– Кормить еще слепую Еву было нечем, – негромко повествовал миатэ. – Ей нужно было молоко… Пришлось мародерничать. Но зато она выжила. Так я и лазил несколько дней по мертвому городу с котенком за пазухой. А потом вернулся домой…
   – Кстати, как? – заинтересованно подался вперед Мэй.
   – Там вообще все смешно получилось, – махнул рукой Сумеречный. – Я-то сначала думал, что меня заклятие в другой мир выбросило. Потому успел смириться, что застрял в лучшем случае надолго. А то и навсегда… Но однажды я вдруг начал жаловаться несмышленой Еве на жизнь, а потом заявил: «Хорошо бы сейчас домой попасть!» И сразу же оказался дома!
   Мы посмеялись над такой иронией судьбы, а затем уставились на Димару.
   – Давай, Ди, – мягко проговорил Вираэль, – поведай нам свою историю.
   Амазонка тяжело вздохнула, отодвинулась от меня на самый край балки и зябко обхватила себя руками.
   – Вы… со мной общаться не захотите, – тоскливо сказала она и опустила голову.
   – Глупость какая! – возмутилась я.
   – Действительно, Ди. – Миатэ присел рядом с ней на траву. – Мы знаем тебя. Ты не могла сделать ничего настолько плохого.
   – Еще как могла, – мрачно произнесла амазонка и решительно выпрямилась. – Ладно, будь что будет…
   Что-то мне подсказывает, что Димара просто взвалила на себя несуществующую вину. И теперь с упоением мучается угрызениями совести…
   – Когда мне исполнилось восемнадцать, – начала свой рассказ подруга, все так же не глядя на нас, – мне хотелось свершений. Подвигов. Настоящих битв… И я уговорила наставниц, чтобы меня отпустили на какую-нибудь войну. Они посовещались и решили, что это будет неплохой опыт… – Она горько рассмеялась. – Да уж… опыт получился что надо. Тогда в Седьмом мире, в Катерании, назрела гражданская война.
   Когда амазонка назвала страну, мужчины тут же понимающе переглянулись. Похоже, они знают, о чем пойдет речь.
   – А я была юная, глупая, – продолжала Димара, – думала, раз народ восстал, правда на их стороне… Это еще хорошо, что у меня боевой романтизм в одном месте играл: я всегда носила маску, не называла настоящего имени и расы. Иначе… сейчас стыдно было бы по улице пройтись.
   Казалось, Вир почти не дышит. Он не мигая смотрел на подругу и, казалось, впитывал каждое слово. Мэй, наоборот, опустил голову и рассеянно гладил траву, будто и не слушал вовсе. Ох, как мне все это не нравилось!
   – Бунтовщики были безмерно рады получить меня в свои ряды. – По губам Димары скользнула саркастическая улыбка. – Еще бы… Я для них все делала – продумывала тактику и стратегию, учила вести боевые действия и партизанские вылазки. И считала, что совершаю благое дело… Пока победившая чернь не решила казнить аристократию. Показательно. Всю. Включая женщин, стариков и детей.
   Боль и отчаяние подруги больно хлестали по моим нервам. Я зажала рот, чтобы не закричать. Если амазонке так больно сейчас, по прошествии почти пяти лет, то каково ей было тогда?
   – Я ничего не смогла сделать. – Ее голос упал до шепота. – Пыталась, кричала… но мне прямым текстом сказали – спасибо за помощь, свободна. И я… ушла. – Димара всхлипнула и закрыла лицо руками. – Что я могла сделать?! Мне до сих пор кошмары снятся…
   Она резко выпрямилась и глухо произнесла:
   – Думаю, можно не рассказывать, чем это обернулось.
   Вираэль с Мэйлисом согласно покивали.
   Эй, я не поняла! Конечно, мужчины наверняка в курсе, о чем речь. Но я-то не местная!
   – Мне кто-нибудь объяснит, о чем все так глубокомысленно кивают? – окинула друзей возмущенным взглядом.
