Если у человека есть сила воли, исправленные чувства настолько, что в состоянии не только делать альтруистические действия, но и получать наслаждения от них ради Творца, т.е. получать в прошлые эгоистические желания (килим), то это называется каббала аль минат леашпиа. Тогда он может получать свет, находящийся в каждой заповеди, т.е. в каждом духовном действии.
   (Заповеди Торы – это духовные действия. А то, что в нашем мире все их должны выполнять физически, независимо от духовного уровня исполнителя, обусловлено тем, что это необходимая предварительная стадия их настоящего исполнения с соответствующим духовным замыслом: доставить радость Творцу).
 
   Начальная стадия желающего постичь цель творения состоит в том, что работает над собой для своей выгоды (ло ли шма), т.к. есть много способов ощутить наслаждение, например, путем приема пищи, игр, почестей, славы и пр.
   Но эти способы позволяют ощутить довольно незначительные и быстропроходящие наслаждения. Такие намерения называются «ради себя» – ло ли шма. Тогда как с помощью веры в Творца (в Его всесилие, в Его единственность в управлении всем в мире, в том числе и всем, что случается с нами, в Его управлении всем, от чего зависит человек, в Его готовность помочь, слыша молитву) человек может постичь намного большие наслаждения.
   И только после того, как человек полностью постигает эту предварительную ступень работы, он получает особые, совсем другие ощущения более высокого состояния, заключающиеся в том, что вдруг ему становится совершенно безразлична личная выгода, а заботится только о том, все ли его расчеты и мысли духовно истинны, а именно: все ли его мысли и намерения направлены только на то, чтобы полностью ввериться сущности истинных законов мироздания, чтобы ощутить, что обязан выполнять только волю Творца, исходя из ощущения Его величия и силы.
   И тогда он забывает о своих прошлых намерениях, и чувствует, что у него нет совсем никакого желания думать и беспокоиться о себе, что он полностью отдается величию всепроникающего Высшего Разума и совершенно не ощущает голоса собственного разума, а все его беспокойство только о том, как можно сделать что-либо приятное и угодное Творцу. И такое состояние называется «не ради себя», «ли шма», «машпиа аль минат леашпиа».
   Причина веры в том, что нет большего наслаждения, чем ощутить Творца и наполнение Им. Но чтобы человек смог получить это наслаждение не ради себя, есть состояние скрытия Творца, чтобы дать возможность человеку выполнять заповеди, даже если не ощущает никаких наслаждений, и это называется «не ради вознаграждения» (аль минат ше ло лекабэль прас).
   А когда человек постигает такое состояние, создает такой духовный сосуд, немедленно открываются у него глаза, и всем своим существом ощущает и видит Творца. А то что раньше вынуждало его и говорило о выгодности работы на Творца ради собственной выгоды – исчезает эта причина и воспринимается сейчас как смерть, потому что ранее был связан с жизнью, и этого достиг посредством веры.
   Но если в своем же исправленном состоянии начинает снова работать над верой выше разума, то получает обратно свою душу, свет Творца.
 
   Имена в Каббале хотя и взяты из нашего мира, но означают совершенно непохожие, не подобные им объекты и действия в духовном мире, хотя эти духовные объекты являются их непосредственными корнями («язык Каббалы» часть 1; «Имена Творца» часть 3). Из этой противоположности и несхожести корня и его следствия в нашем мире еще раз видно, насколько духовные объекты удалены от наших эгоистических представлений.
   В духовном мире имя означает особенность раскрытия света Творца человеку с помощью действия, называемого данным именем. Как в нашем мире любое слово говорит не о самом предмете, а о нашем восприятии его.
 
