Сумико присоединилась к поющим. Ее глаза были закрыты, руки воздеты к небу. Она впала в транс. Вскоре песнь стихла; только доносящееся издалека гудение насекомых нарушало тишину. Казалось, все затаили дыхание.
   – О сатана, князь тьмы, к тебе взываем! – внезапно выкрикнула Сумико.
   – Тьма, сгустись! – эхом отозвались остальные.
   – О великий, вечный враг тоталитаризма Церкви и государства, услышь молитвы наши!
   – Услышь молитвы наши, – повторили остальные. Повелительница ведьм открыла глаза и медленно опустила руки на безжизненное лицо Ти.
   – Дай нам силу исцелить ее, – взмолилась она и вновь закрыла глаза, не убирая рук с лица девушки.
   Непонятно, действительно ли она впала в мистический транс, или же все это дешевый трюк. Меня одолевали сомнения, но отступать было поздно. Я бросил взгляд на отца Бронца: священник неотрывно смотрел на странную церемонию, в глазах его была печаль.
   Все замерло. Я понимал, что сейчас О'Хиггинс со своими помощницами тщательно изучают мозг Ти и вносят необходимые изменения.
   Внезапно королева ведьм отпрянула, вновь воздев руки.
   – О сатана, князь тьмы, владыка мира, благодарю тебя! – воскликнула она, и хор голосов вторил ей. Из костра вырвался ослепительно яркий всполох, и все исчезло. Опустилась непроглядная тьма. Несмотря на жару, меня колотил озноб. Нетрудно понять, как подобные зрелища притягивают неискушенных.
   – Из света – во тьму, и во тьме обретем истину, – нараспев продекламировала Сумико. Тринадцать женщин стояли, пошатываясь, словно после непосильной физической работы.
   О'Хиггинс вновь подошла к Ти и положила руки ей на лоб; спустя какое-то время она подозвала своих помощниц и приказала перенести девушку в хижину. Затем повернулась и направилась к нам.
   – Да, Бронц, это задачка.
   – Ты сделала все? – спросил священник.
   – Все, что могла, – сказала Сумико, – но этот подлец действительно слишком умен и хитер. Скоро все будет в порядке, и даже лучше, чем раньше, но мне еще придется повозиться. Она обретет невиданную силу и свернет горы, хотя физически очень слаба. Ей необходимы регулярные упражнения и очень хорошее питание. Я боюсь, что не исключен рецидив.
   – Вы хотите сказать, – спросил я, – что такое может повториться?
   Сумико кивнула:
   – Не забывай, как работает система. Микроорганизмы Вардена поддерживают естественное состояние того организма, в котором обитают, или того, что сотворил доктор Пон. Микроорганизмы постараются вернуть ее в коматозное состояние, считая естественным именно его. Я обошла некоторые нервные блоки, задействовав резервные участки мозга, но бактерии станут всячески противиться моему вмешательству. Нам необходим нейрохирург, к тому же не менее сильный, чем доктор Пон.
   – А долго она будет в нормальном состоянии? – спросил я.
   Сумико замялась:
   – Несколько дней, возможно, недель. Это медленный процесс, и трудно ответить точно.
   – Тогда какого дьявола вы все это устроили? – в отчаянии воскликнул я. – Где мы за неделю найдем врача?
   Сумико О'Хиггинс удивилась не на шутку:
   – Тебя что, правда волнует эта девчушка?
   – Волнует, волнует, – пришел на помощь отец Бронц. – Он выкрал ее из поместья Зейсс, что невероятно осложнило его положение. Все это время он тащил ее на себе, кормил, мыл…
   Сумико посмотрела на меня с большей благосклонностью. Я даже уловил в этом взгляде что-то человеческое.
   – Если она дорога тебе, – медленно проговорила она, – тогда еще не все потеряно. Есть место, где ей помогут. Но оно страшно далеко.
