– Почему вы так на меня смотрите? – мягко улыбнулся он.
   Я слегка подалась вперед, чтобы убедиться в наличии клыков или еще чего-нибудь подозрительного. Ничего. Даже прям как-то досадно. Не померещилось ли? С другой стороны, это же шабаш. Здесь кого только не встретишь. Черта лысого и того найдешь, если хорошенько поищешь.
   – Да вот никак не могу вас раскусить. Кто вы такой?
   Он рассмеялся так, словно я сказала нечто нескромное.
   – Не надо меня кусать… По крайней мере здесь.
   У меня отвисла челюсть от такой неслыханной наглости. На что это он намекает? Нет. Я, конечно, понимаю, шабаш – мероприятие веселое и славится свободой нравов, но почему-то именно его намек меня покоробил. Я открыла было рот, чтобы сказать что-нибудь резкое и язвительное, когда в свете полной луны мелькнули длинные уши.
   – Эльф?!
   От неожиданности я встала как вкопанная, но незнакомцу легко удалось сдвинуть меня с места раньше, чем мы успели столкнуться с кем-либо.
   – А что вас так удивляет?
   – Нет, ничего. Если не брать в расчет, что ваша братия считает шабаш сборищем дегенератов. – Тут меня озарило: – А-а-а… Тебя небось Тирандерель прислал. Ну так передай этому придурку, что никуда с ним идти не собираюсь и замуж за него не пойду, потому что такого урода даже могила не исправит, потому как в гробу он уже был. Или ему опять меч понадобился? Так вот ему мой ответ.
   Я сложила знаменитую комбинацию из трех пальцев и предъявила оппоненту. Эльф ничем не выдал своего потрясения. Сказались века тренировки. Он только рассеянно моргнул, скосил глаза на предъявленный кукиш и все так же мило улыбнулся. Правда, улыбка вышла несколько кисловатой.
   – Меня никто не посылал. А кем вам приходится этот Тирандерель? И при чем тут меч?
   Я остолбенела. Вот это номер! Он действительно не знает рыжего надоеду? Или просто дурака включил? Эльфу пришлось поднапрячься, чтобы умудриться сдвинуть мое обалдевшее тело с места. Нет. Не подумайте, мужик попался сильный, только я уперлась, как сотня мулов разом: проще тащить на руках, чем заставить идти на своих двоих.
   – Тирандерель приходится мне назойливым типом. Замуж зовет, зараза.
   Глаза собеседника округлились:
   – Насколько я понял, этот Тирандерель – эльф?
   Я кивнула.
   – Он предложил вам брачный союз?
   Обалдеть. Нет. Ну честно. Так и сказал: «брачный союз». Умеют же эти эльфы женщинам лапшу на уши вешать. Я аж заслушалась и снова кивнула.
   – Не понимаю. Он ведь прекрасен, как истинный перворожденный. И при всем при этом ты против? Феноменально. Человеческая женщина отказала эльфу!
   Теперь была его очередь застыть от избытка чувств. Я вырвалась из цепких объятий незнакомца и умчалась в ночь раньше, чем последний опомнился. Все-таки странный народ эти эльфы. Я и раньше подозревала нечто подобное, но теперь уверилась окончательно. Видимо, за столетия либо мозги усыхают, либо самоуверенность зашкаливает, а может, то и другое одновременно. Неужели этот длинноухий на самом деле верит, что стоит смертной женщине узреть его красоту, как она рухнет в его объятия, пуская счастливые сопли? А шишочек под носочек? Размышляя в подобном ключе, я выпила еще зелья и ринулась в гущу танцующих. Эх! Гулять так гулять! Словом, чтобы не было мучительно больно…
   Всю ночь я кружилась в безумном вихре шабаша. Партнеры сменяли друг друга. Чьи-то губы целовали мою руку, щеку, говорили комплименты, мурлыкали нежности, делились сплетнями и разнообразными рецептами (от маминого пирога до приворотного зелья). Словом, к утру я была в меру пьяной, немножко уставшей, но вполне довольной собой. Занимался рассвет. Настал час окончания веселья. Ко мне легко подлетела одна из знакомых ведьм, Вериока. Она с визгом повисла на шее, жарко шепнула в ухо:
   – Привет, подруженька. Сегодня лучшая ночь, не находишь?
