Ник Перумов
Война мага. Том 3: Эндшпиль

 

 
 

 

 
 

 

 
 

ОБ ЭВПАЛЬСКОМ КАЛЕНДАРЕ

   В первой книге цикла «Хранитель Мечей», романе «Рождение мага», автор использовал привычные читателю названия месяцев – «январь», «февраль» и т.д., хотя, разумеется, в Эвиале не было ни Юлиев, ни Августов. Я поступил так лишь для облечения понимания и ориентации.
   Год в мире Эвиала продолжался 360 дней, тождественных земным суткам, и разбивался на 12 месяцев, что соответствовало прохождению светила по созвездиям местного Зодиака. Год начинался с зимнего солнцестояния, с самой длинной ночи.
   Каждый месяц имел несколько наименований, использовавшихся в различных обстоятельствах. Так, Святая Церковь использовала календарь, где месяцы назывались по «страстям Спасителя», пережитым Им в Эвиале во время Первого пришествия, согласно священному преданию. Существовали народные названия вроде «месяца плодов», примерно соответствовавшего нашему августу.
   Выстраивая таблицу соответствия месяцев, надо помнить, что год в Эвиале, во-первых, короче земного на пять дней и начинается на восемь суток раньше. 22 декабря по нашему счёту является первым днём нового года по-эвиальски.
 
 
    Хронология событий, описанных в перво м и втором том ах ром ана «Во йна Мага».
    Отсчёт идёт в днях, прошедших с битвы у Чёрной башни.
   Фесс и Рысъ//Анэто и Мегана
    день Месяц Стужи
   10. Битва у Чёрной башни. Рана Рыси. Битва у Чёрной башни.
    Месяц Бу ри
   15. Фесс и Рысь на Пике Судеб. Преследование некроманта.
   16. Пик Судеб. Сфайрат.
   20. Рысь выходит из забытья.
   25. Фесс и Рысь покидают Пик Судеб.
   27. Прибытие в Салладор. Анэто, Мегана и Этлау достигают Пика Судеб.
   28. Отыскание следа некроманта.
   29. Некромант достигает некрополя. Отряд магов во главе с Анэто, Меганой и Этлау двигается в глубь горы.
   30. Встреча с гномами в глубине Пика Судеб.
    Месяц Света
   1. Восточная Стена. Подготовка заклятья поиска.
    2.Возвращение в некрополь. Проложение подготовки.
   3. Подъятие кладбища. Первое заклятье. «Разрушителя нет на Пике Судеб».
   4. Разупокаивание второго погоста.
    5. Прибытие подкреплений: чародеи из Ордоса и Волшебного Двора.
   6. Вновь некрополь. Исполнение второго заклятья. Анэто сталкивается взглядом со Спасителем и впадает в беспамятство.
    7.Приход поури. Воскрешение Салладорца.
   8. Анэто приходит в себя.
   9. Восточная Стена. Появление птенцов.
   10. Фесс вычерчивает большую магическую звезду.
   11. Мегана по-прежнему тянет время.
   12. Этлау получает весть о Фессе.
   13. Фесс пересекает границу Салладора и Мекампа. Покушение Меганы на Этлау, бегство инквизитора и исчезновение Хозяйки Волшебного Двора.
   15. Речь Анэто перед войском.
   16. Некромант, Рысь и Фейруз обнаруживают птенцов. Мятежные полки начинают медленное движение на юг.
   17. Скамары присылают припасы. Анэто и его небольшое войско продолжают марш.
   20. Фесс подчиняет костяных драконов. Встреча Анэто с Вейде, прерванная нападением воинов Бреннера.
   23. Битва с инквизиторами и мекампским ополчением на р. Лоухе.
   24. Клара настигает Фесса и отбирает Мечи.
   25. Некромант приходит в себя.
   26. Фесс и Рысь вновь на Пике Судеб.
    Месяц Воды
   2. Погоня за птенцами.
   6. После марша через Эгест – сражение с птенцами Салладорца.
   7. Войско Фесса достигает предместьев Аркина.
   8. Фесс поднимает последние кладбища вокруг Святого города.
   9. Некромант, Фейруз и Рысь-Аэсоннэ прорываются в аркинские катакомбы и встречаются с отцом Этлау.

