В Днях Творения строился Престол Всевышнего. В День Делания начинается, как и учил Гиллель, строительство Его Дома. Престол Всевышнего религиозно переживается в чувстве благоговения, в чувстве экзистенциальной пропасти, лежащей между человеком и его Создателем. По этому чувству человеку невозможно обратиться к Творцу, обратиться с молитвой, с просьбой, обратиться "на ты". Дом Всевышнего, который воздвигается в День Делания, предполагает совершенно другое религиозное отношение к Нему. Тут доминирует не религиозное ощущение Кого-то предельно (запредельно) величественного и недоступного, но --аhава, любовь, любовь к Богу.
   Итак, идет описание "йом асот", Дня Делания. Читаем дальше, стих пятый главы второй:
   "И всякое (вехоль) произрастание (сиах) поля (hа садэ) еще не ( тэрэм) будет (иhе -- будущее время) на земле (арец) и всякая трава поля еще не (тэрэм) выросла, потому что не пролил дождем (hимтир) Господь Бог на землю (hа арец), и человека нет работать (авод) землю (hа адама)" (Б.2:5).
   О каком дожде идет тут речь? Не о природном дожде-гешем, идущем от нижних вод, а о дожде-матар -- от слова "мата", вниз, спускаться -- идущем от верхних вод, откуда и осуществляется Присмотр Господа Бога. Мудрецы говорят, что ключи от дождя, как и ключи от рождения, не переданы посредникам или посланникам, а находятся в руках Всевышнего. Дождь-матар -не просто вода с неба, этот дождь связан с действиями человека и зависит от того, что в духовном смысле происходит с ним. Символично, что земля Исраэля получает воду не от реки, как земля Египта, а от дождя.
   Есть отношение человека к Земле и есть отношение Всевышнего к человеку, работающему на Земле. Нет человека (адам) работать (лаавод) землю (hа адама) -- нет и дождя-матар от Него на Землю (hа арец). "Авода" -- не труд (амаль), а работа, в которой человек отказывается от себя и служит другому -- Земле ли, или Тому, Кто дает ему работу. Авода -- работать как служить. Нет рабочей службы человека на земле -- нет матар от Всевышнего, -- а потому "еще не будет" (тэрэм иhе) произрастать трава поля.
   Растительность выведена Землею на Третий День Творения, но вот наступает День Делания и сам по себе ее рост уже не нужен, пока "еще не будет" человека работать Землю.
   Слово "сиах" -- плотское произрастание -- употребляется и в другом значении. В духовном смысле "сиах" это определенный род обращения человека к Богу, Иногда это слово переводят словом "медитация", но не в восточном смысле самопогруженности сознания, а как та сосредоточенность и отрешенность, с которой Ицхак (Исаак) выходил работать в поле (садэ), чтобы обратиться к Богу.
   Земля (адама), чтобы окончательно пробудиться в Мире, должна проявиться в поле -- стать почвой. Поле для Ицхака -- там, где он сеет, где он молится, где беседует с Богом. Жизнь в поле Земли есть для него религиозное действие и духовный опыт. "Сиах" -- это такое действие, в результате которого возникает плод, пусть и невидимый.
   Значение слова "садэ" (поле) -- нечто среднее между значениями двух слов: "шад", грудь, материнская грудь и "цайд", ловля.
   "Шад" -- естественное кормление грудью; "цайд", как всегда показывает буква "цади", есть в каком-то смысле неестественное кормление посредством ловли; "садэ" -- некоторая середина: та часть кормилицы земли, которая потому-то и называется "полем", что она питает человека только при условии, что он ее обрабатывает (кстати, лингвистическая цепочка: "ш" - "ц" - "с" на иврите ведет от полюсов к середине).
   Слова "авода" (рабочая служба), "сиах" (обращение к Богу в духе) и "садэ" (поле, питающее от работы на нем) вместе заключают в себе глубинный смысл Дня Делания.
