Баум Лаймен Фрэнк. Удивительный Волшебник Из Страны Оз

   Дороти понимающе кивнула и принялась уписывать хлеб за обе щеки.
   Когда она закончила свой обед. Страшила попросил рассказать ее о себе и своей стране. Дороти рассказала ему о серых степях Канзаса, о том, как ураган забросил ее в эти далекие края. Страшила внимательно слушал, а потом проговорил:
   – Никак не могу взять в толк, почему тебе так хочется покинуть эту замечательную и прекрасную страну и вернуться в унылое, засушливое место, которое ты называешь Канзасом.
   – Ты не можешь понять, потому что у тебя нет мозгов, – ответила девочка. – Мы, люди из плоти и крови, любим жить у себя на родине, даже если есть страны и покрасивее. Нет места лучше, чем родной дом.
   Страшила только вздохнул:
   – Конечно, где уж мне вас понять. Если бы ваши головы, как моя, были набиты соломой, вы бы все отправились жить в прекрасные страны, а ваш Канзас совсем опустел бы. Канзасу сильно повезло, что в нем живут люди с настоящими мозгами!
   – Может, ты тоже расскажешь о себе, пока мы еще не двинулись в путь? – спросила Дороти.
   Страшила взглянул на нее укоризненно.
   – Ты же знаешь, я так недавно живу, что мне нечего и рассказывать. Меня сделали только позавчера. Что было до моего рождения, я не знаю. К счастью, первое, что сделал мой хозяин-фермер, это нарисовал мне уши, и я стал слышать, что происходит вокруг. С ним был другой Жевун, и фермер спросил его:
   – Как тебе уши?
   – По-моему, получились криво, – отвечал тот.
   – Не беда, – отозвался фермер. – Главное, что это уши, а не что-то другое.
   Он был совершенно прав.
   – А теперь я нарисую глаза, – сказал мой хозяин. Сначала он нарисовал правый глаз, и, как только закончил работу, я стал с большим любопытством оглядывать его и озираться по сторонам.
   – Неплохо! – похвалил фермера приятель, внимательно следивший за его работой. – Голубой цвет очень подходит для глаз!
   – Второй глаз я, пожалуй, сделаю побольше, – задумчиво проговорил фермер, и, когда он нарисовал и его, я обнаружил, что вижу гораздо лучше.
   Затем он нарисовал мне нос и рот, но я тогда не заговорил, потому что не знал, для чего нужен рот. Я с интересом смотрел, как они делали мое туловище, руки и ноги. Когда на туловище насадили голову, я очень загордился собой. Я решил, что выгляжу не хуже фермера и его приятеля.
   – Этот парень быстро распугает всех ворон, – заявил фермер. – Он очень похож на человека.
   – Вылитый человек, – согласился его приятель, и я подумал, что он прав. Хозяин взял меня под мышку, отнес на кукурузное поле и посадил на шест. Потом они с приятелем ушли, а я остался один.
   Мне не понравилось, что меня бросили на произвол судьбы, и я попытался пойти вслед за ними, но мои ноги никак не могли достать до земли, и я был вынужден оставаться на этом шесте. Мне было скучно одному – я даже не мог предаться воспоминаниям, потому что мне не о чем было вспоминать. До этого над полем летали птицы, но, увидев меня, они испугались, что пришел человек, и куда-то скрылись. Это мне придало немножко уверенности, я почувствовал себя важной персоной. Но прошло совсем немного времени, и ко мне подлетела старая ворона. Внимательно меня осмотрев, она села мне на плечо и сказала:
   – Неужели фермер вздумал нас провести таким неуклюжим образом? Любая нормальная ворона сразу поймет, что это не человек, а обыкновенное соломенное пугало-страшила. – С этими словами она преспокойно слетела на землю и принялась клевать кукурузу. Другие птицы, увидев, что я не причинил вороне никакого вреда, прилетели обратно и тоже стали угощаться кукурузой.
   Сначала я очень расстроился, так как решил, что я плохое пугало, но та же ворона утешила меня:
   – Если бы в голове у тебя были мозги, а не солома, ты был бы ничуть не хуже этих людей, а может, даже гораздо лучше. Мозги в этой жизни могут сослужить хорошую службу не только человеку, но и вороне.
   Когда вороны улетели, я стал усиленно соображать, и наконец мне пришло в голову, что надо непременно постараться раздобыть мозги. На мое счастье, мимо проходила ты и сняла меня с шеста. Судя по тому, что ты говоришь, мне тоже надо обязательно попасть в Изумрудный Город, вдруг великий Оз даст мне мозги.
   – Надеюсь, что даст, – сказала Дороти. – Раз тебе они так необходимы, он вряд ли откажет.
   – Еще бы! – воскликнул Страшила. – До чего же неприятно знать, что ты безмозглый глупец!