Интерлюдия I. ЖАЖДА КИРДДИНА

   Путь старого замка на красной скале, плывущей над неведомой бездной, может показаться вечным и неизменным. Над ним полыхают причудливые созвездия, ветер выводит замысловатые рулады на зубцах его стен и башен; некогда на том, что послужило основанием крепости, находили приют самые удивительные создания. До тех пор, пока не объявились настоящие хозяева. Они именовали себя Новыми Богами; один из них возвёл на красной скале свой замок-твердыню.
   Красной скале было совершенно безразлично, как их зовут, этих незваных гостей, отчего-то сразу возомнивших себя хозяевами. Она плыла и плыла себе к одной ей ведомой цели; и никогда, ни разу курс её не изменялся.
   Мало кто видел сходство скалы и появившегося на нём замка с Брандеем, таким же летучим островом слуг Хаоса, их крепости, уничтоженной ратями Хедина и Ракота.
 
   Тот, кого звали Хедином, – видел.
   В тот вечер, когда названые братья-боги покинули тайную твердыню Хедина, в замке воцарилась тугая, звенящая тишина. Никто не видел, как на почтительном расстоянии от стен, башен и бастионов крепости в воздухе из ничего соткалась человеческая фигура, повисела какое-то время, а затем так же беззвучно растаяла.
   Замок пустовал, и никто, по мнению Хедина, не знал туда дороги. Ни единая живая душа не скрывалась за стенами, ничьи глаза не всматривались в даль с верхотуры башен; некому было заметить фигуру, никому ничего не сказали бы проделанные ею сложные пассы; однако сама скала дрогнула и чуть-чуть, самую малость, но изменила курс.
   В затянутых туманами безднах под основой летающей громады вспухло несколько смутных огненных пятен, и не поймёшь, то ли это одинокие костры уставших пастухов, то ли – последние мгновения целых миров, гибнущих в пламенной агонии.
   Вечер потрясения вступил в свои права.
 
