В гостинице после обеда девушки уставшие от позирования пошли спать в свой номер, а Феликс и Эрик занялись обработкой снятого материала. Им нужно было проявить, напечатать фотографии и выбрать самые удачные кадры, на основании которых завтра будет произведена окончательная съемка.
   Вечером в баре отеля, где собрались все вместе, вокруг Сайли постоянно крутился Эрик. Он все время ухаживал за ней и в конце прямо предложил Сайли пойти с ним в его номер. Сайли, посмеиваясь, дала понять ему, что он зря старается. Невзрачный полнеющий Эрик её нисколько не интересовал. Вот, если бы Феликс предложил ей пойти с ним, она ещё бы подумала. Сайли всё чаще посматривала в сторону фотографа. Он ей нравился, и она старалась дать ему понять это. Но Феликс не обращал на неё внимания. Сайли уже начала злиться. Она заметила, что в баре нет Анни и Эрика, видно ему с ней больше повезло, чем с Сайли. Поскучав за барной стойкой и видя, что Феликс забыл о её существовании, Сайли вскоре ушла в свой номер.
   5.
   На утро следующего дня Феликс начал работу со съемки Сайли. Снова полностью раздетая она выполняла все указания фотографа. В этот раз она не испытывала стыда, ей даже нравилось расхаживать нагишом среди мужчин, ловя на себе жадный взгляд Эрика. Феликс опять начал гонять Сайли по мелководью и песку, заставляя принимать определенные позы. Бегая по воде, купаясь в хлопьях прибоя, она, желая понравится Феликсу, старалась во всём ему угодить. Феликс был доволен ею, бесконечно щелкая затвором фотоаппарата. Ему нравилась Сайли профессионально, как отличная модель. Особо понравившейся момент, когда, стекая с мокрых волос Сайли, вода, струилась тоненькими ручейками, между её грудей и растекалась по округлостям её божественно красивого тела, он снял на целую кассету. Радостно закинув за голову руки, Сайли ловила лицом солнечные лучи. Освещенная знойным солнцем, девушка стояла по щиколотку в сверкающем море, возбужденно дыша после купания.
   "Отлично, детка! На этом закончим. Можешь отдыхать" - прекратив съемку, сказал Феликс: "Анни, Антони, начинаем. Всё, как вчера, сначала и по порядку".
   Из салона автобуса показались уже раздетые Анни и Антони. У самой кромки моря Эрик установил теневой зонт, под которым перед объективами фотоаппарата должны они позировать по сценарию порносюжета. Было тепло и Сайли, считая, что после всего ей нет смысла уже одеваться, осталось голой. Она подошла к остальным и, присев на горячий песок, стала внимательно наблюдать за работой коллег. Анни и Антони, подчиняясь задуманному Феликсом сюжету, искупались и, как влюбленные, в обнимку вышли из воды. Стоя у тента, девушка и юноша долго целовались, обнимая друг друга. Затем Анни присела на колени и, приподняв рукой спокойно висящий член, стала ласкать его своим ртом. Сайли напряженно смотрела за действиями своей новой подруги, чувствуя, как по ней самой от всего увиденного побежала нервная дрожь. Она впервые видела половой акт со стороны и это очень ее возбуждало. Когда Анни отпрянула от члена Антони, Сайли увидела, что только еще пару минут назад вялый мягкий член юноши, был уже крепок, длинен и напряжен, блестя на солнце слюной партнерши. Вечно молчаливого и сонного Антони в этот момент было трудно узнать. Он лихорадочно схватил девушку за плечи и бросил ее на песок. Навалившись на ее тело, он ввел в ее влагалище свой член. Сделав несколько поступательных движений, Антони, подчиняясь указаниям фотографирующего Феликса, начал менять позы, крутить тело Анни, как куклу в своих руках. Сначала он заставил встать ее на колени и локти, введя сзади в нее свой член, затем, после несколько очередных введений, Анни легла на живот, а он - сверху. Позы чередовались одна за другой, Феликс, проникал своим фотоаппаратом в самые сокровенные места, нащелкал уже больше десяти фотопленок. Но Сайли не замечала фотографа, она видела только мужской член в действии, его погружение и появление из влагалища, стонущей он возбуждения, Анни, которая, не обращая внимание на мешающий ей фотоаппарат, получала сама настоящее наслаждение, ерзая по песку всем телом. Во время оргазма по команде Феликса, Антони выплеснул свою сперму на лицо Анни. Целую кассету фотопленки потратил Феликс, снимая жирные мутные капли спермы на очаровательном личике девушки.
