Закончив бомбардировку, истребители так же стремительно, как атаковали, ушли на форсаже обратно в космос. Разведка Империи сработала выше всяких похвал, предоставив военным подробнейшую карту всех оборонительных рубежей Герцогства на Марлитании.
   А в небе уже появились громадные контейнеры десантных платформ, до отказа набитые техникой и тяжелой пехотой. Тормозя гравитационными приводами, квадратные модули плавно опускались на землю, раскалываясь на четыре части. Борта превращались в аппарели, по которым лихо съезжали танки, броневики, самоходные платформы.
   Пехотинцы, все поголовно закованные в черную штурмовую броню, покидали контейнер чуть раньше на индивидуальных прыжковых двигателях. Каждый солдат имел собственную боевую задачу. Ревя генераторами приводов, техника устремлялась к намеченным целям, сопровождаемая летающими платформами огневой поддержки. Но после планетарной бомбардировки очагов сопротивления практически не было. Так, пара выстрелов, чтобы разогнать охранников чьих-нибудь дворцов из местных аристократов…
   Одетые в глухую броню солдаты врывались в роскошные покои, вытаскивая из укрытий и тайников Светлейших, тащили их на площади и тут же вздергивали на фонарях. Иногда, впрочем, некоторых, сверившись со списком, неожиданно оставляли в покое. Хуже всех пришлось самому Эстольду, которого взяли в личных покоях, где герцог со страхом ждал, чем кончится сражение. Его выволокли наружу и посадили на кол, для которого использовали личный штандарт Сиятельного. Кастрат прожил еще двое суток, прежде чем умер…
   Через сутки по погруженной в отчаяние планете было передано обращение Императора, который объявил о вхождении бывшего Марлитанского герцогства в состав Империи, об отмене прежних титулов, о новом порядке. И если на прочих шести мирах Владения обращение чужака было принято с восторгом, то на центральной планете – с унынием, поскольку подавляющее большинство ее обитателей были аристократами и их потомственными слугами. Впрочем, практически все главы благородных семейств украшали собой все подходящие для виселиц столбы, а сами семьи… Разговор с ними был короток – их просто отправляли в лагеря. Бывшим аристократам предстояло осваивать новые миры для Империи…
 
   Двери личных покоев с грохотом слетели с петель, и в украшенные драпировками палаты, стуча сапогами, ворвались закованные в черную броню солдаты. Алые светофильтры защитных щитков поневоле внушали страх своим сиянием в полумраке вечера. Старший из штурмовиков, отличающийся массивными наростами на глухом шлеме и количеством нашивок на груди, пробасил что-то, и солдаты мгновенно скрутили всех, кто находился в помещении, выстроили в одну шеренгу. Офицер медленно прошелся вдоль строя, всматриваясь в каждое лицо и отдавая короткие приказания. Подчиненные выхватывали отмеченных пленников и сгоняли в несколько групп.
   Незнакомый язык, на котором давались указания, необычного вида доспехи. И – движения. Казалось, под броней скрывались не люди – настолько точными и даже изящными были их движения. Ничего лишнего, голая функциональность, точнейший расчет, присущий лишь машинам.
   Кое-кто из арестованных начал покрываться холодным потом при виде происходящего. Наконец жуткая процедура сортировки была закончена. Самую малочисленную группу, в которой были собственно владелец поместья, его братья и сыновья, вывели во двор. Сухо треснул залп, в воздух полетели клочья хорошо прожаренной плоти.
   При виде экзекуции некоторые женщины упали в обморок, кое-кто из мужчин стиснул кулаки, клянясь отомстить любыми путями. Но большинство смотрело на смертную казнь бывшего владельца с равнодушием. Они были всего лишь слугами. И ничего, кроме смены хозяина, их не ждало.
   Остальных членов семьи и родственников покойных уже погнали по посыпанной мелким песком въездной аллее к выходу, когда перед воротами замер массивный глайдер черного цвета. Двери машины растаяли, и наружу вышел высокий подтянутый офицер. Все, без исключения, с любопытством уставились на него – впервые марлитанцы видели чужака без брони. К их изумлению, тот оказался человеком. Только вот… Движения были точно такими же, как у его подчиненных, – скупые и невероятно точные. Чуть отступив сторону, офицер с брезгливой гримасой пропустил мимо колонну пленных, затем небрежной походкой двинулся к роскошному зданию поместья.
   – Господин адмирал!
   Подбежавший лейтенант торопливо ударил себя кулаком в грудь, отдавая честь.
