Лео резко повернул голову, глаза его сердито сузились.
   Но уже в следующее мгновение – совершенно необъяснимо – ему вдруг захотелось рассмеяться. Эта девчонка была поистине возмутительной! Возмутительной – и все-таки…
   Он отвел взгляд и указал на лавку сувениров.
   – Тогда, может быть, туда?
   Анна снова отрицательно покачала головой.
   – Мне, наоборот, хотелось бы стереть из памяти все, что связано с этим островом.
   На этот раз Лео вовсе не хотелось смеяться. Нет, чтобы общаться с этой девицей, нужно ангельское терпение!
   – Воспоминания об австрийской тюрьме были бы наверняка более сладкими! – Он схватил ее за руку. – Пошли. Мне хочется выпить кофе.
   – Отпусти меня!
   Он еще крепче сжал ее руку и взглянул на нее сверкающими от злости глазами, обрамленными длинными ресницами.
   – В постели ты мне говоришь совсем другое. Там ты буквально умоляешь, чтобы я прикасался к тебе.
   Его голос был мягким и нежным, как шелк. Анна почувствовала, что ее охватывает волнение, похожее на то, которое она испытывала в объятиях Лео. Будь они одни, еще неизвестно, как бы она себя повела. Ей вдруг безумно захотелось, чтобы он положил руку между ее ног и крепко-крепко поцеловал в губы. Картины, одна другой нескромнее, стали возникать перед ее мысленным взором.
   Лео с удивлением наблюдал, как меняется выражение лица Анны. Ему показалось, что она даже задышала как-то быстрее. Неужели она возбудилась от одной его фразы? Вряд ли. Обычно днем Анна строго соблюдает дистанцию между ними и только ночью позволяет своим инстинктам взять над нею вверх. Но эти сверкающие глаза, слегка приоткрытые манящие губы… О боже, можно подумать, что он давным-давно не занимался сексом. Как бы ему хотелось положить сейчас руку между ее ног и крепко-крепко поцеловать в губы!
   Очнувшись, Лео увидел перед собой совсем другую женщину: холодную и немного высокомерную, которая стояла перед ним, гордо вскинув голову и насмешливо за ним наблюдая.
   – По-моему, ты сказал, что хочешь выпить кофе, – насмешливо сказала она ему.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

   Анна сидела в маленьком кафе, глядя на стоявшие в гавани яхты, грузовые и рыболовные суда.
   Напротив Анны сидел Лео и как обычно в последнее время сердито смотрел на нее.
   Анна не обращала на него внимания… тоже как обычно. Пила черный кофе с каменным лицом.
   В этом сарафане она выглядела на миллион долларов! Только почему она не разрешила ему оплатить свои покупки? – недоумевал Лео. Какого черта она не может быть милой в виде исключения? Приятной, внимательной, желающей доставить ему удовольствие?
   Наконец Анна допила кофе и поставила пустую чашку на стол.
   – И куда бы ты хотела теперь пойти, Анна?
   – У меня нет своего мнения по этому вопросу, – безразлично ответила девушка и сделала вид, будто снова пьет кофе.
   – Тогда выберу я, ладно?
   – Пожалуйста.
   Они взглянули друг другу в глаза, и Лео с трудом удержался от улыбки. Анна Делейн изо всех сил изображала из себя Снежную королеву, что совершенно не соответствовало ее ночному поведению. Столь пылкой и взрывной в хорошем смысле женщины ему прежде не доводилось встречать! А все-таки жаль будет с ней расставаться! Но, увы, придется…
   Лео поднялся на ноги и бросил на стол несколько местных восточно-карибских долларов. Анна тут же демонстративно открыла свой кошелек.
   – Ой, я забыла, что у меня нет местных денег. – Анна быстро огляделась по сторонам и, увидев неподалеку банк, не сказав ни слова, отправилась к нему. Лео не оставалось ничего другого, как снова сесть за столик. Через несколько минут Анна вернулась и положила несколько монет рядом с купюрами Лео.