   Когда все закончилось, Сайли заметила, что она неприлично заметно возбуждена. Дрожь в руках, слабость в ногах, порывистое дыхание и напряженный блеск глаз выдавал в ней крайнее волнение. Сайли не ожидала, что на нее так сильно подействует увиденное. Желая скрыть свое состояние, она вскочила на ноги и быстро бросилась к морю, подергивая на бегу свои круглые бедра. Вода остудила темперамент девушки, приведя ее в нормальное состояние.
   Работа для фотографов была закончена, но гостиница была оплачена до следующего утра, к тому же погода была просто сказочно пляжная. Феликс всех обрадовал, приняв решения отдохнуть здесь до следующего утра. Все группа, отложив аппаратуру и инвентарь, тут же бросилась в бодрящие воды моря.
   Сайли и Анни после купания сидели на мокром песке у самой полосы прибоя. Сильные буравчики волны, перекатываясь, иногда достигали разомлевших под теплым солнцем девушек, обрызгивая их вытянутые в сторону моря ноги освежающей морской пылью. Рядом с ними уже не для журнала, а для любительского фото, щелкал затвором своего фотоаппарата Феликс. Он наводил объектив то на двух нагих натурщиц, то на морской пейзаж.
   "Что ты знаешь о Феликсе?" - тихо спросила Сайли у своей подруги.
   "Красивый мужчина! Когда я его впервые увидела, он мне сразу понравился. Ты, кажется, тоже заинтересовалась им? Брось, у тебя ничего не получится".
   "Это почему же?" - удивительно вскинула брови Сайли.
   "Да он же голубой и наш красавчик Антони его больше интересует, чем мы с тобой".
   Сайли еще не разу не сталкивалась с тем, что мужчине она не нравится и, не веря в такое, она задорно сказала: "Нет такого мужчины, которому я не нравлюсь, будь он хоть голубой или зеленый".
   "Если ты в себе так уверена, то попробуй. У меня с ним ничего не получилось. Буду рада за тебя, если ты будешь удачливее, чем я" - поддержала ее Анни.
   Сайли встала с мокрого песка и, стряхнув со своих ягодиц и ног налипшие песчинки, подошла к Феликсу, соблазнительно покачивая при ходьбе своими бедрами. Лукаво смотря фотографу в глаза, Сайли спросила его: "Феликс, как ты считаешь, все получится хорошо? Ты доволен мною?"
   -"Все отлично, детка. Ты девочка, что надо. Формочки у тебя просто шик. Если ты не будешь дурочкой, то с такой внешностью далеко пойдешь".
   От его дружеской улыбки, Сайли почувствовала надежду.
   "У меня к тебе будет серьезный разговор" - продолжил разговор Феликс.
   "Какой?" - с интересом спросила Сайли, но ответ ей не понравился.
   -"Предлагаю тебе сняться в паре с Антони, вместо Анни. А как приедем в редакцию, я ручаюсь, что шеф сразу заключит долгосрочный контракт. Ты получишь хорошие деньги".
   Сайли, сузив свои глаза от обиды, ответила: "Никогда!"
   "Подумай хорошенько. Не будь глупой. Любая другая бы на твоем месте считала бы это за счастье. Это же куча денег!" - сказал вслед отходящей от него девушки Феликс.
   "Сам снимайся!" - обернувшись, крикнула она.
   "Проклятый педик!" - тихо, сквозь зубы, добавила Сайли. У нее испортилось настроение, продолжая злиться на фотографа и на себя, девушка направилась в сторону микроавтобуса.
   Вечером снова все собрались в баре отеля. Сайли, всё ещё надеясь покорить Феликса, оделась экстравагантно в суперкороткие, как плавки, сильно потертые джинсовые шорты и в подчеркивающие формы верхней части её тела тонкую белую майку. Но все её ухищрения не имели успеха. Сайли уже долгое время не имела секса с мужчинами. И сегодня после присутствия на съемках Анни и Антонии она вся горела возбуждением. Злясь на свою беспомощность, Сайли чертовски хотелось соблазнить Феликса, но он не замечал её. Сайли не знала, что ей ещё придумать. Анни, не обращая внимания на озабоченную подругу, была увлечена разговором с каким то длинноволосым парнем. Вскоре, под завистливый взгляд Сайли, они, обнявшись, вышли из бара. И тогда, после трех выпитых крепких коктейлей, Сайли, потеряв стыд, не узнавая себя, сама подошла к фотографу, прижалась к нему и, слегка заикаясь от волнения, сказала: "Феликс, зачем ты меня мучаешь? Я очень хочу тебя. Неужели я тебе совсем не нравлюсь. Будь же мужчиной!"