   – Прости, Вики, – слабо улыбнулась амазонка. – Мне нелегко привыкнуть к тому, что ты не из Соединенных миров… Короче, все злодеяния, что творили бунтовщики, приписали мне. Заявили, дескать, поступали по моей указке и сами были в ужасе от моей бездушности…
   – И потому в народе наша Ди получила прозвище – Бездушная Дева. И этой кличкой в Седьмом мире до сих пор пугают детей, – негромко проговорил Сумеречный и глубоко вздохнул. – Всегда подозревал, что в этой истории что-то не так.
   – Вы мне верите? – прошептала амазонка, глядя в землю.
   Не знаю, что на эту тему думают остальные, но у меня не было никаких сомнений. Димара просто неспособна на зверства – слишком добрая. Что я и озвучила.
   – Я с Вики согласен, – пожал плечами Мэйлис. – Ты была юной и наивной. И этим воспользовались. Прими как печальный, но полезный опыт.
   – Ну я уже высказался, – отозвался миатэ. – Так что прекращай грызть себя за то, чего не совершала.
   Димара подняла глаза и робко улыбнулась.
   – На этом, думаю, с откровениями можно закончить, – подвел черту оборотень.
   Согласное молчание было ему ответом.
   Вот только занимал меня один вопрос… Существенный. Впрочем, тревожил он меня еще с момента побега из замка Алекса… Что делать со своим счетом? Все деньги, которые у меня есть, – Алекса. Ну, вернее, они мои… Но счет-то открывал именно он! Мне позарез нужен был совет, так что решила – раз уж я рассказала друзьям все о себе, может, они посоветуют, как мне быть? Первым порывом было вернуть все, что осталось, и пусть подавится. Перебьюсь как-нибудь на стипендию, благо комната оплачена на год вперед. Но когда я заикнулась об этом, неожиданно натолкнулась на дружное возмущение. Дескать, я Алекса от проклятия спасла, послушно последовала за ним, куда сказал, он потом меня запер в замке и чуть до смерти не довел. Так что вполне могу считать эти деньги компенсацией за все вышеперечисленное. И можете меня считать меркантильной, но я с ними согласилась. А и действительно, должна же я хоть что-то получить с этого гада хотя бы за спасение от проклятия!
   Потом мы сидели и трепались ни о чем.
   Вдруг лис посмотрел на меня таким хитрым взглядом, что я закономерно насторожилась.
   – Вики, не хочешь показать то, из-за чего мы чуть не сгинули? – Изумрудные глаза сверкали с трудом сдерживаемым любопытством.
   Я облегченно выдохнула – всего лишь! Полезла во внутренний карман жилетки и достала замотанный в тряпицу кулон.
   – Дай, – нетерпеливо протянул руку лис.
   – Нельзя! – покачала головой и пояснила: – Джоана предупредила, что касаться его могу я, Алекс или Келрой. И все.
   – Даже так, – изумленно вскинул брови Вираэль и присел рядом со мной. – Тогда у тебя в руках посмотрим.
   Друзья сгрудились рядом со мной, зачарованно рассматривая украшение.
   – Красивый, – вздохнула Димара и отодвинулась. – Интересно, какие у него свойства?
   – И мне вот тоже любопытно, – отстраненно отозвался Мэйлис, в котором, видимо, профессиональная гордость взыграла. – Но даже приблизительно не скажу. Единственно, артефакт очень старый. Очень. Даже не возьмусь утверждать, сколько ему тысячелетий.
   Повертела кулон в руках и пожала плечами. Не знаю, по каким признакам он это видит. Выглядит украшение как новое.
   – Впрочем, есть идея, – протянул оборотень и подмигнул мне. – Думаю, Вики, тебе стоит его надеть.
   – Вот еще, – буркнула я, не вдохновленная предложением. – Ищи дураков надевать артефакт с неизвестными свойствами.
   – Ну почему, – задумчиво проговорил Вир. – Если Джоана говорила, что касаться кулона могут только трое и ты – одна из них… Ничего плохого не должно случиться.
