Авторы Истории КПСС пишут о "союзе рабочих и крестьян под руководством рабочих". Фактически диктаторское "руководство" над трудящимися города и деревни захватила с самого начала "советской власти" партия большевиков. Эта диктаторская власть сравнительно небольшой группы людей не могла иначе править Россией, как только методами террора. Красноречивым документом, характеризующим положение, создавшееся после захвата власти большевиками, является письмо коммуниста Лозовского в большевистскую фракцию Центрального Исполнительного Комитета, напечатанное в меньшевистской "Рабочей Газете" 18 ноября 1917 г. Протестуя против партийного террора, Лозовский писал: "Я не могу во имя партийной дисциплины молчать перед лицом уничтожения инакомыслящей прессы, обысков, произвольных арестов, гонений и преследований, которые пробуждают глухой ропот во всем населении и вызывают представление, что режим штыка и сабли и есть та самая диктатура пролетариата, о которой социалисты проповедывали в течение долгих десятилетий. Я не могу ... молчать и нести моральную или политическую ответственность, когда ответственный руководитель фракции делает заявления о том, что за одного нашего мы убьем пять противников, -- заявления, имеющие тот недостаток, что они уже делались Гинденбургом, обещавшим сжигать три русских деревни за одну прусскую. Я не могу во имя партийной дисциплины затушевывать глухое недовольство рабочих масс, боровшихся за советскую власть, которая по недоступной их пониманию комбинации оказалась властью чисто большевистской. Я не могу во имя партийной дисциплины молчать, когда Военно-революционный Комитет распоряжается бесконтрольно судьбами страны, когда он издает фантастические декреты об исключительных судах, когда он, помимо военных операций, вторгается в область управления страной".
   Лозовский, в согласии с десятью выдающимися коммунистами, ушедшими из правительства Ленина в знак протеста против террора, начавшегося с первых дней "советской власти", предлагал "соглашение со всеми социалистическими партиями и немедленное прекращение войны внутри революционной демократии" (Цит. у Л. Троцкого, "1917", том II, стр. 358). В заявлении о выходе из правительства Ленина в ноябре 1917 г. содержится требование создания "социалистического правительства из всех социалистических партий". "Мы полагаем, -- писали 10 членов первого правительства Ленина, -- что вне этого есть только один путь, сохранение чисто большевистского правительства средствами политического террора. На этот путь вступил Совет Народных Комиссаров. Мы на него не можем вступить. Мы видим, что это ведет к отстранению массовых пролетарских организаций от руководства политической жизнью, к установлению безответственного режима и к разгрому революции и страны" (Цит. у Л Троцкого, там же, т. II, стр. 355--356). Это заявление подписали А. Рыков, В. Милютин, А. Шляпников, Д. Рязанов, Н. Дербышев, И. Арбузов, Юренев, Федоров, Ю. Ларин. Из содержания письма видно, что даже эти члены большевистского правительства не понимали существа теории диктатуры Ленина, как власти неограниченной никакими законами (т. е. деспотической), власти однопартийной, опирающейся на физическое насилие, то есть предполагающей применение террора. Коммунисты, поколебавшиеся ввиду начавшегося беззакония и террора своей партии, через некоторое время вернулись под руководство Ленина. Их сердца огрубели и совесть примирилась с кровавым кошмаром, нависшим над народами России под партийной диктатурой.
