— Не стреляйте! Не стреляйте! Мы сдаемся.
   Мара осторожно заглянула внутрь. Вот они: четверо имперцев стояли прямо или на коленях у обугленных дверных косяков, еще двое напротив двери поднимались из лежачего положения. И никто из них не обращал на нее ни малейшего внимания.
   Чуть улыбнувшись самой себе, Мара прицелилась и открыла огонь.
   Двоих она успела свалить, прежде чем кто-либо из нападающих вообще осознал, что происходит. Третий упал в развороте, безуспешно пытаясь взять ее на прицел. Четвертому почти удалось выйти на позицию для стрельбы, когда его сразил выстрел из глубины помещения.
   Через пять секунд все было кончено.
   * * *
   Одному удалось выжить. Но с трудом.
   — Полагаем, что это и есть командир группы, — сообщил Гарм Бел Иблис Хэну, пока они на пару быстро шагали по коридору в лазарет. — Предварительно идентифицирован как майор Химрон. Хотя пока он не придет в себя, сказать наверняка невозможно, — он подумал и добавил с сомнением: — Если придет.
   Хэн рассеянно кивнул, покосившись на еще одну пару охранников. Солдатики настороженно и строго поглядывали по сторонам, всем своим видом выражая готовность служить отечеству и Республике. Понадобился скандал, чтобы служба безопасности соизволила оторвать задницы от стульев и заняться делом. Самое время.
   — Как они внутрь попали, кто-нибудь знает?
   — Это будет мой первый вопрос, — отозвался Бел Иблис — Майор в реанимации… нам сюда.
   Возле двери их ждали Ландо Калриссиан и один из медиков.
   — Все в порядке? — спросил Ландо, быстро производя визуальный осмотр друга; было ясно, что он горит желанием ощупать Хэна на предмет повреждений, но не решается. — Я послал Чуй, но мне сказали, что я должен остаться с пленным.
   — Все в порядке, — заверил Калриссиана Соло. — Чуй помогает Лейи и Зиме перебраться в другие комнаты. Кстати, спасибо, что пришел за нами.
   Бел Иблис тем временем отозвал медика в сторону и о чем-то его расспрашивал.
   — Не за что, — откликнулся Ландо. — Особенно если учесть, что нам оставалось только смотреть. Что, не мог устроить свой маленький фейерверк на две минуты позже?
   — Не смотри на меня, приятель, — фыркнул Хэн. — Это Мара у нас отличилась, а вовсе не я.
   По темному лицу Калриссиана промелькнула еще более темная тень.
   — Верно. Мара.
   Хэн насторожился.
   — И что это должно значить?
   — Понятия не имею, — сознался Ландо. — Что в ней не то, я никак не могу уловить. Помнишь, у Каррде на Миркре Траун решил прогуляться по твердой земле, а нам в результате пришлось нюхать цветочки в лесу и наслаждать природой?
   — Ты сказал, что, кажется, ее лицо тебе знакомо, — Хэну не пришлось напрягать память, чтобы процитировать почти дословно: замечание Калриссиана прочно там засело. — Выяснил что-нибудь?
   — Пока нет, — разочарованно буркнул Ландо. — Но я уже близко. Я уверен.
   Хэн оглянулся на Бел Иблиса и медтеха, думая о словах, которые Люк произнес по дороге с Миркра. О том, что Мара ясно дала понять, что намерена убить его.
   — Когда бы ты с ней ни сталкивался, — пробормотал он, — теперь она, похоже, на нашей стороне.
   — Вот именно, — мрачно вздохнул Калриссиан. — Похоже.
   Бел Иблис поманил их к себе.
   — Врачи попытаются привести пленного в сознание, — сообщил он. — Идем.
   Их впустили внутрь. Вокруг кушетки скопились полдюжины врачей и меддроидов плюс три офицера безопасности из службы Акбара. Хэну немедленно захотелось освободить помещение. По знаку Бел Иблиса один из медиков ввел раненому какой-то препарат в капельницу. Пока Хэн и Ландо искали себе свободное место, веки пленного майора едва заметно дрогнули, попытались приподняться. Раненый вдруг закашлялся.