   – Поместье Моаб, – догадался отец Бронц. – Я так и думал. Но, Сумико, до него четыре тысячи километров! Как добраться туда раньше, чем за год? Туда даже одному пробираться полгода, а ведь Тремону еще предстоит скрываться! Объясни мне, ради Бога.
   На губах Сумико О'Хиггинс заиграла поистине дьявольская улыбка.
   – Ради Бога действительно трудно, – с издевкой заметила она. – Но ответ прост – мы полетим. Безиль способен преодолеть за ночь четыреста километров, так что мы доберемся суток за десять, отдыхая в светлое время. Это гораздо реальнее, верно?
   – Безили! – насмешливо пробормотал отец Брони. – Их еще надо отловить, а потом приручить. Сколько на это уйдет времени?
   – Не знаю, – сказала она. – Я просто подумала, что, если нам нужны безили, мы позаимствуем их в поместье Зейсс.
   – Что?! – У меня волосы встали дыбом.
   – Вас все равно выследили. Но это уже не имеет значения. На рассвете здесь будут войска. Они дорого заплатят за свою глупость.
   Отец Бронц с отсутствующим видом склонил голову, будто к чему-то прислушиваясь.
   – Сколько их? – спросил он наконец.
   – Двадцать-тридцать, не больше, – ответила Сумико, – все на безилях. Возможно, они и кинутся за подмогой, но в любом случае подкрепление получат небольшое: им нельзя оголять Замок, чтобы не вводить в искушение окрестных рыцарей.
   Бронц кивнул:
   – В таком случае нам предстоит сражение с пятьюдесятью противниками. Отлично. С ними, конечно, Артур и… если не ошибаюсь, еще два магистра?
   Сумико молча кивнула.
   – Да подождите! – взорвался я. – Не забывайте, за кем они охотятся! Вы не одолеете такие силы! Королева ведьм брезгливо покачала головой:
   – Ну чего ты боишься? Спрячься где-нибудь и выспись хорошенько, чтобы успокоить нервишки!
   – Но… но ведь у них хорошо обученные солдаты, все по меньшей мере смотрители, даже магистры! – в отчаянии сказал я. – На что вы рассчитываете?
   – Не беспокойся, – снисходительно ответила она. – Мы с отцом Бронцем справились бы и не с такими! Не забывай – силы света объединились с силами тьмы! У нас временное перемирие. Эх ты, атеист сопливый!
   Отец Бронц похлопал меня по плечу.
   – Она знает, что говорит, Кол. И я поверил ему.
   Конечно, мне было не до сна. Отовсюду на меня смотрели глаза Артура.

ГЛАВА 17
ВЕРУЮ В ВЕДЬМ – ВЕРУЮ, ВЕРУЮ

   Той ночью я так и не сомкнул глаз. Впрочем, как и все остальные.
   Лучшее, что я мог сделать, – это время от времени приглядывать за Ти; когда я зашел к ней в третий или четвертый раз, она уже не только дышала ровно и глубоко, но даже слабо стонала и переворачивалась. Один ее вздох сполна окупал все мучения – если удастся пережить завтрашний день.
   Я мало что знал о ведьмах и прочей нечисти, но, наблюдая за жительницами поселка, сделал кое-какие выводы. Тринадцать – несчастливое число для христиан, весьма устраивало сатанистов. В шабаше, то есть, простите, в целительстве, участвовали тринадцать женщин. Вокруг костра стояли тринадцать больших хижин. Обитателей было намного больше; и хотя мне не удалось подсчитать точно, держу пари, оно было кратным тринадцати.
   Ведьма, естественно, женщина. Впрочем, верно и обратное. В сказках наряду с ведьмами иногда присутствовал и мужчина – колдун. Колдуны были, как правило, слабее ведьм и характером обладали вздорным. Я вспомнил, что католическая церковь не признает за женщиной быть священнослужителем. Так вот почему они стали сатанистками! Доктор Пон как-то раз сказал, что у женщин гораздо чаще встречается врожденная сила; интересно, каковы же тогда высшие эшелоны власти Лилит?
