Эно Рауд.
Муфта, Полботинка и Моховая Борода

КНИГА 1.
1. Встреча у киоска.

   Однажды у киоска с мороженым случайно встретились трое накситраллей: Моховая Борода, Полботинка и Муфта. Все они были такого маленького роста, что мороженщица приняла их поначалу за гномов.
   Были у каждого из них и другие занятные черточки. У Моховой Бороды – борода из мягкого мха, в которой росли хоть и прошлогодние, но все равно прекрасные ягоды брусники. Полботинка был обут в ботинки с обрезанными носами: так удобнее шевелить пальцами. А Муфта вместо обычной одежды носил толстую муфту, из которой торчали только макушка и пятки.
   Они ели мороженое и с большим любопытством разглядывали друг друга.
   – Извините, – сказал наконец Муфта. – Возможно, конечно, я и ошибаюсь, но, сдается мне, будто в нас есть что-то общее.
   – Вот и мне так показалось, – кивнул Полботинка.
   Моховая Борода отщипнул с бороды несколько ягод и протянул новым знакомым.
   – К мороженому кисленькое хорошо.
   – Боюсь показаться навязчивым, но славно было бы собраться еще как-нибудь, – сказал Муфта. – Сварили бы какао, побеседовали о том о сем.
   – Это было бы замечательно, – обрадовался Полботинка. – Я охотно пригласил бы вас к себе, но у меня нет дома. С самого детства я путешествовал по белу свету.
   – Ну совсем как я, – сказал Моховая Борода.
   – Надо же, какое совпадение! – воскликнул Муфта. – Со мной точно такая же история. Стало быть, все мы – путешественники.
   Он бросил бумажку от мороженого в мусорный ящик и застегнул «молнию» на муфте. Было у его муфты такое свойство: застегиваться и расстегиваться с помощью «молнии». Тем временем и остальные доели мороженое.
   – Вам не кажется, что мы могли бы объединиться? – сказал Полботинка.
   – Вместе путешествовать гораздо веселей.
   – Ну конечно, – с радостью согласился Моховая Борода.
   – Блестящая мысль, – просиял Муфта. – Просто великолепная!
   – Значит, решено, – сказал Полботинка. – А не съесть ли нам, прежде чем объединиться, еще по мороженому?
   Все были согласны, и каждый купил еще по мороженому. Потом Муфта сказал:
   – Между прочим, у меня есть машина. Если вы ничего не имеете против, она станет, образно говоря, нашим домом на колесах.
   – О-о! – протянул Моховая Борода. – Кто же будет против?
   – Никто не будет против, – подтвердил Полботинка. – Ведь так приятно ездить на машине.
   – А мы поместимся втроем? – спросил Моховая Борода.
   – Это фургон, – ответил Муфта. – Места всем хватит.
   Полботинка весело присвистнул.
   – Порядок, – сказал он.
   – Ну и славно, – облегченно вздохнул Моховая Борода. – В конце концов, как говорится, в тесноте, да не в обиде.
   – И где же стоит этот дом на колесах? – спросил Полботинка.
   – Около почты, – сказал Муфта. – Я тут отправил десятка два писем.
   – Два десятка! – поразился Моховая Борода. – Вот это да! Ну и друзей у тебя!
   – Да нет, совсем наоборот, – смущенно улыбнулся Муфта. – Я пишу никаким не друзьям. Я сам себе пишу.
   – Сам себе посылаешь письма? – удивился в свою очередь Полботинка.
   – Понимаете, мне страшно нравится получать письма, – сказал Муфта. – А друзей у меня нет, я бесконечно-бесконечно одинок. Вот и пишу все время сам себе. Вообще-то я пишу до востребования. Отправляю письма в одном городе, потом еду в другой и там их получаю.
   – Ничего не скажешь, это очень своеобразный способ вести переписку, – заключил Моховая Борода.
   – Очень остроумно, – подтвердил и Полботинка. – Возьмем еще по мороженому?