   Само же явление или объект вне наших ощущений – вещь в себе, абсолютно нами не постигаемая. Конечно же у него есть совершенно другой вид и свойства, чем те которые воспринимаются нашими приборами или чувствами. Подтверждение этому мы можем видеть хотя бы из того, что картина объекта в лучах видимой части спектра совершенно не подобна картине наблюдаемой с помощью приборов в спектре рентгеновских лучей или тепловых частот.
   Как бы то ни было, но есть объект, и есть то, каким его воспринимает согласно своим свойствам постигающий. И это потому, что сочетание самого объекта, его истинных свойств и свойств постигающего этот объект создают вместе третью форму: в ощущениях постигающего рождается картина объекта из общих свойств самого объекта и постигающего.
   В работе с духовным светом есть два различных состояния человека, желающего и принимающего свет: ощущения и качества человека до получения света и после его получения.
   Есть также два состояния у самого света-наполнителя сосуда-желания человека: состояние до того, как он вошел в контакт с чувствами, желаниями человека, и состояние после того, как вошел в контакт с ощущающим его. В таком состоянии свет называется простым (ор пашут), потому что не связан со свойствами объектов восприятия. А так как все объекты кроме света Творца являются желающими получить, т.е. насладиться светом, то нет у нас никакой возможности постичь, исследовать, ощутить или даже представить себе, что значит сам свет вне нас.
   Поэтому, если мы называем Творца сильным, то именно потому, что чувствуем в этот момент (тот, кто чувствует!) Его силу, но не постигнув какого-либо свойства, невозможно никак назвать Его, ведь даже слово «Творец» говорит о том, что человек постиг это в ощущаемом им свете. Если же человек говорит имена Творца (т.е. называет Его качества), не постигая их в своих ощущениях, то это равносильно тому, что он дает имена простому свету еще до ощущения его в себе, что называется ложью, т.к. у простого света нет имени.
 
   Человек, желающий духовно возвыситься, обязан сторониться посторонних влияний, оберегать свои еще не окрепшие убеждения, пока не получит сам свыше необходимые ощущения, которые послужат ему затем опорой. И основная защита и отдаление должны быть не от людей, далеких от Торы, так как у них может быть только равнодушие или крайнее отрицание, т.е. удаленность от его состояния, а именно от людей вроде бы близких к Торе или даже к Каббале. Ибо снаружи человек может выглядеть так, будто находится в самом центре истины и всего себя отдает Творцу, точнейшему выполнению Его заповедей и исступленной молитве, но причины его «праведничества» не видны никому, и на самом деле все его помыслы – извлечь пользу в каком-либо виде для себя.
   Такого рода личности или группы людей представляют собой опасность для стремящихся духовно расти, потому что начинающий видит картину истого служения Творцу, но не может проверить, исходит ли оно из желания познания Творца или это поведение человека вследствие воспитания, а может быть соображений престижа и пр.
   При этом он видит те огромные силы, которые подобные люди могут призвать себе на помощь, не понимая, что подобные силы только и можно употреблять потому, что нет никакой помехи этим действиям со стороны эгоизма, а наоборот, именно эгоизм и стремление доказать свою правоту дают им силу, тогда как настоящая Тора ослабляет силы человека, дабы вознуждался в Творце (Тора матэшэт кохо шель адам).
   И если человек чувствует во внешних действиях подобных «праведников» притягательную силу, то попадает в рабство фараона, ибо сказано в Торе, что рабство у фараона было приятно для Исраэль (Исраэль есть тот, кто желает идти яшар Эль – прямо к Творцу). А поскольку Тора говорит только о духовных состояниях каждого из нас лично, то имеется в виду именно духовное рабство, в которое может попасть начинающий настолько, что будет сожалеть о тех силах, которые потратил на борьбу с эгоизмом.
   Далеких от Торы людей начинающий может не опасаться, зная наперед, что у них ему нечему учиться, и потому они не представляют собой опасности духовного порабощения.
 
