Естественные метафоры Вполне возможно, что правы те, кто утверждает, что компоненты, которые комбинируются в ходе создания эффективной терапевтической метафоры, очень часто имеют место в качестве естественного подсознательного результата рассказывания историй. Составляя сказки, мы чаще бессознательно, чем сознательно, конструируем их так, чтобы они были связаны с чьим-либо личным или коллективным опытом; обеспечиваем разрешение, включая различные уровни значимости; и рассказываем о них так, чтобы максимализировать трансдеривацонный поиск в наших слушателях.
   В качестве иллюстрации подобного естественного возникающего процесса мы предлагаем вам сказку, рассказанную одной моей знакомой ее старшим братом. Несмотря на то, что он не имел никакого представления о метафорах, его импровизированная сказка содержит фактически все элементы законченной терапевтической метафоры. (После того, как вы прочтете части 2, 3, 4 и 5, вернитесь к этой истории н перечтите ее снова. Ваше усердие будет богато вознаграждено. )
   "... Было или не было, далеко или близко, в одной стране под названием Нод (англ. "кивок", "дремота") жил тролль, который охранял мост между городом н его обитателями, и теми, кто жил на холмах Роллинг (англ. "вертеться"). Этот тролль был единственным живым существом, поддерживавшим прямые контакты как с горожанами, которые имели прозвище "нормальных", так и с жителями холмов, которые назывались "примитивами". И те, и другие знали о существовании друг друга. Нормальные имели многовековую историю народных поверий, в которых говорилось о загадочном маленьком племени, днем прятавшемся, а по ночам начинавшем резвиться при свете луны и звезд. Нормальные всегда считали жителей холмов людьми низшего, чем они сами, сорта, поскольку примитивы любили шалить и играть с полосками лунного света, сбрасывая их с холмов вниз, на город, с криком и визгом, в то время как более спокойные нормальные старались использовать свои 8 часов сна так, чтобы днем функционировать в полную меру своих возможностей. Главным удовольствием нормальных было то, что они понимали, что у них есть большая жизнестойкость и способность функционировать для того, чтобы быть самым эффективным городом в Нод. Как видишь, нормальные относились к примитивам с чувствами, далекими от симпатии... Можно даже сказать, что те сидели у них в печенке - ты просто можешь сказать так, хотя я и не уверен, скажешь ли ты так или нет... У примитивов тоже был свой счет к горожанам, и они считали тех дураками. Они отличались от горожан, и так же, как и те, воспитывались в духе конфронтации... Однако методы, которыми они пользовались, представлялись им неприемлемыми, и примитивы созвали Пит-митинг (англ. "пит" - яма), чтобы решить проблему, потому что они хотели, чтобы нормальные ощутили на своем собственном опыте их сторону жизни, которую они представляли как более веселую... Во время этого собрания, впервые созванного за долгое время, они пели и танцевали, ели и пили, и провели время очень приятно. Однако к их удивлению никаких выводов сделано не было, а горожане даже не проснулись. Жизнь продолжалась как ни в чем не бывало, как вдруг однажды на закате солнца, незадолго до того, как нормальные должны были как обычно укладываться в свои кровати, а примитивы - проснуться и помыть свои длинные бороды перед тем, как приступить к своей ночной жизни, послышался страшный шум. Все жители города и холма застыли на месте. Откуда раздавался шум? Медленно, по мере того как они вслушивались в него, они начали различать голос тролля... Это был очень несчастный голос, который раздавался из долины, разделявшей два народа. Он звучал, как низкий рев умирающего дракона. Поскольку примитивы были дружны с троллем, они забеспокоились и пошли посмотреть, что случилось. Горожане тоже слышали эти звуки и начали вставать со своих кроватей, чтобы тоже пойти к мосту. И вот так в предзакатный час, под темнеющим небом собрались вместе примитивы и нормальные, и между ними был тролль.
   И он начал говорить: "Долгие годы я был свидетелем ваших отношений... Долгие, долгие годы... Много дольше, чем я мог бы вспомнить, но теперь время пришло. Знайте, что у каждого из ваших народов есть свои собственные способы жизни, и для каждого из вас ваши способы являются, с точки зрения данного момента времени, совершенно правильными".
