– Хорошо, – сказал Язон. – Собирайтесь прямо сейчас. И знаешь, не посвящай его пока во все наши тайны.
   – Ты прав, я тоже об этом подумала, – улыбнулась Мета. – А план действий у тебя есть?
   – Конечно, есть, – кивнул Язон, и между прочим, в этот план не входит оповещение всей команды «Арго» о нашей внезапной экспедиции.
   Мета остановилась в дверях, призадумавшись.
   – Боишься, Керк и все прочие будут против?
   – В итоге, может быть, и нет, но мы наверняка потеряем драгоценное время.
   Мета задумалась еще серьезнее. Отошла от двери, села в кресло, закинула руки за голову, переплетя пальцы, и даже прикрыла глаза – так она обычно сосредотачивалась на самом важном, отбрасывая в сторону мешающие мелочи.
   – Все, – сказала она через полминуты. – Я решила. Мы полетим втроем и тайно, как ты хочешь. Но мы полетим в виде наших имитов. Ведь тайный полет – это особенно большой риск. Если что-то случится в первые же минуты, они не успеют нам помочь.
   Теперь Язон тяжко задумался. Ему вдруг пришло в голову, что если уж суждено случиться чему-то по-настоящему скверному, им троим уже никто не сумеет помочь: ни имиты, ни заранее предупрежденная команда «Арго», ни все миры Зеленой Ветви. Однако… Береженого Бог бережет, как говорили древние, а значит, Мета права. Он еще успеет слетать на ледяную планету собственной персоной, если, конечно, все пойдет по плану.
   – Согласен, – затвердил Язон. – Иди, позови Троу, мы установим контрольные аппараты имитов в одной каюте, лучше всего здесь, в моей, и отправим роботов немедленно.
   Мета уже повернулась, чтобы уйти, но вдруг кинулась к Язону в объятия, словно прощалась с ним перед дальней дорогой.

Глава четвертая

   Маленькая космическая шлюпка, экипаж которой составляли три имита, имела двойную систему управления – манипуляторами роботов и дистанционными сигналами с корабля. Причем, дистанционный контроль в случае экстренной необходимости мог брать на себя любой четвертый человек, допущенный к центральному пульту, не зависимому от имитационных аппаратов, в которых находились сейчас Язон, Мета и Троу. Эту хитрую систему придумал Язон, проникшийся небывалой осторожностью Меты. Конечно, она была права. Ледяной астероид таил в себе массу неожиданностей, а каждый, имевший хоть однажды дело с имитом, знал, как тяжело бывает выйти из шока, если для полноты информации отключаешь блокирующее устройство и не успеваешь потом включить его вновь, когда ощущения, передаваемые роботом, перехлестывают через опасный для психики предел. Они готовились к этому, однако очень скоро выяснилось, что готовиться следовало совсем к другому. Вот только возможно ли было приготовиться?
   Место для посадки Язон специально выбрал вдалеке от ледяной глади, из которой первая группа десантников вырезала ледовый куб с монстром. Во-первых, не стоило дважды искушать судьбу в одном и том же месте, а во-вторых, хотелось понять, почему большая часть поверхности застыла как спокойное море, а в отдельных местах виднелись нагромождения торосов, словно там когда-то пронеслась настоящая буря. При полном отсутствии атмосферы на астероиде, бури как таковые были разумеется, невозможны. Значит, что-то иное изнутри планеты встопорщило ледовую корку. Преимущественно в таких точках и решено было, кстати, устанавливать бомбы. Язон однако учел и этот момент, столкновение с монтажниками взрывного оборудования в планы его не входило.
   Полет проходил нормально почти до самого приземления, но затем приборы зафиксировали мощное магнитное возмущение, и через секунду шлюпка перестала слушаться всех троих одновременно. Излучение с очень высокой энергией подавило управляющие лучи, идущие с корабля, и посадка пошла по новому, строго заданному маршруту. Кто его задал? Кто?!
   Ответить на столь сложный вопрос Язон не успел даже самому себе. Уж слишком стремительным получилось приземление. К счастью, контроль над закопавшейся в лед техникой полностью утрачен не был, и в точном соответствии с очередной командой открылись входные люки. Три имита, следуя приказу, выскочили наружу одновременно, с шиком, как лихие полицейские, прибывшие на место преступления. На этом аналогия и заканчивалась, потому что все дальнейшее повергло доблестных «рейнджеров» в полнейшее недоумение и растерянность. Они стояли у подножия огромной отвесной скалы, уходящей в вышине в глухую черноту беззвездного неба и только их прожекторы, да мощная фара космической шлюпки выхватывали из мрака голубоватый блеск полупрозрачного льда. Потом стена перед ними лопнула, разлетаясь на мириады мельчайших сверкающих осколков, словно толстое стекло от взрывной волны. Язон даже успел подумать, уж не началась ли операция по уничтожению раньше положенного срока.