   – Конечно, – согласился Моховая Борода.
   – Я тоже не против, – сказал Муфта. – Я даже полагаю, что мы могли бы разочек попробовать шоколадного. Правда, оно чуточку дороже обыкновенного сливочного мороженого, но ради такой неожиданной и замечательной встречи стоит не пожалеть копейку.
   Каждый купил по шоколадному мороженому, и они молча принялись лакомиться.
   – Сладко, – сказал наконец Моховая Борода. – Даже слаще, чем обыкновенное мороженое.
   – Угу, – подтвердил Полботинка.
   – Очень-очень вкусно. Ну просто изумительный кисель, – сказал Муфта.
   – Что? – Моховая Борода удивленно взглянул на Муфту. – О каком киселе ты говоришь? Мы ведь едим шоколадное мороженое, или я ошибаюсь?
   – Ох, извините, пожалуйста, – смущенно сказал Муфта. – Само собой разумеется, мы едим шоколадное мороженое, а никакой не кисель. Но стоит мне разволноваться, как я тут же начинаю путать названия сластей.
   – Почему же ты волнуешься, когда ешь шоколадное мороженое? – удивился Моховая Борода. – Чего тут волноваться?
   – Да я вовсе не из-за мороженого волнуюсь, – объяснил Муфта. – Меня взволновало знакомство с вами. Это приятное волнение, как говорится. Всю свою жизнь я провел в ужасном одиночестве. И вдруг нахожу таких замечательных спутников, как вы. От такого кто угодно разволнуется.
   – Может быть, – сказал Полботинка. – Меня, во всяком случае, шоколадное мороженое тоже волнует. Вы только посмотрите: я весь трясусь от волнения.
   И в самом деле, он сильно дрожал, а лицо просто посинело.
   – Ты же простудился, – сообразил Моховая Борода. – Эх, не на пользу пошло тебе мороженое.
   – Вероятно, да, – согласился Полботинка.
   – Не стоит больше есть мороженое, – испугался Муфта. – Разве что взять несколько стаканчиков про запас. У меня в фургоне есть холодильник.
   – Ну да! – воскликнул Моховая Борода.
   – Вот здорово! – обрадовался Полботинка. – Мы возьмем с собой приличный запас недель на восемь.
   – Одно плохо, – продолжал Муфта, – холодильник работает, когда машина стоит. А на ходу электричество раскаляет холодильник до невозможности.
   – Мгм… – хмыкнул Полботинка. – Значит, мороженое мгновенно растает?
   – Конечно, – сказал Муфта.
   – В таком случае разумнее отказаться от этой мысли, – задумчиво произнес Моховая Борода.
   – И мне кажется, что это самое правильное, – сказал Муфта. – Но я не хочу навязывать вам свое мнение.
   – Мои ноги сейчас превратятся в ледышки, – сказал Полботинка. – Может быть, удастся отогреть их в холодильнике у Муфты?
   – Что ж, двинемся, – сказал Моховая Борода. – Честно говоря, я уже давно горю желанием посмотреть машину Муфты.
   – Спасибо, – почему-то сказал Муфта.
   И они зашагали.

2. Машина Муфты.

   Небольшой красный фургон, как и говорил Муфта, действительно стоял у самой почты.
   Вокруг него собралась толпа мальчишек, а также несколько взрослых. Они наперебой пытались отгадать марку машины; впрочем, это никому не удавалось.
   Не обращая внимания на любопытных, Муфта подошел к машине и распахнул дверцу.
   – Будьте любезны, прошу вас, – пригласил он своих спутников.
   Те не заставили себя упрашивать, и все трое проворно влезли в машину.
   – О-о! – воскликнул Моховая Борода, оглядываясь. – Ух ты!
   Других слов он не сумел найти. Полботинка восхищенно промолвил:
   – Здорово!
   – Будьте как дома, – улыбнулся Муфта.
   – Дом, дом… – с отсутствующим видом прошептал Полботинка. – Это слово еще слаще, чем шоколадное мороженое. Наконец-то бесконечные странствия привели меня домой!
