Ровная искрящаяся стена, поднявшаяся уже почти на метр, внезапно свернулась в воронку и потянулась к широкой замочной скважине. Боб набрал полную грудь воздуха и на выдохе протолкнул пламя наружу, в коридор. Затем
   обернулся к мальчишкам, вцепившимся друг в Друга.
   В их восхищенных глазах метались отражения огня.
   «Маргарет! Почему этого не видит Маргарет!»
   Сколько времени Дана провела, вглядываясь в полутьму, — неизвестно. Чувство времени отключилось, а все прочие чувства настолько взбаламутились и перемешались, что разбираться в них было слишком болезненно для хозяйки.
   Внезапно ожил сигнализатор пожарной тревоги. Дана посмотрела на мигающие в такт пульсирующему сигналу лампочки и бросилась к тем двоим, забывшим про все на свете.
   — Наверху пожар!
   Фокс и Фиби отклеились друг от друга и непонимающе посмотрели на материализовавшуюся из ниоткуда Скалли.
   — Пожар, — повторила она. — На четырнадцатом этаже.
   На этот раз дошло.
   — Там же дети! — вскрикнула англичанка. И обе бросились поднимать тревогу. Фокс, проклиная поочередно женщин и поджигателей, рванул вверх по служебной лестнице, перепрыгивая через ступеньки. У двери с табличкой «14» он резко затормозил. Сердце ухнуло куда-то в желудок. Преодолевая сильную тошноту, специальный агент распахнул дверь и ввалился в коридор.
   Широкий проход был затянут дымом. Острый язык пламени, словно жало гигантского газового резака, с гудением хлестал воздух из-за закрытой двери номера 1418 — номера Марсденов. Оттуда слышался испуганный мальчишеский визг. Пламя протянулось почти горизонтально, оно клокотало, с жадностью Пожирая кислород. Тоненькие огненные змейки медленно ползли по стенам к соседним номерам.
   Фокс заставил себя отпустить дверную ручку и сделать два быстрых шага вперед. Потом еще шаг. И еще шажочек. А на пятом его колени, в которых, судя по всему, застряло не долетевшее до пяток сердце, бросили тело на четвереньки, уверенно развернули на сто восемьдесят градусов и принялись толкать к выходу. Их владелец попытался восстановить контроль над телом, но коленки явно решили, что в сложившейся ситуации разбираются гораздо лучше, а наличие множества противоречивых команд, мечущихся по нервам в разные стороны, привело к тому, что подогнулись руки. Фокс ткнулся носом в ковер и потерял сознание. И уже не видел, как открылась дверь заветного номера и мимо неподвижно лежащего на полу человека неторопливо прошествовали черные мужские ботинки, рядом с которыми — только чуть повыше, в воздухе — качались две пары босых мальчишеских ног в пижамных штанинах. Ботинки ступали уверенно и лишь долю секунды промедлили рядом с бесчувственным телом, обошли его и направились к лифту.
   На служебной лестнице уже топотали пожарные, подгоняя друг друга. Двое в пожарных скафандрах подхватили Малдера, остальные рассыпались по этажу, разыскивая пострадавших.
   В холле гостиницы бурлила возбужденная толпа. «Боже мой, боже мой! — тихо, но истерично повторяла красивая высокая женщина. — Мое манто! Оно погибло. Боже мой…» Говорить громче она не решалась — все уже знали, что в комнате, где начался пожар, оставались без присмотра двое мальчишек. Их родителей окружало тесное кольцо сочувствующих, пожимающих руки, похлопывающих по плечам, говорящих разнообразные утешительные глупости…
   — А вот и мы!
   Из раскрывшихся широких дверей парадного лифта выскочили двое малышей и бросились к маме. Маргарет упала на колени, прижимая к себе сыновей. Ее сияющие благодарностью глаза были устремлены на спасителя.
   — Вы спасли им жизнь!