   Феликс, усмехнувшись тонкими губами, окинул взглядом девушку с ног до головы и сказал: " Хорошо, детка, пойдем. Только подожди меня здесь минут десять".
   Расплатившись с барменом, Феликс вышел из бара. Сайли, борясь с нервной дрожью и удивляясь своей наглости, осталась ждать его, заказав еще один очередной коктейль.
   Когда Феликс ввел Сайли в свой номер, она, скованная страхом, оглядела комнату. Там был хаос из беспорядочно раскинутых фотографий, фотопленок и фото инвентаря. Феликс подвел девушку к заваленному фотоснимками дивану и небрежно рукой скинул фотографии на пол. Сайли увидела на этих снимках свое изображение. Она подумала, что она сейчас так же низко упала, как её фотоснимки.
   "Ну, детка, действуй. Если очень постараешься, может получиться" - встал перед ней Феликс. Сайли не нравился его наглый цинизм. Она вспомнила, как почтительно и ласково к ней всегда относился Никк. Но она так далеко зашла, что отступать было уже поздно. Сайли села на край дивана и стала снимать с себя майку и шорты. Феликс сверху наблюдал за её раздеванием. Потом, когда девушка была полностью обнажена, он также равнодушно смотрел на её тело, по которому другие просто с ума сходили. Но на Феликса прелесть нагого тела Сайли не производила должного эффекта. Сайли решила не отступать и завести Феликса, чего бы это ей не стало. Она встала с дивана и подошла почти вплотную к мужчине, зовуще смотря в его глаза, желая передать ему взглядом свой страстный темперамент, она стала расстегивать пуговицы его рубашки. В этот момент глаза Феликса только усмехались. Распахнув его рубашку, девушка стала целовать своими горячими губами его смуглую сильно заросшую густыми волосами грудь, покусывая бусинки его сосков. Но от этой ласки Сайли сама больше возбудилась, чем он. Феликс все такой же холодный, спокойно стоял перед ней. Непослушными пальцами Сайли расстегнула ремень и пуговицы ширинки его джинсов. Вспомнив, как делала Анни с Антони, Сайли опустилась перед мужчиной на колени и потянула вниз уже расстегнутые брюки вместе с плавками. Перед её лицом болтался вялый мужской член внушительных размеров. Сайли взяла в руку мягкий, похожий на колбасу, член Феликса, широко открыла свой ротик, впихнула кончик мягкой плоти между своими губами и начала тихонько посасывать. В начале Сайли ощущала только брезгливость, но когда мужской член стал крепчать и набухать, увеличиваясь в размерах, чувство брезгливости пропало, Сайли стала быстро возбуждаться. Она уже сосала этот твердый орган с удовольствием, покусывая ободок, сверля кончиком языка узкое отверстие, облизывая по всему стволу, заглатывая поочередно мешочки с волосатыми яичками. Феликс сначала был также холоден, но вскоре учащенно задышал, явно возбуждаясь. Сайли поняла, что фотограф, наконец, то в её руках и интенсивней ласкала его набухший член, подергивающийся от прикосновений её языка. Феликс, подхватив тело девушки за её подмышки своими сильными руками, приподнял и опустил её на мягкий диван. Сайли откинулась на спину, потянув на себя Феликса. Он с приспущенными джинсами и распахнутой рубашкой налег на ее тело и, ловко подсунув свои руки под ее ягодицы, точным движением нашел членом вход в её влажное от возбуждения влагалище и ввел его на всю длину. Сайли вся потянулась навстречу долгожданному ощущению, закрыв глаза от наслаждения. От возбуждения у нее кружилась голова, от каждого нового введения члена Феликса она вскрикивала от острого удовольствия. В голове проносился рой путаных мыслей: "Ах, как хорошо! Завтра расскажу Анни. Она не поверит. Вот удивится! Я же говорила, что нет такого мужчины, которого я не смогла покорить! Ах, как хорошо! Анни не поверит ..."