   От каждой мелочи в машине Муфты веяло теплом. Словно это была не машина, а маленькая уютная комнатка.
   Тщательно застеленная кровать была покрыта красивым пестрым одеялом. На столике у окна стояли фарфоровая ваза с прекрасными цветами и портрет самого Муфты в аккуратной рамке под стеклом.
   – Мое лучшее я, – заметил Муфта.
   Висели здесь и другие фотографии, в основном из жизни птиц и зверей. Моховая Борода с большим интересом принялся разглядывать эти картинки, а Полботинка решил, что и ему надо сфотографироваться .
   Вдруг Муфта забеспокоился.
   – Если уж совсем честно, – сказал он, – то должен признаться: у меня, кроме моей кровати, есть только раскладушка. Кому-то из нас придется спать на полу. Предлагаю делать это по очереди.
   Моховая Борода протестующе замахал рукой :
   – Я ни разу в жизни не ложился в постель. Всегда сплю на свежем воздухе, охотнее всего где-нибудь в лесу.
   – Неужели даже зимой? – недоверчиво спросил Муфта.
   – И зимой тоже, – сказал Моховая Борода. – К тому времени как выпадает снег, я настолько обрастаю бородой, что холода бояться нечего.
   – Ну, тогда все в порядке, – обрадовался Полботинка.
   Но едва он это произнес, как зашелся в приступе кашля. Прошло много времени, прежде чем он смог проронить хоть слово.
   – Ты простыл, вот и раскашлялся, – сказал Моховая Борода. – Впредь тебе надо есть поменьше мороженого.
   – Совершенно верно, – согласился Полботинка, все еще кашляя. – Мороженое – корень всех зол. Стоит мне попробовать этого проклятого мороженого, и начинается такая история.
   – Почему же ты не откажешься от мороженого, если оно так плохо действует на тебя? – поинтересовался Муфта. – Ведь существуют тысячи других лакомств.
   – Кисель, например, – ядовито ухмыльнулся Полботинка. – Не могу же я всю жизнь есть один кисель! Да и мороженое было очень вкусное.
   – Хватит болтать, – решительно произнес Моховая Борода. – Надо что-то предпринять. Здесь можно вскипятить воду?
   Муфта утвердительно кивнул:
   – Кипятильник у нас есть. Кухня за занавеской.
   Он отдернул занавеску, и все увидели висящий на крюке мощный кипятильник с длинным проводом. Тут же была полка с посудой, кастрюлями, сковородками и прочей кухонной утварью. Стоял здесь и холодильник, о котором говорил Муфта.
   – Этот кипятильник – гордость нашего хозяйства, – продолжал Муфта.
   – Он может вскипятить целое озеро. К сожалению, он работает, только когда машина едет. Честно говоря, это довольно хлопотно. Не очень-то удобно, понимаете ли, управляться одновременно и с баранкой, и с кипятильником.
   Но Моховая Борода сказал:
   – Теперь нас трое. Ты можешь спокойно крутить свою баранку, а уж мы с Полботинком приглядим за кипятильником.
   – Неужто и впрямь будем варить кисель? – оживился Полботинка. – Как это прекрасно!
   Моховая Борода усмехнулся:
   – Не можешь же ты всю жизнь есть один кисель! – сказал он. – Сегодня мы сварим кое-что горьковатое. Совсем горькое.
   – Но послушай… – начал Полботинка, однако его возражения потонули в новом приступе кашля.
   На сей раз он закашлялся так сильно, что из-за пазухи у него что-то выпало и покатилось по полу. Это была маленькая деревянная мышка на четырех колесиках.
   – Какая прелестная игрушка! – воскликнул Муфта.
   – До сих пор она была моим единственным спутником, – улыбнулся Полботинка, когда кашель отпустил его. – Иногда я вел ее за собой на веревочке, чтобы веселей было путешествовать, вдвоем лучше.