   И тогда из глубины образовавшегося пролома появилась громадная черная бесформенная фигура. Она была такой же запредельно черной, каким казался на экранах диск астероида во время дальней локации, и излучала такой же непреодолимый ужас. Всю эту несуразицу трудно было с чем-то ассоциировать.
   – Настоящая черная дыра! – шепнул Троу. – Вы только посмотрите: полное отсутствие излучений во всем спектре.
   – Да, но только эта дыра ломает лед и движется к нам, то есть к нашим имитам, – заметил Язон.
   – Но этого не может быть! – успел крикнуть Троу, прежде чем имит Меты первым открыл стрельбу из всех видов наличного оружия.
   Пиррянам никогда не требовалась команда «пли». А команду «отставить» они выполняли только после того, как полностью иссякал боезапас.
   – Но это же глупо, глупо! – буквально стонал Язон. – Прекратите!
   Действительно нелепо стрелять, когда лазерные лучи, разрывные пули и даже потоки раскаленной плазмы летят в никуда. Фигура замерла на несколько мгновений, словно глыба черного лабрадора, но это не походило на испуг и отступление, скорее на легкую задумчивость перед следующим шагом. И новый шаг не заставил себя ждать. Уже через секунду все трое могли убедиться: абсолютно черное тело – вовсе не дыра в пространстве, не сгусток энергетических полей и тем более не фантом. Черный колосс был вполне материален. Словно две огромных ручищи с тяжелыми кулаками он выбросил вперед некие подобия щупалец и опустил их на невежливых пришельцев. Одним из отростков была сплющена и превращена в груду лома шлюпка, а другой накрыл имитов и захватил их в свои мрачные глубины, возможно, также перетирая в порошок, но узнать это наверняка не удалось – всякая связь с роботами тут же и прекратилась. Да и к счастью, впрочем: кому захочется испытать на своей шкуре всю гамму подобных ощущений? Не меньшей удачей следовало считать и то, что все происходящее они успели зафиксировать следящими камерами, и аппаратура подтвердила: запись без помех передана в память главного корабельного компьютера.
   Язон, Мета и Троу быстро покинули сделавшиеся никчемными имитационные аппарты и перешли к наблюдениям через внешние приборы «Арго».
   В потревоженной ими точке поверхности творилось нечто неладное. Последняя аудиоинформация переданная в мозг отчаянных исследователей их погибшими имитами, была чудовищной – дьявольская какофония звуков, одновременно высоких и низких тонов, на пределе слышимости, а по мощности достигающих болевого барьера. Теперь же, когда связь прервалась, все вокруг естественным образом затопила абсолютная, вакуумная тишина.
   Процесс же развивался удивительно бурно. Складывалось впечатление, что в планете проделали дырку и через нее в безвоздушное пространство течет этот жуткий мрак, будто густые чернила в воду. Только не со скоростью разливающейся жидкости, а со скоростью вырастающего над землей атомного гриба. Да нет, куда там, еще гораздо быстрее. Наступление этой темноты на корабль происходило с нарушением всех известных людям законов физики, и это было особенно ужасно. То, что вначале показалось человекоподобной фигурой, теперь напоминало скорее облако, или осьминога, или на разбегающиеся во все стороны трещины, словно само пространство раскололось, как плоская картинка и медленно таяло в наступающем кошмаре липкой и беспросветной черноты.
   Такого ужаса и отвращения, какой вызывало сейчас это зрелище, ни один из них не испытывал еще ни разу в жизни, и было уже ясно, что спрятаться некуда, что чернота достанет везде, что броня линкора «Арго» для этой субстанции все равно, что яичная скорлупа или прозрачная сетка, что смерть неизбежна, что скорее всего, они уже умерли, а эта жуть – просто иная реальность, или Страшный Суд, или… обыкновенное безумие. Ведь такого не могло быть на самом деле.
   Язон запомнил обращенные к нему в тот момент глаза Меты. Эта бесстрашная, уверенная в себе амазонка в один миг превратилась в маленькую испуганную девочку. Интересно, а на кого был похож он сам? И только на лице Троу отражалось как и прежде сумасшедшее любопытство, переходящее в маниакальный азарт и неутолимая жажда мести.
   «Не к добру это», – успел подумать Язон.
   Потом все пропало. Последнее, что он слышал – это был жуткий свист, с которым сквозь огромную рваную пробоину в броне корабля из каюты улетучивался воздух.