   Больше она ничего не сказала. Боб и сам с легкостью прочитал непроизнесенные слова в ее взгляде. Ему трудно было сдержать торжествующую улыбку, но он справился с собой и остался прежним застенчивым молодым человеком.
   Теперь и вокруг него закружился водоворот поздравляющих, пожимающих руки, похлопывающих по плечам, говорящих разнообразные одобрительные глупости…
   — Кто он такой? ~ Да, а кто это?
   — Поздравляю. От всего сердца поздравляю!
   — Кто он?
   — Я горжусь знакомством с вами, молодой человек!
   — Откуда взялся этот парень?
   — Кажется, это их водитель.
   — Вы так молоды! Вы просто герой, дорогой мой!
   — Повезло англичанам.
   — А что там все-таки случилось?
   — Подумать только! Простой водитель!
   — Бедные дети!
   — Небось сами мальчишки и баловались.
   — Да тише вы!
   — Думайте, о чем говорите!
   — Бедная леди Маргарет!
   — И потом — они были не одни, а со взрослым. Скорей уж какой-нибудь окурок или электричество.
   — Вы герой, молодой человек!
   — Да, а вы не знаете, кто он такой?.. Боб сердечно отвечал на рукопожатия и благодарности рукопожатиями и благодарностями. В конце концов — неважно. Во всей этой толпе для него имели значение только его Маргарет и двое белоголовых мальчишек. Только им троим приоткрылось истинное лицо, скрытое даже не маской, а тонкой кожей саламандры. И даже они не слышали неразличимый для человеческого уха сухой шорох, не замечали, что волшебная кожа начинает трескаться.
   Среди поздравлявших к водителю подошла и Фиби Грей. И как-то так получилось, что, едва она вступила в восторженный круг, все взгляды оторвались от спасителя и устремились на черноволосую красотку.
   На новоявленного героя, кроме самой Фиби, смотрела, наверное, одна лишь Дэйиа. Что-то странное было в этом невысоком пареньке с неуклюже приподнятыми плечами, обтянутыми черным пиджаком. А кое-чего, наоборот, не было — пятен сажи, ожогов, вообще каких бы то ни было следов пожара. Если бы не свидетели, Скалли никогда бы не поверила, что этот парень спас двоих детей из горящего помещения. Судя по его виду, он к пожару и близко не подходил. А кривоватая улыбочка, дважды тенью скользнувшая по тонким губам… Если бы не она — водитель выглядел бы милым, но заурядным простоватым парнишкой. Что совершенно не согласовывалось с холодной насмешкой, с презрительной наглостью, которые Дана совсем недавно видела на этом лице своими глазами, — именно этот человек стоял в полутемном коридоре, когда Фокс и Фиби… Ну, в общем, когда Фокс и Фиби. Точка. Кстати, а куда подевался Малдер?
   За спиной послышался шум. Гулко топоча, спускались двое пожарных в громоздких костюмах, похожих на скафандры космонавтов. Между ними, раскинув руки крестом, болтался полубесчувственный Фокс Малдер. Его сгрузили на пол и оставили дожидаться врача. Бедолага, кашляя, давился кислородом, судорожно прижимая ко рту маску.
   Дана бросилась к нему, перестав прислушиваться к мурлыкающему голосу Фиби. Сквозь дрожащие ресницы Фокс разглядел знакомый овал лица и короткую светлую шевелюру, краешком сознания отметил, что попал наконец в надежные руки, и окончательно отключился.
   Через каких-нибудь четверть часа Малдер уже лежал в своем роскошном номере под балдахином умопомрачительной кровати, раздетый, на атласных простынях, под одеялом — в общем, именно так и должно было быть нынешним вечером. И рядом — как и предполагалось — находилась женщина. Тем не менее, при заметном сходстве мечты и реальности, некоторые детали катастрофически не совпадали. Женщина, например, сидела рядом, на краешке кровати, и смотрела на мужчину серьезно и сочувственно.