   Примитивы посмотрели на нормальных, нормальные - на примитивов, и они поняли, что он прав, и в тот же миг нормальные начали смеяться, а примитивы погрузились в молчание. И так началась новая эра - примитивы и нормальные разделили вместе свои способы жизни".
   Раздел 3 Как построена книга
   Каждая из последующих частей этой книги будет представлять вам эксплицитные средства, при помощи которых составляются эффективные терапевтические метафоры. Часть 2 описывает основную модель метафоры и паттерны для эффективного ее предъявления. Части 3, 4, 5 объясняют категории Сатир, системы репрезентации и субмодальности соответственно. В части 2 приводится метафора (сказка), которая будет повторяться в конце 3, 4, и 5 частей с прибавлением каждый раз каждого из описанных паттернов коммуникации. Методы утилизации метафор обсуждаются в части 6. Книга составлена таким образом, чтобы она могла служить в качестве руководства. Я рекомендую вам сначала прочесть ее до конца, а затем перечитывать часть за частью. После повторного чтения каждой части экспериментируйте до тех пор, пока у вас не появится уверенность в овладении приведенными техниками, понятиями. Затем переходите к следующей части. Книга написана таким образом, что представляет собой сжатые цельные части, так что вы легко можете ее просматривать. В книге также разбросаны по всем ее частям короткие и простые упражнения, облегчающие процесс понимания этих понятий и обеспечивающие создание некоторого непосредственного опыта в создании метафорических моделей. Для того, чтобы обеспечить вас референтной структурой для остальной части книги, предлагаем вам завершенную терапевтическую метафору, которая в аннотированном виде будет приведена также в части 7.
   Метафора Вивейс В некотором месте, непохожем на это место, жили-были один: мужчина и две его дочери. Он был очень интеллигентным человеком, который очень гордился своими дочерьми и обеспечивал их так хорошо, как мог. Жили они в небольшом доме в лесу.
   Дочерей звали Лэт и Хо. Будучи подростками, Лэт и Хо разделяли друг с другом все свои приключения. Каждый день они убегали в лес, чтобы делать там свои открытия. Они делали маленьких людей из сосновых шишек, и играли в "дома", где стенами были деревья, а крышей - небо. Разумеется, в лесу они встречались и регулярно беседовали с разными эльфами, гномами, феями. А когда они были голодны, им ничего не стоило отправиться на "охоту" в кустарник, полный их любимых ягод. Когда им хотелось, они возвращались домой, подбегали к отцу и крепко его обнимали. Он тоже обнимал их, смеялся, усаживал их на колени, готовый слушать все подробности их дневных путешествий. Он всегда восхищался их приключениями, потому что хотя он и был очень умным человеком, во многом он не соприкасался с миром. Он редко уходил из дома в странствия, и очень интересовался тем, как выглядит все в лесу. И так это шло год за годом. Лэт и Хо росли вместе, выбрасывали изношенные игры и заменяли их новыми.
   Однажды отец впал в непредвиденную слепоту. Через некоторое время после этого Лэт и Хо также стали меняться. Лэт продолжала большую часть дня проводить в шумных играх в лесу. Она любила ощущать холодный воздух на лице, когда она бегала, и низкие ветки, хлеставшие ее по ногам. Она никогда не уставала гладить меховые шапки зеленых сосновых веток или пробегать руками по грубой коре деревьев. Иногда, когда Лэт подходила к кусту с ягодами, она набирала горсть и давила ягоды только потому, что это было интересным ощущением. А когда она уставала, она ложилась на мшистые склоны холмов или на упругий ковер из сосновых иголок.
   С другой стороны, Хо своим предназначением видела ведение домашнего хозяйства. Лес она любила не меньше, чем прежде, и ей доставляло много радости смотреть на него из дома. Особенно ей нравилось наблюдать потом, как менялись цвета и тени в лесу в течение дня и со сменой времен года. Однако она знала, что самым большим ее удовольствием было сфокусировать свое внимание на домашнем хозяйстве и его нуждах. Она любила готовить. Всегда было что-то особенное для нее в наблюдении за тем, как складываются отдельные части, составляющие кушанье; за тем, как кушанье исчезает в печи и появляется оттуда явно изменившимся. У Хо был также талант в том, чтобы увидеть, что нужно сделать по дому, и таким образом в доме всегда была картина полного порядка. И конечно, она осознавала, что самая большая ответственность ее заключается в том, чтобы смотреть за отцом.