   – Все нормально? – строго поинтересовался Незуми.
   – Так точно, господин адмирал! Список «А». Мужчины расстреляны. Остальных – в лагерь. Слуг оставили.
   – Пусть убираются домой. Не хватало мне еще проснуться утром с перерезанным горлом из-за того, что кто-то из них излишне предан своим старым хозяевам.
   – Да, господин адмирал! Но… Кто же будет вас обслуживать?
   – Лейтенант! Я не всегда имел столь высокий чин. Так что могу о себе побеспокоиться сам. Тем более что мы здесь ненадолго. Как только прибудет оккупационная администрация – снимаемся.
   – Я в курсе, господин адмирал… Прошу простить, у нас еще очень много работы!
   – Именно.
   Марк дружески хлопнул офицера по плечу, потом, чуть прищурившись из-за вечернего солнца, проговорил:
   – У меня две просьбы, лейтенант…
   – Да, господин адмирал?
   – Просто поставьте здесь пару часовых до утра. И… найдите мне что-нибудь пожрать, а?
   – Сделаем, господин адмирал!..
 
   Иван долго стоял у все еще висящего на стене портрета Эстольда. Давно он не был во дворце. Сколько уже лет прошло? Пять?.. Шесть?.. Когда захворал старый герцог, официальные приемы прекратились. А после восшествия на престол Кастрата пришлось быстро уносить ноги. Впрочем, с этим дворцом его не связывает ничего хорошего, только плохое. Так что, пожалуй… стоит сделать уступку той толике человека, которая есть в нем. Де Берг повернулся к стоящим позади офицерам и коротко бросил:
   – Сровнять здание с землей!
   – Да, Император!..
   Вышел наружу, взглянул на заходящее солнце. Казалось бы, он вернулся на Родину. С почетом, как триумфатор и победитель. Но почему на сердце пустота и боль? Прогносту не полагается иметь эмоций. Иван подошел к огромному глайдеру, устроился на мягком сиденье. Эта бесполезная роскошь абсолютно ему не нужна. Куда лучше – обычный военный мобиль, ветер, бьющий в лицо, густой воздух, так отличающийся от кондиционированно-стерильного внутри роскошного лимузина…
   – Кладбище «Депра тори».
   Машина бесшумно тронулась с места, взмыв в воздух. Развалины внизу. Клубы пыли на месте родового гнезда Кастрата. Едва Император покинул это место, как саперы незамедлительно приступили к исполнению приказа.
   Высокая остроконечная гора в лучах заходящего солнца прямо по курсу, кладбище, на котором упокоилась его супруга… Машина остановилась перед невысокой живой изгородью, окружавшей погост. Де Берг выпрыгнул наружу и сделал останавливающий жест свите.
   – Я пойду один. Останьтесь здесь!
   – Но…
   – Это приказ Императора!..
   Впервые он так сорвался, оставив позади недоумевающие лица.
   Уже оплывший от времени холмик, поросший травой. Все верно: после его бегства ухаживать за могилкой было некому. Дожди, ветер – неудивительно… Хорошо хоть вообще не разорили и не надругались. Иван осмотрелся, ухватил взглядом небольшую будку, где как раз для подобных случаев хранился инвентарь – лопаты, грабли, маленькие тяпки и прочее необходимое для приведения захоронений в порядок. Неведомо из каких глубин времени пришедшая традиция велела не использовать на упокоищах никаких машин. Все делалось всегда только руками и только ручными инструментами. Почему? Теперь Иван понял это. Время, проведенное рядом с умершей супругой, было поистине бесценным… А потом он сидел на лавочке, устало опустив руки, и рассказывал, надеясь, что хотя бы ее душа услышит.
   – Ты знаешь, наш сын совсем большой… Уже нашел себе жену. Хорошая девочка. Вырастет настоящей красавицей… Нет-нет, не бойся. До этого у них не дошло! Не волнуйся. Пускай сначала подрастут… Что касается меня, то тут намного хуже… Проклятие Прогноста постепенно одолевает меня. И рано или поздно пустота в моем сердце возьмет верх… Вчера я приказал не брать пленных!.. Мои солдаты убивали всех, кто осмелился поднять против них оружие. И не разбирались – добровольно или их заставили. Логика военного проста: убей, иначе убьют тебя. А потом мы казнили всех мужчин, у кого в жилах была хотя бы капля голубой крови… Их семьи отправили на каторгу… Мне ни к чему стадо ненужных дармоедов, пиявок на шее у народа… Прости милая, если можешь!.. За то, что твой любимый супруг стал настоящим чудовищем… Но я – должен. Должен хотя бы казаться человеком, чтобы они пошли за мной. Пусть у меня не всегда это получается, но если люди узнают, что я – живая машина, они откажутся подчиняться мне и шагнут навстречу собственной гибели!..