   Сколько рыцарей-женщин – половина? Большинство? С одной стороны, рыцарем Зейсса был Тиль, но моим обучением занималась Вэла, которая раньше пестовала Артура и Марека Кригана. Я вспомнил, что видел в Замке Зейсс множество женщин, в том числе и высокого ранга; первый встретившийся мне на Лилит магистр оказался женщиной. Добрую половину армии магистра Артура тоже составляли женщины.
   Что из этого следует? Возможно, не только извращенность вынуждала доктора Пона проводить свои опыты исключительно на девушках.
   В нашу эпоху ведьмы казались анахронизмом. А что, если подойти к этому явлению с научной точки зрения? Сумико обладала невероятной силой – отец Бронц сравнил ее с самим Мареком Криганом. Я хорошо знал, что сила микроорганизмов Вардена чудовищно возрастает на мощном эмоциональном фоне. И самый мощный стимулятор – ненависть. Сумико О'Хиггинс искренне ненавидела Зейсс, не говоря уже о докторе Поне.
   А остальные… Внешне они напоминают батрачек, но так ли это? Мне не хватало какого-то важного звена – иначе приходилось допускать, что сатана, князь тьмы, на самом деле господствует здесь. Что-то таилось в этом поселении, и это что-то защищало его настолько надежно, что Сумико О'Хиггинс не побоялась забрать всех девушек-смотрителей на встречу с нами, бросив деревушку как бы на произвол судьбы.
   Рассвет близился. Осталось недолго. О'Хиггинс и отец Бронц скоротали ночь в хижине, также не сомкнув глаз, перебирая варианты завтрашней стычки. Наверняка там присутствовал кто-то еще – хотя бы для того, чтобы число совещающихся было нечетным. Наконец священник вышел из лачужки и направился ко мне:
   – Хреново выглядишь.
   – На себя посмотрите, – огрызнулся я. – Неужели вы думали, что я смогу заснуть?
   Отец Бронц утомленно опустился рядом.
   – Без чашки чая я не жилец, – пробормотал он. – А ведь она действительно кое-чего добилась. Не знаю, что из этого выйдет, но если она права – это почти революционное открытие.
   – Расскажите, – попросил я, – о чем вы говорили?
   – Помнишь нашу беседу о биоценозе Лилит? Так вот, похоже, Сумико научилась нарушать это равновесие. По крайней мере до некоторых пределов.
   – А что это значит?
   – Видишь этих девушек? – Отец Бронц неопределенно мотнул головой. – Представь, они еще не знают мужчин, хотя назвать их девственницами я бы поостерегся. В период полового созревания они продемонстрировали огромную силу, а затем утратили эту способность.
   – Только не уверяйте меня, что О'Хиггинс тоже девочка, – попросил я. Отец Бронц усмехнулся:
   – Трудно сказать. Но если она и переспала с мужчиной, уверен – исключительно по необходимости. Как знать, возможно, в древних легендах о девственницах, обладавших невероятными магическими способностями, и впрямь что-то есть. Так или иначе, Сумико за эту идею ухватилась. Похоже, она безумна, но дурой ее не назовешь. Извне она слыла прекрасным биохимиком, вряд ли ее утверждения голословны. Как бы то ни было, на Лилит она недолго пробыла в батраках. Такая вот горячая кровь. Она разгневалась до такой степени, что не просто обратила в прах своего смотрителя, но и вышла из поместья, искрясь, как бенгальский огонь, калеча или убивая каждого, у кого хватало смелости к ней приблизиться.