   А далеко-далеко от зачарованного замка, над бездной, небо Кирддина послушно раскрылось, раздаваясь, словно утроба роженицы. Двое, бессчётные века именовавшие друг друга «братьями», Новые Боги Упорядоченного, вступали в мир, один из множества средь доверенного им владения.
   Их «подмастерья» уже действовали здесь и потерпели неудачу. Стремительная Гелерра при всех её талантах ничем не могла помочь миру, погибающему, словно от вампирьего укуса.
   – Н-да… – протянул Ракот, когда двое богов очутились на краю взметнувшейся к поднебесью скалы. – Дело для Эйвилль. Когда она наконец окажется здесь?
   – По времени этого мира – наверное, через седьмицу, – рассеянно откликнулся Хедин, совершенно по-человечески приставляя ладонь и окидывая взглядом широкую панораму.
   Острое, словно клык неведомого чудища, насквозь пронзившее земную твердь, каменное навершие поднималось к облакам – вернее, поднималось бы, потому что облака уже давно исчезли с небес обречённого мира. И сами небеса словно выгорели, голубизну разбавило гнилостно-зелёно-жёлтым; леса далеко внизу тихо облетали, горестно шурша последними листьями, приготовившись к смерти, словно доблестные, не знающие отступления бойцы проигравшего войска.
   Внизу вольно раскинулась широкая равнина, некогда зеленеющая, а сейчас иссушенная, рассечённая в нескольких местах коричневатыми росчерками опустевших речных лежбищ.
   – Как в мясницкой, где давно не убирались. – Ракот мрачно обозревал унылый пейзаж. – Кстати, если тебе интересно – замок местного «властелина» во-он там, за теми холмами.
   Хедин кивнул.
   – Тоже чувствую. Натворил он тут изрядно, Бог Горы его б не только за своего признал, да ещё и в ученики бы попросился.
   – Бог Горы… – усмехнулся Ракот давнишним воспоминаниям. – Кстати, где он сейчас? Ты покарал его, но не лишил сущности, верно?
   – Верно. И, знаешь, по-моему, он бы тут оказался нелишним. – Хедин прищурился, что-то высматривая на самом горизонте. – Что ж, давай заглянем к здешнему лиходею в амбар, посмотрим, не оставил ли нам что-нибудь интересное?
   Ракот ухмыльнулся.
   – Что мне всегда в тебе нравилось, брат, так это твои планы. Сколько у них слоев и отнорков? Ладно, всего ты не рассказываешь даже мне. Ни словами, ни без слов.
   – Что тут говорить?! – вдруг взорвался Хедин. – Брат, ты не чувствуешь, не видишь, что мы начали тыкаться, подобно тому как тыкались Ямерт с компанией, не зная, откуда последует удар? Потому я и говорил, что жду вестей от Демогоргона. На его единокровника у меня надежды мало. Четырёхглазого, быть может, всё это лишь забавляет.
   – А я тебе говорю, – голова Ракота упрямо нагнулась, – что Демогоргон никогда и никому не сказал ни единого слова. Если, конечно, в его случае вообще уместно употребить само это понятие. Твои маневры стали слишком сложны, брат. Ты стараешься запутать неведомых соглядатаев, а вместо этого, похоже, запутался сам. Оставь Кирддин! В конце концов, давай откроем порталы и выведем из него этих несчастных…
   – Нет никакой уверенности, что они не понесут заразу дальше, – глухо уронил Хедин.
   – Какую ещё заразу?! Брат, на этот мир напустили магическую немочь. Согласен, весьма хитроумную, пожалуй, не враз раскусишь. Но разве это главное? Постой! – Ракот предупредительно вскинул руку. – Я прекрасно помню твои лекции. Я пошёл за тобой сюда, ожидая действия. А угодил – на кладбище! Ты подозреваешь компанию на «Я» и их последышей? Ну так отправимся за ними! Отыщем и поставим на правёж! Тебя волнует Игнациус, кто нанял его и не стоит ли за ним само Упорядоченное? Чего проще, кто-то из нас осторожно спустится в Эвиал и потолкует по душам с сим достойным чародеем! Ручаюсь, он не станет долго запираться.
   – Осторожно спуститься в Эвиал невозможно, брат, и ты это знаешь.
