Шарлин Ньюкомб
 
Призраки тьмы

   Подобная сцена стала чересчур узнаваема в городе Ариана. Из транспорта вышли шесть штурмовиков. Они непреклонно двинулись наверх по старым каменным ступенькам дома. Бластерные ружья подготовились к любому признаку тревоги. TK-121 посмотрел на своих товарищей и кивнул головой. Он вышиб дверь и четверо из штурмовиков ворвались внутрь.
   Хозяева спали, но встревожено пробудились от звука вторжения. Перед дверью своей спальни появился Карл Барзон.
   – Что все это значит? – потребовал он.
   TK-718 оттолкнул его и вошел в спальню.
   – Отпустите меня! – потребовал сын Барзона, борясь с двумя штурмовиками, тащившими его из другой комнаты.
   – Здесь больше никого, сэр, – доложил TK-718.
   – Хорошо. Посадите его в транспорт, – приказал TK-121.
   – Куда вы уводите моего сына? – спросил доктор Барзон. – Он не сделал ничего плохого!
   Штурмовики не обращали внимания на его мольбы, пока они грубо конвоировали Корда Барзона из дома. Молодой человек видел боль в глазах отца.
   – Отец, не волнуйся. Со мной все будет в порядке, – сказал он ему на прощание.
   Барзон в ужасе смотрел, как они уводят единственного члена его семьи. Он никогда еще не чувствовал себя таким беспомощным. Прислонившись к дверному косяку и наблюдая, как отходит транспорт, он осознал, сколь иронично было то, что имперцы арестовали его сына. Корд – студент университета, где Барзон преподавал и проводил исследования – никогда не состоял в подпольном сопротивлении Гароса. И он даже не подозревал о роли своего отца в этом движении. Доктор Барзон постоянно ожидал, что штурмовики в один прекрасный день объявятся перед его дверью – но только для того, чтобы арестовать его самого, а не сына.
   Теперь же, они просто увели Корда силой. И Карл Барзон ничего не мог с этим поделать.
 
***
 
   Вдалеке выли два диких ботайя. Над головой пролетела стая крупа, маяча на фоне одной из гаросианских лун. Ночные твари направлялись в долину на восток, после того как похолодели ветра в горах, окружающих шахтный центр.
   Ченс посмотрел, как крупа исчезли за пологом деревьев, затем вновь вернул свое внимание имперскому шахтному комплексу. Это был первый раз за долгое время, когда он приближался так близко – увеличение имперских патрулей и следящих устройств к югу от Арианы не позволяло подполью вести открытое наблюдение на протяжении последних нескольких месяцев.
   – Эй, МД, – сказал Ченс, используя прозвище, означавшее <маленькая девочка>, которым он называл своего товарища с момента их первого совместного задания почти четыре года назад, – Я слышал, ты была единственной, кто отыскал ту дыру в сенсорной сети.
   – С подходящим оборудованием на аэроспидере можно проделать еще и не такие штучки, – ответила двадцатилетняя Алекс Вингер.
   Не говоря уже о том, что Воздушная оборона не горела желанием сбивать аэроспидер ее отца.
   Они уже по горло были сыты сумасшедшими выходками Алекс, и лишь вежливо напоминали ей покинуть запретную полетную зону. То, что она была дочерью гаросианского имперского губернатора, приносило свои плоды.
   – Ага, – сказал Ченс, широко улыбнувшись, – с подходящим оборудованием и с подходящим пилотом!
   Алекс навела свой макробинокль на вход в шахты.
   – Это похоже на перестановку смен, – сказала она.
   Пятьдесят шахтеров, все как один одетые в одинаковые серые комбинезоны, под конвоем штурмовиков вышли из шахт. Огни повсюду в комплексе осветили усталые выражения на перепачканных грязью лицах рабочих. Они в изнеможении тащились по гарнизону навстречу тюремным баракам.
