Байрон (Джордж Гордон Ноэл)

Сарданапал


   Джордж Гордон Байрон
   Сарданапал
   Трагедия
   Перевод Г. Шенгели
   ЗНАМЕНИТОМУ ГЕТЕ
   Иностранец дерзает поднести
   почтительный дар литературного
   вассала сеньеру, первому из
   современных писателей, создавшему
   литературу своей страны и
   прославившему литературу Европы.
   ПРЕДИСЛОВИЕ
   Издавая нижеследующие трагедии {"Сарданапал" и "Двое Фоскари" (Ред.).}, я должен только повторить, что они были написаны без отдаленнейшей мысли о сцене. О попытке, сделанной один раз театральными антрепренерами, общественное мнение уже высказалось. Что касается моего личного мнения, то, по-видимому, ему не придают никакого значения, и я о нем умалчиваю.
   Об исторических фактах, положенных в основу обеих пьес, рассказано в примечаниях.
   Автор в одном случае попытался сохранить, а в другом приблизиться к правилу "единств", считая, что, совершенно отдаляясь от них, можно создать нечто поэтичное, но это не будет драмой. Он знает, что этот взгляд не популярен в английской литературе; но не он выдумал "единства", он только держится мнения, которое еще не особенно давно признавалось законом во всем мире и до сих пор считается таковым в наиболее цивилизованных странах. Но "nous avons change tout cela" {Мы все это отменили (франц.).} и пожинаем теперь плоды отрицания. Автор далек от мысли, что, следуя своему личному убеждению или каким-либо образцам, он может сравниться со своими предшественниками, писавшими правильные или даже неправильные драмы; он только объясняет, почему он предпочел более правильное построение, как бы оно ни было слабо, полному отречению от всяких правил. В неудачах сооружения виноват архитектор, а не принципы его искусства.
   В настоящей трагедии моим намерением было следовать рассказу Диодора Сицилийского. Вместе с тем, однако ж, я хотел, насколько мог, приспособить этот рассказ к закону единств. Вот почему у меня мятеж внезапно возникает и заканчивается в один день, между тем как в истории все это явилось результатом долгой войны.
   ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
   Сарданапал, царь Ниневии, Ассирии и пр.
   Арбас, мидянин, домогающийся престола.
   Белез, халдеянин, прорицатель.
   Салемен, шурин царя.
   Алтада, дворцовый чиновник.
   Панья.
   Зам.
   Сферо.
   Балеа.
   Зарина, царица.
   Мирра, ионийская рабыня, возлюбленная Сарданапала.
   Женщины из гарема Сарданапала, стража, слуги,
   халдейские жрецы, мидяне и т. д.
   Действие в царском дворце в Ниневии.
   АКТ ПЕРВЫЙ
   Зал во дворце.
   Салемен
   Он оскорбил царицу, - он ей муж;
   Он оскорбил сестру мою, - он брат мой;
   Он оскорбил народ, - ему он царь,
   И должен быть я подданным и другом:
   Нельзя ему погибнуть так. Мне ль видеть,
   Что род Немврода и Семирамиды
   Иссяк, - что власть тринадцати столетий
   Закончится, как песня пастуха?
   Ему проснуться б! Ведь не всю отвагу
   Беспечную в изнеженной душе
   Изъел разврат; еще в ней скрыта сила:
   Хоть смята жизнью - не убита; пала,
   Но не погибла в безднах сладострастья.
   Родясь в шатре, он трона б мог достичь;
   Но, будучи рожден монархом, что он
   В наследство сыновьям оставит? - Имя,
   Которое отвергнут сыновья!
   Но все же есть исход. Он искупил бы
   И лень и стыд, на правый путь вернувшись:
   Ведь так легко с него он своротил,
   А неужели управлять народом
   Труднее, чем бесплодно тратить жизнь?
   Труднее войском править, чем гаремом?
   Он вянет в низких радостях; он гасит
   Свой дух и разрушает плоть делами,
   Что ни здоровья не дают, ни славы
   Как их дают охота и война.
   Ему проснуться должно. Но разбудит
   Его - увы! - лишь гром.
   Из внутренних покоев доносится нежная музыка.