   Я рассмеялась в ответ:
   – Да тебе, подружка, каждый новый шабаш лучше предыдущего.
   – И то правда. Грешна. Люблю зелье пьянящее да пляски до утра. Кстати, это твой мальчик?
   Наманикюренный палец ткнул куда-то в сторону ближайших кустов. Я пригляделась. Действительно, возле самих корней, свернувшись калачиком, сладко почивал Максим. Подле с самым разнесчастным видом сидел Васька.
   – Мой, – печально вздохнула я, прикидывая грядущие прелести транспортировки бесчувственного тела товарища.
   И чего он так набрался?
   – Гарный хлопец. Приводи его в следующий раз.
   Я неприязненно покосилась на «гарного», сладко причмокивающего во сне.
   – Не знаю, удастся ли в следующий раз выбраться, – пожала плечами я. – Меня зачислили в отряд истребителей, мы скоро выступаем.
   – Жаль, – тяжело вздохнула Вериока, – а я-то, грешным делом, надеялась, что тебя распределят куда-нибудь на оседлое жительство. Летали бы друг к другу в гости. Ну да ладно, Васеньку ко мне пришли с известием, когда в следующий раз на шабаш надумаешь гарного хлопца привести.
   Мы звонко расцеловались, и окрыленная Вериока улетела в компании своего грача. Ее заливистый смех долго звучал в ночи. Занимался рассвет. Пора было и нам. Надо вернуться раньше, чем наши друзья по отряду обнаружат пустые постели.

3

   Группа истребителей собралась в зале казармы в полном составе. Ранним утром, когда командор и лидер группы по совместительству Владислав Третьяков скомандовал общий сбор, вдруг оказалось, что собирать-то и некого. В помещении находились только непосредственный руководитель, то есть он, и Филипп Новгородский, следопыт и эксперт по нечистой силе. Новоприобретенная ведьма с новоприобретенным котом куда-то бесследно испарились. Что только порадовало бы остальных членов команды, если бы не прискорбный факт полного отсутствия лекаря Максима Иванова, который вчера не вышел к ужину, а теперь и вовсе исчез. Факт сам по себе напрягал. Если учесть, что вчера Макс имел неосторожность очень резко высказаться в адрес новоприсланной ведьмы, то выводы получались неутешительные. Наверняка эта засланка разделывает труп несчастного на составляющие для своих ведьмовских зелий где-нибудь в глухом лесу. В довершение всего ее бесовский коняга сорвался с цепи и гонял лошадей по двору кругами. Угомонить зверюгу было некому. Пришибли бы давно тварь такую, но ведьма могла оказаться очень даже привязана к зверюге, не стоит ее злить. Все-таки работать вместе. Послали сообщение ректору Академии. На всякий случай.
   Ректор примчался как на пожар и устроил форменный допрос. Теперь все трое стояли в зале и не знали, что думать. Поисковые заклинания ничего не дали. В камине что-то зашебуршало, и наружу вывалились три перемазанные в саже личности, одной из них оказалась пропавшая ведьма, пребывающая сильно навеселе и вполне довольная собой, вторым был утраченный Макс, совершенно никакой, больше напоминающий храпящее бревно, а третий вообще оказался при рассмотрении котом.
   – Ой. А что это вы тут делаете? – захлопала глазами ведьма, опираясь на метлу.
   – Виктория!!! – возопил ректор, как дух отца Гамлета, требующий от сына отмщения. – Где ты была?
   Я сделала невинные глазки:
   – Вот уж не подозревала, что нахожусь под домашним арестом.