   — Майор Химрон? — произнес один из офицеров Акбара. — Вы слышите меня, майор?
   Сиплый выдох можно было счесть за утвердительный ответ. Имперец повел мутным взглядом по лицам склонившихся над ним… и Хэн мог поклясться, что майор вдруг словно подобрался, если такое слово применимо к распростертому на кушетке человеку.
   — Да, — повторил майор отчетливее и определенно увереннее.
   — Ваша атака не удалась, — сказал ему офицер. — Все ваши люди погибли, и мы не уверены, сумеете ли выкарабкаться вы сами.
   Химрон вздохнул без сожаления и закрыл глаза. Но не перестал от этого казаться менее готовым к бою.
   — Военное счастье, — пробормотал он. Бел Иблис решительно отодвинул штабиста.
   — Как вы попали во Дворец, майор?
   — Полагаю, сказать… можно… теперь, — дыхание Химрона стало затрудненным. — Черный ход. Предназначен… в то же время… отступление, если опасно. Заперто изнутри. Она нас впустила.
   — Кто-то впустил вас? — настойчиво продолжал спрашивать Бел Иблис, не обращая внимания на яростную жестикуляцию медиков. — Кто?
   Химрон открыл глаза.
   — Связной.. Джейд.
   Бел Иблис бросил косой взгляд на Соло.
   — Мара Джейд? — уточнил он.
   — Да. — Химрон опять устало опустил веки, попытался вздохнуть поглубже. — Специальный агент… Империи. Когда-то называлась… Рукой Императора.
   Он замолчал, черты лица его заострились.
   — Попрошу вас уйти, генерал, — твердо заявил старший медик. — Я не могу позволить вам беспокоить раненого. Ему нужен отдых, а нам нужно стабилизировать его. Через день-два он осилит больше вопросов.
   — Да все в порядке, — бодро откликнулся один из штабистов, пока Бел Иблис искал достойные возражения. — Он сказал достаточно для начала.
   — Эй, минуточку! — вылез Хэн, устремляясь следом за офицерами. — Куда это вы?
   — А вы как думаете? — хмыкнул штабист. — Собираюсь арестовать Мару Джейд.
   — Со слов имперского офицера?
   — У него нет выбора, Соло, — негромко произнес Бел Иблис, положив ладонь Хэну на плечо; контрабандист даже не заметил, как тот подошел. — После такого серьезного обвинения необходимо предварительное заключение. Не беспокойся… мы все выясним.
   — Да хорошо бы, — рыкнул Хэн. — Имперский агент, еще чего придумаете?..
   Он замолчал, потому что подошел Калриссиан со странным выражением лица, и это выражение совсем Хэну не понравилось.
   — Ландо?
   Его друг не сразу очнулся от тяжких дум.
   — Точно, — негромко сказал он. — Вот где я ее видел! Она была среди новых танцовщиц во дворце Джаббы Хатта. На Татуине, когда мы тебя спасали.
   Хэн потер щетинистый подбородок.
   — У Джаббы, э?
   — Да. И я не уверен, но, по-моему, когда все собирались к провалу Каркун, я слышал, как она выпрашивала у Джаббы разрешение поехать вместе со всеми. Даже не просила, правильнее будет сказать — канючила.
   Хэн оглянулся на майора Химрона; тот, кажется, все-таки потерял опять сознание. Рука Императора, говорите? И Люк сказал, что она хочет его убить… Х-ха!
   — Плевал я, где ее носило, — решительно сказал Соло. — Она застрелила импов. Пошли, приятель, надо помочь Лейе уложить спать близнецов. А потом выяснить, что тут творится.