   Чу! Лютни, лиры,
   Кимвалы... Похотливое бряцанье
   Игривых струн и сладкий голос женщин
   И тварей тех, кто этих женщин хуже,
   Должны его разгулу эхом быть,
   Затем, что царь, сильнейший из монархов,
   В венце из роз, валяется, небрежно
   Отбросив диадему, чтоб ее
   Взял первый, кто схватить ее посмеет.
   Вот, показались... Душным ароматом
   Уже несет от раздушенной свиты;
   Вот жемчуга разряженных наложниц
   Хор и совет его - уже сверкают
   Вдоль галерей; и меж распутниц - он!
   Он! Женщина лицом и платьем - внук
   Семирамиды! Он! Не царь - царица!
   Все ближе он... Остаться? Да! И встретить,
   И повторить, что говорят о нем
   Все честные... Идут рабы; ведет
   Их государь, сам подданным их ставший!
   Входит Сарданапал, женственно одетый; голова его увенчана
   цветами, одежда небрежно развевается; его сопровождает свита из
   женщин и юных рабов.
   Сарданапал
   (обращаясь к некоторым из свиты)
   Гирляндами беседку над Евфратом
   Украсить, осветить и все доставить
   Для пиршества парадного. Мы в полночь
   Там будем ужинать. Наладить все.
   И пусть галеру приготовят. Веет
   Прохладный ветер, зыбля гладь речную.
   Мы отплывем. А вам, прекрасным нимфам,
   С кем я делю досуг мой сладкий, должно
   Увидеться со мной в тот час блаженный,
   Когда сберемся мы, как звезды в небе,
   Чтоб вам светлей, чем звезды, заблистать.
   До тех же пор свободны вы. А ты,
   Ионянка возлюбленная, Мирра,
   Уйдешь или останешься?
   Мирра
   Властитель!
   Сарданапал
   "Властитель"! Жизнь моя! Что за холодный
   Ответ! Проклятие царей - такие
   Ответы! Госпожа себе и мне,
   С гостями ль ты уйдешь, или меня
   Вновь опьянишь?
   Мирра
   Как повелит мой царь.
   Сарданапал
   Не говори так! Нет мне счастья выше,
   Чем исполнять твою любую прихоть.
   Не смею я шептать мои желанья,
   Боясь твоей покорности: ты слишком
   Спешишь мечтою жертвовать другим.
   Мирра
   Я остаюсь. Я счастлива, лишь видя,
   Что счастлив ты. Но только...
   Сарданапал
   Что же "только"?
   Преградою меж нами может быть
   Твое лишь, дорогое мне, желанье.
   Мирра
   Мне кажется, настал обычный час
   Совета. Мне бы лучше удалиться.
   Салемен
   (выступая вперед)
   Ионянка права: ей здесь не место.
   Сарданапал
   Кто говорит? Ты, брат мой?
   Салемен
   Брат царицы,
   Тебе же, царь мой, преданный слуга.
   Сарданапал
   (обращаясь к свите)
   Как я сказал, вы все теперь свободны
   До полночи, когда прошу явиться.
   Свита удаляется.
   (К повернувшейся уходить Мирре.)
   Как? Разве ты уходишь, Мирра?
   Мирра
   Царь,
   Ты не сказал: "Останься".
   Сарданапал
   Я прочел
   Желанье это в ионийском взоре,
   Который так я знаю!
   Мирра
   Царь, ваш брат...
   Салемен
   Брат по жене, наложница! Меня ты
   Зовешь, не покраснев?
   Сарданапал
   Не покраснев?
   Ни глаз, ни сердца у тебя! Она
   Зарделась, как закат в горах Кавказа,
   Оттенки розы льющий на снега,
   И ты ее коришь, слепец холодный,
   Того не видя!.. Как, ты плачешь, Мирра?
   Салемен
   Пусть плачет: есть о чем поплакать ей,
   Из-за кого другие горше плачут.
   Сарданапал
   Будь проклят, кто ее довел до слез!
   Салемен
   Не проклинай себя: и так мильоны
   Тебя клянут.
   Сарданапал
   Забылся ты! Смотри,
   Я вспомню, что я царь!
   Салемен
   О, если б!
   Мирра
   Царь мой,
   И вы, мой князь, позвольте мне уйти.
   Сарданапал
   Ну что ж - иди, коль нежный дух твой ранен
   Столь грубо. Только помни: мы должны
   Вновь свидеться. Мне легче трон утратить,
   Чем радость - быть с тобой.