   – Тогда отправим туда столько подмастерьев, сколько нужно, – громыхнул Ракот. – Ту же Гелерру. Она не знает поражений, да и другие ей под стать. Они скрутят Игнациуса и доставят его тебе свеженьким и полностью готовым к самому искреннему раскаянию, – последние слова сопровождались хищной ухмылкой, – осознавшего всю глубину своего падения и готового делом искупить свои прегрешения. Простота – залог надёжности. Нет ничего более верного, чем немудрёный рычаг. Зачем головоломные комбинации там, где просто надо взять за шиворот пару-тройку негодяев или забывших своё место честолюбцев?
   Вместо ответа Хедин улыбнулся и приобнял брата за плечи.
   – Вот потому-то мы с тобой и продержались так долго, Ракот. Ты действовал, я думал. Одно без другого невозможно. У медали всегда две стороны.
   – Но есть и грань, – напомнил Ракот. – Есть и грань.
   – Понимаю, – медленно кивнул Хедин. – Можешь считать, что сейчас мы как раз на ней и стоим. На самой грани, разделившей две плоскости.
   – Тьфу, пропасть, – уныло сообщил Ракот грязно-зелёным небесам. – Ну что за невезение – иметь брата-бога, спустя столько тысячелетий так и не избавившегося от пристрастия к якобы многозначительным афоризмам?.. Ну при чём тут какие-то грани, Хедин? Так и хочется сказать что-нибудь вроде «когда я был Властелином Тьмы…». – Воитель хмыкнул.
   – Нам ещё очень пригодятся твои таланты из того времени, – негромко проговорил Хедин. – На этот счёт можешь быть спокоен.
   Он нагнулся, подобрал острый сучок, принявшись чертить на пыльной, потрескавшейся земле какие-то знаки. Ракот глянул ему через плечо.
   «uei fGlC», «wer gaty», «нас слушают», – гласили руны, древний язык тёмных армий, созданный Ракотом для своих подопечных.
   – Дельный план, – усмехнулся Ракот, присаживаясь рядом на корточки. – Но, по-моему, лучше сделать вот так… – Он выдернул кинжал.
   «И при этом не смотрят?» – появились рядом новые руны.
   «Только магические проявления».
   «Как давно ты узнал?»
   «Только что. Когда очутились в Кирддине. Писать пока можно. До срока».
   Всё это время голоса Новых Богов обсуждали, с какой стороны лучше подступиться к обиталищу исчезнувшего тёмного властителя и где следует расположить прибывающих подмастерьев.
   «Как ты почувствовал?»
   «Не зря убил столько времени на Читающих и их народ. Чтобы следить за нами в Кирддине, им пришлось утроить свои усилия».
   «Кто?» Кинжал Ракота глубоко вонзился в землю, глаза сверкнули.
   «Не знаю. Может, Ямерт и компания».
   «А кто ещё?»
   «Кто угодно. Дальние. Игнациус…»
   «Ты серьёзно? Игнациус?..»
   «Я теперь ко всему отношусь серьёзно, брат. Не хочу повторить ошибок наших предшественников».
   «То есть они слышали всё, о чём мы говорили в твоём замке?»
   «Боюсь, что так, брат».
   Вместо ответа Ракот всадил клинок в сухую почву по самую рукоять.
   – Отлично, так и сделаем, – суховато закончил Хедин, бросив краткий взгляд на вычерченные руны. Линии уже сглаживались, исчезали без следа.
   – И хорошо б не без драки, – кровожадно добавил Ракот, выразительно кивая на только что стёртые надписи.
   …Они не летали по небу, аки птицы, не переносились мгновенно с места на место – нет, двое богов шли пешком через пустынную равнину, словно самые обычные путники. Говорили мало. Хедин избегал даже мыслеречи.
   Дорога через умирающий мир выдалась не из весёлых. На пути то и дело попадались пересохшие речные русла, распространяя вокруг отвратительное зловоние; то тут то там в чёрном иле белели кости сгинувших обитателей. Новые Боги прошли и через несколько вымерших деревень, дома разваливались, как будто непонятная немочь поражала не только людей, но даже бревенчатые стены.
   – Надо было открывать порталы. – Ракот осторожно провёл рукой над маленьким черепом ребёнка, словно опуская веки, которых уже не было. – Болеют не люди. Болеет мир.