10

   Забегаловка «У стукача на покое» была ярчайшим примером, какой только доводилось видеть Каррде, того, как неспособность обдумать план целиком сводит на нет грандиозные замыслы. Расположенная на самом густонаселенном континенте Трогана, забегаловка была возведена вокруг естественного образования под названием Питьевая чашка — почти идеально круглого углубления в скале, с одной стороны открытого морю. Шесть раз за сутки высокий прилив наполнял эту Чашку, закручивая воду в пенный бурун, поэтому заведение когда-то так и называлось «Водоворот». Столы были расставлены вокруг водоема; получался потрясающий контраст между безопасной роскошью и впечатляющей бурной природой. А заодно — приманка для миллиардов потенциальных посетителей. Вернее, так думали те, кто обустраивал заведение, и те, кто давал на это деньги. К несчастью, они не учли трех вещей. Во-первых, Питьевая чашка сама по себе была аттракционом для туристов, которые не хотели платить деньги, чтобы любоваться тем, что раньше было бесплатно. Да и туристический бизнес весьма капризен, и то, что считается модным курортом сейчас, совсем не обязательно будет им завтра. Во-вторых, очарование «Водоворота» потихоньку пошло на убыль, и хозяева стали понемногу перепрофилировать свое заведение под иной тип развлечений. А в-третьих, даже в этом случае их затея была обречена на провал из-за грохота воды в Чашке.
   Жители Калиуса сай Лиелу на Берчесте превратили свой выдохшийся аттракцион в коммерческий центр. Жители Трогана просто перестали посещать «Водоворот».
   — Я все жду, когда кто-нибудь купит его и перестроит, — сказал Каррде, оглядываясь по сторонам.
   Когда они с Авесом пересекли островок по направлению к забегаловке и человеку, который, как надеялся Тэлон, ждал их там, и вошли внутрь, их встретили пустые столы и перевернутые стулья. Годы забвения, несомненно, сказывались, но сама закусочная не так уж и обветшала.
   — Сам всегда точил на него зубы, — согласился Авес. — Тут немножко шумно, но где сейчас тихо в наши дни?
   — Зато никто не подслушает, что говорят за соседним столиком, — рассудительно заметил Каррде. — Хотя бы поэтому тут есть смысл встречаться. Привет, Гиллеспи.
   Старый контрабандист кивнул в ответ, поднимаясь из-за стола, и протянул руку.
   — А я уж было задался вопросом, появишься ли ты вообще.
   — Встреча только через два часа, — нелюбезно ощерился Авес, обидевшись на всякий случай за начальство.
   — Ой, брось! — Гиллеспи хитровато улыбнулся. — С каких это пор Коготь Каррде куда-то приходил вовремя, а? Хотя мог не трудить ноги, приятель, мои люди уже все проверили.
   — Премного благодарен, — Тэлон флегматично отряхнул прилипший к штанине клочок мха.
   Не то чтобы он собирался при этом отзывать своих людей, которые сейчас выполняли ту же работу. Когда в затылок дышит Империя, а гарнизон всего в двадцати километрах отсюда, дополнительные меры безопасности не повредят. Более того, язык просто не повернется назвать их излишними.
   — Список гостей у тебя?
   — Держи, — Гиллеспи протянул ему портативную деку. — Боюсь только, что он не такой длинный, как я надеялся.
   — Ничего, — заверил его Каррде, пробегая взглядом колонку имен.
   Действительно, коротковат, зато отбирал Гиллеспи тщательно. Какие имена! Браск, Пар'тах, Эллор, Дравис, так это группа Биллея, сам патриарх едва ли покажется… Маззик, куда ж без него? Клинганн зеХетбра, Шныр…
   Каррде вскинул голову.
   — Шныр? — переспросил он. — Нилес Шныр, угонщик?
   — Ну да, — Гиллеспи сдвинул брови. — А что? Он и контрабандой не брезгует.
   — А еще он работает на Империю.
   — Как и мы, — пожал плечами Гиллеспи. — И, как я слышал, ты тоже не воротишь от них свой породистый нос.
   — Я не говорю о заказах из имперских миров, — сказал Тэлон. — Я говорю о том, что он напрямую работает на Гранд адмирала Трауна. Он у него мальчик на побегушках. А иногда помогает отыскать нужные вещи. Например, парня, который рассказал Гранд адмиралу о флоте Катана.