   Мирра уходит.
   Салемен
   Смотри, чтоб разом
   Не утерять и трон, и радость!
   Сарданапал
   Брат!
   Я - видишь? - сдержан, слыша речь такую,
   Но все ж не выводи меня за грани
   Натуры мягкой.
   Салемен
   Именно за грани
   Натуры слишком мягкой, слишком дряблой
   Хочу повлечь тебя и разбудить,
   Хотя б себе во вред!
   Сарданапал
   Клянусь Ваалом,
   Меня тираном хочет сделать он!
   Салемен
   А ты - тиран! Не только там тиранство,
   Где кровь и цепи. Деспотизм порока,
   Бессилье и безнравственность излишеств,
   Безделье, безразличье, сладострастье
   И лень - рождают тысячи тиранов,
   Что за тебя свирепствуют, стократ
   Превосходя злодейства одного
   Жестокого и властного монарха.
   А ложный блеск твоих причуд развратных
   Не меньше яд, чем тирания слуг,
   И подрывает пышный твой престол
   И все его опоры. Враг ворвется ль,
   Иль разразится внутренний мятеж
   И то, и то губительно. Народ твой
   Врага не сможет отразить, а к бунту
   Скорей примкнет, чем усмирит его.
   Сарданапал
   Кто дал тебе стать голосом народа?
   Салемен
   Забвение обид сестры-царицы;
   Любовь к племянникам-малюткам; верность
   Царю (она понадобится вскоре
   Ему на деле); память о Немвроде;
   И что еще, чего не знаешь ты.
   Сарданапал
   А что?
   Салемен
   Тебе неведомое слово.
   Сарданапал
   Скажи; люблю учиться.
   Салемен
   Добродетель.
   Сарданапал
   Неведомое?! Да оно завязло
   В ушах - противней воя черни, хуже
   Трубы визгливой! Лишь его твердит
   Сестра твоя!
   Салемен
   Ну, прочь от скучной темы;
   Послушай о пороке.
   Сарданапал
   От кого?
   Салемен
   От ветра хоть бы: в нем народный голос.
   Сарданапал
   Ты знаешь: добр я и терпим; скажи мне:
   Чем движим ты?
   Салемен
   Бедой тебе грозящей.
   Сарданапал
   Какой?
   Салемен
   Твои народы (их немало
   В твоем наследье) все тебя хулят.
   Сарданапал
   _Меня?_ Чего ж хотят рабы?
   Салемен
   Царя.
   Сарданапал
   А я?
   Салемен
   Для них - ничто; по мне, ты мог бы
   Стать чем-нибудь.
   Сарданапал
   Крикливые пьянчуги!
   Чего им нужно? Мир... довольство...
   Салемен
   Мира
   Так много, что - позор; довольства ж - меньше,
   Чем полагает царь.
   Сарданапал
   А кто виной?
   Лжецы-сатрапы, правящие дурно.
   Салемен
   И царь отчасти, кто вовек не глянет
   Поверх дворцовых стен, а если выйдет,
   То лишь затем, чтоб летний зной избыть
   В одном из горных замков... О Ваал,
   Великую империю ты создал
   И богом стал иль славою как бог
   Сверкал века! А царь, твоим потомком
   Слывущий, никогда не поглядел
   Как царь на царство, нам тобой, героем,
   Добытое, - твоим трудом, и кровью,
   И гибелью! А для чего? Платить
   Налоги для пиров, для лихоимства
   Любимцев!..
   Сарданапал
   Знаю! Надо, чтоб я стал
   Воителем? Созвездьями клянусь,
   Оракулом халдеев, заслужили
   Рабы неугомонные, чтоб я
   Их проклял и повел навстречу славе!
   Салемен
   А почему же нет! Семирамида,
   Хоть женщина, водила ж ассирийцев
   На светлый Ганг?
   Сарданапал
   О да. Но как вернулась?
   Салемен
   Как муж и как герой. Отбитой, но
   Непобежденной. С двадцатью бойцами
   Отход свершила в Бактрию.
   Сарданапал
   А сколько
   Осталось пищей коршунам индийским?
   Салемен
   Молчит историк.
   Сарданапал
   Ну, так я скажу!