   Шло время. Хо и Лэт все чаще проводили свое время раздельно. В некоторых вещах они действовали вместе, а в некоторых - нет. Иногда, бывало, Лэт говорила Хо: "Тебе не следует тратить столько времени на домашние дела. Почему ты не можешь хотя бы на время отбросить от себя весь этот вздор? И кроме того, тебе не следовало бы так много ухаживать за отцом. Он вполне может позаботиться о себе сам, ты и сама это знаешь". Тогда Хо отвечала ей: "Я просто знаю, что отцу нужен кто-нибудь, кто бы смотрел за ним. И я на самом деле не против этого. Мне нравится то, что я здесь делаю, и если бы ты только не беспокоилась обо мне, все было бы великолепно". Тем не менее временами Хо чувствовала в себе побуждения к тому, чтобы слетать в лес. Но поскольку все ее обязанности, очевидно, были дома, она затемняла эти побуждения, насколько могла.
   Однажды из леса вышел молодой человек и подошел к дому. Хо увидела его первой и пригласила внутрь. Он объяснил, что совершает путешествие, которое, насколько ему известно, не завершится никогда. И хотя Лэт часто оказывала на него давление, чтобы получить информацию, он был во многих отношениях совершенно скрытным человеком. Отец, Хо и Лэт поняли его позицию, и больше не задавали ему вопросов о его прошлом. Молодой человек попросил у них разрешения остаться на некоторое время в пристройке, чтобы сделать кое-какие нужные работы по ремонту и замене. Все они согласились. Недолгое время спустя молодой человек появился, выбежав из леса и призывая Хо. Она увидела, что он едва переводит дыхание, и спросила его, что случилось. - "Ах, - ответил он. - Хо, мне нужна твоя помощь относительно чего-то чрезвычайно важного для нас всех. Можешь ли ты ясно увидеть, каким образом присоединиться ко мне? "
   Хо согласилась, и они вместе помчались по лесу. По дороге он сказал: "Нам будет также нужна помощь Лэт. Давай позовем ее". Использовав самый сильный свой голос, Хо присоединилась к молодому человеку, призывая Лэт по имени. Скоро они услышали звук ломающейся поросли, после чего последовало появление Лэт, прокладывающей себе дорогу через кустарник. Она присоединилась к ним в их поисках.
   После того, как они прошли некоторый путь, молодой человек остановил их и сказал: "Мы здесь". Они стояли на коротком расстоянии от края огромного оврага. Дно оврага было покрыто жидким леском. Лес, из которого они только что появились, заканчивался в нескольких футах от края оврага, создавая узкий участок земли, полностью окружавший по периметру весь овраг.
   - "Но где мы? " - в один голос воскликнули Лэт и Хо. Молодой человек задумчиво посмотрел и сказал: "Хорошо, я расскажу вам. Когда я был несколько моложе, я встретил на дороге человека. Мы неожиданно разговорились и решили, что некоторое время будем путешествовать вместе. В одном месте он сдвинул шляпу так, чтобы можно было бросить взгляд на его уши. Они были странного цвета! Когда я спросил его об ушах, он признался, что он - волшебник. После мгновенного смущения я спросил его: "Теперь, когда я знаю, что вы волшебник, значит ли это, что вы больше не будете странствовать вместе со мной? " Но все повернулось так, что он боялся, что я не захочу быть с ним!.. Когда он успокоился, мы продолжали путешествовать вместе, пока не дошли до перекрестка. На память, в качестве вознаграждения он сказал мне об особом фруктовом саде, который приносит во всех отношениях неизвестные и восхитительные плоды. Он объяснил, что невозможно описать, где он будет найден, но сказал мне, как я узнаю, что нашел его, когда я найду.
   - "Как? " - прошептали обе девушки. - "Это особенное чувство... И я знаю, это где-то здесь".
   Затем все трое начали искать повсюду сад. Скоро Лэт устала и присела, чтобы распустить свои волосы. Между тем Хо продолжала поиски, разглядывая, где бы найти признак. Она осторожно подошла к краю оврага... и пристально вгляделась в дно, покрытое лесом. И тогда она увидела его. Внизу, среди деревьев, сквозь небольшое отверстие в листьях она увидела луч солнца, отраженный от цветной поверхности. Вглядываясь все более внимательно, она могла увидеть по тому, как свет играл на этой поверхности, что она гладкая, свернутая в форме шара, и это нечто твердое... и определенно ценное, чтобы пойти за ним. Теперь она также заметила, что оно очень теплое и темно- красное. Она почувствовала дрожь внутри, вглядываясь в солнечный зайчик, падающий туда.