   Наш эгоизм позволяет нам двигаться только когда ощущает страх. И толкает нас на любые действия, чтобы нейтрализовать это чувство. Поэтому если бы человек мог бы ощутить страх перед Творцом, у него появились бы силы и желание работать.
   Есть два вида страха: страх перед нарушением заповеди и страх перед Творцом. Есть страх, не позволяющий человеку грешить, иначе бы он согрешил. Но если человек уже уверен, что не согрешит, и все его деяния только ради Творца, все равно выполняет все заповеди, не из страха, а потому, что это желание Творца.
   Страх перед нарушением (прегрешения) является страхом эгоистическим, потому что боится навредить себе. Страх перед Творцом называется страхом альтруистическим, потому что боится не выполнить то, что приятно Творцу из чувства любви. Но при всем желании выполнять угодное Творцу все равно тяжело человеку выполнять заповеди Творца (действия, приятные Творцу), так как не видит необходимости в них.
   Страх из чувства любви должен быть не меньшим, чем страх эгоистический. Например, человек боится, что если его увидят в момент совершения преступления или просто прегрешения, то он испытывает страдания и стыд. Постепенно каббалист развивает в себе чувство трепета, что мало делает для Творца, и чувство это постоянно и столь же велико, как у эгоиста страх наказания за большие очевидные преступления.
 
   «Человек учится только тому, чему желает научиться» (эйн адам ломэд, эле бэ маком ше либо хафэц). Исходя из этого ясно, человек никогда не научится выполнению каких бы то ни было правил и норм, если он того не желает. Но какой человек желает выслушивать нравоучения, притом что, как правило, человек не чувствует своих недостатков? Как же тогда вообще может исправиться даже стремящийся к этому?
 
   Человек создан таким, что желает только усладить себя. Поэтому все, что учит, учит только для того, чтобы найти путь удовлетворить свои потребности, и не станет учить ненужное, потому что такова его природа.
   Поэтому чтобы тот, кто желает приблизиться к Творцу, смог научиться, каким образом можно действовать «ради Творца», должен просить Творца, чтобы дал ему другое сердце, чтобы появилось альтруистическое желание вместо эгоизма. Если Творец выполнит эту просьбу, то поневоле во всем, что будет учить, будет видеть пути делать угодное Творцу.
   Но никогда человек не увидит то, что против желания сердца (или эгоистического или альтруистического). Поэтому никогда не чувствует себя обязанным, так как от этого нет удовольствия сердцу. Но как только Творец меняет эгоистическое сердце (лев эвэн) на альтруистическое (лев басар), сразу же ощущает свой долг, дабы мог исправлять себя при помощи обретенных возможностей, и обнаруживает, что нет в мире более важного занятия, чем делать приятное Творцу.
   А то, что видит как свои недостатки, оборачивается преимуществами, потому что исправляя их, доставляет радость Творцу. Но тот, кто не может еще исправлять себя, никогда не увидит своих недостатков, потому что раскрывают их человеку только в той мере, в какой он в состоянии себя исправить.
 
   Все деяния человека по удовлетворению личных потребностей и вся его работа в состоянии «ради себя» (ло ли шма) пропадает вместе с его уходом из нашего мира. И все, о чем так заботился, и что выстрадал, пропадает в один момент.
   Поэтому если человек в состоянии произвести расчет, стоит ли ему работать в этом мире и потерять все в последний момент жизни, то может прийти к выводу, что предпочтительнее работать «на Творца» (ли шма). В таком случае это решение приведет его к необходимости просить Творца о помощи, особенно если много труда вложил в выполнение заповедей с намерением извлечь личную пользу.
   У того же, кто не много трудился в Торе, и меньше желание перевести свои деяния в деяния «ради Творца» (ли шма), потому что не много проиграет, а работа по изменению намерения требует еще многих усилий.
   Поэтому человек должен стараться увеличить всеми путями и свои усилия в работе «не ради Творца», поскольку это является причиной того, что затем возникает у него желание возвратиться к Творцу (лахзор бэ тшува) и работать «ли шма».
 
   Все свои ощущения человек получает свыше. Поэтому если человек ощущает стремление, любовь, тягу к Творцу, это верный признак того, что и Творец испытывает к нему те же чувства (по закону: «человек это тень Творца»), то что человек чувствует к Творцу, то и Творец – к человеку, и наоборот.
   После грехопадения «первого человека – Адама» (духовного нисхождения общей души из мира Ацилут до уровня, называемого «этот мир» или «наш мир») его душа разделилась на 600.000 частей, и эти части облачаются в рождающиеся в нашем мире человеческие тела. Каждая часть общей души облачается в человеческие тела такое количество раз, какое ей необходимо до полного личного исправления. А когда все части поодиночке исправят каждая себя, они вновь сольются в общую исправленную душу, называемую «Адам».
   В чередовании поколений есть причина, называемая «отцы», и ее следствие – дети. Причем причина появления «детей» только в том, чтобы продолжить исправление того, что не исправили отцы, т.е. души в предыдущем кругообороте.
 