   – Не смеши меня, Анна. Забери свои деньги обратно.
   Хорошее настроение Лео тотчас исчезло. Что за скверный характер! Анна с вызовом уставилась на него.
   – Я плачу за мой кофе, – сказала она.
   – Боже всемогущий, надеюсь, ты шутишь так своеобразно? – Он схватил ее за запястье. – Ты украла у меня браслет, который по самым скромным оценкам стоит восемьдесят тысяч евро. Поэтому даже не пытайся выглядеть добродетельной, расплачиваясь за кофе и одежду. Ты воровка. Не думай произвести на меня впечатление и тем самым заставить меня забыть об этом.
   Глаза Анны вспыхнули зеленым огнем.
   – Думай обо мне все, что хочешь, Лео Макариос, – прошипела она ему в ответ. – Мне все равно. Я вовсе не намерена пытаться обелить себя в твоих глазах. Да, я вынуждена была отдать тебе свое тело в полное распоряжение, но это вовсе не значит, что мы с тобой стали близкими людьми. Я свободный человек, и душа моя не принадлежит тебе. И если мне захотелось выпить кофе, то я вполне могу заплатить за него самостоятельно. Ты хоть и богат, но далеко не все можно купить на этом свете.
   Анна вырвалась и стремительно пошла прочь.
   Лео угрожающе посмотрел ей вслед, но потом пошел за ней. А что ему еще оставалось делать? Черт бы побрал эту девчонку! Обычно женщины любым путем добивались его внимания и старались вызвать у него интерес к ним. И каждая стремилась доставить ему удовольствие.
   И вдруг эта Анна Делейн, укравшая у него рубиновый браслет и, кстати говоря, так и не раскаявшаяся в содеянном, ведет себя так, будто вынуждена терпеть его присутствие, да еще не позволяет платить за себя. Слава богу, хоть в постели она другая! Все его предыдущие любовницы старались любым способом угодить ему. Потому что каждая из них знала, как ей повезло, что он из множества других выбрал именно ее.
   Так вели себя все женщины, которых он знал, кроме одной.
   Анна Делейн дала ему от ворот поворот, когда он вошел к ней в спальню.
   Да, а потом украла браслет.
   Несколько странное поведение. Хотя браслет и стоит около восемьдесят тысяч евро, вряд ли Анне Делейн удалось бы продать его скупщикам краденого даже за половину цены.
   С другой стороны, наверняка она догадывалась, что, стань она его любовницей и доставь она ему столько удовольствия, сколько здесь на острове, он осыпал бы ее подарками, которые стоили бы гораздо больше, чем она могла бы получить за продажу браслета.
   И намного меньше риска…
   Тогда почему, черт возьми, почему она так вышвырнула его из своей спальни?
   Такое поведение просто лишено всякого смысла.
   Пожав в недоумении плечами, он отправился за Анной. Та ждала его у машины.
   Лео отпер дверцу, и Анна села на переднее пассажирское сиденье. Пристегнулась ремнем и, демонстративно отвернувшись, принялась глядеть в окно.
   Почему мы боремся? – задал себе вопрос Лео и немедленно поправился. Почему она со мной борется? И ему не удалось отыскать мало-мальски достойного ответа.
 
   Они ехали больше сорока пяти минут, направляясь в глубь острова. Последний поворот, и перед ними появились выложенные из камня ворота. Машина въехала в них и через минуту остановилась на стоянке.
   – Где мы?
   Удивительно, язвительно подумал Лео. Какой прогресс! Она задала вопрос.
   – Это старый дом на плантации, который переоборудовали в ресторан. – Он нагнулся и открыл ей дверцу, не обращая внимания на то, что она резко отшатнулась, стараясь избежать прикосновения. – Идем? – спросил он как можно более дружелюбно.
   Анна расстегнула ремень безопасности и поспешно вылезла из машины.
   – Сюда, – жестом показал ей Лео.