 
   Когда Император вышел к свите, офицеры ужаснулись – перед ними стоял совсем другой человек. Лишь строжайшая дисциплина удержала людей от того, чтобы броситься к нему с расспросами. Миг – и вдруг выражение, что было на лице Прогноста, исчезло. Глухо стукнула массивная бронированная дверь, глайдер вновь взмыл в небо. Внутри, в роскошном салоне, де Берг откинулся на мягкую спинку.
   – В порт. Мне больше нечего здесь делать.
   Тронул мнемокристалл на виске, тут же перед ним вспыхнуло изображение.
   – Марк?
   – Да, Император?
   Незуми вроде собирался ужинать, поскольку на молодом человеке был не готический черный мундир Империи, а обычный гражданский камзол. Став подчиненным Императора, он утратил прежнее клановое имя, превратившись из Незуми Дероя в прежнего Марка Незуми.
   – Остаешься за старшего.
   – Что? А как же Монсеррат?!
   – Я сам справлюсь. И не дергайся. Через три месяца пришлю замену. А пока ты здесь – наместник. Ясно?
   – Мой Император…
   Марк склонил голову, Иван отмахнулся.
   – Прекрати! Короче, твоя главная задача – мир на планете. Ты здесь – Бог! Хочешь – казнишь. Хочешь – милуешь. Но запомни: через три месяца здесь должен быть идеальный порядок, а люди – иметь крышу и кусок хлеба! Запускай заводы, фабрики… Марлитания будет промышленным сердцем Империи. Делай для этого все необходимое. Применяй любые методы. Все заявки на оборудование – по гиперсвязи на ИИ Метрополии. Понял?
   – Что мне остается?
   Марку было ясно, что спорить бесполезно, и он принял назначение со стоицизмом верноподданного.
   – Легион тяжелой пехоты. Десять кораблей. Пять эсминцев, пять крейсеров.
   – Надеюсь, имперских?
   – Естественно.
   Де Берг усмехнулся:
   – Не дрейфь! Прорвемся! Главное, помни прописную истину: завоевать легко, а вот удержать…
   Изображение погасло, и Марк задумчиво почесал шею – удружил Император, вот уж воистину удружил! Но делать нечего. Это – приказ! И если потребуется, он готов умереть за него…
   Иван отключил связь. Улыбнулся: Незуми еще не знает, что его ждет. Пора бы соратнику остепениться. Ладно, пока идет война, строительство Империи. А что потом? Воевать всю жизнь и поймать случайный выстрел? Или умереть в нищете? Нет, конечно! Империя своих не бросает и за каждого из подданных стоит горой. Но, черт побери, Марк – парень неплохой. Только вот еще детство, как говорится, в одном месте играет. Так что надо его немного поднатаскать в житейских вопросах. Привык, понимаешь, вечно с наскока, шпаги наголо и в драку. Тут надо тоньше. Намного тоньше. Или он думает всю жизнь прожить, образно выражаясь, в седле? Ну уж нет!
   Однако надо позаботиться о финансах. Раз Империя появилась, значит, должна быть нормальная экономика. А следовательно – деньги, правительство, производство и прочее, что необходимо для функционирования государства. Причем не просто для существования, а для такого, чтобы все, кто не был подданным, стремился им стать! Завлекать к себе нужно не только огнем и мечом, но деньгами, привилегиями и прочей… благосклонностью и благополучием.
   Отвлекшись от размышлений о Марке, де Берг мгновенно переключился на предстоящую кампанию. Впереди – Монсеррат. Итак, что мы имеем?.. Вывел на голографический монитор справку по Владению, перечитал в очередной раз, медленно перелистывая страницы. Ничего нового. Такое ощущение, что граф не желает ничего делать для обороны. Даже покойный Кастрат и тот совершал слабые телодвижения. А этот… словно уснул. Или никак не может отойти от шока после того, что случилось с его дочерью? Впрочем, поживем – увидим. Шутить не стану. Будут сопротивляться – узнают тяжесть имперского сапога!..
 
   – Господин адмирал, флот снимается с орбиты!