   – Без биостимуляторов? – поразился я. Отец Бронц покачал головой:
   – Да. Она оставалась в джунглях, пока не разобралась, в чем дело. О'Хиггинс занималась не только биохимией – она еще и специалист по ботанике. Потребовались месяцы, но все-таки она обнаружила необходимые стимуляторы и научилась выделять их. Как ей это удалось – без приборов, без лаборатории, даже без сотрудников, – не знает никто. Только сила воли и уверенность в себе. Понимаешь, Кол, я не знаю, чего именно она достигла, но результат налицо. Она отобрала всех этих женщин, когда они были еще очень молоды, из-за врожденного дара, а также, очевидно, из-за определенной сексуальной ориентации. Очень быстро в каждой из них она пробудила дремавшие способности. А столь экзотический культ ей потребовался, чтобы управлять ими. – Отец Бронц тяжело вздохнул. – Боюсь, старину Артура поджидает немало сюрпризов.
   Ну что ж, значит, еще не все потеряно. В своей среде девушки вряд ли предавались столь изысканному разврату, как лесбиянство, – в послужном списке Ти, к примеру, эта наклонность напрочь отсутствовала. Но ежели О'Хиггинс и впрямь научилась восстанавливать скрытые способности – на Лилит это произведет эффект разорвавшейся бомбы.
   – Отец Бронц, сколько здесь ведьм? – неожиданно выпалил я.
   Он уже засыпал, но, очнувшись, удивленно приоткрыл глаза:
   – Тринадцать на тринадцать. Неужели не догадался?
   Итак, сто шестьдесят девять Девушек, тщательно отобранных по критериям, известным лишь одной О'Хиггинс.
   – Нет, это не сатанинский культ, – задумчиво сказал я. – Это зародыш будущей армии, способной совершить на планете революцию.
   – Ага, значит, понял? – пробормотал сквозь сон отец Брони.
   На практике, конечно, все выглядело не столь безоблачно. Я отнюдь не считал, что мир по-хиггинсовски будет хоть немного привлекательнее, чем мир по-кригановски. Трудно сказать, из-за чего сюда сослали Сумико, но она явно получила по заслугам.
   На рассвете ведьмы устроили торжественный обряд, посвященный уходу любимой царицы-ночи и наступлению проклятого дня. Они просили у сатаны помощи в битве. Над огнем висел огромный котел с булькающим варевом.
   Женщины, одна за другой, подходили к котлу и, бормоча магические заговоры, черпали горячую вонючую жидкость и пили ее жадными глотками. Мне показалось, что это не к добру, но отец Бронц поспешил меня успокоить:
   – Сумико просила ни во что не вмешиваться. Не забывай, мы здесь гости. Просто стой и смотри и ни в коем случае не лезь в гущу сражения. Там будут, копья и дротики, стрелы с отравленными наконечниками, духовые ружья, луки и даже арбалеты. Твое дело – не высовываться, пока все не закончится. Если погибнешь, все жертвы окажутся напрасными.
   Я выслушал его не без возмущения, но с такой логикой не поспоришь. Я заглянул в хижину к Ти. Она уже проснулась. Зевнула, перевернулась на спину и открыла глаза.
   – Привет, – еле слышно сказала она.
   – Привет. – Я не мог сдержать улыбки. – Знаешь, где ты находишься?
   Она тихо застонала и попыталась присесть.
   – Кажется, да, – сказала она. – Все было как в кошмарном сне. Я все слышала и видела, но ничего не чувствовала. – Помедлив секунду, она взглянула на меня озадаченно и серьезно. – Но ведь это было наяву, правда, Кол? Этот страшный доктор, ужасная комната, ты, отец Бронц, ведьмы… Они взаправдашние ведьмы?
   Я кивнул:
   – Похоже на то. Во всяком случае, они в этом уверены.
   Она посмотрела на меня с выражением, какого я ни разу не видел у нее прежде.
   – Ты ничего не испугался и забрал меня с собой, – прошептала она срывающимся голосом. – Кол! Обними меня! Пожалуйста! Крепче!
   Она порывисто обхватила меня и принялась исступленно целовать. Вскоре она откинулась в изнеможении, и я увидел в ее глазах слезы.
   – Я люблю тебя, Кол. – Она вновь протянула руки.
   – Я тоже тебя люблю, Ти, – пробормотал я, вновь сжимая ее в объятиях, и вдруг с удивлением понял, что это чистая правда.