   Творец приближает человека к себе не за его хорошие качества, а за его ощущение собственной ничтожности и желание очиститься от собственной «грязи». Если человек ощущает наслаждения в чувстве духовного воодушевления, то у него исподволь возникает мысль, что стоит быть рабом Творца ради подобных ощущений. В таких случаях Творец обычно изымает наслаждение из его состояния, чтобы показать этим человеку, какова истинная причина его воодушевления от духовного ощущения: что не вера в Творца, а личное наслаждение является причиной его желания стать рабом Творца. Этим дается человеку возможность действовать не ради наслаждения.
   Изъятие наслаждения из любого духовного состояния сразу ввергает человека в состояние упадка и безысходности, и он не чувствует никакого вкуса в духовной работе. Но т.о. появляется у человека возможность именно из этого состояния приблизиться к Творцу, благодаря вере выше знания (ощущения), что то, что он в данный момент ощущает непритягательность духовного, это его субъективное ощущение, а на самом деле нет ничего величественнее Творца.
   Отсюда видим, что духовное падение уготовано ему Творцом специально, для его же немедленного духовного возвышения на еще большую ступень, тем, что дана ему возможность работать над увеличением веры. Как говорится, «Творец предваряет лекарством болезнь» и «тем же, чем бьет Творец, он лечит».
 
   Несмотря на то, что каждый раз изъятие жизненной силы и интереса сотрясает весь организм человека, если человек действительно желает духовного возвышения, то радуется возможности вознести веру выше разума, на еще большую ступень и утверждает этим, что действительно желает быть независимым от личных наслаждений.
 
   Человек обычно занят только собой, своими ощущениями и мыслями, своими страданиями или наслаждениями. Но если он стремится к духовному восприятию, должен пытаться перенести центр своих интересов как бы наружу, в наполняемое Творцом пространство, жить существованием и желаниями Творца, связать все происходящее с Его замыслом, перенести всего себя в Него, чтобы только телесная оболочка осталась в своих животных рамках, но внутренние ощущения, суть человека, его "я", все, что называют душой, умозрительно и чувственно перенеслось из тела «наружу», и тогда постоянно будет ощущаться пронизывающая все мироздание добрая сила.
   Такое ощущение подобно вере выше разума, поскольку человек стремится перенести все свои ощущения изнутри себя наружу, вне своего тела. А постигнув веру в Творца, человек, продолжая удерживаться в этом состоянии, несмотря на посылаемые Творцом помехи, увеличивает свою веру и постепенно начинает получать в нее свет Творца.
 
   Поскольку все творение построено на взаимодействии двух противоположных сил: эгоизма, желания насладиться и альтруизма, желания усладить, то путь постепенного исправления, перевода эгоистических сил в противоположные, строится на их сочетании: постепенно и понемногу небольшие части, эгоистические желания включаются в альтруистические и т.о. исправляются.
   Такой метод преобразования нашей природы называется работой в трех линиях. Правая линия (кав ямин, хэсэд, Лаван, Авраам) называется белой линией, потому что в ней нет никаких недостатков, пороков.
   После того, как человек уже овладел ею, он вбирает в себя наибольшую часть левой линии (кав смоль, гвура, адом), называемой красной, потому что в ней находится наш эгоизм, на который есть запрет использования его в духовных действиях, так как можно попасть под его власть, власть нечистых сил-желаний (клипат смоль, клипат Ицхак, Эйсав), стремящихся получить ради себя свет, ор хохма, ощутить Творца и самонасладиться этим ощущением в своих эгоистических желаниях.
 