   Она пошла рядом с ним, смотря прямо перед собой, но каждую секунду сознавая, что он находится рядом.
   Как долго я смогу выносить подобную раздвоенность? – печально гадала девушка. Ненавидеть его и одновременно желать его, а значит, и презирать себя за то, что я мечтаю о близости с ним.
   От жары и душевных переживаний Анна почувствовала себя отяжелевшей и усталой.
   Она остановилась.
   – Ты хорошо себя чувствуешь?
   – Спасибо, у меня все отлично. – Она снова зашагала по дорожке, чуть заметно пошатываясь.
   Он взял ее за обнаженный локоть и остановил.
   – Погоди.
   – Что такое?
   – Анна… послушай меня.
   В его голосе прозвучали какие-то новые, доселе никогда не звучавшие нотки. Она не поняла, что они означают, но тем не менее вопросительно взглянула на него. Лицо его было мрачным.
   – Перестань со мной бороться. Неужели ты не понимаешь, как нелепо это выглядит.
   Ей показалось, что у нее возник ком в горле.
   – Какая тебе разница, борюсь я с тобой или нет? Это никак не связано с нашим договором, разве ты не получаешь то, что желаешь в постели? – В ее голосе звучал вызов.
   – Теперь есть разница. Потому что я устал, Анна. Я устал, и у меня болит лодыжка, и я голоден, а от тебя одна морока. Давай заключим перемирие хотя бы на сегодняшний вечер, а завтра можешь вновь продолжать свою игру. Один день, пожалуйста! Если хочешь, мы можем заключить с тобой сделку. Будь сегодня нормальной, чуть поласковей, чуть поразговорчивей, и можешь отдохнуть от меня сегодня ночью.
   – Ты серьезно?
   – О да! – внезапно в его глазах засверкали веселые искорки. – Если, конечно, ты хочешь этого.
   – О, я очень хочу, – обрадованно воскликнула Анна.
   Лео насупился. Как он ни старался, ему не удалось скрыть своего разочарования.
   – Значит, мы заключили сделку?
   Она быстро кивнула. В конце концов, у нее не было выбора, не так ли?
   Хватай эту возможность обеими руками! – приказала себе Анна. Потому что если ты хоть на секунду промедлишь с ответом, он сразу же поймет, что тебе нравится заниматься с ним любовью. И хуже унижения представить себе невозможно.
   Он словно нехотя отпустил ее локоть.
   – Хорошо. Мы с тобой договорились.
 
   Ленч подали на столиках под широким навесом на террасе, откуда открывался изумительный вид на залив внизу.
   Действительно красиво, подумала Анна. Почему я не нахожусь здесь с кем-нибудь другим? Почему это должен быть Лео Макариос? Впрочем, если не кривить душой, то ей хочется быть именно с ним. Ведь если бы он не считал ее воровкой, то… Анна не смогла закончить свою мысль. Правда представлялась ей теперь еще горше, чем она думала в первые недели своего пребывания на вилле Лео. Даже если бы она оставалась в его глазах честной женщиной, у нее все равно не было бы никаких шансов построить с ним прочные, долговременные отношения. Так что разницы почти никакой нет. Она в любом случае была бы его любовницей. Если сейчас она по сути дела секс-рабыня, то тогда стала бы игрушкой для секса. И еще неизвестно, что лучше. По крайней мере, сейчас у нее есть хоть оправдание в собственных глазах – она жертвует собой, чтобы помочь беременной подруге. Она оказалась в постели Лео не по своей воле. Полюбить человека, а потом оказаться ненужной, потому что его внимание привлекала очередная красотка, – гораздо обиднее.
   В глазах Анны появилось жесткое выражение. Да, ничего иного между ней и Лео Макариосом быть не могло. Разве она не слышала, как он рассуждал о Ванессе и своем двоюродном брате Маркосе?
   Дрожащей рукой она взяла меню.
   – Анна… – В голосе Лео слышалось предупреждение.
   – Да?