   Господь Бог готовится создать существо, с которым можно общаться и которое способно обращаться к Нему с тем, что по-еврейски называется "тфила" и что на старославянский язык точно переведено словом "молвить", совершать молитву. Молитва -- это не просьба, а определенное состояние души, в котором человек выносит Богу свое сознание и, вместе, свое служение Ему. Богу нужен некий "другой", который способен обращаться к Нему.
   Не может быть -- в духовном смысле "еще не будет" -- произрастания поля (сиах садэ) и ничего не вырастет на Земле (арец) в День Делания, пока нет человека, нет его духовной работы и его работы на земле (hа адама), благословленной от высших вод.
   Следующий стих, шестой, продолжает предыдущий, но как бы раскладывается на две части:
   "И пар (эд) поднимается (йаале -- будущее время) от Земли (hа арец)" -вот первая часть; и вторая часть: "и напоил (hишака --прошедшее время) все лицо земли (hа адама)".
   Строение первой части фразы указывает на то, что слово "эд" мало понимать в смысле материального пара, посредством которого происходит орошение. Это такое "эд", которое будет подниматься, когда будет создан человек. В духовном значении "эд" --это опять-таки молитва, вернее, особый ее аспект: молитвенное "разбивание сердца" человека, отказывающегося от себя в общении с Богом. Такое "эд" и будет подниматься от Земли к Нему. Тут дано направление всей работы Дня Делания -- по второй половине дуги, где Небо пьет от Земли.
   Другая часть стиха шестого указывает на естественный природный процесс, орошающий почву (адама), место природной работы человека (адама).
   Есть распространенное заблуждение, по которому слово "адам", человек, образовано от слова "адама", земля. Это не так и лингвистически и по смыслу. "Адама" от "адам", но никак не наоборот. Адама -- это именно та земля, на которой адам призван работать. Другое дело, что человек, адам, взят от земли, адама, и она присутствует в нем в качестве "афар", его плотского начала, покрова души. Адама есть сфера жизни и работы адама. Перед творением человека (Б.1:25) Бог создал и диких зверей, и беhема, и пресмыкающихся на земле (адама), то есть именно на той земле, на которой, руководя всем живущим, станет жить и работать человек.
   Слово "адам" явно родственно слову "адом", что значит "красный". Красный есть цвет, то есть вид света: свет преломленный и цвет огня. Мистики говорят о "темном огне" -- изначальной Тьме. В красном свете (в котором и пленку проявлять можно) свет и тьма как бы вместе. Это то, что называется "Свет во Тьме светит", -- одно из самых пронзительных определений сущности человека.
   Слово "адам" родственно слову "hа дом" -- та самая подставка, о которой говорил Шамай. В этом мире человек -- вместо Бога, назначен делать Его дело, для Него и отчасти вместо Него.
   Наконец, адам родственно слову "дома", что значит "уподобление". В задачу человека входит уподобление Богу. Человек -- тот, кто делает Его подобие в этом Мире.
   2
   "И сформировал (вайицер) Господь Бог человека из праха земного и вдохнул в него дыхание жизни, и стал человек душою живою" (Б.2:7).
   Слово "йецер", сформировал, означает действие на уровне Иецира, то есть формирование, создание проекта или матрицы. Это слово связано со словом "иасар", нравственное наставление, и со словом "иашар", прямой (прямой путь). Действие йецер -- такое формирование, которое в своих контурах направлено к определенной цели.
   Но -- посмотрите внимательно на это слово. Уникальный случай: оно в этом стихе написано с двумя буквами "йод": "йийецер"! Во всех других местах -- и где говорится о создании животных, и даже в следующем восьмом стихе, где еще раз упоминается создание человека -- везде это слово пишется с одним "йод" ('). В отличие от животного, человек сформирован двумя началами, он двуедин изначально. В нем есть начало формирования, йецер, идущий, как у животного, снизу, от Земли, и есть начало формирования, йецер, идущий сверху, от Неба. Это-то и зафиксировано в начертании слова "йийецер".