   И этот туда же. Да не хочу я хоть и короткое время, но таскать на себе что-либо, связанное с предтечами!
   – Вики, ты же эмпат, – мягко произнесла Димара. – Ты сама что чувствуешь? Опасен для тебя кулон?
   Мрачно поглядела на подругу. Спелись! Я понимаю, что им любопытно. А мне что прикажете делать?
   Тяжело вздохнула и провела кончиками пальцев по цветку, обвела лепестки. Не ощущала я от кулона опасности. Наоборот… он будто согревал руку, вселял уверенность, что все будет хорошо. Видимо, именно последнее все решило. Потому я глубоко вздохнула и завязала оборванную цепочку на шее.
   Сначала ничего не происходило. Я даже уже хотела позубоскалить на тему, что вещица сломалась. И вдруг я ощутила на периферии сознания чужое присутствие. Сначала испугалась, но потом поняла, что угрозы нет. Две неясные тени… хотя нет – скорее, два светлячка. Один излучал холодный голубой свет, а второй – теплый оранжевый. Я даже залюбовалась цветовыми переливами эмоций.
   Льдистый светляк был спокойным и рассудительным. Всматриваясь в его ровные, без всполохов и темных пятен, контуры, я осознала, что слово «страсть» ему неведомо. И это правильно.
   Зато у огненного светляка страстей хватало на двоих. Он переливался всеми оттенками пламени, передавая мне целый спектр противоречивых эмоций: гнев, радость, увлеченность, досаду и острую вину.
   А еще я ощущала неправильность у обоих светляков. Первому не хватало тепла, а второму… спокойствия. Не до конца осознавая, что делаю, потянулась к льдистому своим теплом. Ну а огненному послала волну умиротворения. И через миг, к своему большому удивлению, получила ответы. От первого ко мне доносилось всепоглощающее изумление, а от второго – чистая, незамутненная радость. И почему-то предвкушение.
   Перепуганная донельзя, сорвала с шеи кулон, окончательно дорвав цепочку. Не знаю, что это было. И знать не хочу! Чтоб я еще раз незнакомые артефакты надевала! Даже если они и кажутся безопасными…
   – Вики, что случилось? – обеспокоенно спросил Вираэль.
   Ох, даже не знаю, сколько времени прошло… Не успела задать вопрос, как Мэйлис проговорил:
   – Действительно. Не успела завязать цепочку, как побледнела и сразу же сорвала.
   Глубоко вздохнув, рассказала друзьям, что именно случилось, когда я нацепила кулон.
   – Слушай, подруга, а ты, случаем, не Келроя с Алексом приласкала? – задумчиво поинтересовался оборотень. – Не зря же призрак сестры ди Квира говорил, что только кто-то из вас троих может держать в руках артефакт…
   – Не знаю, Мэй. – Я устало потерла виски. – И, откровенно говоря, знать не хочу. Приедем в Академию – отдам кулон Келрою. Пусть делают с ним что хотят, – застонала и обхватила голову руками. – Как же меня достали предтечи! Все, скопом! И не отстанут же, даже надеяться не стоит…
   Димара придвинулась ближе и обняла меня за плечи.
   – Не расстраивайся. – Она попыталась меня ободрить. – Сама же говорила, что на брачный обряд нужно только добровольное согласие. Просто игнорируй их, и все.
   – Легко сказать, – буркнула я. – Они же липучие, как… Ай, ладно, – махнула рукой и досадливо нахмурилась. – Довольно о них. И без того настроение испорчено.
   На этой печальной ноте было решено отчаливать ко сну. И так проговорили до глубокой ночи, а выходить на рассвете. Вираэль жаждал в кратчайшие сроки добраться до Долины. Впрочем, я его понимаю. До конца каникул никаких приключений – может ли быть что-то лучше?

Глава 5

   – Слон на эф-пять. – Глава заговорщиков подвинул фигуру на нужную клетку и довольно откинулся в кресле. – Шах и мат, мой дорогой друг.