   – Мы заключили сделку, помнишь? Прекрати немедленно вести себя так, будто тебя привели сюда под конвоем и ты только и думаешь, когда все это кончится.
   Она бросила меню на стол.
   – Как я могу прекратить? Ты хочешь, чтобы я подлизывалась к тебе, верно? Ты не можешь справиться с женщиной, которая имеет свое собственное мнение?
   – Какие нелепости ты говоришь! Я вовсе не требую, чтобы ты подлизывалась ко мне или блистала остроумием. Мне всего лишь хочется, чтобы моя спутница была… – он пожал плечами, явно подыскивая слово, потом нашел его, – любезной. Это что, так трудно? Я видел, как ты умеешь общаться с посторонними людьми. Тебя не надо учить, как надо поддерживать разговор. Анна молча кивнула и снова принялась читать меню.
   Вначале она решила удовольствоваться жареной рыбой и салатом без приправы, но затем ей захотелось взбунтоваться. Если ей придется целый день быть «вежливой» с Лео Макариосом, по крайней мере следует получить хоть какую-нибудь компенсацию за столь тяжелое испытание.
   В итоге Анна заказала себе креветки, жаренные на кокосовом молоке, и рис в качестве гарнира. А кроме этого, решила выпить немного вина.
   В конце концов, ей нужно отпраздновать небольшой «отпуск», который она получила: ночь без Лео Макариоса.
   Внезапно она почувствовала, как ее кто-то дернул за юбку, и обернулась…
   Рядом с ней, подняв запястье, стояла маленькая девочка с синими глазами и белокурыми кудрявыми волосами.
   – У меня новый браслет, – гордо сказала она Анне.
   Розовый коралловый браслет в тон сарафану.
   – Да, – с улыбкой согласилась Анна. – Ух ты, какой красивый.
   – Люси! – позвала женщина за соседним столиком. – Иди к нам! Не мешай людям, дорогая.
   Англичанка лет за тридцать завтракала со своим мужем и маленьким мальчиком.
   – Она совсем мне не мешает. Женщина засмеялась.
   – Мы купили ей сегодня браслет на пляже, вот она теперь и хвастается им перед всеми.
   Анна улыбнулась.
   – Я ее понимаю, он восхитителен. – Она снова взглянула на маленькую девочку. Улыбнулась еще шире. – Спасибо, что показала мне свой браслет. Очень красивый.
   Маленькая девочка кивнула, довольная ответом, и вернулась к своему столику.
   – Больше никуда не уходи, Люси, а то скоро принесут твое мороженое, – сказала ей мать и заговорщически улыбнулась Анне.
   Та улыбнулась в ответ.
   Лео с удивлением смотрел на сидевшую перед ним женщину. Он никогда еще не видел ее такой мягкой, нежной, улыбчивой. И какая же она на самом деле?
   – Значит, тебя не соблазнил коралловый браслет? – произнес он, стараясь уколоть Анну и вызвать ее на разговор. – Скажи мне, ты могла бы украсть его у ребенка?
   Анна сухо взглянула на Лео.
   – Глупый и оскорбительный вопрос, на такие можно не отвечать, – холодно ответила она.
   – Почему? Ты ведь украла у меня, почему бы не украсть и у ребенка, если очень хочется?
   – Тяжесть преступления зависит от его мотива. Можно понять человека, укравшего еду для своего ребенка, который умирает от голода, тем более если пострадавший купается в деньгах.
   – Ты в самом деле моралистка. – Лео еле заметно прищурился и поднес к губам бокал. – Несколько необычная черта характера для воровки. – Он немного отпил вина. – Я уже спрашивал тебя, почему ты у меня украла, Анна…
   – И я ответила тебе, что это не твое дело. Лео снова почувствовал приступ ярости, но тут как раз принесли еду, и он отвлекся.
   – Это все то, что ты заказала? – спросил он, скептически разглядывая блюдо, стоявшее перед Анной.
   – Да. Я праздную мою свободную ночь.