   Каковы же эти два начала? Одно начало формирования -- это "афар мин hа адама", из праха земного. "Афар" -- тонкий покров Земли, ее летучая часть, ее прах. Первый йецер человека -- от Земли, из адама.
   Про другое начало формирования человека сказано так:
   "вайипах бе-апав нишмат хаим", и вдохнул в его лицо дыхание жизни.
   Второе, идущее сверху формирующее начало человека, -- это то дыхание жизни, которое `Гашем Элоким вдохнул в лицо его. Дыхание Бога в человеке и есть для него дыхание Жизни.
   В человеке различимы два начала, две души. Одна -- животная душа, нефеш, выводимая Землею. И другая -- дыхание Бога, нешама, выводимая Богом. Нешама -- "Божественная доля свыше" (Иов31:2) в человеке. Нешама изошла от Бога и стала в человеке высшей душой, связывающей человека с Богом. Подлинная Жизнь для человека -- это жизнь нешама. Добро увеличивает эту Жизнь, зло -- уменьшает. Высшую душу человека нельзя не различить; она видна в человеческих глазах, в его лице, которое и выделяется тем, что в нем, в отличие от животного обличия, светится одухотворенность, вдуновение Божие, делающего человека человеком.
   Есть два слова для обозначения "лица". Язык различает лицо, обращенное к Миру -- "паним" и лицо, вбирающее в себя Мир --"апаим"; о нем-то и говорится здесь ("апав"). Нешама вдунута в человека обращенного вглубь себя и вбирающего в себя Мир.
   "и стал человек (вайhи hа адам) душою живою (ле нефеш хая)" (Б.2:7).
   И у животного есть нефеш хая, живая душа, но человек, в отличие от животного, становится душевно живым только после того, как в его обращенное вглубь лицо вдунута нешама. Живая душа человека -- от дыхания Бога. Без нешама человек перестает быть человеком, но не превращается в животное. Животное следует своему закону. Человек же без нешама -- существо противозаконное и непутевое; это уже не человек -- мертвый душою и воплощающий зло. Так что жизненность человека -- не от Земли, из которой он взят, а от дыхания Бога.
   Нефеш присуще сознание оторванности "я" от "не-я", от всего, что не есть "я". Такого сознания оторванности в нешама как центре Я нет. Нешама причастна Богу, сознает свою нераздельность с духовным миром и сама обитает в мире Творения, Замысла Бога, на уровне Бриа. Нешама несет в себе Замысел Бога на человека.
   Нельзя сказать, что два формирующих начала, два йецера, легко уживаются в человеке. И у нефеш человека есть чувство себя, свое чувство-сознание жизни, и у нешама есть чувство-сознание Я. Каждое из этих начал желает благо себя и выставляет ударение на себе. Их противостояние, бывает, раздирает человека и всегда создает в нем ту напряженность душевной жизни, ту внутреннюю борьбу с собой, в которой горит его дух, находящийся на службе Господа. Это есть рабочее напряжение, в котором растет и созревает плод -то, ради чего и сотворен человек.
   Вся мудрость человеческой жизни заключена в решении вопроса взаимоотношений его нефеш и его нешама. Оба йецера, оба формирующих начала нужны духовно растущему человеку. Нужна и их борьба. Аскетические усилия, направленные на угасание нефеш, -- выводят из этой борьбы и не заслуга человека. Не подавлять плотско-душевное животное начало в себе, а в наибольшей степени взращивать свое Божественное начало, которое работает и все больше выявляет себя на преодолении противодействия животного начала.