   Между прочим, известный американский дипломат Джордж Кеннан в разговоре с редактором берлинского журнала "Der Monat" (январь 1960 г.) высказал мнение, будто Ленин не сознавал того, что его план ввести в России "социализм" методами политического принуждения неминуемо приведет к террору: "Большевистское движение было принуждено к террору и жестокости необычайной цепью событий, которые их вдруг привели к власти -- после революции в стране с незначительной поддержкой в народе и в слабо развитом пролетариате". Однако еще в 1901 г. Ленин писал в "Искре": "В принципе мы никогда не отрицаем террора и не можем от него отказываться. Это одно из тех военных действий, которые могут быть вполне выгодными и даже существенными в определенный момент боя в известном положении армии и в известных условиях". Об отношении Ленина к террору свидетельствует также его статья, написанная в январе 1918 г., в которой он рекомендовал засадить в тюрьму десяток богачей, дюжину спекулянтов и полдюжины рабочих, уклоняющихся от работы. Кроме того, Ленин требовал расстрела на месте одного из десяти рабочих, уличенных в лености (В. И. Ленин, Сочинения, т. 22, стр. 166). Партии демократического социализма -- социал-демократы и социалисты-революционеры -- и после Октябрьского переворота имели за собой большинство в стране. На это указывает победа демократических социалистических партий над большевиками на выборах во Всероссийское Учредительное Собрание в конце ноября 1917 г. Этот факт не мешает, однако, авторам Истории КПСС называть социал-демократов и социалистов-революционеров "агентами буржуазии". Шаткость позиции Ленина, стремившегося обеспечить для своей партии власть в России, не взирая на большинство населения, которое не мирилось с диктатурой, привела в первые дни после Октябрьского переворота к расколу в высших партийных и правительственных инстанциях. Этот раскол представлен в Истории КПСС как следствие "капитулянства" и "предательской линии" Каменева и Зиновьева, так как они и другие выдающиеся большевики хотели создать правительство с участием меньшевиков и социалистов-революционеров, чтобы избежать гражданской войны, к которой вела политика партийной дикатуры Ленина. Авторы Истории КПСС, судя по их изложению событий, не могут понять глубокого морально-политического кризиса, который переживали многие выдающиеся большевики в ноябре 1917 г., и поэтому искажают действительность. Каменев, Зиновьев, Рыков, Милютин и прочие большевики не отрекались от власти Советов, ведя переговоры с меньшевиками и эсерами о создании однородного социалистического правительства. Наоборот, они хотели коалицией с меньшевиками и эсерами укрепить советскую власть, которую понимали как власть демократическую. Вступая в переговоры с большевиками о создании коалиционного социалистического правительства, меньшевики и социалисты-революционеры принимали власть советов как факт. Однако Ленин отверг всякую мысль об участии меньшевиков и правых эсеров в его правительстве. Для него "советская власть" была тождественна диктатуре большевистской партии. В Истории КПСС приведены слова Ленина, сказанные им в ноябре 1917 г.: "В России не должно быть иного правительства кроме советского правительства" (стр. 247). Это, в понимании Ленина, было равнозначно правительству, составленному из членов его партии. Партийную власть небольшой группы диктаторов нельзя было насадить иным способом кроме террора. Призрак гражданской войны пугал значительную часть большевиков, и этим объясняются их колебания в ноябре 1917 г.
   Новый учебник истории КПСС упоминает о переговорах, которые велись между большевистской делегацией в конце октября 1917 г. с представителями Всероссийского Исполнительного Комитета железнодорожников (Викжель). Эта профессиональная организация имела во главе меньшевиков и социалистов-революционеров. Каменев, глава большевистской делегации, соглашался принять требования Викжеля об устранении Ленина с поста председателя советского правительства в случае достижения согласия между обеими сторонами об организации нового правительства, составленного из представителей большевиков и демократических социалистов (стр. 246). Эти переговоры свидетельствуют о чрезвычайной слабости большевистского правительства в первые дни после Октябрьского переворота и о нежелании многих большевиков разжигать гражданскую войну. После срыва переговоров с меньшевиками и эсерами произошел кризис в советском правительстве, о котором было упомянуто выше.
   В Истории КПСС говорится о роспуске большевистским правительством демократических городских дум и земских управ, которые были избраны на основе демократического закона летом 1917 г., и приводится причина роспуска: будто бы думы и земские управы представляли "интересы буржуазии и помещиков" (стр. 248). Это измышление опровергается тем фактом, что огромное большинство членов органов демократического самоуправления в 1917 г, принадлежало к социалистическим партиям. Обвинение в "буржуазности" городских дум, избранных в 1917 г. на основе демократического закона, опровергается, между прочим, и речью А. Луначарского на заседании Петроградского Комитета партии большевиков 1(14) ноября 1917 г.: "Значит ли, что мы отказываемся от городских дум? Да ведь в них наши сидят" (Л. Троцкий, Сталинская школа фальсификаций, Берлин 1932, стр. 121).