   Ректор нахмурился:
   – Виктория, ты уже взрослая женщина. Тебе не кажется, что проводить ночь перед заданием, напиваясь до бессознательного состояния, мягко говоря, нерационально?
   – А мы сегодня выступаем? – искренне удивилась я.
   Хотя, кажется, вчера ректор упоминал о чем-то подобном. Елки! И как я могла забыть?! Если бы помнила, вернулась бы раньше. Так глупо засыпаться!
   Ратибор Мстиславович пристально уставился мне в глаза и понял, что я не лгу. Меня действительно не удосужились ввести в курс дела официально. Он не менее впечатляюще вперил свой взгляд в истребителей. Они смущенно потупились, разглядывая пол как пара провинившихся школьников. Ну надо же! Приятно посмотреть. Я улыбнулась. Васька воспользовался моментом и смылся. Макс причмокнул во сне и потребовал продолжения банкета.
   – Оба на вводный инструктаж не явились, – процедил командор.
   – О! Вы просто забыли нас пригласить. Интересно почему?
   – Потому, что успокаивал одну взбесившуюся зверюгу.
   Мне понадобилась пара минут, чтобы осознать, что упомянутая зверюга – это не я.
   – Это вы о ком?
   – О жуткой, мерзостной гадине, которую ты по ошибке называешь лошадью.
   – Что с Яшкой?! – возопила я, готовая порвать всех на мелкие кусочки вне зависимости от количества исходного материала.
   Ахурамариэль внутри меня напрягся, готовый вырваться наружу и начать крушить все подряд. Ахурамариэль – потрясающий эльфийский клинок. Этот придурок Тирандерель умудрился спаять меня с мечом в единое целое и потом носился за мной с угрозами, чтобы я отдала украденный клинок. Идиот! Как можно отдать часть себя?
   – Успокойся, девочка. Жив твой конь и довольно жизнерадостно гоняет лошадей по двору.
   Напряжение отпустило. Плечи расслабились, Ахурамариэль успокоился и затаился где-то в глубине. Яшка в добром здравии, развлекается с местными. День начался прекрасно.
   – Может, все-таки ты уберешь своего бешеного зверя от наших коней? Как мы поедем на задание?
   Я неуверенно пожала плечами:
   – Ладно. Считайте, уговорили.
   Во дворе вошедший в раж Яшка, позвякивая остатками массивной цепи, активно гонял громко ржущих от ужаса лошадей. Те, кто плохо убегал, получали укус в круп и прибавляли скорость. Клочья пены падали с боков лошадей, пыль стояла столбом, как в песчаную бурю.
   – И какой садист додумался навесить на мою лошадь цепь? – гневно поинтересовалась я.
   – Ты забыла его привязать. Вот я и воспользовался бычьей цепью. Ума не приложу, как он ее порвал? – недоумевал командор.
   – А он не рвал, просто перекусил. Сам видел, как эта зверюга цепь грызла, – заметил Филипп.
   – Неужели перегрыз? – восхищенно округлил глаза ректор. – Талант!
   – Яшка! – крикнула я увлекшемуся погоней коню. – Да брось ты их!
   Конь, недолго думая, ухватил ближайшую лошадь клыками и запустил животное в небо. Раньше я никогда не видела, как лошади летают. Теперь был как раз тот случай, когда мечты сбываются. Довольный до соплей Яшка подскакал ко мне, держа хвост на отлете, радостно оскалился и попытался лизнуть меня в нос.
   – Вообще-то я не это имела в виду… – Морда коня приобрела обиженное выражение. – Но разве можно обижаться на такого милашку? – Команда мрачно освидетельствовала «милашку», явно не соглашаясь со мной, но благоразумно придерживая свой пессимизм. – Напомни мне, чтобы в следующий раз выражалась более четко.