   Тем временем огороженные поля остались позади, и земли, что тянулись по обе стороны дороги, никто не обрабатывал. К вечеру путники пришли в такой дремучий лес, что ветки деревьев по обе стороны дороги из желтого кирпича тесно переплелись. Свет почти не проникал в эту чащобу, идти было трудно, но Дороти и Страшила не останавливались.
   – Если дорога привела нас в лес, рано или поздно она выведет нас из него! – глубокомысленно изрек Страшила. – А поскольку там, где кончается дорога, находится Изумрудный Город, нам все равно надо идти по ней до самого конца.
   – Это само собой разумеется, – сказала Дороти. – Невелика мудрость!
   – Естественно, – согласился Страшила. – Я бы никогда не придумал такого, для чего следовало бы немножко пошевелить мозгами.
   Примерно через час и вовсе стемнело, но путешественники по-прежнему ковыляли по дороге. Дороти почти ничего не видела, Тотошка был в лучшем положении – многие собаки хорошо видят в темноте, а Страшила сообщил Дороти, что ночью видит так же, как и днем. После чего он взял Дороти за руку и повел ее вперед.
   – Если увидишь дом, то скажи, – попросила его девочка. – Нет ничего неприятней ходьбы в потемках, а в доме мы бы могли переночевать.
   Вскоре Страшила остановился.
   – Справа вижу дом! – провозгласил он. – Хижина из бревен, крытая ветками. Может, зайдем?
   – Давай, – обрадовалась девочка. – А то я что-то устала.
   Страшила провел ее к хижине, еле заметной за деревьями. Когда они вошли в нее, то в углу увидели кровать из сухих листьев. Дороти легла и тотчас же заснула крепким сном. Тотошка примостился рядышком. Страшила, который не знал, что такое усталость, встал в другом углу и принялся терпеливо ждать, пока не наступит утро.

5. ОСВОБОЖДЕНИЕ ЖЕЛЕЗНОГО ДРОВОСЕКА

   Когда Дороти проснулась, солнце светило вовсю, и Тотошка весело гонялся по лесу за птицами. Страшила по-прежнему стоял в углу.
   – Надо пойти поискать воду, – сказала Дороти.
   – Это еще зачем?
   – Во-первых, чтобы умыться, во-вторых, чтобы напиться, а то сухой хлеб не лезет в горло.
   – Как трудно жить людям из плоти и крови, – задумчиво проговорил Страшила. – Надо спать, надо есть и пить! Но зато у людей есть мозги и они могут думать.
   Они вышли из хижины и вскоре отыскали прозрачный ручеек. Дороти умылась, напилась и потом позавтракала. В корзинке оставалось совсем немного хлеба, и Дороти была рада, что Страшила обходится без еды – запасов было еле-еле на день.
   Когда завтрак закончился и можно было снова продолжить путешествие, Дороти испуганно вздрогнула: откуда-то неподалеку раздался глухой стон.
   – Что это? – робко спросила она Страшилу.
   – Понятия не имею, – отозвался тот, – но, если хочешь, я могу и посмотреть.
   В эгот момент раздался новый стон. Они пошли гуда, откуда доносились стоны, но, не пройдя и нескольких шагов, Дороти увидела, как среди деревьев что-то блеснуло. Она пустилась бегом и вдруг остановилась как вкопанная, испуганно вскрикнув:
   – Ой, что это?
   Одно из высоких деревьев было надрублено, и возле него с занесенным топором стоял человек, целиком сделанный из железа. У него были руки и ноги, но стоял он совершенно неподвижно, словно не мог пошевелиться.
   Дороти и Страшила удивленно уставились на странного дровосека, а Тотошка громко залаял и попытался укусить его за железную ногу, чуть не сломав при этом зубы.
   – Это ты стонал? – обратилась Дороти к Железному Дровосеку.
   – Да, – отвечал тот. – Я стою здесь и зову на помощь уже целый год, но никто не услышал меня и не пришел.
   – Чем же я могу тебе помочь? – участливо спросила девочка, которой стало очень жалко беднягу.
   – Возьми масленку и хорошенько смажь мои суставы. Они так заржавели, что я не могу пошевелить ни рукой, ни ногой. Если меня как следует смазать, я снова буду в полном порядке. Масленка стоит на полке в хижине.
   Дороти бегом бросилась к хижине и вскоре вернулась с масленкой в руке.
   – Что смазывать? – деловито осведомилась она.
   – Сначала шею, – сказал Дровосек.
   Дороти так и сделала. Шея заржавела настолько сильно, что Страшиле пришлось долго ворочать железную голову туда и сюда, прежде чем ее хозяин сам смог проделать это.
   – Теперь руки, – распорядился Железный Дровосек.