   – Чтобы я еще хоть раз сел с тобой играть, – взлохматил короткостриженые волосы его собеседник.
   – Ты каждый раз это говоришь.
   – Этот – последний.
   – Сказать – или сам догадаешься? – По гостиной расплескался серебристый смех.
   – Ненавижу, когда ты прав. – Тон совершенно не вязался со словами – казалось, на самом деле мужчине все равно.
   – Да ладно тебе… – произнес было глава и вдруг умолк, напряженно стиснув губы.
   Через некоторое время предтечи переглянулись.
   – Ты тоже это почувствовал? – хором спросили они, а потом понимающе переглянулись.
   – Значит, третья все же появилась, – задумчиво пробормотал глава, постукивая пальцем по шахматной доске.
   – И что мы будем делать? – склонил голову его собеседник. – Мне найти и устранить ее?
   – А кого там наняли искать кулон в этот раз? – вскинул брови мужчина.
   – Сейчас выясню. – Друг достал из кармана переговорное зеркало и отошел к окну. Вернулся хмурый и недовольный. – Тебе это не понравится.
   – Говори.
   – Этот перестраховщик нанял Вики и ее друзей.
   – Что?! – прошипел глава. – Я же приказал не трогать девчонку!
   – Думаю, Сейден решил, что ты просто жениться хочешь, – ровным тоном отозвался стриженый. – Мне его убрать?
   – Не стоит, я с ним сам разберусь. – В глубоком голосе появились зловещие нотки. – А что до третьей… Вероятность того, что это амазонка, ничтожна. Нет нужных качеств.
   – Значит, Вики?
   – Именно. – Глава ухмыльнулся и мечтательно прикрыл глаза. – Чудная девочка. Добрая, светлая… наивная. Это тебе не сестра ди Квира, с таким материалом можно работать. Так что попробуем использовать. Устранить – дело нехитрое.
   – Позволить миатэ отменить заказ? – деловито поинтересовался друг.
   – Конечно, – слегка кивнул хозяин дома. – Только так… чтобы никто ничего не заподозрил.
   – Само собой. А что будем делать с нашими друзьями-заговорщиками? – Стриженый презрительно усмехнулся, показывая, как на самом деле относится к этим предтечам. – Они же наверняка поинтересуются, что с кулоном.
   – То, что и обычно, – водить за нос!
   Глава довольно рассмеялся, и даже его гость сподобился на негромкий смех.
   Когда друг ушел, сославшись на дела, а хозяин дома улегся спать, в спальню прошмыгнула неясная тень.
   – Вот неуемный мальчишка, – проворчала Судьба, мягко запрыгивая на кровать.
   Походила вокруг спящего предтечи, заглянула в безмятежное лицо и неодобрительно покачала головой.
   – Эх, мальчик-мальчик, – ласково, даже нежно проворковала высшая сила. – Как же я недосмотрела?
   Большая кошка прилегла на соседней подушке и задумалась. Вскоре она ехидно усмехнулась:
   – Кажется, я знаю, чем тебя можно будет занять. Только надо с твоим пронырливым родственником пообщаться. – Вспомнив о последнем, Судьба восхищенно закатила глаза. – Успел подстраховаться! Молодец какой. Мне это очень на руку. – Она бросила быстрый взгляд на спящего мужчину и исчезла.
 
   В Долине нас встретили с распростертыми объятиями. Причем в прямом смысле этого слова. Отец Вираэля, его мачеха, дедушка с бабушкой Димары разве что в щеки нас не целовали. М-да, и это славящиеся своей негостеприимностью миатэ! Сумеречный, поймав мое удивление, улучил минутку и шепнул, что раз мы его лучшие друзья – значит, и прием соответствующий. Короче, с порога и сразу в ближний круг. Ну а мы и не против. Кто же от такого отказывается?
   Дальше родственники друзей чуть не поскандалили на предмет, где нам следует остановиться. Спор решил Вираэль, заявив, что у него есть свой дом и давно пора его обживать. Как ни странно, это устроило всех.