   Спокойный голос командира оккупационного легиона. Ну да… Его же предупредили… Незуми махнул рукой в знак того, что принял сообщение, и отключился. Налил себе кофе из стоявшего на столе термоса, скривился – ну и гадость! У Императора напиток варили намного лучше… Вновь осмотрелся – неплохое убранство. Сделать этот особняк своей резиденцией? Или поискать получше? Как-никак – наместник!.. Ладно. От добра – добра не ищут. Старая как мир истина.
   Шарить по пустому особняку в поисках спальни не хотелось. Слишком тяжелый выдался день. Незуми поднялся, подошел к дивану, стоявшему у стены, улегся, накрылся форменной курткой и уснул…
   Утром его разбудил луч солнца, упавший на лицо. Недовольно сморщившись, Марк решил проснуться. Кончились его спокойные деньки уже давно, после встречи со странным честным бароном, ставшим по воле судьбы Императором… Утренний туалет? Легкий завтрак? С чего же начать? Незуми вынул из сумки электронный планшет, включил, вызвал справку по оставленным ему военным подразделениям, просмотрел. Де Берг оказался щедр: все части были полного состава. Так что в случае волнений подавить мятеж не составит труда. Вызвал через планшет командира легиона, затребовал в резиденцию взвод охраны и отделение на мобилях для сопровождения в поездках по планете. Остальных солдат велел разместить на ключевых объектах: энергостанциях, пищевых хранилищах, общепланетной голостудии.
   В ожидании прибытия охраны Марк вывел на экран список арестованных прежним правителем. На удивление, их оказалось немного. Герцог не церемонился с простолюдинами. Сутки на разбор дела – и виселица. Так что заключенных насчитывалось всего человек пятьдесят. Прочитав их показания, а также свидетельские доносы, Незуми просто дал команду всех амнистировать. Попадутся за дело – вздернем. А захотят вести честную жизнь, что ж, каждый имеет право на последний шанс…
   – Господин наместник, ваша охрана!
   В гостиную, где сидел Незуми, вошел часовой. Марк спохватился:
   – Ах да! Спасибо. Я иду…
   Убрал планшет обратно в сумку, надел китель, тщательно застегнулся и с удовольствием щелкнул каблуками ботинок.
   – Эх, хорошо! – И, уже обращаясь к солдату: – Отдыхайте, пока меня нет.
   – Есть, господин наместник!..
   М-да… Роскошный глидер улетел вместе с флотом. Хорошо хоть вездеход имеется! Впрочем, чего стесняться? Сам де Берг обожает этот вид транспорта. Марк запрыгнул на боковое сиденье, солдаты устроились на задних местах, в броне и с оружием наготове. Еще две машины встали позади.
   – Едем в город. Посмотрим, чем тут народ дышит.
   Солдат кивнул, трогая глидер с места…
 
   Как обычно в любом Владении: блеск и шик на центральных проспектах, нищета и грязь на окраинах, в кварталах простолюдинов. Дети, сидящие на земле, со вздутыми от недоедания животами. Покорные бессловесные животные в человеческой одежде. Говорящие орудия. С потухшими навсегда взглядами… Как можно вновь заставить рабов стать людьми?!
   Марк смотрел вокруг со стиснутыми кулаками, время от времени прикладываясь к плоской фляжке с крепким ромом. Наконец не выдержал. Велел остановить у маленького фонтанчика, бьющего из роскошной мраморной вазы, сунул голову под ледяную струю, долго держал под ней, пока не заломило затылок. Потом выпрямился, не обращая внимания на то, что вода с головы течет за шиворот… Ухватил взглядом одного из местных, испуганно прячущегося за углом дома от страшных чужаков, показал на него пальцем:
   – Ко мне этого!
   Приказание исполнили мгновенно. Бедняга даже не успел ничего сообразить, как уже предстал перед наместником. Сообразив, что перед ним очень большой чин, мужчина в скромной одежде мелкого клерка испуганно согнулся в низком поклоне:
   – Ваша… Ваша Светлость…
   – Выпрямись!
   Служка почти мгновенно застыл по стойке «смирно».
   – Не шевелиться! Отвечать на вопросы!
   – В-в-в…
   – Молчать!!!
   Незуми разозлился не на шутку.
   – Кто у вас на планете самый богатый человек?
   – Его Светлость, покойный герцог Эстольд Сиятельный!
   – Кастрат. Ясно.