   11. Разгон Учредительного Собрания
   Следует отметить, что влияние буржуазных партий в 1917 г. на массы населения России было незначительным. Авторы Истории КПСС, желая оправдать гражданскую войну среди рабочих и крестьян и террор большевистской партии по отношению к социалистам, принуждены прибегать к явной фальсификации. Борьбу за упрочение партийной диктатуры большевиков авторы Истории КПСС пытаются изобразить как борьбу за утверждение демократии против "происков контрреволюции". Эта тенденция проявляется в рассказе о разгоне большевиками Учредительного Собрания в январе 1918 г. "Краткий курс" лаконично отмечал, что правительству Ленина "нужно было ... распустить буржуазное Учредительное Собрание" (стр. 204, издание 1952 г.). Составители нового учебника истории КПСС захотели более пространно оправдать разгон Учредительного Собрания вооруженной силой большевистского правительства. Они пытаются убедить читателя, будто бы волю народа выражали большевики, захватившие власть посредством восстания 7 ноября (нового стиля) 1917 г., а не Учредительное Собрание, избранное совершенно свободно в конце ноября 1917 г. (Большевики тогда еще не создали своего террористического аппарата). Победу демократических социалистов в выборах в Учредительное Собрание авторы Истории КПСС объясняют тем, что "значительная часть народа не успела еще осмыслить значения социалистической революции" (стр. 252). Учредительное Собрание здесь названо "контрреволюционными силами", которые противопоставили себя "советской власти и воле большинства народа". Каким образом могла быть высказана эта "воля большинства народа" в пользу правительства Ленина, авторы Истории КПСС не сообщают. Они только упоминают, что Учредительное Собрание 6 января 1918 г. было распущено декретом ВЦИК и что "народ одобрил роспуск буржуазного Учредительного Собрания". Когда и каким образом этот декрет ВЦИК был "одобрен народом", авторы Истории КПСС тоже не указывают и не приводят никаких доказательств того, что Учредительное Собрание по составу своему было "буржуазным". Как известно, огромное большинство в Учредительном Собрании составляли социалисты-революционеры. Аргумент большевиков, что Учредительное Собрание, как "буржуазное", необходимо было распустить, так как оно будто бы не выражало воли народа, был пущен в ход в декабре 1917 г.
   Известная деятельница польской и германской социал-демократии Роза Люксембург в своей брошюре "Русская революция", написанной в 1918 г., отвергла этот софизм. Она считала, что большевистское правительство, распустив Учредительное Собрание, должно было устроить новые выборы. Она предсказала, что власть иначе сосредоточится в руках дюжины революционеров, которые будут действовать совершенно бесконтрольно (Die Russische Revolution, Berlin 1922). Несмотря на то, что Р. Люксембург, после насильственной смерти в Берлине в январе 1919 г., была причислена большевиками к своему синклиту, ее замечательная критика системы партийной диктатуры, созданной Лениным, до сих пор не была в России опубликована.
   Пока в России существовало Временное Правительство, партия большевиков вела в 1917 г. демагогическую пропаганду, будто бы это правительство стремилось "сорвать" созыв Учредительного Собрания. Когда, однако, Временное Правительство назначило выборы в Учредительное Собрание, на 12 ноября (старого стиля) 1917 г., Центральный Комитет большевистской партии обратился с воззванием к народу, заявляя, что "Учредительное Собрание может быть созвано только вопреки нынешнему коалиционному правительству, которое делает и сделает все, чтобы сорвать его". В том же духе была составлена декларация фракции большевиков во Временном Совете Республики (Предпарламент), которую огласил Л. Троцкий на заседании 7(20) октября 1917 г., покидая Предпарламент: "Буржуазные классы, направляющие политику Временного Правительства, поставили себе целью сорвать Учредительное Собрание" (Архив революции 1917 года. Факты и документы. Петербург 1918, стр. 148).
   В воззвании большевистской партии, составленном Лениным перед захватом власти, необходимость переворота доказывалась тем, что советская власть "обеспечит своевременный созыв Учредительного Собрания" (В. И. Ленин, Сочинения, изд. 4, т. 26, стр. 215).