   - "Вот он", - сказала она спокойным голосом, указывая на овраг. Лэт и молодой человек последовали за ее указательным пальцем, пока тоже не увидели сад. - "Ты нашла его, - шепнул он и нежно ущипнул ее за правую щеку. - Как мы теперь доберемся до него? " Все трое стояли на выступе оврага и смотрели вниз на крутые стены, которые окружали его.. Хо потратила некоторое время, глядя на крутые стены в поисках тропинки или входа. Но скоро у нее появилась резь в глазах, и тогда она села на краю и свободно свесила ноги. В конце концов Лэт поняла, что ей следует делать. - "Я спущусь туда", нараспев сказала она. С этими словами она перевесилась через край оврага. С чувством осторожности она пережила то, как ее ноги ищут опору, которую можно найти. В то же время руками она хваталась за надежные камни или корни, бывшие в пределах ее досягаемости. Она проложила себе дорогу на несколько футов вниз, затем исчерпала запас мест, куда можно было бы поставить ноги. Несколько раз она скользила. Это было тогда, когда она смотрела вниз на свои ноги. Взглянув на область вокруг них, она заметила, что, разглядывая тени, можно ясно определить подходящие щели и опоры. Вследствие этого она могла продолжать с определенной легкостью. В одном месте она позвала остальных, ждавших ее на краю. - "Смотрите прямо на меня, - крикнула она, - и вам легко будет последовать! " Именно тогда молодой человек подмигнул ей левым глазом. Он и Хо внимательно наблюдали за ловкими движениями, которые использовала Лэт, и скоро они тоже проворно спустились в овраг. В овраге они разбрелись, перекликаясь, как стая птиц. Затем они подошли к особенному фруктовому саду, и он в самом деле был особенным. Все виды незнакомых деревьев и кустов росли там, и с каждого из них свисали мириады фруктов экзотических контуров и цветов. Некоторые даже меняли контур и цвет, когда их брали в руки. Каждый имел особенную ткань кожуры. Некоторые из грубых становились гладкими, когда их нежно сжимали. Там были также плотные и пушистые фрукты - как большие, так и маленькие. Когда вы трясли его, он трещал; когда вы дергали его, он "выстреливал". А еще один производил самый прекрасный хрустящий звук, когда он раскрывался. Весь день они провели, пробуя на вкус и экспериментируя с фруктами. Многие были восхитительно вкусными и приносящими удовлетворение. Некоторые были совершенно горькими, но они быстро узнали, что эти горькие фрукты имеют много других применений. Замечательнейший фруктовый сад!
   Каждый день они возвращались в сад. И каждый раз, когда они спускались или поднимались по стене оврага, они делали свою тропинку немного более утоптанной, и вскоре уже ходили по приятной дорожке в свое особенное место. Будучи в овраге, они забавляли друг друга чудесными разговорами, из которых они много открыли для себя друг о друге. Хо нашла, что ее прогулки в лес дают ей расслабление и приободряют ее так, что ведение домашнего хозяйства становится для нее более легким и радостным. И Лэт скоро начала видеть пути, которыми она мота приносить вещи, которые она узнавала о лесе, в свой дом. И таким образом это стало жизненно важной частью их обеих.
   Однажды Лэт и Хо проснулись и обнаружили, что молодой человек ушел. Они не беспокоились, поскольку всегда звали, что он однажды уйдет... Они всегда знали, что сад, который они нашли, не был его садом. Поэтому Лэт и Хо продолжали свои путешествия с уютом и открытиями в свой сад. Однажды утром отец сказал: "Ну, хоть и поздновато, но ведь не так уж и поздно, в самом деле. Дочери, будьте так добры показать мне дорогу к этому фруктовому саду". Хо взяла его за правую руку, а Лэт - за левую. Вместе они провели его через лес, весело разговаривая во время ходьбы. А когда они достигли оврага, отец сказал: "Позвольте мне отойти на минуту, там есть нечто, что я сам должен найти".