   Марк пошевелил в воздухе пальцами, обошел застывшего клерка вокруг, вновь встал перед ним.
   – Сформулируем вопрос иначе… Кто у вас самый богатый банкир?
   – Его Светлость, покойный герцог Эстольд Сиятельный!
   – Мать!..
   Злость наместника достигла высшей точки, и вдруг Марк успокоился. Почти мгновенно. Это же Владение! Только Властитель может быть самым богатым банкиром, самым влиятельным промышленником, самым большим землевладельцем. Значит, это он совершил ошибку, задавая неправильно сформулированные вопросы. Попробуем по-другому.
   – Какой из банков самый бедный в городе?
   – Банк «Делмо», ваша светлость!
   Клерк не задумывался ни мгновения, и Марк понял, что на правильном пути. Остальное – потом. А сейчас надо найти главного в этом «Делмо». И поскорей.
   – Где находится офис банка?
   – Второй поворот направо отсюда. Дальше – к центральной площади. Вход со двора здания номер двести двадцать семь, ваша светлость!
   – Отлично!..
   Незуми вдруг сгреб мужчину за лацканы камзола, притянул к себе и прошептал:
   – И чтобы я больше «ваша светлость» ни от кого здесь не слышал, понял?!
   – Да, ваша… Честь…
   Марк отпустил побледневшего, словно смерть, аборигена, махнул охране:
   – Едем в банк «Делмо»!..
   Когда три вездехода с эмблемами Империи замерли во дворе, все, кто видел это, испуганно шарахнулись в стороны. Завоеватели! Они безжалостно перевешали всех аристократов и, похоже, теперь принялись за финансистов… Солдаты в штурмовой броне мгновенно рассыпались в разные стороны, блокировав входы и выходы. Главный среди чужаков двинулся к дверям банка. Кто-то из охраны предупредительно распахнул створки перед высоким чином. Наместник вошел внутрь прохладного вестибюля, осмотрелся по сторонам – типичный провинциальный банк. Стойки, за которыми застыли перепуганные до смерти клерки. Горстка посетителей, забившаяся в углы при виде появившихся жутких фигур в черных доспехах.
   Спокойным шагом Незуми приблизился к одной из служек, выбрав самую симпатичную девушку из всех. Та попыталась вжаться в свое кресло, сделаться как можно незаметней, но под безжалостно холодным взглядом застыла на месте.
   – Я бы хотел видеть главу вашего учреждения.
   – Простите…
   – Скажите ему, что прибыл наместник Империи на вашей планете.
   – Да, господин…
   Незуми отвернулся, чтобы не смущать девчонку, лениво рассматривая интерьер, а та торопливо склонилась к селектору, что-то забормотала неразборчиво.
   – Господин наместник… – Испуганный фальцет за спиной. – Вас ждут. Я вас провожу…
   Марк незаметно показал два пальца начальнику охраны, и тот, кивнув закованной в глухой шлем головой, отрядил с ним двоих бойцов. «Однако местный босс слишком самоуверен! Сам наместник должен подниматься к нему?..» Незуми опять начал злиться, и тем больше, чем больше ступенек преодолевал. Вот наконец и высокие двери. Секретарша, сидящая возле них, вскочила, торопливо распахнула створки, поклонилась. Марк, не глядя на нее, перешагнул порог, открыл было рот:
   – Вам не кажется, уважа…
   И замер на месте. Он ожидал увидеть кого угодно, но только не очень красивую женщину в строгом деловом костюме. Сколько же ей лет? Сорок?.. Пятьдесят?.. С этой медициной и не определишь, мать вашу!..
   Дама поднялась из-за стола, потом зло взглянула на него и процедила сквозь зубы:
   – Вы что-то хотели от моего банка, господин наместник?
   – Я слышал, госпожа…
   Марк выжидательно взглянул на женщину.
   – Рэй Делмо.
   – Так вот, госпожа Рэй Делмо. Я слышал, что у вас здесь можно выпить чашечку хорошего кофе?..

Глава 4

   – К-кофе?!..
   Реакция дамы была именно такой, на которую рассчитывал Незуми.
   – Только кофе?
   Ага. Уже справилась с замешательством. Настороженно взглянула на имперца, склонилась к селектору, потом вновь выпрямилась.
   – Вы пьете с сахаром?
   – Да. Кусочек сахара на одну чашку.
   Банкирша кивнула, продиктовала заказ секретарше, затем, немного успокоившись, показала на кресло для посетителей:
   – Присядьте, пока сварят ваш кофе.