   – А у них теперь все по распорядку, – улыбка Ченса сползла с его лица, когда он, чтобы отразить холод, поплотнее натянул на голову капюшон. – Как думаешь, – спросил он, разглядывая остальную часть комплекса, – где-то десять, двенадцать часов остается до того, как они закончат эту челночную платформу?
   Алекс рассмотрела сооружение, поднимающееся над юго-западной частью комплекса.
   – Не больше, – согласилась она.
   Ченс не мог оторвать глаз от посадочной платформы, обдумывая возможные варианты.
   – Знаешь, МД, мы ведь можем подбить ее с помощью <Плекса>. Расстояние отсюда примерно метров двести. Два или три выстрела должны принести довольно большой ущерб, – сказал он.
   – И натравить на нас половину имперских сил на Гаросе! – напомнила она. – В этой части комплекса, Ченс, наши шансы сбежать довольно малы. Единственный путь к отступлению – уйти на восток. Но они закрыли бы эту брешь настолько быстро…
   – Так ты не думаешь, что это стоит риска?
   Алекс покачала головой.
   – Не похоже, что эта накопленная руда куда-нибудь отправиться. За целый месяц здесь ни разу не появлялся <звездный разрушитель> чтобы подобрать ее. Надеюсь, мы узнаем больше о том, что же тут происходит, – сказала она, подняв голову к звездам. – Здесь так тихо.
   – Да, – он достал из своего рюкзака выпивку и откинулся на небольшой валун, уставившись в полное звезд небо.
   Алекс заметила, какой взгляд был у Ченса в глазах. Он и впрямь не принадлежал этому миру. Как и у нее, у него в крови были звезды.
   – Я всегда чувствовала, что моя судьба где-то там, наверху, – сказала она ему. – Ты ведь тоже не с Гароса, так ведь, Ченс?
   Он повернулся, заметив как полон эмоциями ее голос, и удивившись, откуда она знает. Он никогда никому не рассказывал о своем прошлом.
   – Точно, – сказал он.
   Алекс вздохнула.
   – Меня привезли сюда, когда мне было шесть. Мою семью убили в ходе имперского рейда, – тихо произнесла она, пока ее разум пронзали далекие крики.
   Она едва помнила бабушку с дедушкой, которые тогда растили ее. Алекс была оставлена на их попечение отцом, которого она помнила еще меньше, отцом, который вероятно даже не подозревал, что она все еще жива. Но воспоминания о рейде после всех этих лет по-прежнему были ясны.
   – Я… – Ченс запнулся, выбирая, рассказать ли ей о том, что он знал о ее прошлом, или о его собственном. Он потянулся и осторожно коснулся ее руки. – Прости, – наконец сказал он.
   Он был там, когда они нашли схороненную под завалами, бывшую без сознания шестилетку. Он лично увидел разрушения, вызванные Империей, которой он служил когда-то. Это изменило ее жизнь… и изменило его.
   Она отогнала свои грустные мысли прочь.
   – Ты веришь в судьбу, Ченс?
   – Имеешь в виду, из-за того, что случилось с твоими родителями, ты вступила в ряды гаросианского подполья? Ну, да, – он кивнул головой, – я бы назвал это судьбой, МД.
   Она улыбнулась ему.
   – Ну, друг мой, так когда же я услышу твою историю?
   – Когда-нибудь, – ответил он. – Возможно.
 
***
 
   Тусклое освещение в оперативном центре подпольного сопротивления создавало впечатление бесконечной ночи. Но захороненное глубоко под имперским штабом помещение было круглые сутки заполнено оперативниками, ссутулившимися над коммуникационным оборудованием и компьютерами, освещавшими их лица мягким голубоватым свечением. Ход времени отмечался лишь хронометром, висящим над дверью.
   Войдя в 08.00 внутрь, Алекс кивнула оперативникам за перехватывающими комм станциями и помахала одному из приятелей, который работал за основным дисплеем по другую сторону комнаты. Затем она заметила Мику Каэбра, резво указывающего ей в направлении офиса Магира Паки.