   – Как я тебя понимаю! – сказал Муфта. – Да и кто лучше меня может тебя понять. Ведь и я вынужден был влачить тяжкий груз одиночества. Как я тебя понимаю! Простая маленькая игрушка была тебе другом в бесконечных скитаниях, и, когда вокруг бушевали суровые северные ветры, такая маленькая, она согревала твое одинокое сердце.
   Моховая Борода мало-помалу начал проявлять нетерпение.
   – Ну, а теперь за дело, – заторопил он. – Не то Полботинка еще захлебнется от кашля.
   Полботинка сунул мышку обратно за пазуху и хмуро глянул на Моховую Бороду.
   – Что за горькую гадость ты собираешься варить?
   – Естественно, отвар из оленьего мха, ягеля, – решительно ответил Моховая Борода. – Во всем мире нет лучшего лекарства от кашля, чем такой отвар.
   – Ни капельки не сомневаюсь, – вновь вмешался Муфта. – Но где ты собираешься раздобыть этот мох? Насколько я знаю, он растет далеко не везде.
   Моховая Борода лукаво подмигнул:
   – Посмотри-ка внимательно на мою бороду. Нет ли там как раз того, что нам нужно?
   – А ведь точно есть! – воскликнул Муфта.
   И у Полботинка сразу прекратился очередной приступ кашля – словно лишь один вид оленьего мха оказал такое замечательное действие. Но несмотря на это, казалось, что Полботинка не очень-то верит в целебные свойства отвара. Он исподлобья взглянул на Моховую Бороду и спросил:
   – Разве тебе не жалко расставаться с клочком бороды? Дыра не украсит твою бороду.
   – Вовсе и не нужно выдирать этот мох из бороды, – разъяснил Моховая Борода. – Вскипятим воду, а затем я засуну конец бороды прямо в кипяток. Так все, что нужно против кашля, потихоньку и выварится.
   – Ах вот как, – вздохнул Полботинка.
   Моховая Борода взял с полки большую кастрюлю и налил в нее воду. Потом сунул туда кипятильник. А Муфта уселся за руль.
   – Итак, в путь, – произнес он торжественно и дал газ.

3. Затор.

   Машина Муфты бесцельно колесила по городским улицам. Главное было сейчас – приготовить целебный отвар.
   – Перво-наперво, нам надо избавиться от Полботинкова кашля, – сказал Моховая Борода. – Это главное. Потом будет время подумать, куда ехать дальше.
   Он крепко держал кипятильник и нервно болтал им в кастрюльке. Рядышком сидел Полботинка и озабоченно наблюдал за действиями Моховой Бороды.
   – Надо бы остановиться у какой-нибудь аптеки, – предложил сидевший за рулем Муфта. – Ведь в аптеках продаются разные таблетки и капли от кашля.
   Но Моховая Борода тут же отверг это предложение.
   – Лучше всего от кашля помогает именно отвар из оленьего мха, – сказал он убежденно. – Нет смысла связываться с какими-то искусственными таблетками и каплями. Для чего же в таком случае обширная кладовая природы? Для чего существуют лекарственные травы? Оттого и идут многие беды, что люди отворачиваются от природы и слишком часто прибегают к разным таблеткам и прочим подобным вещам. В конце концов, и сами мы – частица природы. Если уж на то пошло, так и кашель – явление природы. И этот природный кашель надо лечить отваром из природного мха.
   Закончив свою речь, Моховая Борода заглянул в кастрюлю и заметил, что над водой уже поднимается пар.
   – Скоро можно будет окунать бороду, – удовлетворенно сказал он Полботинку. – Сейчас ты избавишься от своего ужасного кашля.
   – А он очень горький, этот отвар? – тихо спросил Полботинка.
   – Страшно горький, – кивнул Моховая Борода, глядя в кастрюлю. – Ого-го, какая будет горечь! Я и не знаю другого лекарства, в котором было бы столько полезной горечи, сколько в нашем отваре.