Глава пятая

   Старина Керк невыносимо маялся от безделья. Ему было не привыкать к ранениям, но на этот раз незначительная дырка в мягких тканях и мизерная трещинка в ребре, которую он готов был вовсе не принимать в расчет, почему-то допекали его как никогда. Двигаться он мог, получалось даже вставать и ходить, вот только Керк не понимал, зачем. Нормальной войны с астероидом не получалось, а заниматься научными изысканиями он не любил с детства. К тому же Керк привык руководить, а здесь выше него поставлено было слишком много людей. Ладно бы только Язон динАльт, а то еще какой-то Бервик, требующий к себе уважения непонятно за что, да целая банда чокнутых специалистов во всех областях знаний! Керк ощущал непривычную для себя апатию, сонливость и с грустью подумывал, что годы все-таки уже берут свое.
   Почти целые сутки провалялся он на больничной койке, морщась от резкой боли в боку при неудачных поворотах тела. Из-за суеты приготовлений к большому взрыву друзья нечасто заходили к нему. Чаще связывались по интеркому, а потом и аппарат над его постелью замолчал надолго. Туповатый робот-медбрат о происходящем не докладывал, и Керк, почувствовав явную тревогу, решил выйти на связь сам.
   – Бруччо, – обратился он к первому до кого удалось дозвониться, – что они все там делают?
   – Готовят планету к уничтожению. При этом Язон и группа ученых еще пытаются что-то исследовать.
   – А Мета где? Почему она не отвечает на вызов?
   – Насколько мне известно, Мета сейчас в каюте у Язона.
   Однако каюта Язона тоже не отвечала, и это очень не понравилось Керку. Что было проще – направить туда робота или кого-нибудь из молодых бойцов, но Керк принял другое решение. Он поднялся и вопреки всякой логике, следуя только интуиции, облачился в скафандр. На ходу застегиваясь, проверяя исправность оружия и систем безопасности, старый боец быстро шагал по коридорам. На боль в боку даже не обращал внимания, она как будто пропала уже. А вот тревога в душе нарастала с каждой секундой.
   Пирряне давно привыкли доверять интуиции больше, чем логике. Логика слишком медленная штука. Только неведомое шестое чувство, только многолетняя привычка прислушиваться к своему внутреннему голосу подсказывала пиррянину, надо ли нажимать на курок, когда пистолет, самопроизвольно прыгнувший в ладонь, поворачивался дулом к неведомой опасности.
   Конечно, дверь оказалось заперта изнутри, и Керк еще не успел навалиться на нее плечом, когда услышал звук, интерпретировать который можно было одним-единственным образом. Из каюты стремительно уходила атмосфера. Сирена общей тревоги среагировала на резкое падение давления в отсеке на секунду позже Керка. Ветеран пиррянских боев уже защелкнул гермошлем и принялся высаживать дверь.
   Однако надо отдать должное древним землянам, двери на «Арго» делались не так, как на современных космолетах – намного прочнее. Очевидно имперцы в те времена предусматривали кроме всего и ведение боевых действий внутри корабля. Титаническая силища Керка оказалась все-таки не безграничной, и он сумел попасть внутрь, лишь после того, как смирил гордыню и вырезал замок лазерным пистолетом. В отверстие со свистом ворвался воздух из коридора, где-то далеко за спиной хлопнули герметичные переборки, перекрывая очередной отсек…
   Меж тем в каюте уже не было ни души, а в стене напротив зияло отверстие в форме почти правильной десятиконечной звезды. Большое отверстие. Но человек, тем более в скафандре едва ли пролез бы через него, не исцарапавшись об острые клинья.
   Керк выглянул наружу. В отраженном свете направленных на ледяную поверхность прожекторов «Арго» клубился, удаляясь, черный туман. Эта жуткая субстанция с нереальной быстротой втягивалась в гигантский разлом далеко внизу, словно дымок в трубу, если конечно, видеозапись дымящей трубы прокручивать с конца на начало.
   Керк схватился руками в перчатках за острые зубья, торчащие по краям дыры, и в ярости согнул толстую броню древнего линкора.
 
   Автоматические камеры, разумеется, зафиксировали старт космошлюпки и все, что случилось в дальнейшем. Так что по записям удалось довольно точно восстановить картину происшедшего, если не считать, что изображения черного пятна, снятого с разных точек, никак не увязывалось в единый образ. Проекции не совпадали. Физики предлагали на этот счет две гипотезы: либо под действием излучения камеры рассинхронизировались, либо пришлось столкнуться с таким редким явлением, как электронный фантом. То есть, попросту говоря, у техники начались галлюцинации. Еще хуже было то, что, момент захвата трех человек из каюты не зарегистрировал ни один из приборов. И теперь оставалось лишь гадать, в какой конкретно момент погибли Мета, Язон и Троу, были они задушены и заморожены еще в каюте, или тела их погребла живьем зловещая черная масса, уже вытянув из корабля в открытый космос. По сохранившейся аудиозаписи можно было только утверждать, что они не стреляли и не кричали в последние секунды перед смертью. В том же, что речь идет именно о смерти, никто даже не сомневался. По крайней мере, так всем казалось, пока Стэн не взял слова.