   Вир лично проводил каждого из нас к выделенной комнате. Мне миатэ предоставил небольшую светлую спальню с отдельным санузлом, отделанную в пастельных тонах. И что меня в ней сразу же покорило – это окно. Оно занимало всю стенку, от пола до потолка, и открывало изумительный вид на горы и небольшое озеро, вокруг которого плотным частоколом росли ивы. Какая прелесть!
   Да и вообще Долина была сказочно красивой. Зеленая, усыпаная цветами и озерами, она лежала в ладонях гор, верхушки которых терялись в тумане. Сами горы казались лохматыми из-за лесов, растущих на их склонах. Короче, я точно знала, чем буду заниматься до учебного года: изучать родину Вираэля.
   Только когда сняла грязную одежду и погрузилась в теплую ванну с розмарином, осознала, что приключение закончилось. Туда ему и дорога! Надеюсь, такого экстрима больше в моей жизни не будет.
   Вечером, когда мы, чистые и отдохнувшие, встретились в гостиной, нас объединяло одно желание – удачное завершение такого приключения нужно отметить. Так что решили уйти в загул и назначили Вира ответственным за столь важное мероприятие. В конце концов, он хозяин. Вот пусть и ведет нас туда, где можно хорошенько погудеть.
   Сумеречный посмеялся, но признал справедливость наших аргументов. И повел в свою любимую забегаловку в Долине «Млечный путь». Когда услышала название – чуть не окосела. Хорошо, что теперь можно было спросить у Вира напрямую, почему именно такое название. Насколько стало легче, когда не нужно скрываться от друзей… Миатэ охотно пояснил, что мимо этого трактира регулярно ездят молочники со своей продукцией. И обязательно заходят пообедать или пропустить чарку-другую. Потому так и назвали.
   «Млечный путь» оказался довольно милым заведением. С трактиром он у меня совсем не ассоциировался. Приятная изящная кафешка. Два зала – для курящих и некурящих – отделаны темно-коричневым деревом. Почти под потолком висела россыпь неярких магических светильников, которые давали приглушенный свет. Столики были стеклянными, с отверстием в центре, предназначенным для местного аналога кальяна. А вместо стульев – два широких и мягких бежево-красных дивана, на которых лежало несколько карминных подушек с золотистым геометрическим узором. Кстати, что меня больше всего удивило – это ковер под каждым столиком. Под нашим, например, был бежевый, с растительным рисунком. Очень пушистый. Неудивительно, что, перед тем как встать на эту красоту, мы разулись.
   Сумеречный заказал на всех жаркое с грибами, запеченную утку и два литра местного красного вина. И праздник начался.
   В самый разгар пьянки, когда все уже были навеселе, меня осенила здравая идея.
   – Вир, – положила локти на стол и сдула отросшую челку с глаз, – а что мы с заказом делать будем? Ведь нельзя же так просто взять и отказаться…
   – Я уже все придумал! – махнул рукой миатэ и подлил Димаре еще вина. – Скажу, что мы дошли до призраков, еле ноги унесли и решили не рисковать. Принесу извинения и все такое.
   – Хорошо, – довольно кивнула я и расщедрилась на пьяный комплимент: – Ты у нас вообще очень у-у-умны-ы-ый!
   – Спасибо! – Сумеречный привстал и шутовски поклонился. Затем повернулся к амазонке и обличающе ткнул в нее пальцем: – А вот она меня не ценит!
   – Неправда, ценю, – меланхолично отозвалась подруга, отщипывая от утки мелкие кусочки мяса и выкладывая из них почти ровные кольца на тарелке.
   – А если ценишь, что же ты ему не да… – начал было говорить Мэйлис, но я почуяла, что именно он собрался ляпнуть, и больно пихнула локтем в бок. – Ай, Вики! Ты чего дерешься?
   Лис окинул меня возмущенным взглядом. Скорчила ему рожицу и протянула Вираэлю свой бокал. Тот молча долил мне еще.