   Она взглянула за прозрачную стену, отделявшую скудно обставленный офис Паки от главной оперативной комнаты. В ней вспыхнуло чувство страха. На мгновение ее мысли заполнило видение запорошенного снегом горного склона, видение, являвшееся ей уже много раз.
   Карл Барзон сидел со спрятанной в руках головой. Магир Пака – один из глав сопротивления – склонился над ним, его рука утешительно касалась плеча доктора.
   – Что случилось? – спросила Алекс, войдя в комнату.
   Барзон поднял на Алекс полный горя взгляд. Она никогда не видела его в таком состоянии.
   – Они забрали моего сына, Алекс! Они забрали Корда! – вскричал он.
   – Кто? – спросила она, хотя уже знала ответ.
   – Имперские штурмовики! Они вторглись в дом посреди ночи и увели его!
   Алекс посмотрела на Паку.
   – Его держат в штабе? – спросила она его.
   Еще оставалась надежда, что они смогут освободить Корда, перед тем, как его отправят на шахты.
   – Его нет, Алекс, – откликнулся Барзон.
   – Нет?
   – Они уже перевезли его в шахтный центр, – сказал Пака. – Его не доставляли в имперский штаб для допроса, как всех остальных.
   Значило ли это, что имперцы знали о том, что он не является членом подполья? Что они задумали? Алекс вдруг стало тревожно. Империя была крайне заинтересована в исследованиях Карла Барзона, касающихся руды с гаросианских шахт и ее возможного использования в маскировочной технике. Они множество раз пытались заставить его работать усерднее. После того, как не сработало взяточничество, могли ли они использовать в качестве залога его сына?
   Алекс присела напротив Барзона и взяла его руки в свои.
   – Мы разузнаем, что происходит, доктор.
   Он кивнул головой, совершенно не представляя, что же хорошего это знание им принесет. Они не смогут отправиться за Кордом. Шахтный комплекс слишком хорошо охраняется. И Карл Барзон знал это лучше, чем кто либо другой.
   – С вами все будет в порядке? – спросила она его.
   – У меня нет выбора, Алекс, – он глубоко вздохнул и поднялся, собравшись уходить. – Я должен идти в университет. У меня есть класс, который нужно учить.
   Пока они наблюдали, как он покидает офис, по спине Алекс пробежал неприятный холодок – в ее мыслях вновь вспыхнул белоснежный горный склон. <Почему?> – удивилась она.
   – С ним все будет хорошо, – произнес Пака, хотя тон его голоса говорил, что он не слишком в этом уверен.
   – Пака, вы думаете, его сына схватили случайно? – спросила Алекс.
   Пака потер рукой уставшие глаза.
   – Нет. Это была западня, – сказал он, вторя ее мыслям. – Я потом еще раз поговорю с Карлом, и поинтересуюсь, что он думает о том, чтобы исчезнуть на время.
   – Вы никогда не убедите его скрыться, Пака, – сказала ему Алекс. – Он знает, что Империя сделает с Кордом Пака знал тоже.
   – Проклятие, – сказал он тихо. Потом он вспомнил, что Алекс пришла доложить о суете вокруг шахт. – Ну так что, Алекс, возможно, у дочери имперского губернатора Гароса есть какие-нибудь хорошие для нас новости этим утром?
   – Хотелось бы думать, что есть, – вздохнула она. – Наши друзья-имперцы сильно заняты. Они работают прямо посреди ночи. За одну четырехчасовую смену мы насчитали пятьдесят шахтеров. И они переместили на склад еще два из тех контейнеров с рудой. Они под мощной охраной.
   – Хмм. Наши связисты еще ничего не слышали о переправке, но, похоже, имперцы ждут ее довольно скоро.
   – В таком случае они смогут перевезти руду прямо из шахт на корабли на орбите. Челночная платформа будет введена в эксплуатацию в течение четырех или пяти часов.
