на сторону Новой Республики вообще и Лейи Органы Соло в частности был не более чем уловкой?
   – Соло? – раздалось сквозь шорох помех из динамика комлинка. – Это Кариб. Приготовься.
   – К чему еще?
   – А ты как думаешь? – не снизошел до объяснений Девист. – Если у нас не выгорит, я хочу, чтобы ты позаботился о наших семьях. Идет?
   Хэн ничего не понимал. Он покосился на Элегоса…
   – Принято, – ответил за него каамаси, который выглядел не менее озадаченным, чем Хэн, но, очевидно, решил посмотреть, что будет дальше. – Не беспокойтесь.
   – Хорошо. Приятно было познакомиться.
   Комлинк щелкнул и отключился. Хэн не сводил глаз с фрахтовика, и в печенках у него ворочалось некое совсем нехорошее предчувствие…
   И тут «боевик» вдруг взорвался.
   – Что?.. – потрясение ахнул Элегос.
   – Просто смотрите, – отрезал Хэн, вцепившись в рычаг управления. – И приготовьтесь, как было велено.
   Вспышка взрыва схлопнулась, пыль и обломки частью разлетелись, частью устремились к «звездному разрушителю», подхваченные лучом захвата.
   И из этого истончившегося облака обломков выскочила дюжина ДИ-перехватчиков.
   Чтобы перестроиться на нового и совершенно неожиданного противника, у имперцев ушло не больше пяти секунд. Но в подобных обстоятельствах пять секунд – это ситхова туча времени. С непревзойденным изяществом уклоняясь от огня турболазеров, ДИ-перехватчики приблизились к корпусу «разрушителя» и принялись методично поливать огнем установку луча захвата.
   Хэн даже засмотрелся, чудесная картина навевала воспоминания о легендарном летном мастерстве старины Фела. Только на этот раз его, Хэна Соло, отход прикрывала целая дюжина баронов.
   Пока он любовался на «жмуриков», установка луча захвата благополучно накрылась, «Сокол» со всей дури рванулся на свободу, а Хэн опять прикусил язык – в буквальном смысле.
   – Держитесь! – запоздало крикнул он Элегосу, круто развернул корабль и подал полную тягу на субсветовые двигатели.
   На «разрушителе» сообразили, что жертва ускользает, в хвост «Соколу» уставились бесчисленные жерла турболазеров, и Хэн, выписывая бочку за бочкой, устремился к невидимой границе маскировочного экрана.
   – Вы настроили комлинк на трансляцию тем идиотам над Ботавуи, как я просил? – добавил он, с тревогой наблюдая за индикатором заднего дефлектора. Если щиты сдохнут, прежде чем они выберутся за пределы экрана невидимости, имперцы еще могут оказаться в победителях.
   – Я готов, – отозвался Элегос. – Как только мы окажемся…
   Каамаси испуганно осекся на полуслове, Хэн взглянул в его сторону – и рука сама потянулась к управлению огнем. «Сокол» догонял до боли знакомый силуэт ДИ-перехватчика.
   Соло еле успел остановить собственный порыв души: на солнечных батареях «жмурика» красовалась эмблема Новой Республики. За первой ДИшкой подоспели и остальные ребята Кариба.
   Тут вокруг снова вспыхнули звезды.
   – Есть! – констатировал Хэн. – Давайте связь.
   Элегос кашлянул.
   – Не думаю, – произнес он, – что это действительно необходимо.
   Хэн снова посмотрел вперед, и у него перехватило дыхание. От Ботавуи прямо к ним приближались больше дюжины тяжелых боевых кораблей.
   Ожил комлинк.
   – Хэн?
   – Да, Ландо, – откликнулся Хэн. – Осторожнее – там имперский «звездный разрушитель», укрытый экраном невидимости.
   – Ясно, – сказал Калриссиан. – А эти ДИ-перехватчики с тобой?
   Хэн мрачно усмехнулся.
   – Еще как. Можешь высвистать еще подмогу?
   – Капитан Соло, говорит сенатор Миатамия, – перебил новый голос. – Мы в настоящий момент транслируем ваше предупреждение всем союзным Диамале кораблям и шлем им запрос о подкреплении.
   – Отлично, – порадовался Хэн. – Пригласите тогда уж и ишори на вечеринку. Тут на всех хватит.
   – Хэн? – вмешался в разговор новый голос – родной, испуганный и радостный. Судя по всему, дорогая жена запыхалась, пока бежала к комлинку. – Хэн, с тобой все хорошо?
   – Со мной все прекрасно, солнышко, – заверил он ее. – Ты там где, еще с ишори?
   – Да, – отвечала она. – Капитан по-прежнему не уверен…
   Она замолчала на полуслове.
   – Лейя?! – тут же перепугался Хэн.
   – Все нормально, – отозвалась она, внезапно помрачнев. – Кажется, у него больше нет сомнений.
   Хэн нахмурился и покосился на дисплей заднего обзора. Так и есть. «Звездный разрушитель», сообразив, что засада все равно сорвалась, оставил игру в прятки.
   Вот только от кометы к наступающему флоту Новой Республики приближался вовсе не один «звездный разрушитель». А целых три.
   Хэн глубоко вздохнул.
   – Вот оно, значит, как, – сказал он. – Ну и драка нам предстоит!