   Вдруг сухие резкие щелчки, услышанные сквозь звучащую из телевизора музыку, вывели Сайли из экзтазного состояния. Она открыла глаза и мгновенно была ослеплена яркими вспышками света. Страшная догадка поразила девушку. Феликс, заранее подготовив фотоаппаратуру в комнате за те минуты, пока она ждала его в баре, теперь, держа в руке кнопку дистанционного управления, фотографирует, как она с ним занимается сексом. Он не смог уговорить ее добровольно и сейчас обманом достиг своего плана. Боль обиды, разочарование, злость захлестнули её. Гибко с силой выгнувшись, Сайли сбросила с себя тело мужчины, так, что он даже упал на пол обнаженным членом на её фотоснимки лежащие у дивана.
   "Скотина! Подлец! Свинья! Пидараст!" - гневно ругая фотографа, выскочила совсем голая Сайли в коридор и, хлестко шлепая пятками по скользкому паркету, бросилась в свой номер. В расстройстве она даже не заметила - видели ли её в таком виде. Упав лицом на свою кровать, Сайли дала волю слезам.
   "Как он мог! Она же почти полюбила его! А он! Скотина! Жалкий Пидараст!" навзрыд рыдала Сайли. Истерика долго продолжалась, сильно утомив девушку. Сайли уснула, но в этот вечер она впервые пожалела, что порвала с юношей по имени Никк.
   На обратном пути Сайли всю дорогу промолчала. Обида не проходила. Сайли была обиженна даже на Анни, думая, что и она тоже причастна к вчерашнему событию. Анни, не знала о ночном происшествии и удивлялась этой переменой настроения у подруги.
   Через неделю Сайли получила по почте чек на семь тысяч долларов от журнала "Эрос" и сам журнал. На глянцевой обложке журнала Сайли увидела себя обнаженную на фоне морского пейзажа с надписью: "Сайли Малин - мисс Сан Бернартино". Также в конверте было еще предложение редакции журнала подписать с ней долгосрочный контракт, который Сайли разорвала в клочья. Она все еще не могла забыть нанесенную ей обиду. Но деньги были очень кстати. Рассчитавшись с долгами, Сайли смогла независимо дождаться начала конкурса красоты штата в Лос Анджелесе.
   6.
   "Сайли Малин - мисс Сан Бернардино!" - услышала Сайли, многократно усиленный динамиками, торжественный голос ведущего конкурса. Легкой походкой на высоких шпильках каблуков, покачивая при ходьбе бедрами, под звук фанфар в блестящем атласом голубом купальнике Сайли вышла на середину сцены огромного переполненного зала. Она старательно улыбалась, показывая все свои безукоризненные белые ровные зубы. Миллионы телезрителей видели эту натянуто улыбающуюся красавицу. На большом цифровом табло после цифры 78 появилось ее имя и ее данные, возраст, рост, объем бедер, бюста, талии и название города, который она представляет. Сайли была семьдесят восьмая претендентка из ста таких же желающих получить высокое звание мисс штата. Рыжие, черные, каштановые, пепельные, всех цветов и оттенок девушки - мисс своих городов собрались под своды этого зала, где решалось, кто станет из них мисс штата Калифорния. Покрутившись перед жюри, Сайли сошла с центра сцены, уступив место для семьдесят девятой претендентки - высокой блондинке.
   Сайли, видя вокруг себя сотню красивых девушек, понимала, что шансов на победу совсем мало, но в самом уголке сознания теплилась надежда - "А вдруг?!" Когда она попала в дюжину полуфиналистов, Сайли все меньше надеялась на победу. Еще раз, показав себя жюри, двенадцать красавиц застыли в ожидании решения жюри. Сначала должны назвать пятерых финалисток, а затем из них выбрать мисс штата.
   "Вероника Харвей!" - громко прозвучало, перекатывая эхом под куполом зала, имя первой финалистки. Сайли услышала, как соседка слева, еще почти девочка, с огромными наивными голубыми глазами и пышной короной рыжих неуправляемых волос, облегченно вздохнула, и первая вышла вперед.
   "Милиза Мур!" - вновь прогромыхало имя и стройная брюнетка, покачивая спортивными бедрами, встала рядом с первой финалисткой.
   "Ким Вей!" - высокая гибкая, как черная пантера, блестя темно-бронзовой кожей, красивая мулатка покинула строй, встав рядом с двумя первыми девушками.
   "Сайли Малин!" - вздрогнув сердцем, услышала свое имя Сайли и, выйдя вперед, встала рядом с мулаткой. Сайли по-прежнему не верила в победу, но в душе пробуждалась и разгоралась надежда.
   "Мери Фест!" - огласили последнее имя пяти финалисток. Коротко стриженая блондинка с выразительными яркими глазами встала рядом с Сайли.