   3
   Послушайте, как звучит на иврите знаменитое восьмое Речение Бога:
   "Вайомер Элоким (И сказал Бог): наасе адам (сделаем человека) бе-цальмэну ки-дмутэйну (в образе Нашем как подобие Наше)" (Б. 1:26)
   Ни одно из творений не вводится так торжественно, ни одному из них не предшествует "декларация о намерении" Бога. Словно все Творение приглашается Им участвовать и видеть то, что произойдет. Чуткое ухо мудрецов улавливает: Всевышний советуется с Творением, так как человеку предназначено руководить сотворенным.
   Человек есть порождение Неба и Земли вместе, и эти глобальные линии Творения встречаются и взаимодействуют в нем. Работа каждого Дня Творения, все десять Речений Бога, десять потоков Творения сочленены в человеке в единое целое. Элоким делится совсем Творением своим намерением сделать человека в образе "Нашем" -- Бога и Творения.
   Слово "целем", которое переводится словом "образ", связано и со словом "цель" (тень, проекция, отпечаток, отображение) и со словом "цемель" (символ) и со словом "симла" (платье, одежда), которая внешне представляет человека. "Сделаем в образе Нашем" -- сделаем нашим отображением, знаком, воплощением, выражением, представителем. Тень в Природе обычно есть двумерное отображение трехмерного; так же и человек есть отпечаток Творения в иных измерениях.
   Но ведь и Мир, его контуры -- одежда Бога, Его отпечаток. И Мир, созданный Творцом, выражает Его в образе. Чем же человек отличается от Мира и всего Творения? Бог в Мире проявляется как его Начало, как Источник его сил и сущностей. Но не как Хозяин, не Сам по Себе. Бог обращается к Своему макрообразу, в который Он уже оделся, и приглашает этот "целем гадоль" (большой образ) вместе с Ним сделать микрообраз, на который могут быть сфокусированы все потоки Творения и Он Сам.
   Есть тело Мира и есть у Мира душа. В макротеле Мира отпечатывается мировая душа. Также и человеческое тело -- это "целем", образ для человеческой души. Тело наше, начиная с лица, есть отображение на материальном уровне нашей души. С другой стороны, тело человека отображает духовную структуру мироздания. В этом -- честь и достоинство человеческого тела, его значение, необходимость его сохранения в чистоте и здоровье. Неуничтожение и неразрушение тела -- важнейшая задача нравственной жизни человека.
   Широко распространено мнение, по которому образ Бога в человеке это его разум. Действительно, человека не может не изумлять, что его разум соответствует Миру: наше познание и слово, как зуб в паз, входят в то, что существует в Мире. Разум человека схож с Разумом Творца. Но далеко не в той мере, в которой оправдано говорить о нем как об образе Самого Бога. Да и как раз в этом пункте человек вовсе не уникальное явление существующего. На других уровнях Бытия обитают надчеловеческие духовные сущности (ангелы служения, скажем), которые наделены разумом.
   Образ Бога в человеке есть то, что на всех уровнях Творения не существовало до человека. Это -- человеческая свобода. Нет свободы в Шести Днях Творения! И подобен человек той Божественной сущности, которая свободно управляет мирами -- подобен Тому, чье Имя подчеркивает свободное становление, свободное осуществление. `Гашем управляет по Своей свободной Воле, Своей "милостью". Предлагая "сделать человека", Бог обращается и к Себе, к "Своему сердцу", к Началу свободной Воли в Себе Самом и вкладывает ее в человека.
   Конечно, свобода человека не тождественна свободе Господа Бога. Поэтому-то человек -- не подобие Его, а как подобие, некоторое ограниченное уподобление, большая или меньшая степень которого характеризует высоту и духовное достоинство души человека. Свобода духа в человеке возможна только при условии "дмут", подобия. Подобным Богу человек делается. Но не может человек уподобиться Сущности Его, и потому уподобляется Его качествам, "мидат", проявлениям. Созданный "как подобие" Бога человек обязан в своем жизнепрохождении все больше и больше сам уподобляться Богу, Его действиям, о которых нам рассказывается в разных местах Библии. Мы можем -нам дана такая возможность --познать Его действия и в своей жизни руководствоваться ими в деле уподобления Ему.