   Деревушка казалась вымершей. Я видел только затухающий костер и большой котел, висящий над ним. Тишину нарушал лишь неумолчный стрекот цикад.
   И вдруг все звуки смолкли, словно ручку радиоприемника закрутили до отказа.
   Это было настолько жутко и сверхъестественно, что поначалу я подумал, уж не оглох ли. Казалось, даже слабый ветерок и тот стих.
   И столь же внезапно тишину разорвали леденящие душу крики, и резкий порыв ветра пригнул деревья к земле. Сделать я все равно ничего не мог; оставалось только смотреть на происходящее через дверной проем. Ти, несмотря на слабость, наблюдала вместе со мной.
   В ста метрах над деревушкой летели безили. Заднего обзора у меня не было, но, судя по всему, они нас окружили. Они летели плавно и бесшумно. Один безиль, покинув строй, спланировал к центру поселка и замер почти над самым котлом с таинственным зельем. Сначала я следил лишь за грациозными движениями огромного насекомого, но затем мое внимание привлек всадник.
   – Артур! – услышал я прерывистый шепот Ти. Это действительно был Артур; от него исходило просто осязаемое излучение.
   – Ведьмы! – пророкотал он. – Я желаю говорить с вашей повелительницей! У нас нет нужды драться с вами сегодня!
   Раздался громкий хлопок, и внезапно, словно из ниоткуда, перед ним возникла Сумико О'Хиггинс. В новом парадном костюме, с распущенными волосами, она гордо смотрела ему в глаза.
   – Говори, воин! Говори и уходи прочь! Здесь тебе делать нечего и прав у тебя нет.
   Артур криво усмехнулся, хотя от меня не укрылось, что неожиданное появление Сумико и ее дерзость серьезно его озадачили.
   – Прав? У кого больше прав, тот и прав, и ты это хорошо знаешь. Ваша колония существует только благодаря попустительству великого герцога и еще потому, что ты иногда помогаешь нам. Но это не значит, что я буду либеральничать. Сам Марек Криган приказал поймать и доставить к нему Кола Тремона – беглеца, который скрывается у вас! Выдай его нам, и мы уйдем по-хорошему. И все останется, как прежде.
   – Кола Тремона? А может, еще и девушку? – с угрозой в голосе сказала королева ведьм, и мне показалось, что она не прочь заключить с ним сделку.
   Артур расхохотался:
   – Девчонку оставь себе. Мы даже поможем привести ее в чувство. Я должен поймать Тремона, и я его поймаю.
   – Не нравится мне твой тон, вояка! – ответила О'Хиггинс. – Ты настолько привык к раболепию, что стал неосмотрителен; высокомерие сыграет с тобой злую шутку. Мы живем здесь не потому, что герцог Кобе смотрит на это сквозь пальцы. А Марек Криган – властитель только для вас; наш властитель – сатана, князь тьмы, повелитель ада, и никто другой!!!
   – Ну же, ведьмочки! Давайте! – услышал я жаркий шепот Ти.
   Артур пожал плечами:
   – Если я правильно понял, вы не собираетесь добровольно выдать беглеца?
   – Твоя судьба, Артур, мне безразлична, – ответила Сумико, – но я хочу предупредить тебя. Если атакуете нас – будете разбиты наголову.
   Некоторое время Артур сверлил ее взглядом. Затем незаметно пришпорил безиля и взмыл вверх, встав в строй неподвижно застывшей над деревушкой летающей кавалерии. Сумико О'Хиггинс не шелохнулась. И хотя ее смелость не могла не вызвать восхищения, сначала я воспринял все как глупую браваду.
   Неожиданно и столь же необъяснимо появились остальные ведьмы, взяв поселок в плотное кольцо. Все они были безоружные.
   Артур махнул рукой, и по два безиля с двух сторон от него резко спикировали вниз. На седлах перед всадниками были закреплены устрашающего вида арбалеты – нечто вроде артиллерийских установок. Они ударили одновременно. Стрелы стремительно понеслись к застывшей посреди поляны черной фигуре.