   Если человек силой веры выше разума, т.е. стремлением воспринимать не в свои эгоистические желания отказывается от возможности постижения Творца, Его действий, управления, наслаждения Его светом, предпочитая идти выше своих естественных стремлений все узнать и почувствовать, знать заранее, какое получит вознаграждение за свои действия, то на него уже не влияют силы запрета использовать левую линию. Такое решение называется «создание тени», ибо отгораживает сам себя от света Творца.
   В таком случае человек имеет возможность взять некоторую часть от своих левых желаний и совместить их с правыми. Получаемое сочетание сил, желаний называется средней линией (кав эмцаи, Исраэль). Именно в ней раскрывается Творец. А затем все вышеописанные действия повторяются на следующей, более высокой ступени и так до конца пути.
 
   Отличие наемного работника от раба в том, что наемный работник во время работы думает о вознаграждении, знает его величину, и это является целью его работы. Раб не получает никакого вознаграждения, только необходимое для своего существования, а все, что имеет, принадлежит не ему, а его господину. Поэтому если раб усердно работает, это явный признак того, что желает просто угодить своему господину, делать ему приятное.
   Наша задача освоить отношение к нашей духовной работе подобно преданному рабу, работающему совершенно безвозмездно, чтобы на наше отношение к работе над собой не влияло никакое чувство боязни наказания или вероятность получения вознаграждения, а только желание бескорыстно сделать то, что желает Творец, причем даже не ощущая Его, потому что это чувство тоже вознаграждение, и даже без того, чтобы Он знал, что именно "я" это сделал для Него, и даже, чтобы не знал, действительно ли я что-либо сделал, т.е. не видел даже результатов своего труда, а только верил в то, что Творец им доволен.
   Но если наша работа должна действительно быть такой, то исключается условие наказания и вознаграждения. Чтобы понять это, надо знать, что подразумевается в Торе под понятиями наказания и вознаграждения.
   Вознаграждение имеет место там, где человек прикладывает определенные усилия получить то, что он желает, и в результате своих трудов получает или находит желаемое. Не может быть вознаграждением то, что есть в изобилии, что доступно для всех в нашем мире. Работой называются усилия человека для получения определенного вознаграждения, которое без затраты этих усилий получить нельзя.
   Например, не может человек утверждать, что совершил работу найдя камень, если вокруг него они находятся в изобилии. В таком случае нет ни работы, ни вознаграждения. В то же время чтобы завладеть маленьким драгоценным камнем, необходимо приложить большие усилия, потому что его трудно отыскать. В таком случае есть как наличие усилий, так и наличие вознаграждения.
 
