26.
   риф и лесные дали должны были отвлечь. риф случается ежегодно. но отвлекает все меньше. превратившись в машину по добыванию денег из участников. призрак индустриализации пристроился здесь по контракту, свадебным генералом. с ним многие знакомы, но почти не здороваются. смысл? многие приезжают сюда просто по традиции. я снял номер в соседнем пансионате поляны, потому что дешевле. рядом поселся миша гуревич, главный редактор утро.ру, с женой и дочкой евкой. у меня в номере - sarabruk с antigona. живи - радуйся. но мысли оставались в москве. - я очень люблю москву. а ты? - а я не люблю москву. она меня убивает. я люблю ираклион, айя-николаос, ретимнон и маталу. она решала какие-то невидимые семейные проблемы, ездила на переговоры с заказчиком, употребляя несколько иностранных языков, и отказывалась встретиться даже не три минуты. хотел сказать одно: тихое бешенство в пропаганде никакого отношения к ней не имело. я был беззащитен по отношению к ней и уязвим. более чем безопасен. от отчаяния не знал что предпринять. дергал по телефону, попадая то на переговоры, то на молчание. она перезванивала и говорила, что сел аккумулятор в трубке. - давай пообедаем сегодня? - не могу. правда. ну мы же едем шестнадцатого в ярославль? вика сделала рассылку, ты читаешь? - нет, я здесь без интернета. - ты ведешь завтра дроньку к врачу? - да.
   27.
   забираю сына из детского сада. полдник. пацанский шепоток: у, за тобой папа пришел! дронька никак не выцарапывается из-за стола. мы опаздываем. больница на ленинском. жена - у входа. на вахте нас ждут две девушки из медперсонала, чтобы проводить в эндокринологию. коридоры цокольного этажа, лестница на два этажа вверх. - вы запоминаете, как обратно идти? - стараюсь. коридор, переход в другой корпус. коридор, на этот раз очень длинный. снова лестница на два этажа вверх. налево по коридору. у кабинета доктора карманова несколько человек детей и взрослых. кто-то в домашнем, из стационара. садимся ждать. сын просит извлечь из подшипника шарик, потом другой, и гоняет их по подоконнику. жена помогает. - я могу в этом месяце рассчитывать на деньги? - да, конечно, потерпи немного. я сейчас без работы. вот-вот должны заплатить. карманов фактурен и манерен. у него пористая кожа на лице и цепко-любопытные глаза. в его кабинете - запах въевшегося в бумаги табачного дыма и бумаги, медицинские книги, истории болезней. на столе, столиках, тумбочках. садимся в кресло и на стул. беру сына на колени. карманов читает заключение врача из поликлиники. хвалит его за профессионализм и обстоятельность. смотрит рентгеновский снимок. - ты не должен бояться. я никому никогда не делаю больно. я только долго смотрю и трогаю. жена идет раздевать дроньку в небольшую смотровую. карманов долго смотрит и трогает. он считает родимые пятна. он смотрит пах, смотрит ротовую полость. осмотр продолжается минут двадцать. - одевайтесь, - карманов возвращается в кабинет. снова моет руки. - это не олбрайт. костный возраст может отставать на год-два года. жена говорит, что там - три. это не важно. - пока погуляй перед кабинетом. мы поговорим с родителями. это не синдром олбрайта. но очень рядом. тоже генетическое заболевание. у меня и у жены бабушки по материнской линии умерли от рака. в прошлом году от рака умер тесть. - у кого-то из вас много родинок на теле? жена показывает на меня. я снимаю свитер. карманов смотрит мою грудь, спину, шею. - это не родимые пятна. это, извините, бородавки. снова садимся. - теперь запоминайте. можете записать. карманов называет диагноз. лечение не предусмотрено. но хирургу и стоматологу необходимо всегда называть диагноз. они знают, что это. они не будут трогать эти места. необходимо помнить, что открытое солнце исключается. летом все пятна перед выходом на улицу смазываются предохраняющим кремом. 60 единиц. не меньше. - запомните, у вас нормальный здоровый, красивый парень. его не надо лечить. я никому не запрещаю даже пляж. но только три часа утром, три вечером. в девять - с пляжа долой. и до шести. налево по коридору. лестница на два этажа вниз. длинный коридор с несколькими поворотам. сын устал и отстает. переход в главной корпус. снова лестница на два этажа вниз, коридор цокольного этажа. вахта. садимся в машину. отвожу жену и сына к ним домой. - мы с дронькой хотим на выходные поехать в ярославль. - с кем это? - с викой и компанией. - как же ты поедешь? у тебя же нет денег. - нужно не много. - мне это не нравится. я подумаю. почему я так реагирую на слова жены? надо достать денег. подхватил smaller'а по дороге в лесные дали. оба не очень понимаем, зачем туда едем. сначала поехали съесть пиццу. к тому моменту, когда направились на риф, стемнело. движущаяся вереница огней на рублево-успенском. 30 километров на скорости 60-70. обгонять нельзя. сплошная и менты в желтых жилетах. навстречу тоже плотный поток автомобилей. в какой-то момент я чуть не уснул. даже уснул на мгновенье и чуть не выскочил на встречную полосу. smaller дремал рядом. - смоллер, давай разговаривать, мы чуть не вылетели на встречку. - да? это было бы очень не хорошо. давай разговаривать.