   Ей лучше б выткать двадцать платьев, сидя
   В своем дворце, чем с двадцатью бойцами
   Бежать, покинув мириады верных
   Стервятникам, волкам и людям. (Люди ж
   Свирепей прочих.) И вот это - слава?
   Мне лучше быть безвестным навсегда!
   Салемен
   Воителям не всем такой удел.
   Семирамида, ста царей праматерь,
   Из Индии бежала, но зато
   Мидян включила, персов и бактрийцев
   В державу ту, которой управляла,
   Которой править _мог бы_ ты.
   Сарданапал
   Я - _правлю_,
   Она лишь покоряла.
   Салемен
   Скоро будет
   Нужнее меч ее, чем скипетр твой.
   Сарданапал
   Был некий Вакх; о нем я от моих
   Гречанок слышал; был он божеством,
   Но греческим, - чужим для наших капищ,
   И захватил он Инд золотоносный,
   О коем ты болтаешь, где была
   Побеждена Семирамида.
   Салемен
   Слышал:
   И этот человек, ты видишь, богом
   Прослыл за подвиг.
   Сарданапал
   Я не человека
   Сейчас почту, а бога. Виночерпий!
   Салемен
   Что царь задумал?
   Сарданапал
   Должен быть почтен
   Наш новый бог и древний покоритель.
   Вина!
   Входит виночерпий.
   Сарданапал
   Подать мне кубок золотой,
   В алмазах весь, что чашею Немврода
   Слывет. Беги, наполни, принеси.
   Виночерпий уходит,
   Салемен
   Вслед за бессонной оргией не время
   Вновь пить.
   Возвращается виночерпий, неся вино.
   Сарданапал
   (беря кубок)
   Мой благородный родич! Если
   Не лгут нам греки - варвары с далеких
   Окраин царства нашего, - то Вакх
   Завоевал всю Индию, не так ли?
   Салемен
   Да, и за это назван богом.
   Сарданапал
   Нет,
   Не так. Следы его завоеваний
   Два-три столпа (я их достать бы мог,
   Не пожалей затрат на перевозку),
   Все, что осталось от потоков крови,
   Им пролитой, держав, им сокрушенных,
   Сердец, разбитых им! А в этом кубке
   Его бессмертье - в той лозе бессмертной,
   Чью душу первым выжал он и дал
   На радость людям, как бы в искупленье
   Свершенных им блистательных злодейств.
   Без этого он был бы просто смертный,
   В простом гробу, и, как Семирамида,
   Чудовищем в людской личине, с блеском
   Обманной славы. Он вину обязан
   Божественностью; дай ему в тебя
   Влить человечность! Братец мой ворчливый,
   Хлебнем за греческого бога!
   Салемен
   Дай мне
   Все царство - я не надругаюсь так
   Над верой предков!
   Сарданапал
   Для тебя - герой он,
   За то, что пролил море крови, но
   Не бог - создавший чары из плода,
   Что гонят скорбь и старость молодят,
   И вдохновляют юность, и забвенье
   Дают усталым и отвагу робким,
   Сменяя новым скучный этот мир.
   Ну, за тебя я пью и за _него_,
   За подлинного человека: он
   Все сделал, доброе и злое, чтобы
   Дивить людей.
   (Пьет.)
   Салемен
   Не рано ль начинаешь
   Твой пир?
   Сарданапал
   А что ж? Пир всех побед приятней:
   Пьют, а не плачут. Впрочем, цель моя
   Была иной: коль за мое здоровье
   Не хочешь выпить - продолжай.
   (К виночерпию.)
   Иди,
   Мой мальчик.
   Виночерпий уходит.
   Салемен
   Дай с тебя стряхнуть мне спячку,
   Пока мятеж тебя не пробудил.
   Сарданапал
   Мятеж? Какой? И чей? Причина? Повод?
   Я царь законный; род мой искони
   Был царским. В чем я пред моим народом
   Иль пред тобой виновен, что меня ты
   Бранишь, а он бунтует?
   Салемен
   В чем виновен
   Ты предо мной - я умолчу.
   Сарданапал
   Царицу,
   Ты думаешь, я оскорбил?
   Салемен
   Что ж _думать?_
   Да, оскорбил!
   Сарданапал
   Терпенье, князь! Послушай:
   У ней - вся власть, весь блеск, присущий сану,
   Почет, опека над наследным принцем,
   Все блага, что царице надлежат.