   Старый контрабандист так стиснул челюсти, что на скулах туго натянулась пергаментная, в темных веснушках, кожа. Наверняка вспомнил, где в последний раз видел дредноуты Катаны и что за тем последовало.
   — Так это Шныр потрудился?
   — И весьма тем доволен, — Каррде выудил комлинк. — Лахтон?
   — Здесь я, — донеслось издалека.
   — Как дела в гарнизоне?
   — Как в морге в выходной день, — послышался мрачный ответ. — За последние три часа никакого шевеления.
   Каррде удивленно приподнял бровь.
   — Как интересно… а полеты? Наземная активность в самом гарнизоне?
   — Вообще ничего, — доложил Лахтон. — Я не шучу, босс, тут все словно вымерло. Должно быть, получили новые учебные записи и смотрят всем составом.
   Коготь быстро улыбнулся.
   — Да, наверное, что-нибудь в этом роде. Ну хорошо, присматривай там. И дай мне немедленно знать, если даже чихнет фелинкс на кухне.
   — Понял тебя. Конец связи, босс.
   Каррде повесил комлинк на пояс.
   — Имперцы сидят у себя, — сообщил он остальным. — На прогулку не собираются.
   — Разве нам это не на руку? — удивился Гиллеспи. — Если они парятся у себя в бараках, то не сорвут нам вечеринку.
   — Согласен, — кивнул Каррде, задумчиво пиная носком сапога отвалившуюся глазурованную плитку. — С другой стороны, мне еще не приходилось слышать, чтобы имперский гарнизон отдыхал целый день напролет.
   — Дело говоришь, — признал Гиллеспи. — Если только Траун не забрал солдат с третьестепенных планет.
   — Тем больше причин для демонстрации силы и мощи, — возразил Тэлон. — Гранд адмирал из тех, кто рассчитывает произвести впечатление на противника, чтобы те не заметили, что войск у него на самом деле — с ноготь.
   — Может, отменим собрание? — влез Авес, обеспокоенно поглядывая на вход, как будто ожидал, что импы начнут стройными рядами и колоннами ломиться в закусочную прямо сейчас. — Может, они тут ловушку устроили ?
   Он смотрел мимо собеседника на сбивающуюся в ступе Чашки воду. Через два часа уровень упадет до минимума, и станет достаточно тихо, поэтому он и назначил встречу на это время. Если отменить ее… все равно что признаться всем крупным фигурам в мире контрабанды, что Коготь Каррде шарахается от любой тени. Не к месту всплывшие воспоминания о гауптвахте «Химеры» не предавали уверенности, скорее, вгоняли в нервную дрожь. Вновь туда Тэлону не хотелось.
   — Нет, — медленно сказал он. — Остаемся. В конце концов, наши гости — не безобидные детишки, сумеют за себя постоять, если что. А если власти предпримут что-нибудь против нас, мы получим предупреждение, — он улыбнулся, надеясь, что ухмылка получается бесшабашная, даже граничащая с беспечной. — Я бы рискнул, лишь бы узнать, что у них на уме.
   Гиллеспи пристально смотрел на него из-под мохнатых бровей
   — Может, они вообще ничего не планируют? Может, мы так ловко запудрили мозги их разведке, что они о нас и думать забыли?
   — При условии, что ожидается Нилес Шныр? — усомнился Каррде. — Это так не похоже на имперскую разведку, которую мы все знаем и любим. Ладно, у нас еще два часа. Давайте глянем, можно ли тут хоть что-нибудь привести в порядок.
   * * *
   Пока он закидывал пробные камни, все сидели молча, каждый за своим столом… а когда закончил и огляделся, то понял, что никого не смог убедить.
   Первым высказался Браск.
   — Умеешь ты говорить, Коготь, — тонкий раздвоенный язык брубба все время высовывался из пасти, будто пробуя воздух на вкус, отчего казалось, что Браск постоянно поддразнивает окружающих. — С-страс-сти тебе не с-санимать, ес-сли это с-слово вообще к тебе применимо. Но не убедительно.