   В силу самого факта приведения к подобию уподобляемый не может противоречить тому, кому он уподобляется. И потому главное свойство уподобления и его верный признак -- это отсутствие противоречия Его Воле в душе человека. Есть некоторая зависимость человека, в котором образ Бога, и человека как духовно становящегося существа, как Его подобия. Частичка "ки" в слове "ки-дмутэйну" понимается и "как", и "когда". Когда человек производит в себе работу уподобления Богу, когда он делает свободный выбор Добра, тогда в нем есть "целем Элоким", образ Бога. Таково, видимо, общее значение выражения "бе-цальмэну ки-дмутэйну". Надо понимать, что предложение Бога создать человека относится не только к таинственному моменту восьмого Речения, оно распространяется и на нас с вами, живущих в День Делания -делания человека. Человека делают и Бог и человек вместе, и делают в свободе.
   "Сделаем человека" (наасе адам) есть обращение не только к Самому Себе, не только к Миру, но и ко всем тем, кто как подобие Бога, свободно делает выбор Добра -- ко всем творящим добро душам, к "цадиким". Быть "ки-дмутэйну", становиться подобием Бога значит все больше и больше делаться партнером Его.
   Но разве всегда обладающий свободной волей человек становится партнером Его? Мидраш (поясняющий рассказ к этому месту Торы) рассказывает, что когда Всевышний приготовился сотворить человека, то Он увидел как тех, кто делает выбор Бога, так и тех, кто делает выбор против Его Воли. Эти последние срывают работу Дня Делания. И, увидя это, продолжает мидраш. Всевышний скрыл путь тех, кто делает выбор против Бога, от Своего Лица и отвернулся от них. Тем самым Он установил два разных Пути жизни человека, дал ему две возможности путепрохождения. Один Путь, Путь Добра, намечен изначально. На другом Пути, Пути добра и зла, выделено место для идущих против Бога и предусмотрена возможность метафизической гибели души человека. Кроме того, на этом втором Пути действует Его "мера Милости", которую Он присоединил к той "мере Закона", с помощью которой Элоким творит Мир.
   Свободноволящий человек после его сотворения имел два Пути жизнепрохождения. Это обстоятельство важно для понимания того, что произошло с человеком в Саду Эдена. Сам Сад в Эдене был создан на Третий День, после того, как Земля по-своему исполнила повеление Бога, изменив модель роста и плодоношения. Что произошло бы с человеком после адамова ослушания Бога, не будь Сада Эдена и разделения Путей? Крушение человека и его уничтожение? Возвращение Мира в состояние "тоhу ва-воhу"? Разделение Путей -- одно из средств осуществления Замысла Бога в отношении обладающего свободной волей человека.
   Вот еще один мидраш на туже тему. В нем Добро (Хэсед) и Истина (Эмет) спорят о необходимости создания человека. Хэсед говорит, что человек способен любить и делать добро и что поэтому его следует создать. Эмет говорит, что человек -- комок грязи, неправды и глупости, в нем нет ни мира, ни истины и поэтому его создавать нельзя. И то и другое, как мы знаем, верно. Всевышний, выслушав их, взял Эмет -- Свою печать, как говорят мудрецы -- и бросил Эмет на Землю, сказав: "Истина от Земли взрастет". Образ и подобие Бога в человеке для того, чтобы взращивать -- в том числе взращивать и Истину. Именно для этого дела человеку дана власть над всем живущим на Земле.
   "И будут руководить (йирду)" люди рыбой морской, птицей небесной, беhема, всей Землей и всем кишащим на ней -- сказано в том же стихе 26.