   На секунду его лицо омрачилось, но потом ему удалось взять себя в руки.
   – Приятно видеть, как ты ешь.
   – Я тебе говорила… у меня нет выбора. Модели должны быть худыми для своего роста. А вкусно поесть, конечно, иногда хочется. Но, думаю, мне еще недолго сидеть на диете. У меня нет особых иллюзий насчет моей карьеры. И никогда не было, – задумчиво добавила она. – Еще пару годков – и можно будет заканчивать. Честно говоря, уже стало надоедать. А потом слишком часто приходится общаться с не самыми лучшими людьми. Помнишь очаровательного синьора Эмбрутти, который хотел, чтобы Дженни разделась? Ему было совершенно наплевать, что ей этого не хотелось. Думаешь, такие ситуации возникают редко?
   – Я помню, как ты угрожала Эмбрутти, ссылаясь на условия своего контракта.
   – Мне приходилось с ним работать и раньше, именно поэтому я заранее настояла на том, чтобы у всех четырех моделей в контракте имелся пункт о том, что съемок в обнаженном виде не будет. Тем более когда стало известно, что твой подхалим Джастин именно его нанял для съемок…
   – Как ты его назвала?
   – Подхалим. Разве не так?
   – Ты не права. Он просто старается хорошо выполнить свою работу.
   – Разумеется. И вовсю лижет тебе ботинки. – Она взглянула на него. – Ты ведь не хочешь окружить себя подхалимами?
   Лео недовольно сжал губы.
   – Мой персонал знает, что я ожидаю от них отличную работу. За это им очень хорошо платят. Как, между прочим, заплатили тебе и другим моделям за работу, которую вы выполнили, – колко подчеркнул он.
   – И мы много работали, поверь мне! У тебя есть жалобы на качество нашей работы?
   – Нет, вы были настоящими профессионалками. Даже когда ты угрожала фотографу. Ты часто это делаешь, не так ли?
   – Приходится. Когда этого требуют обстоятельства. С самого начала своей карьеры мне пришлось бороться за то, чтобы в каждом контракте оговаривалось, что я не раздеваюсь.
   Лео с удивлением посмотрел на нее.
   – Неужели это так важно? Сейчас нагота ничего не значит.
   Анна положила вилку и насмешливо взглянула на него.
   – Хорошо, тогда раздевайся.
   – Не будь нелепой! Ты ведь модель.
   – Да, модель. Я демонстрирую одежду. Но не отсутствие одежды. Улавливаешь разницу?
   Лео глубоко вздохнул.
   – Понимаю. Но если тебе так не нравится быть моделью, зачем ты ею стала?
   – Это лучше, чем весь день упаковывать печенье на местной фабрике. Я никогда хорошо не училась в школе, поэтому о высшем образовании речь не шла. Когда мне было восемнадцать лет, меня заметил «разведчик талантов» из одного модельного агентства.
   Лео пристально рассматривал ее.
   – Ты так же агрессивно ведешь себя со своими любовниками?
   – У меня нет любовников, – напряженно сказала она.
   – Что ты имеешь в виду, говоря, что у тебя нет любовников? – недоверчиво протянул Лео.
   – Я имею в виду, что у меня нет любовников.
   – Почему же нет? С твоей внешностью ты могла бы заполучить лучших представителей моего пола.
   Анна передернула плечами.
   – Таких, как ты? Нет, спасибо. Послушай, я думала, сделка состоит в том, что мы постараемся вежливо обращаться друг с другом. Ты не можешь говорить о погоде или о чем-то в этом роде?
   – Замечательно. – В его глазах промелькнуло выражение, которое она не смогла понять. – Итак, чем бы ты хотела заняться после ленча?
   Она пожала плечами.
   – Ты знаешь остров, а я нет.
   – Хочешь снова пойти за покупками? Она театрально закатила глаза.
   – Я не хочу больше ничего покупать, спасибо. Вообще-то я бы хотела поплавать, охладиться. Поблизости есть пляж? Но, может быть, тебе с твоей лодыжкой нельзя лезть в воду?