   Я гладила вороную морду. Яшка откровенно млел от ласкового прикосновения, жмурясь, как довольный кот, и урча. Странно. Раньше я полагала, что лошади не могут издавать подобных звуков. Хотя я небольшой знаток лошадей и раньше вообще старалась избегать их общества. К счастью, для будущей оседлой ведьмы езда верхом необязательна.
   – Обалдеть! Лошадь мурлычит, – изумился Филипп.
   – Ага. Вот только на ком теперь Макс поедет? – печально ухмыльнулся командор. – Лошадка-то тю-тю!
   Я задумчиво почесала затылок:
   – Другую можно выдать.
   – Легко сказать, – заметил ректор. – Лошадей, спокойно переносящих тяжесть пространственного перехода, не так много. Слишком трудное обучение.
   Да-а, ситуация. В мозгу начала вырисовываться не лишенная оригинальности идея. Главное, чтобы все присутствующие окончательно не спятили в процессе ее воплощения.
   – А в казарме есть большое зеркало?
   – Зачем? – подозрительно поинтересовался Владислав.
   – Что за дурная манера отвечать вопросом на вопрос? Слабо просто ответить? – в тон откликнулась я.
   – Допустим.
   – Ведите.
   Зеркало действительно было большим, квадратным, оправленным в картинную раму. Оно как нельзя лучше подходило к моей затее. Здорово. Надеюсь, все получится. Я метнулась в комнату, где расторопный Василий уже успел приготовить горячую ванну и завтрак. Макс крепко спал – почему-то на моей кровати. Вообще наглеж. Я было сунулась его будить, но передумала. Пусть дрыхнет. К поиску хрустального шара пришлось привлекать Ваську, так как в объемной спортивной сумке найти что-либо практически невозможно. Постоянно попадаются различные вещи, давно утраченные вместе с надеждой обнаружить их когда-либо еще. Один раз я даже нашла трупик хомячка. Так вот что с ним стало! Зверек принадлежал когда-то Мелене, моей однокурснице. Милое, в сущности, создание перепортило все наши учебники. Их пришлось собирать буквально из обрывков с помощью магии, лишь бы сдать в библиотеку. Иначе разорились бы на штрафах за испорченную литературу. Однажды хомяк просто исчез. Мы его долго искали и подозревали в причастности к пропаже кошку нашего сторожа. Да. Зря мы, наверное, насыпали им слабительного и снотворного одновременно. Хотя и животное и хозяин славились склочным и вредным характером.
   Шар обнаружил Васька. Он просто влез в сумку, долго копался внутри и наконец вынырнул наружу, держа в лапках шар, на манер кролика из шляпы фокусника. Я похвалила любимца, крепко расцеловала усатую морду и вызвала Велиора из Темного мира. Но ответил его сын, Бельвиор:
   – Опять ты?
   – Я тебе тоже очень рада, – в тон ему откликнулась я. – Отец дома?
   – Нет. Уехал в пустыню к Аватару. Слушай, оставила бы ты его в покое. Они с мамой только помирились.
   – Ревнуешь?
   – Нет. Просто без тебя спокойнее.
   – Если выполнишь мою просьбу, отстану.
   – Ловлю на слове. Выкладывай.
   – Помнишь, в прошлый раз вы выделили мне верхового ящера? Можешь мне его переслать?
   В глазах собеседника мелькнуло странное выражение.
   – Не вопрос. Иди к зеркалу, трижды произнеси мое имя, портал откроется.
   – Спасибо.
   – Не стоит благодарности.
   Вот тут мне стоило насторожиться. Но я не придала словам демона должного значения. А зря. Я спокойно вернулась в зал к зеркалу. У обычного в общем-то предмета был полный аншлаг. Народ живо интересовался предстоящим мероприятием. Особо любопытный ректор внимательно оглядел зерцало со всех сторон, во избежание оптического обмана зрения. Я только пожала плечами и мирно постояла в углу, глядя на манипуляции Ратибора Мстиславовича. На меня уставились как на профессора во время жутко сложного эксперимента: то есть нервничали, но боялись вывести из равновесия, а то взорву что-нибудь в припадке энтузиазма. Я прошествовала с гордо поднятой головой к зеркалу, ткнула в него растопыренной пятерней и провыла формулу вызова. Поверхность стекла помутнела, и оттуда полезло… Мама дорогая!..