   26 октября 1917 г., после свержения Временного Правительства, газета большевиков "Правда" писала: "Товарищи! Вы своей кровью обеспечили созыв в срок хозяина земли русской -- Всероссийского Учредительного Собрания". Ленин в своей речи на II съезде Советов 26 октября 1917 г., кроме того, заявил: "Как демократическое правительство, мы не можем обойти постановление народных низов, хотя бы с ними были несогласны ... И если даже крестьяне пойдут и дальше за социалистами-революционерами, и если они даже этой партии дадут в Учредительном Собрании большинство, то и тут мы скажем, -- пусть так!" (В. И. Ленин, Сочинения, изд. 4, т. 26, стр. 226).
   В постановлении II съезда Советов о создании советского правительства оно названо "Временным рабочим и крестьянским правительством" и при этом сказано, что оно образовано "для управления страной впредь до созыва Учредительного Собрания". Это постановление составил Ленин (там же, стр. 230). Лицемерие Ленина в отношении Учредительного Собрания раскрылось в полной мере только после его смерти. В 1929 г. были опубликованы "Протоколы Центрального Комитета РСДРП (большевиков)", охватывающие период с августа 1917 г. до февраля 1918 г. В протоколе от 10 октября 1917 г. записаны следующие слова Ленина: "Ждать до Учредительного Собрания, которе явно будет не с нами, бессмысленно, ибо это значит усложнять нашу задачу". Это подтвердил и Л. Троцкий в "Правде" от 20 апреля 1924 г.: "В первые же дни, если не часы, после переворота, Ленин поставил вопрос об Учредительном Собрании. Надо отсрочить, предложил он, отсрочить выборы ... Ему возражали: неудобно отсрочивать. Это будет понято как ликвидация Учредительного Собрания, тем более, что мы сами обвиняли Временное Правительство в оттягивании Учредительного Собрания. Ленин со своей позицией оказался одиноким. Он недовольно поматывал головой и повторял: ошибка, явная ошибка, которая может нам дорого обойтись. Как бы эта ошибка не стоила революции головы ... Выяснилось тем временем, что мы будем в меньшинстве даже с левыми эсерами ... "Надо, конечно, разогнать Учредительное Собрание", говорил Ленин..."
   Насильственный роспуск Учредительного Собрания правительством Ленина в январе 1918 г. имел свои кровавые последствия, о которых авторы Истории КПСС предпочли умолчать. Свидетелем упомянутых последствий явился М. Горький, находившийся в то время в оппозиции к политике Ленина. После расстрела мирной демонстрации сторонников Учредительного Собрания в Петрограде 5 января 1918 г. большевистской полицией М. Горький писал в своей газете "Новая жизнь" (9 января 1918 г.): "5-го января 1917 года безоружная петербургская демократия -- рабочие, служащие -- мирно манифестировали в честь Учредительного Собрания ... "Правда" лжет, когда она пишет, что манифестация 5 января была организована буржуями, банкирами и т. д., и что к Таврическому дворцу шли именно "буржуи" и "калединцы". "Правда" лжет, -- она прекрасно знает, что "буржуям" нечему радоваться по поводу открытия Учредительного Собрания, им нечего делать в среде 246 социалистов одной партии и 140 -- большевиков. "Правда" знает, что в манифестации принимали участие рабочие Обуховского, Патронного и других заводов, что под красными знаменами российской социал-демократической партии к Таврическому дворцу шли рабочие Василеостровского, Выборгского и других районов. Именно этих рабочих и расстреливали, и сколько бы ни лгала "Правда", она не скроет позорного факта ... Итак, 5 января расстреливали рабочих Петрограда безоружных. Расстреливали без предупреждения о том, что будут стрелять, расстреливали из засад, сквозь щели заборов, трусливо, как настоящие убийцы".
   12. Объявление России Советской республикой и сепаратный мир с Германией
   На стр. 253 Истории КПСС упоминается декларация 2 Всероссийского съезда Советов об объявлении России Советской республикой "на основе добровольного союза свободных наций, как федерации советских национальных республик". Эту "добровольную федерацию" большевистское правительство учреждало, не спрашивая, желают ли национальные республики, созданные в разных провинциях бывшей Российской империи, подчиниться правительству Ленина. Против строптивых народов Ленин послал из России свою "красную гвардию", чтобы силой оружия принудить национальные республики (например, Украину) к "добровольной федерации". Входить в подробности завоевательной политики советского правительства по отношению к национальным республикам авторы Истории КПСС не сочли нужным.