   И волосы у нее были совершенно незапланированного цвета. Комнату освещал яркий свет — вместо романтического полумрака. Малдер глотал тепловатую кипяченую воду — вместо шампанского. Носоглотку отчаянно саднило от нашатырного спирта, глаза все еще слезились от дыма, пальцы дрожали. Впрочем, на фоне омерзительного настроения самочувствие казалось просто замечательным.
   — Ты и в самом деле потерял сознание, — Дана в недоумении покачала головой. — Никогда бы не поверила!
   — Где Фиби? — просипел он.
   — Там. В коридоре, — ответ прозвучал нейтральней некуда.
   — Дети?
   — В порядке. Доктор их уже осмотрел. Что с тобой произошло?
   — Я ударился в панику. И отключился, — мрачный Малдер выбрался из-под одеяла, встал и завертелся, высматривая свою одежду. В голове мухой зудел неприятнейший вопрос: «Кто меня раздевал?» Кто бы это ни был, ему хватило такта оставить на бесчувственном пациенте черные спортивные трусы.
   — Бывает. С любым могло случиться. С кем угодно.
   — Да! — Фокс развернулся к ней, величественно расправив плечи. — Но почему-то произошло именно со мной!
   Он подтянул трусы и снова сгорбился Брюки упрямо не попадались на глаза. Призрак поплелся на поиски в ванную комнату
   Дана по-прежнему сидела на краешке кровати. Она прекрасно понимала, что творится сейчас с напарником, но не видела другого способа помочь ему, кроме разговора. Поглядывая, говорила:
   — Право слово, нашел из-за чего переживать. Можно подумать, твоей мечтой с детства
   было стать пожарником и ты только что „провалился на экзамене. Между прочим, ты здорово надышался дымом. Я понимаю, панический страх — это неприятно, но такой приступ действительно может случиться с каждым. Кто из нас аналитик, я или ты? Представь, что было бы если бы наверх бросилась вся эта толпа? Сейчас бы их укладывали в поленницу Пожарные если ты заметил, без специальных костюмов не только в огонь, но и в дым не лезут Все очень просто, проще не бывает. Лучше скажи мне: что ты знаешь про того парня, который спас детей?
   На ее вопрос ответила Фиби Грей без стука появившаяся на пороге номера:
   — Я проверила водитеделя одним из первых по нескольким картотекам. Он вне подозрений. Ричард Джайнс. Неоднократно бывал на Территории. В полиции чисто. Как к водителю к немупретензий нет, я не нашла ни одного протокола. Не женат. Профессиональный телохранитель не слишком высокой квалификации — типа цепного пса. Как раз то, что надо политику средней руки. Неплохие характеристики, стаж. В общем, нормальный парень. Детям повезло, что он здесь оказался.
   — Где это — здесь?
   — С детьми. Они играли в номере. Младший из мальчиков при мне рассказывал, что они играли. Специально я не расспрашивала, глупо было бы.
   — А я видела этого типа в коридоре незадолго до того, как начался пожар!
   — Не могло этого быть! — отмахнулась Фиби. Фокс поспешно вышел из ванной, завязывая
   пояс халата. Он успел вмешаться, прежде чем
   женщины сцепились:
   — Эй! Какая разница, где он был? В любом случае мы ищем постороннего англичанина!
   Дана мельком отметила, что белый купальный халат скрыл обозначившийся у Фокса животик, и дипломатично отвела глаза. И поглубже уселась на кровати. Хорошо было бы и вовсе забраться на постель с ногами, но Скалли не решилась.
   Фокс и Фиби, преодолевая некоторую неловкость, смотрели друг на друга.
   — Пришла посмотреть, как ты себя чувствуешь… — смущенно улыбнулась она.
   — Как дети? — суховато поинтересовался Малдер.
   — Хорошо. Они уже в машине. Я сама их отвезу. Все четверо ждут не дождутся возвращения в Кэйп-Код.
   — Да-а? — удивился Малдер. — Им все еще мало?