   – Я ему – что? – ласково переспросила Димара, поднимаясь.
   Не тугодумка, быстро поняла, что именно хотел сказать оборотень.
   – Ничего, Ди. – Миатэ силой усадил ее на место и сунул в руки полный бокал. – Давайте выпьем за неслыханное везение! Мы могли погибнуть четыре раза, но сидим здесь целые и здоровые! Пусть высшие силы и дальше не оставят нас!
   – Хороший тост, – пробормотала я и пригубила рубиновый напиток.
   Вир заказал еще вина. Потом еще. И еще. Короче, напились мы сильно. Мужчины куда ни шло, а мы с амазонкой… Не до потери памяти, но очень близко.
   В определенный момент Сумеречный не выдержал и начал доколупываться до Димары, почему он ей не нравится.
   – Ну почему не нравишься, – с трудом сфокусировала на нем взгляд подруга. – Нравишься! Как вообще такой, как ты, может не нравиться? – Голос амазонки был настолько изумленным, что мы с Мэем переглянулись и прыснули. – И вообще… – Димара улыбнулась и подалась к ошарашенному миатэ. – Поцелуй меня, Вир.
   Моя челюсть натурально грохнулась. Причем куда-то в район ядра Четвертого мира, не меньше. Вот это я понимаю, подруга отожгла! Интересно, она вообще соображает, что делает?!
   Видимо, не одна я задалась таким вопросом, потому что Вираэль повторил его дословно.
   – Да-а-а! – уверенно кивнула амазонка и немного покачнулась. – Как там Вики говорила? Если и менять ориентацию, то только с таким, как ты. Не знаю, что такое эта ориентация, но… Ви-и-ир, смени мне ее, а?
   Я выпала в осадок окончательно. Рядом примерно там же валялся оборотень, который в кои-то веки даже слова не мог произнести.
   – Нет уж, Ди, – покачал головой погрустневший Сумеречный. – Ты пьяна. И не соображаешь, что несешь.
   – Я все соображаю! – капризно надула губки блондинка. – Ну, Ви-и-р! Я тебе совсем не нравлюсь, да? – подруга пьяно икнула.
   – Ты меня завтра убьешь. – Миатэ попытался еще раз образумить ее.
   – Так, мне это надоело. – Димара сурово сдвинула брови и, схватив опешившего Сумеречного за ворот рубахи, впилась в его губы страстным поцелуем.
   – Кажется, мы здесь лишние, – ошарашенно пробормотал Мэйлис и шепнул мне на ухо: – Думаю, тебе пора готовить проспоренную бутылку вина.
   Мы тихонько вышли из-за стола, еще раз изумленно посмотрели на целующуюся парочку и ушли домой.
   Вечер определенно удался. Особенно у некоторых.
   Несмотря на то что накануне выпила немало, как ни странно, утром я была относительно в порядке. Только при любой мысли о еде мутило. Так что я села в плетеное кресло напротив окна и наслаждалась утренним пейзажем Долины.
   И конечно же моего уединения не могли не нарушить.
   – Какой же он гад! – с чувством провозгласила Димара, ворвавшись в мою комнату.
   – Кто? – сначала не поняла я.
   – Этот… Су-у-умеречный! – прошипела блондинка и плюхнулась на ковер рядом со мной. – Он… воспользовался! Соблазнил!
   Сей вопль меня ну ни разу не впечатлил.
   – А вот и неправда, – меланхолично отозвалась я, не глядя на подругу. – Ты сама к нему приставала. А он, между прочим, до последнего тебя отговаривал.
   – Поклеп! – возмущенно взвилась на ноги амазонка. – Да я… я бы никогда!..
   – Да, да, да. – Я зевнула и вытянула ноги. – И тем не менее. Если ты рискнешь прислушаться к нашей связи, поймешь, что я говорю правду.
   Димара тяжело опустилась обратно на ковер и обхватила голову руками.