   Крик застыл у меня в горле. Королева ведьм простерла руки, и стрелы опустились на траву, к ее ногам. Каждая третья женщина из окружения повернулась лицом к костру, и О'Хиггинс сделала еще один небрежный жест в направлении летающих всадников.
   Дальнейшее превзошло все мои ожидания. Хотя наездников удерживали крепкие и надежные ремни, они выскочили из седел, будто выдернутые чьей-то невидимой рукой, и рухнули на землю со скоростью, которую невозможно объяснить только притяжением. Теперь рядом с Сумико лежали четыре бездыханных тела.
   Раздался гневный окрик Артура, и с неба пролился смертоносный дождь – стрелы, копья, дротики…
   Но ничто не попало в цель.
   Сумико вновь взмахнула руками, изобразив в воздухе какой-то магический символ. Послышался пронзительный вопль безилей, и несколько камнем упали вниз вместе со своими всадниками.
   У Артура еще был шанс спастись, но он приказал войскам перегруппироваться для новой атаки. Он избрал очевидную тактику – сначала разрушить оцепление.
   – Атаковать круг! – услышал я его рев. – Уничтожить всех!
   Сумико прокричала какую-то команду, и женщины одновременно повернулись к ней, устремив напряженные взоры в точку, поверх ее головы. Я удивился и даже слегка обеспокоился. Артур – тоже.
   – Сатана, князь мира сего! – торжественно произнесла Сумико. Похоже, она опять впала в транс. – Ниспошли могущество свое слугам своим, дабы посрамились неверующие в тебя!
   Воины Артура заняли круговую оборону, охватив снаружи кольцо ведьм, и подготовились к новому штурму. Сумико О'Хиггинс еще что-то прокричала и, открыв глаза, замерла в гипнотическом оцепенении.
   Широко раскинув руки, словно сжимая оружие против безилей, она начала поворачиваться в разные стороны, пронзая взглядом зависшее над деревней войско. И то, во что упирался ее взор, мгновенно исчезало в клубах дыма и вспышках странного, неестественного огня, который мне довелось однажды видеть. Именно в таком огне сгорел Кронлон. Юные ведьмы остекленелыми глазами смотрели на свою повелительницу.
   – Они используют ее как транслятор! – прошептал я, наконец-то раскусив тактику ведьм. – Они передают свой страх и ненависть О'Хиггинс!
   Враг осыпал защитниц потоком стрел. Несколько женщин упали навзничь, но остальные не обратили на это никакого внимания. Казалось, они даже не замечали, что их становится меньше. Концентрация их воли была абсолютной.
   Один за другим солдаты Артура то вылетали из седел, то превращались в пар прямо в воздухе. Артур бежал, приказав уцелевшим бойцам уходить. Только три-четыре минуты шла битва, но шеренги нападавших поредели наполовину.
   – Ну что ж, ведьмы! – прокричал Артур. – Сила – это и есть право, и на сей раз ваша взяла! Но как только весть о сражении разнесется по планете, мы соберем такое войско, какого здесь еще не видели! Празднуйте, празднуйте победу! Но не забывайте мои слова!
   Вскоре исчезли последние нападавшие.
   Руки королевы ведьм опустились, изобразив в воздухе еще один магический знак, а губы беззвучно прошептали заклинание. Женщины зашатались, сбросив чудовищное напряжение, некоторые повалились на землю.
   О'Хиггинс словно очнулась:
   – Помочь раненым! Срочно представить сводки!
   Она величаво направилась к хижине, в которой сидели мы с Ти.
   – С ума сойти! – прошептала Ти. – Такого я и представить себе не могла. – Внезапно она прыснула. – Воображаю, какое лицо было у Артура! Батраки поместья Зейсс многое бы отдали, чтобы увидеть, как его отделали!