   — О! Они мечтают как можно быстрее упаковать вещи. Утром и начнут. Лорд Марсден только что заказал на послезавтра билеты в Англию.
   — А ты?
   Фиби оглянулась на соперницу. Если бы та наконец сообразила, что мешает, и куда-нибудь вышла, можно было бы попробовать… Но поскольку Дана прекрасно понимала, как и кому именно мешает, она по-прежнему сидела, утопая в перине, и было ясно, что сдвинуть ее с места можно разве что армейским тягачом. Если он, конечно, рискнет.
   — Я уеду через пару дней, у меня еще кое-какие дела… — Фиби помедлила долю секунды, вгляделась в напряженную спину блондинки, сидящей на кровати, и сдалась. — Если получится, я позвоню в ФБР, прежде чем уехать.
   Малдер бестолково мотнул головой — не то возражая, не то прощаясь. Мисс Грей грустно пожала плечами и пошла к дверям. На пороге она спохватилась и без особого энтузиазма попрощалась со Скалли. Та не ответила. Дверь открылась, помедлила, пропуская англичанку, и закрылась.
   Малдер со странной смесью облегчения и разочарования плюхнулся в кресло и водрузил босые ноги на девятисотдолларовый журнальный столик. Дана опасливо попробовала каблучками пол. Кажется, теперь ключевую позицию на кровати можно было освобождать.
   — Ты в порядке? — она присела напротив Фокса.
   — Да, — буркнул тот.
   — Тебя хоть немного интересует то, из-за чего я сюда ехала? Материалы, которые я хотела тебе показать? — она обращалась главным образом к пяткам, поскольку они — в отличие от глаз напарника — были все-таки обращены к ней.
   — Н-ну, интрсит, — невнятно пробубнили пятки.
   — Я кое-что проверила, — Дана не позволяла себе отвлечься. Если из двух напарников один потерял голову, для второго дело чести — дать ему возможность прийти в себя. «Ну, давай же, Фокс! Начинай соображать!» — Я не слишком разбираюсь в поджогах и поджигателях — мне не представилось возможности познакомиться с ними поближе… — Тень улыбки скользнула по лицу Малдера. — …поэтому я просматривала все подряд. Заодно пополнила собственное образование.
   Она положила на стол лист бумаги:
   — Это список возможных катализаторов. Фокс едва бросил на бумагу беглый взгляд, но Дана и не подумала обижаться на пренебрежительное отношение. Она прекрасно знала, что фотографическая память Малдера уже запечатлела список целиком. И наверняка Фокс, если его попросить, любое слово напишет без ошибок. Тот же «Арготиполин», к примеру. Сама Дана могла прочесть большинство названий из списка только по слогам.
   — Кроме того, — рассказывала Скалли, продолжая обращаться к розовым пяткам, едва удостаивающим ее внимания, — я позволила себе перетряхнуть материалы «Интерпола» о прислуге, нанятой погибшими англичанами незадолго до смерти. Знаешь, эти люди, похоже, даже ботинки себе самостоятельно зашнуровать не могут — в связи с тремя убитыми в деле упоминается больше шестисот человек. Но только одно-единственное имя в этом списке повторяется дважды.
   Если бы Малдер умел шевелить ушами, то наверняка насторожил бы их. Но головы все же не поднял.
   — Сесил Лайвли, — отчетливо произнесла Дана.
   — Что против него имеется? — неохотно разлепил губы Фокс.
   — Ничего, — мягко ответила она.
   — Совсем?
   — Абсолютно. Его допрашивали в Скотланд-Ярде и отпустили. Ни малейших подозрений. Но я решила копнуть чуть глубже. Сесил Лайвли — верноподданный британской короны, образцовый добропорядочный гражданин; он регулярно платит налоги, никогда не сидел в тюрьме и вообще не замечен в чем бы то ни было противозаконном. Загвоздка тут только одна — вышеупомянутый гражданин Великобритании скончался в тысяча девятьсот семьдесят первом году при пожаре в собственной квартире. Тело сгорело практически дотла.