   Затем отец сделал несколько небольших шагов в направлении к краю оврага, и когда он дошел до обрыва, то свесил одну ногу в пустоту и улыбнулся. - "Я всегда хотел знать... - сказал он. - Если вы, леди, возьмете теперь мои руки, я готов посетить этот ваш сад".
   Они поведи его вниз по тропинке. Когда, они дошли до дна, отец вновь заговорил: "А теперь оставьте меня, я Я найду его сам... " Сперва Лэт и Хо беспокоились о нем, но после того, как они поговорили об этом, они решили, что это важно. Итак, пока они сидели в саду, отец бродил по дну оврага. Иногда он спотыкался и падал. Иногда он причмокивал перед деревом. Лэт и Хо всегда знали, где он, потому что могли слышать, как он смеется над собой и для себя. В конце концов отец нашел сад, и он провел этот день, переходя от растения к растению, удивляясь, пробуя все, что мог. Лэт и Хо чувствовали себя приятно и так легко, что скоро они забыли об отце (который был нисколько не заинтересован в том, чтобы о нем помнили). Вместо этого Лэт и Хо продолжали мечтать о своем и обсуждать свои надежды.
   И так оно продолжалось. Они возвращались в этот маленький сад, когда бы он им ни понадобился, когда бы они того ни захотели. И иногда это было часто, а иногда нет. Но они всегда знали, что он там есть...
   * Часть 2 * КОНСТРУИРОВАНИЕ МЕТАФОРЫ
   Раздел 1
   Точность формулировки Терапевтические метафоры, как и вообще терапия, начинаются с проблемы. Первой и главной задачей того, кто помогает людям, является достижение определенного уровня понимания природы и характеристик проблемы клиента, а также то, в каком направлении он хочет изменить свою ситуацию. Наиболее важные аспекты в сборе подобной информации обсуждены в части 1. Однако во многих терапевтических случаях часто получается так, что один жизненно важный аспект в установлении проблемы считается чем-то второстепенным, и таким образом остается на заднем плане либо избегается. Этим аспектом является точность формулирования проблемы.
   Некая женщина опоздала на самолет, который в данный момент уже находился в воздухе. Она возбужденно подошла к табло аэропорта, с негодованием обнаружила, что она должна была лететь на этом, уже улетевшем, самолете, и начала громко требовать, чтобы самолет вернули назад. Надеясь успокоить ее, представитель авиакомпании пообещал ей, что он попробует помочь. Она явно была обрадована и стала ожидать действий, между тем он сказал ей всего лишь очевидную неправду, чтобы помочь ей оправиться от первого потрясения. Через несколько минут он вышел к ней с сочувственным видом и заверил ее, что вернуть самолет нет никакой возможности. После этого он стал предлагать ей помощь, чтобы она могла сесть на следующий... и получил удар сумкой по голове.
   Мало кто станет оспаривать тот факт, что у этой дамы была проблема и что представитель авиакомпании, вероятно, в самом деле хотел помочь ей. Однако их взаимоотношения с самого начала были обречены на неудачу, поскольку женщина преследовала очевидно недостижимую цель для разрешения этой проблемы, а представитель авиакомпании вначале молчаливо принял эту цель. Далее, проблема была не точно сформулирована потому, что решение включало в себя события и людей, над которыми ни он, ни она не имели контроля. Та же ситуация часто имеет место в терапевтических кабинетах. Клиент просит, чтобы вы "добавили ему дней в неделе"; чтобы вы сделали так, чтобы "Джефф оставил его в покое"; или чтобы вы сделали так, чтобы "Маргарет полюбила его". Несмотря на то, что такие просьбы о помощи репрезентируют для клиента решения, которых он желает, они, тем не менее, находятся вне сферы контроля терапевта, и, следовательно, вполне могут стать предметом долгой и бесплодной терапии.
   Это не значит, что подобные терапевтические цели являются "невозможными", поскольку они реально могут быть осознаны. Но в случае, если они "невозможны", вполне вероятно, что они будут достигнуты благодаря личностным изменениям, которые произведет пациент. Важной предпосылкой для эффективной терапии и для работы терапевтических метафор является необходимость точной формулировки целей клиента. Это означает, что изменения, которые нужно произвести, будут такими, над которыми клиент будет иметь контроль. В самом деле, у терапевта нет никакой нужды получать удары сумкой по голове.