   Человеку дана сила "рдиа", руководства. Слово "рада" -- управлять, властвовать -- употребляется в двух значениях. Первое, в форме переходного глагола, означает руководство крутой рукой, которая подавляет то, что под ее властью. Другая форма -- "йирду" -- означает управление существующим, исходя из задач этого существующего. Человек должен управлять животным миром не как властелин, а как режиссер и наставник.
   Изначально человек и животный мир находились в куда большей гармонии, чем сейчас. В первые времена человек и живое -- не разные, не разорванные миры: если человек и руководит всем живущим, то и оно активно влияет на человека. Живое существо вообще есть какая-то одна животная сила, одно животное качество. Все животные силы вместе сходятся в человеке. Аллегорическое использование животных качеств не беспочвенно для характеристики конкретного человека. Человек, как совокупность качеств животных сил, человек, состоящий в едином и цельном сочетании с животным миром, способен управлять им в соответствии с задачами этого мира.
   Животный мир сотворен Богом (на уровне Бриа, в Замысле Бога), сформирован Им (на уровне Иецира, проекта, матрицы, создания) и сделан (на уровне Асия, сработан, вполне осуществлен и пущен действовать в наш мир). Про животный мир сказано, что "это хорошо" и что "стало так", то есть так, как есть сейчас -- стало окончательно. Не то человек.
   Человек есть творение принципиально не завершенное, не приведенное в окончательное соответствие с Замыслом о нем. "Наасе адам", сделаем человека -- только намерение, только приглашение сделать, но не осуществление. На уровне Асия человек несделан и недоделан, только делается -- в День Делания, сегодня. Поэтому в конце рассказа о создании человека не сказано "стало так" и "это хорошо".
   "И сотворил (вайивра) Бог человека в образе его (бе-цальмо), в образе (бе-целем) Бога сотворил (бара) его, мужчиной и женщиной сотворил их (бара отам)" (Б. 1:27)
   В одном стихе трижды звучит: "бара"!
   Существование человека не вытекает из предшествующих Дней Творения. Человек -- творится из "ничего", на уровне Бриа, где обитает его высшая душа, нешама. Но что значит сотворение человека "в образе его"? Кого -- его? Величайший комментатор Торы рав Шломо Ицхаки (РаШИ) отвечает: "его" -человека. По РаШИ Творец Неба и Земли содержит в себе "образ человека", который Он использует для целевого формирования природно-душевного человека и его духовной работы. Этот высший "образ человека" у Бога в Его Замысле, на уровне Бриа и есть образ Бога в человеке.
   Любовь Бога к человеку выражается не в том, что человек предназначен Им для блаженств райской жизни (напротив, человек создан на самоотвержение и трудную работу), а в том, что он сотворен в образе Его. Но еще большая любовь Бога к человеку выражена в том, что человеку дано знать, что он сотворен в образе Бога. Вот в чем пафос того стиха, который мы сейчас разбираем.
   Образ Бога в человеке, человеческая нешама сотворена (повторим еще раз, на уровне Бриа) двуединой, сотворена мужчиной и женщиной, "захар у-нэкева". Не "самцом и самкой", как от большой учености перевел это место современный гебраист, а мужчиной и женщиной, мужским и женским началом вместе, то есть целостным духовным существом, в котором отображено и мужское начало Всевышнего и женское начало Мира.
   Тема мужчины и женщины продолжается в следующем стихе 28. Бог тут впервые обращается к людям. Не "и сказал Бог", как было ранее, а "сказал им" -- мужчине и женщине:
   "И благословил (вайиварэх) их Бог, и сказал им Бог: давайте плод ("пру"), множтесь ("рву"), наполняйте землю ("мильу эт hа арец"), и ее покоряйте ("хившуhа")".
   Если живым существам благословение дается с силой непреложного закона, для немедленного и принудительного исполнения в них, то благословение для свободноволящего человека --лишь повеление.
   Всевышний впервые обращается к человеку, повелевая:
   1. Давать плод. О мистическом смысле этого повеления мы выше говорили. Но "пру" в русском значении еще и "плодитесь". Плодиться для мужчины и женщины, к которым обращена Его речь, значит вступать в брак Тут установление и благословение именно брачных отношений.