   – Кошмар! – простонала она. – Я переспала с Вираэлем! Ущипните меня, хочу проснуться! – Подруга резко повернулась ко мне. – А знаешь, что самое страшное?
   Говорить было лень, потому я только вопросительно вскинула брови.
   – Что я была девственницей, – опустив взгляд, пробормотала амазонка.
   – Ты что?! – просипела я, вытаращив на нее глаза. – Это как?!
   – Да не знаю я! – Димара в сердцах стукнула рукой по полу. – Мне казалось, я давно распрощалась… Впрочем, у меня же мужчин не было… А утром просыпаюсь – вся простыня в крови. Сначала не поняла, что происходит… Но Вир, зараза, быстро объяснил. – Подруга запнулась и густо покраснела.
   – И сколько раз он тебе объяснял? – весело поинтересовалась я.
   – Издеваешься?! – прорычала блондинка, метнув в меня злой взгляд.
   – Мне просто интересно, – совершенно искренне созналась я и, немного помолчав, тихо спросила: – Тебе хоть понравилось?
   Димара не ответила. Только покраснела еще больше, хоть мне и казалось, что дальше некуда. И из этого я сделала закономерный вывод – понравилось, даже очень.
   – Понятно все с тобой, – усмехнулась я. – Что делать будешь?
   – Ничего, – упрямо поджала губы подруга. – Я люблю девушек! К тому же у меня есть Бри!
   Вот же… упрямая! Недовольно посмотрела на амазонку, но решила не комментировать такое идиотское решение. Тем более зная Вираэля: он теперь от Димары точно не отступится. Потому если амазонке так нравится быть дичью, которую загоняет охотник, то ей представится возможность прочувствовать все нюансы на собственной шкуре.
   Следующим меня посетил сам герой прошлого вечера – Вираэль Сумеречный, собственной персоной.
   – Вир, мои поздравления, – ехидно поприветствовала я нашего чемпиона. – И как оно? Стоило того?
   – Хоть ты не начинай, – досадливо поморщился миатэ, привалившись к окну. – Меня на эту тему уже Мэйлис достал.
   – Эх, а я не успела, – притворно вздохнула я. Затем склонила голову и негромко поинтересовалась: – Она тебе уже сообщила, что по-прежнему собирается быть исключительно с девушками?
   – Конечно, – мрачно отозвался друг и хищно улыбнулся, обнажив кончики клыков. – Но это мы еще посмотрим… Меня пока другое занимает – каким образом она оказалась невинной?!
   – Ну мало ли, – пожала я плечами. – Она же с мужчинами не была, чтобы гарантированно… – Говорить на такие темы было очень неловко, потому решила тему сменить: – Кстати, Вир, у меня к тебе будет большая просьба.
   – Слушаю, – внимательно посмотрел на меня миатэ.
   – У меня в родном мире близкие люди остались. А так как с Алексом я больше дел никаких иметь не хочу… Не мог бы ты хотя бы письмо передать?
   – Письмо не смогу, – покачал он головой. – Мне нужно знать точно, куда идти, а я в твоем мире не был. Я пока в запретные только случайно попадал. Теоретически я смогу по наводке переместиться в твой мир. Понятное дело, с тобой. Только, откровенно говоря, даже не знаю, как именно работает этот дар и сработает ли он в этот раз.
   Я сидела и улыбалась во весь рот. Что бы там ни говорил Вир, я была почти уверена, что все получится. И я смогу увидеть близких! Маму, Аську… Ее сынишка уже, наверное, совсем большой.
   – Вики, ты меня слышишь? – рявкнул друг.
   Тряхнула головой и обратила на него внимание.
   – Я не гарантирую…
   – А давай просто попробуем? – попросила я и жалобно на него посмотрела.
   Миатэ замолк и тяжело вздохнул.
   – Ладно, – сказал он наконец. – Попробовать можно.
   – Спасибо! – Я вскочила и порывисто обняла его.
   – Лучше вместо «спасибо» расскажи мне, что с Ди делать, – проворчал Вир.