   Пака тихо чертыхнулся. Он работал в подполье годами, и еще ни разу не ощущал себя таким бессильным.
   Две недели назад они потеряли целую ячейку подполья, – пятерых оперативников – когда империя начала проводить свои облавы. И это не упоминая уже о возросшей охране, челночной платформе, складировании руды, а теперь и о похищении сына Карла Барзона. И ни с чем из этого он ничего не мог сделать. Пака в отвращении покачал головой.
   Алекс чувствовала его отчаяние. Но возможно даже больше, чем осознавал Пака, она понимала, что арест Корда Барзона затронет жизни далеко за пределами Гароса IV. Она содрогнулась от мысли, что может произойти, если Карла Барзона вынудят закончить его исследования. Можно сделать хоть что-то, чтобы остановить Империю?
   Дверь в офис Паки со свистом открылась, и Алекс почувствовала, как по ней прошелся холодный поток комнатного воздуха. Она вдруг обнаружила себя висящей на канате, прильнувшей к покрытой снегом горе из ее видений…
   – Алекс, возьми мою руку!
   Рука протянулась к ней сквозь кружащийся снег. Она изо всех сил постаралась дотянуться до кончиков чужих пальцев. Ее рука прошла сначала по обнаженным камням, потом по ледяному скату. Кончик пальца встретил кончик пальца, только чтобы разойтись от стремительно нахлынувшего ветра… и Алекс сорвалась в темную бездну…
   – Нет! – выкрикнула она.
   – Алекс, что такое? Все нормально? – спросил Пака, коснувшись ее руки. Он никогда не видел в ее глазах настолько испуганного взгляда.
   Алекс встряхнула головой, чтобы отогнать видение, и быстро переместила взгляд с Паки на свой хронометр, стараясь скрыть обуздавший ее водоворот эмоций.
   Это видение… это видение было у нее множество раз за последние два года. <Но там все было по-другому, – вскрикнул голос на задворках ее разума. – Руки! Прежде они всегда встречались!> Мужчина из ее видения всегда вытаскивал ее в безопасное место. <Я не понимаю!> – Я… мне лучше пойти, иначе я опоздаю на занятия, – сумела она наконец сказать.
   – Ты уверена, что все в порядке?
   – Да, в порядке, – сказала она Паке, но та искра, что всегда давала ему надежду, ушла.
   – Хорошо, – он не знал, что еще сказать.
 
***
 
   Войдя в фойе особняка, имперский губернатор Торк Вингер безучастно оглядел помещение. Он чувствовал себя уставшим, даже более уставшим, чем за все прошедшие годы. Возможно, это из-за возраста. А быть может, он становится слишком старым, чтобы иметь дела с политиками и их интригами.
   Вингер вздохнул, мельком взглянув на старинные часы в фойе… 22.00. Он пропустил сегодняшний ужин с Алекс. С тех пор, как несколько месяцев назад она переехала в университет, они договорились раз в неделю ужинать вместе. И теперь он не сможет увидеть ее. Он нахмурился. А ведь это было бы единственным лучиком света за весь день.
   Вингер расслышал движение на вершине лестницы. Он взглянул вверх, и его уставшие глаза разглядели его прелестную юную дочь.
   – Александра! – воскликнул он. – Не ожидал застать тебя здесь. Я думал, ты вернешься обратно в город.
   Внезапно он понял, что она не улыбается. Нет, даже больше – в ее глазах был нехарактерный огонек гнева.
   Алекс бросилась вниз по лестнице.
   – Отец, что происходит?
   – Что случилось, Александра?
   – Моего друга вчера арестовали штурмовики! Они вытащили его из дома прямо посреди ночи!
   – Кого? – спросил он.
   – Корда Барзона.
   – Сын доктора Барзона? – Вингер был столь же удивлен, как Алекс зла. – Может быть, Корд работал на подполье.
   – Корд? Отец, я знаю его много лет. Это же нелепо!