   – Кажется, кашель прошел, – сказал Полботинка, но тут же закашлялся, да еще сильнее, чем раньше.
   – Не беда, не беда. Сейчас мы тебе поможем, – улыбнулся Моховая Борода, не отрывая глаз от кастрюли. – Вот уже и пузырьки появились. Это и впрямь прекрасный кипятильник.
   Но вдруг заскрипели тормоза, и машина остановилась.
   – Что случилось? – с беспокойством спросил Моховая Борода.
   – Затор, – ответил Муфта.
   Полботинка высунулся в окно:
   – И довольно-таки солидная пробка, между прочим. – Он обрадованно хихикнул: – В жизни не видел такого замечательного затора.
   – Надо же, как раз когда появились пузырьки! – расстроился Моховая Борода. – Если мы долго простоим, вода остынет и все придется начинать сначала.
   – Ничего не поделаешь, – сказал Муфта. – Проезда нет.
   – Может, кашель у меня сам пройдет? – предположил Полботинка. – Не стоит обо мне так беспокоиться.
   Моховая Борода пропустил замечание Полботинка мимо ушей.
   – Попробуй как-нибудь в объезд! – крикнул он Муфте. – Подумай же, наконец, о Полботинке!
   – Я всем сердцем сочувствую Полботинку и с болью думаю о его несчастной судьбе, – сказал Муфта. – Шутка ли… скитаться одному-одинешеньку по белу свету, делить грусть с маленькой игрушечной мышкой…
   – Я говорю о кашле Полботинка, – строго заметил Моховая Борода.
   – Ну и кашель, конечно, – кивнул Муфта. – Сперва одиночество, а потом кашель. Но несмотря на это, в объезд проехать нет никакой возможности, машина нигде не пройдет.
   – Так поворачивай назад, – не мог успокоиться Моховая Борода.
   Муфта глянул в зеркальце:
   – И сзади дорога забита, посмотри сам.
   Моховая Борода вздохнул, отошел от кастрюли и залез на сиденье рядом с Муфтой. Теперь и он наконец увидел эту необычную уличную пробку.
   Насколько хватало глаз, улица была плотно забита машинами. Машина за машиной. Машина рядом с машиной. Машина, сцепившись с машиной. И все молочные цистерны да рыбные фургоны. Молоковоз за молоковозом. Рыбовоз рядом с рыбовозом. Молоковоз зацепился за рыбовоз. Молоковоз и рыбовоз, рыбовоз и молоковоз. Молоко и рыба, молоко и рыба, рыба и молоко… Машины впереди и машины сзади. Полнейший затор.
   – Что значит этот тарарам? – в недоумении воскликнул Полботинка.
   Муфта пожал плечами.
   – А вода все стынет, – сказал Моховая Борода.
   Друзьям оставалось только ждать. Они терпеливо прождали без малого час. Вода действительно остыла, в остальном же перемен не наблюдалось. Пробка оставалась по-прежнему плотной, и машины за все это время продвинулись метра на два, не больше.
   – Надо бы разведать, в чем дело, – решил наконец Муфта. – Для такой большой пробки обязательно должна быть причина.
   – Вся причина в уходе от природы, – сказал Моховая Борода. – Люди отворачиваются от природы. Им уже лень ходить пешком, и они делают столько машин, что скоро эти машины просто не уместятся на улицах.
   – Ты и сам неплохо устроился, – засмеялся Полботинка.
   – А что здесь смешного? – вспыхнул Моховая Борода. – Не забывай, я сижу здесь, между прочим, и для того, чтобы приготовить тебе отвар от кашля. Смеяться тут нечего. Вот попробуешь отвара – тогда и смейся.
   – Я прошу вас не волноваться, – примирительно сказал Муфта. – Волнение никогда до добра не доводит. Вот я, например, когда волнуюсь, начинаю путать самые разные вещи. Давайте-ка лучше вылезем из машины и попробуем разузнать, что произошло.