   — Обижаешь? — насмешливо возразил Каррде. — Или мне не удалось одолеть вашу лень, опасения и нежелание выступить против Империи?
   Выражение на пятнистой серо-зеленой морде брубба не изменилось, оно вообще никогда не менялось, а вот цвет морда приобрела несколько иной. Больше в серую гамму.
   — Империя хорошо платит-с, — прошипел Браск.
   — Ка-ак и за ра-абов? — пропела на своем языке Хо'Динка Пар'тах. — От возмущения она даже тряхнула длинными, напоминающими лианы отростками на голове. — И за-а же-ертвы похищиени-ий? Ты не-е лу-учше хаттов.
   Один из телохранителей Браска нервно заерзал на стуле. Насколько Каррде было известно, этому парню повезло вместе со своим нынешним нанимателем сбежать из дворца Джаббы Хатта, когда Скайуокер со своими приятелями устроили там погром.
   — Никто, кто знает хаттов, так не скажет, — для большей убедительности парень даже ткнул пальцем в стол.
   — Мы собрались не спорить, — успел перехватить инициативу Каррде, прежде чем Пар'тах или кто-нибудь из ее свиты ответил.
   — А зачем мы здесь? — заговорил Маззик, развалившийся на стуле между рогатым готалом и художественно оформленной девицей с пустым взглядом и мертвым лицом; волосы ее были хитроумно заплетены в косички, накрученные на непонятные, длинные иглы, покрытые узорной эмалью. — Прости меня, Коготь, но твои речи удивительно напоминают агитки Новой Республики.
   — Ага, вот и Соло говорил на те же темы, — вставил Дравис, воздвигая ноги на столешницу. — А Биллей ответил, что ему не интересно.
   — Слишком опасно, — добавил Клинганн, встряхивая косматой черно-белой гривой. — Слишком, слишком опасно.
   — Неужели? — довольно натурально удивился Каррде. — А почему это раньше было просто опасно, а теперь — слишком-слишком?
   — Ты, должно быть, шутишь? — громыхнул зеХетбра, по длинной атласной шее его пробежала дрожь. — Импы совершают набеги на караваны, точно пираты, я не хочу каждый раз, когда отрываю корабль от планеты, опасаться за свою жизнь.
   — То есть ты говоришь, что для нашей деятельности имперцы стали помехой? — уточнил Каррде.
   — Эй, Коготь, только не начинай! — Браск погрозил Тэлону пальцем. — Ты ис-скажаешь наши с-слова, а с-сам втягиваешь нас-с в с-собс-ственную авантюру.
   — Но я еще не предлагал никаких авантюр. Я сказал, что можно снабжать Республику сведениями, на которые мы все равно так или иначе натыкаемся, и не знаем, что с ними делать. И получать за это деньги.
   — Думаеш-шь, что Империя пос-считает — это хорошо?
   — С ка-аких пор нас за-або-отят мысли Импе-ерии? — удивилась Пар'тах.
   — С-с тех пор, как в ней командует Гранд адмирал Траун, — без промедления нашелся Браск. — Я с-слышал ис-стории об этом военачальнике. Это он зас-ставил мой мир с-стать защитным экраном Империи.
   — Значит, у тебя есть веская причина отплатить ему сторицей, — поднял голову Гиллеспи. — А если боишься того, что Траун может с тобой сделать сейчас, просто подумай, что будет, когда он всю Галактику сделает защитным экраном Империи.
   — Не выс-ступим против него, ничего с-с нами не с-случитс-ся, — твердо стоял на своем чешуйчатый брубб. — Им тоже нужны наши ус-слуги.
   — Миленькая теория, — раздался голос с одного из задних столов. — Но говорю вам, она не стоит и баллона с вакуумом.
   Каррде отыскал взглядом оратора, крупного, кряжистого бородача с зажатой в зубах не зажженной сигарой.
   — А ты кто такой? — спросил Коготь, хотя на сто процентов был уверен, что знает ответ.