   28.
   пасмурно, ветер с юга. горячий ветер. мне душно, я не говорю тебе, чтобы не создавать ненужных проблем. вчера он дул целый день. по дороге из айя-николаос в ханью мы останавливаемся в ретимноне, в апартаментах, где год назад. утром пытаюсь почувствовать, кончился ли ветер с юга. по прежнему душно. я открываю глаза. ты тоже смотришь на меня одним глазом из постели напротив. между нами - циновка на кафельном полу, где рассыпан песок, который я стряхнул с твоих ног перед сном.
   29.
   : сны. снова смотрю сны. и утром могу их записывать. сегодня видел ее. мы - на диване в доме моей матери. то есть интерьеры не совпадают. слишком просторно для учительской квартиры. но это не важно. зажжен торшер и множество других электрических светильников. мы целуемся и раздеваем друг друга. она говорит: а если зайдет твоя мама?. я встаю, выхожу из гостиной, иду в гардеробную. там - какая-то женщина перед зеркалом в неглиже, которую я с трудом могу принять за маму. я говорю ей, чтобы она не входила в гостиную. появляется мать. мама, ты тоже не входи. я возвращаюсь к ней, начинаю выключать светильники, она не хочет заниматься любовью при свете. и вдруг замечаю, что у нее лицо е.к., одной моей знакомой из рипна. : когда и как настоящее переходит в прошлое? ты видишь открытую дверь и входишь. ты еще не согласен с тем, что вошел. ты просто смотришь. возможно, ты еще снаружи и смотришь внутрь. и понимаешь, что можешь войти и согласиться с тем, что ты вошел. не внутрь. не наружу. просто в другое. и если ты вошел, то просто закрываешь дверь. хороший тон - закрывать за собой. : перед возвращением домой заехал в седьмой континент, который работает круглосуточно. купил поесть и убраться в квартире. порошок и щетку, чтобы отпидорасить ванну. совок и щетку-метелку для подмести пол. половую тряпку, чтобы вымыть. еще понадобится для ковролина пылесос. я его уже выбрал в другом магазине. но денег пока нет. кредиты безработным не дают. надо бы еще купить вина. чтобы выпить за стимулы.
   30.