   Свет Творца заполняет все творение. Мы как бы плаваем внутри него, но не можем ощутить. Наслаждения, которые мы ощущаем, лишь бесконечно маленькое свечение, проникающее милостью Творца к нам, потому что без наслаждения мы бы покончили со своим существованием. Это свечение ощущается нами как сила, притягивающая к тем объектам, в которые она облачается. Сами объекты не имеют никакого значения, как мы и сами чувствуем, когда вдруг перестаем интересоваться тем, что ранее так притягивало нас.
   Причина восприятия нами только маленького свечения (нэр дакик), а не всего света Творца в том, что наш эгоизм выполняет роль экрана. Там, где властвуют наши эгоистические желания, свет не ощущается по закону соответствия свойств, закону подобия: только в той мере, в какой желания, свойства двух объектов совпадают, они могут ощущать друг друга. Даже внутри нашего мира мы видим, что если двое людей находятся на разных уровнях мышления, желаний, то просто не могут понять друг друга.
   Поэтому если бы человек имел свойства Творца, он попросту плавал бы в ощущении бесконечного океана наслаждения и абсолютного знания. Но если Творец заполняет собою все, т.е. не надо искать Его, как драгоценную вещь, то, очевидно, и понятие вознаграждения не содержится в нем. А также и не приложимо к поиску ощущения Его понятие работы, потому что Он и вокруг и внутри нас, только еще не в наших ощущениях, а в нашей вере. Но также и ощутив Его, и наслаждаясь Им, нельзя сказать, что этим получили вознаграждение, потому что если нет работы, и принятая вещь находится в изобилии в мире, она не может быть вознаграждением.
   Но в таком случае остается открытым вопрос, что же тогда является вознаграждением за наши усилия идти против природы эгоизма. Прежде всего необходимо понять, почему Творец создал закон подобия, вследствие которого, хотя Он и заполняет все, мы не в состоянии Его ощутить. Вследствие этого закона Он скрывает Себя от нас. Ответ таков: Творец создал закон подобия, в силу которого мы ощущаем только то, что находится на нашем духовном уровне, для того, чтобы мы не испытали при наслаждении Им самого ужасного чувства в творении (т.е. в эгоизме) – чувство стыда, униженности. Этого ощущения эгоизм не в состоянии перенести. Если человек не в состоянии никоим образом оправдать свой нехороший поступок, ни перед собой, ни перед другими, не в состоянии найти никаких причин, якобы вынудивших против его желания совершить то, что он совершил, он предпочитает любое другое наказание, только не это ощущение унижения своего "я", потому что это "я" есть основа основ его существа, и как только оно унижается, духовно исчезает само его "я", он сам будто исчезает из мира.
   Но когда человек достигает такого уровня сознания, что его желанием становится все отдавать Творцу, и он постоянно занят мыслью, что еще может сделать ради Творца, тогда он обнаруживает, что Творец сотворил его, чтобы он получал наслаждения от Творца, и больше этого Творец не желает. И тогда человек получает все наслаждения, которые только в состоянии ощутить, чтобы выполнить желание Творца.
   В таком случае совершенно не имеет место чувство стыда, так как получает наслаждение потому, что Творец показывает ему, что именно желает, чтобы человек принял эти наслаждения. И человек выполняет этим желание Творца, а не свои эгоистические желания. И поэтому он становится подобным по свойствам Творцу, и экран эгоизма исчезает. И это вследствие овладения духовным уровнем, на котором он уже способен давать наслаждения, подобно Творцу.
   Исходя из вышесказанного, вознаграждение, которое человек должен просить за свои усилия, должно состоять в получении новых, альтруистических свойств, желаний «отдавать», стремлений наслаждать, подобно желанию Творца относительно нас. Эта духовная ступень, эти свойства называются страхом перед Творцом.
   Духовный, альтруистический страх и все остальные антиэгоистические свойства духовных объектов, абсолютно не похожи на наши свойства и ощущения. Страх перед Творцом заключается в том, что человек боится быть удаленным от Творца, но не ради корыстных выгод, не из боязни остаться в своем эгоизме, не быть подобным Творцу, потому что все подобные расчеты строятся на личных интересах, принимая во внимание свое состояние.
   Страх перед Творцом состоит в бескорыстном опасении не сделать то, что еще мог бы сделать ради Творца. Такой страх и есть альтруистическое свойство духовного объекта – в противоположность нашему эгоистическому страху перед тем, что мы не сможем удовлетворить свои потребности.
 
   Достижение свойства страха перед Творцом, силы отдавать должно быть причиной и целью усилий человека. А затем с помощью достигнутых свойств человек принимает ради Творца все уготованные ему наслаждения, и такое состояние называется концом исправления (гмар тикун).
 
   Страх перед Творцом должен предшествовать любви к Творцу. Причина этого в том, что для того, чтобы человек мог выполнять требуемое из чувства любви, чтобы почувствовал наслаждение, заключенное в духовных действиях, называемых Заповедями, чтобы эти наслаждения вызвали у него чувство любви, как и в нашем мире то, что дает нам наслаждение, любимо нами, от чего страдаем – ненавидим, он должен прежде постичь страх к Творцу.
   Если человек выполняет заповеди не из любви, не из-за наслаждения в них, а из чувства страха, это происходит оттого, что не чувствует скрытого в них наслаждения и выполняет волю Творца из страха наказания. Тело не противится такой работе, поскольку боится наказания, но постоянно спрашивает его о причине его работы, что дает человеку повод еще больше усилить его страх и веру в наказание и вознаграждение, в управление Творцом, пока не удостоится постоянно ощущать наличие Творца.