   Раздел 2 Изоморфизм
   Фундаментальной характеристикой терапевтической метафоры является то, что участники истории и события, происходящие в ней, эквивалентны изоморфны - тем лицам и событиям, которые характеризуют ситуацию или проблему клиента. Это репрезентируется в метафорическом списке действующих лиц, и сходным образом репрезентируются процессы и параметры ситуаций, относящихся к проблеме. Такие репрезентации не равнозначны параметрам самой проблемы, но являются "эквивалентными" ей в смысле установления тех же отношений, которые идентифицируются между параметрами метафоры и действительной ситуации. В этом смысле "изоморфизм" здесь понимается как метафорическое сохранение взаимоотношений, которые имеют место в актуальной проблемной ситуации.
   В ходе конструирования эффективных метафор недостаточно простого включения в историю по одному участнику соответственно участникам действительной проблемы и по одной линии событий для каждого действительного события, касающегося проблемы. Отношения и течение актуальной ситуации должны быть учтены в истории так, чтобы клиент принял это как значимую для него репрезентацию его проблемы. Подобное требование означает: что является значимым для метафоры, то и является изоморфной репрезентацией отношений и процессов, обнаруженных в проблеме. Если условие изоморфизма удовлетворяется, то для составления метафоры пригоден любой контекст. При выборе персонажей для метафоры не имеет значения, кто они. Главное в этом, как они взаимодействуют. Допустим, что в проблеме участвуют отец (как глава семейства), мать и их юный сын, и что в качестве контекста для вашей истории вы выбираете "лодку". Одной из возможных трансформаций семьи в "протагонистов" может стать следующая:
   Персонажи, приведенные в этой метафоре, сохраняют в себе многие из отношений, логически сходных (даже на лингвистическом уровне) с теми, которые имеют место среди членов семьи.
   Отец - " Капитан Мать - " Первый помощник
   Сын - " Юнга Подобная же трансформация может быть сделана для значимых событий, лежащих в основе проблемы. Полный набор трансформаций может представлять нечто, подобное следующему:
   Поскольку изоморфная трансформация в нашем примере касалась только взаимоотношений, а не контекста, то относительно природы контекста или идентичности персонажей не может быть никаких ограничений. С тем же основанием мы могли в качестве персонажей метафоры выбрать две шхуны и парусную шлюпку или два дерева и саженец, или жеребца, кобылу и жеребенка.
   АКТУАЛЬНАЯ СИТУАЦИЯ МЕТАФОРА Отец - " (становится) - " Капитан
   Мать - " (становится) - " Первый помощник Сын - " (становится) - " Юнга
   Семья - " (становится) - " Экипаж лодки
   Отец редко бывает дома Капитан часто закрывается в рубке
   Сын попадает в дурную Юнга ставит не те паруса историю
   Мать покрывает сына Первый помощник поправляет его и
   пытается поставить нужные паруса,
   пока не увидел капитан
   Отец узнает о случившемся, Капитан узнает, что были поставлены приходит в ярость и уходит не те паруса, приходит в ярость, что его из дома не известили об этом, и уходит в свою
   рубку
   Нет разрешения, проблема Нет разрешения, проблема повторяется, проигрывается заново пока... не будет разрешена
   Рассмотрим другой пример (в данном случае это реальная история, которая в связи с ее простотой и откровенностью будет использоваться нами на протяжении всей книги): Сэмюэль, как и его подруга Кейт, является специалистом в определенной области, ему 30 лет. В настоящее время он вынужден работать сверхурочно, что означает работу по 60 часов в неделю. Проблема Сэмюэля, таким образом, заключается в том, что в результате увеличения времени, которое он вынужден проводить на службе, он будет меньше видеться с Кейт. Это приводит к напряженности в отношениях между ними, что вызывает у обоих очень неприятные чувства. Теперь, когда они проводят время вместе, они в основном занимаются тем, что перебраниваются. Попытки обсуждения возникшей проблемы также завершаются тем, что у обоих возникают тревожные чувства. Сэмюэль хочет сохранить свою работу и свою возлюбленную, хочет удлинить неделю на 20 часов, знает, что этого он сделать не может, и не знает, что делать.