   – Я уверен, всему этому имеется разумное объяснение, Александра. Завтра мы…
   – Отец, пойми, Империя уже просто похищает людей из их домов. Они ищут подполье! Их не волнует, кого они забирают!
   – Александра, пожалуйста…
   Она выбежала из комнаты во внутренний дворик, выходящий на скалы Тагика. Так часто Алекс находила успокоение, вглядываясь в бивший утесы прибой. Но только не сегодня вечером. Она тряслась от гнева. Стиснув кулаки, она закрыла глаза. Ей вот-вот грозило овладеть подавляющее чувство беспомощности.
   Неужели всего лишь несколькими месяцами ранее она была уверена, что Новая Республика направиться на Гарос? Но с другой стороны были еще слухи о гранд-адмирале и о возобновлении наступательного движения Империи. Помощь была далека, как никогда. Мог ли этот гранд-адмирал преуспеть там, где потерпели поражение Император и Повелитель Вейдер?
   Внезапно сквозь тьму с ней заговорил голос. Слова звучало так знакомо, хотя она никогда и не слышала их прежде… <Запомни, Алекс. Страх и гнев – это темная сторона Силы. Спокойна. Ты должна быть спокойна…> – Александра? – донесся до нее другой голос.
   Алекс открыла глаза. К ней подошел отец.
   – Я сожалею о Корде, Александра, – сказал он, осторожно беря ее за руку.
   Она взглянула в его глаза.
   – Знаю, отец. Это не твоя вина. Я не хотела кричать на тебя.
   Он сжал ее руку.
   – Это сложные времена, Александра.
   – Но неужели это оправдывает использование силы против невинных людей? – спросила она, страстно желая рассказать ему, что она действительно думает об Империи.
   Набрав в легкие воздуха, он вздохнул.
   – Нет, – признал он. – Я попробую выяснить что-нибудь о юном Барзоне.
   – Спасибо, отец, – сказала Алекс, обняв его и поцеловав в щеку.
   – Послушай, дорогая, могу я рассчитывать на твою помощь с послезавтрашним приемом для старших офицеров со <звездного разрушителя> <Буря>? – <Буря> возвращается на Гарос? Прошел месяц, с тех пор, как у нас были хоть какие-то гости.
   – Да, и я надеюсь, это знак того, что наступление гранд-адмирала возымело успех. Возможно, мы будем отмечать победу!
   – Да, – Алекс выдавила улыбку, и положила свою голову на плечо отца. – Не могу дождаться услышать от них новостей.
   – Сегодня ночью немного прохладно, – заметил Вингер.
   – Тебе лучше пойти внутрь, отец. Ты ведь знаешь, что холодный воздух для тебя вреден, – напомнила она ему.
   – Хорошо, моя дорогая.
   – Я скоро приду, – сказала она.
   – Вот, – проговорил Вингер, накидывая свой жакет поверх плеч Алекс. – Только не задерживайся.
   – Ладно, – сказала она, когда он оставил ее во дворике в одиночестве.
   Из-за деревьев проглядывала одна из лун Гароса. Проливавшееся ей струящееся сияние отбрасывало тени, затемнявшие сады вокруг особняка. Алекс наблюдала за пляской света и чувствовала, как настроение ее поднимается. <Там где есть свет, есть надежда>, – сказала она себе.
   Да, надежда по-прежнему оставалась… надежда будет всегда, даже в самые темные времена, с которыми им еще предстоит столкнуться.
   Алекс обратила свой взор к небесам. И вместо отчаяния, она отыскала надежду. Сила будет с ними.
 
***
 
   Спокойствие гаросианской поздней ночи разрывал визг тяжелого оборудования. Краны на верхушке челночной платформы поднимали с земли контейнеры с рудой.
   Охрана вокруг шахт была даже еще большей, чем в их предыдущую разведку. За последний час Ченс и Алекс вынуждены были передислоцироваться дважды – все из-за увеличившегося обхода горных склонов вокруг шахтного центра разведчиками. Комплекс патрулировали штурмовики. Остальные стояли на часах рядом с транспортируемыми контейнерами.