   - жена не хочет пускать дроньку с нами в ярославль. - хочешь, я с ней поговорю? - не надо. она не хотела создавать мне проблемы. сколько бы ни просился помочь ей ответ нет. я отвечал тем же. или не в этом дело? со своей женой я всегда разберусь сам. также как она со своим братом, матерью, сестрой. кто еще у нее есть? отец? отца нет. он умер. интересно, как? - расскажи мне об отце. - я не люблю об этом говорить. она и я - одиночки. что бы ни происходило с нами, желание сохранить себя в неприкосновенности побеждает желание быть с кем-то. перед тем, как отправиться в ярославль, должен был собрать вещи и переехать с самотеки к себе в бескудниково. в квартиру, которая мне никогда не нравилась ни сама по себе, ни по тому где она находится. но был вынужден там иногда жить. с женой, когда жена была беременна дронькой и потом через год, после ссоры с тестем, мы снова на какое-то время перебрались сюда. с тех пор здесь - дронькина лазалка: шведская стенка, веревочная лестница, кольца. некоторое время квартиру я сдавал, но когда возникли трудности с деньгами решил вернуться, для экономии трехсот долларов в месяц. - не грусти. там можно будет все устроить, как ты хочешь. - поможешь? - о! ты возьмешь меня с собой! закатила глаза и мечтательно улыбнулась. почти как с долькой лимона во рту. она всегда наигрывала немного, неся в себе маленький театр и несбываемую мечту игры для экрана. уехав с рифа до его формального закрытия, упаковал большую часть вещей и отвез на новую-старую квартиру. оставив только постель и какие-то мелочи, чтобы собрать их на утро субботы. перед отъездом в ярославль. позвонил женe. сказал, что достал денег. готов поделиться. - я хочу знать, в какой компании мой ребенок поедет в ярославль. - в приличной компании. едет вика. остальных ты не знаешь. - а кто еще едет с тобой? ты едешь с какой-нибудь девушкой? - ли, я же не спрашиваю тебя, кто ночует у тебя дома, в комнате напротив дронькиной? пауза. - наверное ты прав. впервые за несколько месяцев не пыталась настаивать на своем. отлично. мы едем втроем. не то чтобы очень беспокоился разрешением жены выдать мне сына на выходные и поездку в другой город. просто было бы не честно не ставить ее в известность о каких-то важных действиях, предпринимаемых в отношении сына. ведь я всегда жду от нее того же.
   31.
   накануне ярославля внезапно обнаружил способность ей не звонить. в модном салоне, коротая время ожидания мастера за электронным пасьянсом. тихо радовался новым ощущениям. это значило, что на завтра меня не будет ждать разочарование, если она вдруг не захочет со мной спать или раздумает отправляться в поездку. мне было хорошо от того, что надо ехать. даже если бы все отказались ехать, я бы не изменил решения. шумели фены. стрижки и, тем более, укладки на головах мастеров были нелепы. я - спокоен. спокоен так, что если бы кому-то пришло в голову заглянуть ко мне внутрь, то ему стало бы дурно. если бы она решила не ехать, спросил бы, важно ли ей, что я ее люблю? конечно, важно. ответила бы она. нет, сказал бы я. понятно, что важно, когда тебя любят. но, нужно ли, чтобы любил именно я и может ли она в принципе без этого обойтись? задал себе такой же вопрос о ней. и понял, что могу. с сегодняшнего дня могу.
   i'm not no animal in the zoo and i've every intention of leaping up and getting you
   она никогда не говорила, любит ли она меня.
   32.
   - привет. что ты делаешь? - еду домой из парикмахерской. ты выспалась? - сегодня вечером ко мне придут друзья. самые близкие. приходи тоже. - ты меня приглашаешь? - что за дурацкий вопрос! заехав на квартиру переодеться, сажусь к компу. набираю для жж.
   Friday, March 15th, 2002 -----------------------------------------------------7:34 pm - упс! сегодня мне не повезло. вот не везет в текущую минуту. сильно. мне надо срочно в душ, потому что я утаскался мешков с вещами и коробок с книгами и бумагами. вернулся на съемную квартиру, а тут агент с хозяйкой творят контракт на кухне. ... и повезло. моя девушка, т.е. девушка, которая... которую... э-э-э, возможно ошибочно... в общем, пригласила меня в гости. потому что у нее друзья собираются. сдохнуть от счастья. могу. реально. поэтому-то мне и надо срочно в душ. слышно вам, суки? ... а завтра мы с ней едем в ярославль. это если я ничего не испорчу до этого самого завтра. или утром. или если от счастья сдохну. тоже можем не поехать. вот именно так все и зыбко. ... ушли. путь свободен. неа. я не тормоз. все хуже. я - комплекс. ... и девушке мы это читать не дадим. вон из группы. и так все плохо.