   Полботинка и Моховая Борода не возражали, и все трое вышли из машины. В двух шагах, возле фонарного столба, со скучающим видом курили два шофера.
   – Привет, ребята! – по-свойски обратился к ним Муфта, будто те были его старые друзья. – Что, тоже сели?
   – Ясное дело, – ответил один из шоферов.
   На блестящем козырьке его фуражки серебрились рыбные чешуйки, было ясно
   – это шофер рыбовоза.
   Второй шофер, от которого пахло молоком, как от грудного младенца, добавил:
   – Дело обычное.
   – Ах, обычное, – вступил в разговор Полботинка. – Значит, такое случается здесь часто?
   – Ясное дело, – сказал шофер рыбовоза.
   Человек, пахнущий молоком, в котором нетрудно было узнать шофера молоковоза, растолковал:
   – Во всем виновата одна чудачка-старушка. Ей, видите ли, нравится кормить кошек. Все городские кошки ходят к ней завтракать, и она заказывает для этих кошек машины с молоком и рыбой. Дело обычное, как я уже сказал.
   – Ясное дело, – подтвердил шофер рыбовоза.
   – Первый раз слышу о такой любви к животным, – удивленно покачал головой Полботинка.
   – Я тоже люблю животных, – добавил Моховая Борода. – И даже очень. Но по-моему, даже самая горячая любовь должна иметь предел.
   – Можно любить одну кошку, двух, ну, в крайнем случае, трех, – сказал Муфта. – Но если их больше, то какая же это любовь?
   – Ясное дело, – согласился шофер рыбовоза. – Подумать только, сколько мне пришлось привезти для них свежей рыбы.
   – А чего ради эта старушка кормит целую стаю кошек? – спросил Полботинка.
   Шофер рыбовоза пожал плечами.
   – Может, по привычке? – предположил шофер молоковоза. – Да поди знай, что старому человеку в голову взбредет. Всяк по-своему счастье ищет.
   – На такое счастье я хотел бы посмотреть своими глазами, – сказал Моховая Борода. – Давайте сходим. Все равно никакого отвара мы сейчас приготовить не можем.
   Муфте и Полботинку тоже было интересно поглядеть на старушку и ее кошек. Они простились с шоферами, Муфта поставил машину к тротуару, и все вместе отправились смотреть, как кормят кошек.

4. Кошки.

   Накситралли пробирались вдоль бесконечной вереницы молочных цистерн и рыбных фургонов. Не прошло и получаса, как до слуха их стали доноситься странные голоса. Голоса звучали неестественно и противно. Ощущение было не из приятных. А лица встречных казались какими-то подавленными.
   – Над городом словно нависла зловещая тень, – вздохнув, сказал Моховая Борода.
   Муфта участливо взглянул на молодую женщину, стоявшую у дверей магазина. Одной рукой она покачивала пустой молочный бидончик, другой вытирала слезы.
   – Извините, пожалуйста, – вежливо обратился к ней Муфта. – У вас что-то случилось?
   – В магазинах больше нет молока, – всхлипывая, ответила женщина. – Мой малыш с утра плачет от голода, а молока взять негде.
   – Но ведь улица, образно говоря, полна молока! – Моховая Борода указал на молочные цистерны.
   – Конечно, – всхлипнула женщина. – Но все это пойдет кошкам. Все окрестное молоко на несколько недель вперед закуплено для кошек, так же как и рыба.
   – Неслыханная несправедливость, – пробормотал Муфта.
   – Может, малышу годится отвар из оленьего мха? – подошел поближе Полботинка. – У нас есть полкастрюли. Правда, он предназначен мне, но, конечно же, я могу от него и отказаться ради вашего бедного малыша.
   – Спасибо, – сквозь слезы улыбнулась молодая женщина и покачала головой. – К сожалению, ничто на свете не заменит грудному ребенку молоко.
   Друзья утешили молодую женщину и пошли дальше.
   – Странный город, – сказал Моховая Борода. – Где это слыхано, чтобы кошки трескали молоко вместо человеческих детей?