   – Тсс!
   – Только не снова, – пробормотал он, оглядываясь вокруг в поисках штурмовиков.
   – Слушай, – произнесла Алекс.
   Лоб Ченса сосредоточенно сморщился. Симфонии шелеста ветвей деревьев и напевающих крупа тонули в гвалте, исходившем из комплекса. Ничего больше он не слышал. И тут он заметил, что Алекс направила свой макробинокль вверх, внимательно разглядывая небо.
   Внезапно через прореху в деревьях он увидел челнок, летящий над горами, огибавшими соседние утесы. Он никак не мог поверить, что она его услышала. Даже когда корабль приблизился к платформе, звук его двигателей при заходе на посадку был едва слышим.
   – Грузовое судно, – заметил Ченс. – Не уверен, какого именно типа.
   Алекс кивнула. Тут для того, чтобы подобрать некоторое количество руды для транспортировки на <Бурю>. Судя по всему, остановить эту погрузку у подполья не было ни шанса.
   Ченс повесил бинокль на шею и обратил внимание на хмурый взгляд на лице Алекс.
   – Ты ведь не думаешь о том же, о чем думаю я? – спросил он, интересуясь, не пересмотрела ли она свое решение насчет использования против челночной платформы <Плекса>.
   – Нет, – задумчиво сказала она.
   Внезапно Алекс резко дернула головой, уставившись на утесы позади них. Стремительно обернувшись обратно к Ченсу, она приложила к губам палец. Он попрежнему ничего не слышал, но уловил движение между деревьев в двадцати метрах от занятой ими позиции.
   – Идем, сюда, – прошептал он.
   Местность патрулировали двое штурмовиков-разведчиков. Своей добычи они не обнаружили, но было совершенно ясно, что сенсоры предупредили их о близком ее присутствии. К счастью для Алекс и Ченса, штурмовики были не в состоянии засечь, потому что в пределах шахт сенсоры функционировали не слишком хорошо.
   Когда Алекс ползла позади Ченса через толщу подлеска, она поняла, что штурмовиков больше двух. Очевидно, они вызвали подкрепление. Их старалась окружить по крайней мере полдесятка или больше.
   – Они повсюду, – прошептал Ченс из-за спины.
   – Нам лучше разделиться, – сказала Алекс.
   – Ладно, иди к спидеру, – проговорил он. – И не жди меня.
   Алекс повернула на север, надеясь, что штурмовики не станут ожидать ее появления у периметра ограждения, огибавшего шахтный центр. С небольшой долей везения она сможет проскользнуть прямо через расставленную ими западню. Она оглянулась и увидела что Ченс исчез за горным кряжем, направившись на восток. По бокам от нее в десяти метрах прошли двое штурмовиков. Грохот из шахтного центра маскировал ее шаги по рассыпанным вокруг веткам. Алекс стремительно преодолела холмы, и пошла на восток. Ей нужно было отыскать спидер, который они с Ченсом спрятали в одной из множества гаросианских пещер.
   Безо всякого признака преследования оставив позади два километра, она почувствовала себя в безопасности. Затем с правой стороны до нее донесся бластерный огонь. Алекс пошла на звук. За деревьями она заметила Ченса, стоящего на коленях и сжимающего свою правую руку. Лунный свет отразился от белой брони. С бластером, наведенным на голову Ченса, рядом стоял одинокий разведчик. Его товарищи, скорее всего, были неподалеку. Алекс знала, что времени не так много.
   Ох, как она мечтала сейчас услышать эти скрипящие краны из шахтного комплекса! Теперь о них напоминало лишь отдаленное гудение, недостаточно громкое, чтобы незаметно приблизиться. Шанс у нее лишь один. <Ладно, Алекс. Один выстрел, и лучше, чтобы он удался>. Она глубоко вдохнула и подняла свою бластерную винтовку в направлении штурмовика. Она прицелилась и выстрелила. Перед тем, как штурмовик упал, выстрел на долю секунды осветил склон.