   Во втором разделе VIII главы Истории КПСС излагаются события, приведшие правительство Ленина к сепаратному миру с Германией в Бресте в 1918 г., и комментируется дискуссия на VII съезде Российской Коммунистической партии. В условиях того времени, когда армия окончательно разложилась и тыл был совершенно расстроен, сепаратный мир был необходимостью. В понимании этого положения Ленин превосходил своих противников из других партий, а также и в своей собственной партии. Авторы Истории КПСС обвиняют партии, выступавшие против заключения сепаратного мира с Германией, в том, что их позиция объяснялась будто бы желанием поражения России, "чтобы задушить революцию". Это обвинение нелепо. Противники большевиков могли бы сохранить власть в своих руках после революции 1917 г., если бы решились заключить сепаратный мир. Временное Правительство от этого шага отказалось в силу патриотических чувств и верности союзу с государствами Антанты.
   В отличие от "Краткого курса", новый учебник истории КПСС менее пристрастно осуждает позицию Троцкого, Бухарина и других во время переговоров о мире с Германией в Бресте. Правда, авторы называют "предательским" заявление Троцкого, главы советской делегации в Бресте, 10 февраля 1918 г., что Советское правительство не принимает условий мира, поставленных Германией, демобилизует армию и прекращает войну. Однако в Истории КПСС выпущено обвинение по адресу противников подписания мира с Германией -- Троцкого, Бухарина и др., которые якобы хотели сорвать Брестский мир, арестовать Ленина и Сталина, "убить их и сформировать новое правительство из бухаринцев, троцкистов и левых эсеров" (стр. 203). Сталинский "Краткий курс" ссылается на показания обвиняемых в судебном процессе "право-троцкистского блока" в 1938 г. После тайной речи Хрущева на XX съезде КПСС в 1956 г., в которой он изобличил методы расправы Сталина с его противниками, упоминание о процессе "право-троцкистского блока" и о мнимых "заговорах" против Ленина в 1913 г. авторы новой Истории КПСС не сочли возможным повторять. Это один из примеров "десталинизации" в новом учебнике.
   13. План строительства социалистической экономики
   Излагая "план строительства основ социалистической экономики" в третьем разделе VIII главы, авторы новой Истории КПСС трактуют систему хозяйства государственного капитализма, наступившего в России после ликвидации частных капиталистических предприятий. Прежде всего авторы замечают: "При переходе к социализму В. И. Ленин придавал важное значение государственному капитализму" (стр. 265). Более пространно, чем в "Кратком курсе", авторы Истории КПСС объясняют причины введения государственного капитализма в России в 1918 г. и приводят его характерные черты. Они пишут, в частности, что "интересы социализма требуют беспрекословного повиновения масс единой воле руководителей трудового процесса" (стр. 266). Под ярлыком "социализма" приводятся дальше средства, рекомендованные Лениным для повышения продуктивности труда рабочих: трудовая дисциплина под руководством назначенных правительством директоров государственных предприятий, привилегии для "буржуазных специалистов", работающих на предприятиях, "внедрение сдельной оплаты труда, ликвидация уравниловки, организация соревнования, общественное воздействие на лодырей и рвачей" (стр. 267). В "Кратком курсе" "общественное воздействие" очерчено более определенно, там говорится "о методах принуждения" (стр. 211, издание 1945 г.). Против казарменной дисциплины, давшей возможность правительству Ленина ввести усиленную эксплуатацию рабочих на государственных предприятиях, протестовал Н. Бухарин со своими единомышленниками. Взгляды этих "левых коммунистов" изложены в новой Истории КПСС в еще более карикатурном виде, чем это было в "Кратком курсе". Авторы нового учебника истории КПСС утверждают, что Бухарин и его сторонники будто бы "оказались защитниками мелкобуржуазной стихии и анархической разнузданности, поощряли кулаков, спекулянтов и лодырей" (стр. 267).