   – Благодарю.
   Незуми отвесил легкий ироничный поклон и устроился на мягкой кожаной подушке. Сидеть было, скажем, непривычно. Хотя и удобно. Директор банка, видимо, это заметила, потому что на ее лице появилась легкая озабоченность.
   – Что-то не так, господин наместник?
   – Нет, что вы! Просто немного не по себе. Жесткие стулья мне гораздо привычнее…
   В дверь почтительно постучали, и на пороге появилась девушка из приемной с подносом в руках. По кабинету разнесся чудеснейший аромат, и Марк довольно улыбнулся, кивнул секретарше:
   – Спасибо.
   Мгновенно в воздухе повисло некое чувство, ощутившееся Незуми буквально физически.
   – Что-то не так?
   И напряженный голос Рэй в ответ:
   – Вы… поблагодарили?!
   – Да. А что не так?
   На этот раз с волнением банкирша справиться не смогла.
   – Судя по запаху, напиток просто великолепен! – как ни в чем не бывало отметил Марк, сделал глоток и даже прикрыл на мгновение глаза от наслаждения: – Браво! Выше всяких похвал!..
   Минуты шли в полном молчании, пока он наслаждался ароматным напитком. Наконец банкирша не выдержала:
   – Так все-таки, господин наместник…
   – Незуми. Марк Незуми. Так меня зовут. Адмирал флота Империи.
   – Империи?.. Флота?.. Адмирал?!
   – Да, госпожа Делмо. Я – военный и в экономике смыслю слабо. Мне порекомендовали вас как честного человека, разбирающегося в финансовых вопросах…
   – И кто же порекомендовал? Мой банк один из самых маленьких в Герцогстве…
   – В Марлитанской провинции, госпожа Делмо! Одной из провинций Империи! А порекомендовали простые люди. Жители вашего города. Согласитесь, для того чтобы даже просто вести дела во Владении, необходимо иметь недюжинный ум и деловую хватку. Разве не так?
   Щеки женщины порозовели от удовольствия. Комплимент сделал свое дело, и она взглянула на Незуми уже без прежнего напряжения.
   – Так что вы хотите от меня, господин адмирал?
   – Хочу предложить вам должность моего экономического советника в Марлитанской провинции. Всего-навсего.
   – Что?! Вы… вы издеваетесь надо мной?!
   – Ничуть, госпожа Делмо. Ни капельки. Как уже сказал, я – военный. Но здесь это уже не нужно. – Марк обвел вокруг рукой. – Как говорит мой Император, завоевать мир – это самое легкое, гораздо труднее удержать его в руках.
   Банкирша бросила на собеседника острый взгляд, затем уголки ее губ чуть дрогнули.
   – Ваш…
   – Наш.
   – Простите… Наш Император, похоже, очень умен. Даже слишком… Вы хотите удержать людей, дав им благополучие?
   – Не только, госпожа советник. – Незуми решил сразу расставить точки над «i». – Мир основывается на трех вещах – это древняя истина – пища, идеология, любовь. Вот составляющие любого государства. Сытые, уверенные в завтрашнем дне граждане. Честные, благородные не по рождению, а по духу. Любящие не только своих близких, но и свою Родину, и своего Императора, который заботится о них не по принуждению или должности, а потому, что не может иначе. Чем плох такой мир? Такое государство?.. Но один человек, даже наш Император, не способен решить все проблемы в одиночку, это просто нереально! И поэтому у него должны быть мудрые, а самое главное – честные советники. Вот я и предлагаю вам, госпожа Делмо, шанс, который бывает раз в жизни, – войти в его ближайшее окружение. Уверяю, что вы не будете разочарованы!
   Женщина была просто ошеломлена до глубины души. Этот чужак… он хоть понимает, что делает?! Не зная человека, предлагать такое? А с другой стороны, он прав… Может, хоть теперь не надо будет таиться и юлить, ловчить и прятаться? И словно в ответ ее мыслям, на лице Марка вновь появилась ироничная улыбка.
   – Не волнуйтесь, госпожа советник. Император мудр, как никто другой в этой Вселенной. Конечно, никто не даст вам один из высших постов в Империи. Потому я и предлагаю начать с самого низа – с одной провинции. Если справитесь здесь, могу гарантировать, что вы не засидитесь на этом месте. Иван де Берг умеет ценить людей не за красивые глаза, а за их умения!
   – Его… Простите, Императора зовут Иван де Берг?!