   Я стал ей мужем ради нужд престола,
   Любил - как любит большинство мужей.
   Но если вы считали, что я буду
   С ней связан, как мужик халдейский с бабой,
   То вы людей, монархов и меня
   Не знали.
   Салемен
   Стоит ли нам спорить? Род наш
   До жалоб не снисходит, а сестра
   Ничьей любви не станет домогаться,
   Хотя бы царской. И не примет страсти,
   С распутными рабынями делимой.
   Она молчит.
   Сарданапал
   Что ж разговорчив брат?
   Салемен
   Я - эхо всей империи твоей,
   Чей трон непрочен под царем ленивым.
   Сарданапал
   Рабы неблагодарные! Роптать,
   Что я не лил их кровь, что не водил их
   В пески пустыни дохнуть, их костями
   Не убелял прибрежий топких Ганга,
   Не истреблял мечом законов диких,
   Не гнул их на постройке пирамид
   Иль вавилонских стен!
   Салемен
   Но это все
   Достойней государя и народа,
   Чем петь, плясать, блудить и пить, и тратить
   Казну, и добродетель попирать.
   Сарданапал
   И у меня заслуги есть: я за день
   Два города построил - Анхиал
   И Тарс. А ведьма, бабушка моя,
   Семирамида, жадная до крови,
   Она тотчас разрушила бы их!
   Салемен
   Твои заслуги чту я: ради шутки
   Два города воздвиг ты, осрамив
   Их и себя постыдными стихами.
   Сарданапал
   Себя! Да оба города не стоят
   Стихов таких, клянусь Ваалом! Можешь
   Бранить меня, мой нрав, мое правленье,
   Но не стихи с их правдою святой!
   Вот эта надпись, где в словах коротких
   Оценена вся жизнь: "Сарданапал,
   Сын Анасиндаракса, царь, построил
   За день единый Анхиал и Тарс.
   Ешь, пей, люби. Все прочее не стоит
   Щелчка".
   Салемен
   Достойная мораль и мудрость,
   Народу возвещенная царем!
   Сарданапал
   Ну да! Прочесть хотел бы ты иное:
   "Страшись царя; плати в его казну;
   Служи в его фалангах; жертвуй кровью;
   Пади во прах, встань и ступай: трудись".
   Или такое: "Царь Сарданапал
   Здесь умертвил своих врагов сто тысяч;
   Вот их гроба - его трофей". Но это
   Воителям оставлю я. С меня
   Довольно, если подданным моим
   Гнет жизни облегчу и дам в могилу
   Сойти без воплей. Вольности мои
   Народу не запретны. Все мы люди.
   Салемен
   Твоих отцов - богами чтили...
   Сарданапал
   В прахе
   Могильном, где ни смертных, ни богов!
   Оставь твердить об этом! Черви - боги;
   По крайней мере кормятся богами
   И дохнут, все сожрав, А боги предки
   Простые люди. Вот я - их потомок;
   Во мне - одно земное и ни капли
   Божественного; разве только склонность,
   Тебе столь неприятная: любить,
   Быть милосердным и безумства ближних
   Прощать, а также (человечья слабость)
   Свои.
   Салемен
   Увы! Подписан приговор
   Великой, несравненной Ниневии!
   О горе, горе!
   Сарданапал
   Что тебя страшит?
   Салемен
   Тебя враги подстерегают. Буря
   Вот-вот ударит и сметет тебя,
   Твой трон и нас! И для потомков Бэла
   Все нынешнее станет _прошлым_ завтра.
   Сарданапал
   Чего ж бояться нам?
   Салемен
   Измены дерзкой,
   Тебе силки расставившей. Но можно
   Еще спастись. Уполномочь меня
   Печатью царской на борьбу с крамолой,
   И головы твоих врагов сложу я
   К твоим ногам.
   Сарданапал
   Так... Много?
   Салемен
   Что считать,
   Когда твоей грозят? Дай власть мне; дай
   Твою печать и вверь мне остальное.
   Сарданапал
   Нет, жизнь людей не принесу я в жертву.
   Жизнь отнимая, мы не знаем - что мы
   Даем и что берем.
   Салемен
   И ты не хочешь
   Взять жизнь врага, грозящего твоей?