   – Ни фига себе! – Кот от удивления уронил блюдо с пирожками. – Опять перемагичила!
   – Я этого не заказывала! – нервно завопила я, обозрев нечто склизкое и вонючее, как труп, пролежавший в могиле не менее сотни лет, прущее из зеркала.
   Я не придумала ничего лучше, как врезать по нему табуретом. Предмет мебели разлетелся в щепу и живописно украсил пол, потом мы общими усилиями стукнули чудовище столом, самоваром, закидали пирожками, повтыкали в студенистое тело все вилки, ножи и даже ложки, которые только смогли обнаружить в комнате. Избиваемый отчаянно верещал, но с упорством асфальтоукладчика пер из зеркала. Просто маньяк какой-то! В конце концов мы поднатужились и совместными усилиями запихнули жутко смердящую слизь обратно.
   – Фу-у-у! – смахнул пот с лица ректор. – Загнибеда, еще одна такая выходка, и я не доживу до пенсии.
   – Не стоит преувеличивать, – кокетливо потупилась я. – Вас с лихвой хватит на множество моих выходок. И между прочим, раньше вы не очень-то и жаловались.
   – А раньше ты не притаскивала в Академию говорящих котов и лошадей-мутантов и из зеркала не лезла разнообразная гадость. Кстати, ты посмотри, во что превратился зал!
   Действительно. Погром – слабо сказано. Вонючая слизь противными хлопьями висела даже на потолке, издавая запах, не способствующий хорошему пищеварению, мебель превращена в щепу, половина камина оказалась разобрана, ковер проще выкинуть, чем почистить, посуда полностью отсутствует. Только в углу мирно посапывал Макс, умудрившийся передислоцироваться из моей комнаты и проспать весь этот бой без правил.
   – Ратибор Мстиславович! Может, нам стоит приступить к выполнению задания без ведьмы? – с надеждой предложил командор.
   Что-то больно ребята желают от меня отделаться. Впрочем, их стремление нашло живой отклик в моей душе. Только боюсь, не с моим счастьем такое развитие сюжета.
   – Нет, – покачал головой упрямый ректор, – выступаете в полном составе или не выступаете вообще.
   Я встала и снова направилась к зеркалу. Народ насторожился.
   – А может, не надо? – робко поинтересовался Филипп.
   – Надо, Филя, надо, – утешила я и провыла заклинание вызова.
   Зеркальная поверхность помутнела, подернулась дымкой, поплыла, и из зеркала прямо на меня рухнул счастливый до соплей Волчок. Команда восприняла волка-мутанта, как и положено команде истребителей, в штыки. Заклинания решили не применять, опасаясь ранить свою, то бишь меня. Не хотелось думать, чем кончилось бы для меня появление еще одного мутанта, если бы не присутствие ректора. Мочить при нем меня не осмелились. Но тут перед мужчинами встала фактически неразрешимая проблема: где взять оружие? Вся мебель уже тю-тю! Да и мутант вел себя до крайности странно. Он восторженно вертел хвостом, как вертолет пропеллером, и лизал лицо хохочущей ведьме. Ну с ведьмой все ясно – истерика. Шутка ли, такая зверюга. Командор мужественно попытался оттащить вошедшего в раж зверя, но последний зарычал и клацнул немаленькими зубами в сторону истребителей. Положение спас Васька.
   – Вика! – всплеснул пушистыми лапками кот. – Ну вы прямо как дети! Что за страсти в пыли? Между прочим, целоваться с собакой негигиенично. И ты уверена, что просила именно волка? По-моему, речь шла о ящере. Или я чего-то не понял?