   Фокс почти незаметно шевельнулся.
   — Да, я тоже так подумала, — немедленно отозвалась Дана. — И принялась проверять дальше. И выяснила, что некий Сесил Лайвли — правда, фамилия чуть-чуть отличается по написанию — числится в списке погибших при пожаре по время исполнения сатанистского ритуала, В помещении тогда присутствовало множество народа, а пламя обглодало тела так, что опознать удалось далеко не всех. Тем более что эта публика, как ты знаешь, отнюдь не стремится к сотрудничеству с полицией.
   — И что… — начал Фокс, уже понимая, что Дана приехала с ответом, который он сам должен был получить еще два дня назад, если бы занимался служебными делами, а не личными.
   — Тебе понравится, — обнадежила Дана. — Среди виз, выданных британским правительством за последнее время, значится некий Сесил Лайвли. Виза выдана две недели назад, пункт въезда на территорию Соединенных Штатов — Бостон.
   Фокс уже вскочил с места, одной рукой стягивая с плеч халат, а другой подхватив брюки, которые,, уловив перемену настроения хозяина, буквально сами прыгнули ему в руки.
   — Ты куда? — поинтересовалась Дана.
   — Срочно! — Фокс взмахнул штанами перед собой. Он даже слегка заикался. — Описание того парня, который поджег себя в баре. Позвони в местное бюро ФБР, у них должно быть. Разошли всем полицейским постам. Я немедленно выезжаю s Кэйп-Код. Может быть, даже успею догнать их по дороге и больше глаз с них не спущу…
   Фокс вылетел из номера как тайфун. Скалли пришлось задержаться — у ребят в местном отделении что-то не заладилось с факсом. Дана уже дважды перезванивала им, прося поторопиться, и теперь, не выдержав, набрала номер еще раз:
   — Спецагент Скалли. Я жду сообщения… фоторобот подозреваемого в пожаре… да-да, совершенно верно…
   Под локтем зажужжал аппарат, заскрипел по бумаге. Дана торопливо проговорила:
   — Спасибо, факс пошел. Благодарю. Она дала отбой, не попрощавшись, поскольку ее внимание привлекли черты, появившиеся на бумаге. Что-то смутно знакомое было в очертаниях подбородка, в тонких выразительных губах… Еще несколько секунд жужжания — и Дана потрясенно уставилась на грубоватый рисунок.
   — Бож-же мой! — прошептала она вслух. — Это водитель!
 
   Кэйп-Код, штат Массачусетс
   Сентябрь 1993
   День третий
   21:39
 
   Колеса обиженно заверещали, когда Малдер резко развернул машину и затормозил, едва не зацепив бампером белые деревянные качели. Всю дорогу до Кэйп-Кода он гнал как бешеный.
   Автомобиль Марсденов спокойно отдыхал в гараже. Симпатичный коттеджик стоял целый и невредимый, но Фокса не оставляло предчувствие, что пожар может начаться в любую секунду. Спецагент влетел в дом…
   Остановился и глубоко вздохнул. На ступенях парадной лестницы Фиби Грей целовалась с сэром Малькольмом Марсденом.
   По дороге, соединяющей Кэйп-Код и Бостон, летела вторая за этот вечер ополоумевшая машина. Ее, как и первую, дважды задерживали за превышение скорости, но удостоверения ФБР и короткого объяснения вполне хватало, чтобы беспрепятственно продолжить путь. Удерживая автомобиль в крайнем левом ряду, Дана раз за разом набирала номер Малдера и выслушивала один и тот же текст: «Простите, абонент не отвечает или находится за пределами поля сотовой связи». Абонент и в самом деле не мог ответить, поскольку в его телефоне приблизительно с семи вечера находились те самые батарейки, которые Фиби вытряхнула накануне из собственного аппарата. Злого умысла в поступке англичанки вовсе не было — скорее разумная предосторожность. Мало ли кому придет в голову не вовремя позвонить?