   — Шныр, — представился бородач, жуя сигару, отчего по всему помещению разнесся пряный, острый аромат. — И я говорю тебе честно, если Траун решит, что ты ему нужен, можешь не совать нос в его дела, это тебе все равно не поможет.
   — А еще он хорошо платит, — Маззик равнодушно поглаживал руку своей подружки. — Как я слышал.
   — Слышал, да? — оскалился Шныр. — А ты слышал, как он прихватил меня на Новом Кове и конфисковал корабль? А потом приказал запихать меня на напичканное бомбами корыто и послал сделать для него одно дельце ? Так что заставь шарики в своей голове крутиться быстрее и подумай о наказании.
   Каррде перестал его слушать. В Питьевой чашке журчала вода. Соло несколько иначе описывал участие Шныра; кореллианин еще ни разу не врал Каррде, скорее, случалось наоборот, поэтому стоило прислушаться к нему, а не к угонщику. Но могло быть и так, что Соло неверно трактовал события. И если история Шныра поможет убедить остальных…
   — А тебе заплатили? — гнул свою линию Маззик, которому вечно не хватало денег из-за неумеренности в играх и женщинах.
   — Разумеется, заплатили, — фыркнул Шныр, выронил сигару и сунул в рот новую. — Не вопрос.
   — Для меня вопрос, — Маззик оглянулся на Каррде. — Прости, Коготь, но я еще не слышал причины, по которой должен совать голову в петлю.
   — Клоны, — напомнил Тэлон. — Они тебя не беспокоят?
   — Не скажу, что я счастлив, — не уступал Маззик. — Но я так понимаю, голова пусть болит у Новой Республики, а не у нас. Нам хватит своих забот. Или таможня встречает тебя с распростертыми объятиями каждый раз, когда ты выходишь из прыжка?
   — А когда-а это-о стане-ет наше-ей проблемо-ой? — заволновалась Пар'тах. — Когда-а Импе-ерия замени-ит все-ех контра-аба-андисто-ов кло-онами?
   Девушку даже передернуло от ужасной перспективы.
   — Никто никого клонами не заменит, — успокоил долговязую Хо'Динку Дравис. — Знаешь, Коготь, а ведь Браск прав. Мы слишком нужны Империи, чтобы беспокоить нас… пока мы не займем чью-нибудь сторону.
   — Точно, — поддержал его Маззик. — Мы — деловые люди, все чисто и просто, и я намерен таковым оставаться. Сумеет Республика предложить за информацию цену выше, чем Империя, буду счастлив доставить товар. Если нет..
   Он пожал плечами.
   Про себя Каррде уже признал поражение. Возможно, Пар'тах захочет еще поговорить на эту тему, может, еще двое-трое. Эллор, например… дуро не вступал в спор, а это у их расы всегда считалось знаком согласия. Но большинство осталось при своем мнении, и если тянуть их за уши (у кого они есть), они только разозлятся и заупрямятся. Остается надеяться, что на них снизойдет просветление и они вдруг осознают угрозу, которую представляет для них нынешняя Империя.
   — Ладно, — сказал он. — Благодарю всех за то, что уделили свое драгоценное время. Возможно, мы могли бы…
   И тут задняя стена закусочной «У стукача на покое» обрушилась.
   — Всем оставаться на своих местах! — прогремел в клубах пыли усиленный мегафоном голос. — Лицом к стене, никому не двигаться! Вы все находитесь под арестом именем Империи!
   Каррде не мог бы придумать более эффектной концовки для встречи. Впечатление портило только одно — она ему не понравилась. Аудитория представляла собой выставку ледяных скульптур, а сквозь дым и пыль открывался неплохой обзор человек на тридцать солдат в униформе Империи, которые прокладывали себе путь через обломки, некогда бывшие задней стеной забегаловки. Фланги охранялись покрепче: двумя парами закованных в белые доспехи штурмовиков. А чуть дальше Каррде разглядел две «колесницы», занимающие стратегически важные позиции. Один выстрел, и контрабандистов больше не будет, ни одного.