   – А люди – часть его, – возразил Хедин. – Оставим это, брат. Мы опоздали. Здесь уже не осталось никого живого – разве ты не чувствуешь? В тот момент, когда мы только-только вступили в Кирддин, его покинули последние жизни. Но даже окажись мы здесь раньше, всё равно открывать порталы было б нельзя. Я сознательно не давал нашим подмастерьям этого заклинания.
   – Лучше потерять один мир, чем множество… – буркнул Ракот. Под его руками сухая земля поднялась волною и, словно одеяло, накрыла детские останки. – Да-да, брат, «меньшее зло». Знаю, всё знаю. Только смириться всё равно не могу.
   Большую часть пути они проделали, как уже говорилось, пешком. Лишь изредка Хедин принимал свой излюбленный облик коричневокрылого сокола, а Ракот оборачивался чёрным драконом. День успел дважды угаснуть и дважды разгореться вновь, прежде чем названые братья добрались до цели.
   Крепость внушала уважение. Во всяком случае, тайный замок Хедина на красной скале показался бы рядом с ней жалкой хижиной. Стены с браттицами, ярусы, боевые рондоли поднимались спиралью вверх, словно громадная пирамида, всё это заканчивалось непропорционально длинной и острой башней с исчезающе тонким шпилем.
   Широкий ров пересох, на дне валялись обломки подъёмного моста, могучие ворота из чёрного кованого железа сорвало с петель, изломало и отбросило далеко в сторону. Кое-где серую поверхность стен вблизи от главного входа покрывали оспины выбоин, словно кто-то методично расстреливал укрепления из катапульт, однако в целом твердыня казалась совершенно целой. Гелерра захватила цитадель без боя.
   Братья-боги остановились на самом краю тщательно облицованного гладким камнем рва. На дне валялся успевший неведомым образом побелеть костяк какого-то существа размером с хорошего дракона. Надо полагать, прежде эта тварь и ей подобные обитали в заполненном водой рву – лучших стражей и не придумаешь, особенно если держать их не слишком сытыми.
   – За сколько же времени он это всё выстроил? – поинтересовался Ракот, рассматривая массивные укрепления.
   – Какая разница? – рассеянно отозвался Хедин, направляясь прямо к краю рва. – Пошли. – Он сильно оттолкнулся, одним прыжком оказавшись в проёме ворот.
   – Божественность иногда оказывается очень полезной, – его товарищ не заставил себя ждать.
   – Ну да, особенно когда тебе приходило в голову сыграть неуязвимого воителя, – насмешливо откликнулись из-под арки.
   – Ерунда! – возмутился Ракот. – Никогда этим не баловался. Я… гм… всего лишь принимал физический облик, наилучшим образом соответствующий…
   – Ладно, ладно, – махнул рукой Хедин. – Знаю. Перевитый мускулами черноволосый и голубоглазый варвар. Очень удобная личина. Я, впрочем…
   – Повелитель!.. – Сложив крылья, гарпия Гелерра отточенным движением опустилась прямо с небес на одно колено перед Хедином. – Повелитель, всё готово. Мы обыскали крепость от верхушки шпиля до самых глубоких подземелий и отводных ходов. Ничего необычного, никаких магических артефактов. Какие будут приказания, повелитель?
   – Ты составила план крепости, Гелерра?
   – О да, повелитель. – Гарпия едва повела кончиком изящного крыла. Прямо в воздухе соткалась алая сеть переходов, залов и казематов.
   – Алтарь, – заметил Ракот, мельком вглядевшись в схему.
   – Алтарь, о могущественный, – ещё ниже поклонилась крылатая воительница. – Мы нашли следы жертвоприношений. Больше всего людей, но есть и иные расы, как наделённые магическим даром, так и нет.
   – Как ты думаешь, – прищурившись, Хедин рассматривал висевшую перед ним карту, – почему здешний владыка сбежал без боя? Возвести столь внушительные бастионы, потратить уйму времени, сил – и бросить в единый миг?
   – Одни лишь имена великих Хедина и Ракота внушают ужас их врагам! – гордо выкрикнула гарпия.
   Она не льстила, не подлизывалась. Она действительно истово в это верила.