   Я смущенно отстранила радостного Волчка и поднялась на ноги. После сегодняшних приключений выпачканный до неузнаваемости комбинезон, вероятнее всего, придется выбросить. Жалко ужасно. Одни расходы.
   – Минуточку, – вмешался ректор. – Вы знакомы?
   – Ратибор Мстиславович, с Василием знакомы все, и вы в том числе, – заметила я.
   – Нет, – отмахнулся тот, – я вот об этом звере, – указующий перст ткнулся в сторону вывалившего розовый язык Волчка.
   Тот, не будь дурак, ловко клацнул зубами. Руку ректора спасла только прекрасная реакция.
   – А-а-а, – понимающе протянула я, – вы о Волчке? Волчок, знакомься – это Ратибор Мстиславович. Ратибор Мстиславович, знакомьтесь – это Волчок. Теперь, когда вы подружились, пойду-ка я приму ванну и спокойно позавтракаю, выпью кофе…
   – Ага, и какао с чаем. Размечталась! И так выбились из графика, – осадил меня командор.
   Я обиженно закусила губу:
   – С каких это пор личная гигиена считается роскошью?
   – С тех самых, когда твой ненормальный жеребец запустил в воздух лошадь Макса, сам он находится в невменяемом состоянии, гостиная благодаря стараниям одной не вполне нормальной ведьмы превратилась в руины, и в довершение всего мы уже с час как должны были прибыть на место. Еще перечислять надо? Или и так дошло?
   Я хотела было возразить, что я тут вовсе ни при чем. Нечего было злить Яшку. Он цепь никогда не любил. Макса никто специально не поил, он сам справился с этой задачей, а Волчка я не звала, этот придурок Велиор опять все перепутал. Или нет… Не может быть! Этот ядовитый гад прислал Волчка преднамеренно?! Ну держись!
   – Я имею право на один звонок, – заявила я и исчезла из комнаты раньше, чем кто-либо успел мне возразить.
   Велиор ржал как ненормальный. Я грозилась его придушить.
   – Попробуй, – ехидно предложил он. – Ручки коротки.
   – Ах ты мерзавец! – Я дернулась к шару, чтобы придушить паразита, шар качнулся, и Васька спас хрупкий предмет, приняв его в красивом броске. Ну просто голкипер, умилилась я.
   Недолго думая, я запустила в шар заклятием. Как ни странно, шар не взорвался, не рассыпался на мелкие осколки, как это бывает с хрустальными шарами, если по ним шарахнуть заклятием. Поверхность хрусталя подернулась дымкой, будто расплавилась, заклинание нырнуло внутрь, словно никакой преграды между нашими мирами не существовало, Велиор издал удивленный возглас и заметался по комнате. Заклинание оказалось самонаводящимся и точно следовало за демоном. Класс! А жизнь-то налаживается…
   Дверь распахнулась и с грохотом врезалась в стенку, от удара посыпалась штукатурка, но вошедшего это обстоятельство ничуть не смутило. Командор хранил спокойствие удава перед броском. Ощущение такое, будто он сейчас прошипит: «Подойдите ближе, бандерлоги!» Жуть.
   – И что сие значит? – вкрадчиво поинтересовался Васька, невозмутимо паковавший мою метлу в сумку.
   Некоторое время командор с интересом наблюдал за процессом.
   – Что уставился, отец родной? На мне узоров нет и цветы не растут, – фыркнул наглый котяра. – Чего приперся-то?
   – Мне кажется, что одно животное здесь лишнее, – прошипел задетый за живое мужчина.
   – Согласен, – деловито кивнул кот, застегивая «молнию» на сумке. – И кажется, знаю, какое именно.
   Взгляд кота выражал полное презрение и недвусмысленный намек на самого командора. Тот побагровел. В руках возникло голубое свечение боевого заклинания.
   – Тише вы, горячие парни. – Ректор возник словно джинн из бутылки. – Приберегите силы для задания.