 
   Кэйп-Код, штат Массачусетс
   Сентябрь 1993
   День третий
 
   Сэр Малькольм смазанно извинился, одернул пиджак и ретировался на второй этаж, сосредоточенно поддерживая изрядно скособочившееся чувство собственного достоинства. Последний раз он испытывал нечто подобное, когда его застукал с секретаршей его же заместитель. У которого эта секретарша как раз и работала.
   Фиби, кашлянув, независимо выпрямила спину.
   — Его зовут Сесил Лайвли, — медленно, отчетливо выговаривая каждое слово, каждый слог, произнес Малдер.
   — Кого? — не сразу поняла мисс Грей.
   — Вашего поджигателя. И он был в Бостоне. Сейчас, видимо, поблизости. Где остальные члены семьи?
   — Пошли погулять перед сном. Немножко успокоиться, — дернула плечиком Фиби.
   — Найди их, — печально распорядился Малдер. Почему-то было трудно глотать. — Надо немедленно собрать им чемоданы — и пусть убираются восвояси. Не выпускай их из виду. Я осмотрю дом.
   Стоя на лестничной площадке, Сесил Лайвли смотрел, как бегут через лужайку Маргарет и мальчики, подгоняемые самоуверенной англичанкой, крутившейся здесь в последнее время. Сесил таких не переносил. И вообще полицейских не переносил, хотя морочить их тупые мозги доставляло ему удовольствие. Кстати, судя по переполоху, полицейские все-таки что-то сообразили. Тем интересней получится игра. В гостинице они находились совсем рядом — и ничего не поняли. А здесь… Ну, приедут еще один — два урода, пусть даже вооруженных — и что? Пистолет бессилен против пламени. Примитивное существо из костей, мяса и кожи становится беспомощным и жалким, едва столкнувшись со всепожирающей властью огня. Конечно, воспламенить неподготовленное тело труднее, но «труднее» не значит «невозможно». Во всяком случае для того, кто сам и есть огонь.
   Человек-саламандра оглянулся на портрет на стене и усмехнулся. Маргарет и мальчики спешили сюда. К нему.
   Дана ворвалась в дом немногим позже Малдера и с порога выпалила:
   — Это водитель!
   — Да, я знаю, — тихо отозвался Фокс. — Он исчез.
   Дана вгляделась в лицо напарника. Пожалуй, любой посторонний решил бы, что Призрак олимпийски спокоен, но Скалли ясно видела, что он места себе не находит. В глазах читались обида и боль.
   — В чем дело?
   — Да ни в чем. — Фокс дернул плечом и протянул ей жестяную банку. — Вот что я нашел в гараже — «Арготиполин».
   Сверху почти бегом спускалась чета Марсденов, сопровождаемая Фиби Грей.
   — Я же вам объясняю, мы нашли неопровержимые улики, — вдалбливала инспектор Скотланд-Ярда.
   — Не могу поверить!
   — Это какая-то ошибка! Дик работает у меня уже десять с лишним лет, — раздраженно ворчал сэр Марсден.
   — О Господи! — выдохнула леди Маргарет, потянувшись за листком фоторобота, который Скалли сжимала в руке.
   — Это не водитель! — воскликнул сэр Марсден. — Это здешний сторож!
   — И он там, наверху! С детьми! — Маргарет побелела.
   Взрослые рассыпались по дому, стараясь держаться друг у друга на виду.
   — Майкл! Джимми! — на разные голоса окликали они.
   Мальчики не отзывались. В детской их не оказалось. Не было их и в комнате самого сторожа. Дана наскоро обыскала ее, но ничего предосудительного не нашла. Однако ее не на шутку встревожило несколько вполне невинных деталей: судя по всему, хозяин комнаты только что побрился и переоделся.