   – Странный город и странные люди, – кивнул Полботинка. – Кто бы мог подумать, что мать может отказаться от полезнейшего напитка, предложенного от чистого сердца ее малышу.
   По мере того как друзья продвигались вперед, крик становился все громче и страшнее. И вдруг Моховая Борода воскликнул:
   – Кошки! Это же кошки кричат!
   Муфта и Полботинка прислушались. Теперь и они различали во всеобщем гомоне мяуканье и мурлыканье, звуки, которые на всем белом свете способны производить только кошки.
   Накситральчики ускорили шаг. Еще немного – и они очутились перед домом, к которому бесконечным потоком стекались все эти рыбовозы и молоковозы. Над двором стоял нестерпимый кошачий визг.
   – Смотрите! – прошептал Моховая Борода, заглянув в щель забора. – Нет, вы только посмотрите!
   И его борода затряслась от возмущения.
   Перед накситраллями открылась и в самом деле поразительная картина. Кошки, кошки, кошки. Черные, серые, полосатые, рыжие. Кошки и кошки. Все кошки и кошки. Молоко из цистерн по шлангам текло прямо в тысячи блюдец, а рыбу просто сваливали. Старушка, хлопотавшая среди этого тарарама, только успевала указывать грузчикам места.
   – Пожалуй, это самый дикий кошачий пир, когда-либо виденный, – сказал Муфта.
   – Да-да, – согласился Полботинка. – А шуму-то, а визгу!
   И под этот шум и визг блюдца опустошались с невероятной быстротой, а горы рыбы исчезали будто по мановению волшебной палочки. Подъезжали все новые и новые машины, и все новые и новые кошки набрасывались на еду.
   Наконец друзья решились войти во двор и, осторожно лавируя между кошками, подошли к старушке.
   – Извините. Позвольте отвлечь вас на секунду, – поклонился Муфта. – Можно вас на два слова?
   При этом он протянул старушке более или менее прямоугольную визитную карточку, на которой зелеными чернилами было написано:
   МУФТА АДРЕС ДО ВОСТРЕБОВАНИЯ
   Старушка с интересом взглянула на карточку и сунула ее в карман передника.
   – Присаживайтесь, – сказала она любезно. – Отдохните.
   Тут же стояло несколько плетеных стульев и небольшой столик. Правда, вся мебель была облеплена рыбьей чешуей и залита молоком, но друзей это не обеспокоило.
   – Я охотно сварила бы для вас какао и испекла пирожки с рыбой, – сказала старушка. – Я страшно люблю рыбные пирожки, особенно с какао. Но ведь для этого нужны и молоко и рыба, а эти продукты – дефицит.
   – Знаем, – сурово заметил Полботинка. – Молока теперь не хватает даже грудным детям.
   – А разве кошкам хватает? – воскликнула старушка. – Ничего подобного! Кошек у меня с каждым днем прибавляется десятками, и если дело пойдет так дальше, скоро они не смогут насытиться.
   – Положение, конечно, трудное. – Муфта попытался сказать это как можно мягче. – Но позвольте спросить, зачем вы вообще кормите эту гигантскую банду?
   – Они хотят есть, – вздохнула старушка. – Что ж поделаешь!
   – Неужели вы в самом деле испытываете ко всем кошкам такую огромную и бескорыстную любовь? – спросил Моховая Борода. – Ко всем вопящим здесь кошкам?
   Старушка махнула рукой и горько усмехнулась.
   – Ох, молодой человек! – сказала она. – Да как я могу их всех любить? Одно только мытье блюдечек отнимает у меня столько времени! Я люблю только одного кота, своего Альберта.
   – Совершенно с вами согласен, – кивнул Муфта. – Я, правда, не особенно большой специалист по мытью блюдечек, но, несмотря на это, считаю, что можно любить одну, две, в крайнем случае, три кошки разом.
   – Значит, за исключением Альберта, все эти кошки чужие? – удивился Полботинка.