   — Значит, ребята все же решили присоединиться к вечеринке, — пробормотал Каррде.
   — И намерены устроить скандал, — добавил Гиллеспи сухо. — Похоже, парень, ты был прав в отношении Шныра.
   — Возможно, — Каррде быстро глянул на бородача, ожидая триумфального выражения на его физиономии.
   Но Шныр смотрел в сторону. Не на приближающихся солдат, а на стену возле дыры. Невольно заинтересовавшись, Каррде проследил за его взглядом.
   Очень вовремя. К его изумлению, от стены отделилась плотная черная тень и скользнула за спину одному из штурмовиков.
   — А возможно, и нет, — шепнул Каррде стоящему возле него Гиллеспи, незаметно кивая в сторону назревающих событий. — Сам смотри… за плечом Эллора.
   Дед со свистом втянул воздух сквозь стиснутые зубы.
   — Во имя ситхов, это еще что?
   — По-моему, Шныр приручил дефеля, — процедил Тэлон. — Их еще иногда называют духами… Соло рассказаывал о нем. Это он. Все готовы?
   — Мы готовы, — эхом отозвался Гиллеспи.
   С соседних столиков донеслось ответное бормотание. Каррде быстро обежал взглядом собравшихся контрабандистов и их помощников. Если не считать Шныра, все смотрели на него. Потрясение от засады проходило, уступая место холодному бешенству… да, ребята были готовы. Призрачный дефель уже добрался до шеренги имперцев. И вдруг одного из штурмовиков сбило с ног, тело врезалось во второго, оба солдата очутились на земле. Оказавшийся рядом солдат мгновенно отреагировал, развернулся в сторону невидимого противника.
   — Начали, — негромко бросил Каррде.
   Краем глаза он заметил длинные рыла двух тяжелых лазерных винтовок; они высунулись из-за гребня Питьевой чашки и, разумеется, сделали это не для того, чтобы украсить собой и без того причудливую обстановку.
   Первый залп проделал прореху в плотной шеренге имперских сил, несколько солдат убило на месте, остальные кинулись прятаться за перевернутые столы. Каррде не пришлось долго упрашивать последовать их примеру. Мог и не трудиться. Хотя за секунду до этого они с Гиллеспи представляли собой наилучшую мишень, сейчас на них просто никто не обращал внимания. Можно было, не торопясь, выбрать себе укрытие и прогулочным шагом дойти до него.
   А в следующую секунду помещение залило плазмой выстрелов.
   Браск со своими телохранителями за первые пять секунд перестрелял почти целое отделение; сноровка доказывала, что брубб не забыл свое военное прошлое. Свита Пар'тах сконцентрировала огонь на левом фланге импов, их оружие было не столь разрушительно, как крупнокалиберные пистолеты брубба и компании, но солдаты и так не поднимали голов. Дравис, Клинганн и Эллор, прикрывая друг друга, отстреливали импов по одному. Маззик, наоборот, вообще на людей не смотрел и целил по «колесницам». Кореллианину явно хотелось получить мишень покрупнее.
   Неплохая мысль, постановил Каррде.
   — Авес! Фейн! — крикнул он, пытаясь перекрыть общий гвалт, вой и грохот — «Колесницы»! Стреляйте по «колесницам»!
   Позади восторженно проорали подтверждение и сменили цели. Правда, при этом чуть было не снесли голову самому Тэлону. Пришлось сменить диспозицию, сместившись в сторону. Каррде вдруг заметил подружку Маззика. Теперь ее косички рассыпались по плечам, а лицо никто не назвал бы глупым. Девица как раз метнула последнюю из своих разукрашенных иголок в ближайшего солдата. Напарник безвременно усопшего импа прицелился в красотку, но выстрелить не успел, поймав в грудь выстрел из пистолета Каррде. Столешницу, за которую вновь пришлось нырнуть, прожгли два заряда. Коготь шлепнулся животом на пол. Снаружи что-то гулко взорвалось, потом могучий звук повторился.