   Зато, открыв дверь туалетной, Малдер обнаружил склонившегося над раковиной человека в темных брюках и белой рубашке.
   — А вот и пропавший водитель нашелся, — сказал он, когда сумел справиться с губами, языком, гортанью и желудком.
   Скалли заглянула через его плечо и с трудом удержала в себе съеденный в гостинице сэндвич.
   Рубашка мужчины в основном все еще была белой — обгорел только воротник. Все, что находилось выше воротника, напоминало оплавившуюся головешку. Кожа превратилась в жирный пепел, глаза вытекли. Судя по всему, человек умер почти мгновенно. Он еще успел разинуть рот, чтобы закричать, но скорее всего его вопль сгорел еще до того, как достиг горла.
 
Изображение пролога
 
   Лохматый парень в толстом свитере, неимоверно грязных брюках и шерстяных носках отступил от мольберта и вытер кисть о штанину. Отступил еще на пару шагов, едва не загремев на пол — под коленки подвернулся тяжелый деревянный ящик со всяким хламом. Подобная мелочь, конечно же, не могла испортить Чарльзу настроение. Для этого ей понадобилось бы преодолеть густой приторный поток марихуаны, в котором, мерно покачиваясь, парило сейчас сознание художника. Чарльз присел на ящик, закурил и придирчиво оглядел картину снова. Получилось. На этот раз — получилось.
   На холсте клубились три цветовых пятна. В нижнем, багрово-черном, угадывался разорванный криком рот, окруженный скрюченными конечностями. Справа Чарльз изобразил плачущего ангела — пастельное облачко с заурядным, но милым женским личиком и молитвенно сложенными руками. Широкое крыло облака подбито свисало почти до корчащегося мученика, тем не менее не касаясь его.
   Слева, на провисшей раскачивающейся веревке стоял алый канатоходец. Меж его раскинутых рук застыла высокая арка огненных шаров, а вместо лица глумливо извивался язык пламени.
   Художник перевел взгляд на старый этюд, написанный почти в классическом стиле. Как зовут эту женщину? Маргарет, кажется? Интересно, как у Сесила получится с ней?
 
 
   Кэйп-Код, штат Массачусетс
   Сентябрь 1993
   День третий
   Около полуночи
 
   Непостижимо, но, осмотрев весь дом, пятеро взрослых так и не нашли двоих детей! Хотя на самом деле ничего необъяснимого в этом не было. Просто никому так и не пришло в голову заглянуть в приоткрытый бельевой шкаф, в котором, зарывшись в простыни и затаив дыхание, лежали сейчас два индейца, дожидаясь, когда вождь снимет их с боевого поста.
   А Сесил Лайвли неторопливо обходил по периметру крышу особняка, вглядываясь с высоты во тьму. Ничего подозрительного не наблюдалось. Ни одна машина не появилась на отрезке дороги, соединяющей территорию коттеджа и главное шоссе. Нигде не мигнул глазок сигареты, выдавая засаду. Значит, полицейских всего трое.
   Сесил ощущал в воздухе спокойствие и вдохновение. Пора было спускаться к мальчикам.
   Растерянные взрослые собрались в спальне Марсденов. Дана сосредоточенно пристегивала кобуру, Фиби кусала губы, Маргарет, прижимая руки ко рту, молча стояла у стены, ее муж с редкостной целеустремленностью пинал ногами мебель. Фокс предложил еще раз обыскать дом, более тщательно. Он с ужасом думал, что этот психопат вполне мог наплевать на собственный психологический портрет, удавить обоих мальчишек и спрятать. А может, он просто выманил их из дома и… И что? Что он вообще собирается делать?
   Внезапно картина на стене взорвалась снопом искр. Следом забил огненный фонтан из торшера, завернулся в пламя абажур настольной лампы, причудливым алым цветком раскрылись брошенные в углу газеты.
   — Пожар! — шепотом вскрикнул сэр Малькольм, вцепился в жену и потащил ее к дверям.