   – Видите ли, – сказал он, – самым существенным в этой истории представляется мне тот факт, что с планеты нами впервые получен настоящий модулированный сигнал. Этот сигнал не просто сумел перехватить управление космической шлюпкой, он явно содержал еще некую дополнительную информацию, к сожалению, пока нерасшифрованную специалистами, но расшифровать ее мы обязаны и сделаем это, прежде чем приступим к уничтожению объекта 001. Ведь если была ответная попытка контакта, значит, нельзя исключать возможности элементарного пленения наших людей. Кто из вас может поручиться, что Меты, Язона и Троу больше нет в живых.
   – Действительно, – заразился его сомнением опытный биолог Бруччо, – для констатации физической гибели неплохо бы видеть трупы, а в свете всего случившегося…
   И тут зашумели все. А в кают-компании собралось человек двадцать пять, примерно половина тех, кто присутствовал на первом совещании. Именно от этих людей зависела теперь дальнейшая судьба всего проекта.
   – Вы что же, хотите отменить уничтожение этого кошмара? Вы предлагаете нарушить договор и подвергнуть смертельной опасности все миры Зеленой Ветви, возможно всю галактику?! – взревел Керк. – Если бы нас могли слышать трое пропавших наших братьев. Да они бы, не задумываясь, отдали свои жизни за спасение остальных! Да ведь они и сделали это… – тихо добавил он.
   – Мы этого не знаем, – упрямо повторил Бруччо. – Каждый вправе распоряжаться своей жизнью. Чужими – нельзя.
   Керк засопел, не готовый ответить, и снова заговорил Стэн:
   – У нас родилось предположение, что замерзший мир существует в другом масштабе времени. Вот почему на сигнал «SOS», переданный Язоном во время самой первой высадки ответ пришел лишь теперь, причем ответом стало приземление шлюпки. Они хотели помочь. Понимаете? А мы как всегда открыли стрельбу. Вот они и перешли к следующей более активной стадии контакта. Мы должны, мы просто обязаны вступить в диалог, если хотим спасти наших товарищей. Только для этого нужно время. Скажите мне, сколько его осталось?
   – Подготовка бомб будет закончена через восемь часов, – доложил Клиф, руководивший группами монтажников.
   – Это понятно. Арчи, я спрашиваю, сколько еще мы можем ждать.
   – Н-ну, – замялся молодой физик с Юктиса, – максимум на одни сутки реально отложить взрыв. В противном случае никто не поручится за последствия.
   Неожиданно в кают-компании повисла гробовая тишина. Что еще можно было сказать в сложившейся ситуации. Возможно, каждый думал о своем. Вряд ли даже сам Стэн верил в возможность установления контакта за шестьдесят с небольшим часов. Язон – тот действительно верил, потому что, как всегда, знал чуточку больше других, но его теперь не было с ними, и от этого всем пиррянам внезапно сделалось очень грустно. Керк чувствовал себя готовым лететь на астероид в одиночку и погибнуть там вслед за друзьями, но это было явным ребячеством, и он не стал озвучивать подобные мысли. Клиф, самый молодой, будь его воля, взорвал бы планету ровно через восемь часов, от греха подальше. Бруччо терялся в догадках и сожалел об упущенных возможностях. А доктор Тека страдал от гадкого предчувствия, что очень скоро ему придется изрядно попотеть в корабельном лазарете. Интуиция подсказывала, что раненый Керк – это лишь первая ласточка, а ведь интуиция редко обманывала пиррян.
   И в этом торжественном молчании вдруг, зачем-то поднявшись во весь рост, заговорил Риверд Бервик.
   – Господа, – со свойственной ему излишней помпезностью в голосе произнес действительный член Совета Консорциума. – Разрешите объявить о передаче чрезвычайных полномочий по нашему проекту лично в мои руки. Данной мне властью я имею право совершить такой шаг.
   – Простите, – поинтересовался штурман Дорф, исполнявший обязанности капитана линкора в отсутствии Меты, – вы не соизволите уточнить, какая именно власть имеется ввиду?
   – Разумеется, – сказал Бервик, – но вначале я объясню вам свою позицию. Приказ об уничтожениии объекта 001 буду отдавать исключительно я и только тогда, когда сочту нужным.
   – То есть вы отменяете ваш собственный заказ, – не выдержал Керк. – В таком случае согласно договору мы имеем право получить наличными половину обозначенной в разделе пятом суммы и немедленно взять курс на родную планету.
   – Вы невнимательно слушаете меня, Керк. Я вовсе не отменяю заказа. Ваш корабль и все его мощности по-прежнему требуются мне для выполнения задачи, но в еще большей степени требуется мне Язон динАльт, и пока существует надежда на его спасение, мы будем исследовать этот астероид, а не уничтожать его.
Конец бесплатного ознакомительного фрагмента