   2. Множиться -- не просто увеличивать число; "рву" предполагает, что родители отпечатываются в детях и дети несут образ родителей -- так, чтобы детям передавалась родительская культура, "тарбут" -- слово от того же корня, что и "рву". Это -- установление и благословение человека как семейственно одухотворенного существа. В духовном смысле семья только тогда семья, когда в ней есть ее собственный, мужчиной и женщиной выгруженный образ одухотворенности, единящий вступивших в брак и их детей на высшем духовном уровне, на уровне нешама. "Рву", как следует из текста Торы, находится в связке с "пру" и обеспечивает его.
   3. Наполнять Землю. В человека вложена потребность и возможность распространяться по Земле, занимать все земное пространство (а не только сушу), что невозможно исполнить каждому по отдельности. Исполнить это повеление, наполнять Землю люди могут только сообща, составляя общество. По сути тут установление и благословение общественной жизни человека, основанной на браке и семейной одухотворенности.
   4. Покорять Землю. Земля -- не адама, а арец, общее понятие Земли -отдается под власть человека. Что есть явное выражение власти человека над Землею? Собственность человека на землю. Человек должен знать себя хозяином какого-то места Земли, считать его своим. Но, заметьте, право собственности на Землю установлено и благословлено в последнюю очередь -- после того, как установлены и благословлены брак, семья и общественная жизнь. Без полноценного осуществления этих условий право собственности на Землю лишается духовного основания.
   После того, как человеку дано благословение, ему придается и сила властвования:
   "И властвуйте (рду) рыбами моря, птицами неба и всем живым, кишащим на Земле" (Б. 1:28)
   В предложении Бога сделать человека (Б. 1:26) упомянута и беhема. В этом стихе такого вида животных нет. Оно и понятно: беhема подчиняется человеку по самой своей природе и не требует применения властной силы.
   Слово "рду" имеет два значения: "властвуйте" и "спускайтесь". Властвование человека над животным миром предполагает исполнение человеком своего предназначения -- быть Его партнером. Иначе и животный мир выходит из подчинения человеку и сам человек "спускается", нищает как духовное существо и растлевается как существо животное.
   Следующий стих 29 возвращает нас к тому, что произошло на Третий День Творения.
   Вот последнее, десятое Речение Бога:
   "И сказал Бог: вот, Я дал вам всю траву, сеющую семя по лицу всей Земли, и всякое дерево, в котором плод дерева, сеющее семена -- вам будет пища" (Б.1:29).
   Тогда человек был до того близок животному миру, что ему было запрещено убивать и есть животное. И человеку и животному отдана в пищу трава. Только для человека предназначена собственно человеческая пища -- дерево и плод дерева. Тело человека растет, питаясь от дерева.
   Плодовое дерево -- все равно: дерево-плод или дерево, делающее плод, -предназначено исключительно для человека. Дерево в связи с человеком. Они -в соответствии. Вполне вероятно, что и закон лемино (по роду) дерева, плода и семени имел в виду создание человека. Человек и дерево сродственны. И действительно, в некотором важном смысле человек сам есть дерево.
   Как дерево питается и сверху и снизу, так и человек питается и от Земли и от Неба. У человека и у дерева одна и та же назначенная забота: рост и плодоношение. В росте дерева на природном уровне выражена модель духовного роста человека, прообраз дела его души. Всякое изменение в этой модели, в росте и плодоношении дерева, существенно для тела и души человека.
   В Третий День Творения Земля должна была непосредственно выводить из себя дерево-плод по роду его (эц при лемино); рост и созревание дерево-плода -- одна и та же работа. Земля же вывела дерево, которое производит плод (эц осе при); тут есть и работа роста дерева, которую производит Земля, и собственная работа дерева, производящего свой плод, в котором семя по роду. Это "семя в нем по роду" созревает и дает жизнь новому дереву; при этом материнское дерево продолжает расти дальше.