   Сарданапал
   Вопрос нелегкий. Все же отвечу: нет!
   Нельзя без казней разве? Но кого ты
   Подозреваешь? Заключи под стражу.
   Салемен
   Не спрашивай, прошу тебя; не то
   Ответ мой побежит в толпе болтливой
   Твоих любовниц, облетит дворец,
   Проникнет в город, и тогда - пропало.
   Доверься мне.
   Сарданапал
   Доверюсь, как всегда.
   Возьми печать.
   (Дает ему перстень.)
   Салемен
   Еще прошу...
   Сарданапал
   О чем?
   Салемен
   Пир отменить, назначенный на полночь
   В беседке над Евфратом.
   Сарданапал
   Отменить?!
   Нет! Хоть бы все мятежники сошлись!
   Пускай приходят с мерзостью любою
   Не отступлю! Из-за стола не встану
   Ни мигом раньше, кубка не отвергну,
   Ни розой меньше не возьму, ни часом
   Не сокращу веселья! Не боюсь!
   Салемен
   Но ты б вооружился, если надо?
   Сарданапал
   Пожалуй. У меня прекрасный панцирь
   И меч, закалки той же; лук и дротик,
   Что и Немвроду подошли б, - немного
   Тяжеловаты, но удобны. Кстати:
   Как я давно не пользовался ими,
   Хоть на охоте! Ты их видел, брат?
   Салемен
   Да время ли для вздора и фантазий!
   Возьмешь оружье в должный час?
   Сарданапал
   Возьму ли?
   О, если чернь нельзя ничем полегче
   Смирить - за меч возьмусь, пока она
   Не взмолится, чтоб он стал прялкой!
   Салемен
   Люди
   Твердят, что прялкой стал твой скипетр.
   Сарданапал
   Ложь!
   Но пусть. У древних греков, о которых
   Рабыни мне поют, болтали то же
   О первом их герое, о Геракле,
   Омфалу полюбившем. Видишь: чернь
   Всегда и всюду рада клеветать,
   Чтобы царей унизить.
   Салемен
   Не болтали
   Такого о твоих отцах.
   Сарданапал
   Не смели.
   Труд и война уделом были их.
   И цепь они на латы лишь сменяли.
   Теперь у них - мир, и досуг, и воля
   Пить и орать. Пускай! Мне все равно.
   Одной улыбки девушки прекрасной
   Я не отдам за все восторги черни,
   Венчающей ничтожных! Что мне в реве
   Презренных стад отъевшихся, чтоб я
   Ценил их мерзкие хвалы иль дерзкой
   Боялся брани?
   Салемен
   Это люди - сам ты
   Сказал, сердца их...
   Сарданапал
   И у псов сердца,
   Но лучше, ибо преданней. Но к делу.
   Ты взял печать; коль вправду будет бунт,
   Уйми его, но не жестоко, если
   Не вынудят. Мне гадко причинять
   Или, терпеть страданье. Мы и так
   И раб ничтожный, и монарх великий
   Страдаем вдоволь; груз природных бедствий
   Не прибавлять друг другу мы должны,
   А облегчать взаимно роковое
   Возмездье, отягчающее жизнь.
   Им это неизвестно или чуждо.
   Я сделал все, чтоб легче было им:
   Я войн не вел, я не вводил налогов,
   Я не вторгался в их домашний быт,
   Я позволял им жить по их желанью
   И сам так жил.
   Салемен
   Но забывал о долге
   Царя; вот и кричат они, что ты
   Быть государем неспособен.
   Сарданапал
   Ложь!
   К несчастью, я лишь к этому и годен,
   Не то последний бы мидиец мог
   Меня сменить.
   Салемен
   И есть один мидиец,
   Задумавший такое.
   Сарданапал
   Ты о чем?
   Ты - скрытен; ты вопросов не желаешь,
   А я не любопытен. Действуй сам;
   Коль нужно будет, окажу поддержку,
   Все утвержу. Никто сильней меня
   Не жаждал править мирными и мирно;
   Но если гнев разбудят мой, то лучше б
   Им грозного Немврода воскресить,
   "Великого Охотника"! Все царство
   Я превращу в загон, травя зверей,
   Кто _были_, но не _пожелали_ быть
   Людьми! Они во мне иное видят.