   – Ты в порядке? – спромила Алекс, подбежав к Ченсу.
   – Все отлично, МД. Спасибо, – улыбнулся он ей. – Идем, его спидер прямо тут… уфф! Он совершил ошибку, указав направление раненой рукой, и громко сморщился.
   – Лучше поторопиться! – сказала Алекс, помогая ему подняться на ноги. Она уже слышала отдаленное завывание остальных спидеров. – У нас скоро будет компания.
   Они взобрались на транспорт. Ченс сел позади, обхватив здоровой рукой ее талию. Алекс завела двигатель, ударив по одной из кнопок, чтобы заглушить коммуникации штурмовиков, и надавила на газ.
 
***
 
   Десто Мейда сидел в офисе Паки. Счастливым человеком он не выглядел.
   – Я все еще не могу поверить, что мы пойдем на уничтожение этой платформы безо всякого разумного плана, – повторил он в третий раз.
   – Десто, старый друг, вспомни, что случилось прошлой ночью с одним из наших лучших оперативников! – его голос был полон раздражения. – Если ты сможешь найти способ вывести из строя эту платформу без того, чтобы избежать ненужных смертей, я охотно его выслушаю, – сказал Пака, когда в офис вошла Алекс.
   – Привет, Алекс, – поздоровался он, заметив, что мрачное выражение на ее лице совпадало с его собственным утренним расположением духа. – У тебя что-то есть ко мне?
   – Я просто была наверху с Дэйром в офисе генерала Закара, – сказала она, имея в виду одного из их людей, работающего под прикрытием в имперской армии.
   – Наши оперативники не выудили никаких новостей о Корусканте?
   – Нет. А что? Что ты слышала?
   – Империя взяла Корусант в осаду!
   – Мы теперь никогда не увидим помощи от Новой Республики! – прорычал Мейда.
   – Откуда поступила эта информация? – сдержанно спросил Пака.
   – Помощник Закара Нило услышал это от кого-то из имперских связистов, – сказала она. Алекс знала, что хотя большая доля информации и дошла до них из специфического источника, она все же заслуживала доверия. – И в пути на Гарос <звездный разрушитель>, – добавила она, повторяя новость, услышанную от отца.
   – Похоже на то, что они планируют вывоз руды.
   – Что дальше? – воскликнул Мейда.
   Казалось, что с тех пор как объявился этот гранд-адмирал, они не слышали ничего, кроме плохих новостей. Даже на Гаросе в последние дни подполье было не в состоянии совершать любые набеги. Когда же все это закончится?
   Мейда нетерпеливо постукивал по монитору на столе Паки, показывающему изображение шахтного центра.
   – Алекс, к вопросу о руде, – произнес он. – Мы тут как раз обсуждали эту челночную платформу.
   Брови Алекс вопросительно приподнялись. Пака потер рукой лоб, не веря, что Мейда вновь поднял эту тему. Увидев выражение на его лице, Алекс едва спрятала ухмылку.
   – Ты одна из нескольких человек, которые видели комплекс так близко, – сказал Мейда. – Неужели у нас нет никакого способа уничтожить его?
   – Десто, мы проходили это сотню раз, – напомнил ему Пака. – С запада и юга мы отрезаны скалами Тагика. И охрана за последние несколько месяцев возросла в четыре раза…
   – Что насчет использования <Плекса>? – он смотрел на Алекс, игнорируя Паку.
   – Нам нужно быть практически внутри комплекса, чтобы сделать хороший выстрел, – сказала Алекс.
   – Слишком рискованно, – вмешался Пака. – На таком близком расстоянии, какие у тебя будут шансы ускользнуть перед тем, как набросятся имперские войска?
   Алекс посмотрела Мейде прямо в глаза. Она вспомнила, через что они с Ченсом прошли всего лишь несколько часов назад.
   – Это невозможно.