   Под громкие овации зала девушкам вручили огромные букеты цветов. Теребя букет, Сайли с дрожью ожидала решение жюри. В этот момент ей, как никогда хотелось стать победительницей. Победа была так близка, и она про себя молила бога, чтобы он ей помог.
   Но жюри выбрало не ее. Милиза Мур - узкобедрая мисс красоты города Лос Анджелес стала мисс красоты штата Калифорнии. Титул и все желанные призы достались только ей. А остальным четверым финалистам - звание принцесс этого конкурса, еще букет цветов, памятные подарки и небогатые контракты на публикацию их фото в прессе.
   Хотя Сайли с самого начала не верила в успех, для неё решение жюри было катастрофой всех её планов. Улыбаясь через силу, девушка ели сдерживала слезы. Овации, вспышки фотокамер, цветы, глупые интервью - всё было, как в тумане. Сайли сейчас хотела только одного - быстрее попасть в свой номер отеля и дать волю слезам.
   Она долго до изнеможения ревела у себя в номере, распластавшись на кровати, проклиная себя, свою неудачу и всех на свете.
   "Как жить дальше? Что теперь будет? Вернуться домой? Никогда!" - не находила девушка ответы на вопросы. Только под утро она забылась в тяжелом сне.
   На следующий день Сайли сидела в комнате, думая, куда ей податься из этого отеля, так как номер был оплачен только до этого дня, а самой платить за такую очень дорогую гостиницу ей не было никого желания. Она услышала тихий стук в дверь. Вошла горничная и вручила ей запечатанный конверт. Сайли удивляясь, вскрыла конверт и достала письмо на красивом фирменном бланке.
   "Уважаемая, Сайли Малин" - начала читать она: "Администрация клуба "Миллионари Клуб" приглашает вас на работу в клуб. Заключив контракт на один год, вас ожидает интересная высокооплачиваемая работа, по окончанию которой, вы получите двести тысяч долларов".
   Дальше сообщался адрес и телефон клуба. Сумма, которую ей обещали, ошеломила девушку. О таких деньгах она даже мечтать не могла. Через год она может получить все - свободу и независимость. Но Сайли также догадывалась, что такое "Миллионари Клуб". Она уже раньше слышала, что существует такой клуб, членами которого являются только миллионеры, где их развлекают самые красивые девушки. Сайли прекрасно понимала, что ей предлагают стать высокооплачиваемой проституткой в фешенебельном публичном доме. Мысль, что она будет заниматься проституцией, претила ей.
   "Но деньги! Доллары, которые мне так нужны. Где я смогу еще получить столько денег. И куда мне сегодня идти" - мучилась сомнениями Сайли: "Домой обратно к родителям? Нет, никогда! Проститутка?! Как же я смогу? Что же будет со мной? Я - проститутка! Нет, так нельзя! Но деньги, деньги. Всего один год и все позади, и нет проблем".
   Она долго взвешивала и думала, но другого выхода она не видела. И Сайли решилась.
   7.
   Первый гудок в трубке телефона "Миллионари Клуба" не успел до конца прозвенеть, как ей ответили. Через три часа шикарный огромный лимузин уже подвозил ее к месту ее будущей работы и проживания. Сайли вышла из салона автомобиля и залюбовалась увиденным пейзажем. Фешенебельная загородная вилла утопала в зелени, за ней виднелись уютная площадка для тенниса, зеленое поле для игры в гольф, бассейн заполненный неестественно голубой водой. Контракт был уже подписан в номере гостиницы и теперь ей предстояло прожить на этой вилле целый год.
   Дверь открыл старый с большой седой бородой швейцар в яркой униформе. Сайли вошла внутрь. За ней шофер внес ее небольшой чемодан. Обстановка зала, куда вошла Сайли, впечатляла роскошью. Огромный до самого трехметрового потолка беломраморный камин, белые под мрамор круглые столы окруженные мягкими бархатными зелеными диванами, мягкая толстая ткань ковров под ногами, люстры и подсвечники золотились старинной медью.
   Навстречу вышла с холодным невозмутимым, словно маска, лицом очень худая уже не молодая лет пятидесяти женщина.
   "Мадам Рошат" - сухо представилась женщина: "Я управляющая в этом доме и все здесь подчиняются только мне. Следуйте за мной".
   Сайли поднялась за мадам Рошат по крутой лестнице на второй этаж, пройдя по длинному коридору, подошли к одной из двери. Сайли заметила, что на многих дверях были таблички с женскими именами, но на двери, которую открыла хозяйка, табличка отсутствовала.