   Земля внесла существенные изменения в исходную установку роста и плодообразования. Ей сказано, чтобы рост был и плодом, а не вел к плоду, не делался, а наличествовал -- был бы плодом во всех стадиях роста и в результате его. Схема же Земли -- не столько схема плодотворения, сколько схема самовоспроизводства дерева, схема, в которой плод обслуживает "семя по роду". Кроме того, Бог предусматривал, чтобы плод по роду был на Земле. В схеме же исполнения Землею повеления Бога это важное положение отсутствует.
   Творец утвердил новшество Земли, которой предстояло вывести из себя не только дерево, но и животную душу человека, его нефеш. Схема роста и плодообразования дерева в качестве прообраза сказалась на схеме работы роста и плодоношения человека. Результат жизни человека, плод его работы духовного роста, судя повелению Бога Земле, должен был бы быть "здесь", в "этом" существовании человека -- на Земле или в истоках земного бытия. По измененной же Землею схеме человек "плодоносит" не "на Земле", не "здесь", не в этом Мире, а "там", в ином существовании. Здесь же -- его рост, труд и духовная работа на плод.
   Плод всей жизни человеческой зависит от полноценности и верности выполняемой им свободной работы по исполнению Замысла и Воли Всевышнего. Но узреть плод трудов своей жизни, ее конечный результат, земному человеку не дано. Плод этот, этот результат и итог скрыт от нас в ином существовании. Если Земля не изменила бы модель роста и плодоношения, то урожай человека собирался бы "здесь", в этом существовании -- как собирается урожай с полей в осеннем месяце тишри. В соответствии же с моделью, осуществленной Землею (и утвержденной Богом) в человеческом существовании нечто сеется для произрастания (сиах) --как в весеннем месяце нисан. В этой "смене сезонов" -- особый драматизм жизни смертного человека, необходимая работа жизнепрохождения которого должна быть выполнена в считанные годы его земного существования. Человек обычно успевает воспроизводить себя на Земле семенем по роду. Но успевает ли он в ограниченный срок, отпущенный ему на Земле, завязать в себе плод иной жизни, плодоносить?..
   Рассказ о шести Днях Творения символически завершается указанием на то, что животному миру предназначена в пищу лишь зелень травы, но не плодоносящее дерево, данное в пищу только человеку.
   "И увидел Бог все, что Он сделал (аса) и вот -- хорошо предельно (тов меод); и был вечер, и было утро --День Шестой" (Б.1:31).
   Слово "меод", означающее предельную степень, составлено из тех же букв, что и слово "адам". Все "тов меод", все хорошо предельно, все полностью завершено -- тогда, когда есть человек, адам. Но почему Творение хорошо всецело, ведь есть свободно волящий человек, способный на ослушание Воли Бога и даже на разрушение и зло?
   Творение, как "место" для жизни и жизнедеятельности, не есть арена борьбы -- добра и зла, духа и плоти, света и тьмы. В симфонии голосов, проходящих через человека, есть партия и для голоса его "злого начала". Все, данное человеку, все его силы и все начала в нем -- для осуществления Воли Создателя; человеку нужно не гипертрофировать одно за счет другого, а найти их верное соотношение. Задача человека не победа -- конечная победа духа над плотью, скажем, -- а правильное согласование всех душевных и плотских потоков, сфокусированных в нем.
   Этого-то не было и все еще нет. Всецело хорошо то, что сделано, окончательно сделано и запущено в действие. Человек же сотворен и сформирован (создан), но еще не сделан, не доделан. Он только на верстаке Бога; и через несколько стихов про него Им будет сказано: "ло тов", нехорошо.
   Господь Бог помещает человека в Сад Эден для того, чтобы там, во исполнение задачи Дня Делания, окончательно его доделать.