   – Это не проблема, – весело отозвался Лео. – И я знаю, на какой пляж тебя отвезти. – Его глаза засветились. – Скажи мне, ты занимаешься серфингом?
   Анна уставилась на него.
   – Серфингом? На Карибском море? Оно же гладкое, как мельничный пруд.
   Лео рассмеялся.
   – Но не на Атлантическом побережье.
 
   Так оно и оказалось. К удивлению Анны, на песчаный пляж, куда ее повез Лео после ленча, действительно набегали волны. Лео припарковал машину возле маленького кафе-бара. В дамской комнате Анна переоделась в один из двух новых купальников, которые она купила утром. Когда она вышла, Лео уже стоял раздетым до пояса и держал под мышкой пару только что купленных досок.
   Одну из них он с широкой улыбкой протянул Анне. Потом, хромая, побежал в воду. Анна бросилась за ним.
   Час-полтора они весело плескались в воде и ловили волны. Наконец уставшая Анна выбралась на мелкое место. Лео плюхнулся в воду рядом с ней.
   – Все, больше не могу! – задыхаясь, произнесла она.
   Лео поднялся на ноги и протянул ей руку.
   – Пора выпить что-нибудь прохладительное, – предложил он.
   Ухватившись за его руку, Анна поднялась на ноги. Они направились в сторону кафе-бара с досками под мышкой.
   – Ну и как, понравилось? – спросил Лео, садясь за столик.
   Анна широко улыбнулась и села напротив.
   – Это было потрясающе!
   На миг их глаза встретились, и в них, наверное, впервые за все эти дни не было ни капли вражды. Вскоре к ним подошла официантка той грациозной походкой, что характерна для жителей острова.
   – Слушаю вас.
   – Мне воду со льдом и, побольше фруктового сока, пожалуйста. – Анна улыбнулась.
   – И мне тоже, – кивнул Лео. Женщина улыбнулась и не спеша направилась обратно к бару.
   Анна восхищенно посмотрела ей вслед.
   – Они так потрясающе ходят, эти островитянки. Даже когда они уже не молоды и не стройны. Просто поразительно. Не могу понять, как они это делают.
   – Это потому, что они никогда не торопятся. Слишком жарко, чтобы торопиться. Поэтому все расслабляются.
   Анна криво улыбнулась.
   – Такая жизнь не слишком-то подходит энергичному деловому магнату, – сухо отозвалась она.
   Лео пододвинулся к ней поближе.
   – Так вот, значит, кем ты меня считаешь? Энергичным деловым магнатом? И ничего более?
   – Ты сам таким себя видишь. Лео медленно покачал головой.
   – Это то, что от меня ожидали. – Он не сводил с нее темных глаз. – Ты сумела вырваться из своей среды, Анна, а я нет.
   Она нахмурилась, немного растерявшись. Их разговор принимал неожиданный оборот.
   – С какой стати тебе бы этого хотелось… с твоим-то происхождением?
   – Я рос в богатстве… но, кроме этого, у меня мало что было.
   Она фыркнула.
   – Бедный маленький богатый мальчик?
   – Насколько ты была близка со своей бабушкой? – спросил он, пропустив мимо ушей ее скептическое замечание.
   – Кроме нее, у меня никого не было. Моя мать умерла, когда мне было пять лет, а что касается отца… ну, его так и не смогли найти даже специальные службы. Поэтому меня воспитала бабушка. И я очень благодарна ей, поверь. И все-таки иногда я чувствовала себя…
   – Одинокой? – Да.
   – Я тоже. О, было много слуг, но мои родители не заботились обо мне. Мой отец был трудоголиком, а моя мать вела светскую жизнь.
   Услышав в его голосе печаль, Анне захотелось взять его за руку.
   Появилась официантка с подносом. Анна принялась пить сок через соломинку.
   Потом откинулась на спинку стула и убрала с шеи влажные волосы.