   - ты очень смешно постригся. помолодел на десять лет. она трогала и ерошила мои волосы. она задумчиво отводила взгляд гебриэла бирна, она смотрела в мои глаза, как шинед о'коннор. она клала свои ноги поверх моих и позволяла запускать руку под джинсы и гладить голени. я слушал ее голос. я трогал ее волосы на виске, проводил пальцами по брови, которая топорщится у переносицы. я чувствовал возвращение к жизни. в легкие снова попадал воздух. и дым ее сигарет. работа измучила ее, она стала курить. странным коротким движением выпивала из сигареты дым и скоро выпускала его в воздух. - я потом снова брошу. я очень люблю курить. мне это очень нравится. когда приходят друзья, они говорят: вы очень похожи.
   33.
   на следующий день сделалась суббота. утром начал собирать оставшиеся вещички на самотеке. потом надо было заехать за сыном, отвезти его в гнесенку на хор и сольфеджио. потом покормить его обедом, заехать за ней и - двигать в ярославль. все компания к тому времени должна была собраться на ярославке, в кафе около королева и тронуться в путь. по моим расчетам, мы могли их нагнать на подъезде к конечному пункту. позвонила жена. сказала, что дронька простудился, температура. остатков на самотеке набралось на три мешка, которые я зарядил в багажник. подушки вполне могли пригодиться в провинциальной гостинице. я привез жене денег, поцеловался с сыном, сходил за продуктами. когда спустился к машине, был полдень - привет. выспалась? - ага-а. у меня отличное настроение. ну что? мы едем? - да. только дронька простыл. поедем без него. когда прикатил - дверь открыта, проходите пожалуйста, - она вышла на минуту из ванной, укутанная в большой темно-синий махровый халат. - прости. я завозилась и совсем забыла о времени. зеленый чай. бутерброды, посыпанные душистой приправой для пиццы. делал вид, что все это в принципе ем. позвонили вике, сказали, что едем. без дроньки. скоро догоним. на выезде из москвы зарулили в мак-авто. вернулись на трассу. специально к этой поездке я купил кассету нино рота, которую так и не успел поставить, и две кассеты коена. коен как раз пел в тот момент. по трассе холмогоры проезжали какой-то очередной торговый городок в районе мытищ. трафик сделался довольно плотным. она держала в руках большой стакан coca-cola со льдом, курила в приоткрытое окно и с удовольствием, щурясь на солнце, прихлебывала газировку. - знаешь, что он поет? - нет.
   - если ты пришла, чтобы быть со мной я не хочу чтобы ты подарила сегодня мне мир, а завтра отняла его будь настоящей, прошу, будь настоящей я не хочу больше получать удара от любви
   - хм. мой случай. - банальное самое верное, я же тебе говорила. тут audi a6 впереди решила порезче затормозить. мне пришлось также втопить педали сцепления и тормоза. до упора. каризму метра четыре протащило по инерции, чуть стукнувшись о бампер audi, она остановилась. - ой! - угу. и тут - удар сзади. нас нагнал вазовский тазик с гвоздями и вколотил-таки в багажник audi. судя по тому, что из стакана выплеснулась лишь половина газировки, ничего серьезного. росно попало. - ты не испугалась? - нет. все в порядке. выйдя из машины, я посмотрел в печальное лицо хозяйки audi. следом за шахой, к нам присоединились nexia и волга. у хвоста очереди уже нарисовался мент в желтой жилетке. никто не пострадал. максимальный урон получил багажник каризмы. - позвони, пожалуйста, вике. скажи, что мы сегодня не приедем. это часа на четыре.
   just be for real won't you, baby be for real oh, baby you see i, i don't want to be hurt by love again
   она была. она забрала у меня кассиопею и стала складывать косынку. часа через три мы поймали для нее попутку до дома и договорились, что как все закончится, я приеду или обедать или ужинать, как получится.
   34.