   "Вот ваша комната. Располагайтесь. Через полчаса обед. Столовая комната находится в конце коридора. Прошу не опаздывать" - приказным тоном сказала мадам Ерошат и удалилась. Сайли удивила сухость мадам Рошат. Хозяйка вела себя, как будто она настоятельница женского монастыря, а не заведующая публичного дома. Девушка вошла в комнату и осмотрела свое будущее жилье. Комната была большая и светлая. Огромное на всю стену окно выходило на балкон. Широкая кровать с резными украшениями, покрыта красным покрывалом с белыми кистями отражалась в зеркальном потолке. Мягкое красное кожаное кресло, ореховое трюмо, туалетный стол и бельевой шкаф были с претензией на антиквар всё было с резными украшениями и с инкрустацией под золото.
   Сайли помылась и переоделась, но, как она не спешила, всё же опоздала и пришла в столовую комнату самой последней. Мадам Рошат, строго сверкнув глазами через толстые стекла своих очков, неодобрительно оглядела Сайли с ног до головы. Явно не довольная опозданием Сайли и её потертыми старенькими джинсами, молча указала ей на место у стола. За столом уже было семь девушек. Сайли увидела среди них знакомые лица. Три девушки из пятерки финалистов конкурса красоты штата Калифорния были уже тут. Рыженькая Вероника, мулатка Ким, блондинка Мери, они также, как и Сайли, не устояли перед предложением "Миллионари клуба". Не было здесь только победителя конкурса Мелисы. Ей была уготовлена другая судьба. Других четырех девушек Сайли видела впервые и они отличались своими скромными одинаковыми нарядами от новичков, которые были одеты в самую разнообразную одежду.
   После обеда Сайли зашла поболтать в соседнюю комнату Мери, с которой она сдружилась ещё во время конкурса красоты. Мери прибыла сюда на несколько часов раньше, но информирована была уже почти обо всем. Она охотно поделилась своими познаниями с подругой. Сайли узнала от нее, что клиенты бывают здесь не каждый день, а в основном в выходные дни. Клиенты только из сверх богатых семей.
   "Мадам Рошат здесь всем руководит. Она к нам относится, как капрал к новобранцам. Противная старуха! Порядки ввела казарменные - на завтрак, обед, ужин ни каких опозданий. За пределы территории выходить строго запрещается. За не подчинение большой штраф вычитается из заработка. Мы здесь словно рабыни-наложницы в гареме султана. Но ничего, через годик мы будем богатые и свободные. И очень далеко от этой старой лошади - мадам Рошат!" - закончила Мери, мечтательно закатив свои ярко-фиолетовые глазки.
   Уже в этот же вечер после ужина четырем новым девушкам мадам Рошат выдала комплекты новой одежды - целых пять коробок для каждой. В первой коробке находилось несколько наборов нижнего белья и чулок дорогого качества, все ажурное и прозрачное. Во второй коробке несколько пар разного цвета туфлей с очень высокими каблуками. В третьей была одежда для повседневной жизни черная ниже колен плотная юбка, несколько белых блузок с длинными рукавами, черный галстук, черные туфли, халат и тапочки. В четвертой была спецодежда для приема клиентов - голубые сверхкороткие мини-юбки и белые с короткими рукавами рубашки. Также Сайли достала из этой коробки удивившую её экстравагантные наряды для визитов извращенных клиентов: кожаное платье, длинные до бедер сапоги из черного кожзаменителя, непонятный костюм, состоящий из ремней и никелированных цепей. Все четыре коробки у девушек были одинаковыми по ассортименту, только в пятой коробке был шикарный вечерний наряд отличающийся от других. У Сайли в пятой коробке было длинное до пола белое платье, отделанное белым мехом, белые длинные до локтей перчатки, белые туфли и комплект бижутерии, искусно подделанный под драгоценности.
   Примерив обновку, Сайли удивилась оперативностью клуба. Все было по ее размерам и сидело превосходно.
   На следующий день Сайли, Ким, Веронику и Мери отвезли в специальную фото студию, где несколько молодых фотографов несколько часов мучили девушек, поочередно фотографировали их в разных позах и ракурсах, предварительно заставив их раздеться. Сайли была уже привычна к этому делу, но остальные девушки еще стыдились своей наготы перед мужчинами. Их смущение мешала фотографам и они очень долго провозились с ними, особенно с Вероникой, которая после съемок еще целый час ходила пунцовая от стыда. Сайли удивилась, как такая скромница согласилась на такую работу.