   Дороти смазала суставы-шарниры на руках, а Страшила опять стал ей помогать, то поднимая руки вверх, то опуская, пока ржавчина не отвалилась и они не заработали как надо.
   Железный Дровосек вздохнул с облегчением и опустил топор.
   – Какое счастье! – воскликнул он. – Я стою с занесенным топором уже целый год. Наконец-то я смог его опустить. Ну а теперь, если вы смажете мои суставы-шарниры на ногах, все вообще будет прекрасно.
   Дороти и Страшила выполнили и эту просьбу, и Дровосек снова обрел способность ходить. Он еще раз поблагодарил их за чудесное освобождение, а немного погодя сделал это в третий раз. Он был очень вежливым Железным Дровосеком.
   – Если бы не вы, – говорил он, – я бы стоял здесь, пока не проржавел бы насквозь и не рассыпался в прах. Вы просто спасли мне жизнь. Как вы оказались в этих краях?
   – Мы идем в Изумрудный Город к великому Озу, – сообщила Дороти. – А в твоей хижине мы переночевали.
   – Зачем вам понадобилось видеть Оза? – поинтересовался Железный Дровосек.
   – Я хочу, чтобы он помог мне вернуться в Канзас, а Страшила решил попросить у него немножко мозгов, – сказала Дороти.
   На мгновение Железный Дровосек задумался, потом спросил:
   – Как вы считаете, не смог бы Оз дать мне сердце?
   – Почему бы нет, – ответила Дороти. – Вряд ли ему это труднее, чем дать Страшиле мозги.
   – Пожалуй, – согласился Железный Дровосек. – Тогда, если вы не возражаете, я бы присоединился к вам. Мы пойдем в Изумрудный Город вместе, и я попрошу Оза помочь и мне.
   – Милости просим, – пригласил Страшила, а Дороти добавила, что будет очень рада новому товарищу. Железный Дровосек вскинул на плечо свой топор, и они вместе двинулись по лесу к дороге из желтого кирпича.
   Прежде чем друзья отправились в путь. Железный Дровосек попросил Дороти положить в корзинку его масленку.
   – Если я ненароком попаду под дождь, – пояснил он, – то могу снова заржаветь, и тогда масленка окажется очень кстати.
   Путешественникам очень повезло, что к их компании присоединился Железный Дровосек, потому что довольно скоро они оказались в местах, где деревья росли так густо, что совсем загораживали дорогу. Но Железный Дровосек заработал топором и быстро проделал проход.
   В какой– то момент Дороти так крепко задумалась, что не заметила, как Страшила в очередной раз споткнулся на выбоине и полетел кубарем в придорожную канаву. Ему даже пришлось подать голос, чтобы девочка обратила на него внимание.
   – Почему ты не обошел яму? – удивленно спросил Железный Дровосек.
   – Потому что я плохо соображаю, – весело объяснил Страшила. – У меня в голове не мозги, а солома. Потому-то я и иду в Изумрудный Город к великому Озу.
   – Я тебя понимаю, – отозвался Железный Дровосек. – Но все-таки мозги – это еще не самое главное в нашей жизни.
   – А у тебя есть мозги? – поинтересовался Страшила.
   – Нет, в голове у меня пустота, – признался Дровосек. – Но когда-то у меня были и мозги, и сердце, и, если выбирать, лично я отдаю предпочтение сердцу.
   – Почему? – изумился Страшила.
   – Сейчас я расскажу вам о себе, и вы все поймете.
   Пока они шли через лес. Железный Дровосек рассказывал свою историю.
   – Мой отец был дровосеком. Он рубил лес, продавал дрова и зарабатывал этим на жизнь. Когда я подрос, то тоже стал дровосеком. Потом отец умер, и мне пришлось поддерживать мать. Потом умерла и она. Мне сделалось очень одиноко, и я решил жениться. Я влюбился в одну красивую девушку. Она была готова выйти за меня замуж, но сказала, что я должен заработать деньги и построить новый большой дом. Я стал работать еще больше. Но девушка жила со старой теткой, которой очень не хотелось, чтобы наша свадьба состоялась. Тетка была очень ленивой и понимала, что, если ее племянница уйдет ко мне, ей самой придется вести хозяйство. Поэтому тетка отправилась к Злой Волшебнице Востока и обещала ей двух овец и корову, если та сможет расстроить нашу женитьбу. Волшебница заколдовала мой топор, и однажды, когда я рубил дрова в лесу, топор вдруг вырвался у меня из рук и отрубил левую ногу.
   Сначала это сильно меня огорчило. Я знал, что одноногих дровосеков не бывает. Но я пошел к знакомому кузнецу, и тот выковал мне новую, железную ногу. Железная нога оказалась не хуже, чем настоящая, и я быстро к ней привык.