   к вечеру получил копию протокола, отогнал тачку на автосервис, освободил багажник от вещей. - я свободен. - приезжай, я готовлю ужин. мы долго пили вкусное вино из провинции langedok. говорили о чем-то странном. бабушка позвала ее на блины. она сначала подумала поехать вместе со мной, но потом решила, что лучше дослушать рассказ бабушки о третьем муже. а это - семейные тайны. - мне в среду придется лететь во франкфурт. на тренинг. это большой секрет. на работе я соврала, что еду отдохнуть. - мы опять неделю не увидимся? - ты сможешь в воскресенье меня встретить? - а отвезти? - в аэропорт отвезет меня мама. - хорошо, к воскресенью, я думаю, тачка будет уже на ходу. попросила меня показать, что я успел узнать неделю назад на занятии айкидо. мы сели на пол друг к другу лицом. велел ей взять меня крепко за запястья и показал несколько раз, как следует поступать с тем, кто так хватается. устав от возни, мы лежали на полу. странный разговор продолжался. мы были пьяны. - как бы человек ни кончал с собой - наружу выходят содержимое кишечника и мочевого пузыря. один мой знакомый специально обмотался брезентом перед тем как повеситься. интересно, можно обойтись без испражнений? - только снотворное. о, эта вера в лекарства! - я никогда не думаю о самоубийстве. - а я думаю. я не сделаю такое с собой. но не думать не могу. трое близких мне людей так поступили. налил еще вина. - где мы будем спать? - мне все равно. - давай в гостиной? я разложил диван в гостиной. она постелила. она снова не касалась меня. упражнения в айкидо - не в счет. после душа она переоделась в короткую шелковую ночную рубашку. когда я вернулся из ванной, на столике рядом с диваном стоял букет, принесенных мной, белых тюльпанов. горели свечи. и звучал какой-то англоязычный пафосный кекс, которого я не запомнил по имени и, похоже, никогда не слышал раньше. обладая красивым баритоном он долго пел в каком-то невыносимо узком диапазоне. - я соскучилась. ты супермужчина, ты заводишь меня с одного прикосновения. поцелуи отклонены. презерватив. у меня ничего не вышло. только до полдороги. - ты можешь подумать не только о себе, но и обо мне? сделай мне массаж. во время массажа она уснула. среди ночи встал, чтобы заткнуть закольцованный баритон и вечно свиристящий бачек в туалете. как скоро все кончилось, думал я. стало светать. я посмотрел на нее она. она лежала ничком с открытыми глазами. мы ничего не сказали друг другу. на утро мы поменяли в автосервисе резину ее мику джегеру, и она поехала на блины к бабушке.
   35.
   страх идет за мной две недели. страх потери и одиночества. и вот он рядом. я один в своей квартире на краю города. среди разбросанных по полу, диванам, креслам, стульям коробок, мешков, предметов одежды. я должен здесь быть. мне некуда больше пойти. я понимаю, что остался один и боюсь этого. мне нужен кто-то рядом. она. долго сижу с мобильной трубкой в руке. знаю, она не приедет. набираю ее номер. не отвечает. так бывало и раньше. могу не перезванивать. определитель всегда ей покажет, что я звонил. проходит час. за окнами - темно и пусто. внутри - можно вскипятить воды из-под крана, но у нее отвратительный привкус. я могу сделать небольшой глоток, чтобы запить антибиотик, которым я давлю бесконечный кашель. скоро полночь. страх заполнил все. комнаты, дом, все вокруг дома, улицы. где-то маячат светлячок надежды. далеко, тускло. у него садится аккумулятор.
   аккуратно петельку возьму посильней-потуже натяну кончу песенку мою и покрепче задремлю вспоминая про беду
   вызываю из памяти мобильного номер т. не отвечает. звоню к. отвечает. спрашиваю, как дела. она спрашивает о моих. язык не поворачивается сказать, приезжай. боюсь получить отказ. хотя, когда она отказывала, мне всегда удавалось ее уговорить. теперь страх не позволяет лишней фразы, лишнего движения. прощаюсь. тут же понимаю, что сдохну. звоню в. прошу приехать, посидеть со мной. потому что один и мне страшно. в. соглашается и просит встретить ее в метро. зазвонила трубка, высветилось ее имя. поздно. не ответил. мне нужна не женщина, а медсестра. встречаю в. у метро. мы долго идем домой. покупаем воду в баллоне. вижу, как в. светится в темноте. я слаб, мне стыдно. мы говорим. стелю ей в другой комнате, даю полотенце для душа. - мне было очень обидно, что ты постелил мне в другой комнате, - скажет в. несколько дней спустя. в. просит поставить музыку. она предпочла бы что-то медитативное, но я вряд ли смогу вынести. сходимся на коене. перед тем как лечь, она просит разрешения подойти, присаживается ко мне и долго гладит по голове. страх отпускает. он теряется где-то или отбывает по другому адресу. перестаю думать, медленно засыпаю, глядя в. в глаза. сквозь сон меня начинает давить монотонный голос. это коен. кажется, что он бесконечен, закольцован, как тот кекс с баритоном, из прошлой ночи.