   В новой Истории КПСС неоднократно повторяются слова о "диктатуре пролетариата". Как выглядела эта "диктатура пролетариата" в России с самого начала Октябрьской революции в 1918 г., авторы говорят достаточно откровенно. "В систему диктатуры пролетариата входила партия, советы, профсоюзы и другие массовые организации трудящихся ... Партия вырабатывала такие формы взаимоотношений, которые давали полный простор самодеятельности Советов, как органов государственной власти, и в то же время обеспечивали ведущую роль партии в системе диктатуры пролетариата. Партия выступала как руководящая и направляющая сила советского государства. Она определяла всю политику, объединяла усилия всех общественных организаций трудящихся в их борьбе за учреждение советского строя и переустройство общества на социалистических началах. Через коммунистические фракции партия оказывала политическое воздействие на советы и профсоюзы и проводила в жизнь свои директивы". Эти слова достаточно ясно характеризуют тоталитарную систему партийной диктатуры, завуалированную формулой "диктатура пролетариата", которую коммунисты создали в России под водительством Ленина уже в 1918 г. В "Кратком курсе" эта мысль высказана в более смягченном виде, в главе XII, где излагаются основы Сталинской Конституции 1937 года (стр. 330, издание 1945 года). Итак, как сообщается в Истории КПСС, отношение рабочего класса к диктаторской партии было построено уже в 1918 г. на основе беспрекословного повиновения.
   Авторы нового учебника истории КПСС сочли также нужным представить на свой манер и политику диктаторской партии в отношении крестьянства. Хозяйственная разруха, обострившаяся после провозглашения диктатуры большевиков, привела к недостатку продовольствия во многих городах России. Ленин в связи с этим рекомендовал организацию походов "продовольственных отрядов" из городов в деревни. Эти "походы" велись под лозунгом "борьба с кулачеством". Фактически это была война против всего сельского населения, не желавшего отдавать продукты своего труда государству бесплатно. Авторы Истории КПСС пишут, что "они" ("кулаки". -- П. Ф.) "решили дать бой государству рабочих ... на фронте борьбы за хлеб" (стр. 269). В этих словах совершенно растворилась формула большевиков -- "рабоче-крестьянская власть". Что же касается борьбы с "кулачеством", то из всего сказанного по этому поводу в Истории КПСС, становится совершенно ясно, что это был организованный "массовый поход в деревню" городского населения для реквизиции хлеба у крестьян вообще. Попытка создать "комитеты бедноты" в деревнях России для борьбы против "деревенской буржуазии" не была удачной, хотя авторы Истории КПСС утверждают противоположное. Уже к концу 1918 г. комитеты крестьянской бедноты были в России ликвидированы. Правительство Ленина отступило перед угрозой крестьянских восстаний. Зато в областях, захваченных советской Красной армией в 1919 и 1920 гг. (Украина и др.), "комитеты бедноты" были сразу же организованы и существовали там до 1930 г.
   Выражением недовольства русского крестьянства политикой "похода в деревню", которую организовал Ленин, было также восстание против правительства большевиков партии левых эсеров. В новой Истории КПСС утверждается, что левых эсеров, поднявших восстание в Москве в 1918 г., "поддерживали иностранные дипломатические миссии". Это новое историческое "открытие" не подтверждено никакими доказательствами. В "Кратком курсе" объяснение восстания левых эсеров дается на основании процесса "право-троцкистского блока" в 1938 г.: будто бы "мятеж левых эсеров был поднят с ведома и согласия Бухарина и Троцкого и являлся частью общего плана контрреволюционного заговора бухаринцев, троцкистов и левых эсеров против советской власти" (стр. 213). Даже левый эсер Блюмкин, убивший германского посланника в Москве графа Мирбаха, назван в "Кратком курсе" "агентом Троцкого". По указанным выше причинам, в новом учебнике истории КПСС процессы против "троцкистов", "бухаринцев" и др., организованные Сталиным для уничтожения элиты "старых большевиков", не упоминаются. Вину за восстание левых эсеров авторы История КПСС сваливает на "иностранные дипломатические миссии".