   Не то, что есть; но если стану тем,
   Кого им _надо_ - худшее свершится,
   И пусть самих себя благодарят!
   Салемен
   Что? проняло?
   Сарданапал
   Кого ж неблагодарность
   Не проняла б?
   Салемен
   Отвечу делом я.
   Храни в душе проснувшуюся силу,
   Она дремала, но не умерла,
   И ты свой трон еще прославить можешь
   И полновластно царствовать! Прощай.
   (Уходит.)
   Сарданапал
   (один)
   Прощай! Ушел с моим кольцом на пальце,
   Заменой скипетра. Он так же крут,
   Как я уступчив. Но рабам мятежным
   Нужна узда!.. Не знаю, в чем опасность.
   Но он открыл, пусть он и устранит.
   Ужели жизнь, столь краткую, мне тратить,
   Чтоб охранять ее от сокращенья?
   Она того не стоит. Это значит
   До смерти смерть; жить, опасаясь смерти,
   Ища мятеж, подозревая близких
   За близость их, а дальних за далекость.
   Но если им дано меня смести
   С лица земли и с трона - что такое
   Трон и земля здесь на земле? Я жил,
   Любил и образ множил мой; а смерть
   Такое же естественное дело,
   Как этот вздор. Да, я не лил морями
   Кровь, чтобы имя превратить мое
   В синоним смерти, ужаса и славы,
   Но не раскаиваюсь, жизнь моя
   В любви. И если кровь пролить я должен,
   То - против воли. До сих пор ни капли
   Не вытекало из ассирийских жил
   Из-за меня: гроша я не истратил
   Из всей казны на то, что хоть слезы
   Могло бы стоить подданным моим.
   Их я берег - и стал им ненавистен,
   Не угнетал - и вот растет мятеж.
   О люди! Им коса нужна, не скипетр;
   Косить их нужно, как траву, не то
   Взойдет бурьян и жатва недовольства
   Гнилая почву тучную отравит
   И житницу в пустыню превратит!..
   Не стоит размышлять! Эй, кто там!
   Входит слуга.
   Раб,
   Скажи гречанке Мирре, что мы жаждем
   Быть с нею.
   Слуга
   Царь, она пришла.
   Входит Мирра.
   Сарданапал
   (слуге)
   Ступай.
   (К Мирре.)
   О милая! Мое ты сердце слышишь:
   В нем образ твой возник, - и ты пришла!
   Позволь мне верить, что меж нами есть
   Оракул нежный, сладостным влияньем
   Влекущий нас, когда мы врозь, - быть вместе.
   Мирра
   Верь: есть.
   Сарданапал
   Я знаю, но назвать не в силах.
   Что это?
   Мирра
   Бог - на родине моей;
   В душе моей - как будто чувство бога
   Высокое! Но это чувство смертной;
   Смиренье в нем, хотя и счастье, - или
   Должно быть счастье, но...
   (Умолкает.)
   Сарданапал
   Опять преграда
   Меж нами и мечтой о счастье! Дай мне
   Ее смести (встающую в твоей
   Заминке), счастье дав тебе, и этим
   Свое упрочить.
   Мирра
   Государь мой!
   Сарданапал
   Вечно
   "Мой государь", "мой царь", "мой повелитель"!
   Смиренье, робость! Никогда улыбки
   Не вижу - разве на пиру безумном,
   Когда шуты, напившись, позабудут
   Приличия, и с ними я сравняюсь
   В скотстве! О Мирра! Все названья эти
   "Царь", "государь", "властитель", "повелитель"
   Могу я слышать и, в былом, ценил.
   Верней - терпел в устах рабов и знати;
   Когда же их лепечут губы милой,
   Целованные мною, - в сердце холод
   Проходит, леденящее сознанье,
   Что ложь - мой титул, если чувство душит
   В моей любимой! Хочется тогда
   Сорвать с себя докучную тиару
   И в хижине кавказской поселиться
   С тобою, и венком сменить венец!
   Мирра
   О, если б так!
   Сарданапал
   И ты того же хочешь?
   А почему?
   Мирра
   Неведомое мог бы
   Ты там узнать.
   Сарданапал
   А что же?
   Мирра
   Цену сердца;
   О женском говорю.
   Сарданапал
   Но я изведал
   Их тысячи и тысячи.