   – Все-таки очень жарко! – воскликнула она. Лео взглянул на нее и не смог удержаться от восхищенного вздоха.
   Его захлестнула волна чувств. Это было желание. Он уже проклинал себя за то, что пошел на такую глупую сделку. Как можно было отказываться от ночи любви? Теперь ему вряд ли удастся уснуть сегодня, слишком мощным и требовательным была потребность обладать сидящей перед ним девушкой. Но странное дело, помимо желания в его душе появилось еще какое-то иное чувство, тревожное и очень сильное, но что оно означало, почему вдруг он стал смотреть Анну будто новыми глазами, понять было невозможно.
   Лео резко отодвинул пустой стакан и поднялся на ноги.
   – Пора идти, – произнес он, стараясь выглядеть веселым и беспечным. У него ведь впереди целая ночь, чтобы разобраться в самом себе!
 
   – Черт возьми, я загорела!
   Анна рассматривала кожу повыше локтя. Лео на миг отвел взгляд от дороги. Они возвращались домой с пляжа.
   – Главное, что ты не обгорела, так что не беспокойся. Легкий загар будет тебе только к лицу.
   Она состроила недовольную гримасу.
   – Бледная кожа – одна из наиболее характерных черт моего имиджа, поэтому я стараюсь никогда не загорать… даже на тропических съемках. – Она пожала плечами. – Но что теперь рассуждать, все равно уже ничего не исправишь.
   Лео продолжал упрямо смотреть прямо перед собой. Черт возьми, наверное, он правда был не в своем уме, когда заключил эту проклятую сделку… позволил Анне провести ночь одной.
   И все-таки… все-таки было необычайно приятно заключить с ней перемирие. Чтобы Анна хоть на короткое время утратила свою враждебность по отношению к нему. Хорошо бы, конечно, продлить это перемирие до конца их пребывания здесь, вернув, разумеется, занятия любовью.
   День прошел великолепно. Он рассказывал ей об острове, отвечал на ее вопросы, они шутили, смеялись… А их купание… Жаль, что все закончилось, ведь ему давно не было так спокойно, хорошо и как-то… по-домашнему. Странное слово, но другого, более точного, ему подобрать не удалось. Неужели завтра все вернется на круги своя и Анна снова будет молчать и всем своим видом демонстрировать, что ей ничего не нравится и ничего не нужно? Ему и раньше было нелегко выносить такое ее поведение, а сейчас и вовсе будет невозможно.
   Анна тихо сидела рядом с ним, но ее молчание почему-то больше не казалось Лео агрессивным. Наверное, он заблуждается и завтра его ждет горькое разочарование, думал он, продолжая вести машину на запад, к заходящему солнцу.
* * *
   Анна сушила только что вымытые волосы, когда Лео постучал в дверь ее спальни и вошел. Он окинул ее знакомым страстным взглядом, и девушка тотчас почувствовала, как ее захлестнула жаркая волна желания, но она усилием воли постаралась ее подавить. Нельзя идти на поводу своих инстинктов. Она весь день была вежливой с Лео Макариосом и заслужила награду – ночь свободы.
   Впрочем, если быть откровенной, день не стал для нее тяжелым испытанием. Скорее наоборот. Наконец-то она отдохнула по-настоящему, забыла о своих угрызениях совести, обидах, о том, что она здесь всего лишь секс-рабыня, и почти полностью расслабилась. Как ей, оказываться, этого не хватало!
   – Да. Ты что-то хочешь мне сказать?
   – Не выпить ли нам кофе? – спросил он.
   – Спасибо, было бы мило.
   Они вышли на террасу, и Анна уселась в шезлонг у низкого столика.
   – Как ты повредил лодыжку? – Она налила кофе себе и Лео.
   – Катался на водных лыжах. Ладно, что там рассказывать! Уже все проходит. А ты когда-нибудь пробовала?
   – Нет. По правилам моего контракта мне запрещено заниматься травмоопасными видами спорта.