   – Если б так… – проворчал Ракот. Его названый брат лишь сощурился и ничего не ответил. – Проведи нас, пожалуйста, к алтарю, Гелерра.
   – Повинуюсь! – По-прежнему стоявшая на одном колене гарпия истово поклонилась и в единый миг очутилась в воздухе. – Великих прошу следовать за мной. – Она заложила акробатический пируэт и легко понеслась вперёд, играючи ориентируясь в лабиринте узких улочек, круто поднимавшихся в гору, к самому сердцу цитадели.
   – Здесь даже крыс не осталось, – проговорил Ракот. – Никуда не делись, бежать некуда, так что просто передохли, а уж их-то, казалось бы, никакая зараза не берёт.
   Вместо ответа Хедин замедлил шаги возле тонкой и высокой дозорной башни, приткнутой на углу, похоже, исключительно для красоты; нагнулся, подобрал осколок кирпича.
   «Внимание, – появилась руна на стене. – Говорим об алтаре. Должны себя проявить».
   «Я про то же, – ответил Ракот. – Жду, как только вошли в крепость».
   Хедин молча кивнул, отбросил затупившийся обломок.
   Цитадель бессмысленно пялилась на них чёрными провалами окон – за ними ни рам, ни занавесей, ничего свойственного жилью.
   – Кем он повелевал, этот властелин? – Ракот распахнул широкие створки деревянных ворот в двухэтажном здании. За ними открылся широкий двор с глубокими ямами, стены и дно облицованы камнем, всюду – вделанные в кладку кольца с цепями и ошейниками. – Гелерра?
   – Половина его подданных – люди, повелитель. – Гарпия мгновенно оказалась у братьев над головами. – Наёмники. Остальные – чудовища, но куда меньше ожидавшегося. Почти всех мы перебили ещё на взморье.
   – Так я и думал, что люди, – фыркнул Ракот, презрительно пнув створку – она сорвалась с петель, пролетела десяток саженей и с грохотом рухнула в ближайшую яму. – Ни драконами, ни кем-то столь же серьёзным тут и не пахнет.
   – Его армия была сильна магией, повелитель, – позволила себе пояснение Гелерра.
   Хедин кивнул.
   – Не замкнул ли он на себя всё доступное этому миру чародейство, – задумчиво проронил Ракот. – Я с таким встречался, правда, до подобного, – он кивнул в сторону окружающей замок пустыни, – нигде не доходило.
   «Меня занимает не это», – молча написал Хедин.
   – На алтарь хочу взглянуть, – произнёс он при этом вслух.
   Верная Гелерра, как обычно, ничему не удивилась и не задала никаких вопросов.
   Внутри главной цитадели стали появляться какие-то признаки того, что некогда здесь обитали живые существа: бордовые и оранжевые драпировки на стенах, длинные столы, крытые чёрными, не без изящества вышитыми скатертями, кованые шандалы, где ещё оставались свечные огарки, кое-где по углам валялись пустые деревянные миски, другая утварь.
   Увиденное скорее походило на обычный королевский двор после славной пирушки, нежели на обиталище ужасного тёмного властелина.
   – Самое интересное мы нашли в подземелье, повелитель, – предвосхитила удивление названых братьев Гелерра.
   Открылся просторный зал, где на возвышении красовался чёрный трон исполинских размеров; спинка у державного седалища казалась донельзя неудобной, из сотен копий, древки их переплетались, точно гибкая лоза. Хедин равнодушно прошел мимо.
   Ракот, ухмыльнувшись, сорвал со стены повешенный там громадный бердыш таких размеров, что пришёлся бы по руке лишь какому-нибудь великану. Пальцы бывшего Владыки Тьмы, нормальные пальцы обычного человека даже не смогли обхватить толстенное топорище, однако чудовищное оружие лежало в его руках как влитое.
   – Говорил я тебе – возьми свой меч, – ворчливо напомнил Хедин брату.
   – Ни к чему, – отмахнулся тот. – Здешний враг не про него.
   Познавший Тьму только покачал головой.
   – Сюда. – Тем временем Гелерра сложила крылья, опустившись возле неприметной дверки сразу за троном.
   – В лучших традициях, – недобро усмехнулся Ракот, когда они начали спускаться по истёртым каменным ступеням. – И когда только так стоптать успели?