   – Не спеши его хоронить, – сказал я. – Сегодня он проиграл, ни до конца войны еще далеко. Он столкнулся с неизвестным оружием, но это не значит, что он сломлен. Когда он вернется со своим супервойском, так легко его уже не проведешь. Либо они уничтожат эту великую мощь, либо навсегда потеряют сон и покой.
   Появившийся из соседней хижины отец Бронц выглядел изумленным и потрясенным. Вместе с Сумико О'Хиггинс они подошли к нам.
   – Сколько ты достал? – быстро спросила Сумико.
   – Шестерых, – ответил тот. – Остальные были уничтожены. Этого хватит?
   – Едва ли, – огрызнулась ведьма. – Но ничего не поделаешь.
   – Я не виноват, – возразил Бронц. – Ты сама прикончила оставшихся.
   – О чем вы, черт побери? – не выдержал я. – И где вы были во время сражения?
   – Собирал трофеи, – засмеялся священник. – Нам ведь нужны безили? Сумико выбрасывала всадников из седел, а я перехватывал червяков и вот, как видишь, добыл шестерых.
   О'Хигтинс кивнула:
   – Ради этого мы и устроили весь спектакль. И только ради этого я позволила Артуру появиться здесь. Но надеялась я хотя бы на десяток.
   – Ты бы и получила десяток, если б не била их почем зря, – огрызнулся отец Бронц. – Но зрелище получилось потрясающее! Сумико, я тебя недооценивал. Еще час назад я и представить себе не мог, что такое возможно. Аккумуляция и передача энергии Вардена на расстоянии! Фантастика! Сумико пожала плечами:
   – Никаким законам это не противоречит. Микроорганизмам Вардена все равно, что клетки человеческого тела, что клетки дерева, что, например, молекулы меди. Что касается людей или животных – их симбиоты поддерживают в стабильном состоянии только при помощи генетического кода. Если мы способны управлять симбиотами, значит, способны приказать им модифицировать этот код, то есть перепрограммировать его. В принципе это очень похоже на компьютер – какую программу запустишь, ту и выполнит. Конечно, при условии, что ты знаком с основами программирования.
   – Не скромничай, – искренне ответил Бронц. – Это эпохальное открытие. Оно равносильно промышленной революции!
   И он не преувеличивал.
   Сумико издала звук, похожий на сдавленный смешок.
   – Возможно, возможно, – ответила она. – Если только я захочу его обнародовать.
   Перспективы поражали. Открытие О'Хиггинс сводило на нет аргументы отца Бронца о невозможности социальных преобразований на Лилит.
   – Оно полностью уничтожит кастовость на планете! – воодушевился я. – Батраки смогут пользоваться силой Вардена и стать собственниками!
   Ведьма фыркнула:
   – Ты считаешь, они будут работать лучше? Не исключено, что еще хуже.
   Но ее цинизм меня мало беспокоил. И вообще сейчас было не до дискуссий. – Он ведь вернется, – напомнил я. – Соберет огромную армию и вернется. Что вы будете делать?
   – Ничего, голубчик, – ответила Сумико. – Ты удивлен? Уж поверь мне, деревню обнаружить невозможно, если я того не желаю. Конечно, они вернутся. Еще с парой рыцарей; может, притащат и старика герцога. Они будут сутками кружить здесь, но все равно ничего не увидят. Они приземлятся у кострища и все равно ничего не увидят. А иначе как бы мы выжили?
   Бронц в восхищении покачал головой:
   – Ну, Сумико, это уже совершеннейшая фантастика!
   Ведьма захохотала и ущипнула его за щеку:
   – Хороший ты парень, Брончи, я просто не могу перед тобой устоять. А ты – ты просто поверь мне и все.
   – Но как? – допытывался он. – Признайся, как тебе это удалось?
   Она улыбнулась:
   – Так и быть. Не забывай, что микроорганизмы Вардена находятся в каждой молекуле каждой клеточки тела. В том числе и в клетках мозга. Я ведь не открыла ничего нового, Брончи! Я только повозилась немного с маленькой тварью и научилась с ней общаться!