   so you see i'm not naive. i just would like to believe ah what you tell me. so don't give me the world today and tomorrow take it away
   это похоже на горячечный бред. встаю. мне трудно идти, кружится голова. останавливаю коена. сон. утром я снова звоню ей. - я только сейчас обнаружил, что ты звонила. - да, я перезванивала тебе. - спасибо. мне вчера было очень страшно и нужно, чтобы кто-то побыл рядом. - ты слишком большую ответственность на меня возлагаешь.
   36.
   - привет, что делаешь? - разбираю вещи, пытаюсь доделать стратегию. - а ты пишешь о кошках? когда дашь почитать? - да, что-то такое. скоро. как вернешься из франкфурта, прочтешь. - ты отвезешь меня в аэропорт? мы с мамой сегодня не понимаем друг друга. приехал к ней утром с большим запасом по времени. мы завтракали вместе. горячие бутерброды с сыром, посыпанные приправой для пиццы. сделал вид, что в принципе это ем. в темном коридоре появилась ее мать. она собиралась на работу. пожелали друг другу доброго утра и назвались по имени. - присядем на дорожку? - да, да. обязательно. она порывалась встать, но я остановил. дочитывал про себя отче наш. в дверях она остановилась, поднесла пальцы к губам, потом к мезузе. спустились во двор. положил ее сумку на колесиках на заднее сиденье. carisma шла ровно. несмотря на помятый багажник и скошенный споллер, хорошо держалась на скорости. - что тебе привезти? - что-нибудь. мне будет приятно. - бабушка заказала будильник со светящимся циферблатом. потому что она помнит такие немецкие. дороги оказались не сильно загружены, оставалось много времени. чтобы зарегистрироваться, выпить кофе в буфете. - ты встретишь меня в воскресенье? - конечно. - я позвоню. у красных лент паспортного контроля в голос плакала девочка лет пяти, обнимая деда. семья с западной украины. лицо деда тоже было несчастно, он вытирал глаза платком. отец девочки держался. мать, тоже плача, забрала девочку, прижала к себе и пошла к паспортному контролю. такие проводы в аэропорту можно было видеть лет двадцать назад, когда люди прощались навсегда. докатил сумку до заграждения перед таможней. поцелуй в щеку. в губы нельзя. бровь топорщилась у переносицы. темные очки на темечке, серое пальтишко, каблуки, делавшие походку забавной. таможня - взмах руки. паспортный контроль - до воскресенья.
   37.
   тебе щекотно. ты хихикаешь и загораживаешь шею подбородком и плечом, когда я смазываю родимое пятно сильным французским кремом против загара. я держу тебя за плечи и не позволяю вырваться. ты хохочешь и кричишь на меня. мне тоже смешно. но я не подаю вида. в окне, за пока не скошенной поляной душистых средиземноморских трав, под присмотром краснеющего солнца катятся изумрудные волны и с шипением бьют в еще горячий песок.
   москва - ираклион 23 февраля - 10 мая 2002 г.
   признателен за понимание моей жене, маме и нине машинской. благодарен за помощь и поддержку валентине павловой, наталье "вике" рябовой, денису панину, ольге никитиной, александру плющеву, ксении рождественской, александру гаврилову, алексею крижевскому, антону никитину, олегу ляховичу, светлане князевой, ольге бруковской, екатерине ильиной, кириллу куталову-постоль, елене грищенко, анне артамоновой, анне кузьминской, чаку богораду, елене карповой, анне платоновой, виктории мацкевич, екатерине тепловой, ларисе денисенко, анне федоровой, анне мартовицкой, егору быковскому, максиму "mr. parker" кононенко, екатерине тепловой, сергею варшавчику, андрею подкользину, валерии мулиной, юлии калегиной и m_alice.