   – Они не успели, брат, – отозвался Хедин, опускаясь на корточки. – Откуда это всё взялось, Гелерра?
   – Здешний хозяин разорил все более или менее древние храмы, до каких только смог дотянуться, – немедленно отозвалась исполнительная гарпия.
   – Собирал намоленное, – кивнул Ракот, с усилием протискивая за собой чудовищный бердыш, с которым он почему-то не пожелал расставаться.
   «Это не обманка», – написал Хедин на стене, воспользовавшись железным конусом для факелов. Сейчас он намеренно прибег к символам, понятным для гарпии.
   Гелерра сверкнула глазами, почтительно поклонилась, выдернула кинжал, каллиграфически добавила снизу:
   «Крепость настоящая. Они не стали драться потому, что были слабы».
   «Если бы», – возразил Ракот.
   Что-то здесь было странное, в этой крепости. И дело даже не в залах, стенах или бастионах. Что-то неладное творилось тут и с магией. Хедин часто останавливался, замирал, крепко зажмуриваясь, словно к чему-то прислушиваясь. Постояв так, досадливо встряхивал головой и шагал дальше.
   Винтовой ход закончился в подвалах. Тут до сих пор висел тошнотворный запах крови и внутренностей; Хедин невольно вспомнил жуткие чертоги Бога Горы. Повсюду разбросаны многочисленные пыточные приспособления, на полу – тёмные пятна, в одном месте на зловещего вида мясницкой колоде валялся кожаный палаческий фартук.
   – Узники, Гелерра?
   – Мы никого не нашли, повелитель. Отступавшие перебили всех. Тела сброшены в колодец с трупоедками.
   – Это кто ещё такие? – нахмурился Ракот.
   – Здешний властелин на досуге занимался выведением новых сортов полезных ему растений, – пояснил Хедин. – Из обычной росянки-мухоловки смастрячил, слова другого не подберу, такое, что… – Он только махнул рукой.
   – Там нет отнорка? – повернулся к гарпии Ракот. – В этом колодце?
   – Великий повелитель сомневается в моей тщательности? – Гелерра опустила глаза. – Там нет никаких ходов.
   – Тогда надо всё сжечь, – решил Хедин. – Не хочу, чтобы хоть одна спора вырвалась на поверхность.
   – Да тут и так кладбище, – заметил Ракот. – Даже если и вырвется, всё равно сдохнет. За неимением пригодных для поедания трупов.
   – Мало ли кто тут шляться может… – неопределённо отозвался Хедин.
   – Ты отослал её, брат, зачем?
   – Много будет знать, скоро состарится, – вслух ответил Хедин. Его руки выводили в это время:
   «Жду, когда они начнут. Думаю, что взорвут всю крепость, когда мы спустимся ещё ниже – или даже сейчас».
   – Тогда пошли, чего время терять! – невозмутимо ответил Ракот, поудобнее перехватывая великанский бердыш – в его руках лёгкий, словно перышко.
   За уровнем камер и пыточных начинались казематы, где явно варили магические декокты и наделяли волшебными свойствами оружие. Обычный чародей – окажись он сейчас здесь – решил бы, что ему наконец-то привалила настоящая удача; маг Долины тоже нашёл бы чем поживиться, однако Новые Боги проходили мимо всего колдовского инструментария, даже не повернув головы. Хедин не зря высоко ценил Гелерру: гарпия была совершенно права – ничто из находившегося здесь не заслуживало и взгляда.
   Столы и станки с зажатыми в штативах драгоценными камнями или – что тоже встречалось – обезображенными конечностями или органами, вырванными у живых существ, и людей, и нелюдей; запасы каких-то трав, клетки с умертвлёнными змеями и иными гадами; низкие закопчённые потолки, камины и очаги, разинувшие почерневшие пасти, где точно сгорела не одна жизнь; калительные печки, колбы и реторты, соединённые холодильными змеевиками.
   Несколько замысловатых стеклянных сооружений Ракот с особым удовольствием разнёс в пыль своим жутким бердышом.
   Ещё ярусом ниже находились заклинательные кельи, где, как пояснила Гелерра, держали чародеев, осмелившихся бросить вызов здешнему хозяину. Их каким-то образом удавалось использовать даже против их собственной воли.