   Через пять минут мы собрались во дворе, даже Максима приволокли и уложили на земле. Тот даже не проснулся, счастливчик. Ратибор Мстиславович толкнул напутственную речь, пожелал нам всем удачи и троекратно расцеловал каждого. Разве что платочком белым вслед не помахал. У меня в мозгу так и вертелось: «Идущие на смерть приветствуют тебя!»
 
   Пространственный телепорт напоминал гигантскую воронку; ступив в нее, попадаешь в объятия нестерпимого холода, словно ледяной колодец смыкается вокруг. Кажется, что воздух в легких замерзает и превращается в тысячи мелких иголок. В частности, поэтому такими переходами пользуются только в крайних случаях, предпочитая быстроте перемещения более традиционный вид транспорта. А еще такие переходы очень выматывают, словно искривленное пространство питается энергией живого существа. Ходили леденящие душу слухи о том, что некоторые ушли в переход, а вернуться не вернулись, что переход выпил их души и превратил в нежить, вынужденную скитаться по искривленному пространству, питаясь энергией других, сбивая путников с пути. Передо мной в переход вошел Волчок. Он скривил морду, подцепил зубами Максима, ловко закинул бесчувственное тело на спину и скрылся внутри. Я зажмурилась и ступила следом, крепко сжимая в одной руке поводья Яшки. На плечах, словно воротник, возлежал Васька. И все равно было очень страшно.

4

   Когда удалось покинуть пространственный переход, я была вымотана, но невредима. Однако радовалась я недолго. Местом высадки оказалось болото. Ландшафт удручающий, не располагающий к радостному настроению. Унылые кочки, грязная топь, жидкая растительность, обилие мошкары и лягушек – все это ввергло меня в недоумение.
   – На трясинника идем, что ли? – удивилась я.
   Трясинник относится к нечисти, обитающей на болоте. Промышляет он тем, что затаскивает в трясину животных, кого утопит – тот и обед. На людей, однако, нападает крайне редко. И то либо с голодухи, либо если умудрился достигнуть достаточно большого размера. Внешне напоминает болотную кочку, ошибку можно распознать, только наступив непосредственно ему на голову.
   – Загнибеда, подвинься, – послышался голос Филиппа.
   – Интересно – куда? – опешила я, осматривая скудный ландшафт на предмет наличия свободных кочек без перспективы пойти на корм трясиннику.
   Соседние кочки оседлали командор с лошадью, которая уставилась на хозяина с нескрываемым ужасом и исподтишка пыталась спихнуть его в топь. На другой, вывалив розовый язык, спокойно стоял Волчок с Максом на спине. Я посмотрела на Яшку. Тот чувствовал себя превосходно, если учесть, что раньше частенько пасся на болоте.
   – Загнибеда, предупреждаю, или ты уходишь, или я высаживаюсь тебе на голову.
   Угроза подействовала, но не на меня. Я как раз решила возмутиться неслыханной бесцеремонностью следопыта, когда Яшка подцепил меня за комбинезон, закинул на спину и легко перепрыгнул на соседнюю кочку. Вовремя, надо сказать. Из воронки вывалился Филипп с лошадью и с удивлением уставился на болото.
   – Обалдеть, – прошептал он. – Это что, так и было задумано?
   – Разумеется, нет. Мы промахнулись. – Командор извлек из кармана амулет, положил его на раскрытую ладонь, провел над амулетом рукой и… вуаля! Голографическая карта возникла в воздухе. Третьяков нахмурился, разглядывая увиденное.
   – Судя по карте, мы промахнулись на несколько десятков километров.
   – Здорово, – кивнула я. – Несколько десятков километров – топь.
   – Некоторые ведьмы могли бы помолчать. Это из-за тебя мы выступили позже, – зашипел в мою сторону Филипп.
   – Серьезно? – ехидно фыркнул Васька. – То есть именно по этой причине вы облажались и попали не туда, куда планировали? По-моему, плохому танцору…